/ Language: Русский / Genre:sf

Добрая Марфа

Вадим Селин


Селин Вадим

Добрая Марфа

Селин Вадим

Добрая Марфа

В Назарете за зеленым лугом в высеченной горной пещере, куда не ступает нога мытаря, обреталась бедная девочка Марфа двенадцати годов от роду, без матери и отца, сестер и братьев. Трудно ей приходилось, иногда хлебная крошка за день в рот не попадала, хорошо, что воды в ручьях течет без меры. Раз наесться нельзя, то напиться можно несложно.

Так и жила Марфа, с воды на воду перебивалась.

До недавней поры ладно было - жена книжника вверила Марфе пасти отару овец, уплачивала ей за службу девяносто лепт. На эти деньги девочка могла себе дозволить хлеб покупать, и вообще хорошо пастушкой трудиться, цельными днями на воле находиться, под деревом сидеть да на арфе играть овцам безмолвным.

Марфу жизнь хитрой сотворила, кружилась она, как могла, дабы выжить в этом мире. Вот и у овец книжника Марфа иной раз рожки брала, сама их ела. А чем не еда? Раз овцы рожки едят, отчего же и Марфе их не есть? Всё лучше, чем воду сырую с ручья холодного пить.

Но вздумалось вдруг римскому кесарю Августу перепись населения по всей своей земле устроить. Закончилась вместе с этим сытая жизнь Марфы. Пришлось ей ступать в город своих предков, работу бросить, а вместе с ней овец и рожки овечьи.

Родом Марфа была из Израиля, из города Вифлеема.

Пристало Марфе идти пешком из Назарета до Вифлеема.

Путь девицы начинался с юга, с Назарета, что на севере Израиля, в Галилее, а заканчивался в Вифлееме - на юге, в Иудее.

Собрала Марфа узел тугой, повязала на голову платок, спрятала в подол платья сорок лепт и отправилась в Вифлеем.

Долог путь Марфин был, труден и опасен, но от всех невзгод спасала ее вера, вера в то, что на землю должен был прийти кто-то. На него вся надежда была, что жизнь образуется, а горе, печали и голод сгинут в невесть дальнюю.

Ведь недавно по земле слух пролетел, как ветер невидимый, что скоро появится Спаситель. И люди, страдающие от бед судьбы, верили в слухи, последней надеждой на жизнь благую они были.

И Марфа веровала, ждала с нетерпением Спасителя, но неизвестным сталось одно - когда и где он появится.

В одну из ночей пути дальнего повстречались Марфе два человека мужчина крепкий, слаженный со всех сторон и женщина ему подстать - красивая, словно дева расписная, с глазами черными, как уголь незажженный и с кожей смуглой, солнцем прожженной.

Женщину звали Марией, а мужа ее - Иосифом.

Приняли Марфу они в свою бражку, сказали, что тоже идут на родину в Вифлеем, где свирепый Ирод правил, чтоб пусто ему было, злыдню окаянному.

Случайно Марфа заметила большой живот Марии.

- Младенца ожидаешь? - молвила Марфа, ступая ногами по траве сочной.

- Да, сын должен родиться, - тихо ответила Мария.

Дальше разговор следовал про тяжкое бытие Марфы. От сердца Мария с Иосифом ей сострадали, жалели девочку. Марфа поведала им, что родилась в Вифлееме, а в Назарете стала жительствовать потому, что отец ее при жизни еще работал в мастерской одного кузнеца. А кузнец этот, когда привозил в Вифлеем кованые изделия на рынок, заметил там ее отца, он тоже кузнечным ремеслом промышлял. И предложил кузнец богатый отцу Марфы, Абраму, сотрудничать, способности общие связать. Вот и перекочевала семья Марфы в Назарет, где отличная кузнечная мастерская была. Но случилось горе - упал Абрам в чашу с раскаленным металлом и сварился там. А жена его, Ада, тоже опочила почти в одно время с мужем. Пошла на реку вещи мыть, да и утопла поскользнулась на камне илистом, головой об булыжник ударилась, сознание потеряла, в воду упала да захлебнулась. Рок какой-то их семью преследовал.

И осталась Марфа одна. Богатый купец плохим оказался - отнял у Марфы всю утварь родителей. А ее саму на улицу выставил. Так девочка оказалась в пещере, где и жила последние шесть лет.

- Почему ж ты к нам не приспела, мы бы помогли тебе? - спросил сердобольный Иосиф.

- Я же не ведала, что на земле еще есть люди душевные. После того как богатый кузнец выдворил меня на улицу, перестала я в добро верить, опустила Марфа глаза вниз.

- Запомни, Марфа, в мире всегда сыщутся люди, кои помогут тебе с лихами твоими справиться, завсегда на земле добро будет, - проговорила Мария и вдруг заметила, что навстречу шагают три человека.

Они поравнялись с Марией, Марфой и Иосифом.

- Откуда вы идете, путники встречные? - спросил Иосиф.

- С Вифлеема идем, плохие дела там созидаются, - отозвался самый древний путник.

- Как это - плохие?

- По городу какое-то волнение распространяется, половина людей стали злыми, а половина добрыми. Не постигнем мы, что случилось, отчего такая паника наступила. Бродит молва, что скоро всему придет конец. Вот мы и мним - чему всему? Вифлеему? Израилю? Всему миру? - озадачился старец. Решили мы из Вифлеема уйти, а когда все утихнет - воротимся, али не уляжется - пойдем дальше, туда, где все спокойно.

И странники пошли дальше.

- Интересно, почему Вифлеемский народ встревожился? - поинтересовался вслух Иосиф.

- Наверняка, это как-то сковано с переписью, - предположила Марфа.

- Наверняка.

На том и порешили.

Но чем ближе Мария, Марфа и Иосиф подходили к Вифлеему, тем больше людей шло им навстречу, все почему-то покидали Вифлеем.

Вдруг стряслось непредвиденное. Дряхлая старуха, едва завидев Марию, ткнула в нее пальцем и возопила:

- Она во всем виновата, от нее идет зло, в своем чреве она его несет!

И ее спутники поверили ей - бабка занималась чародейством, всё всегда знала. Они схватили под руки Марию и потащили ее в сторону дворца царя Ирода. Иосиф не мог за нее заступиться - бабка чарами сковала его, а вот про Марфу она позабыла.

Девочка в один миг нашлась и принялась присматривать за Марией и людьми, которые влачили ее к царю Ироду.

Заодно Марфа заприметила, что прав был тот старец, когда говорил, что по городу бродит волнение, неспокойствие.

Замыслила девица храбрая хитрую вещь - спряталась в листве оливковой и кинула оттуда камень. Пал он рядом с людьми, что Марию к Ироду тащили. Растерялся народ, туда, где камень обрушился, разом посмотрели и хватку свою ослабили. А Мария тоже сметливая - взяла, да и в кусты юркнула.

Тем временем стражники очнулись, стали озираться - нет Марии, и всё тут. Куда она запропала? Куда исчезла? Неужели в воздухе пряном растворилась? Поискали-поискали стражники Марию, руками махнули и, развернувшись, пошли обратно к чародейке. А к Ироду злостному так и не дошли. Зачем идти, если не с чем? С пустыми дланями к царю идти опасно.

Вернулись люди к бабке, новость ей сообщили, а старуха ногой топнула, травы в чашку кинула, и какие-то слова замысловатые произнесла. Усмотрела она в чаше своей, что Мария, Марфа и Иосиф явились в Вифлеем неспроста, какое-то знамение они собой одухотворяют. Бабка восприняла все на свой аршин, посему и решила, что Мария зло несет, а по истине же - добро Мария великое вынашивала.

Приказала бабка слугам своим сбежавших Марию с Марфой во что бы то ни стало отыскать, живыми или мертвыми к ней привести, хотела она самолично их Ироду доставить, ведь чернокнижница уже осознала, кого именно Мария во чреве носит.

Иосиф дальше продолжал в чарах пребывать, не опасен он был для старухи-чародейки.

Между тем уж тьма настала, солнце за чужую землю зашло, а луна появилась, прохладу, сверчков и цикад с собой принесла.

Марфа и Мария не знали, как дальше быть, что делать? В дом бабки идти опасно, да и не знают они, где бабка эта живет, но не бросать же Иосифа, спасать его надо, сокола ясного. У встречных людей, жителей Вифлеема, Мария разузнала, кто такая та старуха, что мужа ее ненаглядного чарами околдовала, движения его лишила. Оказалась, что чародейку боится весь Вифлеем, даже сам Ирод пред ней трепещет - много бабка секретов колдовских знает, всех неугодных одним махом устраняет. Да и еще напасть - сын бабки - самый злой человек в Вифлееме, со всех много денег требует. Часть из них к себе в карман прячет, у Ирода буквально казну разворовывает, - начальником мытарей он был.

Посоветовали люди со старухой не связываться, но не послушались их Мария с Марфой, стали план выдумывать.

Пока они измышляли план, люди чародейки искали их по всему Вифлеему и не нашли их. Ясное дело - девочка и Мария в одном хлеву спрятались, сеном прикрылись, и сидели там, замерев и стараясь не выходить зазря на улицу.

Разозлилась бабка на стражников, сама решила все сделать. Взяла она собакой обернулась, и начала по запаху Марию с Марфой искать. Учуяла вдруг собака-старуха их запах, все ближе и ближе к хлеву подбиралась.

А Марфа как раз вышла их хлева, отправилась к соседям, чтобы что-нибудь из еды купить, ведь лошадей вместе с узлами они побросали тогда, когда стража по приказу чародейки их схватила, а тут беременная Мария есть захотела. Вот и пошла Марфа к соседям. Хотела купить у них кувшин молока да хлеба, - голод надо было утолить. Малыш внутри Марии еды требовал, как же маленького не накормить?

Почувствовала собака Марфин дух, принялась следить за ней. Умная старуха была, ведь владела возможностью сразу на Марфу наброситься да загрызть ее, но не сделала этого, потому, что Марфа могла привести собаку к Марии, и тогда старуха получила бы все разом.

Марфа потратила все сорок лепт, что несла с собой из самого Назарета. Не жалко ей денег было для доброй беременной женщины. Купила она молока жирного, хлеба свежего, яиц, и пошла обратно, в хлев. Озиралась она без конца, стражников опасалась.

Вернулась Марфа в хлев, голодную Марию накормила, живот ее пощупала, улыбнулась - ребеночек ножками толкался.

А собака за дверью притаилась, решала, что делать дальше.

Неожиданно Мария странно застонала, на лбу выступили крупные капли пота.

- Я, кажется, рожаю, - вымолвила Мария.

Это услышала собака. Мигом превратилась она в старуху, дверь в хлев распахнула да на Марию кинулась.

- Не смей этого делать, не рожай! - прокричала бабка.

Мария и Марфа испугались крика бабкиного, а та вилы схватила и на роженицу двинулась. Поняла Марфа, что бабка сделать хочет, и бросилась на нее как отважная львица. Выхватила из рук старухиных вилы и отбросила их в сторону. Стала драться со старухою, защищая Марию и ее будущего ребенка.

- Со мной драться вздумала? - прошипела бабка.

- Не тронь Марию! Она же ребенка рожает!

- Вот это я и хочу отвратить! - завопила бабка и снова вилы взяла. А Марфа опять их отняла и в сено кинула.

- Ну, девчонка, ты напросилась! - закричала старуха, ладонями хлопнула и исчезла. Вместе с ней и Марфа куда-то подевалась.

Проявились они на поле неподалеку от хлева.

- Сейчас я тебя убью, - посулила старуха, - будешь знать, как людям, зло с собой несущим, помогать.

- Добрые они! - стояла на своем Марфа.

- Злые!

"Пусть убивает она меня, мне все равно! - подумала Марфа. - Но я должна ее задержать, чтобы Мария родить успела! Очень уж я Марию полюбила, как мать свою родную!".

Бабка стала заклинание произносить и на Марфу огненным взглядом смотрела, глаза ее злым огнем горели. А Марфа Богу молилась, о спасении своем, чтобы старуха не смогла ей ничего сделать.

Тут как раз мимо пастухи проходили через то поле, на котором Марфа с чародейкой стояли.

- Как до переписчика добраться? - спросили они.

Марфа развернулась на зов пастухов и сделала тем самым роковую ошибку. Старуха пустила в девицу огненный шар, сожгла ее до пепла, и захотела обратно в хлев побежать.

Но не успела она этого сделать. Пепел Марфы собрался в комочек, на небо взлетел и зажегся там светом чудным, ярким, блестящим, сверкающим.

Бабка посмотрела на эту звезду, которая светом своим весь Вифлеем залила, и исчезла прочь с земли, потому что свет звезды был светом добра, веры в чудо. И правда, случилось чудо. Вместе с появлением на небе Вифлеемской звезды родился у Марии сыночек, она его Иисусом назвала.

Одновременно со смертью чародейки слетели с Иосифа оковы невидимые. Разыскал он Марию в хлеву, где собралось к тому времени много людей. Хозяева хлева, соседи и те пастухи, что первыми звезду Вифлеемскую увидели. Они же рассказали Марии с Иосифом то, что на поле случилось.

С тех пор горит на небе чудесная звезда Вифлеемская, которая при жизни Марфой была. Благодаря ей на свет Иисус появился, много потом людей он спас.

Вифлеемская звезда не потухнет никогда, потому что она - воплощение добра и чистоты, а добро в нашем мире будет вечно, завсегда оно зло победит. Так, как Марфа даже после смерти одолела чародейку злую.