Глава 48

   Лэнгдон и сам с трудом верил в свое предположение. Однако с учетом того, кто дал им этот мраморный цилиндр, каким именно образом попал он к ним в руки, а также того факта, что на крышке красовалась пяти-лепестковая Роза, вывод напрашивался только один.

    У нас в руках краеугольный камень.

   То была особая, не похожая на другие, легенда.

    Краеугольный камень лежит под знаком Розы и содержит закодированное послание.

   Лэнгдон попытался собраться с мыслями.

   – Скажите, ваш дед когда-нибудь упоминал при вас о предмете под названием la clef de voûte?

   – Ключ к сейфу? – перевела Софи.

   – Нет, это дословный перевод. Clef de voûte – это распространенный архитектурный термин. И слово «voûte» означает не банковский сейф, a «vault» – свод арки в архитектуре. Ну, к примеру, сводчатый потолок.

   – Но к сводчатым потолкам нет ключей.

   – Сколь ни покажется вам странным, есть. Для построения каменной арки требуется центральный клинообразный камень в самом верху, который соединяет все части и несет на себе весь вес конструкции. Ну и в чисто архитектурном смысле его можно назвать ключевым камнем. А по-английски его еще называют краеугольным камнем. – Лэнгдон вопросительно взглянул на Софи: хотелось знать, поняла ли она его.

   Софи пожала плечами и вновь взглянула на криптекс.

   – Но какой же это краеугольный камень?

   Лэнгдон не знал, как лучше начать. Секретом постройки каменных арок в совершенстве владели члены масонского братства, еще на ранней стадии его существования. Они рьяно охраняли свой секрет. Градус королевской арки. Архитектура. Краеугольные камни. Все это взаимосвязано. Тайное знание того, как использовать клинообразный камень для построения свода арки или потолка, в немалой степени поспособствовало тому, что масоны стали такими умелыми ремесленниками. И они ревностно охраняли свою тайну. Краеугольные камни и все, что с ними связано, всегда хранились в секрете. Да, верно, этот мраморный цилиндр в шкатулке розового дерева мало походил на краеугольный камень в первоначальном его значении и облике. Это нечто другое. Предмет, которым они завладели… ни с чем подобным Лэнгдон прежде не сталкивался.

   – Краеугольный камень Приората – не моя специальность, – признался Лэнгдон. – А что касается чаши Грааля, то меня прежде всего интересовала связанная с ней символика. И я не слишком вникал в легенды, описывающие, как ее найти.

   Брови Софи поползли вверх.

   – Найти чашу Грааля?

   Лэнгдон нервно кивнул, а потом заговорил, тщательно подбирая слова:

   – Видите ли, Софи, согласно утверждениям Приората, краеугольный камень – это закодированная карта… Карта, на которой указано место, где спрятана чаша Грааля.

   Софи даже побледнела от волнения.

   – И вы считаете, что карта здесь?

   Лэнгдон не знал, что ответить. Ему это казалось невероятным. Однако версия о краеугольном камне представлялась в данном случае единственно верной. Камень с закодированным посланием, хранящийся под знаком Розы.

   Мысль о том, что этот криптекс был создан самим Леонардо да Винчи, членом и Великим мастером Приората Сиона, тоже напрашивалась сама собой. Как же хотелось верить, что их сокровище действительно краеугольный камень братства! Работа самого Великого мастера… ее через века вернул нам другой член Приората. Слишком уж соблазнительной выглядела эта версия, чтобы вот так, с ходу, отвергнуть ее.

   На протяжении последних десятилетий историки и ученые искали краеугольный камень во французских церквах. Охотники за чашей Грааля, знающие о пристрастии Приората к тайным шифрам, пришли к выводу, что la clef de voûte – это в прямом смысле клинообразный краеугольный камень, находящийся в центре свода какой-нибудь церковной арки. Под знаком Розы. В архитектуре не было недостатка в розах. Окно-роза. Рельефы в виде розеток. Ну и, разумеется, настоящее изобилие cinquefoils – цветков с пятью лепестками, украшавших арочные своды, прямо под краеугольным камнем. Чертовски подходящее место для тайника. Карта, указующая путь к чаше Грааля, спрятана в сводчатом потолке какой-нибудь заброшенной церквушки, прямо над головами ничего не подозревающих прихожан.

   – Нет, этот криптекс не может быть краеугольным камнем, – сказала Софи. – Во-первых, он совсем не старый. И потом, я просто уверена: его сделал мой дед. И никакие легенды о Граале тут ни при чем.

   – Бытует мнение, – заметил Лэнгдон и почувствовал, как его охватывает радостное возбуждение, – что краеугольный камень был создан несколько десятилетий назад одним из членов Приората.

   Глаза Софи недоверчиво блеснули.

   – Но если в этом криптексе указано, где хранится чаша Грааля, с какой стати дед посвятил меня в эту тайну? Я понятия не имею, как открыть цилиндр и что делать с его содержимым. Я даже толком не знаю, что это такое – чаша Грааля!

   И Лэнгдон, к своему удивлению, понял, что она права. Он еще не успел объяснить Софи истинную природу чаши Грааля. Впрочем, с этим рассказом можно и подождать. Сейчас главное – краеугольный камень. Если это действительно он…

   И вот под гул пуленепробиваемых шин фургона Лэнгдон торопливо пересказал Софи все, что ему было известно о краеугольном камне. Если верить слухам, самая главная тайна Приората – местонахождение чаши Грааля – ни разу на протяжении веков не была зафиксирована письменно. В целях безопасности она передавалась из уст в уста каждому новому sénéchal на специальной церемонии. Но относительно недавно пошли слухи, что политика Приората изменилась. Возможно, произошло это с учетом появления новых электронных средств прослушивания. Как бы там ни было, но отныне члены Приората поклялись никогда не упоминать вслух о том, где спрятано сокровище.

   – Но как же тогда они передавали эту тайну? – спросила Софи.

   – Вот тут-то и оказался нужен краеугольный камень, – ответил Лэнгдон. – Когда один из четырех членов высшего ранга умирал, оставшиеся трое выбирали ему замену из более низкого эшелона. Следующего кандидата в sénéchal. Но вместо того чтобы сразу сказать ему, где находится Грааль, они подвергали его испытанию. Он должен был доказать свою пригодность.

   Софи отчего-то занервничала, и тут Лэнгдон вспомнил ее рассказ о том, как дед устраивал ей preuves de mérite – испытания, заставлял разыскивать спрятанные в доме подарки. Очевидно, и в отношении краеугольного камня члены братства придерживались той же тактики. И вообще испытания были широко распространены в тайных обществах. Наиболее показателен в этом смысле пример масонов: их члены могли подняться на следующую ступень, доказав, что умеют хранить тайну, – пройдя целый ряд ритуалов и различных испытаний на протяжении многих лет. Причем с каждым разом задание становилось все труднее.

   – Тогда наш краеугольный камень – это своего рода preuve de mérite! – воскликнула Софи. – Если кандидат в sénéchal мог открыть его, то доказывал тем самым, что достоин той информации, которую он содержит.

   Лэнгдон кивнул:

   – Совсем забыл, что у вас имеется опыт в этой области.

   – Дело не только в деде. В криптологии это называется «разрешительным» языком. Если ты достаточно умен, чтобы прочитать это, значит, тебе разрешено знать, что там написано.

   Лэнгдон колебался, не зная, с чего начать.

   – Вы должны понять одну вещь, Софи. Если этот предмет действительно краеугольный камень, если ваш дед имел к нему доступ, это означает, что он занимал высокое положение в Приорате Сиона. Возможно даже, являлся одним из четверки избранных.

   Софи вздохнула:

   – Уверена в этом. Он действительно состоял в тайном обществе. Судя по всему, в Приорате.

   Лэнгдон усомнился:

   – Вы точно знаете, что он был членом тайного общества?

   – Я кое-что видела. То, что не должна была видеть. Десять лет назад. С тех пор мы с ним ни разу не разговаривали. – Она на секунду умолкла. – Мой дед состоял не только в высшем эшелоне… Он был там самым главным.

   Лэнгдон ушам своим не поверил.

   – Великим мастером? Но… как вы могли узнать об этом?

   – Не хотелось бы говорить… – Софи отвернулась, лицо ее исказила болезненная гримаса.

   Лэнгдон был потрясен. Чтобы Жак Соньер был Великим мастером? Нет, это просто невероятно. И все же слишком многое указывало на то, что это именно так. Ведь и прежние главы Приората всегда являлись видными общественными деятелями, все до одного были наделены талантом и артистизмом. Доказательство этому удалось отыскать несколько лет назад в Парижской национальной библиотеке, в бумагах, известных под названием «Les Dossiers Secrets».

   Эти досье были известны каждому ученому, занимающемуся тайными обществами, каждому охотнику за Граалем. Каталог под номером 4° Im1 249 был официально признан многими специалистами «Тайными досье», где нашел подтверждение давно уже муссировавшийся слух: Великими мастерами Приората побывали в свое время Леонардо да Винчи, сэр Исаак Ньютон, Виктор Гюго и уже относительно недавно – Жан Кокто, знаменитейший парижский писатель, художник и театральный деятель.

    Так почему не Жак Соньер?

   При мысли о том, что именно сегодня вечером он должен был встретиться с Жаком Соньером, Лэнгдон похолодел. Сам Великий мастер Приората настаивал на встрече со мной! Но зачем? Не для того же, чтобы провести вечер за пустопорожней светской болтовней. Интуиция подсказывала Лэнгдону, что глава Приората не зря передал своей внучке легендарный краеугольный камень братства, не зря велел ей найти его, Роберта Лэнгдона.

    В это просто невозможно поверить!

   При всем своем богатом воображении Лэнгдон просто не представлял, что за обстоятельства вынудили Соньера поступить именно так. Возможно, Соньер боялся умереть. Но ведь существовали же еще трое sénéchaux, владевших той же тайной и гарантировавших тем самым безопасность Приората. К чему Соньеру было идти на такой риск, доверять внучке краеугольный камень, особенно с учетом того, что они рассорились? И к чему вовлекать в это его, Лэнгдона… уж совсем постороннего человека?

   В этой головоломке недостает какой-то одной детали, подумал Лэнгдон.

   Но придется, видно, повременить с ответами. Машина замедлила ход, под шинами слышался шорох гравия. Софи с Лэнгдоном насторожились. Почему он тормозит, неужели уже приехали? Ведь Берне говорил, что хочет отвезти их как можно дальше от города, туда, где безопаснее. Фургон двигался теперь совсем медленно и, судя по тряске, по плохой дороге. Софи с Лэнгдоном обменялись настороженными взглядами, торопливо захлопнули крышку шкатулки. Лэнгдон прикрыл ее пиджаком.

   Фургон остановился, но мотор продолжал работать. Ручка задней двери повернулась. И когда она открылась, Лэнгдон увидел, что они находятся в лесу. К двери подошел Берне. Смотрел он как-то странно, а в руке сжимал пистолет.

   – Простите, – сказал он, – но у меня не было другого выхода.

Код да Винчи
cover.html
index.html
content_1.html
content_2.html
content_3.html
content_4.html
content_5.html
content_6.html
content_7.html
content_8.html
content_9.html
content_10.html
content_11.html
content_12.html
content_13.html
content_14.html
content_15.html
content_16.html
content_17.html
content_18.html
content_19.html
content_20.html
content_21.html
content_22.html
content_23.html
content_24.html
content_25.html
content_26.html
content_27.html
content_28.html
content_29.html
content_30.html
content_31.html
content_32.html
content_33.html
content_34.html
content_35.html
content_36.html
content_37.html
content_38.html
content_39.html
content_40.html
content_41.html
content_42.html
content_43.html
content_44.html
content_45.html
content_46.html
content_47.html
content_48.html
content_49.html
content_50.html
content_51.html
content_52.html
content_53.html
content_54.html
content_55.html
content_56.html
content_57.html
content_58.html
content_59.html
content_60.html
content_61.html
content_62.html
content_63.html
content_64.html
content_65.html
content_66.html
content_67.html
content_68.html
content_69.html
content_70.html
content_71.html
content_72.html
content_73.html
content_74.html
content_75.html
content_76.html
content_77.html
content_78.html
content_79.html
content_80.html
content_81.html
content_82.html
content_83.html
content_84.html
content_85.html
content_86.html
content_87.html
content_88.html
content_89.html
content_90.html
content_91.html
content_92.html
content_93.html
content_94.html
content_95.html
content_96.html
content_97.html
content_98.html
content_99.html
content_100.html
content_101.html
content_102.html
content_103.html
content_104.html
content_105.html
content_106.html
content_107.html
content_108.html
content_109.html
note_1.html
note_2.html
note_3.html
note_4.html
note_5.html
note_6.html
note_7.html
note_8.html
note_9.html
note_10.html
note_11.html
note_12.html
note_13.html
note_14.html
note_15.html
note_16.html
note_17.html
note_18.html
note_19.html
note_20.html
note_21.html
note_22.html
note_23.html
note_24.html
note_25.html
note_26.html
note_27.html
note_28.html
note_29.html
note_30.html
note_31.html
note_32.html
note_33.html
note_34.html
note_35.html
note_36.html
note_37.html
note_38.html
note_39.html
note_40.html
note_41.html
note_42.html
note_43.html
note_44.html
note_45.html
note_46.html
note_47.html
note_48.html
note_49.html
note_50.html
note_51.html
note_52.html
note_53.html
note_54.html
note_55.html
note_56.html
note_57.html
note_58.html
note_59.html
note_60.html
note_61.html
note_62.html
note_63.html
note_64.html
note_65.html
note_66.html
note_67.html
note_68.html
note_69.html
note_70.html
note_71.html
n_1.html
n_2.html
n_3.html
n_4.html
n_5.html
n_6.html