/ Language: Русский / Genre:sf

Королевская дорога

Кристофер Энвил


Энвил Кристофер

Королевская дорога

КРИСТОФЕР ЭНВИЛ

КОРОЛЕВСКАЯ ДОРОГА

Пер. Т.Н. Зиятдинов

Когда раздался звонок, полковник Звездного патруля Валентайн Сандерс как раз появился из секции, где находился "имитатор". Играя на этом автомате, полковник всегда проигрывал. Редко кому-либо удавалось свести игру к ничьей до истечения установленного времени. Любая неточность вела к поражению. На этот раз полковник потерял ценную долю секунды, досрочно поздравляя себя с удачной игрой, и этого мгновения хватило, чтобы он проиграл. Поняв свою оплошность, полковник расстроился.

- Дайте номер кода, - хмуро потребовал он. На серой переборке появилась четверка.

- Давай!

Переборка как будто испарилась. Перед Сандерсом за столом сидел крепкого сложения человек с проницательным взглядом.

- У нас проблемы, Вал, - сказал тот.

- Ты имеешь в виду Космические силы? - встревоженно спросил полковник.

- Нет, это мы уладим. Если они откроют огонь, мы расплавим несколько их орудийных башен, давая понять, что с Империей Тразимир шутки плохи. В общем, Ларсен уже достаточно предупрежден и нами, и этими новобранцами. Ему, как генералу Космических сил, давно следовало все понять.

- Он ничего не хочет слышать.

- Ему некуда деваться. Он - командующий Космическими силами.

- Но как мы докатились до этого? - спросил полковник.

- Как я могу себе представить, это началось тогда, когда на одном из транспортных звездолетов испортился главный гравитатор. Они решили, что ближайшая ремонтная станция находится на Босчоке Ш и направились туда.

- Это ужасно.

- Да. Планетой управляет компьютер. И кроме трущоб, там ничего нет.

- И что же они сделали?

- Мы сами хотели бы это узнать? Но им как-то удалось использовать компьютер в своих интересах.

- Ну, это - подвиг!

- Да, конечно. Наши средства наблюдения за Босчоком Ш сводятся лишь к нескольким спутникам. Поэтому нам пока известно, в чем заключалась их работа. Но, естественно, после того как они оставили планету, мы продолжали следить и вскоре обратили внимание на троих парней: капитана Робертса, ответственного за груз Хаммела и радиста Моррисея. Эти трое взяли очередной отпуск и начали подыскивать звездолет, чтобы опять отправиться на Босчок Ш.

- И они собирались приняться за старое? - спросил полковник.

- Ну, а зачем кому-то возвращаться в такое место?!

- М-да... И что же, в конце концов, удалось обнаружить? - Мы приставили к ним пару человек из разведки. Как обычно, людей у нас не хватает. Но эти трое - ребята крутые. Ничего особенного там обнаружить не удалось. Потом капитан Робертc раздобыл на свалке звездолет типа "Д". Бортовой компьютер отверг двух его товарищей, но ему подчинился.

- Это усложняет дело.

- Да. Ведь у нас появились недоразумения с нашим собственным персоналом. Главный симбиозный компьютер, конечно, был просто счастлив, ведь у него появилась возможность следить за работой бортового симбиозного компьютера этого звездолета. Но что это нам дает? Робертc едва ли думал, что ему достался хороший корабль по относительно низкой цене. Мы не могли связаться с ним, так как это означало бы конец его карьеры еще во время испытательного срока. Симбиозный компьютер тем временем ничего не ведал и ни о чем не догадывался. Линк, без сомнения, знал, что происходит, но от него к нам не поступало никакой информации.

- И что же случилось, когда эти трое парней еще раз возвратились на Босчок... или Рай, как они называют эту дыру? - полюбопытствовал полковник.

- Что случилось? Пока они отсутствовали, население этой планеты раскололось на несколько воюющих между собой лагерей. Вернувшись, Робертc представился их покровителем, императором Тразимиром Воганом, и они его приняли.

Полковник, казалось, был напуган.

- И это - основная причина того маскарада, который мы сейчас проводим?

- Это лишь незначительная предпосылка к нему. В придачу вспыхнула война между императором Воганом и чародеем по имени Огбэг. У нас нет ни малейшего представления, откуда он появился. Но часть населения этой планеты - дикие и свирепые существа - выступила на стороне Огбэга.

- Боже мой!

- Естественно, чтобы противостоять Огбэгу, жители прекратили выяснять отношения между собой. И это временно остановило внутренние междоусобицы. Ты понимаешь, насколько все это важно?

- Конечно. Робертc с друзьями, должно быть, сконструировали и научились применять генератор чувств. И этот генератор, наверное, очень мощный.

- Точно. С его помощью они, если бы захотели, могли бы сколотить целую империю. Но они, кажется, к этому не стремятся. Наоборот, насколько мы можем судить, ребята пытаются навести - порядок на Босчоке

Ш. Короче, вот почему мы здесь. И, если Ларсен окончательно не разозлится на нас, мы заполучим этих ребят к себе на борт и начнем расследовать все это дело.

- Подожди. Если в руках этих парней генератор чувств, то разве мы не подвергаемся риску попасть под его воздействие, когда доставим их сюда?

- Конечно, если у них будет тот генератор, который они применили на планете. Но Ахренс говорит, что это - невозможно. Мы справимся с любым генератором, который они могут прихватить с собой на корабле. Как только они будут в зоне досягаемости, наш генератор чувств начнет работать. Под его воздействием они опять почувствуют себя членами Звездного патруля и добровольно раскроют свои карты. И будут нам еще благодарны за это.

Полковник нахмурился. Затем, пожав плечами, сказал:

- Ладно. Это несколько разъясняет ситуацию. Но ты обратился ко мне по другой причине, не так ли?

- Да. Тут мы уже делаем все возможное. Этот второй вопрос никак не связан с первым. Но он не из простых, и, к тому же, не в нашей компетенции.

Полковник улыбнулся.

- Не хочешь ли ты сказать, что к нам за помощью обратилось командование Космических сил?

- Не Космических сил, а Ассоциации жизни в космосе. Улыбка исчезла с лица полковника.

- Когда Ассоциация жизни в космосе обращается за помощью, это значит, что дела ее, действительно, плохи. Что же не дает им нормально дышать на этот раз?

- Ничего особенного. Лишь две дюжины мелких королей и князей.

Полковник нахмурился.

- Две дюжины мелких?..

- Понимаешь, АЖК занимается заселением новых районов. Но, так как путешествие на звездолете - не самый лучший вид подготовки к условиям жизни на новой планете, АЖК хочет предоставить колонистам возможность отдохнуть, привести себя в порядок и закончить обучение перед тем, как они высадятся на планету заселения, в учебно-профилактическом центре. Если такой центр можно расположить на планете земного типа, то задача во многом упрощается. АЖК уже подыскала одну планету земного типа, которая идеально подходит для этих целей. Она заселена разумными существами, которые внешне ничем от человека не отличаются.

- Тогда АЖК остается лишь получить согласие от населения на строительство на их планете этого центра.

- Точно. Но здесь начинаются сложности. Население на планете - отсталое. Каждым небольшим народом правит свой монарх. Но лишь немногие из них стараются управлять как следует. Большинство же то и делает, что плюет в потолок, набирает горемы или ломает себе голову, как выжать побольше налогов из своих подчиненных.

Полковник на мгновение задумался и пожал плечами.

- Тогда они были бы рады избавиться от своих монархов. Пусть АЖК попросит Космические силы прикрыть их, пока они будут объяснять принципы всенародного референдума, и очень скоро они получат согласие населения.

- Откинувшись в кресле, полковник хлопнул ладонью по колену. - Это решит проблему.

Собеседник полковника невесело улыбнулся и, зажав между большим и указательным пальцами маленькую кассету, показал ее полковнику.

- Здесь АЖК изложила всю эту историю. То, что записано на этой кассете, многое мне объяснило, и ты, посмотрев ее, все поймешь. Ну, а затем сам попробуешь найти решение.

Он вложил кассету в маленький блестящий цилиндр который затем опустил в отверстие.

Полковник выпрямился.

- Подожди секундочку. Ты сказал: "Попробуешь найти решение".

- Кто-то должен был заняться этим беспорядком. Главный симбиозный компьютер сделал свой выбор. Теперь это - уже полностью твоя проблема.

Экран погас.

На другом конце комнаты открылся люк пневматической связи. Появившийся из люка блестящий металлический цилиндр открылся, и оттуда на поднос выпала маленькая кассета с пленкой.

II

Некоторое время полковник разглядывал кассету, затем улыбнулся и, захватив ее с собой, вышел из комнаты. Быстро пройдя по коридору, он остановился перед непромаркированной дверью, которая легко открылась при прикосновении его руки. Он вошел в маленькую, чистую комнату, вдоль одной из стен которой находились стеллажи с книгами, на другой, грозно ощетинившись висело оружие. На панели возле стола, в ногах его койки, находился маленький проектор. Полковник закрыл за собой дверь на замок, вставил кассету в проектор и, развернув кресло, уселся.

На экране появился явно встревоженный человек. На столе, за которым он сидел, среди множества бумаг и кассет находилось три проектора и табличка "Р. Халстэд. Главный администратор". На маленьком столике сбоку стояла пепельница, переполненная окурками, стакан воды и откупоренный пузырек с пилюлями.

Администратор застенчиво прокашлялся: "Э... Меня уверило мое начальство, что я не выйду за рамки установленной процедуры, выступая с этим обращением с целью определить возможности... э... межотраслевого сотрудничества в вопросе... полнейшего заселения пригодных территорий космического пространства человечеством, чьи представители, согласно закону, приобретают статус жителей, менее благоприятствующих планете заселения".

Полковник внимательно слушал. За всем этим бюрократическим жаргоном администратор мог что-то скрывать. А тот продолжал: '"Ситуация - более чем обостренная. Проблема тщательным образом изучалась выдающимися авторитетами в таких важных областях, как жизнеобеспечение и звездная юриспруденция..."

Полковник прослушал длинный доклад о той огромной работе, которую провела Ассоциация жизни в космосе. Потом администратор начал сложно объяснять смысл всех процедур АЖК. Не имея ни малейшего представления, к чему это ведет, полковник слушал, затаив дыхание.

Наконец администратор сказал следующее: "...Таким образом, естественно, приняв во внимание установившиеся традиции населения, навязывание нашей концепции представительного правительства выглядело бы чрезмерным вмешательством в их дела; согласно принципам более дальновидной политики, с таким вмешательством мириться нельзя; существующие местное правительство следует рассматривать как единственное и полностью отвечающее, на данный момент, обстоятельствам жизни местного населения; следовательно, какое бы впечатление ни производили их лидеры, к ним должно относиться как к законно избранным представителям народа..."

Полковник перекрутил пленку. Он просматривал этот отрывок до тех пор, пока не убедился, что понял, в чем суть:

АЖК здесь пришлось иметь дело с теми, кто не считается ни с какими обстоятельствами. В данном случае, это были две дюжины воюющих между собой местных князьков.

Администратор продолжал: "Мы находим крайне неблагоприятным тот факт, что представители планеты, проголосовав 18 против 6, отклонили возможность создания учебно-профилактического центра на своей планете. Другой, подходящий для этой цели, планеты в этом регионе не сыщешь. Очевидно, что мы не можем послать сюда колонистов без необходимой подготовки, и в то же время, придерживаясь наших принципов, мы не можем заставить князей согласиться на создание учебно-профилактического центра. Любой руководитель, нарушающий закон, будет смещен вышестоящим начальством. Кроме того, никому другому мы не можем позволить применять к ним силу. Они - в нашей ответственности. Мы должны руководить ими, но не давить на них. И все-таки нам необходим этот центр. Таким образом, у нас нет другого выхода. Мы рассчитываем на то, что подписавшему договор удастся убедить представителей народа в выгодности его создания. К сожалению, людей, достаточно уверенных в своих силах, для такого проекта не нашлось".

Использовав трехразмерную проекцию, администратор продемонстрировал отдельные регионы планеты: ее единственный заселенный континент, обрамленный скалами и многочисленными рифами, примитивные города, соединенные между собой сетью дорог, плодородную речную долину, усеянную, подобно шахматной доске, крошечными земельными участками. Потом появился вид одного из городов, где люди, завернутые в белые мантии, толкались, пробивали себе дорогу через покрытую засохшей грязью площадь. Когда из-за угла появилась позолоченная карета, запряженная животными с головами ласок, люди, поспешно расступились, уступая ей дорогу. Через открытые окна можно было увидеть чрезвычайно толстого субъекта, завернутого в золотистые и оранжевые ткани. Этот субъект раздраженно орал на тех, кто, растерявшись перед внезапно появившейся каретой, промедлил убраться с ее пути. Кучер направо и налево сыпал удары длинной плетью. Не успевала карета проехать, как люди падали на землю, целуя грязь, по которой прокатились ее колеса.

Когда эта сцена исчезла, администратор сказал: "Мы делали все, что в наших силах, чтобы найти какое-нибудь решение, но, к несчастью, нам это не удалось. Кажется, что положение безвыходное, но учебно-профилактический центр нам жизненно необходим. Мы высоко оценим любую оказанную нам помощь... Остаток пленки содержит статистические данные по планете".

Полковник просмотрел оставшийся краткий отчет и повернулся к столу, над которым на белой стене находился диск. Он набрал номер абонента, затем свой собственный. Мгновение спустя стена как-будто исчезла и перед ним опять появился все тот же крепкий человек с проницательным взглядом, передавший ему кассету. Сейчас он улыбался.

- Как тебе это нравится?

- Интересная задача, - ответил полковник. - Как я понимаю, все сводится к тому, что АЖК необходимо создать перевалочную базу на этой планете. Но она не может добиться этого без некоторого давления, а ее собственные правила запрещают ей вмешиваться, так как планета заселена разумными существами.

- Еще хуже, АЖК не может позволить кому-нибудь использовать силу, подкуп и другие подобные средства, чтобы склонить князей изменить свое решение. Если бы не это, любой предприниматель вывернул бы местных политиков наизнанку и центр был бы построен. Но эти правила изменить нельзя, хоть они бестолковы. Созданы крайне бдительные комитеты, выискивающие малейшую брешь в соблюдении правил. Положительный результат крайне необходим, но, если придерживаться буквы закона, то получается, что усилия в этом направлении связаны с нарушениями. Задача - не для АЖК. Все это ложится на нас.

- На какую помощь я могу здесь рассчитывать?

- Все, что хочешь... и что в компетенции нашего ведомства: оборудование, снабжение, любой понравившийся тебе, свободный звездолет...

- Я имел в виду команду.

- Ну... Ты ведь знаешь, какова ситуация.

- Да.

- Хотя мы набираем новобранцев, используя любые средства, людей нам все же не хватает. Здесь мы ничем не можем тебе помочь. Естественно, ссылаясь на низкие показатели набора, делу не поможешь, - он покачал головой. - Возьми любого свободного. Но у нас таких не много.

На мгновение полковник задумался.

- Значит, я могу использовать любого, кто еще не задействован?

- Да.

- Хорошо. Так я и буду действовать.

- Желаю удачи.

Когда изображение пропало, полковник, прикрыв глаза, откинулся назад, затем выпрямился и его пальцы забегали по клавиатуре телефона. На этот раз изображение на стене не появилось, тем не менее раздался бодрый голос: "Отдел кадров".

- Позавчера я принимал присягу у кандидата Нелса Бергена. Официально зачислив его новобранцем, я направил его для прохождения начального курса обучения и решения вопросов обмундирования и экипировки. Где он сейчас?

- Минутку... В данный момент новобранец Берген спорит на складе по поводу пригодности пары брюк его униформы.

- Значит, его еще никто не задействовал?

- Нет. Ведь он пока лишь новобранец.

- Спасибо.

Полковник быстро набрал новый номер. Последовал ответ: "Плановый отдел".

- Строите ли вы какие-либо планы, связанные с операцией "Новое голосование"?

- По буквам, пожалуйста.

Полковник произнес название операции по буквам.

- Минутку... Нет... Кроме того у нас нет данных о том, чтобы такие проекты разрабатывались ранее.

- Спасибо. Соедините меня с начальником отдела. На стене появилось изображение крепкого светловолосого человека с внимательным выражением лица.

- Привет, Вэл. Чем могу служить?

- Я хочу зарегистрировать проект "Новое голосование" для себя. С монитором я уже все уладил. - Это несложно.

- В команду я беру, во-первых, новобранца Нелса Бергена...

Начальник отдела искоса взглянул на полковника.

- Подожди секундочку. Конечно, я знаю, какова ситуация с кадрами, но новобранец?..

- Этот к нам попал с гауптвахты Космических сил. Он парень тертый. При тестировании на физическое и умственное развитие он показал отличные результаты. Он умен и способен быстро принимать решения, прекрасный материал. Я думаю, что участие в этой операции позволит ему взглянуть на нашу работу изнутри, причем без особого для него риска. И это должно... хм... наилучшим образом стимулировать его к прохождению подготовительного курса по возвращении.

- Мы должны быть уверены, что он вернется. Каждый квалифицированный летчик, на которого мы можем наложить руку, стоит дюжину бриллиантов. В чем заключается операция, в которой он будет участвовать?

Полковник кратко описал ситуацию, сложившуюся на планете.

- Хм... - произнес начальник. - Чтобы вбить этим князькам в голову правильную точку зрения, ты бы мог использовать генератор чувств.

- Ассоциация жизни в космосе обязана зорко следить за планетой. Представь себе, что все эти маленькие деспоты согласились. Для АЖК эта проблема тогда будет решена, но, в то же время, мы предоставим им повод для размышления над тем, что их не касается.

- Да... Тогда они могут догадаться о существовании генератора чувств. Хм... И если тебе удастся убедить князей изменить решение, то, без сомнения, лишь благодаря тому, что в кодексе значится как "подкуп", "принуждение" и тому подобное, а это АЖК допустить не может.

- Правильно, - буркнул полковник.

- Тебе придется действовать достаточно гибко.

- Да.

- Отлично. Я поспособствую, чтобы этот новобранец был послан на выполнение операции "Новое голосование". Предварительно я занесу его в список, а там посмотрим, не поднимет ли отдел кадров из-за него бучу. Кого еще ты хочешь?

- Новобранцев Робертса, Хаммела и Моррисея. Начальник планового отдела покачал головой.

- Я полагаю, если уж это не опасно для одного новобранца, то теоретически, и за четверых бояться нечего. Но тебе в команде нужны также опытные люди. Один новобранец - одно дело, четверо - совсем другое. Боюсь, мне придется...

Полковник быстро отреагировал.

- Да, я согласен, если бы они были обыкновенными новобранцами, но они особенные, они...

- Все наши новобранцы - особенные. Их очень тяжело заполучить. Вот почему мы не можем допустить, чтобы их разорвали на клочки лишь потому, что они не прошли предварительной подготовки.

- Я имею в виду, что они закаленные парни. Они все... вот капитан, к примеру...

- Какой капитан?

Полковник понял, что чуть было не проболтался.

- Я имею в виду, у них свой звездолет типа "Д", - поправил он.

- А, ты имеешь в виду, что у них своя подобранная команда. Здесь была ловушка. Если он доведет до ведома начальника, что двое из новобранцев были отвергнуты бортовым компьютером от управления и были, скорее всего, допущены на звездолет лишь благодаря Робертсу, то возможность их участия в операции будет, естественно, отклонена.

- Все, что я собирался сказать, это лишь, что капитан звездолета типа "Д" ранее служил капитаном на скоростном космическом транспорте, что также связано с большой ответственностью. Он не похож на зеленого горячего юнца.

Начальник, казалось, насторожился.

- Как насчет двоих других?

- Один отвечал за груз на его корабле, второй был радистом. Очевидно, он сам их выбирал. Ужасно, что мы не можем позволить новобранцам привлекать новых людей. Это могло бы решить проблему или, по крайней мере, облегчить ее.

- Да... Ну, ладно. Я уверен, что отдел кадров подумал уже о...

Пока начальник планового отдела на мгновение задумался, полковник добавил:

- В любом случае, кажется, они вполне надежные ребята.

- Ну да, конечно.

Начальник нахмурился, как будто подсознательно понимал, что что-то здесь неладно и, пожав плечами, сказал:

- Главное, что эти четверо пришли к нам не прямо из-за парты. Ладно, кого еще ты хочешь?

- Я свяжусь с отделом кадров и узнаю, кто еще свободен. Я лишь боялся, что кто-нибудь еще может наложить руку на этих ребят. Они мне очень нужны.

- Как насчет корабля и оборудования?

- Я собираюсь изучить всю информацию, прежде чем составить предварительный план действия. Но в первую очередь, мне хотелось бы быть спокойным, что, когда у меня будет план, кто-нибудь мне поможет его осуществить.

- Хорошо. Я определенно прикомандирую к тебе команду этого корабля типа Д" и постараюсь прибавить к ним новобранца Бергена. Ну как?

- Отлично. Гора с плеч.

- Надеюсь, положение с новыми кадрами вскоре улучшится. Ладно, дай мне знать, когда подыщешь корабль и оборудование.

- Обязательно. Спасибо.

Изображение на стене погасло и полковник, утерев обильный пот со лба, набрал другой номер. Сразу же последовал ответ: "Отдел кадров".

- Мне хотелось бы знать, кто из квалифицированных кадров сейчас свободен.

- Минутку... Летчики ниже полковника по званию все заняты. Свободен лишь полковник Валентайн.

- Я и есть полковник Валентайн.

- Значит, вам это не подойдет.

- Естественно. Как насчет новобранцев?

- Лишь один новобранец в нашем регионе свободен. Минутку... Он уже предварительно заказан на операцию "Новое голосование".

- А как насчет... э... тех новобранцев, которых ждут в ближайшем будущем?

- Проверю... Лишь трое должны прибыть вскоре. Они уже заказаны на операцию "Новое голосование". Если вы хотите связаться с руководством операции...

- Спасибо. Я руковожу этой операцией.

- А! Тогда вам это не нужно. В конечном итоге, это весь свободный персонал, которым мы обладаем в данном регионе.

- Хорошо, - сказал полковник. - Спасибо. Он опять набрал новый номер. Раздался голос: "Оперативный отдел".

- Я хотел бы получить текущую информацию о конфронтации между нами и Космическими силами под командованием генерала Ларсена.

На стене зажглось изображение мчащегося на фоне звездного неба грозного флота в боевом порядке.

- Генерал Ларсен, - прокомментировал служащий оперативного отдела,

- неохотно согласился с положением вещей и сейчас отступает перед угрозой атаки вооруженных сил Его Королевского Величества Вогана Первого при поддержке многоцелевого космического крейсера Империи Тразимир.

- М-да, - произнес, нахмурившись, полковник. Проведение этого маскарада, рассчитанного на посторонних, полковник считал делом нормальным. Но подавать своим людям ситуацию под таким соусом ему казалось чрезмерным.

- И когда же Его Королевское Величество должны прибыть сюда? - сухо спросил полковник.

- В любой момент.

Полковник встал.

- А куда именно?

- Главная гавань. Первый причал.

- Спасибо.

В одно мгновение полковник выскочил за дверь и побежал по коридору. Если он замешкается, его люди попадут в руки разведки для длительного допроса. Все, что было в его силах, так это склонить разведку восстановить события по памяти компьютера. А чтобы это сделать, ему необходимо быть на месте, когда они прибудут.

Он остановился перед дверью с яркой зеленой маркировкой "Экспресс" и, отворив ее, впрыгнул в пустую серую шахту. "Главная гавань! Первый причал! Срочно! Поручение начальства!"

Стены шахты поплыли в его глазах. Из репродукторов в виде узкой решетки на всю длину шахты раздался голос:

- Расслабьте мышцы. Физическое сопротивление может привести к серьезной боли и телесным повреждениям.

Полковник расслабился и закрыл глаза, чтобы не видеть бешено скользящих мимо стен, вызывающих у него головокружение. По мере того, как скорость возрастала, полковник все более сгибался, дергаясь на каждом повороте. Его движения становились все более вынужденными и напряженными, как будто против своей воли ему приходилось проделывать ряд силовых гимнастических упражнений. Затем скорость и мощь движения достигли такой степени, что он почувствовал себя бешено летящим по извилистому, запутанному лабиринту. Он сосредоточился на том, чтобы оставаться расслабленным, мысленно контролируя то одну, то другую конечность, в то время как тело его дергалось, как у марионетки, руководимой сумасшедшим.

Потом движение замедлилось, и он позволил себе открыть глаза. В следующий раз он не будет так легкомысленно употреблять фразу "поручение начальства".

Дверь мрачной шахты открылась, и, когда полковник оказался снаружи, до него долетели слова из репродуктора-решетки: "Главная гавань. Первый причал прямо напротив".

Когда он миновал двойные двери в конце широкого коридора, перед ним открылось широкое пространство, хотя и несравнимо малое относительно размеров самого многоцелевого крейсера, в гавани которого многочисленные причалы-гнезда для космических кораблей поменьше были почти пусты. Здесь находилось лишь несколько звездолетов, которые, в случае неожиданного ускорения или изменения гравитационного поля сверху, крепились специальными рамами.

Все это было знакомо полковнику. Не удивило его также, что человек двадцать, знаки отличия которых указывали на их принадлежность к разведке, стояли в ожидании немного в стороне от входа. Тем не менее, необычное выражение лиц заставило его оглянуться.

Справа от него из смотровой рубки, выдающейся вперед над впускным шлюзом, полдюжины человек управляли генераторами чувств. Откинувшись в высоких креслах, они вели на прицеле приближающийся звездолет устаревшей конструкции типа "Д", чье изображение на экране перед ними было видно так хорошо, как будто он находился за стеклянной перегородкой. Эти установки были лишь частью грозной батареи генераторов чувств, возглавляемой Ахренсом.

Полковник нахмурился. Как бы слабо ни выглядел противник, ему не хотелось присутствовать при сражении, где бы применялось оружие этого типа. Как только Ахренс заставит новобранцев, исполненных покорности и трепета, покинуть звездолет, они уже будут в его команде. А разведка пускай удавится от злости.

Он внимательно следил за изображением звездолета, продвигающегося вперед. Но вскоре с того места, где находился полковник, стало уже невозможно наблюдать за его продвижением и изображение исчезло. Еще мгновение спустя наводчики орудий, которые следили за звездолетом с более выгодной позиции, подняли стволы орудий. Затем, щелкнув переключателями, они прекратили подачу энергии к установкам, исключая возможность непреднамеренного удара по своим. Один из операторов потянул светящийся желтый рычаг на себя. В ответ на это, слегка качнувшись, орудия скрылись в шахтах.

Теперь беспокойство полковника возросло.

Наверное, звездолет был уже вне радиуса действия внешних установок генераторов чувств и нужно переходить на внутренние. Но зачем?

Сквозь толстую плотную мембрану впускового шлюза, полностью исключающую утечку воздуха, послышался шум. В гавань входил звездолет типа "Д". Несмотря на устаревшую конструкцию, его обшивка была еще в хорошем состоянии и отливала золотом и платиной. На одном из бортов теперь уже можно было различить три герба.

Полковник почувствовал, как внутри него зарождается странное благоговение. Людям, ожидавшим в гавани звездолет, точно перехватило дыхание. Сверкающий звездолет уже полностью прошел шлюз...

И в этот момент полковник ощутил непреодолимое желание почтительно преклонить колени.

III

Команда патрульного звездолета: Робетс, Хаммел и Моррисей последний час провели в состоянии нервного напряжения, ведь их судьба находилась чужих руках. Прежде всего они задавались вопросом: что произойдет, если Ларсен раскроет их блеф и они будут уволены? Кроме того, им не давал покоя этот огромный крейсер. Однако, связавшись с его симбиозным компьютером, новобранцы получили успокаивающие ответы. Теперь же, приближаясь к крейсеру, они были довольны.

Более того, они были горды. Ведь им предстояло служить в легендарном Звездном патруле. Кроме гордости товарищи испытывали чувство смирения, ведь они не заслужили эту честь. Теперь они постараются сделать все от них зависящее, чтобы оправдать доверие, оказанное им Звездным патрулем. Казалось, все пока идет нормально. Столько эмоций могла, естественно, вызвать эта необычайная ситуация. Но, войдя в гавань, они ощутили, как к гордости, смирению и решимости добавилось чувство благоговения, рабской покорности и преданности, суеверного страха и вины. Когда, казалось, сердца уже готовы были расколоться от нахлынувших на них эмоций, наступил момент презрения. Новобранцы переглянулись. Моррисей, бросив взгляд на установку генератора чувств, сказал:

- Наш выключен.

- Наш-то выключен, но, должно быть, чей-то работает, - сказал Робертс.

И, прежде чем забиться по полу в припадке благоговейного ужаса и покорности, он успел вытрусить из маленького пузырька таблетку транквилизатора и, раскрошив ее, проглотить несколько кусочков.

Под действием транквилизатора Робертс ощутил себя будто под стеклянным колпаком, вне которого, напрасно стараясь проникнуть внутрь, бушевали эмоции.

Хаммел и Моррисей также проглотили несколько кусочков таблетки. Действие транквилизатора оказалось настолько сильным, что некоторое время они не способны были соображать. Тупо глядя друг на друга и качая головами, они напоминали увядшие под палящим солнцем растения. Наконец, выглянув из иллюминатора, Робертс сказал:

- Мы уже почти внутри крейсера.

- Дело не в этом. Мы попали в ловушку. Все это начиналось постепенно, но как мы будем выбираться отсюда?

Робертс попытался найти ответ, но вдруг почувствовал прилив решимости и азарта. Должно быть, транквилизатор не окончательно притупил его чувства. Он быстро выскочил из кресла и, добежав к установке генератора чувств, включил ее.

IV

Чувство благоговения у полковника неудержимо росло по мере того, как он наблюдал за крейсером, появляющимся из шлюза. Сверкающий корабль, казалось, купался в славе. Ищущий объяснения мозг полковника был переполнен чувствами. Ошеломленный, он ясно услышал глубокий, слегка ироничный голос: "На колени, джентльмены. Его Королевское Величество Воган Первый, самый справедливый и бесстрашный суверен!"

Полковник преклонил колени, удивляясь сначала, как он мог колебаться. Но затем в его мозг закралась мысль о том, как все происходящее можно связать с тем, что он знал о звездолете и его команде. Сам собою напрашивался ответ: "Работает генератор чувств".

Стараясь сосредоточиться на том, что ему предстояло сделать, полковник поднялся на ноги. Прямо перед ним, метрах в десяти от звездолета, появился человек, облаченный в золотые латы и с короной на голове. Чувство благоговейного трепета было невыносимо, но полковник все же удержался на ногах. Он услышал, как человек холодно произнес: "Выключите свои установки, и мы выключим свои". Когда смысл сказанного дошел до полковника, он, набрав в легкие побольше воздуха, заорал: "Всем операторам генератора чувств отключить установки и находиться на своих местах!"

Справа от полковника операторы, вскочив на ноги, защелкали выключателями. Выполнив приказ, они продолжали находиться у своих установок.

Из звездолета раздался голос:

- Отпустило. Нам тоже выключить?

- Выключайте. Но будьте рядом, - откликнулся человек в короне.

Почувствовав внезапное облегчение, полковник зашатался. Но его мозг и тело были достаточно натренированы, и он быстро обрел равновесие. "Так вот как воздействуют генераторы чувств!" - подумал он. Тем не менее, ситуация оставалась напряженной и преимущество было не на стороне новобранцев. Значит, дело надо уладить быстро.

- Вам зачтется, новобранцы, если вы быстро избавитесь от этого обезьяньего костюма и доложите о прибытии, - грубо сказал полковник.

- Нам не очень нравится, когда кто-либо вмешивается в наши чувства. Если вы привыкли практиковать подобное, то поищите новобранцев в другом месте, раздался холодный ответ.

Дело не ладилось, и забеспокоившись, полковник примирительно сказал:

- Согласитесь вы со мной или нет, но люди, по каким-либо причинам использовавшие генератор чувств для захвата планеты, не могут рассчитывать на радушный прием. Они - небезопасны.

На минуту задумавшись, коронованный новобранец направился к звездолету.

- Мы все сейчас выйдем.

Хотя новобранец и не добавил слова "сэр", казалось, полковник взял верх.

Было очевидно, что ребята перенесли легкое разочарование. Тем не менее, они были новобранцами, а Звездный патруль испытывал в них крайнюю нужду.

Полковник нетерпеливо ждал у трапа звездолета.

V

Покидая звездолет, Робертс, Хаммел и Моррисей неуверенно переглянулись. В принципе, они могли бы выбраться из этого огромного крейсера, но что потом? Когда они окажутся снаружи, его мощные орудия легко подавят их волю. Даже если предположить, что они смогут использовать свой генератор чувств для нейтрализации целого боевого крейсера и этим обеспечат себе побег, тогда в лице Звездного патруля они обретут себе врага. Космические силы будут преследовать любого, у кого есть хотя бы малейший опыт работы с генератором чувств. Но деятельность Космических сил строго лимитирована. Возможно, и для Звездного патруля существуют ограничения. Но даже если так, никто из них не знал, в чем они заключаются.

Склонившись над пультом, Робертс нажал кнопку с маркировкой ''Симбиозный компьютер".

- Этот крейсер принадлежит Звездному патрулю?

- Да, - ответил компьютер.

- А люди, ожидающие нас снаружи, - его члены?

- Да.

Робертс выпрямился и посмотрел на Хаммела и Моррисея.

- Можем выходить, - сказал он.

Наскоро приведя себя в порядок, все трое покинули звездолет. Радушно улыбаясь, у трапа их встретил худощавый, но крепкого телосложения полковник.

Робертс оглянулся. Кроме их звездолета в гавани находилось еще несколько космических кораблей. Все они были почти одной и той же стандартной конструкции, но отличались размерами: Прямо перед собой Робертс увидел дверь, через которую, им, очевидно, придется пройти, покидая гавань. Рядом с дверью, мрачно и несколько ошарашенно, смотря в их сторону, стояла группа людей.

Робертс обернулся к полковнику. На его нашивках красовался орел с распростертыми крыльями, сжимающий в своих когтях ракету. Но сама форма полковника была необычной. Она казалась изготовленной из высококачественной кожи, но определить ее цвет было нелегко. Сначала она показалась Робертсу темно-зеленой, потом - коричневой. Позднее обозначился серый тон, подобный цвету коры кленов, завезенных с Земли. Форма была пошита свободной, но лишь настолько, чтобы не сковывать движений. С правой стороны, на широком поясе из голубой кожи, в кобуре висел пистолет. Слева - нечто похожее на охотничий нож. Кроме того, к поясу были прикреплены несколько кожаных футлярчиков. Робертс считал, что такие ремни громоздки и неудобны. И тем не менее, их носили все, кого он видел. Возможно, подумал он, это потому, что оружие в случае опасности лучше иметь под рукой, и в то же время оно не бросается в глаза.

Все вокруг было Робертсу интересно, и новые впечатления действовали на него успокаивающе. Полковник улыбнулся.

- Ну как, капитан, все осмотрели?

- Капитан? Несколько минут назад я был всего лишь новобранцем.

- Вы им и остаетесь. Но вы прошли испытание симбиозного компьютера. Патрульный корабль принял вас, и во время испытательного срока вы себя не дисквалифицировали. А тот, кому это удается, автоматически получает звание капитана. Но многое вам еще не известно. Поэтому вы остаетесь новобранцем. Это может показаться странным, но если немного подумать, то все остановится понятным. Многое у нас в патруле может выглядеть необычным. Например, иногда мы задействуем новобранцев в несложных операциях. Даже если у них нет никакой специальной подготовки. Это дает новобранцу возможность увидеть нашу работу изнутри. Не думаю, что кто-либо из вас будет возражать.

Трое ребят, не утруждаясь задуматься над сказанным, закивали головами в знак согласия. А полковник как бы случайно добавил:

- Тогда, парни, вас направляют на выполнение операции "Новое голосование". Ну как?

- Отлично. Спасибо, сэр, - ответили новобранцы удивленно.

Теперь они старались выглядеть бодрыми и счастливыми. Пусть даже им предстояла совершить посадку на Солнце!

Дружелюбно улыбаясь, полковник подал руку.

- Я отвечаю за проведение этой операции. Ваша фамилия Робертс?

- Да, сэр, - сказал Робертс, пожимая руку полковнику. Затем он представил Хаммела и Моррисея. Полковник уже собирался уводить их, когда трое человек, стоявших ранее в стороне, спохватились, выступили им навстречу.

- Задержитесь, - сказал один из них. На левом лацкане его пиджака красовался маленький золотой плуг и крошечная неразборчивая надпись.

- В чем дело? Ты что, собираешься увести их с собой? - раздраженно спросил второй. На его род войск указывала эмблема с фигурой женщины в мантии, держащей в руках огромный топор. На лацкане третьего из подошедших были изображены скрещенные копье и стрела. Он сердито ответил:

- Слушай, Вал, мы должны допросить их. Ты получишь их обратно через две недели.

- Очень жаль, джентльмены, - сказал полковник. - Но почему вы не сказали мне об этом раньше?

- Раньше? Но мы сами только что подошли!

- Ничем не могу помочь. Они отправляются со мной на задание.

- Но, призывники должны первые три недели провести в казармах.

- Я получил добро на их участие в операции, - ответил полковник.

- Тэд, свяжись с отделом кадров.

- Отдел кадров уже направил их в мое распоряжение, - холодно бросил полковник.

- Пока они не внесены в список направлений, это решение окончательным не считается.

- Мне кажется, они об этом уже позаботились.

- Проверь это, Тэд.

Один из офицеров достал из футляра на поясе небольшое устройство и поднес его к губам. Мгновение спустя, обернувшись, он сказал:

- Новобранцы Робертс, Хаммел и Моррисей уже направлены на операцию "Новое голосование".

Офицер с эмблемой в виде скрещенных копья и стрелы посмотрел на полковника, будто хотел разорвать его на куски. Но тот лишь улыбнулся в ответ и, посмотрев на новобранцев, сказал:

- За мной, ребята! - Затем добавил, бросив через плечо: - А вы можете покопаться в памяти бортового компьютера.

- Придется... Но шеф будет...

- Шеф разрешил мне взять любого свободного. На вашем месте я бы не спорил.

Немного отойдя, полковник улыбнулся и повернулся к Робертсу.

- Стыдно, но некоторые офицеры, кажется, испытывают удовольствие, допрашивая новобранцев и содержа их под домашним арестом.

- Да, сэр, - сухо согласился Робертс.

Открыв дверь, на которой пылающими зелеными буквами было написано "Экспресс", и назвав адрес, полковник пропустил Робертса с товарищами вперед.

Когда они вошли в пустую шахту, все кругом пришло в движение. Серые стены поплыли в их глазах. Скорость все время возрастала. Потом движение стало замедляться, и, наконец, они оказались перед дверью с надписью "Оперативный отсек" и номерным знаком.

Открыв дверь, все четверо вышли в широкий коридор.

- Это новобранцы Робертс, Хаммел и Моррисей, - сказал полковник. - Вход им сюда разрешен. Но покинуть этот этаж они могут только с моего разрешения.

Робертс оглянулся. Никого, кроме них, здесь не было. Когда дверь захлопнулась, Робертс попробовал открыть ее, но она не поддавалась.

Мрачно переглянувшись, новобранцы последовали за полковником по коридору. Он остановился перед дверью с номером 14 и открыл ее. В комнате было четыре койки в два яруса, четыре парты, расположенные парами, спинка к спинке, и четыре рундука у стены. Из двух дверей, находившихся здесь, одна вела в туалет, отделанный кафелем. Во второй двери имелся круглый иллюминатор, сквозь толстое стекло которого в комнату проникал яркий солнечный свет.

- Капитан Робертс, новобранцы Хаммел, Моррисей и Берген, - сказал полковник.

Роберте опять оглянулся. Никого, кроме полковника, стоявшего в дверном проеме и что-то записывающего в блокнот, здесь не было.

- Порядок, джентльмены, - сказал полковник. - Вы свободны до 18.00. В 18.00 вы пообедаете здесь, в своей комнате. К 18.30 вы должны быть одеты в форму, которую найдете в рундуках. О размерах не беспокойтесь, все будет в порядке. Затем вы явитесь в комнату No 18, по коридору за холлом. Там вы пройдете восьмичасовой курс ориентации и в общих чертах ознакомитесь с методами нашей работы, а также со спецификой операции "Новое голосование". Потом вы вернетесь сюда. Свет выключают в 22.00.

Он кивнул головой уставившимся на него новобранцам, вышел и захлопнул за собой дверь.

VI

- Ничего не понимаю, - сказал раздраженно Хаммел. Робертс попробовал открыть дверь, и она легко поддалась. Полковник уже ушел. Но снаружи на двери Робертс увидел под номером 14 список имен:

капитан Робертс

новобранец Хаммел

новобранец Моррисей

новобранец Берген

Моррисей удивленно заметил:

- После 18.00 мы должны быть в комнате No 18. Там мы пройдем восьмичасовой курс ориентации. Потом мы вернемся и в 22.00 выключим свет. Но через восемь часов, если мы начнем занятия в 18.30, будет

02.30.

- Либо он имел в виду, что, когда мы вернемся, свет уже будет выключен, либо мы попали в подразделение Звездного патруля для умственно отсталых, сказал Робертс, проводя рукой по надписи на двери. Поверхность была сухой и гладкой, как будто краска была нанесена тончайшим слоем или буквы светились изнутри.

Робертс откашлялся.

- А что было на двери перед тем, как мы вошли?

- Лишь номер, - сказал Хаммел. - Кажется, номер 14.

- Взгляните на это сейчас.

Хаммел и Моррисей подошли к двери, и проведя по надписи рукой, удивленно переглянулись.

- Здесь не все так просто.

Робертс подошел к двери в конце комнаты. Из иллюминатора, расположенного в ней, открывался вид на широкий песчаный пляж. Вдали сверкало на солнце море, а немного ближе вздымался и обрушивался пеной на пляж прибой. Налево раскинулся небольшой парк с высокими, раскидистыми деревьями и небрежно скошенной травой. Проплывая в пяти сантиметрах от земли и разбрасывая зеленым фонтаном траву, мимо прошла сенокосилка.

- Впечатляющая иллюзия, - сказал Хаммел, подойдя к Робертсу.

- Зачем они вставили эту картинку в иллюминатор? - недоумевал Моррисей.Такой вид из окна был бы более освежающим. А это лишь дразнит. Видимость из иллюминатора плохая и выйти нельзя.

Робертс оглянулся и заметил небольшие настенные часы. Они показывали начало третьего. Значит, до 18.00 оставалось еще четыре часа. Чем же занять оставшееся время? Он опять взглянул на дверь и потянулся к ручке.

- Внимание! Сейчас я потяну за ручку, переключатель сработает, и появится зимний пейзаж, водопад или красивая девушка, сидящая на скале в ореоле брызг прибоя.

Хаммел пожал плечами.

- Давай! Ведь за дверью, естественно, ничего нет. Не могут же они возить с собой на корабле пляж и пол-океана!

Робертс резко потянул ручку на себя... и дверь открылась. Яркий солнечный свет и запах моря наполнили комнату. Сразу же за небольшой открытой верандой расстилался пляж с ослепительно желтым песком.

Новобранцы одновременно ринулись вперед. Но вдруг остановились, так и не переступив порог и столпившись у дверей.

- Подождите-ка. Возможно, это - голограмма или нечто вроде 6-В. Как бы нам не натолкнуться на проектор.

- Если это голограмма, то и часть комнаты - голограмма. Мы можем все это проверить, посмотрев от противоположной стены.

- Когда двери заперты, то это - 3-В. Но когда вы их открываете, то видите уже голограмму.

Робертс посмотрел по сторонам и, не увидев никаких предупреждающих знаков, начал потихоньку двигаться вперед. Переступив порог, он вытянул руки перед собой, как бы стараясь что-то нащупать. Но вокруг были лишь солнечный свет и свежий морской ветер. Робертс наклонился и, пощупав горячий песок, оглянулся.

- Моррисей, отойди подальше и скажи, как все это выглядит.

Моррисей подался в другой конец комнаты.

- Отсюда видно то же самое. Робертс покачал головой.

- Вот еще как можно проверить.

Зачерпнув пригоршню горячего песка, он вернулся в комнату. Песок - бурые и желтые крупинки - все еще оставался в его ладони.

Новобранцы изумленно переглянулись.

Робертс швырнул песок на пляж и немного раздосадованно сказал:

- Ладно. Все это, без сомнения, не настоящее. Но разве можно придумать лучший способ провести время до 18 часов?

- Нет, надо попробовать.

Наскоро сняв одежду и побросав ее на койки, новобранцы вышли.

После нагретого солнцем песка вода казалась леденяще холодной. Они ныряли, плавали, кувыркались в волнах прибоя, выносящего их на берег. Поднимаясь на ноги после очередного падения и ощущая, как ступни мягко погружаются в песок, они вновь и вновь бросались в воду. Неумолимо пекло солнце, и пенистые волны беспрестанно накатывались на берег. Через час, посвежевшие и уставшие, они помчались наперегонки назад к себе, и, приняв горячий душ, растянулись на койках, чтобы мгновенно уснуть.

Разбудил Робертса отдаленный звон гонга. Во сне он пробирался по какому-то темному коридору, и сейчас, проснувшись с тяжелой головой, не мог понять, где находится. Приподнявшись на локте, Робертс увидел, что, кроме него, в комнате спят, натянув на голову одеяла, еще три человека. Чувствуя себя измученным и раздраженным, он спрыгнул с койки. Звон гонга сразу же прекратился. Робертс выглянул в иллюминатор на пляж. Уже начинало темнеть. Вдруг он почувствовал запах жареного мяса. До этого Робертсу не приходило в голову, что он голоден. Посмотрев по сторонам, Робертс увидел, что на каждой парте стоит поднос с порцией мяса и жареной картошки. Схватившись за стояки двухъярусных коек, он крепко их потряс. Ошарашенные, что-то бессвязно бормоча, на пол спустились Хаммел и Моррисей. Из-под одеяла четвертой койки показалось худое лицо голубоглазого юноши. На вид ему было лет двадцать. Его светлые волосы казались почти белыми, а выступающий подбородок с маленькой ямочкой свидетельствовал об упрямстве и драчливости. Юноша злобно уставился на Робертса.

- Тебя зовут Нелс Берген? - спросил капитан.

- Да, - грубо ответил юноша, угрожающе свесив с койки тонкую, но мускулистую руку. - А ты кто такой?

На какое-то мгновение в Робертсе закипела злость, но он сдержался и даже почувствовал некоторый интерес. Он выдернул Бергена из койки. В воздух полетели матрас, простыни, одеяло, и секунду спустя Берген оказался на полу под кучей перепутанного постельного белья.

- Можно было бы догадаться, что я твой начальник, - сказал Робертс.- Но не в этом дело. Мне не нравится твоя манера разговаривать. Хватит прятаться в простынях. Лучше повтори мне, что ты сказал, еще раз. Если ты, конечно, ничего себе не повредил.

Хаммел и Моррисей переглянулись и, взяв подносы, вышли на пляж. Берген появился из-под спутанных простыней, как ягуар из чащи. От

его удара Робертс отлетел к стене, успев наотмашь ударить в ответ ладонью по лицу. Раздался хлопок, подобный выстрелу из пистолета. Затем, обхватив одной рукой ноги Бергена и перебросив его через плечо, капитан швырнул новобранца на койку второго яруса.

- Что ж, начнем сначала. Звонок разбудил одного из твоих товарищей по комнате. Время идет, а через 30 минут мы должны быть в комнате No 18. Мне было бы намного приятнее позволить тебе и дальше спать, если бы не мои служебные обязанности. Поэтому, исполненные глубокого почтения, мы приказываем тебе избавиться от объятий Морфея.

Схватившись руками за койку, Робертс начал ее трясти. Бергена подбрасывало в воздухе, как корабль, попавший в ураган.

- Решай, пожалуйста, - сказал Робертс,- оставаться ли тебе в кровати или же вставать. Естественно, все зависит от тебя самого.

Комната в глазах Бергена ошалело плясала.

- О'кей. Я встаю.

- Еще одно короткое слово, - сказал Робертс, вежливо отступив, когда Берген сконфуженно свесил ноги с койки. - Оно умаляет эгоистичные порывы тех, кто готов на все ради званий. Это - всего лишь коротенькое слово. Но какой уважающий себя человек может произнести его без того, чтобы оно не застряло у него в горле?! Его выворачивает, тошнит, он чувствует себя дешевкой, но...

- Сэр... - Берген уставился на Робертса.

- Оно, - улыбнулся капитан. - Как это слово радует мою душу! Вставляй его в разговор со мной время от времени. Это укрепит нашу дружбу.

Спрыгнув с койки и схватившись за поручень, Берген сказал:

- Прошу прощения, сэр. Я всегда просыпаюсь в плохом расположении духа, когда ложусь уставшим. А я был просто вымотан. Я...

- Больше ни слова. Я все понимаю. Поверь мне, начиная с этого времени я буду будить тебя лишь нежнейшим шепотом. Но время бежит. Бери свой поднос.

- Да, сэр.

Берген уселся за ближайшим столом и взглянул на Робертса, который в этот момент звал Хаммела и Моррисея.

- Лучше возвращайтесь. Эта голограмма настолько реальна, что, мне кажется, я слышу, как вокруг меня гудят комары. Вернувшись в комнату, двое друзей закрыли за собой дверь.

- Неплохо было бы узнать, как все это устроено.

- Лучше поберечь силы для комнаты номер 18, - возразил Робертc. Усевшись вчетвером в комнате, новобранцы быстро поели. Секундная

стрелка на стенных часах неумолимо накручивала круги.

Униформа, о размерах которой, по словам полковника, не следовало волноваться, едва ли им подходила: узкая в плечах и свободная в талии, она сковывала мышцы, когда они поднимали руки. Выражая свое отношение по поводу этих "мешков", Робертc, Хаммел и Моррисей не стеснялись употреблять короткие, но выразительные слова.

- Вначале у меня была такая же проблема, - отозвался Берген. - Не понимаю, как это получилось, но форма растянулась, где необходимо, и сжалась в тех местах, где она висела. Сейчас одежда сидит на мне прилично.

- Еще одна загадка, - сказал Робертc. - Пошли, уже почти 18.30.

Они вышли и проследовали вдоль коридора. Дойдя до комнаты под номером 18, отворили дверь и вошли. Яркий, какой-то особенный туман внутри комнаты заставил их на мгновенье остановиться. Затем они переступили порог и, закрыв за собой дверь, стали оглядываться по сторонам. Сейчас, после яркого света комнаты, коридор казался ужасно мрачным. Наконец четверо новобранцев тупо уставились на закрывшуюся за их спинами дверь с номером 18. Они казались завороженными. Робертc толкнул дверь, но она не поддалась.

- Подождите. Ведь мы только что там были, - покачал он головой. Мысленно Робертc представил себе, как они в 18.30 подошли по

коридору к комнате, вошли в дверь и, не поворачиваясь - это он помнил точно, - вышли через ту же дверь, закрыв ее за собой и оказавшись в тускло освещенном коридоре.

- Это уже другой коридор? - спросил Хаммел.

- Подожди-ка, - отозвался Робертc. - Там позади был туман. Зачем, по словам полковника, мы должны были явиться сюда?

- Для прохождения восьмичасового курса ориентации, который ознакомит нас с методами их работы, а также со спецификой операции "Новое голосование".

Все четверо замолчали.

Теперь они откуда-то знали, что операция "Новое голосование" заключается в том, чтобы убедить две дюжины мелких королей и князьков согласиться на строительство ремонтно-оздоровительного центра на их планете. Сейчас Робертc мог ясно представить себе скалистый берег ее единственного континента, ее маленькие фермы и надменных правителей. И хотя картины, всплывшие в его мозгу, были вполне реалистичны, он сам себе заметил: "Это - информация, которую предоставила Ассоциация развития жизни в космосе. Но, чтобы судить о чем-то, нужно все увидеть своими глазами".

- Дайра гоу нашт? - произнес Хаммел каким-то странным тоном.

Робертc без труда понял смысл фразы.

- Получается, что в этой комнате знания сами по себе впитываются в мозг.

- Мы даже владеем их языками! - изумленно заметил Моррисей.

- И все мы - члены строительной корпорации "Гаружик"! - добавил Нельс Берген.

АЖК хотела, чтобы кто-нибудь взялся за строительство ремонтно-оздоровительного центра. И вот это случилось! Строительная корпорация "Гаружик" готова подписать контракт. Что представляет собой эта организация, АЖК не знала. От лица строительной корпорации "Гаружик" выступал Звездный патруль.

VII

Когда они вернулись в свою комнату, их ждал еще один сюрприз. Новобранцев не удивило, что часы показывают 21.56. Теперь они могли себе представить, что прошло много времени, и были внутренне готовы к этому. Чего они никак не могли подозревать и что было трудно заметить в тускло освещенном коридоре, так это изменения в их внешности. В ванной комнате перед зеркалом никто из четверых не мог себя узнать - на них смотрели удивительные лица незнакомцев.

Когда они, помывшись, готовились ко сну, Робертc спросил:

- Полковник сказал, что мы там познакомимся с методами их работы?

- Да, - ответил Хаммел.

- Не понимаю, что тут общего с методами их работы? - сказал удивленно Моррисей.

- Все это косвенно знакомит нас с тем, что нам предстоит делать в будущем, - объяснил Робертс.

Свет в комнате померк. На тускло освещенном циферблате настенных часов было без одной минуты 22.00. Наконец, вымотанные и сердитые, новобранцы улеглись. Их головы гудели от полученной информации о планете, куда они направлялись как члены строительной компании "Гаружик". Когда секундная стрелка достигла вертикального положения, свет потух полностью.

Над пляжем взошла луна. Вода мягко набегала на берег и, отступая, оставляла на песке узкие белые ленты пены. Все вокруг дышало безмятежностью и романтикой. Однако новобранцы, недовольно поворчав что-то себе под нос, повернулись спиной к иллюминатору и, зарыв головы в подушки, дружно уснули.

Дальше по коридору, в своей комнате полковник, стоя у стола и глядя на экран, вел беседу с тем человеком, от которого он получил задание. Его собеседник задумчиво хмурился.

- Завтра утром? Да, конечно. Что касается меня, то ты можешь отправляться завтра. Пока разведка занимается памятью компьютера, то, чем скорее вы уберетесь, тем лучше. Они обязательно найдут там что-нибудь сомнительное и захотят допросить твоих ребят. А я меньше всего хотел бы, в дополнение к этой проблеме с супергенератором чувств, заниматься еще и разрешением спора между тобой и разведкой.

- Отлично. Мне еще остается уладить несколько вопросов, и я могу отправляться.

- О'кей. Счастливо.

Экран погас.

Удовлетворенно проворчав что-то, полковник снял рубашку и сел за стол. Он достал карандаш, блокнот и бегло набросал план предстоящих работ. Откинувшись в кресле, он критически просмотрел свои записи.

Да, если он ничего не упустил, есть все шансы выбраться отсюда завтра утром. Но он всегда что-нибудь выпускал из виду. Завтра утром, когда они будут готовы к вылету, он может вспомнить об этом. Или, еще хуже, когда звездолет уже будет в пути. И тогда ему придется возвращаться и надоедать каждому, стараясь наверстать упущенное. А может, и его команда обнаружит какую-нибудь оплошность. И тогда он будет выглядеть и чувствовать себя последним дураком...

Сидя за столом, полковник представил себе момент вылета.

...Утро, звездолет полностью готов к отправлению, груз уже на борту. Команда поднимается по трапу, и он отдает приказ задраить люк, затем...

Полковник резко выпрямился. Как он мог забыть об этом?

Он протянул руку к клавиатуре телефона и нетерпеливо набрал номер.

Робертс, Хаммел, Моррисей и Берген проснулись от резкого звона. Он был настолько громок и неприятен, что они мгновенно вылетели из коек, чувствуя отвращение ко всему на свете. Из репродуктора, чье местонахождение помешала им установить еще не исчезнувшая сонливость, до них донесся бодрый голос полковника:

- Доброе утро, джентльмены! Как видите, погода на улице чудесная. Я поднял вас на полчаса раньше, чтоб у вас было время на глоток свежего воздуха, прежде чем мы вылетим. Но если кому-то хочется вернуться в постель, он может это сделать. Но, поверьте, погода действительно отличная. Гудок известит вас, когда вы должны вернуться в комнату. Позавтракав, вам нужно сразу же выходить. Все, что вы должны взять с собой: вы сами, форма, которую вы вчера получили, и пояса с личным оружием. А пока желаю хорошо провести время.

Все четверо оцепенело смотрели по сторонам, хотели было улечься вновь, но их остановил яркий солнечный свет, наполнявший комнату сквозь толстое стекло иллюминатора. Виднелось чудесное голубое небо и до них доносился мягкий плеск разбивающихся о берег волн.

Бормоча что-то невнятное, Робертс направился к двери. Море оказалось гораздо спокойнее, чем вчера, а по небу вдалеке проплывали маленькие голубые облака. Взглянув на незнакомца-Хаммела, который лишь хмуро кивнул ему в ответ, Робертс открыл дверь. Они вышли.

Снаружи воздух был свеж и прохладен. Промчавшись по пляжу к воде, они остановились лишь когда их ступни коснулись влажного песка. Попробовав воду кончиками пальцев и дрожа от утренней прохлады, они нырнули и энергично поплыли от берега. Теперь вода казалась приятной и мягкой. Заплыв довольно далеко, Робертс оглянулся. Песчаный пляж, извиваясь, уходил до горизонта в обоих направлениях. Вдали туманно вырисовывались контуры какой-то башни, от которой в море спускались перила, кажущиеся отсюда совсем тонкими. Что это могло быть?

С легким всплеском на поверхности показалась голова Хаммела.

- Иллюзия,- фыркнул он, оглядываясь по сторонам.

- Да, но вчера ты говорил, что они не могут вместить в корабль пол-океана и пляж.

- Я помню.

Они задумчиво плыли рядом. Затем Хаммел спросил:

- А что ты вообще думаешь обо всей этой организации?

- Ну... Они меня бесят. И они - небезупречны, если судить по тому, что мы им сделали вчера. Но здесь времени зря не тратят. Думаю, в Звездном патруле найдется достаточно думающих людей.

Хаммел кивнул.

- А ведь это только первое знакомство. Эта организация - как айсберг, семь восьмых - под водой. Когда мы начнем операцию "Новое голосование", возможно, всплывет еще что-нибудь значительное. А это задание, старик, самое сложное из тех, за которые мне когда-либо приходилось браться. Трогать их нельзя, а убедить невозможно. Непонятно даже, с какой стороны приступить.

- Здесь есть один положительный фактор.

- Какой?

- Согласно предоставленной нам информации, пятеро или шестеро из двух дюжин этих князьков - вполне здравомыслящие люди.

- Да, но при голосовании нужно набрать большинство. В противном случае строительство ремонтно-оздоровительного центра невозможно.

- Ладно. Это лишь начало. Необязательно думать об этом прямо сейчас. Слушай, если ты умеешь плавать не только по собачьи, давай поплывем к берегу наперегонки.

Хаммел, родившийся на планете Посейдон, лишь улыбнулся и, набрав в легкие воздух, нырнул.

Робертс направился к берегу быстрым кроллем. Как начальник Хаммела на грузовом корабле, он знал, на что способен его подчиненный, и ясно осознавал свою задачу. Робертс плыл очень быстро, оставляя за собой лишь полосу пены, но, достигнув берега, увидел Хаммела, который его ожидал.

Мгновение спустя раздался громкий гудок.

VIII

Путешествие началось серией сюрпризов. Впечатление от каждой новой неожиданности постепенно ослабевало, и, в конце концов, все четверо приобрели то состояние духа, когда ничто не могло их удивить.

Все началось еще в гавани, когда их космическая яхта собралась покинуть базу-крейсер. Робертс, находясь у открытого люка и пытаясь надеть неудобный пояс с оружием, выронил его наружу. Но пояс не упал на палубу, а поплыл в воздухе. Когда Робертс спустился за ним с корабля, звездолет неожиданно исчез. Капитан, ничего не понимая, озадаченно озирался по сторонам, пока откуда-то сверху не раздался раздраженный голос, приказывающий ему протянуть руку. Дотронувшись до корабля, Робертс мгновенно увидел его вновь. Пробираясь назад через люк, он обратил внимание на любопытный факт: толщина стен их космической яхты в несколько раз превышала нормальную. С этим типом звездолетов Робертсу приходилось сталкиваться раньше.

Ошеломленные таким началом, новобранцы по специальной шахте поднялись на первую палубу, где обычно находилась рубка управления, но, к их удивлению, здесь ее не оказалось. На следующей палубе разместилась всего лишь одна небольшая кабина. Ее стены представляли собой экраны, детально воспроизводящие параметры и аппаратуру этой палубы. Пост управления звездолетом они нашли на третьей палубе. Пять рундуков для оружия, кресло штурмана и расположение приборов на панели отличали его от обычного оснащения космических яхт. Он скорее напоминал рубку подобранного ими на свалке патрульного корабля. Персональные каюты находились на верхней палубе. Тут же была прекрасно обустроенная кухня и ванные комнаты.

- Этот звездолет намного роскошнее барака, - иронично заметил Хаммел.

- И надежнее крепости, - в том же духе, но с улыбкой сказал Моррисей.

- Мне кажется, я знаю, что собой представляет этот звездолет, - заметил Робертс.

- Что?

- Большой сторожевой корабль Звездного патруля, замаскированный под космическую яхту.

Их рассуждения были прерваны появлением высокого, представительного на вид человека, чья внешность явно говорила о его финансовой мощи и предприимчивости.

- Если я не ошибаюсь, вы - Робертс, штурман этого судна. Я полагаю, вы должны немедленно заняться своим делом, - сказал магнат голосом полковника.

В течение всего пути, пока экипаж не достиг планеты, Робертс находился в состоянии легкого шока.

Благодаря сведениям, полученным от АЖК, как им показалось, планета была давно знакома. Было такое ощущение, что они уже не раз посещали ее. Ребята хорошо знали этот зелено-бурый континент с его непривлекательным скалистым берегом, бросающим угрожающие тени под лучами утреннего солнца. Перед ним открылись долины, быстрые реки и многочисленные фермы. Некоторые из них были расположены на значительном расстоянии от городов.

- Этот курс ориентации был, безусловно, полезен, - сказал угрюмо Хаммел.

Нахмурившись, Робертс направил звездолет в район утеса у широкой и быстрой реки, на котором, как показалось с первого взгляда, теснилось множество маленьких городков. Почти в самом центре возвышался гранитный дворец, вокруг него - группы квадратных строений, каждая обнесенная своей собственной стеной. Возле дворца, но с другой стороны мощной каменной ограды, лежала широкая площадь, на которой обычно останавливались гости. Туда Робертс и направил свой звездолет. В рубку управления вошел полковник.

- После посадки мне понадобится помощь моего юриста и моего советника по финансам. А команда может отправляться на экскурсию. Погуляйте по городу и постарайтесь как можно больше вникнуть в царящую здесь атмосферу. Довольны ли люди или ропщут? На должном ли уровне управление? Достаточно ли хорошо питание? Обратите внимание на склады с продовольствием. Проверьте дороги. Интересуйтесь каждой мелочью... Возможно, вас удивит, если информация, полученная вами во время ознакомления курса, будет в чем-то противоречить фактам. Со временем ошибочные данные исчезнут из вашей памяти. Запомните эту неточность в информации и сообщите мне о ней при первой возможности. Если АЖК попытается поймать вас в ловушку, мы узнаем об этом.

Робертс посадил корабль в столице одного из самых больших княжеств планеты - Мардукаш.

Пока полковник беседовал с переодетыми Моррисеем и Бергеном, Робертс и Хаммел, нарядившись в широкие блузы и брюки и накинув длинные белые мантии, отправились в город.

Предварительные сведения о планировке города оказались правильными. Они гуляли по широким мощеным улицам с водостоками посредине, с обеих сторон которых разместились магазины. Их владельцы как раз убирали ставни, и взору прохожих открывались выставленные на витрине глиняные кувшины, плетеные из камыша корзины, яркие ткани, дешевые украшения, а также соломенные шляпы с загнутыми книзу полями и разнообразные металлические инструменты ручного изготовления. Иногда встречались большие, красивые здания за массивной оградой. Это были магазины пряностей и ювелирные мастерские. Люди, встречавшиеся на улицах, выглядели оживленными и веселыми.

- Пока нормально, - сказал Хаммел.- А нет ли здесь поблизости продовольственного склада?

- Он должен быть на этой улице, - ответил Робертс. Повернув налево, они вскоре подошли к массивной каменной стене, из-за которой виднелась только крыша длинного здания. Всюду вдоль стены и у ворот стояли вооруженные копьями и луками воины. Было ясно, что отсюда трудно что-либо узнать.

Пройдя мимо загонов, в которых содержались животные, похожие на выдр, и рынка, где суетливые продавцы предлагали самый разнообразный товар, новобранцы подошли к восточным воротам города, которые были открыты настежь. Сразу за ними проходил глубокий и широкий ров, через который был перекинут громоздкий мост странной формы: в центре рва он поворачивал на север и метров через десять, вновь изменив направление к востоку, достигал другого берега.

Как раз в этот момент к воротам на скаку приблизился всадник в богатом одеянии. С трудом сдержав лошадь уже у самого края рва, он прокричал стражникам:

- Я приехал их Яндула. Хочу купить у вас специй. Можно мне войти?

- Входи, друг. Специи у нас имеются, - ответил один из охраны. - На этот раз судно благополучно миновало рифы. Но, въехав в город, не пускай лошадь галопом. В столице Ятулона это запрещено.

- Понял. Просто ваши дороги настолько хороши, что не идут ни в какое сравнение с нашими. Вот я и разогнался. Впредь буду осторожней.

Стражник улыбнулся.

- Я вижу, ты из дворян. Позволь мне дать тебе несколько советов. Не поднимай плеть на гражданина этого города, не то будешь сразу арестован и, заплатив штраф, проведешь ночь в тюрьме. А если кто-нибудь будет тебя задирать, обратись к ближайшему стражнику. Он все уладит. Будь прост и приветлив. Но если будешь задираться ты, не оберешься неприятностей. Здесь не любят заносчивых.

- Как не любят? А как же тогда ваша королева?

- О, это совсем другое. Разве можно осуждать женщину за гордость?! Но ты ведь мужчина.

Улыбнувшись и жестом поприветствовав Робертса и Хаммела, всадник въехал в город.

- Мы - чужеземцы, - обратился к стражнику Робертс,- и хотели бы подняться вот на тот холм, чтобы получше осмотреть город. Это разрешено?

- Разрешено. Но заходить в тот лес, за лугом, опасно. Там водятся дикие животные. Обычно они питаются земляными орехами и корой деревьев, но нрав у них ужасный. На лбу они имеют рог, острый, как кинжал. Если вы натолкнетесь на этих тварей, они разорвут вас в клочья. Единственное спасение - взобраться на дерево и оставаться там, пока те уйдут. Но они скорее умрут с голоду, чем позволят вам спуститься. Так что лучше держитесь поля. Но если и там они вас достанут, кричите что есть мочи и пускайтесь наутек. Эти твари испугаются, что своим криком вы можете привлечь всадников, которых они очень боятся. Немного за вами побегав, они отстанут.

Улыбнувшись и поблагодарив стражника, который в ответ помахал им рукой, новобранцы отправились по разбитой дороге к холму.

Поднявшись, они оглянулись на город. Отсюда было хорошо видно, что происходит за стенами склада. Хранилища представляли собой прямоугольные здания с остроконечными крышами, крылья которых спускались ниже обычного, и духовыми окнами по бокам. Построенные из местного белого камня, они поднимались на мощных столбах метра на полтора от поверхности земли. Каждое хранилище дополнительно было ограждено двухметровой стеной, и попасть в него можно было лишь через тяжелые металлические ворота.

Робертс и Хаммел в бинокли внимательно изучали все происходящее. Через ворота пустые телеги въезжали под амбар и некоторое время спустя появлялись с другой его стороны, уже груженые зерном. Работа контролировалась инспекторами и стражниками. Тут и там по территории склада бродили какие-то животные, сначала показавшиеся Робертсу местной разновидностью крыс. Но, присмотревшись внимательнее, он заметил, что они совершенно не боятся людей, которые, в свою очередь, тоже не обращают на них никакого внимания. Наверное, подумал он, эти животные выполняют роль амбарных котов. Внимательно изучив ситуацию на складе, товарищи переглянулись и, не проронив ни слова, отправились в обратный путь. То, что они увидели, свидетельствовало о предусмотрительности местного населения и хорошей организации труда.

Когда новобранцы вернулись на площадь, найти их звездолет оказалось не так-то просто. Площадь бурлила рыночной суматохой. На каждом свободном "пятачке" возводились рыночные палатки и ларьки. Взад и вперед сновали тележки и грузчики, доставлявшие новый товар покупателям.

Полковника они застали за беседой с местным ювелиром. Он как раз рассматривал огромный рубин из коллекции, угодливо разложенной перед ним сияющим продавцом. Извинившись, полковник повернулся к Робертсу и, выслушав доклад, сказал:

- Я думаю, мы выбрали это место правильно.

В течение нескольких дней слух о полковнике распространился повсюду. Здесь он был известен как Звездный принц Йел Ден Гаружик. Когда разговоры о его богатствах и звездных владениях достигли ушей местного монарха Ятулона, тот, снедаемый любопытством, дал понять посредством одного из своих придворных, что Его Величество может снизойти и принять предложение отобедать вместе с известным магнатом. Йел Ден сразу же послал приглашение. Оно было выгравировано на серебряной пластине, украшенной по углам четырьмя изумрудами.

Когда Берген принес известие о согласии Ятулона, одетый в роскошную мантию полковник сидел в кресле штурмана, беседуя по видеотелефону с одним из юристов Звездного патруля.

- Все в порядке, Вал, - говорил юрист. - Похоже, представители АЖК на этой планете вмешиваться пока не собираются. Им так нужен это центр, что они закроют глаза на все, кроме явного взяточничества и принуждения. Следят они зорко и не потерпят вмешательство во внутренние дела планеты.

- Я хочу лишь мирно договориться местными правителями. И начну с Ятулона, - улыбнувшись, сообщил полковник.

- Не верю, что слова смогут их убедить.

- Это лишь начало.

- Ладно. Желаю удачи. И помни, что у Ятулона имеется огромный острый меч.

- Конечно, - сказал полковник, продолжая улыбаться, - но он его держит для тех, кто не справляется со своей работой.

Ятулон оказался человеком высокого роста и внушительной внешности. К торжественному обеду в его честь он прибыл в нарядных одеждах, в сопровождении небольшой, но довольно суетливой свиты. Ел Ятулон немного, но с огромной радостью принял чудесный рубин, который, согласно обычаю, следовало преподнести монарху во время десерта.

После обеда Йел Ден пригласил Ятулона пройтись по украшенной цветами террасе, и правитель охотно согласился. На небе уже замерцали первые звезды, в воздухе чувствовался аромат цветов, слышались звуки неизвестно откуда исходившей чудесной музыки.

После нескольких минут молчания, обведя задумчивым взором окрестности, первым заговорил Ятулон:

- Будет о чем вспомнить. Благодарю тебя, Йел Ден Гаружик.

- А я благодарен вам, Великий Ятулон, за оказанную мне честь, - сказал полковник, учтиво поклонившись.

- Я ничего особенного не сделал.

- Все, что здесь находится, может быть сравнимо с оправой драгоценного камня. А что значит оправа без камня?

Ятулон улыбнулся.

- Драгоценности стоят дорого, Йел Ден Гаружик. И без определенной цели никто не будет тратить на них свои средства.

- Вы правы, Великий Ятулон, - сказал полковник, несколько озадаченный прямотой правителя.

- Тогда перейдем к делу. Мой острый меч настолько знаменит, что люди содрогаются при одном лишь упоминании о нем. Тот, кто умеет думать, не спешит высказываться, опасаясь кары. Мои соседи - бездельники и тупицы. Лишь голод может заставить их соображать. Я бы разделался с ними, но мне не хватает сил. Поэтому я обречен проводить время в узком кругу, среди дураков и потенциальных лентяев. Нет, Йел Ден, меня сюда привели не угощения и приятная музыка, хоть я их и ценю, а возможность поговорить с равным. Ты посетил нас с определенной целью. Поэтому давай займемся делом.

У полковника в запасе было еще несколько заготовленных пышных фраз, но они уже не понадобятся. Он решил быть откровенным.

- В будущем вашу планету намерены посетить много космических кораблей. И тот, кто поможет убедить местных правителей согласиться на их посадку, значительно обогатит свою казну.

Ятулон серьезно посмотрел на полковника.

- Я слышал об этом проекте. Но поверь мне, Йел Ден Гаружик, никому не удастся сделать этого, не прибегая к колдовству. Мои соседи откажутся лишь потому, что согласился я. Они и думать не станут, выгодно это или нет.

- Мне кажется, все же есть возможность убедить их. - Разве что у тебя есть чудное зелье, способное заставить людей думать.

- К сожалению, нет, - признался полковник.

- Но, тогда, как же ты можешь убедить людей, разучившихся соображать?

- В определенных обстоятельствах правители просто обязаны думать.

- Мы ходим вокруг да около, и поэтому не можем друг друга понять. Говорю тебе, они - дураки, потерявшие всякую способность здраво мыслить,

- не уступал Ятулон.

- Но они находятся у власти, и обстоятельства могут заставить их думать.

Ятулон опять хотел что-то возразить, но остановился и внимательно посмотрел собеседнику в глаза. Он прокашлялся.

- Прости меня за непонятливость, Йел Ден. Очевидно, у тебя есть причины не говорить прямо. Но я готов внимательно тебя выслушать. Говори. Я пойму.

- Что вы думает, Ваше Величество, о местных дорогах?

- О, не напоминай мне о них. Улицы у нас мощеные и вполне сносные, но дороги - узкие и неуклюжие. Летом они еще в нормальном состоянии. Однако ранней весной или осенью они могут стать хорошим препятствием для врага. Люди и животные вязнут в них по колени. А застрявшие телеги уже невозможно вытянуть. Вот такие у нас дороги, хотя, за неимением лучшего, приходится обходиться этим. Дальше границ государства мы все равно не путешествуем. Не пускают наши соседи. Не понимаю, Йел Ден, к чему ты клонишь, упоминая дороги?

- Я имею в виду хорошие дороги, Великий Ятулон. Дороги, которые строятся с учетом местности и в строительстве которых участвует много людей. Одни расчищают путь, другие возят камень по уже проложенному участку, третьи занимаются планировкой. Такая дорога не только способствует торговле, она разносит идеи. Сейчас вам приходится все перевозить по морю. Но подумайте только, сколько золота, специй, изделий мастеров безвозвратно пропадает в кораблекрушениях!

Ятулон задумчиво почесал подбородок.

- Интересная идея. Но сколько интересных идей, Йел Ден, разбиваются о скалы тупости, подобно кораблю о рифы. Мои соседи не поймут этого.

- Даже если им будут платить пошлину?

- Пошлину? Что это значит? - спросил Ятулон удивленно.

- Разве торговцы не согласятся платить небольшой налог за право пользоваться дорогой? Такой налог, или пошлина, значительно обогатит королевскую казну. Это будет Королевская дорога, Великий Ятулон. Каждый сантиметр будет принадлежать тому правителю, по территории которого она проходит. Останется только возвести таможни и собрать деньги с каждого проезжающего купца.

- Это весьма практично, - сказал Ятулон, усаживаясь поудобнее. - Тот, кто откажется строить такую дорогу, вызовет гнев правителей, стремящихся получить пошлину. Никто не станет рисковать своим троном. Кроме того, деньги, бесследно пропадающие в кораблекрушениях, теперь будут оседать в королевской казне.

- Верно. И торговцы с удовольствием будут платить пошлину, лишь бы не подвергать опасности свой груз. Если все монархи возьмутся за дело вместе...

- Подожди-ка. Не все так просто. Мое королевство, хоть и не идеальное, но вполне благополучное. У меня дорогами занимается специально назначенный министр, а у них их ремонтируют крестьяне из-под плетки. Но крестьяне сейчас заняты урожаем и восстановлением потерь, которые им наносят междоусобицы и развлечения знати. Из-за высоких налогов, местных грабителей и отсутствия надежных хранилищ для продовольствия они и так из года в год еле сводят концы с концами. А тут еще дорогу строить придется! Там все в ужасном запустении. Без должного руководства, без запасов продовольствия, а главное, без людей, привыкших зарабатывать пару дополнительных медяков, как могут они приниматься за это? В таких странах уделяют внимание только армии, гарему и сбору налогов.

Лицо полковника ничего не выражало.

- И тем не менее такая дорога была бы делом прибыльным.

- Они согласятся на строительство дороги, - продолжал Ятулон, - но будут не в состоянии построить ее. Мои соседи напоминают мне пьяницу, пытающегося подняться по лестнице. Желание у него есть, но тело не слушается.

- Если ваши специалисты помогут их крестьянам...

- Все равно их крестьяне работать не будут. Они привыкли трудиться только из-под палки. Это им не выгодно.

- А если им предложить плату? - сказал полковник задумчиво.

- Эти монархи не согласятся затянуть ремни. А казна у них в таком же запустении, как и все остальное.

- А почему бы вам не платить их крестьянам?

Ятулод был явно удивлен.

- Ты что думаешь, я выложу свои деньги на строительство их дороги?

- Предлагать вам подобное было бы наглостью с моей стороны. И все-таки, что бы случилось, если бы вы и заплатили?

Ятулон внимательно посмотрел на полковника. Он хотел уже подняться и уйти, но вдруг остановился. В его глазах мелькнули удивление и уважение к собеседнику.

- Верно, Йел Ден Гаружик. Ты, должно быть, думаешь больше, чем на два хода вперед.

- Ну, ну, мне лишь показалось, что такая дорога принесет пользу всей планете и вы по достоинству оцените мое предложение.

- Не нужно больше слов, уважаемый. Когда придет время голосования, можешь на меня рассчитывать. Я помогу построить лагерь для звездных людей.

IX

Из Мардукаша полковник отправился в Сил. Затем посетил Ярум и Гаранзол. Всюду царил порядок. Полковника принимали и выслушивали местные правители, чьи мнения совпадали с мнением Ятулона. Как и в первом случае, сначала они с негодованием отвергали предложение полковника оплатить строительство дороги своим соседям, но, когда полковник открыл им свой план, соглашались.

Повсюду в этих небольших королевствах люди были довольны, войска преданны, закрома - полны.

Свободное от сбора информации время Робертс проводил в раздумьях над планом полковника. Основная идея казалась вполне понятной. Полковник полагал, что более благополучные королевства должны объединить свои усилия для строительства большой Королевской дороги, которая обезопасит перевозку грузов и принесет пользу всей планете. Но как так получилось, что богатые короли вдруг превратились в филантропов? И какое это имеет отношение к планам корпорации Гаружик и АЖК? Не находя ответа, Робертс ждал дальнейшего развития событий.

Посетив все благополучные королевства, они отправились в земли победнее. После очередной прогулки Робертс докладывал, что, хотя люди здесь выглядят вполне довольными, есть признаки запущенности.

- Точнее, - потребовал полковник.

- Во-первых, сэр, - сказал Робертс, - чтобы войти или выйти из города, приходится "подмазывать" стражников. Во-вторых, свои кошельки люди здесь носят, глубоко спрятав под одежду. Всему причиной - мелкие воришки. Когда мы спросили одного из торговцев, куда смотрят стражники, тот посмотрел на нас, как на сумасшедших, но потом разъяснил, что воришки делятся с ними выручкой. В-третьих, продовольственные склады подтачивают крысы. Говорят, что Великий Зарангов выплачивает премию за каждую сотню крысиных хвостов. Работающие на складах люди зарплату не получают. Они должны жить за счет этих премий. Чем ты прилежнее и ловчее, тем больше зарабатываешь. Все кажется справедливо. Но крыс в амбарах все же хватает. Однажды мы видели, как какой-то служащий, оглянувшись по сторонам и поманив кота куском мяса, свернул ему шею и выкинул через забор.

- А что же говорят сами местные жители?

Робертс пожал плечами.

- Так всегда было. Так всегда будет.

- А где они берут продукты, когда королевские продовольственные склады пусты?

- В стране имеются еще и частные хранилища. Они в лучшем состоянии, но к концу года и там ощущается нехватка. Тогда Великий Зарангов начинает давить на фермеров, обвиняя их в попытке заморить людей голодом. Обычно ему удается кое-что выжать, и с этим люди дотягивают до следующего урожая. А если нет, тогда начинается голод. Многие умирают. И на следующий год продуктов хватает всем.

- А в каком состоянии их армия? - мрачно спросил полковник.

- Солдаты выглядят здоровыми и веселыми. По одной внешности сложно судить, но, кажется, они - хорошие вояки, хотя и плохо организованы.

- Сведения АЖК подтвердились, - сказал полковник. - Ладно, механизм уже запущен. Остается лишь наблюдать, как развиваются события.

- Я всего-навсего новобранец, сэр, и многое понимаю. За чем именно мы должны наблюдать? - вежливо спросил Робертс.

Полковник улыбнулся.

- Внутри звездолета мы можем говорить откровенно. Те средства слежения, которые здесь установлены АЖК, выдают лишь проверенную нами информацию.

- Да, сэр, - сказал Робертс.

- Когда подпольная организация не может достичь своей цели обычным путем, что она предпримет?

Задумавшись, Робертс ответил:

- Она постарается добиться своего каким-нибудь другим способом.

- Например?

- Ну, можно устраивать противнику засады, разрушать коммуникации, изматывать его ложными тревогами.

Полковник согласно кивнул.

- Это относительно вооруженной оппозиции. А если речь идет всего о нескольких людях, которые хотят преобразить планету и которым запрещено использовать силу и подкуп?

- Не знаю, - откровенно признался Робертс.

- Тогда они могут добиться цели, используя идею.

- Сэр, звучит это красиво, однако...

- Осуществление идеи сулит местным жителям очевидную выгоду, но оно неизбежно влечет за собой побочные результаты, которые большинство не в состоянии предвидеть. Если кто-нибудь, поняв, в чем тут дело, постарается помешать реализации идеи, его заставят замолчать те, у кого перед глазами только деньги. Это подобно химической реакции. И хотя конечные результаты предвидеть невозможно, процесс неудержимо движется вперед. Остановить его можно лишь введя новый фактор.

- Сэр, по-моему, это теория, - неуверенно сказал Робертс.

- Да, конечно. На практике все обстоит иначе. Нужно найти идею, которая бы взывала к чувствам людей и осуществление которой повлекло бы за собой желаемую цепь событий.

- Такая реакция уже началась?

- Да.

- Но я этого не вижу.

- Скоро увидишь.

Робертс криво ухмыльнулся.

- Звездный патруль информацию не разглашает?

- Да. Это не в наших правилах, - жестко ответил полковник.

- Но со временем ты поймешь, что эта организация мало в чем ограничивает своих членов.

- Сэр, так что же такое Звездный патруль? - нетерпеливо спросил Робертс.

- Попробуй сам найти ответ на этот вопрос.

Робертс улыбнулся.

- А если я захочу стать богатым, для этого мне необходимо будет как следует продумать ход событий?

Полковник пожал плечами.

- Зачем тебе это? Ты, Хаммел и Моррисей и так богаты.

- Вы имеете в виду - богаты дружбой?

- Нет, - сказал полковник. - Богаты деньгами.

- Для меня это - новость.

- Значит, ты не понимаешь, как работает патруль. Прибыв на борт крейсера, вы привезли с собой одну техническую новинку, далеко опередившую наши разработки. Думаю, кроме головной боли, она принесет нам и пользу. Хорошо, что никто другой не создал такой штуки и не применил ее против нас. По справедливости, за это техническое новшество вам полагается солидное денежное вознаграждение.

- И эти деньги можно забрать? - изумленно спросил Робертс.

- В любое свободное от работы время.

- Но этот механизм разработал Моррисей...

- Распределением вознаграждения занимался симбиозный компьютер. Он все учел. Подумай, ведь, так или иначе, это ты доставил нам новинку, что немаловажно.

Робертс повернулся, чтобы уйти, но последние слова полковника заставили его остановиться.

- Симбиозный компьютер? Что это?

- Со временем узнаешь.

"Ну что ж, для начала и этого достаточно", - подумал Робертс, а вслух произнес:

- Я постараюсь, сэр. Большое спасибо за то, что вы мне сообщили.

- Не стоит. Ты имел на это право. В противном случае я бы ничего не сказал.

По мере того, как проходили дни, стали сказываться результаты их работы. Теперь в городе только и разговоров было, что о "Великой дороге", как ее прозвали в народе. Вскоре на рынок стали наезжать крестьяне. Деньги уже не переводились в их карманах. Дело пошло. Торговля оживилась. Ремесленникам приходилось работать все больше и больше, чтобы удовлетворить спрос на товары.

Строительство дороги продвигалось, и крестьяне, работающие на ней, стали все чаще наезжать на воскресные базары. Они весело, бойко раскупали все необходимое, тратя оставшиеся деньги на ненужные безделушки, обильно заполнявшие теперь витрины магазинов. Впрочем, такая беззаботность обеспокоила Робертса. Однажды, подойдя к одному из крестьян, нагруженному покупками дюжиной стеклянных ожерелий, тремя тряпичными куклами, огромным рулоном дешевой ткани и десятком пар сандалий, капитан вежливо обратился к нему:

- Простите мое невежество. Я чужестранец. Можно мне задать вам один вопрос?

Крестьянин весело посмотрел на Робертса. В его глазах светилась гордость.

- Спрашивайте. Только побыстрее. Я должен к вечеру вернуться со своими покупками на Великую дорогу.

- Еще раз извините, - сказал Робертс,- но мне, как чужеземцу, многое непонятно. Я видел, как вы потратили кучу денег на то, что в нашей стране скорее считается вещами бесполезными. Я удивляюсь, что вы так легко расстаетесь со своим заработком.

Улыбнувшись, земледелец кивнул головой в знак согласия.

- Мы все стали богатыми, как дворяне, и деньги тратим, как и они. Дело в том, что соседний король, строящий нам дорогу, щедро платит за работу. А проводить дорогу не тяжелее, чем работать в поле, где мы получаем вдвое меньше. Все необходимое уже куплено. А что делать с оставшимися деньгами? Конечно, кое-что можно отложить на черный день. Но зарабатывать много, а тратить мало, значит - искушать воров, а это глупо. Почему бы моей жене и детям не купить то, что им нравится?! Тем более, что все эти вещи как бы говорят воришке: "В этом доме денег нет. Глупый Айок все растратил на свою семью". Понятно? - Крестьянин шутливо подтолкнул Робертса локтем. - А может, не такой уж глупый, а?

Робертс улыбнулся.

- Теперь я вижу, что нет. Вы мне все разъяснили.

- Приходи работать на дорогу. Деньги не могут течь вечно. Но пока они есть, лучше их зарабатывать там, чем гнуть спину в поле. Почти все крестьяне с ближних ферм сейчас на дороге.

- Да. Пожалуй, я воспользуюсь предложением. Спасибо.

Дружески кивнув на прощание, крестьянин ушел. После этого разговора Робертс наконец понял, в чем заключается замысел полковника. Ведь значительную часть людей, строящих дорогу и сейчас беззаботно тратящих заработанные деньги, составляли крестьяне.

Через дорогу в магазине под вывеской "Логаш и братья" бойко торговали зерном и сушеными овощами. Дети, выстроившиеся в очередь, вручали продавцу свои медяки и, получив взамен товар, вприпрыжку направлялись домой. Пока распродавались запасы прошлогоднего урожая, крестьяне со смехом и шутками расходились по домам, чтобы отдохнуть перед завтрашним трудовым днем на строительстве дороги. Все это не могло не беспокоить Робертса.

Он перешел улицу и, сам не зная почему, направился к продавцу, пересчитывая выручку.

- Чего желаете? - увидев Робертса, торговец поклонился.

- У нас богатый выбор: плоды кадронов и даров, сушеные пинси и рашидси и земляные орехи. А может, вам взвесить меру нербаша? К сожалению, теккери уже раскупили. Может, у Гашара, в другом конце города, еще осталось. Но кадроны у него лучше не покупать. Поговаривают, на его складах водятся крысы.

- Я - чужеземец, - сказал Робертс нерешительно.

- Но деньги у вас есть? - поинтересовался продавец.

- Да.

- А! Вы просто не разбираетесь в наших деликатесах. Ну что ж, в этом году рашидси и земляные орехи просто на славу. Рашидси - три медяка за гроздь, земляные орехи - по серебряному за пригоршню. Дороговато, но в этом сезоне они последние. Покупаете?

- Да.

- Сейчас вас обслужу! Ах! Эта дорога - большое дело! Когда ее закончат, специи нам будут привозить аж из Яндула. И цена упадет. Раньше мы платили две пригоршни серебра за листик.

- Но ведь строительство дороги отрывает крестьян от ухода за урожаем, сказал Робертс.

- Ну, а как же еще? Кто откажется получать вдвое больше за меньшую работу? Дела у всех процветают. Деньги текут рекой. Даже те, кто не проводит дорогу, имеют выгоду, продавая рабочим свои товары.

Робертс постарался еще раз объяснить.

- А как же следующий урожай? Вы о нем подумали?

- Ну, точно сказать, каким он будет, нельзя. Но как-нибудь выкрутимся. Некоторые говорят, что теперь мы всегда будем богатыми. А почему бы и нет?! Если есть деньги, найдется и товар. Один покупает, другой продает. И за вырученные деньги сам покупает. Все довольны. Вот, пожалуйста, держите свертки. Вам понравятся наши деликатесы, заходите еще. В моих хранилищах крысы не водятся, и я даже в худшие времена не торгую отбросами.

Изумленный увиденным, возвращаясь на звездолет, Робертс встретил по дороге маленькую девочку и вручил ей сверток с фруктами и орехами. Девочка улыбнулась ему в ответ и побежала домой отдать подарки своей матери.

X

Дорога постепенно приближалась к городу. Сначала слышались лишь стук топоров, звуки падающих деревьев и возгласы людей, подгоняющих вьючных животных. Затем появились рабочие, расчищавшие путь и возводившие мосты через реки. Наконец показалась и сама желто-коричневая насыпь. Люди на телегах и в плетеных корзинах беспрерывно доставляли и высыпали в указанное место щебень и камни и, не мешкая, отправлялись за новой порцией. Пространство по обеим сторонам дороги расчищали от зарослей и устанавливали специальные деревянные заграждения от разбойников.

Дела в городе процветали. Ремесленники и мастера работали сверхурочно, чтобы удовлетворить неслыханный ранее спрос на их изделия. Женщины и дети выходили за город, чтобы посмотреть на причину всего этого благополучия. Серебряные и медные монеты переходили из рук в руки. Но все это не радовало Робертса и Хаммела. Гуляя за городом, они видели, что поля запущены и поросли сорняками. У женщин доставало сил и времени, чтобы ухаживать лишь за небольшими приусадебными участками. Иногда им встречался какой-нибудь мальчуган, работающий в таком огороде. Но он был слишком мал, и дело у него не ладилось.

Лишь изредка попадались хорошо ухоженные поля. Некоторые старики все-таки предпочли остаться дома и заниматься привычным делом, вместо того чтобы проделывать долгий путь к дороге. Но это было редким исключением. Весь сельскохозяйственный регион, по которому проходила дорога, лежал в страшном запустении.

- Хватит ли у вас продовольствия, когда закончатся запасы в городских хранилищах? - спросил Робертс у одного из рабочих.

- Наши соседи в Шакхриме и Фазире - хорошие земледельцы. Когда мы проложим дорогу, то будем покупать у них. Эта дорога решит многие проблемы. Раньше мы, пока земля не замерзнет, никогда ничего не покупали, ведь дороги были ужасны. Но вскоре все изменится. А сейчас, простите меня, я имею деньги и мне нужно сделать множество покупок.

В конце концов, докладывать полковнику стало не о чем. Сам он, следя за прокладкой дороги, каждый день перелетал из одного королевства в другое. Полковник посоветовал Робертсу с товарищем самим поработать на строительстве. Так они получат представление о настроениях рабочих.

На следующий день Робертс и Хаммел, захватив большую плетеную корзину, отправились на работу. Уже к полудню они почувствовали страшную усталость, хотя рабочие вокруг них трудились не покладая рук. Раздосадованные своей слабостью, новобранцы еще более рьяно взялись за дело, перетаскивая и высыпая на насыпь камни и щебень. Вдруг где-то впереди раздался крик. По толпе пробежал испуганный шепот. Взобравшись на насыпь, Робертс и Хаммел посмотрели по сторонам. Далеко впереди они увидели множество работающих людей, продвигающихся к ним навстречу.

- Работать, тупицы! Это всего лишь другая половина дороги. Или вы думали, что мы и в королевстве Фазир будем ее прокладывать? - раздался голос надсмотрщика, пытавшегося восстановить утерянный было ритм работы.

- Но если и там крестьяне работают на дороге...

- Вам что, плохо платят? Работать, я сказал! Уберите отсюда эти телеги!

Крепкая рука надзирателя грубо схватила Робертса за плечо и толкнула вслед за Хаммелом.

- Шевелись! Когда придете со следующей корзиной, еще раз посмотрите. Всем за работу!

К вечеру оба участка дороги сошлись достаточно близко. Когда раздался гонг, извещающий о конце рабочего дня, рабочие двух бригад смешались. Повсюду слышались одни и те же восклицания, произносимые лишь с разным акцентом.

- Как у вас дела с урожаем?

- Каким урожаем? Мы думали, что в такой год, как этот, у вас должны быть излишки, и, построив дорогу, собирались покупать продукты у вас.

- А мы у вас.

Жизнерадостные и уверенные лица мрачнели на глазах.

- Делать нечего. Придется покупать у горцев или завозить издалека. Но у горцев земля неплодородная. Вряд ли они продадут много. А доставить приличный груз зерна из дальних краев можно будет лишь, когда замерзнут реки и болота.

Робертс и Хаммел переглянулись.

Реакция, о которой говорил полковник, вступила в свою завершающую стадию.

XI

Когда дорога была построена, люди отправились в горы и удаленные от дороги районы посмотреть, так ли уж плохи дела, как представлялось. Цены на продукты возросли. На деньги, заработанные на строительстве и отложенные на черный день, оставалось покупать лишь самое необходимое - продукты. Стали возвращаться те, кто в поисках продовольствия ушел подальше от дороги. Новости они приносили невеселые. Крестьяне, жившие поближе, ничего продавать не хотели, боясь сами оказаться перед угрозой голодной смерти. В дальних районах урожай был неплохой, но, когда его соберут, уже начнутся дожди. Речки разольются. И без того плохие дороги раскиснут и станут непроходимыми. Над королевством нависла угроза голода.

Робертс и Хаммел, старавшиеся быть в курсе всех событий, стали замечать, что люди уже не выглядят столь бодрыми и здоровыми.

- Они недоедают. Откладывают про запас, - сделал вывод Робертс.

- Им и раньше приходилось терпеть лишения. Но такого наверное, не было.

Прошли недели. Теперь людям уже нечего было откладывать. По мере того как цены на продукты более возрастали, остальные товары дешевели. Ремесленники продавали свои изделия за бесценок, пытаясь хоть как-то компенсировать затраты на продукты.

Однажды, когда дождь ненадолго прекратился, Робертс и Хаммел вышли на прогулку. Проходя мимо лавки серебряных дел мастера, они услышали, как оттуда их кто-то позвал:

- Господа! Медный поднос, господа! Я отдам его почти даром. Всего за горстку серебра. Посмотрите, какая работа!

Проходившая мимо старуха в лохмотьях прошипела:

- Не покупайте. Без денег вы умрете с голоду.

Но продавец не отставал.

- А может быть, вам нравится вот этот кубок? Сделано все со вкусом. И блестит, как солнце. Четыре серебряника, господа. Всего лишь четыре серебряника.

Ветер бешено гнал по улицам тучи пыли и опавшую листву деревьев.

Старуха уже ушла, а продавец все не унимался.

- Три серебряника, господа! Ой, я ошибся. Один серебряник. Раньше я продавал их по двадцать. Вы только посмотрите, какой чудесный кубок!

Они пошли дальше, мимо лавок и скучающих продавцов. Вдруг кто-то крепко вцепился Робертсу в рукав. Капитан оглянулся и увидел маленькую, худенькую девочку с аккуратно причесанными волосами, которая умоляюще смотрела на него. Ее лицо показалось Робертсу знакомым. На мгновение он задумался и вспомнил: это была та самая девчушка, которой он отдал свои свертки с продуктами. В тот день он, наверное, впервые осознал, что надвигается голод. Девочка смотрела на него, не моргая. Казалось, в ее больших глазах на исхудалом личике горит надежда. Робертс достал из кармана серебряную монету, ту, что местные жители называют "колесом" из-за рисунка по ее бокам, и отдал девочке. Взяв монету, она отступила и низко поклонилась, затем неуверенным шагом направилась в сторону продовольственной лавки.

Ветер все крепчал, раскачивая деревья, срывая с них оставшуюся листву и поднимая в воздух кучи мусора.

Маленький изможденный мальчик с опухшими от слез глазами ухватился Робертсу за брюки.

- Подайте, ради бога. Моя мама умирает.

- Я видел, как вон та женщина только что послала его попрошайничать, грубо сказал Хаммел.

- Прошу вас, подайте! Моя мама умирает, - повторял мальчик, хныкая и цепляясь Робертсу за ноги. - Подайте, добрый господин. Моя...

Робертс достал из кармана несколько мелких серебряных монет и подал мальчику, который, закрыв глаза и проглотив слюну, низко ему поклонился.

- Пошли, - сказал Хаммел.

Из лавки горшечника вышла маленькая, бледная девочка со вздувшимся животом. Неуверенно держась на ногах, она обвела улицу безжизненным взглядом и направилась к новобранцам. Хаммел со злостью кинул ей под ноги несколько серебряников и, схватив Робертса за рукав, потянул его вперед.

- Подавая милостыню, ничего не изменишь, - сказал он. - Ты помогаешь лишь одному и забываешь о других. Смотри!

Они подошли к одному из частных продовольственных складов с металлическими решетками на окнах и вывеской: "Платить только серебром". На пороге как раз появилась та самая девочка, которой Робертс дал серебряное "колесо". К груди она крепко прижимала небольшой мешочек из плотной ткани. Увидев Робертса, девочка остановилась и поклонилась, затем, сделав несколько неуверенных шагов, бросилась бежать.

Роберте, оглянувшись, смотрел ей вслед. Наконец она скрылась за углом одного из домов, продолжая крепко прижимать к груди свой мешок.

Ветер не унимался. Он гудел под крышами и гнал по улицам опавшую листву и мусор.

Робертс вздохнул и посмотрел на склад. Женщина, в одной руке сжимающая сверток, другой протягивала продавцу несколько монет.

- Вот деньги. Я хочу купить у вас что-нибудь. Из-за прилавка, огражденного железными прутьями, послышался голос продавца:

- У нас нет продуктов. Зерно мы все продали. А корни и земляные орехи у нас появятся тогда, когда нам их завезут из горных районов. Мы все распродали.

- Но у меня есть деньги. И мой ребенок хочет есть.

- Попробуйте поискать на другом складе. Может быть, у них осталось кое-что. То немногое, что у нас есть, мы бережем для себя. Мы и так еле сводим концы с концами.

- Я заплачу вам двойную цену.

- Мы ни за какие деньги не продадим наши остатки. Женщина отошла, затем, поколебавшись, неуверенно вернулась.

- Может, все-таки продадите хоть немного из ваших запасов. Хоть чуточку.

- Никто не продаст вам продукты, прибереженные для себя. К чему мертвецам деньги? - с сожалением ответил продавец.

Женщина медленно отвернулась от прилавка. Робертс засунул руку в карман и хотел уже было отдать несчастной все оставшиеся у него деньги. Но она, проходя мимо, даже не обратила на него внимания, тупо уставившись вперед.

- Этим делу не поможешь. Тут не деньги нужны, а продукты. Я уже тебе говорил: подавая милостыню, ты помогаешь лишь одному, а другие остаются голодными, - сказал Хаммел, когда она ушла.

Робертс чувствовал себя уставшим.

- Пошли назад. Достаточно насмотрелись, - сказал он.

По дороге к звездолету они натолкнулись на группу мужчин и женщин, собравшихся у поваленного дерева. Мужчины тщательно обдирали кору, между тем как женщины острыми ножами отсекали тонкие ветки и складывали их в корзины. Работали они старательно и упорно, лишь изредка отрываясь и осматриваясь по сторонам, как будто опасались, что кто-то может отобрать содержимое их корзин.

Вернувшись назад, Робертс с товарищем увидели гостей. Рядом с их звездолетом стоял другой космический корабль поменьше, на борту которого красовались буквы "АЖК" и номер. Полковник как раз спускался по трапу навстречу представителю Ассоциации жизни в космосе на этой планете.

- Тут я ничего поделать не могу. Все это вопрос времени и грузоподъемности. Полкило продуктов на человека вряд ли решат проблему,

- говорил полковник. - Скольким людям, вы говорите, угрожает голодная смерть?

- Точно не известно, - ответил председатель АЖК. - Нам не хватает точной информации. Но, думаю, на всем континенте наберется от десяти до ста миллионов человек, страдающих от недоедания.

Полковник покачал головой.

- Чтобы накормить сто миллионов человек, понадобятся корабли, способные доставлять тысячи тонн в день. Где мы их возьмем? Поблизости нет таких запасов продовольствия. Значит, его необходимо доставлять издалека. А на это уйдет много времени. Даже если мы доставим продукты, их нужно будет распределить. Вы понимаете, кому-то придется за это взяться. У меня нет такой возможности. Может, у АЖК есть кто-нибудь на примете?

- Мне сказали, что такая задача нам не по плечу. И я надеялся...

- Нет. Я не справлюсь, - сказал полковник. - Когда я принимался за строительство дороги, чтобы улучшить транспортную связь и... взаимный культурный обмен, то, конечно, понимал, что могут возникнуть определенные трудности. Но чтобы таких размеров?.. Понимаете, я чувствую себя ответственным.

- Ну что вы, сэр. У нас в Ассоциации все были поражены вашей самоотверженностью и человечностью.

- М-да... спасибо. Это многое для меня значит. Я прилагал все усилия, чтобы значительная часть крестьян продолжала заниматься своей работой...

Полковника прервал какой-то грохот. Он оглянулся.

Сверкающая карета, запряженная четырьмя лоснящимися животными, которыми управлял откормленный кучер, остановилась у звездолета в клубах пыли. С подножки спрыгнули двое слуг. Один поспешно открыл дверцу, второй откинул тяжелую ступеньку.

Очень толстый человек в золотых и алых одеждах вывалился из кареты и направился к представителю АЖК. Лицо его было перекошено от ярости.

- Это обман! Надувательство! Я требую немедленной помощи от звездных людей! Вы их консул и должны мне помочь!

- Ваше Величество, - сказал спокойно представитель АЖК, - мы как раз обсуждаем этот вопрос. Нужно помочь вашим людям. Но...

- Моим людям? Стоит ли о них беспокоиться?! Те, которые выживут, на следующий год восстановят хозяйство. Голод нам не в новинку. Я имею в виду правителя Мардукаша Ятулона... Он сеет смуту!

От этих слов у представителя АЖК перехватило дыхание. "Те, которые выживут..." - звучало у него в голове. Он собирался что-то возразить, но не смог и остался стоять с разинутым ртом.

- Вы даже не догадываетесь, - продолжал толстяк, - насколько коварен этот человек. Его посланец принес мне известие, что он готов продавать мне зерно. За мешок он просит пригоршню медяков. Но мне понадобится большая партия, а это будет стоить немалых денег. Я, естественно, отказал.

Представитель АЖК вдруг заволновался.

- Ваш коварный враг предлагает вам продукты и вы отказываетесь?

- Не спешите. Цена очень высока.

- А какой же ей быть? Ведь у вас голод!

- У нас, - да, а в Мардукаше - нет. Там продовольственные склады в лучшем состоянии, чем королевский дворец. Если я буду покупать зерно по такой цене, то разорюсь. Мне не на что будет содержать армию, а это - конец. Но известие о предложении Ятулона уже обошло всю страну. Если я не соглашусь, люди взбунтуются. Будь проклята эта дорога! Если бы не она, у крестьян был бы неплохой урожай. Раньше, даже когда случался голод, отсутствие дорог исключало всякое вмешательство.

Толстяк потряс кулаками. - Я требую разрушить дорогу!

Представитель АЖК был поражен. С трудом сдерживая гнев, он сказал:

- Ваше Величество, боюсь, я не смогу согласиться с вами.

- А, вы заодно! - закричал король и бросился к карете, которая затрещала и осела под его грузным телом. - Во дворец!

Убрав откидную ступеньку и захлопнув дверцу, слуги вскочили на подножку. Кучер взмахнул кнутом, и мгновение спустя карета скрылась из виду, поднимая в воздух тучи пыли.

Представитель АЖК мрачно смотрел вслед удалявшейся карете.

- Неимоверно! Такое поведение оправдать нельзя, - сказал он.

- В подобной ситуации смена... э... правителя была бы большим благом, заметил полковник.

- Да, конечно. Но что касается Ятулона, то он оказался на высоте положения.

Полковник кивнул в знак согласия. А его собеседник, проведя рукой по лицу, сказал:

- Если бы все были такими, как Ятулон!

Тремя днями позже, когда предложение Ятулона было отвергнуто, его армия перешла в наступление. Подобно лавине, она смяла передовые пограничные отряды и сцепилась в жестокой схватке с главными силами противника.

В тот момент, когда Ятулон во главе своей армии победоносно вступал в столицу поверженного государства, его король в сопровождении верных придворных и стражи поспешно покинул дворец. Ощетинившаяся острыми пиками боевая колесница, на которую были погружены два тяжелых сундука, помчалась вдоль Великой дороги по направлению к дружественному королевству Фазир. Она уже почти достигла соседних границ, когда впереди показалась группа всадников. Приблизившись, беглецы увидели тяжелую кованую карету короля Фазира Аравака в сопровождении конной гвардии. Он искал спасения от правителя Зарума Рибара, который, подобно Ятулону, предложил купить у него продукты. Аравак отказался и этим вызвал возмущение и восстание своего народа.

Пока два поверженных короля делились невеселыми известиями, на горизонте с двух концов дороги появилась конница Ятулона и Рибара.

Наскоро пожав друг другу руки и оголив мечи, друзья по несчастью вскочили в свои боевые колесницы.

- Вперед! В атаку! - в один голос заорали они, бросаясь на врага. Грозно вскинув копья, за грохочущими колесницами последовала

кавалерия. Их противники пустили лошадей в галоп.

В то время, как враги сошлись в последней кровавой битве, тяжело груженые зерном телеги, поскрипывая, продвигались по Королевской дороге из Мардукаша и Зарума к своим терпящим голод соседям...

Полковник, вновь выглядевший как прежде, откинувшись в кресле, посмотрел на свою многообещающую команду:

Робертса, Хаммела, Моррисея и Бергена, которых также нетрудно было узнать.

- Как видите, джентльмены, в хорошо продуманной операции каждое событие неизбежно и логически вызывает другое. И вот последнее звено этой цепи. Полковник достал желтый лист бумаги, из-за которого, собственно говоря, все и затевалось.

Взглянув на документ, Робертс прочитал: "По результатам недавнего голосования новые правители одобрили создание ремонтно-оздоровительного центра на их планете. Корпорация "Гаружик" передает подряд на строительство данного центра фирме "Крожак", которой следует немедленно приступить..."

- Удалось ли Ятулону, Рибару и им подобным королям справиться с голодом? спросил капитан.

- Благодаря своим запасам, им удалось значительно облегчить положение до того, как промерзла земля. А тогда уже можно было доставлять продукты из удаленных от дороги районов. Кроме того, договорившись между собой, они будут продолжать поставки продовольствия, чтобы помочь людям продержаться до следующего урожая.

- Но почему никто не предвидел этого? Один намек на такое развитие событий многих бы привел в бешенство.

Полковник кивнул.

- Немного нашлось таких, кто смог предугадать исход. Остальные были заняты собственными проблемами. Крестьяне старались побольше заработать. Да это и не их обязанность - предвидеть грядущие события. Это дело королей. А у многих из них перед глазами были только деньги, которые потекут в их казну, когда дорога будет построена. Что касается голода, то к нему они привыкли. Конечно, представителю АЖК следовало бы предвидеть ход событий. Но он слишком образован для этого. Его знания основаны на книгах, написанных в высокоразвитых мирах, а "экономика выживания" - всего лишь пара ничего не значащих слов. Передовых ученых современности волнуют лишь такие проблемы, как накопление капитала и технологическое развитие. Подсознательно представитель АЖК, должно быть, понимал, что любое отклонение от нормального процесса производства может стать роковым. Но "голод" для него такое же отвлеченное понятие, как и "пещерный медведь". Для тех, кто недоедал, оно значит намного больше.

При упоминании слова "голод" Робертс не мог не содрогнуться.

- Сэр, а часто Звездный патруль участвует в таких операциях?

Полковник мрачно кивнул.

- Приходится. Вселенная не идеальна. Часто у нас нет другого выхода.

- Сэр, а скольких человеческих жизней стоил этот центр? - спросил Робертс.

- Немногих, - ответил полковник. - Все было тщательно продумано.

- А если бы в расчеты закралась ошибка?

- Это привело бы к голодной смерти миллионов.

- Такое задание требует огромной ответственности.

- Да, - сказал полковник. - И, кроме того, значительной выучки. Хорошо, что, приступая к занятиям, вы понимаете, что вас ждет впереди. Зная свое будущее, человек внимательнее относится к настоящему.

- Значит, впереди нас ждет учеба? - спросил Робертс.

- Несомненно.

Четверо новобранцев невесело переглянулись.

- Ну, вот и все, джентльмены, - сказал полковник. - Завтра вы отправляетесь. Желаю удачи.

Робертс, Хаммел, Моррисей и Берген вышли из комнаты. Последний осторожно закрыл за собой дверь.

На экране перед столом полковника появился тот самый крепкого сложения человек с проницательным взглядом. Сейчас он улыбался.

- Ну, что ты думаешь? - спросил полковник.

- Думаю, ты сделал большое дело. Без твоего участия курс начальной подготовки был бы менее эффективным.

- Да. Теперь у них есть стимул, - согласился полковник.