/ / Language: Русский / Genre:love_short / Series: Панорама романов о любви

Верни мне любовь

Хильда Эмерсон

Пять лет прошло с того страшного дня, когда юная героиня романа под влиянием отца-деспота была вынуждена отказаться от своего новорожденного сына. Жизнь ее превратилась в трагедию.

Хильда Эмерсон

Верни мне любовь

Глава 1

Молодая женщина вновь и вновь всматривалась в фотографию ребенка, которую бережно держала в руках. Сидя на жесткой садовой скамейке, она тоскливо смотрела на портрет маленького темноволосого мальчика, игравшего с мячом. Мальчика с глазами ее бывшего возлюбленною, своего потерянного сына.

– Дорогой мой, где ты? – шептала она с отчаянием.

Здравый смысл подсказывал, что вероятность найти сына крайне мала. И кто знает, как его называют приемные родители! О Боже, неужели ей всю жизнь предстоит расплачиваться за ошибку юности!

Она тогда только что закончила школу и рисовала себе картину будущей жизни довольно туманно. Она была безумно влюблена, но начинать семейную жизнь тогда вовсе не входило в ее планы. Однако, по иронии судьбы, стоило ей обнаружить, что она беременна, как любимый человек, как выяснилось, не захотел ничего и слышать о ребенке. Скрепя сердце пришлось признать, что отец был прав: этого человека интересовала не столько она сама, сколько ее приданое.

– Простите, пожалуйста…

Тихий, нерешительный голос пробился сквозь пелену горьких воспоминаний, но прошло еще несколько мгновений, прежде чем молодая женщина поняла, что эти слова обращены к ней. Она с трудом вернулась к реальности и ощутила, что по-прежнему сидит на неудобной садовой скамье, от которой ломит все тело.

Теперь у нее появилась соседка. На другом конце скамейки расположилась старушка, сжимавшая в руках набитый продуктами пластиковый пакет. Робко улыбаясь, она протягивала ей фотокарточку.

– Наверно, это вы обронили…

– О да! – Женщина бережно взяла драгоценную фотографию, непонятно как выпавшую из рук. Она слишком углубилась в прошлое. – Огромное спасибо, – с искренней благодарностью сказала она. Какая неосторожность! Чуть не лишиться последней драгоценности – всего, что связывает ее с сыном, последнего средства, с помощью которого его можно разыскать!

– Какой хорошенький, – заметила старушка. – Ваш?

– Это мой сын, – медленно промолвила женщина. В ее голосе слышалась гордость, смешанная со слезами. Ее сын и уже не ее.

– Вы слишком молоды для такого большого мальчика.

Лора, а именно так звали женщину, не могла не улыбнуться. Ей было уже двадцать пять, и она занимала достаточно ответственный пост. Но сегодня, одетая в белое хлопчатобумажное платье вместо обычного делового костюма, с пышными золотисто-каштановыми волосами, заплетенными в спадавшую на спину косу, с веками, чуть тронутыми косметикой, подчеркивавшей глубину темных глаз, она не выглядела на свой возраст. Несомненно, этот комплимент польстил ей. Слишком часто за последнее время она ощущала себя старше своих лет.

– И сколько же вашему сыну?

– Почти пять. Но на этой фотографии ему три.

– Тогда он не по годам рослый.

– Да. – Тон Лоры еще больше смягчился, глаза заблестели от воспоминаний. – Отец у него был высокий – куда выше шести футов. Похоже, сын пошел в него.

– Милочка, как жаль…

Выражение сочувствия на мгновение смутило Лору, забывшую, что она сказала об отце ребенка в прошедшем времени. Услышав в ее голосе слезы, женщина сделала естественный вывод, что он умер. Лора не пыталась переубедить ее: этот человек был для нее потерян так же бесповоротно, как если бы он был мертв.

Ее взгляд еще раз инстинктивно упал на фотографию. Она долго и любовно смотрела на портрет, а затем подняла голову. Перед ней полукругом стояли здания в стиле короля Георга, запечатленные на заднем плане фотографии.

– Вы живете на Ройял-кресент[1]?

Несмотря на грустные мысли, на губах Лоры появилась слабая улыбка. За два дня, прошедшие с ее приезда в Бат[2], она хорошо изучила, что собой представляют эти элегантные дома.

– У меня бы не хватило денег даже на одну комнату в этом квартале, – откровенно призналась она.

– Да, за квартиры в этих домах дерут три шкуры, – возмущенно фыркнула собеседница. – Конечно, люди платят, но, по-моему, эти дома ничем не лучше остальных.

– Да нет, они красивые, – возразила Лора, отвлекаясь от невеселых раздумий. – Хотя, насколько я успела заметить, в Бате много чудесных зданий в георгианском стиле.

– Предпочитаю свою маленькую современную квартиру. Жить в них гораздо удобнее. Значит, вы не местная?

– Нет, я приехала в отпуск.

– О, в это время года отпускников здесь хватает. – Пожилая женщина, обрадовавшись возможности поболтать, уселась поудобнее и приготовилась к долгому разговору. – В центре не протолкнешься из-за приезжих. А уж иностранцев-то! Бывает, и по языку не поймешь, откуда они родом.

– Должно быть, местным жителям приходится туго, – согласно кивнула Лора, меняя позу и потирая разболевшуюся от неудобной спинки поясницу. Сколько она просидела здесь? Все тело затекло.

– А вы сами откуда?

– Из Эдинбурга, – сказала Лора, приготовившись к неизбежному.

– Но у вас нет шотландского акцента.

– А я и не шотландка. – Краем глаза Лора заметила какое-то движение. По траве бежал ребенок. Сердце болезненно сжалось, но тревога оказалась ложной: это была девочка. – Вообще-то я родом из Лондона…

– Далеко же вы забрались!

– Да, далековато. – Было время, когда она боялась уезжать из Лондона. Потом пришла пора дальних поездок. Но теперь и это осталось в прошлом. Эдинбург стал ей родным домом и продолжал бы оставаться им, если бы не потерянный сын.

Еще раз она бросила полный надежды взгляд на раскинувшуюся перед ней картину, не обращая взимания на вездесущих туристов, непрерывно снимавших местные достопримечательности. Ей был нужен только один маленький темноволосый мальчик, мальчик по имени Мэтью. Конечно, она понимала, что фотография могла навести ее на ложный след: может быть, он живет в другой части города или вообще не в Бате. Но фотография была ее последним шансом, и она с удовольствием просидела бы на жесткой скамейке все три недели своего отпуска, если бы у нее была хоть одна возможность из тысячи найти сына.

– По крайней мере, вам повезло с погодой…

– Да.

– Слава Богу, после сырой весны снова светит солнышко.

– Да, – повторила Лора, не слишком прислушиваясь. В поле зрения вновь появился играющий ребенок. Мальчик с темными волосами. Нет. Она снова расслабилась. Этот слишком мал.

– А денек действительно чудесный, не правда ли?

В голосе женщины прозвучала тоскливая нотка, не ускользнувшая от внимания Лоры, которая хорошо знала, что такое одиночество. В самом деле, почему бы немного не поговорить о погоде? Все лучше, чем сидеть одной и предаваться тяжелым воспоминаниям.

– Отличный день, – согласилась она, дружески улыбнувшись. – Кажется, я выбрала самое удачное время.

– Верно. Сегодня утром по радио сказали, что такая погода продлится по крайней мере еще неделю.

– А потом снова настанет дождливое британское лето?

– Наверно. Грустно, правда? Хотя растениям нужна влага. К счастью, у меня есть собственный садик, хотя я и живу в городской квартире.

Они немного побеседовали о садоводстве. Конечно, тон задавала пожилая дама, Лора в основном отделывалась междометиями. Потомственная горожанка, она не слишком разбиралась в ботанике.

Никого хотя бы отдаленно похожего на Мэтью поблизости не было. Лора пошевелила запястьем, бросила взгляд на часы и не слишком удивилась, обнаружив, что просидела здесь четыре с лишним часа. Если бы не короткий перерыв на ленч, состоявший из купленного в местной лавке сэндвича и банки сока, это время показалось бы нескончаемым. Конечно, мальчик мог и не выходить на прогулку каждый день, даже если и жил рядом. Придется потерпеть, как бы ни было трудно.

– Извините, я вас не задерживаю? – Голос женщины был грустным. Наверно, она заметила тот быстрый взгляд, который Лора бросила на часы.

– Нет, я никуда не спешу.

– Наверно, приятно иметь возможность сидеть здесь и наслаждаться солнышком?

– Да уж, – тут же согласилась Лора. Даже волнение не помешало ей оценить редкое тепло и стоявший в воздухе запах свежескошенной травы. – Куда лучше, чем целый день сидеть в конторе.

– Так вам не нравится конторская работа?

– О, я не это имела в виду! Просто иногда надоедает торчать в помещении, не видя белого света и проводя на службе лучшую часть дня. Не поймите меня правильно, я люблю свою работу. Я помогаю управляющему фирмой, и у меня много разных интересных дел. А мой начальник – человек милый и внимательный.

– Это очень важно, правда?

– Правда. – Лора немного рассказала новой знакомой о своем боссе Брайене. Голос ее потеплел так, словно она говорила о Мэтью. Она сблизилась с Брайеном Лэнгдоном и его женой именно в тот момент, когда человеку больше всего на свете нужен друг.

Где-то вдалеке пробило три часа. Женщина вздрогнула.

– О Боже, неужели уже так поздно? Надо торопиться домой. Я ведь вышла только за едой для кошки. – Она подхватила тяжелую сумку. – Бедняжка Табита выйдет из себя, если ее вовремя не накормить.

– Да, это было бы непростительно.

Дама поднялась.

– Спасибо за беседу. Желаю вам хорошо отдохнуть.

– Благодарю вас. Уныние охватило Лору, когда она вновь осталась одна. Она бросила беглый взгляд на газон и внезапно застыла на месте. Пока длился разговор, на широкую лужайку перед домами вышла молодая женщина с ребенком. Они перекидывались большим голубым мячом. Лора поднялась на ноги, ее глаза не мигая смотрели на тоненькую детскую фигурку. Грудь болезненно сжалась, дыхание прервалось. Мальчик был как раз нужного возраста. Густой русый чуб свешивался ему на глаза. Но малыш был слишком далеко, чтобы понять, он ли запечатлен на фотографии…

Она еще раз посмотрела на портрет, хотя облик ребенка и без того врезался ей в память, и осторожно двинулась вперед. Повесив сумку на плечо, она начала пробираться по газону к находившейся в частном владении лужайке. Нервы дрожали от напряжения.

Подойдя ближе, Лора обнаружила, что лужайка расположена на четыре фута выше общественного парка. Эту преграду было трудно преодолеть, не привлекая к себе внимания. Огорченная, она мгновение постояла на месте, слыша смех бегущего за мячом ребенка и стараясь не терять его из виду. Словно в ответ на беззвучную мольбу, мячик выскользнул у ребенка из рук, набирая скорость, покатился по травянистому склону и остановился у ног Лоры.

Она наклонилась, подняла мяч, выпрямилась и на секунду задержала игрушку в руках. Неужели ее ждет новое разочарование? Закинув голову, Лора посмотрела прямо в лицо остановившемуся над ней мальчику.

Яркое солнце высветило рыжие волоски в его русых волосах, чуть более темных, чем ее собственные. Но внимание Лоры привлекли его глаза, точь-в-точь такие, как на фотографии. Широко расставленные, глубокого голубовато-сапфирового цвета, опушенные длинными темными ресницами, они были неотличимы от глаз Гарета. А лицо, хотя и детское, было копией отцовского, вплоть до едва заметной ямочки на подбородке!

– Спасибо, что подобрали наш мячик. Вы избавили нас от беготни.

Лора с трудом отвела взгляд от лица мальчика, чтобы посмотреть на говорившую. Это была та самая молодая женщина, которая играла с ним. Чудесные растрепанные локоны, большие серые глаза и дружеская, открытая улыбка делали девушку совсем юной: ей нельзя было дать больше двадцати лет. Неужели эта девчонка усыновила ее мальчика? Лора вздрогнула.

– Пожалуйста, – машинально ответила она и бросила мяч в подставленные руки женщины.

И все же она не удержалась ни от вздоха, ни от нового взгляда на ребенка. Да, сомнений не оставалось: это лицо, эти глаза!

– Мэтью, скажи спасибо, – наставительно сказала пышноволосая девушка.

Приступ удушья едва не сразил Лору. Мэтью! Каким чудом ему удалось сохранить свое имя? Это явно не было простым совпадением. Последние сомнения бесследно исчезли. Перед ней стоял ее сын.

– Спасибо, – очень вежливо сказал мальчик, подчиняясь требованию девушки. Но он не улыбался. Светлые глаза серьезно смотрели на незнакомку.

– А теперь пошли. – Девушка положила руку на его узкое плечо. – Пора домой. Перед чаем тебе придется умыться и причесаться.

Женщина и ребенок дружно повернулись и пошли вперед, топча траву. Мальчик доверчиво сунул ладошку в руку своей спутницы и вприпрыжку засеменил рядом. Его веселый голос еще долго звучал в ушах окаменевшей Лоры.

Стоя на месте, она следила за ними, пока мальчик и девушка не скрылись в одном из домов. Выкрашенная белым входная дверь, рядом с ней припаркован голубой «ягуар»… Лишь через несколько минут она смогла добраться до этого дома и записать его номер.

Потрясенная мимолетной встречей, Лора едва сознавала, что делает, когда повернулась к зданию спиной и медленно пошла к дороге. Итак, она увидела своего сына и даже немного поговорила с ним. Максимум того, на что она надеялась, выезжая в Бат на поиски. Но теперь этого было мало. Хотелось досыта наговориться с ним, сделать так, чтобы это серьезное детское лицо согрела улыбка, предназначенная ей одной. Но остатки здравого смысла подсказывали, что это невозможно. Ее мальчика почти пять лет назад усыновили и вырастили другие люди: он никогда не знал настоящих родителей. Эгоизм не давал ей права разрушить чужую семью.

Но доводы рассудка не помешали ей вновь вернуться к дому с белой дверью. Не зная, что предпринять, она уставилась на дверной косяк с тремя звонками. Конечно, в таком большом доме должно быть несколько квартир, подумалось Лоре, обшаривавшей глазами таблички рядом с кнопками. О Боже! «Г. Райдер» ! Сердце ее подпрыгнуло и неистово заколотилось. Нет! Это невозможно…

Неясное предчувствие заставило ее повернуться к двери спиной, но в этот момент позади щелкнул замок. Лора застыла на месте. Мозг подсказывал ей бежать, но ноги не слушались. То же предчувствие заставило встать дыбом волоски па ее шее; еще не успев оглянуться, она уже знала, кого сейчас увидит. Мужчину ростом в шесть с лишним футов, стройного и широкоплечего. Красивого мужчину, несмотря на то что при виде Лоры его открытое лицо сейчас омрачится, а тепло и жизнерадостность покинут темно-сапфировые глаза.

У Лоры перехватило дыхание.

– Гарет… – тихонько произнесла она.

Глава 2

– Что ты здесь делаешь?!

Голос его был грубым, отрывистым и резал Лоре слух. Он ничем не напоминал тот теплый, бархатный баритон, который когда-то грезился ей по ночам. В нем не было и намека на сердечность.

Лору было не так-то легко сбить с толку. Она пыталась проглотить комок в горле и заговорить, но на этот раз в голову ничего не приходило. Она была совершенно ошеломлена. Молодая женщина лишь надеялась найти людей, которые усыновили ее мальчика, и не мечтала столкнуться лицом к лицу с мужчиной, которого когда-то страстно любила. С мужчиной, который бросил ее беременной…

Гарет провел рукой по темным волосам: как хорошо она помнила этот нетерпеливый жест!

– Чего ты хочешь?

– Я видела Мэтью, – выпалила Лора. Она собиралась сказать совсем не это и ничуть не удивилась, уловив в его голубых глазах оттенок подозрительности.

– Зачем он тебе понадобился, после стольких-то лет? – недоверчиво спросил высокий мужчина.

Лоре всегда нравилось чувствовать себя маленькой и хрупкой рядом с рослым Гаретом, но только сейчас она осознала, каким пугающим могло быть соседство с возвышавшимся над ней великаном.

– Мне хотелось на него полюбоваться, – ухитрившись сохранить спокойствие, ответила она.

– Почему? Что тебе нужно от моего сына?

– Твоего сына? – От обиды у Лоры захватило дух. – Это мой ребенок!

Гарет открыл рот, явно собираясь сказать что-то оскорбительное, но, к счастью, в этот момент на сцене появилось новое действующее лицо.

– Добрый день, мистер Райдер, – раздалось за спиной у Лоры.

Его лицо мигом просветлело.

– О, миссис Стивенс! – Если его улыбка и была натянутой, то лишь самую малость. – Как поживаете?

Лора воспользовалась случаем и спустилась на несколько ступенек, пытаясь сохранить дистанцию между собой и Гаретом и одновременно взглянуть на столь вовремя подоспевшую женщину. Ненароком прислушавшись к их беседе, она решила, что это его соседка. Отлично! Как Мэтью?

– Как обычно. Надеюсь, он больше не топал у вас над головой?

Женщина добродушно рассмеялась.

– О чем вы говорите! Он славный мальчуган. Я целыми днями его не слышу.

Как бы алчно Лора ни прислушивалась к тому, что говорили о ее ребенке, нельзя было привлекать к себе внимание. Эта женщина и так бросила в ее сторону несколько любопытных взглядов. Несомненно, Гарет подумал о том же. Когда соседка исчезла за дверью, он пригласил Лору подняться наверх.

– Тебе лучше войти. Подъезд – не место для разговора.

Конечно, это предложение было сделано не от чистого сердца, но Лора и не думала отказываться. Еще не отойдя от потрясения, она шла по лестнице, пока не очутилась в светлой просторной комнате с высоким потолком. Впрочем, на подробный осмотр у нее не было времени: как только дверь за ними закрылась, Гарет свирепо обернулся.

– Ну, а теперь, – безапелляционно заявил он, – выкладывай, зачем тебя принесло в Бат.

Лора стояла перед ним, демонстрируя спокойствие, которого не было и в помине. Судя по тону, по плотно сжатым красивым губам, напрягшемуся подбородку с ямочкой, он ничего не забыл и ничего не простил. Чувство вины перед брошенным ребенком не способствовало уверенности в себе, но она собралась с духом и терпеливо ответила:

– Я здесь в отпуске.

Гарет засмеялся. Но в этом зловещем смехе не было и намека на его прежнее чувство юмора.

– Могла бы придумать что-нибудь получше. Отдыхать в Бате? Забыла, что я слишком хорошо знаю твои привычки? Тебя всегда прельщали места пожарче и пошикарнее. – Его губы презрительно сжались.

– Ну и что? При моем нынешнем жалованье я не могу позволить себе ничего другого.

Темная бровь насмешливо изогнулась.

– Так ты работаешь? – Он не скрывал сарказма.

– Да, работаю.

– Интересно, как это тебе удается. Большей бездельницы свет не видывал! Ладно, пока оставим… Значит, ты приехала в Бат в отпуск, случайно попала на Ройял-кресент, случайно увидела Мэтью, случайно узнала его и дошла с ним до дому. Не кажется ли тебе, милая, что с совпадениями получился перебор?

Лора вздрогнула. Ласковое обращение прозвучало оскорбительнее насмешки. И все же она нашла в себе силы ответить спокойно и здраво.

– Этот квартал – одна из местных достопримечательностей. Что же здесь странного, если мне захотелось взглянуть на него?

Наградой ей стал еще один скептический взгляд.

– Что-то я раньше не замечал в тебе интереса к георгианской архитектуре. Она совсем не в твоем вкусе.

– Откуда ты знаешь? Вкусы со временем меняются.

Холодные голубые глаза вспыхнули и принялись придирчиво изучать ее внешность.

– Да, вид у тебя не тот, что прежде. Насколько я помню, ты всегда одевалась по последней моде. Что случилось? Неужели папочка устал оплачивать твои счета?

Лора почувствовала приближение гнева. Она действительно не могла больше покупать дорогую одежду: все ее скудные сбережения ушли на долгие поиски пропавшего ребенка. Но хотя ее гардероб был сейчас более скромным, чем прежде, он все же оставался достаточно изысканным; ее наружность не заслуживала подобной критики. Однако выработавшаяся за последние годы привычка к самоконтролю и на этот раз помогла ей сдержаться. Она не могла позволить себе роскошь поругаться с Гаретом.

Злая усмешка скривила его губы.

– Я вижу, ты наконец научилась сдерживать свой нрав.

– Я же сказала тебе, что изменилась.

– Сомневаюсь. Скорее всего, это чисто внешнее. Впрочем, неважно. Скажи честно, ты приехала в Бат из-за Мэтью, верно?

– Да!

– Почему?

Этот короткий вопрос больно кольнул Лору: ответ казался очевидным.

– Потому что Мэтью мой сын. Потому что я хотела увидеть его и своими глазами убедиться, что он здоров, сыт и счастлив.

– Убедилась? А теперь можешь возвращаться туда, откуда пришла.

– Нельзя ли мне поговорить с ним?

– Нет!

Тон его был непреклонным, но Лора не могла сдаться без боя.

– Гарет, я не видела сына с самого рождения. Я хочу всего лишь поздороваться и поболтать с ним минутку-другую. Клянусь тебе!

Этот горячий призыв ни капли не смягчил его.

– И все же, чем вызван этот внезапный интерес после стольких лет разлуки? – Прозвучавшая в его голосе циничная нотка заставила Лору вздрогнуть от стыда. – Неужели Джеймс решил, что его внук чего-то стоит?

– Мой отец здесь совершенно ни при чем. – Почувствовав, что у нее вот-вот лопнет терпение, Лора заставила себя сделать глубокий вдох и успокоиться. – Мэтью мой сын. В конце концов я нашла его и, естественно, захотела повидать.

– Спустя пять лет? Не поздновато ли в тебе проснулось материнское чувство?

– До сегодняшнего дня я понятия не имела, где и у кого он находится. Лишь несколько недель назад удалось разузнать, что он может быть в Бате.

Гарет бросился к ней так стремительно, что Лора непроизвольно отшатнулась.

– Еще бы тебе знать! Я все сделал, чтобы ни ты, ни твой папаша не нашли его – на тот случай, если тебе взбредет в голову вернуть мальчика.

– Но я действительно хотела его вернуть.

– И поэтому отдала на усыновление?

Казалось, эти неумолимые слова повисли в воздухе. Глядя на ожесточенное лицо Гарета, Лора поняла, что он бесповоротно осудил и проклял ее. Что бы она ни сказала в собственное оправдание, это ничего не изменило бы. И все же следовало попытаться.

– Я никому не отдавала наше дитя, – ровно начала она. – Гарет, если бы ты позволил мне все объяснить…

– Моего сына отдали для усыновления в тот самый день, когда он появился на свет. – Этот непримиримый, непрощающий голос заставил ее умолкнуть. – Никто и пальцем не пошевелил, чтобы дать мне знать о рождении сына. Никогда не прощу тебе этого. Ни тебе, ни твоему отцу! О, конечно, я знаю, кто несет за это ответственность, но и твои действия понимать отказываюсь!

Лора не снимала с себя вины за этот ужасный поступок и не искала оправданий. Сознавая, что кругом виновата, она все же промолвила:

– Я не собиралась отказываться от малыша. Все это время я искала его, даже не зная, жив ли он. А сейчас, когда я наконец нашла его, ты требуешь, чтобы я уехала… – Она вдруг отвернулась, пряча лицо, и сделала пару неуверенных шагов в сторону, не видя, куда ступает, с единственной мыслью – не дать Гарету увидеть ее слезы.

– Лора… – В его голосе еще чувствовалось раздражение. Однако на сей раз к нему примешивалось чувство, которому Лора затруднилась бы подыскать название. – Будь все проклято, Лора! – отрывисто сказал он. – Не вздумай плакать.

– Я не плачу, – негодующе фыркнула она.

После обрушившихся на нее жестоких обвинений Лора менее всего ожидала очутиться в объятиях Гарета. Она еще могла бы стерпеть его гнев, но ласковое прикосновение выбило ее из колеи. Слезы сами собой хлынули из глаз. Женщина прижалась лбом к его плечу и зарыдала в воротник куртки…

Истерика кончилась быстро. Но чем реже она всхлипывала, тем больше простора оставалось для других ощущений. Тепло сильного тела, к которому она прижималась, коснувшийся ее ноздрей терпкий аромат душистого лосьона после бритья пробудили чувства, которые казались ей давно умершими. Лора больше не плакала, но не могла заставить себя высвободиться из его объятий. Что случится, если она позволит себе хотя бы на миг испытать забытое наслаждение от прикосновения рук Гарета? Она припомнила все зло, которое причинил ей этот человек, и резко выпрямилась. Он молча выпустил ее.

– Извини… – Она порылась в кармане, достала носовой платок и вытерла нос. – Я не хотела. Наверно, слишком много всего на меня свалилось…

Гарет лишь кивнул в ответ. Выражение его лица вновь стало непроницаемым; никаких чувств на нем не отражалось.

– Хочешь кофе?

– Спасибо. Я бы выпила…

– Я на минутку.

Он сбросил ветровку, повесил ее на спинку стула, развязал галстук, оставив его висеть на шее, и вышел из комнаты, наполовину прикрыв за собой дверь. Из холла послышалось журчание телефонного диска, а затем грудной голос Гарета. Похоже, он сообщал кому-то, что задержится. Лора тихонько отошла подальше, чтобы не подслушивать: нынешняя личная жизнь Гарета – не ее дело.

Теперь, когда он вышел из комнаты, можно заняться собой. Она достала из сумочки расческу, зеркальце, губную помаду и привела в порядок лицо и волосы. Глядя на свое отражение, она улыбнулась. Гарет был прав: ее облик действительно изменился. Слезы и горе сделали свое дело; и Лоре ничего не осталось от той элегантной холеной девицы, какой она была в пору их первого знакомства.

Она еще раз напомнила себе, что не следует предаваться грустным воспоминаниям. Потребуются все силы, чтобы уговорить этого недоверчивого, циничного человека позволить ей увидеть их дитя. Она перестала думать о своей внешности и сосредоточилась исключительно на этой мысли.

Теперь у нее было время, чтобы оценить достоинства комнаты, хранившей отпечаток георгианского стиля. Украшенный лепниной потолок, резная дверь, мраморная облицовка камина создавали ощущение роскоши. Даже мебель частично соответствовала эпохе. Видно, дела у Гарета шли отлично. И вдруг Лора слегка улыбнулась. Над письменным столом висели детские рисунки, и под ним в беспорядке стояли игрушечные машинки. Мэтью и Гарет. Неужели Гарет один воспитывает их сына? А кто же тогда эта пышноволосая девица, которая играла с Мэтью в парке? Какова ее роль в этом доме? Ничего странного, что Лора чувствовала себя не в своей тарелке.

Она подошла к окну, бездумно уставилась в стекло, за которым виднелись дома, деревья и зеленые холмы вдалеке, и попыталась восстановить спокойствие, дыша редко и медленно.

Задача казалась невыполнимой, но когда Гарет вернулся, девушка сумела взять себя в руки.

Похоже, передышка пошла на пользу и Гарету. Как заправский метрдотель, он усадил Лору в удобное кресло, налил кофе и придвинул к ней чашечку.

– Спасибо.

Лора сделала глоток и с удовлетворением убедилась, что кофе сварен как раз по ее вкусу. Выходит, он и этого не забыл. Глядя поверх ободка, она исподтишка изучала Гарета. Не признаваясь себе самой, что это ее интересует, все эти годы она пристально следила за его карьерой. Как преуспевающий автор нескольких триллеров, три из которых были успешно экранизированы, он стал желанным гостем на телевидении. Однако во плоти она видела его впервые за пять лет. С виду он совсем не изменился, и все же в нем появилось нечто новое. Перед ней сидел импозантный, высокий, широкоплечий мужчина. Раньше он, занятый своими книгами, не слишком обращал внимание на собственную внешность, довольствуясь потертыми джинсами и свитерами. Теперь же его одежда, хотя и недостаточно тщательно подобранная, была отменной по качеству. Облик Гарета от пят до макушки соответствовал имиджу процветающего автора бестселлеров.

– Нравится кофе? – спросил Гарет, внезапно обернувшись.

Захваченная врасплох, Лора едва не поперхнулась. Но разве странно, что она испытывает интерес к человеку, который является отцом ее ребенка и едва не стал мужем? Она кивнула.

– Спасибо, кофе отличный.

На мгновение ей показалось, что Гарет вот-вот продолжит беседу. Но он углубился в какие-то свои мысли, с отсутствующим видом уставившись в полупустую чашку. Лора продолжала дотошный осмотр.

У глаз и рта появились тоненькие морщинки, довольно неожиданные на лице мужчины, которому исполнилось лишь тридцать три года. На висках пробивалось несколько седых волосков, но это только добавляло ему привлекательности. Он выглядел человеком, хорошо знающим себе цену.

– Ты стал знаменитостью, – громко сказала Лора. Этот вывод закономерно вытекал из ее наблюдений.

Гарет поднял взгляд. На лице его было написано легкое удивление. Видно, он думал совсем о другом.

– Вроде кое-что получилось, – скромно подтвердил он. Затем в его глазах загорелся насмешливый огонек. – Не ожидал, что тебя интересуют мои дела.

– Разве можно пропустить мимо ушей такой успех? – суховато ответила она, ставя на столик пустую чашечку. – Твое имя не сходит с экрана телевизора и журнальных обложек. – Зачем ему знать, с какой жадностью она ловила каждое слово о нем? – Пишешь новую книгу?

Кивком головы он указал на письменный стол в дальнем конце комнаты. Стопки бумаги и справочники окружали пишущую машинку, над которой висели цветные рисунки Мэтью.

– Только что закончил первый вариант.

– Его тоже экранизируют?

– Возможно. Пару раз делали такие предложения.

Лора улыбнулась, но лицо ее осталось грустным.

– Очень рада, – тепло сказала она. – Я знаю, насколько важен для писателя успех. Ты его добился. Горжусь тобой, Гарет.

Его скулы слегка зарделись.

– Спасибо, – кивнул он. И – впервые за все время – из голубых глаз Гарета исчезли подозрительность и враждебность.

Они долго смотрели друг на друга, и у Лоры часто забилось сердце от воспоминаний о том, как хорошо им когда-то было вместе… И когда его губы вновь скривила циничная усмешка, она была готова заплакать.

– Какая жалость, что раньше ты не воспринимала мою работу всерьез, – неприятным тоном заметил он.

Лора догадалась, что Гарет пытается разозлить ее, и лишь спокойно кивнула в ответ. В его глазах вспыхнуло изумление.

– Ты прав. Я была слишком молода и не ценила то, что имела, пока не стало слишком поздно.

Впервые в жизни Гарет не нашелся, что ответить, и это немало удивило Лору. Насколько ей помнилось, раньше он в карман за словом не лез. Наконец он откашлялся и спросил:

– А ты чем занимаешься?

– Зарабатываю себе на жизнь.

– Ах да, ты ведь уже говорила, что работаешь. Кем?

Судя по тону, он собирался продолжить разговор и с интересом ждал ответа. С легкой улыбкой Лора ответила:

– Я личный помощник управляющего фирмой, которая занимается производством виски.

Нет, это становилось забавным! Гарет во второй раз за пять минут лишился дара речи.

– Производством виски?.. – ошарашенно переспросил он секунд через десять. – Что тебе делать в таком месте? Ты же не выносишь эту гадость!

– Я ведь там работаю, а не пью.

Гарет тихонько покачал головой, пытаясь прийти в себя.

– Я мог бы понять, если бы ты работала в художественной галерее или, на худой конец, в магазине готового платья, если уж тебе действительно понадобилось работать. Но за каким чертом ты выбрала производство виски? Это совсем не в твоем вкусе.

– Когда я стала искать работу, выбор оказался не так уж велик, – подавленно ответила Лора. Ее секундное торжество как рукой сняло. Ах это ужасное время! – Как ты понимаешь, специальности у меня не было, поэтому пришлось согласиться на первое мало-мальски приличное предложение.

– Но откуда взялось такое горячее желание работать? – спросил Гарет. – Никогда не думал, что в тебе есть деловая жилка.

– Наверно, ты просто недостаточно знаешь меня, – спокойно возразила Лора.

– Наверно. – На мгновение глаза их встретились. – Может, и никогда не знал. – Последовало неловкое молчание. Гарет продолжал разглядывать девушку. Лицо его при этом было непроницаемым. – И где же находится ваша фирма? – в конце концов осведомился он.

– В Эдинбурге.

Этот ответ снова поверг Гарета в изумление. Он захлопал глазами.

– Вот тебе раз! Такая даль! Почему именно Эдинбург?

– Потому что я больше не хотела жить дома. Мне нужна была независимость.

– В самом деле?

Услышав его скептический тон, Лора моментально ощетинилась.

– Ты считаешь, что я на это не способна? – вызывающе бросила она.

– Честно говоря, не представляю, чтобы папочка предоставил тебе такую возможность.

– Отец умер.

Вновь воцарилось молчание, на сей раз более продолжительное.

– Прости, – механически произнес он. – Когда это случилось?

– Два с лишним года назад.

Гарет посмотрел на ее левую руку и не заметил ни одного кольца.

– Значит, теперь ты богатая невеста, – протянул он. – Странно, что до сих пор не замужем. Должно быть, все эдинбургские холостяки выстроились в очередь, чтобы сделать тебе предложение.

У Лоры нещадно ломило спину. Тем не менее она гордо выпрямилась и отрезала:

– Не понимаю, какое тебе до этого дело!

– Никакого, – согласился он. Пожалуй, это было сказано слишком поспешно. – Конечно, ты права. Твоя личная жизнь меня нисколько не интересует.

Наступившую после этих слов мертвую тишину нарушил явственно прозвучавший где-то детский смех.

– Кажется, он счастлив, – грустно сказала Лора.

Гарет кивнул.

– Я сделал все, чтобы у него было нормальное детство.

– Ты взял его к себе совсем маленьким?

– Да.

– И воспитывал его сам?

– С помощью Элисон.

– Элисон? Эта девушка, которую я видела с Мэтью – молоденькая, хорошенькая, с чудесными волосами? – Никакие соображения не заставили бы Лору сдержать позвучавшую в голосе ревность. Что за женщина живет бок о бок с ее сыном? И с Гаретом? Он бросил на Лору сардонический взгляд, и та догадалась, что Гарет заметил и прекрасно понял обуревавшее ее чувство.

– Элисон его няня, – только и промолвил он.

Лора почувствовала такое облегчение, что все опасения моментально показались не стоящими выеденного яйца.

– Кажется, она хорошо ладит с Мэтью.

– Да. Нам с ней повезло. Она очень опытная, но самое главное – Мэтью любит ее. Очень важно, что с ним рядом все время находится близкий человек. К несчастью, мне приходится покидать дом чаще, чем хотелось бы.

– И все же ты имел возможность следить за тем, как растет малыш, – сказала Лора. Несмотря на все старания, голос ее слегка дрогнул. – Завидую тебе, Гарет.

– Завидуешь? – Лицо его оставалось бесстрастным, и только Лора, слишком хорошо знавшая Гарета, могла заметить, как сжались губы над раздвоенным подбородком.

– Да. Я знаю, что ты хочешь сказать, – прервала его она, боясь услышать что-нибудь обидное. – У меня тоже была такая возможность, но я потеряла ее. Если бы ты знал, как я раскаиваюсь!

Он не ответил, но в его глазах ясно читалось осуждение.

– Позволь мне все объяснить, – взмолилась Лора, зная, что он никогда на это не согласится.

– Я и так все знаю. Нет! – поспешно добавил он, видя, что Лора уже раскрыла рот. – Не вижу смысла вновь и вновь возвращаться к этой теме. Что бы ни было между нами в прошлом, оно давно умерло. Надо его похоронить и забыть о нем.

Гарет встал и двинулся к дверям, красноречиво намекая, что ей пора уходить. Лора поднялась и стиснула ремень сумки.

– Я пробуду в Бате еще две недели, – медленно сказала она. – Смогу ли я… Разрешишь ли ты мне увидеться с Мэтью до моего отъезда? Просто поздороваться с ним, ничего больше. Он даже не узнает, кто я такая.

– Нет!

– Гарет! – Она подавила вспышку гнева и заставила себя говорить спокойно и здраво. – Я вижу, сколько ты для него сделал, и не собираюсь ничего менять, поверь мне. Я просто хочу увидеть свое дитя. Я его мать…

– Нет! – Прозвучавшая в голосе Гарета злость заставила ее онеметь. Он смотрел на Лору сверху вниз, глаза его полыхали гневом и презрением. – Ты не имеешь права называть себя матерью Мэта. Ты сумела произвести его на свет, но это не дает тебе никаких прав на него. Мать любит своего ребенка, готова принести себя ему в жертву, ставит его нужды выше своих. Ты утратила все права на Мэтью, когда согласилась отдать его чужим людям.

Лора гордо выпрямилась.

– Если ты действительно так считаешь, не имеет смысла отнимать у тебя время. – Она пошла к выходу, сдерживаясь из последних сил. – До свидания, Гарет.

– Лора…. – Он на мгновение запнулся, словно хотел добавить что-то еще, но вдруг передумал. – Я провожу тебя.

Спускаясь вслед за ним по ступенькам, Лора хранила высокомерное молчание. Говорить было не о чем. Она понимала: стоит открыть рот, и ей придется долго жалеть об этом. Молча пройдя мимо хозяина, она шагнула на крыльцо и услышала, как позади с грохотом захлопнулась тяжелая дверь. Напряженным нервам Лоры этот гулкий звук показался траурным салютом над могилой того, что еще связывало ее с сыном.

Гнев сотрясал ее. Она высоко держала голову, и если бы Гарет случайно посмотрел ей вслед, то ни за что не догадался бы, как сильно он ее уязвил. Каким-то чудом она добралась до гостиницы, прежде чем наступила реакция.

С колотящимся сердцем и ватными ногами она опустилась на край кровати, устремив невидящий взгляд на ужасные обои в цветочек. При виде Гарета после столь долгой разлуки в душу ее ворвалось смятение. Она злилась на отказ позволить ей когда-нибудь встретиться с сыном, к которому, несмотря ни на что, она испытывала неистовую любовь. А где-то в глубине души таилась похороненная заживо тяга к Гарету, такому же неодолимо привлекательному, как и прежде.

Лора вновь и вновь вспоминала о своем чувстве. Вначале она всей душой любила Гарета Райдера; эта любовь обернулась ненавистью, когда он ушел, бросив ее незамужней и беременной. Но пролетели годы; она пережила боль измены и сумела начать новую жизнь. Это далось ей нелегко. Но она достигла независимости – и в деньгах, и во всем остальном. Как любовь, так и ненависть постепенно забылись. Трудно поверить, что после всего случившегося в ней не исчезло физическое желание.

Лору трясло. Несмотря на теплый вечер, ее била дрожь. В спальне дешевой гостиницы не было обогревателя, и Лора накинула на плечи стеганое одеяло. Она свернулась на кровати калачиком и попыталась разжечь в себе злость, чтобы согреться и одновременно отвлечься от тоскливых, размагничивающих воспоминаний. Однако ничего не получилось.

Внезапно стало ясно: стоит еще минуту пробыть в тесном номере, и ее засосет жалость к себе. Лора сбросила одеяло, села, свесила с кровати стройные ноги и кончиками пальцев нащупала сброшенные туфли. Пройдясь щеткой по волосам, девушка схватила жакет, сумку и сбежала вниз по лестнице.

Она долго шла, сама не зная куда. Но как бы она ни торопилась, убежать от теснившихся в мозгу воспоминаний было невозможно.

В такой же летний вечер они впервые встретились с Гаретом. Ей было восемнадцать, она только что закончила школу и для развлечения подумывала о работе, прекрасно между тем сознавая, что отцовских денег вполне хватит, чтобы удовлетворить все ее желания. Несмотря на это, ее грызла неудовлетворенность бесцельностью собственного существования и вертевшимися рядом молодыми людьми. Она даже не знала толком, чего ей хочется, пока не увидела Гарета.

Встреча состоялась в Гринвичском общественном парке на берегу реки, где часто собиралась тесная компания. Она так никогда и не узнала, кто же его привел. До этого она ни разу его не встречала, но в ярко-голубых глазах юноши читалось такое обожание, что это решило все. Интерес оказался взаимным. Они стали встречаться каждый вечер и создавать тесный, уютный мирок, рассчитанный на двоих. Через месяц после первой встречи Гарет сделал ей предложение, и Лора без колебаний приняла его.

Тогда-то и начались первые трудности. Отец Лоры сильно невзлюбил Гарета. Согласно воззрениям Джеймса Брайанта, двадцатипятилетний мужчина должен был иметь надежную работу и хорошие перспективы. У Гарета не было ни того, ни другого. Чем он обладал в избытке, так это страстной верой в свой писательский дар. А пока не пришел успех, он предпочитал случайные заработки, позволявшие держаться на плаву. Лоре, как и Гарету, вполне хватало веры в то, что однажды он закончит роман, который принесет ему славу. Однако Джеймс Брайант желал для своей единственной дочери более выгодной партии. Убежденный, что молодого писателя без гроша за душой интересуют только Лорины деньги, он отказался дать согласие на свадьбу.

Гарет пытался доказывать, что Лоре уже восемнадцать лет и что по закону она имеет право выйти замуж по собственному выбору, без согласия родителей, но все было тщетно. Лора привыкла повиноваться деспоту-отцу, и ей не хватило смелости взбунтоваться и настоять на своем.

Они с Гаретом начали ссориться. Наконец он отчаялся и предложил бежать и тайно обвенчаться. Эта романтическая идея пришлась Лоре по вкусу, и она согласилась. Даже сейчас, когда она стала старше и умнее, девушка расплылась в улыбке при воспоминании о царившем тогда возбуждении, об угаре страсти, смешанной с ознобом от мысли о том, что она впервые в жизни решила ослушаться отца.

Все было готово. Назначили день тайного венчания. Но Джеймс Брайант неведомо как узнал обо всем. Он вызвал дочь и предупредил, что в случае бегства она не получит от него ни пенни и вскоре на собственном опыте убедится, что Гарета в ней интересуют только деньги.

Лора плакала, протестовала, спорила, но в конце концов, как всегда, подчинилась и осталась дома. Гарет, предполагала она, конечно, придет в бешенство, но она сумеет объяснить, почему так поступила, и уговорит дать ей побольше времени. Ей всегда удавалось улестить Гарета и добиться желаемого. Но встретиться им больше не пришлось.

А затем она поняла, что беременна…

Дальше началось то, о чем было больно вспоминать. Но зачем ворошить горькое прошлое? Как сказал Гарет, это было слишком давно. Лучше обо всем забыть…

Отбросив грустные мысли, она оглянулась по сторонам и только тут поняла, что пересекла город из конца в конец. Дом Гарета стоял совсем рядом. Едва ли это было простым совпадением.

Ноздрей девушки коснулся запах чеснока и специй, напомнив, что она съела с утра всего лишь один сэндвич. Прямо напротив находился лучший ресторан города; из его открытой двери и доносился мучительно влекущий аромат еды. Может быть, после ужина ей полегчает, подумала Лора. Но этот ресторан ей не по карману. Ее нынешних доходов хватит разве что на бар в центре, где подают гамбургеры.

Лора еще раз с сожалением оглянулась на приветливые огни. Может, разок разориться на что-нибудь вкусненькое? Но все мысли разом вылетели из головы, когда она увидела, что ко входу в ресторан приближается Гарет. Он был не один. Рядом с ним шла высокая женщина с волосами цвета воронова крыла. Судя по непринужденности беседы, они были старыми знакомыми. Кажется, обязанности отца-одиночки не слишком отвлекали Гарета от светской жизни…

Глава 3

На следующее утро Лора, измученная событиями предыдущего дня, проснулась поздно и проспала завтрак. В маленьких гостиницах правила были жестокими – трапеза только в определенные часы. Она не слишком расстроилась: аппетита все равно не было.

В попытке улучшить настроение Лора надела нарядное желтое платье и вышла из гостиницы, намереваясь как следует изучить Бат. Все ее силы по приезде ушли на поиски Мэтью, и она мало что успела увидеть. Лора поднялась на мост Палтини, с обеих сторон которого стояли крошечные магазинчики, и вышла на элегантные георгианские террасы. За широкими улицами раскинулась сеть узких переулков, в которых можно было купить и восхитительные безделушки, и вкусную еду. Она быстро поняла: издевательская фраза Гарета о том, что проводить отпуск в Бате ниже ее достоинства, была совершенно несправедлива. Ей полюбился этот город. Лора грустно подумала, что он пришелся бы ей по сердцу еще больше, если бы можно было поделиться с кем-нибудь своим восхищением, но тут же отогнала эту мысль прочь. Ей и одной хорошо.

У нее устали ноги, и она решила посидеть в кафе, уютно раскинувшемся рядом с аббатством. Утреннее солнце освещало вынесенные наружу столы и стулья. Можно было отдохнуть, выпить кофе, съесть знаменитую батскую булочку с изюмом, чтобы возместить пропущенный завтрак. А до ленча, если спадет наплыв приезжих, жаждущих взглянуть на древнеримские бани, она попробует осмотреть эту местную достопримечательность. Да, было приятно погреться на солнышке, любуясь пестрым потоком туристов, шныряющих от аббатства к баням, а от них – к водонапорной башне. И все было бы неплохо, если бы Лоре удалось отвлечься от непрошеных мыслей о событиях вчерашнего дня. А в голове у нее крутились те же вопросы. Почему Гарет забрал к себе малыша, о котором и слышать не хотел, узнав о ее беременности? Как он нашел мальчика, хотя все было сделано в строжайшей тайне? Позволит ли он ей еще раз увидеть Мэтью?

И тут, словно вызванный из небытия ее неотступными думами, появился Гарет. Одетый в поношенные джинсы и белую рубашку с отложным воротником, он шагал в ее сторону. Ее хрупкое душевное равновесие тут же было нарушено. Она знала, что когда-то это случится, – в таком небольшом городке, как Бат, их пути рано или поздно пересеклись бы. Но Лора не ожидала, что это произойдет так быстро. Она не успела прийти в себя. Сегодня утром встретиться с ним лицом к лицу было выше ее сил.

Она быстро отодвинула стул, встала и пошла в противоположном направлении. Может быть, Гарет не заметил ее: на мгновение столики заслонила группа японцев, семенивших вслед за гидом к аббатству. Лора тут же смешалась с толпой, пересекла площадь и вошла в ворота на ее дальнем конце. Только здесь она перевела дух.

Лора осмотрелась и поняла, что оказалась у входа в римские бани. Усмехнувшись иронии судьбы, она порылась в сумке, купила билет и вошла в музей.

Место было бойкое. Вокруг суетились люди полудюжины национальностей, рассматривали выставленные в витринах экспонаты и восхищались прекрасно сохранившимися банями. Лора пыталась пробудить в себе интерес к этим древностям, но не могла сосредоточиться: неожиданная встреча с Гаретом взбудоражила ее сильнее, чем она думала. Девушка то и дело оглядывалась через плечо, словно опасаясь погони. Вдруг ее охватила досада: что за дурацкий приступ мании преследования! С чего она взяла, что Гарет видел ее? А если и видел, то почему должен был кинуться следом? Вчера он недвусмысленно заявил, что не желает иметь с ней ничего общего.

Идя против людского потока, она неожиданно оказалась на широком открытом пространстве, относительно тихом по сравнению с только что покинутыми переполненными залами. Под открытым небом раскинулся обширный пруд с зеленой водой, с четырех сторон окруженный колоннадой, вздымавшейся над мозаичным полом. Лора замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась. Это место вызывало ощущение безграничного покоя; она никогда не испытывала ничего подобного.

Внезапно на нее навалилась усталость. Что она здесь делает? Лежавшая у самого края пруда теплая от солнца широкая каменная плита словно звала присесть, и Лора опустилась на нее, опершись спиной о колонну и вытянув ноги в сторону от тропы. Мало-помалу, глядя на клубы пара, поднимавшиеся над водой, она успокоилась. Дыхание ее выровнялось, гул голосов американцев, немцев, японцев и англичан ослабел и перестал докучать ей. Лора вдруг поняла, что вела себя как последняя дура. Лучше всего было оставаться на месте и встретить Гарета, не теряя чувства собственного достоинства. Бежать от трудностей не выход; уж этому-то жизнь могла ее научить.

Низкий бархатный голос, раздавшийся за спиной, словно эхо, повторил эту мысль.

– Все еще пытаешься удрать от самой себя?

Прикрывшись рукой от солнечного света, Лора подняла глаза и вдруг ощутила неожиданный и необъяснимый прилив радости. Он все-таки пошел за ней! Что бы за этим ни крылось, она счастлива вновь видеть его!

От этого чувства она так расхрабрилась, что решила честно ответить на его вопрос.

– Да, я пыталась избежать встречи. Наша последняя стычка причинила мне такую боль, что Я не успела еще до сих пор восстановить душевного равновесия.

Гарет вскинул брови.

– Извини, что так получилось. Я настолько поразился, увидев тебя, что не слишком выбирал слова. Я не хотел тебя обидеть…

Он присел рядом, подтянул колени к груди, обхватил их руками и тоже загляделся на клубы пара, вздымавшиеся над поверхностью воды. Несколько мгновений никто из них не открывал рта.

Затем Гарет медленно и отчетливо произнес:

– Пожалуй, это неправда. Мне действительно хотелось тебя обидеть. При виде тебя я вспомнил и решил причинить такую же боль, какую когда-то испытал сам. Взрослые люди так себя не ведут. Прошу прощения.

– Наверно, оба мы наговорили лишнего. Знаешь, каким это было для меня потрясением? Когда открылась дверь, я ожидала увидеть кого угодно, но только не тебя.

– Ты не знала, что я живу в Бате?

– Нет.

– Мама переехала сюда, когда ушла на пенсию, – охотно объяснил Гарет. – Она всегда любила этот город. Тут у нее друзья. Мы с Мэтью решили, что имеет смысл поселиться рядом. В результате у мальчика появилась почти нормальная семья.

– Вижу. А я думала, что ты по-прежнему живешь в Лондоне, просто сменил адрес.

Мужчина, сидевший рядом с ней, внезапно напрягся.

– Ты ездила на мою старую квартиру? – резко спросил он.

– Да.

– Зачем?

Она пожала плечами. Что здесь непонятного?

– Затем, что хотела увидеть тебя. Ты не отвечал ни на письма, ни на телефонные звонки, и мне оставалось только попытаться встретиться лично. Но ты переехал, а куда – никто не знал.

– Мне не хотелось оставаться там, – буркнул Гарет.

– Понимаю…

– А после того, что случилось, ты не пробовала разыскать меня?

– Я не была уверена, стоит ли это делать. – Не глядя на Гарета, Лора опустила руку в пруд. Вода была необычайно теплой. – Я понятия не имела, что Мэтью у тебя.

– А я понятия не имел, что это тебя интересует.

Хотя Лора была частично готова к такому ответу, она с горечью убедилась, что по сравнению со вчерашним днем ничего не изменилось. Выражение лица Гарета обмануло ее, позволив надеяться, что они если и не преодолеют возникшую между ними пропасть, то по крайней мере попробуют навести через нее мосты.

Но он искоса глянул на нее и снова сказал:

– Извини. Верь мне, я шел за тобой совсем не для того, чтобы начинать новую перепалку.

Лора хотела спросить, а для чего же тогда, но побоялась, что ответ придется ей не по вкусу. Скорее всего, она перестраховывалась: вчера стало совершенно ясно, что он продолжает испытывать к ней какие-то чувства. Наверно, Гарету тоже не терпелось удовлетворить любопытство. Глупо было искать иную причину.

Последующие слова подтвердили ее догадку.

– Почему ты даже не сказала мне, что беременна? – требовательно спросил он.

– Я сказала. Я написала тебе письмо.

Этот быстрый ответ ошеломил Гарета, не ожидавшего ничего подобного.

– Я не получал никакого письма. – Недоверие вновь вспыхнуло в его глазах. – Когда ты его написала?

– Сразу, как только узнала о том, что жду ребенка.

– Да?

По скептическому тону Гарета было ясно, что он совсем не уверен в существовании такого письма. Неужели он считает ее способной солгать и столь важном деле?

– Конечно, – возмутилась Лора. – А чего ты удивляешься? Думал, я не стану тебя беспокоить по такому пустяку?

Гарет смотрел ей прямо в глаза.

– Мне казалось, что ты не хочешь никакого ребенка. Ты не сообщала мне, что беременна. И избавилась от него при первой возможности.

– Неправда!

– Я никогда не получал от тебя писем. – Ни голос, ни тон Гарета ничуть не смягчились.

У Лоры голова пошла кругом.

– Если ты не получал моих писем, то как узнал о Мэтью? Отец все держал в такой тайне, что даже мои ближайшие подруги понятия ни о чем не имели.

– Келли сказала, – просто признался он.

Наконец-то все прояснилось! Миссис Келли прослужила у Джеймса Брайанта экономкой больше двадцати лет. Преданная своему хозяину, она тем не менее души не чаяла в красивом молодом писателе, за которого Лора мечтала выйти замуж. Девушка вспомнила, как убивалась Келли, когда стало ясно, что им с Гаретом придется расстаться. Экономка не верила, что Гарет польстился на Лорины деньги, но и не могла объяснить, почему он все же отказался от любимой женщины. Бедняжка Келли, мало ей было своих бед! Как раз в это время тяжело заболела ее сестра, и экономке пришлось уйти, чтобы ухаживать за ней. Будь она дома, может, все и обернулось бы по-другому…

Упрямый голос Гарета разметал ее мысли, как ветер – осенние листья.

– Келли думала, что я имею право знать о своем ребенке, хотя вы с отцом не сочли нужным сообщить мне о его существовании.

– Я уже сказала, что написала тебе про бэби.

– Почему я должен этому верить?

– Как хочешь, – вспыхнула Лора. – Это правда.

– У тебя своеобразные представления о правде. – В по-прежнему устремленных на нее глазах Гарета стояла неприкрытая враждебность. – Это такая же правда, как и все твои обещания, заверения в любви, клятвы выйти за меня замуж. А я-то, дурак, принимал их за чистую монету. Все это было враньем, верно?

Лору ошеломило внезапное обвинение. Разве не он предал и бросил ее?

– Если кто-то и нарушил свои обещания, так это ты, – выпалила она. Голос ее дрожал от негодования.

– Вижу, твой папочка своего добился. Он сумел приучить тебя так думать, – не скрывая презрения, бросил Гарет.

– А разве ты что-нибудь сделал, чтобы переубедить меня?

Лора бесстрашно смотрела ему в лицо. Пусть попробует оправдаться! Но Гарет тоже не отводил взгляда. Вот-вот должна была начаться одна из тех ужасных ссор, которые превратили в трагедию последние недели перед их разлукой.

Однако Гарет вдруг отвернулся, устремив грозный взгляд на ни в чем не повинную статую римского императора, четко вырисовывавшуюся на фоне голубого неба.

– Все это случилось давным-давно, – тихо сказала он. – Есть ли смысл вспоминать старые обиды?

– Нет, – быстро согласилась Лора, поняв, что глупо злить Гарета, если она хочет еще раз увидеть Мэтью. Но причина была не только в этом. Гарет прав: ссориться не имело смысла. Два взрослых человека должны суметь договориться. – Келли знала, что ты хочешь усыновить Мэтью? – спросила она, затронув тему, которая казалась ей не столь опасной.

– Да. Она была в курсе всех моих дел.

Легкая улыбка тронула губы Лоры.

– Дети всегда были ее страстью. Никогда не забуду, как она баловала меня маленькую после смерти матери. Она бы обожала Мэтью…

– Я тоже так думал. Она готова была отказаться от лучшего места ради того, чтобы ухаживать за малышом. Один раз она приходила в гости – хотела узнать, как нам живется. Подарила Мэтью такого здоровенного плюшевого мишку, каких ты и не видывала. Обещала прийти еще, но больше мы о ней не слыхали.

Лора грустно покачала головой.

– Значит, ты ничего не знаешь?

– Чего не знаю?

– Келли умерла через два месяца после рождения Мэтью.

Глаза Гарета потухли.

– Мне и в голову не приходило… Что случилось?

– Сердечный приступ.

– Я не знал, что у нее больное сердце.

– Никто не знал, даже ее врач. Все произошло очень быстро: ничего нельзя было сделать.

Лора уставилась на свои дрожащие пальцы. О, эти ожившие воспоминания! Келли, знавшая ее с рождения, Келли, бывшая рядом в трудную пору отрочества и юности! Даже сейчас, через столько лет, она горевала о той, которая была ей дороже едва запомнившейся матери.

Тут Гарет потянулся и накрыл ее руки ладонью.

– Мне очень жаль, Лора, – мягко сказал он. – Я знаю, как ты ее любила. Наверно, это было для тебя страшным ударом.

Его рука была такой большой, такой теплой… Лора долго смотрела на нее, чувствуя, как от этого дружеского прикосновения утихает мучительная боль. Затем она подняла глаза. На мгновение показалось, что исчезли прожитые друг без друга годы. Оба смотрели без всякой вражды, объединенные общей скорбью.

У него усталый вид, подумала Лора. Под голубыми глазами залегли тени. Кажется, вчера их не было.. Тонкие морщинки у глаз стали еще заметнее. Похоже, эту ночь он тоже провел без сна… Она попыталась улыбнуться.

– Вот и еще одна неожиданная встреча!

– Да. – Гарет задумчиво смотрел на нее сверху вниз. – Я всегда думал, что стоит нам увидеться, и я с наслаждением сверну твою прекрасную тоненькую шейку. – Уголки его рта приподнялись, и на лице появилась та самая хорошо знакомая Лоре горькая улыбка. – Как ни странно, сейчас мне этого совсем не хочется. Наоборот, хочется вспоминать о тех славных временах, когда мы были вместе. Ведь было же что-то хорошее, правда, Лора?

Она кивнула. Кивок был еле заметный и очень грустный. Он сознательно употребил прошедшее время.

– Да, было.

– Жаль, что все так кончилось.

– Да, жаль.

Лора отвела глаза и бросила невидящий взгляд на живописный пруд. Но даже не глядя на Гарета, она продолжала остро ощущать каждое его движение, каждый вдох. Когда-то ее безудержно влекло к нему. И тут она с ужасом поняла, что это чувство живет в ней до сих пор.

Лора резко встала. Нервы ее были на пределе. Еще минута, и…

– Пойдем отсюда.

Гарет медленно поднялся и усмехнулся. Он казался удивительно покладистым.

– Ты всегда была непоседой, вечно куда-то бежала и хваталась за новое дело…

– Теперь я совсем не такая, – запротестовала Лора, улыбаясь помимо воли. Гарет был абсолютно прав.

– И прекрасно. Раз уж мы здесь, надо окупить затраты.

– О чем ты говоришь?

– Ты здесь все осмотрела?

– Ну… Кусочек музея, и больше ничего.

– Знаешь, я живу в Бате уже пятый год, а побывать здесь так и не удосужился. Мэта пока не слишком интересуют античные развалины. Настало время выяснить, что же мой город может предложить туристам!

– Но ведь мы не туристы.

– Разве? – Он снова усмехнулся, и это внезапное дружелюбие заставило ее смириться. – Помнится, ты говорила, что приехала сюда в отпуск. А разве можно отдыхать в Бате и не повидать римские бани? Пошли. Мы осмотрим их вместе.

Лоре эта мысль показалась бредом. Всего несколько минут назад они готовы были сцепиться насмерть, а теперь он предлагал разыграть из себя туристов, приехавших осматривать памятники. Неужели так легко забыть о том, что стоит между ними?

Но все обернулось как нельзя лучше. Гарет решил купить путеводитель и пройти по полному маршруту. В результате они за час обошли весь комплекс, открывая для себя новые интересные места, и постепенно разделявший их невидимый барьер исчез. Они вместе вглядывались в таинственные зеленые глубины бассейнов, исследовали остатки древней отопительной системы и сменявших друг друга банных помещений, сравнивали увиденное с рисунками в путеводителе и оживленно спорили о том, какое место на них изображено. С обоюдного молчаливого согласия они не возвращались к разговорам о прошлом. Слава Богу, существовало много других тем для беседы.

Лора почти забыла, что они лишь притворяются туристами.

Тщательно составленный маршрут неожиданно привел их в темную, сырую, тесную клетушку, лежавшую гораздо ниже уровня земли. Там пробивался необычный источник – горячий, дымящийся и сильно пахнущий серой. Лора смотрела на родник, думая о том, сколько же веков он сочится из недр, и сердце ее сжалось от ощущения бесконечности времени. Если бы можно было привести сюда всех школьников, уроки истории воспринимались бы совершенно иначе. Ей захотелось поделиться этим открытием с Гаретом, но… Слова замерли на ее устах. На нее смотрели неистово горящие голубые глаза. Сердце екнуло, теплая волна пробежала по телу, но вовсе не влажные испарения ключа были тому причиной. Безотчетно потянувшись к Гарету, она увидела, что тот вдруг поднял руку. Чего он хотел – обнять, отстранить? В эту секунду было возможно все…

Вдруг дверь распахнулась. В каморку ворвался свежий, прохладный воздух, и очередная партия туристов принялась ахать над удивительным источником.

Гарет обнял Лору за плечи. Но в этом прикосновении не было ничего интимного: просто он защищал ее от толчеи.

– Пойдем?

– Да.

Никто не вымолвил ни слова, пока они снова не оказались во дворе аббатства. Лора была рада этому молчанию. Поняв, что едва ли представится еще одна такая возможность, она безуспешно пыталась придумать, как вновь завести разговор о встрече с Мэтью и при этом не нарушить возникшее между ею и Гаретом хрупкое взаимопонимание.

Гарет глянул на часы и приподнял бровь.

– Неужели уже так поздно? Эти римские развалины намного больше, чем я думал.

– Да, – с отсутствующим видом согласилась Лора. Она тоже посмотрела на часики и закусила губу. Утро давно миновало. – Гарет, – настойчиво произнесла она. Сейчас или никогда! – Я должна тебе кое-что сказать.

– Раз так, может, поедим сначала? Не знаю, как ты, а я проголодался.

Поскольку ничего подобного она не ожидала, то не колеблясь выпалила:

– Я умираю от истощения! – Как ни странно, это была чистая правда: в последнее время она не страдала от избытка аппетита.

Гарет засмеялся.

– Попробуем тебя вылечить! Здесь неподалеку приличная закусочная, где можно перехватить по паре сэндвичей и что-нибудь выпить. Как ты на это смотришь? – Но прежде чем Лора успела ответить, улыбка исчезла с его лица, а в глазах появилась усмешка. – Или это для тебя слишком вульгарно?

– Вполне подходит…

У нее испортилось настроение. Слова Гарета всколыхнули то, о чем ей не хотелось вспоминать. Приученная отцом к роскоши, девушка с трудом понимала, что привычные ей дорогие рестораны не по карману начинающему писателю. Теперь Лоре было стыдно за ту эгоистичную, взбалмошную девчонку, какой она когда-то была.

Должно быть, Гарет тоже пожалел, что вспомнил об этом, потому что его следующая реплика была совершенно невинной.

– Тебе нравится Бат?

Лора с облегчением переключилась на этот предмет.

– Я пока мало что видела, – сказала она, бодро шагая рядом в поисках закусочной. – Похоже, город замечательный.

– Нам с Мэтом нравится жить здесь. Я рад, что уехал из Лондона.

– Наверно, отсюда рукой подать до сельской местности. Стоит только перевалить через холмы.

– Да. Это большое достоинство. К тому же и море рядом. Мэт его обожает.

– Еще бы!

– Едва ли мы когда-нибудь тронемся с этого места. Оно нам подходит. Я подумываю сделать Бат местом действия моей следующей книги. Это избавило бы меня от долгих разъездов.

– Никогда бы не подумала, что романы эпохи Регентства – это твой стиль, – поддразнила она.

– Побойся Бога, женщина, – запротестовал он. – Сама знаешь, я вовсе не это имел в виду.

– Похоже, большинство людей считает, что действие всех этих книг происходит в Бате. Удивительно респектабельное место. Разве оно подходит для триллера?

– О да, Бат респектабелен. По крайней мере, внешне. Но глянь-ка вон туда…

Широким взмахом руки он указал одновременно на глубокий котлован, вырытый газовщиками, и частично отреставрированное здание напротив, скрытое от любопытных глаз заборами и строительными лесами. Шум отбойных молотков заглушил окончание фразы.

– Что это?

Гарет подождал с ответом, пока они не свернули на относительно тихую улицу.

– Бат построен на земле, под которой лежат развалины римского города Аква Сулис. Кто знает, может, и римляне были здесь не первыми. Людям всегда нравилось это место, должно быть, из-за мягкого климата. Как бы то ни было, под всеми этими георгианскими и современными зданиями лежат остатки древнеримского поселения.

– Да, – согласилась Лора, не понимая, какое отношение имеет этот урок истории к триллерам из современной жизни, которые писал Гарет.

– Вот я и подумал: что могло бы случиться, если бы на одной из таких строительных площадок обнаружили что-нибудь действительно ценное?

– Вызвали бы археологов?

– Должны были бы. Но подумай, что означают недели, а то и месяцы кропотливых раскопок для строительной компании? Сама знаешь, такие вещи в спешке не делаются, иначе можно утратить много ценной информации. А это надолго задержит строительство.

– И кто-то потеряет кучу денег. – Лора начинала понимать, к чему он ведет.

– Точно. Мне пришло в голову: а что, если строители попытались бы из корыстных соображений промолчать о находке?

У Лоры заработало воображение. Она продолжила:

– Но кто-то, понимающий научное значение находки, разоблачает их…

– И пытается сообщить об этом властям.

– Но кое-кто из строительной фирмы хочет помешать ему, – без передышки отбарабанила Лора. – Гарет, потрясающе! Ты просто обязан написать эту книгу!

Он улыбнулся ее энтузиазму.

– Может, и напишу. Конечно, сначала придется многое изучить, но, я думаю, схватка между всесильными воротилами бизнеса и историками вкупе с реставраторами породила бы массу неожиданных последствий.

В эту минуту они подошли к закусочной, и пока у них принимали заказ, беседа прервалась. Несмотря на неурочный час, место было бойкое, и они с Гаретом обрадовались, когда освободился столик в дальнем углу. Едва утолив голод, они вновь вернулись к обсуждению замысла и принялись увлеченно спорить о том, как должен развиваться сюжет.

– Остается надеяться, что твои авторские права еще не защищены законом, – пошутил Гарет, стряхивая с пальцев крошки сэндвича.

Лора допила вино и поставила на стол пустой бокал.

– Почему? – спросила она, хотя уже угадала ответ.

– Думаю использовать пару твоих идей. Если, конечно, возьмусь за книгу.

– Да, пожалуйста!

– Спасибо.

Предложение ей польстило.

– Раньше ты никогда не говорил со мной о своей работе.

Слегка насмешливая улыбка тронула его губы, и Лора снова угадала, что он собирается сказать.

– А ты никогда ею не интересовалась.

– Неправда…

Лоре всегда нравилось его занятие, но тогда она мало что смыслила в литературе и боялась обнаружить свое невежество. Теперь же, став старше, она уже не удивлялась, что Гарет считал ее молчание проявлением безразличия. Она попыталась объяснить это.

– Я был всегда рад показать тебе, над чем работаю. Стоило только спросить. – Гарет пожал плечами. – Хотя какая теперь разница? – Он бросил взгляд на ее пустой бокал. – Заказать еще что-нибудь?

– Я бы не отказалась от апельсинового сока.

Он встал и сквозь поредевшую толпу двинулся к бару. Лора проследила за ним взглядом, восхищаясь его высокой фигурой и легкой походкой. Когда хотел, он мог быть неотразимым – умным, веселым, очаровательным… Хотелось забыть, что он бросил ее беременной.

– Лора…

Она очнулась от грез. Гарет вернулся с бокалами сока. По сквозившему в его глазах легкому нетерпению Лора догадалась, что он уже не в первый раз пытается привлечь ее внимание.

– Извини, – быстро сказала она. – Что ты говорил?

– Я спрашивал, сколько времени ты еще пробудешь в Бате.

– Девять дней.

Гарет кивнул. Секунду-другую он колебался, но затем пришел к какому-то решению.

– Если захочешь прийти завтра к нам домой, – отрывисто бросил он, – то увидишь Мэтью.

Глава 4

Лора не знала, что ответить. Всю ночь она не спала, пыталась придумать, как уговорить его позволить повидаться с сыном, а теперь Гарет сам предлагает то, к чему она стремится всей душой. Ей не послышалось?

– Спасибо, – наконец выдавила она, когда стало ясно, что Гарет по-прежнему ждет ответа.

Он поставил бокал и слегка наклонился, стремясь уточнить кое-что.

– Но ты должна понять: не следует сообщать Мэтью о наших прежних отношениях. Кроме того, он не должен знать, что ты его мать. – Голос слегка дрожал от волнения. – До сих пор мне удавалось обеспечить ему спокойную и счастливую жизнь. И я никому и ничему не позволю разрушить ее.

– Я понимаю, – твердо сказала Лора.

Наверно, в эту секунду она согласилась бы на любые условия, лишь бы увидеть Мэтью. Тем более что требования Гарета были совершенно разумными. Каковы бы ни были ее подлинные чувства, она знала, что любая попытка разорвать узы, связывавшие отца с сыном, только повредит ребенку. И хотя Гарет ни за что этому не поверит, она желает мальчику добра.

– Тогда в три, – кивнул Гарет, допивая сок. – Останешься к чаю?

– Конечно, с удовольствием. Спасибо, – повторила Лора. Никакими словами нельзя было выразить облегчение и благодарность, охватившие ее в эту минуту. Как дать ему понять это?

Но Гарет уже отодвинул стул и поднялся.

– Мне пора, – лаконично сказал он. – Я и так задержался. Не хочу, чтобы Мэт начал волноваться.

– Конечно, конечно! – Лора поспешно вскочила, отказавшись от попытки облечь в слова обуревавшие ее чувства. – Не буду тебя задерживать. До свидания, Гарет!

– До свидания…

– До завтра!

Эти волшебные слова еще долго звучали в мозгу Лоры, когда она вслед за Гаретом вышла на улицу. Завтра, взволнованно думала она. Завтра она увидит сына! Но глаза ее не отрываясь следили за высокой, выделяющейся в толпе фигурой, пока та не скрылась за углом.

Наверное, в сотый раз за день Лора смотрела на часы. Было еще рано, слишком рано собираться. Она взяла купленную накануне книгу и опустилась в кресло у окна, надеясь отвлечься историей римского поселения на территории Бата, которая вчера так захватила ее. Но поймав себя на том, что дважды читает одну и ту же страницу, не понимая ни строчки, она отказалась от этой попытки. Было не до чтения: слишком жадно и нетерпеливо она ждала встречи с сыном. Никогда еще время не тянулось так медленно!

Новый взгляд на часы подтвердил, что не прошло еще и четверти часа. Лора забарабанила пальцами по ручке кресла, но тут же спохватилась. Она ужасно нервничала. Боязнь предстоящего свидания с сыном была ничуть не меньше, чем желание увидеть его. А вдруг она не понравится Мэтью? О чем они будут говорить? Ей почти не приходилось иметь дела с детьми. Что, если она отпугнет его?

Ее взгляд упал на модель двухэтажного лондонского автобуса, стоявшую на туалетном столике. Она все утро пробегала по здешним магазинам игрушек; это ей было в новинку. Гадая, что могло бы доставить самое большое удовольствие пятилетнему мальчику, она вспомнила о куче машинок под столом Гарета. Не грех пополнить коллекцию. Лишь бы Мэтью нравились и автобусы!

Тут Лора решила, что пора собираться, и принялась за это с тщательностью девушки, спешащей на первое в жизни свидание. Она заранее осмотрела прихваченные в отпуск наряды и уже выбрала, что надеть. Костюм-двойка из тонкого зеленого хлопка был достаточно легким, а зеленое всегда шло ей. Где-то в подсознании хранилось воспоминание о том, что Гарету нравилось, когда она одевалась в зеленое. Что ж, в такой день не возбраняется пустить в ход все чары. Лора расчесала свои темно-каштановые волосы, а затем собрала их в элегантный пучок вместо примитивной косы, которую заплетала, когда не надо было идти на работу. Теперь чуть-чуть косметики, и все готово!

Напоследок Лора посмотрелась в зеркало. Никакие ухищрения не могли скрыть признаков волнения: большие темные глаза лихорадочно блестели, на щеках горел необычный для нее румянец. Яркое солнце последних дней не прибавило ей загара; лишь на переносице появилось несколько новых веснушек. Лора посмотрела на них с отвращением. Веснушки не вязались с ее новым имиджем деловой женщины.

Интересно, что теперь скажет о ее внешности Гарет? Как бы она ни стремилась к встрече с сыном, ее неотступно мучила эта мысль. Гарет знал Лору в пору расцвета юности. С тех пор она сильно изменилась. Воспримет ли он ее новый стиль?..

Ладно, с этим покончено… Нужно выходить, иначе есть риск опоздать. Лучше дойти до Ройял-кресент пешком, чем садиться в автобус или ловить такси. Ходьба позволит ей успокоиться. Но это не помогло. Когда Лора нажимала кнопку звонка с табличкой «Г.Райдер », ее трясло.

Дверь открыл сам Гарет. На нем были темные брюки и белая рубашка с отложным воротничком. Он был просто неотразим. Лишь сейчас до Лоры дошло, что волнуется она не только из-за встречи с Мэтью. Снова побыть с Гаретом хотелось ей ничуть не меньше, чем увидеть сына.

Она с порога улыбнулась ему, ничуть не беспокоясь, что он может угадать смысл ее улыбки.

– Хелло, Гарет!

Единственным ответом ей был лишь короткий кивок. Он держал дверь открытой, но не приглашал гостью войти, и солнечная улыбка Лоры погасла, едва девушка обратила внимание на его каменное лицо.

– Я не слишком поздно?

Боже, что за чушь она несет! Лора поняла это, едва закрыла рот. Она прекрасно знала, что пришла вовремя. Разве, взбираясь на холм, она не смотрела на часы каждую минуту? Но тогда чем объяснить его явное недовольство? Гарет поглядел на циферблат.

– Нет. Ты стала очень пунктуальной. Приятная перемена.

Его саркастический тон резанул Лоре ухо, но она заставила себя не обращать на это внимания. Сегодня не до ссор! Она об этом позаботится.

– Я решила, что лучше всего прийти точно в назначенный срок. Я ведь не знаю, когда Мэтью привык пить чай.

Он действительно смутился от ее дипломатического ответа, или это ей только кажется? Неужели он сознательно пытается завязать одну из тех безобразных ссор, которые уже когда-то превратили их отношения в ад? Интересно, как это у него получится…

– Думаю, тебе лучше подняться наверх.

Наконец он сделал шаг назад и придержал дверь, позволяя Лоре войти. Вздрогнув от нелюбезного приема, молодая женщина вслед за Гаретом прошла в вестибюль и стала молча подниматься по лестнице. Она терялась в догадках: чем вызвана эта разительная перемена? Вчера они расстались вполне дружески. Он же сам предложил ей прийти сегодня! Может, раскаялся в своем благородном порыве?

Гарет привел ее в ту же просторную, солнечную комнату, где она уже была. На полу валялись разбросанные игрушки, но их владелец отсутствовал. Через секунду Лора поняла, что в квартире слишком тихо: не было слышно ни детского смеха, ни топота. В глазах Лоры вспыхнуло внезапное подозрение, и она гневно обернулась к шедшему следом Гарету.

– Элисон повела Мэтью на прогулку к реке, – объяснил он, отвечая на негодующий взгляд. – Малыш любит кормить уток и лебедей.

– Но он вернется?

– Примерно через час.

Слова были вполне мирными, но когда их взгляды встретились, Лоре стало не по себе от той враждебности, что была написана на лице Гарета. Ей показалось, что перед ней совершенно незнакомый человек.

– Ты не хочешь меня видеть, правда? – прямо спросила она. Ей казалось, что теперь им может помочь только абсолютная честность в отношениях.

– Не хочу, – так же прямо ответил он. – Я сделал ошибку, когда пригласил тебя в гости.

– Почему?

– Потому что при виде тебя во мне ожили воспоминания, которые я считал похороненными. Однажды ты разбила мне жизнь, но я постарался построить ее заново – и свою, и Мэта. И поэтому я не хочу, чтобы ты разбила ее снова.

– Я бы никогда не сделала этого, – вспыхнула Лора, борясь с гневом и обидой.

– Не сделала бы? Разве ты не понимаешь, что одно твое присутствие здесь угрожает разрушить тот мир, который складывался годами?

Лора сделала глубокий вдох, чтобы остыть.

– Тогда зачем же ты пригласил меня сюда?

Гарет смотрел на нее волком.

– Потому что мне хотелось, чтобы ты увидела Мэтью и поняла, от чего отказалась, когда отдала нашего ребенка на усыновление.

Лора была убеждена, что он позвал ее совсем не с этой целью: вчера в нем не было ни следа этой злобы. Но за ночь что-то круто изменилось, потому что теперь ее было в избытке… Она чуть отвернулась и принялась смотреть в окно: гордость не позволяла показать, что его жестокие слова причинили ей такую боль, словно он ее ударил. Она бы охотно ушла, и только желание увидеть Мэтью заставляло ее упрямо стоять на месте…

– Если ты собираешься ждать, то можешь присесть. Хочешь чего-нибудь выпить?

– Нет, спасибо.

Лора тут же спохватилась: наверное, лучше было сказать «да». Это дало бы ей несколько минут передышки, необходимой, чтобы собраться с мыслями. Ладно, теперь делать нечего… Она села, поставила сумку на пол и положила руки на колени, чтобы Гарет не увидел, как они дрожат.

– Значит, будешь ждать?..

– Да!

– Тогда до их возвращения попробуем выяснить, понимаем ли мы друг друга. Я сделал приглашение, но не думай, что тебя здесь будут встречать с распростертыми объятиями. Нет, никогда! Ты не имеешь права вторгаться ни в мою жизнь, ни в жизнь Мэтью. – Все это время он расхаживал по комнате, словно пол жег ему пятки. – Тебе это ясно?

Зажав в кулак остатки гордости, Лора смиренно кивнула, откашлялась и громко сказала:

– Да, абсолютно.

– Хорошо. – Он снова заметался по комнате. – Наверно, ты считаешь, что обладаешь какими-то законными правами на то, чтобы видеться с Мэтью.

– Я об этом не думала.

– Нет? Тогда позволь напомнить, что официально Мэтью – только мой сын. Если сомневаешься, я покажу тебе все документы об усыновлении. И я честно предупреждаю, что буду бороться с любой твоей попыткой как-то повлиять на его будущее. Ты поняла?

Лора стиснула руки так крепко, что ногти впились в ладони.

– Тебе не кажется, что я уже достаточно наказана? – хрипло спросила она.

Он застыл на месте.

– Что ты имеешь в виду?

– Я потеряла сына.

Гарет по-прежнему стоял спиной к ней, и девушка не видела выражения его лица. Но когда он заговорил, тон его изменился:

– Ты не хотела ребенка. Я помню, ты часто говорила об этом.

– Говорила. – До каких пор ее будут преследовать эти неосторожные слова, сказанные давным-давно?! – Но вспомни и то, что я сама тогда была почти ребенком…

– Ты считаешь, что с тех пор сильно выросла?

В былые времена этой насмешки Лоре хватило бы, чтобы вспыхнуть как порох и полезть в драку. Но последние годы полностью изменили ее, и Гарету следовало это знать, даже если ничто не сможет изменить их отношения.

– Мне пришлось вырасти, – спокойно ответила девушка. – После того, как ты меня оставил…

Гарет сразу же прервал ее, не позволив закончить фразу.

– Помнится, именно ты ушла от меня. Давай называть вещи своими именами.

– Я отлично помню, как это случилось, – вспылила Лора. – Мне нужно было немного времени, чтобы прийти в себя, а ты решил, что с тебя хватит, и не захотел иметь со мной ничего общего.

Она не успела закрыть рта, как Гарет повернулся к ней лицом. В три шага он пересек комнату и навис над ней с столь угрожающим видом, что Лора инстинктивно вжалась в спинку стула.

– А память тебе не изменяет? – яростно спросил он, сдерживаясь из последних сил. – Очень удобно не вспоминать о том, сколько раз я пытался тебя увидеть, сколько писем отправил, на которые ты не удосужилась ответить. Не смей говорить, что я один во всем виноват!

Лора вскочила и бесстрашно встретила его взгляд, до глубины души возмущенная наглой ложью. Все ее благие намерения не вступать в перепалку пошли прахом.

– Не было никаких писем! И ты никогда не приходил ко мне, если не считать того раза!

Глаза Гарета прищурились. Он знал, на что намекает Лора.

– А, так ты запомнила тот случай? Я просил тебя вернуться, верно? Я умолял тебя, и что же? Ты ответила, что больше не хочешь меня видеть!

– Всю жизнь я жалела об этих словах… – Лора упала на стул. Ее трясло мелкой дрожью, гнев испарился так же мгновенно, как и вспыхнул. Та встреча слишком глубоко врезалась ей в память, раз за разом являясь в кошмарных снах.

– Почему я должен тебе верить? Ты столько раз лгала мне!

Лора не обратила внимания на очередное обвинение, погрузившись в воспоминания.

– Я не видела тебя несколько недель, – медленно сказала она, словно заново переживая прошлое. – Я была уверена, что ты забыл меня, и злилась от обиды и унижения. Когда ты наконец появился, я плохо соображала, что говорю. Я хотела ужалить побольнее, чтобы тебе стало так же плохо, как и мне. – Она с вызовом посмотрела ему в глаза. – Когда ты ушел, я побежала следом, чтобы сказать, что я совсем не это имела в виду. Но было поздно: ты исчез…

Должно быть, этот страстный порыв убедил Гарета в ее искренности. Он застыл, потрясенный.

– Так ты бежала за мной?

– Да…

Он сделал очередной круг и снова остановился у ее стула. Его поза потеряла былую враждебность.

– Ну, а что было потом? – тихо спросил он.

– Когда «потом»?

– Когда я раз за разом приходил тебе, то ты плохо чувствовала себя, то отсутствовала, а то была слишком больна, чтобы увидеться со мной.

– Я не знала, что ты приходил…

– Не знала?

– Нет. Я и разозлилась, потому что думала, будто тебе на меня плевать. Ведь ты не пришел навестить меня, когда я болела. Кто говорил, что я не могу тебя видеть? – Голос ее звучал безжизненно. Ответ был известен заранее.

– Твой отец.

– Да, это в его стиле. – Она пыталась заглянуть Гарету в глаза. – Я ничего не знала ни о письмах, ни о том, что ты приходил. Поверь, пожалуйста.

На этот раз он кивнул.

– Верю. Он никогда не простил бы мне, что я увел его дочь. Конечно, он пытался убедить тебя расстаться со мной?

– Нет. Но моя болезнь позволила ему разлучить нас.

– А ведь он так тепло разговаривал… – задумчиво продолжил Гарет. – Уверял, что передает тебе все цветы и письма и что ты просто слишком больна, чтобы принимать гостей.

– Он ни разу не заикнулся о том, что виделся с тобой.

– Я поверил ему, как последний дурак! – Голос Гарета стал злым. Но на этот раз Лора знала, что он сердится не на нее. – А ведь я понимал, что он терпеть меня не может! Мог бы сообразить, что так быстро люди не меняются!

Внезапный смех Лоры возвестил, что со старыми обидами покончено.

– Не вини себя, – сказала она Гарету. – Когда надо, он мог убедить кого угодно.

– О да! Он даже жаловался мне, что у тебя плохо с сердцем. Значит, это была еще одна искусная ложь?

– Нет, я и вправду была больна. Я была беременна, хотя и сама еще не знала об этом. Но мне было совсем не так плохо, чтобы никого не принимать.

– И ты бы согласилась поговорить со мной?

– Конечно. Мне хотелось видеть тебя больше, чем когда-либо. Наверное, поэтому мне и было так плохо. Я думала, ты меня больше не любишь.

– Я бы никогда не разлюбил тебя, Лора.

Долго-долго они не сводили друг с друга ошеломленных глаз… Вдруг снизу донесся стук входной двери. В вестибюле раздались голоса.

– Если бы знать… – горько сказала она. – Может, мы до сих пор были бы вместе…

– Может быть, – грустно согласился Гарет. – Тогда я все еще хотел, чтобы ты стала моей женой. – Он отодвинулся и шагнул к двери, бросив напоследок: – Я разлюбил тебя намного позже.

Дверь распахнулась; в комнату, словно маленький смерч, с криком ворвался Мэтью и бросился к отцу. Гарет подхватил его на руки, и они крепко обнялись. Глядя на эту сцену, Лора с трудом сдержала зависть. Связь между отцом и сыном была столь очевидна, что она ощутила себя лишней.

Через несколько секунд после бурного вторжения мальчика вошла его няня. Девушка бросила на Лору беглый взгляд и слегка нахмурилась, словно пытаясь вспомнить, где она видела эту женщину. Затем Элисон обернулась к хозяину.

– Гарет, вас хочет видеть миссис Кортни.

Все посмотрели на дверь. Почти тут же в проеме показалась высокая черноволосая женщина.

– Хелло, Гарет, – с теплой улыбкой поздоровалась она.

Лора узнала ее с первого взгляда. Это была дама, которая так непринужденно шла под руку с Гаретом в ресторан. Она с неприязнью поглядела на «миссис», появившуюся в самый неподходящий момент. Кто эта красавица и какое она имеет отношение к Гарету? Конечно, Лора понимала, что у него есть женщина; он слишком сексуален и привлекателен, чтобы прожить отшельником все эти годы. Но утешение было слабенькое…

Гарет спустил сына на пол и шагнул навстречу посетительнице.

– Хелло, Розалинда. Как дела?

Прежде чем ответить, женщина бросила на Пору оценивающий взгляд.

– Я встретила Элисон и Мэтью по дороге, и мы пришли вместе. Я бы не стала вторгаться, если бы знала, что у тебя гости.

Гарет бесстрастно назвал имя Лоры и впился глазами в ее застывшее лицо.

– Розалинда Кортни… Мой литературный агент, – добавил он после долгой паузы.

И ревность при виде чужой дамы, и облегчение, испытанное при этом объяснении, сказали Лоре о ее подлинных чувствах к Гарету куда больше, чем ей хотелось. Слишком близко к сердцу принимает она все, что с ним связано. Неужели она все еще любит его? Это открытие настолько потрясло Лору, что она с трудом заставила себя выдавить нечто членораздельное в ответ на дружеское приветствие Розалинды.

Обменявшись с Лорой парой приветственных фраз, женщина обернулась к Гарету.

– Извини, что побеспокоила. Звонили с телецентра и просили приехать на пару часов раньше, чем мы договаривались. Ты сможешь?

– Думаю, да.

– Отлично. Тогда до встречи!

Пока Элисон провожала Розалинду до дверей, все молчали. Затем Гарет положил руку на плечо сына и прижал мальчика к себе.

– Мэт, сегодня у нас гостья, – спокойно сказал он. – Поздоровайся с Лорой.

Темно-голубые глаза, душераздирающе похожие на отцовские, серьезно смотрели на молодую женщину. Она попробовала улыбнуться, но губы так дрожали, что пришлось отказаться от этой попытки.

– Хелло, Мэтью!

Он на секунду задержал взгляд, присматриваясь к незнакомке, но не мог вспомнить, видел ли ее раньше. Потом, наверно, решив, что они уже встречались, мальчик расплылся в улыбке, от которой у нее сжалось сердце.

– Хелло! Мы ходили смотреть на лебедей!

– Я слышала, вы и кормили их.

– Да. Элисон копит для них хлеб. Один лебедь был такой жадный – чуть не схватил меня за палец!

– Он не сделал тебе больно?

– Нет. Я быстрее глупого старого лебедя. Есть хочу! Лебеди весь хлеб съели. А где чай? – Он оглянулся, разыскивая взглядом няню.

Пряча невольную улыбку, отец быстро прервал его:

– Сначала нужно умыться и переодеться, а потом уж садиться за стол с гостями. Сбегай, поищи Элисон. Наверно, она на кухне. Как только тебя приведут в порядок, будем пить чай.

Мальчик послушно засеменил на кухню, и Лора быстро, пока не обернулся Гарет, вытерла глаза тыльной стороной руки.

– Ну?

Лора восприняла эту короткую реплику как предложение высказать мнение об их ребенке.

– Совершенно очаровательный мальчик, – хрипло сказала она. – И такой умница! Прекрасно говорит для своего возраста.

Гарет лишь кивнул, но на его лице было написано удовлетворение. Было ясно, что он гордится сыном.

– Я рада, что он оказался у тебя, – неожиданно сказала девушка.

– В самом деле?

Поймав его насмешливый взгляд, Лора поспешно отвернулась. Какое-то время она сидела молча, теребя подол зеленой юбки и пытаясь найти подходящие слова. Это пошло бы на пользу им обоим: нужно было объясниться.

– Честное слово, я очень рада, что он живет со своим настоящим отцом. Знаешь, страшнее всего было представлять себе, что он попал к совершенно чужим людям, которые не сумеют как следует воспитать его. Но теперь я вижу, что его любят. Он счастлив. У меня гора с плеч свалилась.

Казалось, ее искренность поставила Гарета в тупик. Прошло несколько секунд, прежде чем он отрывисто промолвил:

– Можешь верить, я сделаю для него все. И так будет всегда.

– Да, я знаю. – Она снова закинула голову, глядя на него снизу вверх. Контроль над чувствами был временно восстановлен. – Какое счастье, что ты сумел усыновить его с самого начала! Наверно, это было трудно?

– Нет, – бросил он. – Все было сделано очень быстро. Это входило в условия договора.

– Договор? – У Лоры расширились глаза. – Какой договор? Гарет, о чем ты говоришь?

– Договор, который я заключил с твоим отцом об усыновлении Мэтью, – с рассчитанной жестокостью произнес он.

Ее мысли мгновенно смешались.

– Расскажи, – ухитрилась выговорить Лора, не узнавая собственного голоса.

Гарет пожал плечами.

– Теперь нет смысла скрывать. – Он сел напротив, но смотрел в сторону. – Как только Келли сказала, что у меня родился сын, я пришел к твоему отцу. Я был в ярости, что он пытался скрыть от меня эту новость, и еле сдерживался, чтобы не избить его. Но он сослался на тебя и заявил, что ты не желаешь видеть ни меня, ни моего ребенка.

– Это ложь! – задохнулась Лора.

Глаза Гарета ненадолго задержались на ее побелевшем лице, но его собственное лицо осталось каменным. После короткой паузы он продолжил рассказ. Тон его был сух, как и прежде.

– Мне сказали, что мальчика отдадут на усыновление и что ты уже подписала все нужные документы. Твой отец заявил, что я могу забрать Мэтью, если пообещаю не пытаться увидеть тебя. – Внезапно в его тихом голосе вновь зазвучала неприкрытая вражда. – Дать такое обещание было для меня раз плюнуть. Я сам не хотел, чтобы ты попадалась мне на глаза. Женщина, которая могла так бессердечно отдать своего, нет, моего ребенка чужим… – Он резко умолк, словно не мог найти подходящих слов.

– Но все было совсем не так! – вскричала Лора.

– Не так?

– Нет. Ты ведь уже осудил меня и вынес приговор, правда? Но дай мне возможность изложить свою версию.

Он предупреждающе поднял руку, призывая ее к молчанию.

– Поговорим позже, – пробормотал Гарет.

Видно, слух у него был более тонким, потому что через секунду в комнату влетел Мэтью. Слава Богу, он был чересчур мал, чтобы понять, как взбудоражены взрослые. Передав, что чай будет готов через десять минут, он занялся своими машинками.

Лора следила за ним и вдруг вспомнила про игрушечный автобус. Она потянулась к сумке, но тут же опомнилась: сначала надо предупредить отца мальчика.

– Гарет…

– Что?

Мэтью был слишком увлечен игрой, чтобы прислушиваться к их беседе, но Лора все же слегка понизила голос, объясняя, что принесла мальчику подарок.

– Мне хочется доставить ему небольшое удовольствие. Конечно, если ты не станешь возражать, – тактично добавила она, боясь, что Гарет может запретить ей что-нибудь дарить малышу.

Он слегка заколебался, но потом кивнул.

– Пожалуйста. Мэту будет приятно. Он любит получать подарки.

Мальчик задрожал от радости. Он тут же раскрыл коробку и принялся катать автобус по полу. Отцу пришлось строго напомнить, что надо сказать спасибо.

– Удачный выбор, – шепнул Гарет Лоре, увлеченно следившей за сыном. – Мэт помешан на машинках.

– Вот и хорошо.

Казалось, после этого все пошло на лад. Они вчетвером пили чай, сидя за кухонным столом, и поза Гарета стала более непринужденной. Лора не сомневалась, что перемена вызвана присутствием Элисон и Мэтью, но это не мешало ей радоваться наступившему согласию.

Чай был допит, и Лора ожидала, что ее начнут тактично выпроваживать. Но настроение Гарета улучшалось на глазах. Он не протестовал, когда Мэтью схватил Лору за руку и потащил в гостиную, обещая показать всю свою коллекцию. Как ни странно, отец спокойно сидел на стуле и довольно следил за их возней.

Лора не торопилась уходить. Мечта сбылась; она наконец познакомилась со своим дорогим малюткой. Мэтью принял ее, какое счастье! Но когда она случайно заметила, сколько прошло времени, ее радость сменилась ужасом. Гарет сказал, что ее больше не захотят здесь видеть. Скоро все кончится. Сумеет ли она пережить новую разлуку с сыном? Но стоило Мэтью обратиться к ней с вопросом или просто улыбнуться, как ее страх перед будущим исчезал, уступая место удовольствию от настоящего.

Когда прозвенел звонок, Лора не обратила на него внимания. Элисон сказала, что откроет, Лора снова вернулась к игре. Какое ей дело до посетителей Гарета?

Но пару минут спустя Элисон вернулась в сопровождении высокой седовласой женщины, с которой Лора – увы! – была слишком хорошо знакома. В ту же секунду Мэтью вскочил с радостным криком и пулей понесся навстречу новой гостье, мигом забыв про старую.

Гарет тоже встал, хотя и не так быстро, поздоровался с матерью и поцеловал ее в щеку.

– Хелло! Сегодня мы тебя не ждали.

– Я купила Мэтью ту самую книжку про космические путешествия, которую давно обещала, и решила занести ее, раз уж все равно вышла из дому.

Лора медленно поднялась. Она стояла в дальнем углу комнаты и машинально отряхивала измятую юбку, внутренне сжавшись от ожидания, что дама вот-вот поднимет глаза и обнаружит ее присутствие. Аманда Райдер возражала против свадьбы Гарета и Лоры ничуть не меньше, чем Джеймс Брайант, хотя и по совсем другим соображениям. Она не скрывала, что считает Лору незрелой, вспыльчивой, слишком юной и безответственной, чтобы стать женой любому мужчине, а не то что ее единственному обожаемому сыночку. Их отношения всегда были более чем прохладными. А теперь… Можно было только догадываться, что думает о ней Аманда, знающая всю историю только со слов Гарета.

От тревожных мыслей Лору отвлекло собственное имя. Она вскинула голову.

– Лора проводит в Бате отпуск, – послышался голос Гарета. – Она пришла выпить с нами чаю.

Девушка напряглась, но Аманда поздоровалась с ней вполне вежливо, хотя и сдержанно. Конечно, глупо было думать, что пожилая леди затеет ссору на глазах у внука. Лора собралась с силами, чтобы не ударить лицом в грязь и ответить ей тем же.

– Как вам нравится Бат? – любезно спросила Аманда.

– Очень нравится. Очаровательный город.

– Вам несказанно повезло с погодой.

– О да. Во всех газетах пишут, что сейчас здесь почти так же тепло, как на Средиземноморье.

И женщины обменялись улыбками – одинаково учтивыми и одинаково холодными.

С облегчением поняв, что неожиданная встреча не закончится скандалом, Лора решила убраться, пока не поздно. Она обернулась к Гарету, молча наблюдавшему за их беседой.

– Ну, мне пора.

Его глаза прищурились, и девушка убедилась, что приняла правильное решение. Может, в награду за хорошее поведение Гарет позволит ей еще раз увидеться с Мэтью? Надежда была хрупкая, но больше ей ничего не оставалось.

– Спасибо за чай, – вежливо сказала она. – Было очень приятно встретиться снова.

Темная бровь взлетела вверх столь красноречиво, что Лора чуть не рассмеялась: Гарет наверняка подумал о болезненных уколах, которыми они только что обменивались. Едва ли их можно было назвать очень приятными. Но присутствие матери Гарета обязывало блюсти вежливость.

– Вызвать тебе такси?

– Спасибо, не надо. – Деньги у Лоры еще были, но ее скромный бюджет не предусматривал частых поездок на такси.

– Это несложно.

– Да нет, вечер прекрасный, я с удовольствием пройдусь пешком, – заверила она.

Лора не смогла скрыть улыбку, слишком неприкрытым было удивление Гарета. Неужели это та женщина, которую он когда-то знал? Прежняя Лора и шагу не ступала без машины.

Аманда задумчиво посматривала на обоих, но выражение ее лица было непроницаемым.

– Почему бы тебе не проводить Лору до гостиницы? – предложила она сыну.

Лора и Гарет дружно разинули рты. Гарет не верит своим ушам, подумала Лора. Оставалось надеяться, что на ее лице ошеломление не так заметно. И это произнесла женщина, у которой были более чем веские основания желать ей провалиться в тартарары?

Аманда подарила обоим безукоризненную улыбку и вполне резонно объяснила:

– Так я сумею подольше побыть наедине с Мэтью и всласть пообщаться с внуком.

Все устроилось само собой. Гарет не собирался спорить с матерью, хотя и обменялся с ней несколькими словами, смысла которых Лора не уловила. Все ее внимание было поглощено болезненной процедурой прощания с Мэтью. Она изо всех сил пыталась весело улыбаться и не обнаруживать своих подлинных чувств; ни за что на свете не следовало расстраивать ребенка. Однако от ее улыбки не осталось и следа. Суждено ли ей еще раз увидеть милого сыночка?

Только услышав за собой шаги, Лора вспомнила, что Гарету волей-неволей приходится провожать ее.

– Тебе вовсе не обязательно идти со мной, – спокойно сказала она. – Я и сама отлично доберусь.

– Пустяки…

– Еще совсем рано, так что никакой опасности нет, – настаивала девушка, предоставляя ему последнюю возможность вернуться, не теряя лица.

Но Гарет уже открыл перед ней дверь.

– Пытаешься под любым предлогом избавиться от меня? – осведомился он.

– Вовсе нет.

– Тогда все в порядке. – Он запер дверь и шагнул на тротуар, так что Лоре оставалось только идти следом. – Ты сама сказала, что вечер прекрасный. Прогулка пойдет и мне на пользу. Я слишком много времени просиживаю за столом.

Они молча спускались с холма. Лора была спокойна: наконец-то закончились их препирательства. Но шедший рядом высокий мужчина автоматически умерял шаг, приноравливаясь к ее походке, и это убеждало девушку, что перед ней тот самый Гарет, который когда-то так пылко любил ее.

Гостиница оказалась ближе, чем она думала. Лора так и не успела начать разговор о новой встрече с Мэтью. Нужно было что-то сказать, пока Гарет не ушел. Но как изложить просьбу, чтобы снова не разозлить его? От этих мыслей ее отвлек тихий смешок – звук, который она меньше всего ожидала услышать.

– В чем дело?

– Неужели ты остановилась в этой дыре?

Тут она поняла, что его рассмешило. В прошлом Лору удовлетворяли лишь самые роскошные и дорогие отели, а это место действительно не заслуживало другого названия. Но у него не было никакого права смеяться.

– Может, это и дешевый отель, но меня он вполне устраивает, – гордо сказала она. – К тому же, я здесь почти не бываю.

– Твой образ жизни сильно изменился. – Он все еще посмеивался.

– Да, – коротко согласилась она.

Не говоря больше ни слова, Лора вошла в вестибюль. Незачем было ссориться с Гаретом на виду у постояльцев. Как ни странно, столик портье пустовал, и Лора позвонила в колокольчик. Ожидая дежурного, она критически оглядела убогий холл. До сих пор она не обращала на это внимания: все ее мысли поглощали поиски Мэтью.

– Лора, у тебя неважно с деньгами? – вдруг спросил Гарет.

Она посмотрела на него с опаской. С какой это стати он заинтересовался ее материальным положением? Однако Гарет был совершенно серьезен.

– Да нет, все в порядке, – сказала она, кривя душой.

Но Гарет не позволил ей легко отделаться.

– Могла бы выбрать место получше. Денег у твоего папочки всегда хватало.

– Мои денежные дела тебя не касаются, – вспыхнула Лора. Это заставило его умолкнуть.

– Да, – через мгновение согласился он. – Извини.

– У меня хорошая работа, и я в состоянии сама обеспечить себя, – более миролюбиво добавила она. – Так что жалеть меня нечего.

Вдруг Гарет провел указательным пальцем по ее щеке, и у Лоры захватило дух. Она подняла взгляд. В его глазах больше не было ни следа насмешки или неудовольствия. Что заставило смягчиться выражение его лица? Кончиком языка она провела по пересохшим губам, и лишь его вспыхнувший взор позволил догадаться, что этот жест можно было расценить как желание близости.

Рука, лежавшая на ее щеке, медленно перекочевала на шею, длинные пальцы сжали затылок и слегка потянули вперед. Он собирался поцеловать ее. Лору бросило в дрожь. Она прикрыла глаза и подалась навстречу.

Глава 5

– Мисс Брайант?

В этот миг Лора забыла обо всем, и прошло несколько секунд, прежде чем девушка сообразила, что ее окликают. Пальцы Гарета тут же дрогнули, рука опустилась. Лора почувствовала себя так, словно ее обманули.

Она открыла глаза и через плечо Гарета увидела, что женщина-администратор смотрит на них с жадным любопытством.

– Да, это я, – непринужденно сказала Лора, пытаясь унять дыхание.

– Вам звонили.

– Да? – Лора слегка отодвинулась от Гарета. Может, это позволит ей прийти в себя.

Молодая женщина начала рыться в ворохе бумаг. Все это время Лора не находила себе места. Когда записка нашлась, выяснилось, что звонил Брайен Лэнгдон. И только-то?..

– Я понадобилась боссу, – быстро объяснила Лора, поворачиваясь к Гарету. Но того и след простыл.

Не обратив внимания на испуганное восклицание администраторши, Лора бросилась к двери гостиницы и успела заметить, что Гарет заворачивает за угол. Догонять его было бесполезно: он слишком скор на ногу. Так что с объяснениями придется подождать до другого раза.

Лора медленно и уныло потащилась обратно.

– Что-нибудь случилось? – спросила дежурная, чье любопытство возросло при виде опечаленного лица девушки.

– Нет, ничего. Ключ, пожалуйста…

Женщина отдавала ключ с явной неохотой. Чувствовалось, ей хочется подробностей. Однако Лору мало волновало, что думает о ней гостиничная прислуга. Она мечтала поскорее оказаться в номере, где можно будет сбросить с себя тяжкое бремя сдержанности.

Сегодня к ней вернулось слишком много старых обид, слишком много оживших воспоминаний, которые она считала давно забытыми. Лора была окончательно измотана. Хотя было еще рано, девушка разделась и легла в постель. Подсунув под спину несколько подушек, она подтянула колени, обхватила их руками и принялась обдумывать случившееся.

Главным во всем этом ворохе обвинений и оправданий было безжалостное поведение отца. Едва ли можно было винить Гарета за его ненависть к покойному Джеймсу Брайанту. А ведь он еще не знал самого худшего! Было время, когда она сама так разозлилась на отца, что нашла в себе силы бросить роскошный дом, уехать в Шотландию и построить жизнь заново за тридевять земель от Лондона. И сегодня в ней на мгновение воскресла лютая обида при известии о том, как просто он организовал их окончательный разрыв с Гаретом. Теперь эта обида прошла, оставив после себя слабый привкус досады. Они помирились с отцом больше двух лет назад, незадолго до его смерти. Лора знала, что все это он совершил из слепой любви к единственной дочери. Не умея открыто высказать свои чувства, он пытался сделать все, чтобы удержать ее. Лора продолжала осуждать дело его рук, но не могла проклясть собственного отца.

Теперь, узнав о случившемся, она должна была признать, что виновата не меньше Джеймса. Она была слишком слабой, слишком боялась его и не смогла защитить то, что было ей дороже жизни. Это стоило Лоре и Гарета, и сына.

Но в конце концов она нашла Мэтью! Глаза Лоры наполнились нежностью. Он был очарователен, весел, умен и шаловлив. Конечно, Гарет позволит ей еще увидеться с сыном! И тут словно черная туча закрыла небосклон: Лора вспомнила решительное предупреждение, что в этом доме ее никогда не будут встречать с распростертыми объятиями.

Всю бессонную ночь она подыскивала убедительные доводы и к утру приняла твердое решение. Ей надо вновь повидаться с Гаретом и попытаться уговорить его дать согласие на новую встречу с Мэтью.

Однако сперва надо выяснить, зачем она понадобилась Брайену Лэнгдону. Ей повезло. Набрав знакомый номер, она застала босса в конторе.

– Лора! – Он был искренне рад звонку. – Как идут поиски? Нашла что-нибудь?

Брайен и его жена знали, зачем она поехала в Бат. Какое облегчение, что есть кому рассказать о событиях последних дней! Девушку до глубины души тронула живейшая радость, с которой Брайен выслушал ее поразительные новости.

Через минуту она вспомнила, зачем набрала номер.

– Мне передали, что вы звонили. Что-нибудь срочное?

– Ах да, этот предстоящий семинар… – Затем они довольно долго говорили о делах. – Спасибо, Лора, – наконец сказал Брайен. – Пожалуй, теперь с помощью Вики я справлюсь.

– Как она, старается? – У Лоры под началом была юная помощница, за которую она несла ответственность.

– Да ничего, но до тебя ей, конечно, далеко. Ну что ж, извини, что отрываю от отдыха. Обещаю больше не тревожить.

– Пустяки! – успокоила его Лора, горько усмехнувшись при мысли о прерванной беседе с Гаретом.

– Удачи тебе! Потом расскажешь обо всем, ладно?

– Конечно, расскажу.

Разговор занял больше времени, чем она ожидала. Идти к Гарету сию минуту не было смысла: она успеет как раз к ленчу, а напрашиваться на повторное угощение в ее планы не входило. Лучше походить по магазинам, затем поесть и уже потом отправиться в гости. Кроме того, отсрочка позволила бы ей подыскать неопровержимые доводы, которые должны были убедить Гарета позволить ей вновь увидеть сына.

После ленча взволнованная, но решительно настроенная Лора двинулась в сторону Ройял-кресент. Всю дорогу она твердила слова, которые скажет Гарету, – конечно, при условии, что он согласится ее выслушать.

Дверь открыла Элисон. Она тут же узнала Лору и улыбнулась. Но в глазах ее читалось любопытство, и это заставило Лору задуматься, не посвящена ли девушка в историю их взаимоотношений с Гаретом.

– Хелло, Элисон. Можно поговорить с хозяином?

Радушная улыбка няни тут же сникла.

– Извините, его нет дома. Разве он не предупредил вас, что уедет?

У Лоры упало сердце.

– Уедет? – тревожно спросила она. Первой ее мыслью было, что он уехал навсегда или, по крайней мере, до тех пор, пока она сама не уедет на север. Каким-то образом она ухитрилась выдавить из себя улыбку. – Должно быть, забыл. И надолго он уехал?

– Всего лишь на пару дней. Сегодня вечером у него выступление в телешоу Бобби Вандейка. Здорово, правда?

– Правда. – Улыбка Лоры стала искренней. – Я непременно посмотрю эту передачу.

– Я тоже. Гарету всегда удаются такие выступления. Ему есть что рассказать, не в пример прочим, которые только и знают, что пережевывают свои последние книги или фильмы.

– О да! – Внезапно Лора вспомнила, зачем пришла. – Так когда вы ожидаете его возвращения?

– Скорее всего, послезавтра. Он предупредил, что встретится в Лондоне кое с кем из друзей.

– Что ж, тогда до послезавтра…

Больше говорить было не о чем, но Лора по-прежнему топталась на месте. Хотелось спросить, дома ли Мэтью, но как отреагирует Гарет на то, что она виделась с мальчиком за его спиной? Эту дилемму неожиданно разрешил сам Мэтью, выскочивший на лестницу и со всегдашней энергией принявшийся прыгать по ней вверх и вниз.

– Хелло! – Он обратился к Лоре так, словно знал ее всю жизнь, и сияющая улыбка мальчика растопила ее сердце. Она была до слез растрогана, что потерянный сын подружился с ней.

– Хелло, Мэтью! Собираешься кормить лебедей?

– Сегодня нет. Мы с бабушкой идем в парк. Там горки, качели, карусели! А потом мы с бабушкой будем пить чай, съедим по стаканчику мороженого и…

Эту тираду прервало появление Аманды Райдер, величественно спускавшейся вслед за внуком.

– Если ты будешь и дальше так скакать по лестнице, у бедной миссис Стивене снова заболит голова, – сурово сказала она. – Тише!

Мальчик неохотно послушался. Увидев Лору, Аманда сдержанно улыбнулась.

– Хелло… Вы пришли к Гарету?

– Да. Но выяснилось, что он на пару дней уехал в Лондон.

Аманда кивнула.

– Еще одно из этих пресловутых «ток-шоу». Бедных писателей постоянно таскают на телевидение. Просто удивительно, когда они находят время писать книги! Впрочем, я не жалуюсь. – Бабушка любовно пригладила волосы Мэтью, и ее суровое выражение слегка смягчилось. – У меня появляется возможность несколько дней присмотреть за этим сорванцом. Да и Элисон может отдохнуть.

– Мы идем в парк, правда, бабуля? – раздался тоненький голосок. Разговоры взрослых казались мальчику напрасной тратой времени.

Аманда нахмурилась, но голос ее остался по-прежнему снисходительным.

– Пора идти, а то он никому не даст покоя.

– Вот его игрушки, миссис Райдер.

– Спасибо. Мэтью, попрощайся с Элисон.

Пока Мэтью говорил «до свидания», Аманда задумчиво посмотрела на Лору.

– Не хотите присоединиться к нам?

Лора широко раскрыла глаза. Ничего подобного от матери Гарета она не ожидала.

– Вы серьезно? – невольно вырвалось у нее.

– Вполне. Вы окажете мне любезность, если полчасика присмотрите за Мэтью. Я уже не так молода, чтобы бегать за этой шаровой молнией, а мальчик еще мал, чтобы оставлять его без надзора.

Лора не могла понять, что заставило пожилую женщину сделать подобное предложение, но поспешила согласиться.

– С удовольствием. Спасибо!

В голосе Лоры прозвучала сердечная благодарность. Аманда пристально посмотрела на нее, но ничего не сказала. Через несколько минут они спускались к парку, а Мэтью вприпрыжку шагал между двумя взрослыми дамами.

День был замечательный. Наверно, для Лоры он стал самым счастливым – впервые за долгие годы. Когда они добрались до детской площадки, Аманда уселась на скамейку и принялась, греясь на солнце, беседовать с другими бабушками. А Лора и Мэтью тем временем получили полную свободу делать все, что хочется. Лишь через час они, держась за руки, вернулись к скамье, на которой их ожидала Аманда. Оба запыхались, были сильно взъерошены и очень довольны друг другом.

При виде раскрасневшейся Лоры глаза Аманды замерцали.

– Можно подумать, вы из бани.

– Да, – беззаботно улыбнулась молодая женщина: она была так счастлива, что еле удерживалась от громкого смеха. – Никогда не думала, что в маленьком мальчике может быть столько энергии!

Аманда сочувственно кивнула.

– Понятия не имею, где она в них помещается.

– Но это же так здорово!

– Приятно слышать. – Зоркие голубые глаза изучали лицо Лоры. Затем Аманда обернулась к нетерпеливо ждавшему внуку. – Надеюсь, ты уже созрел для чая? – спросила она, не сомневаясь в ответе.

– Да. Лора с нами пойдет?

И снова задумчивый взгляд коснулся лица девушки.

– Почему бы и нет? – рассудительно сказала Аманда. – Разумеется, если она не сыта тобой по горло. Если хочешь, пригласи ее сам.

Маленькая чумазая ладошка дружески коснулась руки Лоры.

– Ты пойдешь с нами пить чай? Пожалуйста! – с опозданием добавил Мэтью.

В отдаленном уголке Лориного мозга прозвучал сигнал тревоги. Чем крепче она привяжется к ребенку, тем труднее будет расстаться с ним. Но отклонить это предложение было невозможно.

По пути к дому Аманды они купили любимых пирожных Мэтью и съели их за чаем. В это время по телевидению показывали мультфильмы. Лора не переставала дивиться приглашению. Что случилось с Амандой Райдер? Пожилая дама всегда относилась к ней без восторга, но то ли она сильно изменилась, то ли Лора не успела как следует ее узнать.

Казалось, ни бабушка, ни внук не хотят отпускать ее. Она помогала купать сынишку, но больше всего ее обескуражило разрешение почитать ему перед сном. На самой середине Мэтью внезапно уснул, но Лора еще долго сидела у его кровати, умиленно глядя на лицо мирно спящего ребенка и лелея несбыточные мечты…

Когда девушка вернулась в гостиную, Аманда встретила ее дружеской улыбкой.

– Уснул, да? – оживленно спросила она. – Вот и отлично. Будем надеяться, он не скоро проснется. Мэтью очаровательный ребенок, но чересчур резвый, а я уже не так молода.

– Вы замечательно ладите с ним, – восхищенно сказала Лора.

– Стараюсь.

Лора грустно кивнула.

– Я вижу, как вы о нем заботитесь. Вы не представляете себе, как много для меня значит, что моего сына окружают любящие, родные люди. И если я не смогу быть с ним… – Она осеклась и проглотила комок в горле. – Наверно, мне пора уходить…

– Что за спешка? – безмятежно глядя на нее, спросила Аманда. – Я думала, мы съедим по сэндвичу, выпьем кофе и вместе посмотрим «Шоу Бобби Вандейка».

Лора стиснула руки.

– Зачем вам это? – безнадежно спросила она.

– Пять лет – долгий срок, – протянула Аманда. – Люди меняются и часто жалеют о прошлом.

– Вот и я жалею о том горе, которое причинила другим.

Аманда удовлетворенно кивнула:

– Так вы останетесь?

– Ну… если вы…

– Вот и хорошо. Так как насчет сэндвичей, пока я попробую управиться с кофеваркой? Она у меня с норовом, к ней надо привыкнуть.

К собственному удивлению, Лора чудесно провела вечер. Они с Амандой следили за выступлением Гарета и высоко оценили как его речь, так и внешность. Вечерний костюм сидел на нем безукоризненно. Их взаимная симпатия увеличилась еще более, когда они сошлись во мнении, что выступление Гарета и его остроумные ответы на вопросы были гвоздем программы.

Но и после того, как они выключили телевизор, их беседа не закончилась. О таком взаимопонимании пять лет назад и мечтать не приходилось! Лишь после десяти часов вечера Лора покинула уютную квартиру Аманды, и хозяйка пригласила ее в гости на следующий день.

С утра зарядил дождь. Мэтью скучал, метался по тесной квартирке, не находил себе места, и они с бабушкой очень обрадовались приходу Лоры.

– Если он не прекратит беготню, я не смогу смотреть в глаза соседям, – пожаловалась Аманда, вешая на крючок мокрый плащ Лоры. – Мэтью, покажи Лоре свои столярные инструменты.

Мэтью схватил ее за руку и потащил в гостиную демонстрировать набор лобзиков для выпиливания, а Аманда ретировалась на кухню, чтобы перевести дух и заварить чай.

На долю Лоры выпал еще один приятный день. Они с Мэтью выпилили несколько простеньких узоров, а потом Лора взяла бумагу, карандаши и принялась рисовать смешных человечков, занимающихся чем угодно – от игры в футбол до полета на Луну.

– А у вас талант! – похвалила ее Аманда, пришедшая взглянуть, отчего в квартире настала такая тишина.

– Да ну, каракули, – рассмеялась Лора, глядя на фигурки с палочками вместо рук, ног и волос.

Но Мэтью был доволен.

– Рисуй еще, – потребовал он.

– Мэтью, скажи «пожалуйста»! – хором напомнили обе женщины. Лора тут же виновато вспыхнула: не ее дело воспитывать этого ребенка. Но Аманда только фыркнула. – Ничего, когда-нибудь научится, – махнув рукой, сказала она.

Лора продолжала рисовать. А когда от этого занятия у нее уже закружилась голова, Мэтью сходил за своими книжками и попросил Лору послушать, как он читает. Конечно, это были простенькие сказки, в которых число картинок превосходило количество слов, но то, что он умеет читать, произвело на Лору сильное впечатление и наполнило ее гордостью за сына.

При виде настойчивости, с которой Мэтью склонялся над книгой, разбирая особенно трудные слова, Лора едва сдерживала желание потискать его. Но нужно было сохранять хладнокровие и поддерживать версию, будто она всего лишь друг дома; правда, с каждым часом это давалось ей все труднее. Не хотелось думать, что будет, когда кончится отпуск и ей придется вернуться в Эдинбург.

Ей еще раз удалось побыть с сыном наедине. Аманда вновь ушла на кухню готовить ужин, а Лора с Мэтью, забившись в угол большой тахты, наверно, в десятый раз читали про приключения медведя по имени Паддингтон. Вскоре Лора поняла, что выучила книгу наизусть. Это дало свои плоды: изредка для страховки поглядывая на страницу, все остальное время она тратила на то, чтобы смотреть в лицо сына и наслаждаться доверчивостью, с которой он прижимался к ее плечу. Она обнимала мальчика, а тот то и дело отрывался от книги и чарующе улыбался.

В этот момент дверь открылась, и на пороге вырос Гарет. Долго никто не мог пошевелиться. Затем книга шлепнулась на пол, мальчик спрыгнул с тахты, и с истошным «папа, папа» радостно бросился навстречу отцу.

Гарет подхватил его на руки и крепко обнял, но при этом не сводил глаз с Лоры. Она сразу же приняла строгую позу, тщательно одернула юбку и твердо сказала:

– Хелло, Гарет!

Прежде чем тот успел ответить, Мэтью возбужденно затараторил:

– Папа, мы рисовали картинки! Лора здорово рисует человечков, но ничего не знает про футбол!

Гарет с трудом заставил себя обернуться к сыну. Но Лора заметила, с каким неподдельным вниманием он прислушивается к подробному рассказу мальчика, во всех деталях описывавшего события дня.

– Кажется, ты неплохо провел время, – сказал Гарет, когда наконец сумел вставить слово в этот возбужденный монолог. – А как насчет того, чтобы сообщить бабушке о моем приезде.

Молча ожидая, пока Мэтью выйдет из комнаты, он неотрывно смотрел на Лору. Она догадывалась, что должна чувствовать себя виноватой. Но понять выражение лица Гарета было невозможно.

Когда он заговорил, тон его был таким же непроницаемым.

– Позволь узнать, что ты тут делаешь? – спросил он с ледяной учтивостью.

К счастью, своевременное появление Аманды и Мэтью избавило Лору от необходимости объяснять свое присутствие в этом доме.

– Привет, Гарет, – спокойно сказала мать, ничуть не удивившись приезду сына на день раньше обещанного. – Мы ждали тебя только завтра.

– Решил вернуться домой пораньше. И, пожалуй, правильно сделал, – добавил он, неприязненно поглядывая на Лору.

– О да! – весело согласилась мать. – Теперь ты последишь за этим озорником, а Лора поможет мне накрыть на стол.

Девушка с благодарностью ухватилась за это предложение. Судя по взгляду, которым одарил ее Гарет, он бы с удовольствием вышвырнул ее из квартиры.

– Может, мне лучше уйти? – спросила она Аманду, едва за ними закрылась дверь кухни.

– Почему это? Мне казалось, вы неплохо поладили с Мэтью.

– О да, несомненно! Но Гарет недоволен, что я здесь.

– Ерунда! – бодро сказала Аманда.

– Вы не видели, как он посмотрел на меня, когда вошел…

– Ну и что? Это моя квартира. Кого хочу, того и приглашаю. Он мне не указ!

– Но я не хочу, чтобы из-за меня вы поссорились с сыном.

Аманда бросила на молодую женщину один из своих самых пытливых взглядов и вдруг улыбнулась:

– Не беспокойтесь, дорогая, никакой ссоры не будет. И не обращайте внимания на Гарета. Он вовсе не сердится.

Однако она не дала Лоре возможности спросить, что кроется за этим таинственным замечанием, вручив ей гору тарелок и отправив накрывать стол к ужину.

Остаток вечера прошел совсем не так напряженно, как представлялось Лоре после столь неблагоприятного начала. Мэтью, как всегда, трещал без умолку, не давая взрослым хмуриться. Но и Гарет, справившись с изумлением, обращался к Лоре так, словно она действительно была подругой матери, приглашенной на чашку чаю. Это сильно помогало девушке держаться естественно.

Тем не менее она очень удивилась, когда при первой попытке попрощаться Гарет решительно поднялся.

– Я провожу тебя, – предложил он, на этот раз без всяких понуканий со стороны Аманды.

– Ты промокнешь, – возразила Лора.

– Дождь прекратился два часа назад. – Глаза его лукаво блеснули. – Неужели не заметила?

Она покачала головой, чувствуя себя набитой дурой. Зачем же отказываться от заманчивой возможности поговорить с ним о Мэтью?

Чистые улицы еще блестели после дождя, воздух был свежим и прохладным. Стоял чудесный вечер. Шагая рядом с Гаретом, Лора ощущала внезапный и совершенно необъяснимый прилив счастья. Почему-то они заговорили о вчерашнем телешоу. Гарета интересовало, как он смотрелся на экране, а потом он рассмешил ее рассказом о том, что происходило за кулисами студии. И снова они добрались до гостиницы раньше, чем Лора успела начать разговор о том, что было для нее важнее всего.

Гарет вошел в холл и подождал, пока она не взяла ключ от номера. Лора думала, что теперь он попрощается и уйдет, и просто растерялась, когда он спокойно последовал за ней и остановился у двери, следя за тем, как она неуверенно пытается вставить ключ в замочную скважину.

Когда дверь в конце концов открылась, Лора обернулась и посмотрела ему в глаза.

– Спокойной ночи, Гарет, спасибо… – Но завершить фразу ей так и не удалось, потому что он грубо привлек девушку к себе и зажал рот страстным поцелуем.

Их губы соединились, и в ту же секунду оба словно рухнули в пропасть. Какая-то неодолимая сила влекла их друг к другу с первой встречи, и этот магнетизм нисколько не ослабел за годы разлуки. Лора обняла Гарета и прижалась к нему с тихим стоном блаженства. Как чудесно было вновь находиться в этих хорошо знакомых сильных руках. Она почувствовала, как ее с головой накрывает волна наслаждения от его голодных, частых поцелуев, которыми он покрывал ее губы, лицо, шею…

Когда он посмотрел ей в глаза, чувства Лоры вырвались из-под контроля. Она погрузила пальцы в его густые жесткие волосы, дрожа от желания.

– Гарет, – потрясение шептала она, – ох, Гарет…

Она встала на цыпочки, жадно отыскивая его рот, дразняще провела кончиком языка по его губам, ощущая, как дыхание Гарета участилось. Значит, она вовсе не безразлична ему!

Но стоило поверить, что Гарет вот-вот снова припадет к ее трепетным губам, как тот вскинул голову и отстранился.

– Гарет… – запротестовала она.

– Нет! Не выйдет, Лора, – хрипло прошептал он.

Она молча уставилась на него, слишком возбужденная страстными поцелуями, чтобы понять, о чем он говорит.

Внезапно Гарет пришел в ярость.

– Ты что, действительно считала, что можешь вторгнуться в мою жизнь после стольких лет и что все будет по-прежнему? – гневно спросил он.

– Не по-прежнему, нет. Но я думала, что если бы мы оба захотели…

– Я не хочу. – Теперь в его голосе не осталось и следа нежности. Наоборот, за ледяным тоном крылась ненависть. – Я сильно изменился, Лора. Больше тебе меня не одурачить.

– Я никогда не дурачила тебя…

Нанеся этот последний удар, он резко повернулся и вышел из комнаты. На устах Лоры замерли бесполезные возражения.

Глава 6

На следующее утро Лору разбудил настойчивый телефонный звонок. Она с трудом нащупала трубку, чуть не сбросив аппарат с тумбочки, но все же ухитрилась поднести ее к уху.

– Да! – буркнула девушка.

– Мисс Брайант? – осведомился недовольный голос.

Лора машинально кивнула, но спохватилась, что собеседница ее не видит.

– Да, это я…

– Соединяю.

Несмотря на происшедшее вчера вечером, ее сердце подпрыгнуло при звуке хорошо знакомого голоса. Лора моментально проснулась, села и крепко прижала к уху трубку.

– Хелло, Гарет, – произнесла она, пытаясь говорить спокойно. Дура, на что ты рассчитываешь?

Она ожидала чего угодно: извинения за вчерашнее, требования держаться подальше от его дома или вообще убраться из города – но только не приглашения съездить вместе с ним и Мэтью на море.

– Это инициатива Мэта, – добавил Гарет таким тоном, что становилось ясно: поведения сына он не одобряет.

Ничто другое не помогло бы Лоре так быстро воспрянуть духом. Мэтью хочет, чтобы она поехала с ними! Значит, Гарет не так сердится, чтобы отказать малышу в просьбе.

– С удовольствием, – быстро сказала она. Только бы Гарет не передумал!

– Сколько тебе надо на сборы?

Часики, лежавшие на тумбочке, показывали без пяти девять. Неудивительно, что телефонистка говорила с ней кислым тоном: персонал гостиницы мечтает, чтобы постояльцы уходили из номеров сразу после завтрака, а она еще даже не встала с постели.

– Полчаса дадите? – робко спросила Лора.

Если поторопиться, до их приезда можно успеть выпить кофе в кафе напротив.

Гарет неожиданно хохотнул.

– Полчаса на сборы? Лора, это ты ли?

– Я успею.

– Увидим. Предупреждаю, ждать не будем. Если не появишься вовремя, уедем без тебя.

Лору не пришлось подгонять. Она пулей выскочила из кровати, умылась и быстро влезла в лимонно-желтое летнее платье, яркий цвет которого гармонировал с ее настроением. Бросив в сумку все необходимое, она залпом проглотила чашку кофе и вернулась к подъезду гостиницы. Прошло несколько минут, и у ступенек остановилась голубая машина, за рулем которой сидел Гарет.

Лора тут же узнала голубой «ягуар», стоявший у дверей в тот памятный день, когда она впервые увидела Мэтью. Конечно, ей не могло прийти в голову, что это машина Гарета. В пору их знакомства он водил старенькую потрепанную малолитражку.

Гарет опустил стекло и поглядел на нее так, словно не верил собственным глазам.

– Ни за что не подумал бы, что такое возможно, – раздраженно заметил он.

Лора дерзко улыбнулась, располагаясь на переднем сиденье.

– «Лора, это ты ли?» – процитировала она. – Да, это я.

– Поразительно!

Решив пропустить этот выпад мимо ушей, Лора обернулась к сыну, сидевшему сзади.

– Хелло, Мэтью! Куда едем?

– На море, – охотно откликнулся мальчик. – Смотри, я взял ведерко и лопатку!

– В Уэстон, – добавил Гарет, включая сцепление. – Надеюсь, ты не слишком разочарована. Дальше нам не выбраться: Мэтью слишком устает.

Лора ничего не имела против Уэстона. Ее не заботило, что из-за отлива было трудно добраться до воды, что прохладный ветерок засыпал их песком. Ей все нравилось и все было в новинку. Она помогла Мэтью построить самый большой на всем пляже песчаный замок, купила ему несколько палочек леденцов, покатала на ослике. Это был незабываемый день: последние годы ей жилось трудно и одиноко, а будущее скрывалось в тумане. Можно было позволить себе прожить несколько часов так, словно они – обычная семья, выбравшаяся на отдых.

На ленч они съели рыбу с жареной картошкой, беспечно позволив Мэтью самому сделать выбор.

В результате через два часа он проголодался. Пришлось снова зайти в прибрежный ресторанчик и купить ему огромную порцию мороженого с орехами и шоколадной подливкой. Сами же они выпили лишь по чашечке кофе.

Ожидая, пока Мэтью расправится с мороженым, Гарет откинулся на спинку стула и стал откровенно разглядывать сидевшую напротив Лору. Его взгляд лениво блуждал по обнаженным рукам и плечам, тронутым золотистым загаром, и в конце концов остановился на ее лице. Она заерзала на стуле, вспомнив, что Гарет смотрел на нее когда-то как на самую желанную женщину в мире. Сейчас же этот пристальный мужской взор заставил ее смутиться.

– Наверно, я ужасно выгляжу. – Она безуспешно попыталась поправить растрепанные ветром каштановые локоны. – Надо сходить причесаться.

– Не надо…

Гарет потянулся и накрыл ладонью ее руку. Лора бросила быстрый взгляд в сторону Мэтью, но тот поглощал мороженое и ему было совершенно безразлично, чем в эту минуту занимаются взрослые.

– Раньше у тебя была другая прическа, – заметил Гарет, слегка понизив голос, что придало безобидной фразе оттенок интимности. – Почему ты ее сменила?

Лора усмехнулась, вспомнив пышные короткие кудри, которые носила в юности, бесконечные стрижки и укладки у модных мастеров… Она застенчиво указала на свою косу и призналась:

– Это позволяет не тратиться на парикмахерские.

Она ожидала, что Гарет засмеется, как засмеялся при виде захудалой гостиницы, в которой она остановилась, и чуть не упала со стула, когда он серьезно произнес:

– Ты говорила, что денег у тебя достаточно. Это правда? Если нужно помочь, только скажи!

– Я не нуждаюсь в помощи, Гарет.

– Знаешь, в этом нет ничего зазорного.

– Знаю. Спасибо, но я научилась жить по средствам. Впрочем, жалованье у меня вполне приличное, – добавила она, не удержавшись от невинного хвастовства.

Однако Гарет не обратил на это никакого внимания.

– Тогда что же ты ведешь себя как нищая? – неприятным тоном осведомился он.

– Ничего подобного! – сверкнула глазами Лора. Она так разозлилась, что забыла о своем решении держать рот на замке. – Просто ты не представляешь, сколько денег за эти годы ушло на поиски! – Она перевела глаза на Мэтью, все еще погруженного в десерт. – Так что на всякие излишества вроде модных тряпок, шикарных отелей и парикмахеров ничего не оставалось… – Тут она смущенно умолкла, потому что не собиралась говорить об этом Гарету.

– Я не знал… – Выражение его лица тут же изменилось. На нем отразились боль и досада. – Извини, Лора!

– Пустяки, – пожала она плечами.

Он долго молчал, а затем тихо сказал:

– Больше тебе на это тратиться не придется.

– Нет.

– Так что можешь позволить себе сходить в парикмахерскую.

– Схожу непременно.

И тут Гарет произнес фразу, которая заставила ее покраснеть.

– Только не стригись! Мне нравится твоя коса, она тебе так идет…

– Спасибо…

Гарет задержал взгляд на ее лице, а потом принялся тщательно рассматривать руку, которую так и не выпустил. Лора не могла не вспомнить о том, как тщательно когда-то ухаживала за руками. Что он подумает, увидев коротко остриженные ногти, заусенцы и следы от ожогов о горячую плиту, на которой она по утрам в вечной спешке готовила завтрак? Теперь это были руки женщины, собственным горбом зарабатывавшей себе на жизнь.

– Ты изменилась, Лора, – задумчиво повторил он в который раз.

– Да. И уже давно. Разве ты ожидал чего-то другого?

– Не могу поверить, что это ты. – Гарет безотчетно поглаживал ее нежное запястье. Неужели он не чувствует, как учащенно бьется ее пульс? Нет, похоже, сейчас ему не до того. – Ты бросила дом, нашла работу… Интересно, что еще в тебе изменилось?

Бросив на него вызывающий взгляд, она негромко спросила:

– Ты действительно хочешь это узнать?

– Нет, – медленно ответил Гарет.

И все же он продолжал поглаживать ее руку. Легкие ласкающие движения, лишавшие Лору последних сил, полностью противоречили этому непреклонному «нет». Девушка не знала, чему верить.

– Потребовался не один год, – продолжил он, – но в конце концов я забыл о том, сколько зла ты мне причинила. Однако пережить эти мучения еще раз у меня не хватило бы сил.

– Я не желала тебе зла, Гарет, – мягко произнесла она. Но едва вымолвив эти слова, Лора поняла, что говорит неправду. Во время их разрыва она думала только о себе, о том, что ее бросили и предали. Теперь Лора знала, что эти чувства подогревал в ней отец. – Я не знала, что ты пережил, – закончила она, не понимая, что произносит эти слова вслух, и спохватилась лишь тогда, когда рука Гарета внезапно дрогнула.

– Лора… Если бы я мог думать… – торопливо начал он, но тут же осекся, умолк, выпустил ее руку и взглянул на сына: – Мэт, у тебя весь шоколад не во рту, а на лице. Посиди минутку спокойно, пока я тебя вытру.

Он вынул из кармана носовой платок и опытной рукой принялся вытирать чумазую мордашку сына, а Лора сидела смотрела на них обоих и чувствовала себя совершенно лишней. Оставалось лишь гадать, что он собирается ей сказать.

Остаток дня был посвящен Мэтью. Когда мальчика спросили, чего бы ему хотелось, он не колеблясь заявил, что мечтает побывать в Луна-парке, который находился в конце мола. Там он провел счастливый и суматошный час, стрелой летая от одного аттракциона к другому, а двое взрослых прилагали все силы, чтобы не потерять его в толпе. Лору еще удивляло, сколько энергии таится в ребенке, которому не исполнилось и пяти лет.

В середине дня они катались на игрушечных автомобильчиках. Мэтью потребовал, чтобы Лора села с ним, и их машинка долго гонялась за машинкой Гарета, то и дело тараня ее, к вящему восторгу юного водителя.

Возможности для разговора с глазу на глаз больше не представилось, но Лора не жалела об этом, и без того неприятно пораженная сделанным открытием. Вспоминая их прежнюю связь, она поняла, что была отъявленной эгоисткой. Даже любя Гарета, она всегда думала только о себе и никогда о нем. Юный возраст не оправдывал ее. А сейчас слишком поздно. Та вспыльчивая, самолюбивая Лора сделала все, чтобы убить в Гарете нежные чувства…

Они благополучно вернулись домой. Лора с Мэтью сидели позади. Стоило проехать полмили, как он уснул, умаявшись от беготни. Лора держала его на коленях, ощущая радость от прикосновения к своему плечу его горячей головенки.

Когда Гарет остановился у дома на Ройял-кресент, Мэтью еще спал. Он не проснулся даже после того, как отец взял его на руки.

– Поднимись на минутку, – подойдя к двери, сказал Гарет. – Я не смогу проводить тебя, пока не уложу Мэта.

После недолгого раздумья Лора решила, что не имеет смысла отстаивать свою независимость и уверять, будто она не нуждается в провожатых. Захватив свою сумку, лопатку и ведро сына, она двинулась следом.

Стоило Гарету сделать шаг в направлении спальни Мэтью, как зазвонил телефон. Лора нерешительно посмотрела на аппарат, гадая, следует ли ей снять трубку. Гарет быстро разрешил эту дилемму.

– Подойди… – негромко сказал он.

Звонила Элисон. Она ничуть не удивилась, услышав голос Лоры.

– Гарет занят? О нет, все в порядке, не нужно его отвлекать. Просто передайте, что у Дэйва опять сломался велосипед и поэтому я вернусь на пару часов позже. Мы застряли под Чиппенхэмом. Скажите Гарету, что я очень расстроена, ладно?

– Вы доберетесь без посторонней помощи?

– О да, только не знаю когда. Надеюсь, эта задержка не испортит вам вечер.

Пожелав Элисон удачи, Лора положила трубку и пошла сообщить новость Гарету. Тот все еще возился с Мэтью, терпеливо натягивая на сонного малыша голубую пижаму. Эта картина заставила Лору забыть обо всем на свете. Она с трудом вспомнила, зачем пришла.

– Кто звонил?

– Элисон. – Не отрывая глаз от Мэтью, Лора слово в слово повторила услышанное.

Гарет ухмыльнулся.

– Ах, бедняжка! Либо ей придется завести себе нового дружка, либо убедить этого обзавестись более подходящим транспортом. Велосипед у него всегда ломается за несколько миль от нашего дома.

– Элисон… – пробормотал полусонный Мэтью.

– Она придет утром, – мягко успокоил его отец. Он поднял глаза и по выражению лица Лоры догадался, что та ревнует.

– Не говори ему, что я ухожу, – шепнула она.

– Я тебя не выпроваживаю, – удивился Гарет. – Подожди немного. Я уложу Мэтью, и мы вместе поужинаем.

Пытаясь не показать виду, как обрадовало ее это предложение, Лора поспешила согласиться. Может, у нее появится шанс спокойно поговорить с Гаретом о сыне.

– Я могу что-нибудь приготовить, пока ты занят, – предложила она.

– Спасибо. В холодильнике полно полуфабрикатов. – Гарет обернулся. В его глазах зажглись смешливые искорки. – Консервный нож в верхнем ящике.

Лора сдержанно улыбнулась, но от комментариев воздержалась и отправилась на кухню. Она докажет, что перестала быть беспомощной девчонкой!

Обследовав содержимое холодильника и буфета, девушка решила сделать омлет и салат. Напевая про себя, она принялась резать овощи и взбивать яйца; вечер наедине с Гаретом казался неожиданным подарком судьбы. Но она и сама толком не представляла, чего ждет. Они поговорят о Мэтью, только и всего.

– Я твержу одно и то же, как заезженная пластинка, но ты и вправду не перестаешь поражать меня…

Лора на мгновение отвлеклась от стряпни. Гарет стоял, прислонясь к дверному косяку, засунув руки в карманы брюк, и с интересом наблюдал за ней. Ответив ему коротким кивком, Лора вылила взбитые яйца на горячую сковородку. Этот испытующий взгляд не помешает ей закончить дело.

– Что здесь странного? – спокойно спросила она и встряхнула сковороду, давая яйцам растечься по донышку. – Если бы я за это время не научилась готовить, то давно умерла бы с голоду.

– А как же дорогие рестораны?

Лора еще раз сделала вид, что не заметила насмешки.

– Не с моим жалованьем, – безмятежно ответила она.

– И не нашлось ни одного мужчины, который угостил бы тебя обедом?

– Ни одного.

– Лора, неужели у тебя действительно никого нет?

В его тоне появилось нечто такое, что заставило ее резко вскинуть голову. Теперь он был совершенно серьезен.

– Нет, – честно призналась она. – Никого.

Но развить эту волнующую тему им не пришлось, потому что омлет был готов. Лора разрезала его на две части и положила на тарелки, чувствуя, что Гарет не сводит с нее глаз, следит за каждым движением… Каким-то чудом ей удалось не уронить тарелки.

Они ели на кухне, сидя напротив друг друга за небольшим столиком. Лоре льстило, что Гарет с аппетитом уплетает нехитрое блюдо. Интересно, как бы они жили, если бы поженились пять лет назад? Эта мысль заставила ее грустно улыбнуться. Тогда она и впрямь не умела даже яйца сварить…

Гарет словно читал ее мысли.

– Спасибо повару, – сказал он улыбаясь. В его усмешке еще оставалась капелька яда. —

Подумать только, было время, когда твои кулинарные таланты ограничивались приготовлением кофе!

– Насколько я помню, даже это получалось у меня неважно.

– Разве? Я был слишком влюблен, чтобы обращать внимание на такие пустяки.

Лора положила нож и вилку и отодвинула тарелку с недоеденным омлетом. У нее пропал аппетит. Во второй раз за несколько минут беседа принимала рискованный характер, и девушка не была уверена, стоит ли продолжать в том же духе.

– Кофе? – предложил Гарет.

– Да, пожалуйста.

Они отнесли чашки в гостиную. Лора села как можно дальше от Гарета, но это не помогло ей снять напряжение. Здравый смысл подсказывал, что пора начинать разговор о Мэтью, однако слова не приходили на ум. Она не могла сосредоточиться: одолевали мечты, не имевшие никакого отношения ни к ее ребенку, ни к реальности…

Гарет откинулся на спинку стула, положил ногу на ногу и спокойно пил кофе, не обращая внимания на ее испытующий взгляд. На нем были потертые джинсы и синяя трикотажная рубашка; эта одежда подчеркивала стройность его тела, которое она когда-то так хорошо знала. Пять лет она безуспешно пыталась подавить эти воспоминания. Тогда он казался ей самым прекрасным и неотразимым мужчиной на свете! Судя по всему, он мало изменился, по-прежнему оставаясь привлекательным и желанным. Возникший внутри сосущий холодок неумолимо свидетельствовал, что Лору тянет к нему так же, как и прежде.

Она быстро отвела глаза и устремила горящий взгляд на лежавший у ног коврик. Однако это не помогло справиться с непрошеными воспоминаниями. Ей явственно представилось, что Гарет обнимает и целует ее, говорит о своей любви. Как они были счастливы! Почему она не нашла в себе сил побороться за это счастье?

Лора украдкой снова взглянула в лицо Гарета. Сердце заколотилось, когда она поняла, что он делает то же самое. Но стоило их глазам встретиться, как воодушевление исчезло. Слишком велик был контраст между ее теплым, любящим взглядом и злым, негодующим блеском его глаз. Поставив полупустую чашку на стол, Лора поднялась и подошла к окну. Куда угодно, лишь бы подальше от этого желчного, непрощающего взора!

На улице было темно. Вдалеке виднелись яркие огни, бросавшие оранжевый отсвет на вечернее небо. Чуть ближе мглу слегка рассеивал тусклый свет уличных фонарей. Отражение Лоры в стекле напоминало витающий во мраке призрак.

Затем рядом появилось другое отражение. Руки Гарета легли ей на плечи и удержали, когда она попыталась отстраниться. Оба замерли на месте, глядя в оконное стекло.

Внезапно Гарет больно сжал ее плечо.

– Будь ты проклята, Лора, – яростно прошипел он. – Почему меня, несмотря ни на что, по-прежнему тянет к тебе?!

У Лоры дрогнуло сердце. Наконец-то он сознался! Она не успела ответить, да этого и не требовалось. Гарет повернул ее к себе лицом и так долго смотрел в глаза, словно хотел заглянуть в душу. А затем глухо выругался и поцеловал ее.

В этом поцелуе не было нежности: Гарет словно пытался отомстить за всю боль, которую ему причинили. Но Лора и не ждала нежности. Достаточно того, что он еще хочет ее, а что он при этом думает – его дело. Она обвила руками шею Гарета, запустила пальцы в густую, темную шевелюру и обхватила затылок, словно боялась, что он вот-вот убежит от нее. Но он все еще внутренне сопротивлялся ей. Лора попыталась преодолеть его сопротивление. Она дотянулась до его рта, провела кончиком языка по его чувственным губам, снова порывисто поцеловала, беззастенчиво используя все то, чему он сам научил ее. Награда не заставила себя ждать: скованность Гарета прошла, он начал терять над собой контроль.

– Ты колдунья, – шептал он в перерывах между поцелуями. – Вот почему я с самого начала не хотел, чтобы ты здесь появлялась. Тебе всегда удавалось сводить меня с ума!

Лора и не думала спорить. Она снова и снова исступленно целовала его, с наслаждением впитывая возбуждающий вкус его губ. Поцелуи Гарета с каждой секундой становились все более жадными, их дыхание смешалось…

Наконец он отстранился, переводя дыхание. Румянец разлился по его щекам, глаза заблестели. Буйная радость охватила Лору. У нее еще есть власть над ним! Возбужденно смеясь, она поднялась на цыпочки, вновь покрыла жадными, голодными поцелуями лицо Гарета и вдруг прижалась горящей щекой к его шее. Раздался блаженный вздох, когда его руки крепко сжали ее талию.

Они долго стояли так, не выпуская друг друга из объятий. Лора с наслаждение вдыхала запах кожи Гарета, голова ее кружилась от былых воспоминаний и воскресших желаний. Она улавливала его учащенный пульс: Гарет был возбужден не меньше, чем она сама.

– Лора…

Он заставил ее поднять голову, и Лору бросило в жар, когда она увидела, что глаза Гарета горят нестерпимым желанием.

– Я забыл, как ты прекрасна, – шепнул он и принялся гладить кончиками пальцев ее лицо – брови, нос, губы, подбородок, – заново изучая знакомые черты. Затем рука переместилась на теплую шею; пальцы его нежно поглаживали ее шелковистую кожу. Бретелька летнего платья упала с плеча, и Лора чуть не задохнулась, когда он коснулся ее груди.

Гарет обнял ее за плечи, повел к стулу, сел и посадил к себе на колени. Вторая бретелька последовала за первой, он сжал ее груди, нащупывая сквозь лифчик ноющие соски. Сердце колотилось все быстрей и быстрей, тело пылко отвечало на его прикосновения. Как давно ее не ласкали! Гарет был ее первым и единственным любовником; никто не мог с ним сравниться. И сейчас она теряла голову от его ласк…

– Тебе нравилось, когда я делал так, правда? – прошептал он, прижавшись к горячей щеке Лоры.

– Да… – Она и не пыталась скрыть наслаждения. Все равно это было невозможно. Ах, его руки, большие и удивительно нежные, всегда доводили ее до исступления.

– А так?

Он нетерпеливо дернул застежку лифчика на спине, освободил груди и принялся водить языком по затвердевшим соскам. У Лоры вырвался тихий стон: она уже с трудом сдерживала желание.

– Гарет… – Лора еще теснее прижалась к нему. Ожидание становилось нестерпимым. – Люби меня, – простонала она. – Я хочу тебя, милый…

Гарет вдруг резко вскинул голову и недобро посмотрел ей в глаза.

– Что, решила, будто, как прежде, можешь вскружить мне голову? – бросил он. – Думала, я окончательно сойду с ума от твоих прелестей. Нет, больше не выйдет, моя дорогая!

– Ч-что ты говоришь? – пробормотала она в изумлении.

Гарет бесцеремонно спустил ее на пол и поднялся. Лору не держали ноги. Пришлось уцепиться за спинку стула, чтобы не упасть.

– Так вот, ты мне больше не нужна! – злобно заявил он.

– Нет?.. – Колени по-прежнему подгибались, но она быстро поднялась, застегнула лифчик и вернула на место бретельки платья.

– Ты как и раньше обворожительна, но заставить меня потерять голову тебе уже не удастся, – повторил Гарет, словно испугавшись, что с первого раза она ничего не поняла. – Слишком поздно!

Лора заглянула ему в глаза, но он отвернулся.

– Ты хотел этого не меньше меня, – спокойно сказала она. Голос вернулся. Она не могла ошибиться.

– Может быть. Но если хочешь знать, голова у меня оставалась ясной. Как бы то ни было, я больше не попадусь в твои сети.

Пусть так, но тогда почему же он до сих пор дрожит? Лора прекрасно понимала, что к чему. Гарет хотел раз и навсегда избавиться от тяги к ней. Неужели его так пугает, что желание может разрушить тщательно построенную оборону? Но ведь то, что он постоянно думает о ней, только на руку Лоре. Куда больнее было бы, если бы Гарет вообще не испытывал к ней ничего.

– Восстановить прежнее чувство невозможно, – продолжал Гарет уже более спокойно. – Лучше забыть обо всем.

– Разве это легко? – бросила Лора.

– Будет легче, если мы перестанем видеться. Эти встречи только добавляют боли. Признайся, нам ведь больше нечего сказать друг другу!

Нет, Лоре надо было сказать еще очень многое. Но не сейчас. На сегодня достаточно.

– Я пойду, – вымолвила она, пытаясь сохранить остатки достоинства.

Гарет нахмурился.

– Я не смогу проводить тебя, пока не вернется Элисон.

Лора вздрогнула. Слава Богу, что няни не было дома! Мысль о том, что Элисон могла вернуться в разгар любовной сцены, заставила ее побледнеть.

– Это неважно, – спокойно сказала девушка. – Эскорт мне ни к чему. Доберусь сама.

– Ты уверена?

– Абсолютно. Спасибо. – Она держалась очень спокойно, но пришлось проглотить комок в горле, прежде чем произнести: – Поцелуй за меня Мэтью.

Следующие два дня Лора упорно наслаждалась заслуженным отдыхом. Она объездила все батские достопримечательности; затем, решив выбраться куда-нибудь подальше, прокатилась на пароходике по Эйвону и совершила автобусную экскурсию в Стоунхендж и ущелье Чеддер. Погода была словно по заказу – теплая, солнечная, не в пример ее настроению. Как ни старалась она отвлечься от своих проблем, ничто не помогало. Новый день казался ей скучнее предыдущего, а будущее рисовалось в мрачных тонах. Лора считала, что сумела устроить жизнь, найти хорошую работу и обеспечить себе независимость. Но все пошло прахом, когда она вновь встретила Гарета и узнала сына. Только теперь Лора с болью в душе осознала, какой пустой была эта жизнь.

В конце концов она сняла трубку и позвонила Гарету. Что ж, в крайнем случае он откажется с ней разговаривать. Но его не было дома. Она могла лишь оставить сообщение на автоответчике. Это повторялось трижды, и каждый раз она опускала трубку, не называя своего имени. То, что ей хотелось сказать, нельзя было доверить бездушному автомату.

Утром третьего дня она снова стояла у дома Гарета. Время текло слишком быстро. Перед возвращением в Эдинбург нужно было договориться о встречах с Мэтью. Кроме того, следовало рассказать правду об этом таинственном отказе от ребенка, что пошло бы на пользу всем троим. На этот раз Гарету придется выслушать ее.

Однако, как Лора ни крепилась, нервы ее были, как натянутые струны. Она твердила про себя все то, что собиралась сказать Гарету.

К великому облегчению, дверь открыла Элисон.

– О, здравствуйте, Лора.

– Привет! Гарет дома?

Элисон покачала головой.

– Нет, он уехал пару дней назад.

– Не говорил, куда собирается?

– Нет. – Молодая женщина таинственно понизила голос. – Ни словом не обмолвился. Я узнала об этом лишь наутро. Он оставил на кухне записку. Бедный Мэтью очень расстроился.

– Когда это было?

– В четверг утром.

Значит, Гарет удрал сразу после того злополучного вечера, зная, что Лора попытается говорить с ним о Мэтью, и не желая этого. Без особой надежды она спросила:

– Вы имеете представление, когда он может вернуться?

– О да! Он звонил и сказал, что приедет сегодня днем. Гарет не любит надолго оставлять Мэтью одного.

– Знаю…

Элисон поглядела на часы.

– Осталось недолго. Не хотите подождать?

Лоре это подходило как нельзя лучше. Если она будет ждать в квартире, Гарету волей-неволей придется ее выслушать, прежде чем он выставит ее. И все же она на секунду заколебалась. Гарету явно не понравится, если она без его разрешения увидится с Мэтью.

– К сожалению, Мэтью тоже нет, – продолжала Элисон. – Он остался ночевать у бабушки. Я как раз собиралась идти к ним пить чай. Наверно, пробуду там весь вечер. Так что вы сможете пообщаться с Гаретом без помех.

Уже не в первый раз Лора убеждалась, что эта проницательная девушка в курсе ее отношений с Гаретом и Мэтью. Грех было не воспользоваться такой возможностью.

– Что ж, спасибо. Я подожду.

Элисон проводила ее наверх и даже угостила кофе.

– Ожидание может затянуться, – предупредила она, протягивая дымящуюся чашку. – Так что устраивайтесь поудобнее.

– Спасибо.

Перед уходом юная няня слегка замешкалась.

– Конечно, это не мое дело, – внезапно выпалила она, – но вы ведь мать Мэтью, правда?

Глава 7

Чашка звякнула о молочник, расплескав кофе. Потрясенная, Лора посмотрела в глаза Элисон, но взгляд девушки был теплым и участливым.

– Да, – услышала она собственный голос.

– Я так и знала!

– Как вы догадались? Гарет сказал?

– Нет, что вы! – быстро успокоила ее Элисон. – Просто я видела вас рядом с Мэтью. Вы немного похожи, и, когда оказываетесь вместе, это становится заметно. И любите вы его слишком сильно для обычной гостьи. Ясно как дважды два!

Пытаясь собраться с мыслями, Лора отхлебнула кофе. Но когда она заговорила, голос ее дрожал.

– Наверно, вы, как и Гарет, осуждаете меня за то, что я отказалась от новорожденного Мэтью…

Элисон помотала головой.

– Нет. Я не знаю подробностей. Я уже сказала, что это не мое дело. Но Гарет часто рассказывал Мэтью о его матери. Нет-нет, – заверила она, видя, что Лора открыла рот, – я не знаю, что именно он говорил!

– Надо думать, ничего хорошего. Гарет не знает, что заставило меня отказаться от Мэтью.

– И вы хотите объяснись ему?

– Попытаюсь. – Лора тоскливо вздохнула. – Если бы я могла убедить его выслушать меня! До сих пор мне не везло.

– Заставьте его слушать! – с силой воскликнула Элисон. – Было бы замечательно, если бы вы создали настоящую семью. Мэтью нужна мать!

– Но Гарет больше не любит меня… – Лора с облегчением поняла, что у нее появилась верная союзница, которой можно доверить все свои секреты.

– Он так сказал?

– Весьма недвусмысленно.

– Гм-м… Ну что ж, побеседуйте с ним. Может быть, вам удастся уговорить его сойтись снова. Вы ведь этого хотите, правда? И не только из-за Мэтью?

Лора горько усмехнулась.

– Нет, не только. Мы ведь собирались пожениться, но из этого ничего не вышло…

– Очень жаль. Гарет такой интересный мужчина! Должна признаться, я часто думала, почему он не женится. Странно, что он до сих пор одинок.

– Одинок? – Поверить в это было невозможно. Гарет действительно слишком привлекателен, чтобы вести монашескую жизнь.

– Да. – Чудесные серые глаза Элисон на секунду заволокло дымкой. – О, у него масса знакомых женщин, но ни одной близкой подруги. Раньше это меня поражало, но теперь, после встречи с вами, я все поняла.

Лора решительно затоптала искру надежды, вспыхнувшую в душе после слов Элисон. Даже если Гарет одинок, она ему тоже не пара.

– Боюсь, наши отношения уже не спасти, – вздохнула Лора.

– Не сдавайтесь без борьбы!

– Попытаюсь…

И молодые женщины улыбнулись друг другу, радуясь взаимной симпатии. Поддержка Элисон позволила Лоре воспрять духом. Еще ничто не потеряно!

– Удачи вам, – тепло сказала Элисон. – Я была бы рада, если бы Мэтью рос в настоящей, полной семье.

– Но ведь тогда вы останетесь без работы.

– О, не стоит беспокоиться! Опытные няни сейчас нарасхват. Кроме того, я и сама собираюсь замуж.

– За Дэйва?

Элисон вздрогнула, но тут же рассмеялась.

– Ну конечно, вы же были здесь, когда я звонила! Да, Дэйв хочет, чтобы мы скорее поженились. А Мэтью растет, скоро я ему уже буду не нужна.

– Я очень ценю все, что вы для него делаете.

– Он чудесный ребенок. Присматривать за ним одно удовольствие!

– Я хочу поговорить с вами о мальчике. Теперь вы знаете, почему это меня так волнует.

– Конечно. Надо будет встретиться. – Элисон посмотрела на часы. – Но только не сегодня. Я уже опаздываю. – Девушка схватила со стула жакет, сумку и побежала к двери, но на пороге еще раз оглянулась. – Удачи!

После ухода Элисон у Лоры полегчало на душе. Когда появится Гарет, она сумеет заставить его слушать.

Но шло время, а его все не было. Уверенность Лоры в себе поколебалась. Гарет же прямо сказал, что не хочет больше ее видеть. Как он отреагирует на ее присутствие?

Она слонялась по комнате, рассматривала корешки стоявших на полках книг, но была слишком возбуждена, чтобы читать что-нибудь. На стуле у окна лежала одна из игрушек Мэтью – большой, красивый плюшевый мишка с алым бантом на шее. Лора подняла его и прижала к себе, продолжая бесцельно бродить по комнате.

Погрузившись в тревожные мысли, она наконец села и уперлась подбородком в мягкую голову мишки. Снова и снова она повторяла про себя то, что собиралась сказать Гарету. Скорее бы он пришел!

Часы пробили шесть, когда на лестнице послышались его шаги. Сердце у Лоры отчаянно заколотилось, она крепко обхватила своего плюшевого дружка и полными страха глазами уставилась на дверь, гадая, что скажет Гарет, когда увидит ее.

Прошло несколько мгновений, прежде чем он заметил Лору. Он медленно вошел в комнату, закрыл за собой дверь, опустил глаза и прислонился к дверному косяку. Сострадание затопило Лору, все ее дурные предчувствия исчезли. У него был жутко усталый вид. Гордая голова поникла, веселые искорки исчезли из серых, безжизненных глаз.

Лора инстинктивно дернулась навстречу, и в этот миг Гарет увидел ее. В его взгляде проснулась ярость.

– Какого черта тебе тут надо? – требовательно спросил он.

Лора проглотила комок в горле.

– Элисон разрешила подождать тебя, – объяснила она, демонстрируя спокойствие, которого и в помине не было.

– Ах, значит, Элисон? Где она?

– Ушла за Мэтью к твоей матери.

Гарет кинулся к Лоре с такой прытью, что у нее душа ушла в пятки. Но он остановился рядом и гневно посмотрел на нее.

– Не знаю, чего ты хотела добиться своим приходом, но буду очень признателен, если ты уйдешь. Сию же минуту!

Лора встала, чтобы оказаться с ним на равных. Разве можно отстаивать свои права, когда на тебя смотрят сверху вниз? Но даже поднявшись, ей пришлось вздернуть подбородок, чтобы заглянуть в его искаженное злобой лицо. Лора безотчетно стиснула в руках плюшевого мишку.

– Я должна поговорить с тобой, Гарет, – упрямо сказала она.

– А я сказал, что говорить нам больше не о чем. – В его глазах горело нетерпение.

Лора и не ожидала, что это будет легко. Сделав глубокий вдох, она спокойно сказала:

– Жаль, что ты так настроен. Я надеялась, у нас будет серьезный разговор без напоминаний о старых обидах. Мне бы хотелось сделать все для блага Мэтью.

– Ты слишком давно бросила сына, чтобы думать о его благе, – прорычал Гарет.

– Все пять лет я думала только о нем!

Гарет вновь посмотрел на нее скептически, но на этот раз не потребовал, чтобы она убиралась вон. Он пересек комнату и уселся на стул. Лора тоже села, пытаясь собраться с мыслями. Все должно было решиться в ближайшие минуты.

– Я вовсе не хочу вмешиваться в то, как ты воспитываешь Мэтью, – наконец промолвила она. – Но мне нужно хоть изредка видеть его. Разве это много?

– А ты дала мне такую возможность? – вспылил Гарет. – Если бы не Келли, я вообще не знал бы, что у меня есть сын. Поэтому не жди от меня сочувствия!

– Значит, ты хочешь лишить меня права видеть собственного ребенка? – укоризненно спросила Лора. – А о самом Мэтью ты подумал? Или для тебя важнее всего отомстить мне?

Взгляд Гарета стал желчным.

– Когда ты появилась в Бате, я подумал о Мэтью, – бросил он. – Но теперь жалею. Вам больше не следует встречаться.

– Почему? – Настала ее очередь задавать скептические вопросы. – Почему ты так думаешь?

– Мэтью начинает слишком сильно привязываться к тебе, – медленно произнес Гарет. Каждое его слово хоронило надежды Лоры. – Для ребенка было бы лучше, если бы ты потихоньку исчезла из его жизни, пока он не успел к тебе привыкнуть. Не могу допустить, чтобы ему причинили боль. Я говорил тебе это с самого начала.

– Конечно, нельзя причинять ему боль, – с готовностью согласилась Лора, уязвленная тем, что ее считают способной обидеть собственное дитя.

Мэтью начинает привязываться к ней! Ухватившись за эту мысль как за соломинку, она сделала еще одну попытку. – Я хочу одного: время от времени видеться с ним. Узнавать, как он поживает.

– Нет! – Гарет вскочил с места и вновь принялся расхаживать по комнате. – Я не желаю, чтобы ты была рядом! – Он повернулся и свирепо посмотрел на Лору. – Какого дьявола ты снова лезешь в мою жизнь? Ворошишь былые воспоминания, растравляешь старые раны… Зачем тебе это, Лора?

– Затем, что я не могу жить без Мэтью.

– Мэтью? – На мгновение он оторопел, словно не ожидал подобного ответа. – Откуда взялась эта внезапная любовь к брошенному тобой же ребенку?

– Внезапная? – Лора чуть не рассмеялась. – Гарет, я уже сказала, что искала его все эти годы. Я всегда любила свое дитя…

– Ну, а сейчас, когда ты нашла его, что дальше? Думаешь отнять у меня сына, как отняла все остальное?

Голос Гарета звучал не менее гневно, но Лора подняла голову как раз вовремя, чтобы успеть заметить на его лице выражение жестокой муки. Это потрясло ее. До сих пор она не представляла себе, как горячо Гарет любит сына, как не доверяет ей и боится бесцеремонного вторжения в их жизнь.

– Гарет, я никогда не решилась бы на такое, – очень строго сказала Лора, пытаясь разубедить его. – Клянусь, я не хотела тебе зла. Что мне сделать, чтобы доказать это?

– Ничего! О себе я сам позабочусь. Главное – чтобы ты не причинила зла Мэтью.

– Но я желаю ему только добра!

– В самом деле? – В тоне Гарета вновь появилась столь ненавистная ей ироническая нотка. – У тебя странное представление о добре. Ты отказалась от него сразу после родов.

– Нет! – выкрикнула Лора.

– Не пытайся морочить мне голову россказнями о том, что сделала это для его же пользы. Папаша не оставил бы тебя без поддержки. Тебе не надо было беспокоиться о деньгах, как многим матерям-одиночкам. Что скажешь в свое оправдание? Просто ребенок помешал бы тебе наслаждаться радостями жизни.

Звучавшая в его голосе ненависть поразила Лору, но он сам завел разговор о том, что все эти годы разрывало ей сердце. Он никогда не сможет понять ее, если не узнает правду.

– Гарет, я не отказывалась от Мэтью, – вымолвила Лора, умоляюще глядя ему в лицо.

Он саркастически захохотал.

– Нужно быть круглым идиотом, чтобы поверить этому. Забыла, что я видел твою подпись на документах об отказе от ребенка?

– Но ты не знаешь, как это вышло.

– Подробности меня не интересуют.

Лора тяжело вздохнула.

– Гарет, ты не понимаешь… Ради Мэтью, умоляю, позволь мне объяснить то, что произошло после его рождения. В конце концов когда-нибудь он сам узнает об этом.

Вместо ответа он отвернулся, медленно отошел к окну и принялся разглядывать пейзаж за окном. Эта поза не приглашала к откровенности, но и не мешала ей говорить.

«Молчание – знак согласия». Лора забилась в угол широкой тахты и прижала к груди плюшевого мишку. Прислонившись щекой к мягкой голове игрушки, она начала невеселый рассказ.

– После нашего разрыва я несколько недель была тяжело больна и лишь потом поняла, что беременна. Затем понадобилось время, чтобы набраться храбрости и рассказать обо всем отцу. Было поздно убеждать меня избавиться от ребенка, а то бы он непременно сделал это.

Она бросила быстрый взгляд на фигуру у окна, но Гарет хранил молчание, не подавая виду, что слышит ее.

– Отец все тщательно обдумал, хотя и был потрясен сообщением до глубины души. Он отослал меня к своей двоюродной сестре, жившей далеко от Лондона, договорился о частной лечебнице и уходе. Мне самой не пришлось ударить палец о палец.

– А тебе не приходило в голову, что ты уже взрослая и можешь сама позаботиться о себе? – сухо прозвучал голос с другого конца комнаты.

Лора сокрушенно вздохнула.

– Ты знаешь, что я привыкла жить по его указке.

– Я достаточно вынес, чтобы запомнить это на всю жизнь!

– Ты прав. – Она печально вздохнула. – После твоего ухода мне стало все безразлично, – продолжала она, немного помолчав. – В том числе и то, чем занят отец.

– Значит, и судьба ребенка тебя тоже не беспокоила?

– Неправда! – Лора ногтями вцепилась в медведя. – Ребенок был единственным, что у меня оставалось от тебя, – тихо добавила она.

– Я думал, ты меня ненавидишь.

– Я и ненавидела. – Ее глаза еще раз устремились на неподвижную фигуру Гарета. – Можно и ненавидеть, и любить одновременно.

На это Гарету возразить было нечего.

– Я осталась жить только ради этого ребенка, – призналась Лора. – Хотя и не слишком задумывалась, что будет потом. Я решила, что все образуется само собой.

– Вот в это я могу поверить!

– Но все получилось хуже некуда. Роды были тяжелые, и я несколько дней приходила в себя. Отец всегда был рядом. В голове у меня стоял дурман – наверно, от лекарств. Но я смутно помню, что отец давал мне подписывать какие-то бумаги. Он… Он был так добр! Говорил, что мне нельзя волноваться, что сам обо всем позаботится. Помню, я была ему очень благодарна. – Впервые за вечер ее голос дрогнул. – Следовало догадаться о его замыслах. Но я не догадалась… Никогда не прощу себе этого!

Словно из страшной дали, до нее доносились слова Гарета, смысла которых она не улавливала. Ее мозг был во власти кошмарных воспоминаний.

– Когда мне стало легче, я сразу же попросила принести ребенка, – продолжила Лора, словно разговаривая сама с собой. – До этого мне позволили всего лишь раз подержать новорожденного, и я очень хотела на него посмотреть. Я только о нем и думала. Сиделки ответили, что его принесут лишь при выписке, потому что мне нельзя волноваться. И я, как дура, поверила им!

У Лоры снова сорвался голос, и она на мгновение прижала к глазам крепко сжатые кулаки. Не сметь плакать! Только не сейчас!

– Лора…

Она не видела, как подошел Гарет. Он обнял ее и притянул к себе. Лора зарылась лицом в его надежное плечо. Дружеское участие помогло ей немного успокоиться.

– Если тебе трудно говорить, можешь не продолжать, – мягко промолвил он. – Об остальном я догадываюсь…

Лора замотала головой.

– Чем скорее ты все узнаешь, тем лучше.

– Как хочешь…

Нежные объятия Гарета придали ей сил.

– Правду мне сказал только отец. Он принял решение отдать ребенка еще до того, как тот родился. Я сама подписала документы, так что все было законно. Конечно, я умоляла его сказать, где искать ребенка, но он ответил, что уже поздно. Бумаги были переданы куда надо, а остальное его не касалось. Он уже ничем не мог – или не хотел – помочь мне. Он сказал… сказал, что когда-нибудь я буду ему благодарна за то, что он сделал, – убито закончила она.

Гарет уткнулся лицом в ее волосы, и Лора чувствовала, что его трясет. Ее же наоборот, после того, как все наконец открылось, охватило чувство невыразимого покоя.

– Прости меня, Лора, – глухо сказал Гарет. – Я не имел права осуждать тебя, не зная всей правды.

Она нежно провела рукой по его щеке, мокрой от слез. Сердце ее сжалось.

– У тебя действительно не было причин доверять мне, – честно призналась девушка.

– Ты слишком добра.

– Нет. Я понимаю, почему ты так думал. По правде говоря, я заслужила это наказание.

Голос Гарета окреп.

– Если кто и заслуживает проклятия, так это твой отец.

– Нет, – беззвучно вздохнула Лора. – Вначале я тоже так думала, поэтому и ушла из дома. Но когда он заболел, мне пришлось вернуться, и мы долго говорили о случившемся. В конце концов я поняла, что он искренне желал мне добра. Он хотел, чтобы я удачно вышла замуж, а ребенок помешал бы этому. Отец любил меня…

– Он выбрал странный способ доказать свою любовь.

– Может быть. Отец никогда не умел тонко и деликатно выражать свои чувства, но был убежден, что все делает для моего блага. – Лора снова вздохнула, вспомнив о тяжелом властном человеке, который был ее отцом. Джеймс проявлял свою любовь, давая ей деньги и пытаясь управлять ее жизнью. – Как бы то ни было, теперь все в прошлом, – твердо закончила она.

Теперь ее заботило лишь будущее. Ей хотелось спросить, не надумал ли Гарет разрешить ей хоть изредка встречаться с Мэтью. Но возникшее между ними взаимопонимание было еще слишком хрупким, и Лора испугалась, что любой неосторожный вопрос может нарушить его. Вместо этого она провела ладонью по его щеке и удовлетворенно вздохнула, ощутив теплые, надежные объятия. Сердце его билось сильно и уверенно, и она испытывала давно забытое чувство защищенности. Чего еще желать?..

– Как ты сумела найти нас? – спросил Гарет после долгого молчания.

– Что? – очнулась Лора.

– Что привело тебя в Бат? Отец ведь не сказал тебе, что Мэтью у меня. Почему ты приехала именно сюда?

– Когда отец умер, я обнаружила несколько коробок с его личными бумагами. Много раз собиралась я выкинуть этот хлам, но потом решила заглянуть в него и нашла конверт, в котором лежала фотография маленького мальчика. Надписи на ней не было, но я догадалась, что это Мэтью. – На губах Лоры расцвела нежная улыбка. – Он был очень похож на тебя.

– Да. Твоего в нем немного. Разве что волосы.

Неужели это радует Гарета? Лора насторожилась. Но нет, он говорил совершенно спокойно.

– А как выяснилось, что фотография сделана в Бате? – последовал еще один пытливый вопрос.

– Его сфотографировали в парке. На заднем плане были здания Ройял-кресент. Я опросила всех знакомых, и нашелся человек, который бывал в Бате и узнал это место.

– Понял. Проще некуда, – сухо сказал Гарет.

Лора открыла рот, собираясь ответить, но ее прервал стук входной двери и звук приближающихся голосов.

– Это Элисон с Мэтью…

– Да. – Лора выскользнула из объятий Гарета, оправила платье и волосы и торопливо стерла со щек следы слез. – Наверно, мне лучше уйти…

– Я отвезу тебя в гостиницу.

– Спасибо.

Внезапно она поняла: на сегодня достаточно. Ум заходил за разум. Надо остаться одной и попытаться прийти в себя. Слава Богу, Элисон сразу пошла укладывать Мэтью, успев лишь заговорщически улыбнуться. Лора была благодарна Гарету за то, что он подвез ее к гостинице, не вымолвив по дороге ни слова.

– Я позвоню тебе, – бросил он на прощание.

Ничего другого ей и не требовалось…

Уверенная, что Гарет выполнит обещание, весь следующий день Лора не отходила далеко от гостиницы. Но никто не позвонил. Ни в этот день, ни на следующий. Пару раз она попробовала позвонить сама, но на том конце провода откликался знакомый голос автоответчика. Либо Гарет снова уехал, либо не хотел брать трубку.

На третье утро Лора взбунтовалась. Она больше не собиралась ждать звонка, как влюбленная дурочка. Надо уехать на целый день и немного развеяться. Если Гарет все же надумает связаться с ней, пусть подождет: теперь его очередь.

Не желая оставаться в Бате, Лора взяла напрокат малолитражку и поехала знакомиться с окрестностями. Решение оказалось правильным. Она поняла это, когда ощутила душевный подъем при виде сельских красот. Стекло было опущено, и в салон врывался свежий, прохладный ветерок, особенно приятный после уличной жары и духоты.

Лора пробыла за городом весь день. После ленча она оставила машину на стоянке и прошла несколько миль по холмистой равнине. Компанию ей составляли только жаворонки и бабочки. Она вернулась в гостиницу поздно вечером, усталая, но довольная, впервые за все время пребывания в Бате почувствовав в душе мир и покой. В гостинице ее обрадовали сообщением, что несколько раз звонил мистер Райдер. И через несколько минут после ее прихода в номере раздался звонок.

– Лора?

– Хелло, Гарет.

– Где тебя носит? Я звоню целый день!

Его раздраженный тон заставил Лору поднять брови, но ответила она умышленно прохладно:

– Я ездила за город. У меня же все-таки отпуск. Что тебе нужно?

– Поговорить. Сможешь прийти завтра днем?

– Завтра? Конечно.

– Тогда в два часа.

Лора тщетно пыталась отыскать в его голосе следы нежности или хотя бы намек на то, что он действительно хочет ее видеть. Очевидно, ее ждет чисто деловая встреча.

– Хорошо, в два, – согласилась она.

На следующий день точно в назначенное время она прибыла на Ройял-кресент. Видно, разговор предстоял не из приятных, и она вновь решила, что не даст Гарету повода для ссоры.

Гарет был в квартире один; он объяснил, что Элисон с Мэтью ушли на ленч к его друзьям, так что никто не помешает их беседе.

– О чем ты хочешь поговорить? – устало спросила Лора. Как это надоело… В каждом его слове, каждом жесте снова сквозила неприязнь.

Однако этот невинный вопрос пробил броню его отчужденности. Он явно заколебался, а затем предложил выпить кофе.

– Нет, спасибо. – Не он один умеет при случае быть равнодушным и деловитым. – Ты ведь пригласил меня не просто так? Объясни, зачем я тебе понадобилась.

– Хорошо. – Он сунул руки в карманы брюк, принялся мерить шагами комнату, а затем резко повернулся к ней лицом. – Думаю, нам следует пожениться.

Глава 8

– Пожениться?.. – Лора так поразилась, что из ее горла вырвался какой-то писк. Этого она никак не ожидала. – Зачем?

– Зачем? – повторил он, сбитый с толку ее равнодушием во второй раз подряд. – Как зачем?!

– Вопрос совершенно естественный, – нетерпеливо пояснила Лора. – Надеюсь, ты не собираешься уверять, что страстно влюблен в меня?

Гарет ответил ей в тон.

– Было бы глупо рассчитывать, что давно умершие чувства могут воскреснуть.

Лора не сочла нужным отвечать. Ее собственные чувства вовсе не умерли, но признаваться в этом было не время. Сложив руки на коленях, она ждала объяснений.

– Это в интересах Мэтью. Элисон хорошо ладит с ним, но мальчику действительно нужна мать. Стоит ему еще немного подрасти, и он поймет, что его семья чем-то отличается от других. А ты, надо признать, идеально подходишь на роль матери для Мэтью…

Нервы напряглись до предела. Лора едва удержалась от саркастического вопроса, не следует ли ей представить три рекомендации, необходимые для поступления на хорошее место, но решительно подавила этот порыв. Дело было серьезное.

– Почему же ты до сих пор ни на ком не женился? – вместо этого спросила она.

Гарет нетерпеливо пожал плечами, словно считал вопрос неуместным.

– Просто не встретил женщину, которую сумел бы полюбить. Я не стал бы жениться на нелюбимой, лишь бы найти мать для Мэтью.

– А почему решился на это сейчас?

– Это совсем другое дело, – отрезал он.

– Хотелось бы надеяться…

– Судя по твоим словам, ты хотела бы жить рядом с Мэтью. А он уже привязался к тебе. Похоже, вы нашли общий язык. Это… соглашение… пойдет всем нам на пользу.

– О чем ты, Гарет? Что ты называешь соглашением?

– Я говорю о матери для Мэтью. Это станет гарантией, что ты не попытаешься отнять у меня сына, – сказал он с жестокой откровенностью.

– Неужели ты считаешь, что я на такое способна?

– Я считаю, что соблазн чересчур велик. А если то, что ты мне рассказала об отказе от ребенка, правда, суд мог бы отдать его тебе под опеку. Там предпочитают матерей. Я не могу исключить такую возможность.

– И поэтому предлагаешь мне выйти за тебя замуж?

– Да. – Он присел на угол письменного стола и начал крутить в пальцах авторучку. – Несколько дней назад мы говорили о романах эпохи Регентства. Так вот, если ты их читала, то должна помнить, что такие истории случались тогда сплошь и рядом. Это называлось «брак по расчету» или, если тебе так больше нравится, «деловое соглашение». Что скажешь?

Этот бесстрастный, деловитый тон заставил Лору содрогнуться. Неужели она так плохо знала Гарета? Неужели он может относиться к их браку как к деловому соглашению? И сможет ли она жить с ним на таких условиях?

– Ну?

Лора отчаянно замотала головой.

– Все слишком неожиданно, – взмолилась она. – Я не могу ответить сразу. Мне нужно время подумать.

– И долго ты будешь думать?

Этот вопрос был задан таким нетерпеливым тоном, что Лоре на секунду показалось, будто ответ имеет для него огромное значение. Но стоило бросить взгляд на лицо Гарета, как она поняла, что обманывает себя. На нем не было и следа нежности. Речь шла о сделке, которую надо было заключить как можно скорее.

– Недолго. Я прогуляюсь по парку. Ты задал мне трудную задачу.

Она с час ходила взад и вперед, размышляя над странным предложением Гарета. Ее первым побуждением было отказаться; глупо думать о семейной жизни с мужчиной, который прямо заявил, что больше не любит ее. Только одно соображение останавливало ее: Мэтью. Эта сделка дала бы ей право считаться законной матерью мальчика. Она бы смогла неотлучно быть с ним рядом, принимать участие в его воспитании, отдать ему то, чего недодала раньше. Ради этого можно согласиться на что угодно!

Внезапно она поняла, что измучена до предела. На глаза попалась свободная скамья, и она села, опустив на руки невыносимо болевшую голову. Брак по расчету, с ужасом подумала она. Как же должен был измениться Гарет, чтобы предложить такое! Впрочем, при чем тут Гарет? Ей надо думать о Мэтью, о том, будет ли это для него благом.

Где-то неподалеку работала газонокосилка. Свежий запах травы напомнил Лоре недавнее прошлое. Ну конечно, это та самая скамья, на которой она просидела столько часов, подстерегая Мэтью! Она воспряла духом. После приезда в Бат ей удалось многого добиться. Она не только нашла свое потерянное дитя, но и получила возможность стать ему настоящей матерью. О чем тут думать? Неделю назад об этом и мечтать не приходилось!

Ты хочешь большего – любящего мужа и настоящую семью, тихо возразил ей внутренний голос. Однако Лора к нему не прислушалась. Гарет настроен совсем не так враждебно. Наоборот, его еще тянет к ней. По крайней мере, физически. Стоит им пожениться, и былая любовь, возможно, вернется…

Раздавшийся позади топот заставил ее резко поднять голову. К ней бежал Мэтью. Встретив ее взгляд, он расплылся в счастливой улыбке. В этот миг Лора убедилась, что приняла правильное решение. Единственно возможное решение.

– Привет! Папа сказал, что ты здесь. Ты останешься к чаю? – одним духом выпалил он.

Лоре пришлось улыбнуться. Отчаянно хотелось взять его на руки и сказать, что она останется не только к чаю, но на всю жизнь, однако пришлось ограничиться более сдержанным ответом. Впрочем, и этого хватило, чтобы обрадовать мальчика.

Он рассказывал о друзьях, у которых был в гостях, когда шестое чувство заставило Лору оглянуться. К ним приближался Гарет. У Лоры сжалось сердце. Как же она его любит!

– Тебя так долго не было… Мы начали волноваться, не случилось ли что-нибудь.

Он присел рядом. Мэтью тут же помчался навстречу какому-то своему приятелю, и вокруг не осталось никого, кто мог бы подслушать их разговор.

– Ну? – тем же тоном, что и раньше, спросил Гарет.

Лора подняла голову и прямо взглянула ему в лицо.

– Послушай, если ты думаешь жениться на богатой наследнице, то сильно ошибаешься, —

неожиданно сказала она. – У меня нет ничего, кроме жалованья.

Он удивился.

– А что же случилось с деньгами папочки?

– Денег не было. Это выяснилось, когда он умер. Не знаю, что случилось – наверно, несколько неудачных вложений капитала. Кажется, за два последних года он потерял связи в финансовых кругах. Мне не досталось ничего, кроме долгов.

– Очень жаль, – пробормотал Гарет, в первый раз за день глядя на нее с сочувствием. Внезапно он цинично засмеялся. – Мы поменялись ролями, верно? Не расстраивайся, у меня хватит денег, чтобы содержать тебя так, как папочке и не снилось!

Лора окаменела.

– Не нужно меня содержать! – Ее подбородок надменно вздернулся. – Я научилась сама зарабатывать себе на хлеб и, надеюсь, смогу найти здесь работу не хуже, . чем в Эдинбурге. Я никогда не считала брак поводом к тому, чтобы сесть кому-то на шею.

Они долго смотрели друг на друга с вызовом. Наконец Гарет слегка пожал плечами.

– Это следует понимать как согласие?

– Да, – еле слышно ответила Лора. – Я выйду за тебя замуж.

Но тщетно она ожидала проявления каких-либо чувств: радости, облегчения, да чего угодно… Гарет стал мастером по части скрытности. Когда он открыл рот, голос его звучал абсолютно бесстрастно.

– Поняла, что это лучший выход из положения?

– Да. – Она превратилась в глыбу льда. – Да, ради блага Мэтью я готова на все!

Он начал перечислять, что надо успеть сделать до свадьбы. Лора слушала его молча, не понимая ни слова, как будто они говорили на разных языках.

Когда прибежал Мэтью, ей стало легче.

– Папа, папа, там продают мороженое. Можно? Пожалуйста!

– Подожди минутку, Мэт. Сначала я тебе кое-что скажу.

Гарет притянул мальчика к себе и простыми словами объяснил, что через несколько недель они с Лорой поженятся. Лора обратила внимание, что он ничего не сказал об их прежнем знакомстве. Наверно, он думает, что на первый раз с мальчика достаточно.

Когда Гарет умолк, Мэтью немного помолчал, обдумывая услышанное. Он посмотрел на Лору, а потом снова на Гарета.

– Значит, Лора будет моей мамой?

– Да.

– Хорошо. – Мэтью был полностью удовлетворен. – А теперь можно мне мороженое? Пожалуйста!

Лора наслаждалась, глядя на остолбеневшего Гарета, явно не ожидавшего такого легкого согласия. Но он быстро пришел в себя.

– Да, можно. Пойдем вместе.

– Думаешь, он понимает, о чем идет речь? – спросила Лора, когда они вслед за мальчиком шли к тележке мороженщика.

– Не уверен. Я еще поговорю с ним.

– И скажешь ему, что я его настоящая мать?

– Когда-нибудь позже.

– Гарет, по-моему… – начала было Лора, но Мэтью нетерпеливо замахал им рукой.

– Хватит, – быстро буркнул Гарет. – Сейчас не время и не место.

Однако и в последующие дни для беседы не нашлось ни того, ни другого. У Гарета всегда был благовидный предлог, чтобы избежать разговора, и он так умело увиливал, что Лора лишь спустя некоторое время поняла, что ее опять обвели вокруг пальца.

Велись спешные приготовления к свадьбе. Церемония должна была состояться через шесть недель. Все выглядело так, словно Гарет боялся, как бы она не передумала. Лоре хотелось надеяться, что он волнуется из-за нее, но он был так холоден, что ей волей-неволей пришло в голову: он просто не находит себе места от страха, что она отнимет у него ребенка.

Мэтью все это время был ее единственной отрадой. Он принял мысль о свадьбе без малейшего недовольства, и веселый, живой нрав мальчика с лихвой вознаграждал ее за безразличие отца. С каждым днем она все больше привязывалась к нему и наслаждалась возможностью наконец-то бывать с ним вместе.

Элисон посоветовала Лоре провести как-нибудь с мальчиком целый день, считая, что вдали от дома, без постоянного присутствия отца и няни им будет еще легче найти общий язык. Лора была в восторге от этой идеи и начала строить планы.

– Зачем это тебе? – подозрительно спросил Гарет, когда вечером она поделилась с ним замыслом. – Значит, мы с Элисон тебе мешаем?

– Конечно, нет! – Лора терпеливо повторила свои доводы. – Элисон считает, что так мы с ним еще скорее привыкнем друг к другу.

Гарета это нисколько не убедило, и Лора посмотрела на него ошарашенно. Да нет же, убеждала себя она, должен Гарет понять: Элисон скоро выйдет замуж, и ей придется самой присматривать за Мэтью. Гарету следовало радоваться, что она стремится к взаимопониманию с сыном. Но ход его мыслей понять было трудно, особенно в последние дни. Он держался вежливо, но еще более отчужденно, никак не проявляя своих подлинных чувств.

– Куда ты хочешь с ним пойти? – отрывисто спросил он.

– Еще не решила.

– Уж не собираешься ли ты с ним уехать из Бата?

– О, едва ли. По крайней мере, не в этот раз.

– Хочешь, чтобы он привязался к тебе еще больше?

– Естественно, Гарет, ведь это же мой сын. У меня было пока слишком мало времени, чтобы восстановить утраченное за годы разлуки.

– О да, он твой сын. Спасибо, что напомнила. Ведь это все, к чему ты стремилась, правда?

Горячность Гарета поразила ее.

– Да, я приехала в Бат, чтобы найти его, – осторожно согласилась Лора.

– Значит, теперь тебе ничто не мешает забрать Мэтью и не вернуться?

Лора задохнулась от негодования. Неужели он считает ее способной на такую жестокость?

– Ты сам не веришь этому. Я знаю, что значит потерять ребенка, и даже врагу такого не пожелаю.

– Почему я должен верить тебе на слово?

– Когда-нибудь ты научишься доверять мне. – Голос Лоры смягчился. Она начинала понимать причину его недовольства.

– Это легче сказать, чем сделать. Прежде я верил тебе. Я был готов отдать тебе жизнь, а ты отвергла ее. Разве странно, что теперь я вынужден быть осторожным?

– Нет, – тихонько вздохнула Лора. Неужели прошлое всегда будет стоять между ними? – Но ты обязан знать, что я никогда не причиню Мэтью вреда, – серьезно прибавила она, надеясь убедить его.

Гарет долго и пристально смотрел ей в глаза, а потом пожал плечами.

– Что ж, я не могу запретить тебе гулять с сыном, – равнодушно сказал он, и больше к этой теме они не возвращались.

Однако когда вечером Лора собралась уходить к себе в гостиницу, он вдруг произнес:

– Извини, что я так раскипятился. Надеюсь, вы с Мэтью хорошо проведете время, оставшись наедине.

На следующее утро Лора с сыном отправились в музей игрушек, а после ленча прогулялись вдоль протекавшего по городу канала Кеннет-Эйвон.

Хотя Мэтью провел в Бате почти всю свою жизнь, он до сих пор не был на канале. Его совершенно очаровали шлюзы, и Лора, крепко державшая сына за руку, начала понимать, почему этого сорванца к воде и близко не подпускали. Но все же Лора сумела уговорить его идти дальше – туда, где можно было увидеть моторную лодку.

Моторок не было, но хватило и мелочи, чтобы привести мальчика в восторг. Заросли одуванчиков ждали лишь сильного дуновения ветра, чтобы засыпать белыми парашютиками тихую воду. Им попалась болотная курочка, стремглав укрывшаяся в высоком тростнике, и выводок лебедей. Мэтью минут десять простоял над душой у какого-то рыболова, огрызаясь на Лору, шепотом уговаривавшую его стоять смирно и не распугивать рыбу. Он был вознагражден, когда на берег шлепнулся крошечный ерш, и ничуть не огорчился, что добыча была длиной всего в три дюйма. К счастью, малыш отвернулся и не видел, как рыбак, подмигнув Лоре, швырнул рыбешку обратно в воду.

Когда Мэтью устал, они присели на теплую от солнца скамейку и Лора вынула из кармана пакетик со сладостями, заранее припасенный для такого случая.

– Мне здесь нравится, – неразборчиво произнес Мэтью с полным ртом. – А где моторные лодки?

Лора улыбнулась. Треск, который она услышала несколько минут назад, теперь раздавался намного ближе. Взяв Мэтью за руку, она указала налево.

– Смотри туда.

Словно по мановению волшебной палочки, из-за поворота вылетела лодка, ярко раскрашенная в алое и зеленое. Они с безмолвным восхищением следили за разноцветным чудом, и Мэтью обрадовался, когда рулевой весело помахал им рукой.

– Хочу покататься, – заявил он, когда моторка скрылась за мостом.

– Да, мой милый. Может, мы и выберемся как-нибудь попозже. Наверно, эти лодки дают напрокат на время отпуска.

– Правда? – У Мэтью, захваченного этой идеей, засияли глаза. – Поедем?

– Может быть. – А вдруг Гарет не согласится? – Надо спросить у папы.

У нее растаяло сердце, когда секунду спустя мальчик тронул ее за руку.

– Это здорово, что ты моя мама, – улыбнулся он.

Прежде чем ответить, Лоре пришлось проглотить комок в горле.

– Надеюсь, милый, – нежно ответила она.

– Моя настоящая мама была похожа на тебя, – заявил малыш и сунул в рот еще одну мятную лепешку, не обращая внимания на то, как взволновали эти слова его спутницу.

– Что ты о ней знаешь?

Мэтью заболтал ножонками.

– Папа много рассказывал о ней. Она была красивая, добрая и любила меня больше всего на свете. Но она не могла смотреть за мной, когда я был маленький, и вместо нее это делал папа. – В его голосе прозвучала грусть. – Я хочу ее увидеть.

– Когда-нибудь увидишь. Обязательно! – прошептала потрясенная Лора.

Разве можно было ожидать, что Гарет, каковы бы ни были его подлинные чувства, научит мальчика хранить добрую память о своей матери? Ее неудержимо тянуло обнять малыша и сказать, что она и есть его мама, что она всегда любила его и действительно хотела жить с ним вместе. Но Гарет собирался сообщить ему эту чрезвычайную новость попозже, и она вынуждена была считаться с его желанием, как бы ни восставало против этого ее сердце.

– Хочу есть! – вдруг заявил мальчик. Лора невольно рассмеялась.

– Это после сладкого-то?

– Пакетик был совсем маленький.

– Уж какой есть. Ладно, раз так, пошли домой.

Мэтью с сомнением посмотрел на вьющуюся вдоль канала тропинку.

– Всю дорогу пешком?

– Не думаю. Давай-ка поднимемся по этой лестнице и посмотрим, куда она ведет.

К тайной радости Лоры, ступеньки вели на одну из главных улиц города. Всего в десяти ярдах была автобусная остановка.

– Мы поедем на автобусе?

– Да. Идти пешком далековато.

– Ура!

Лоре и в голову ни приходило, что поездка на автобусе станет для сына украшением дня. Очевидно, Гарет всюду возил мальчика на машине, и автобус был Мэтью в диковинку. Лора развеселилась: ей удалось утереть Гарету нос!

Впрочем, Гарет и сам засмеялся, когда она рассказала ему эту историю.

– Никогда не думал, что бедный Мэт чувствует себя ущемленным оттого, что не ездит на автобусе. Сколько денег можно было бы сэкономить!

Лора лукаво улыбнулась.

– Приятно слышать, что ты такой экономный!

– Почему? – осторожно спросил Гарет.

– Похоже, Мэтью предложит тебе провести следующий отпуск на канале.

– На канале?

Лора принялась рассказывать, усмехаясь при виде того, как на лице Гарета по очереди отражались удивление, понимание и облегчение.

– Я решила предупредить тебя заранее.

– Надеюсь, ты умеешь править лодкой и проходить через шлюзы? – парировал он. Настала его очередь смеяться, когда Лора бросила на него вопросительный взгляд. – Забыла, что ты поедешь с нами?

Конечно, забыла! Ей все еще не верилось, что через несколько недель она станет матерью Мэтью и женой Гарета.

– Да, к этому времени мы будем женаты. И если ты хочешь жить с Мэтью, придется взять впридачу и меня.

– Ну что ж…

– Бедняжка Лора!

Она хотела было возразить, что он не так понял ее, что она любит его так же, как и пять лет назад. Но Гарет успел снова нацепить ироническую улыбку и только захохотал бы, вздумай она признаться ему в любви.

– Мэтью остался очень доволен прогулкой, – неожиданно произнес Гарет. – Хочешь еще раз погулять с ним?

– Хочу. После возвращения из Эдинбурга непременно сходим куда-нибудь.

– Все еще не отказалась от мысли покинуть нас.

– Гарет, я должна это сделать. Надо помочь Брайену.

Они уже говорили об этом, но не пришли к согласию. Лора позвонила Брайену сразу же, как только согласилась на брак с Гаретом, и предупредила, что уходит, но отработает положенный месяц. Ей предстояло разобрать накопившееся за время отпуска, сдать дела преемнице, отказаться от квартиры и уложить багаж. Это решение казалось вполне разумным. Но Гарет был иного мнения.

– Не понимаю, зачем тебе уезжать, – спорил он. – Неужели никто другой не справится с этой работой?

– Никто. Кроме того, я уже обещала Брайену вернуться и доработать свой срок. Он был очень добр ко мне.

– Что-то ты подозрительно торопишься к нему. Не в нем ли кроется причина твоего желания поскорее вернуться в Эдинбург?

– Конечно, нет, – возразила Лора, выведенная из себя этим беспочвенным обвинением.

Уж не ревнует ли он? Не может быть! Ревнуют только того, кого любят…

– Гарет, Брайен мой друг, не более того, – терпеливо объяснила она. – Он очень хороший человек, но ему уже пятьдесят, он тридцать лет женат, и у него прекрасная семья. А думаю я только о работе, которую нужно закончить.

Гарет не успокоился, но, к облегчению Лоры, больше не сопротивлялся. Наоборот, удивил ее, заявив:

– Утром я подброшу тебя в Бристоль, чтобы избавить от лишней пересадки.

– Гарет… – После холодной учтивости последних дней она не знала, чему приписать эту внезапную вспышку заботливости. – Не беспокойся, я сама доеду.

– Знаю, – вдруг улыбнулся он. – Но не хочу, чтобы ты опоздала на поезд. Чем скорее ты доберешься до Эдинбурга, тем скорее вернешься обратно в Бат. Надеюсь, ты не слишком заработаешься, чтобы опоздать на собственную свадьбу.

На губах его играла усмешка. Лора не могла понять, насколько серьезны его слова, и постаралась ответить в тон:

– Конечно, не забуду. У меня духу не хватит огорчить Мэтью. Он думает, что свадьба – это что-то вроде Рождества или дня рождения.

– Ах да… – проворчал Гарет. – Мэтью…

На следующее утро они прибыли в Бристоль как раз к поезду. Когда Гарет заехал за ней в гостиницу, Лора была полностью готова. Почти все ее вещи оставались в номере; она договорилась, что туда до ее возвращения никого не поселят. Лора взяла с собой лишь легкий жакет и сумочку с дорожными принадлежностями. Гарет шутливо покрутил головой, делая вид, что ищет как минимум четыре чемодана с нарядами, и они дружно посмеялись. Было почти так же весело, как в пору их первого знакомства.

Теперь же, стоя на платформе, они неловко молчали. Лора никогда не любила прощаться, а сегодня ей было особенно трудно, потому что сердце сжимала неясная тревога.

Где-то у них над головой проснулся громкоговоритель.

– На третий путь прибывает поезд, следующий по маршруту Бирмингем-Шеффилд-Йорк-Эдинбург. Отправление в девять часов тридцать три минуты.

– Во сколько ты будешь дома? – спросил Гарет.

– Поезд приходит около пяти. Серьезных опозданий здесь не бывает.

– А от вокзала долго добираться?

– Не очень. Там хорошее автобусное сообщение.

Что с ними творится? Лора была подавлена. Они собираются через месяц с небольшим пожениться, а разговаривают, как чужие.

Вдруг Гарет спросил:

– Лора, ты вернешься?

Он что, шутит?

– Ну конечно, – улыбнулась она. – Забыл, что через пять недель наша свадьба?

Гарет мрачно сверкнул глазами.

– Однажды мы уже собирались пожениться, но ты исчезла, – с горечью сказал он. – Наверно, забыла?

– Ничего я не забыла! – Лора повернулась и порывисто положила руки на лацканы его пиджака. – Гарет, теперь такого не случится. – Голос ее дрожал от волнения. – Все будет по-другому.

– Да?..

Показался эдинбургский поезд. Люди вокруг засуетились.

– Поезд прибывает на третий путь, – голосом робота произнес громкоговоритель.

Гарет протянул руки и крепко обнял Лору.

– Возвращайся, – шепнул он, зарывшись лицом в ее волосы. – Возвращайся ко мне!

– Да… Ох, Гарет, я вернусь, как только смогу. Обещаю! – Она хотела сказать, что вернется, потому что любит его, но не была уверена, стоит ли это делать, и лишь промолвила: – Ты знаешь, я обязана вернуться. Я обещала Мэтью.

Ладонями, по-прежнему прижатыми к его груди, она тут же ощутила, что его тело напряглось. Она сказала что-то не то?.. Но было слишком поздно. Поезд остановился у платформы, и пассажиры ринулись в вагон. Надо было поторопиться, чтобы занять место поудобнее.

– До свидания, Гарет. – Она решительно высвободилась из его объятий и удивилась тому, как неохотно он ее отпустил. – Береги себя.

Вагон быстро наполнился, но в отсеке для некурящих нашлось свободное сиденье. Бросив на него жакет, она быстро опустила окно.

Гарет стоял на прежнем месте, мрачно уставившись в пространство. Услышав свое имя, он оглянулся и подошел к краю платформы. Лора высунулась из окна. Теперь их лица оказались на одном уровне, и она сделала самую простую и самую естественную вещь на свете: наклонилась, положила руки ему на плечи и поцеловала.

Секунду он стоял неподвижно, словно превратившись в соляной столп, а затем сжал ее плечи, притянул к себе и поцеловал в ответ так страстно, так отчаянно, что она чуть не задохнулась.

Вдалеке раздался гудок, вагон дернулся, заставив их разжать объятия, и медленно тронулся. Лора бесшабашно высунулась из окна и помахала рукой.

– До свидания, Гарет! Я люблю тебя!..

Но шум поезда заглушил эти слова, и она не была уверена, что Гарет услышал их.

В первые часы после возвращения в знакомую контору она чувствовала себя слегка неуютно, но к концу рабочего дня уже казалось, что она никуда не уезжала. Разбирая горы бумаг, скопившиеся в ее отсутствие, Лора развлекалась мыслью, что события последних недель – всего лишь волшебный сон. В самом деле, чем больше она думала о заключенном с Гаретом соглашении, тем более фантастическим оно ей казалось.

Вики считала эту историю чрезвычайно романтичной.

– Поразительно, как вам удалось найти друг друга через столько лет, – вздыхала она. Ее пальцы вновь и вновь застывали на клавишах пишущей машинки. – И он все еще хочет жениться! Должно быть, он очень любит тебя.

– Мы женимся только ради Мэтью, – объясняла Лора. Но ее молодая любопытная подруга продолжала выпытывать подробности этой удивительной истории. Да и сама Лора чувствовала потребность выговориться, рассказать правду о безумной затее непредубежденному человеку.

– Ох, перестань, – насмешливо говорила Вики. – Люди не женятся только ради ребенка. По крайней мере, в наше время. Я думаю, он все еще любит тебя, только боится признаться.

Теперь уже Лора иронически фыркнула.

– Ты не знаешь Гарета. Он не боится никого и ничего.

– Да ну? – Вики с видом заговорщицы наклонилась к ней. – Ты уверена, что так хорошо знаешь его? Сама же говорила, что вы не виделись целых пять лет. Я убеждена: он боится потерять и ребенка, и тебя. Но он не уверен, как ты к нему относишься после стольких лет разлуки, и поэтому выдумал этот «брак по расчету», чтобы удержать тебя.

Лора с отсутствующим видом пожала плечами:

– Так ты думаешь, он еще любит меня? – спросила она, не пытаясь скрыть грусть. – Любит не только как мать Мэтью?

– Конечно! Ни один мужчина не женится на той, которую не любит, лишь бы найти мать для сына, – с юношеской самоуверенностью ответила Вики. – Для этого нужно нечто большее.

– Может быть… – Несколько минут Лора обдумывала эту мысль, но при виде горы бумаг и отчетов вспыхнула и спустилась с небес на землю. – Что бы ни было, а я должна до отъезда разобрать эти завалы, – твердо сказала она. – Берись за дело, Вики. Я займусь двумя дюжинами писем, требующих ответа.

Вики поняла намек и сразу же села за машинку. Но ее слова продолжали эхом отдаваться в мозгу Лоры, пока она не запретила себе отвлекаться. Вики многого не знала, и прежде всего она не знала Гарета. Кроме того, она слишком молода и романтична. Жизнь не била ее так, как Лору.

Дни были заняты работой, вечера – сборами, и время шло удивительно быстро. Четыре недели, которые при расставании с Гаретом казались такими длинными, незаметно подошли к концу. Пора было возвращаться на юг. На собственную свадьбу.

Брайен отвез ее на вокзал. Громоздкие вещи, которые нельзя было увезти поездом, остались в квартире подруги. Когда-нибудь ей придется вернуться за ними.

– Волнуешься? – спросил Брайен, когда они стояли на платформе. Он улыбался, уверенный в ответе.

– Не знаю, – честно призналась Лора.

– Но ты ведь хочешь замуж за своего Гарета?

– Да… Да, конечно. Желала бы я знать, чего хочет он.

– Это и так ясно. Он любит тебя.

– Вы так думаете? Он говорил лишь о том, что Мэтью нужна мать, но ни словом не обмолвился, что я нужна ему самому. Во всяком случае, ни разу не сказал, что любит меня.

– Может быть, он не торопится обнаруживать свои чувства, поскольку не уверен в твоих?

Лору поразило, что Брайен слово в слово повторил сказанное Вики. Но девушка еще раз напомнила себе, что никто из них не знает Гарета лучше ее. Гарета Райдера нельзя было заподозрить ни в уязвимости, ни в отсутствии уверенности в себе.

– Лора, дорогая, – тепло сказал Брайен, – ты знаешь, что я желаю тебе счастья. Дашь нам знать, как идут дела?

– Обязательно! Может быть, я скоро вернусь. Нужно забрать остатки барахла. Нельзя долго держать его в квартире у Анны.

– Может, тебя привезет на машине Гарет? Прихватили бы Мэтью. Мы были бы рады познакомиться с ними обоими.

– Может быть, – согласилась Лора, но в голосе ее прозвучало сомнение.

Брайен обнял ее.

– Не беспокойся! Уверен, все будет хорошо. Ты заслужила это. В последние годы тебе сильно досталось. Мы будем болеть за тебя!

Эти теплые слова все еще звучали в ушах Лоры, когда она подъезжала к Бату. Она не знала заранее, каким поездом приедет, и ждать, что Гарет встретит ее, было бессмысленно. Но Лори все же высматривала его и в Бристоле, и в Бате и не смогла скрыть разочарования, когда Гарета на вокзале не оказалось. За время пребывании в Эдинбурге Лора несколько раз говорила с ним по телефону, но беседы сводились к обсуждению подробностей предстоящей свадьбы. И вдруг она почувствовала, что сгорает от нетерпения поскорее увидеть его.

Оказавшись в уже привычном номере гостиницы, Лора тут же бросилась к телефону.

Подошла Элисон. Услышав голос Лоры, она искренне обрадовалась, и несколько минут они щебетали, словно старые подруги, обмениваясь последними новостями. Элисон поведала, что ее собственная свадьба назначена на конец сентября. Таким образом, им было что обсудить.

В конце концов Лора вспомнила, зачем звонит.

– Гарет дома?

– К сожалению, нет. Сегодня утром уехал в Лондон, Все случилось в последнюю минуту, и предупреждать вас было уже поздно.

– И когда он вернется?

– Завтра, но во сколько точно, неизвестно. Ах да, он же просил узнать, не пообедаете ли вы с ним завтра вечером.

– Конечно.

– Когда он объявится, я ему передам. А что вы делаете сегодня вечером?

– Не имею понятия.

Лора была подавлена. Здравый смысл подсказывал, что Гарет не мог умышленно уехать в тот самый день, когда ей предстояло вернуться. Но здравый смысл не мог рассеять уныния, охватившего ее при мысли об одиноком вечере в номере отеля.

– Почему бы вам не приехать? – предложила Элисон. – Поможете мне уложить Мэтью, а потом поужинаем вместе!

Лора страшно обрадовалась предложению. Она не могла дождаться момента, когда вновь увидит сына, по которому за время отсутствия сильно стосковалась. Почти так же, как по Гарету.

Если Лора и боялась, что за долгие недели Мэтью забыл ее, то все страхи развеял буйный восторг, с которым он встретил ее. Она едва не залилась слезами, когда мальчик сказал, что скучал по ней. Они не могли наговориться, а Элисон довольно улыбалась, любуясь счастливой парочкой.

Лора послала сыну несколько открыток с видами Шотландии, чтобы тот мог представить себе то место, где она жила прежде. Теперь он зачарованно слушал рассказ об этих местах. Особенно по душе ему пришелся замок на холме неподалеку от Эдинбурга, где каждый день ровно в час стреляли из большой пушки. Мальчик тут же решил, что в следующий раз, когда Лора соберется в Шотландию, он непременно поедет с ней. И Лора без раздумий согласилась. Она знала, что Брайен, Вики и все ее друзья будут ему рады.

– Но вы ведь не собираетесь возвращаться в Эдинбург? – поинтересовалась Элисон, когда Мэтью наконец отправился спать и у них появилась возможность поговорить откровенно.

– Когда-нибудь придется, – ответила Лора и рассказала про оставленные у подруги вещи. Рано или поздно надо будет переправить их сюда.

– Ах, вот оно что, – успокоилась Элисон, боясь услышать другой ответ. – Конечно, Гарет отвезет вас. Стоит только попросить.

– Наверно, я так и сделаю.

Но за четыре недели отсутствия у нее накопились дела поважнее. Им было что обсудить с Гаретом, и она не могла дождаться, когда же наступит завтрашний вечер.

Глава 9

Лора с особой тщательностью готовилась к вечеру с Гаретом. Она приняла ванну, вымыла голову и надела одно из платьев, которые привезла из Эдинбурга. Несколько красивых платьев оставались единственной памятью о той роскошной жизни, которую она вела в прежние времена. Много раз Лора собиралась выбросить их; они мало подходили к стилю ее новой жизни. Но сейчас Лора была рада, что не поддалась этому порыву. Простые, классические линии платья из переливающегося голубого шелка оставались такими же модными, как и во время покупки, а сегодня ей хотелось выглядеть особенно красивой.

Лора опустила поднятый было тюбик губной помады и посмотрела на свое отражение. Глаза ее стали нежными и мечтательными. Это платье было особенно дорого ей; девушка надевала его в тот вечер, когда Гарет сделал ей предложение. Тогда он крепко обнял Лору и прошептал, что любит ее больше всего на свете. Воспоминание о том чудесном вечере едва не заставило ее забыть о хладнокровном предложении вступить в «деловое соглашение».

Настроение слегка испортилось. Лора подняла тюбик, завершила вечерний макияж, еще раз посмотрелась в мутное зеркало над туалетным столиком и, как ни странно, осталась довольна собой. Кажется, время не слишком сильно изменило ее. Талия осталась по-прежнему тонкой, но бедра после рождения Мэтью стали чуть шире. Интересно, что думает об этом Гарет? Смог бы он полюбить ее так же, как любил красивую и взбалмошную восемнадцатилетнюю девчонку? Неужели он говорил искренне, что та любовь умерла?..

Приехав за Лорой, Гарет смерил ее долгим изучающим взглядом, но от комментариев воздержался.

– Надеюсь, у тебя не было других планов на вечер? – вежливо спросил он, провожая ее к «ягуару».

– Нет.

– Вот и отлично. Поездка в Лондон свалилась как снег на голову, и я не смог предупредить тебя. Извини.

– Все в порядке.

У Лоры заныло сердце. Снова они держались так, словно были едва знакомы: вежливо и отчужденно. Как преодолеть возникший между ними барьер? Может быть, со временем они вновь узнают друг друга и станут ближе?

Они направлялись в очень дорогой загородный ресторан, располагавшийся в перестроенной старой мельнице на берегу реки. Гарет заранее заказал столик у окна, из которого открывался прекрасный вид на широкий, полноводный Эйвон. Бросив взгляд на других посетителей, Лора порадовалась, что столько времени посвятила своей внешности. Видно, Гарет придавал этому вечеру особое значение, и Лоре хотелось, чтобы он мог гордиться ею.

Закрывшись предложенным ей меню, Лора исподтишка изучала своего спутника. Он тоже постарался одеться как можно тщательнее. На нем был замечательно сшитый темный вечерний костюм и белоснежная рубашка; он выглядел элегантным, уверенным в себе и казался Лоре чрезвычайно привлекательным. Конечно, все эти хлопоты доказывали, что Гарет искренне хочет наладить с ней отношения.

Когда у них приняли заказ, Лора откинулась на спинку стула и впервые посмотрела в окно. В лучах вечернего солнца река казалась свинцово-серой; ее гладкую как стекло поверхность нарушала лишь мелкая рябь от свешивавшихся в воду ветвей плакучей ивы. Мимо величественно проплыла пара лебедей. Все было настолько безмятежно, что она физически ощутила, как напряжение постепенно покидает и тело, и душу.

Она приветственно подняла бокал и улыбнулась сидевшему напротив Гарету.

– Спасибо, что привез меня сюда. Тут чудесно.

– Рад, что тебе понравилось. – Он сделал глоток вина, а затем спросил: – Как дела в Эдинбурге?

Она немного рассказала о том, чем занималась последние недели, вспоминая в основном забавные эпизоды. А история о том, как в бристольском поезде ловили безбилетника, даже заставила его рассмеяться. В свою очередь Гарет рассказал, что ездил в Лондон на встречу с людьми, которые хотят сделать из его последнего романа телесериал. К тому времени как официант принес закуски, их скованность значительно уменьшилась.

Еда была поразительно вкусной. Поглядев на полную тарелку зажаренной до золотистой корочки рыбы, Лора почувствовала, как в ней просыпается аппетит, почти исчезнувший в дни, когда на нее свалился ворох работы.

– М-мм, как вкусно! – простонала она, обглодав последнюю рыбку, и с довольным вздохом откинулась на спинку стула.

Озорные искорки заиграли в глазах Гарета.

– Похоже, в Шотландии тебя совсем не кормили.

– Ты прав, я там почти ничего не ела, – улыбнулась Лора. – Времени не было. Если бы я заботилась еще и о еде, то наверняка не успела бы вернуться к сроку.

– Наверно, придется позвать официанта и заказать еще что-нибудь. Не дадим тебе похудеть.

– О, эта опасность мне не угрожает!

– Нет. – Смешливое выражение исчезло с лица Гарета. Он медленно, оценивающе рассматривал ее черты. Затем его взгляд опустился ниже, к открытому вырезу платья.

У Лоры пересохло во рту, когда он принялся изучать ее полную грудь, обтянутую тонким шелком.

– Сегодня ты прекрасно выглядишь, – негромко сказал Гарет. Голос его слегка охрип от нескрываемого желания.

– Спасибо. – Этот нехитрый комплимент стоил дороже всех цветистых фраз, которые она слышала от Гарета в юности. Тем более что похвала была совершенно неожиданной.

– Как ни странно, сейчас ты еще красивее, чем тогда, когда впервые надела это платье.

Глаза Лоры расширились.

– Так ты помнишь?..

– Еще бы! – У Гарета скривились губы. – Хорошего дурака я свалял в тот вечер! Вывернул перед тобой душу, умолял тебя стать моей женой… Конечно, ты не в первый раз слышала объяснения в любви и, должно быть, немало позабавилась…

– Гарет, нет!

– Нет? Я вообще сомневаюсь, собиралась ли ты за меня замуж.

– Конечно, собиралась.

– Но папочке не составило большого труда отговорить тебя.

Лора опустила глаза, сознавая свою вину.

– Ты не знаешь, как это случилось, – тихо произнесла она. – Отец не давал мне проходу, твердя, что я погублю свою жизнь, если уеду с тобой, что ты ни за что не женишься на мне, что тебе нужны только мои деньги…

– И ты верила ему?

– Нет! Тогда я вообще ничему не верила. Я так привыкла подчиняться, что не сумела устоять. Но я знала тебя и понимала, что деньги не имели для тебя значения.

– Думаешь, ты знала меня? Разве мы по настоящему знали друг друга?

Лора вздрогнула и испуганно посмотрела ему в глаза.

– Что ты имеешь в виду? Мы оба любили…

– Это не то же самое, – сухо отрезал он. – Ты говоришь, что деньги не имели для меня значения. Неправда. Я боялся, что когда-нибудь ты уйдешь от меня, устав от бедности.

– Ты думал, что я такая корыстная? – чуть не заплакала Лора.

– Тогда ты была совсем другой. Ты понятия не имела, что такое жить на грани прожиточного минимума. Конечно, сейчас все изменилось, и я достаточно обеспечен. Как ты считаешь, это может поссорить нас?

– Нет. Мы постараемся не ссориться. Гарет…

Но в эту минуту официант принес горячее, и им пришлось прервать беседу. Когда он подал ей эскалоп из телятины, а Гарету – бифштекс, наполнил бокалы и наконец ушел, момент был упущен. Лора не могла вспомнить, что хотела сказать.

Они молча принялись за еду. Лора чувствовала, что между ними снова разверзлась пропасть, и с грустью гадала, удастся ли им когда-нибудь преодолеть ее.

Когда подали десерт, Гарет внезапно произнес:

– Мэтью скучал по тебе.

Нежная улыбка тронула губы Лоры.

– Да. Жаль, что мне пришлось уехать как раз тогда, когда мы начали узнавать друг друга.

Гарет помрачнел.

– Боюсь, бедный Мэтью привык к тому, что отец постоянно исчезает на несколько дней, а то и недель. Удовольствия мне это не доставляет, но у меня нет выбора. Я надеялся, что ты сумеешь заменить меня.

– И заменю! – Оскорбленная прозвучавшим в его голосе обвинением, Лора ответила резче, чем ей хотелось.

– Как же ты это сделаешь, если сразу после свадьбы собираешься снова сбежать в Эдинбург?

Лора удивленно захлопала глазами.

– Кто тебе сказал такую чушь?

– Мэтью. – Лицо Гарета помрачнело. – Кажется, он думает, что ты возьмешь его с собой.

– Ох! – Теперь Лора поняла, почему он так зол и обижен. В пересказе Мэтью это прозвучало так, словно она собиралась тайком увезти сына. Она поторопилась все объяснить и с облегчением увидела, что выражение его лица смягчилось.

– Так ты окончательно ушла с работы?

– С прежней – да. Может быть, со временем найду что-нибудь похожее в Бате.

– Зачем? Тебе это совершенно ни к чему.

– Знаю. Но я получаю от работы удовольствие. Она позволяет мне чувствовать себя независимой.

– Что это значит, Лора? Когда у меня появились деньги, ты стала слишком гордой, чтобы жить на моем иждивении?

– Нет. – Ее охватило раздражение. – Почему ты каждый раз неправильно толкуешь мои слова?

– Наверно, потому что ты меня к этому приучила. – Он не сводил с нее мрачных, недоверчивых глаз. – Кстати говоря, я забочусь об интересах Мэтью. Хочу быть уверен, что за ним будет хороший присмотр.

– Можешь не беспокоиться. Ничто не помешает мне стать Мэтью хорошей матерью, – ледяным тоном отрезала она. – Ведь именно из-за этого ты и женишься на мне, правда?

Гарет ответил не сразу, и в сердце Лоры вспыхнула слабая надежда, что она вот-вот услышит про другие, более важные причины, которые заставили его сделать это предложение.

– Да, конечно, – уронил Гарет.

Лора поглядела на замечательный клубничный мусс и тихонько вздохнула. У нее снова исчез аппетит.

– Ты уже сказал Мэтью, что я его настоящая мать? – спросила она, взяв ложечку и неохотно подцепив лежавшую сверху ягоду.

– Нет.

– Почему?

– Времени не нашлось, – уклончиво ответил Гарет.

– И когда же ты собираешься сделать это? – настаивала она.

Гарет в упор взглянул на нее. В глубине его голубых глаз притаилась злость.

– Что за спешка? – досадливо спросил он. – Бедный ребенок еще не переварил новость о нашей свадьбе. Почти пять лет мы прожили с ним вдвоем. Ему требуется время, чтобы привыкнуть к новому члену семьи.

– Но ведь все это время здесь жила Элисон.

– Няня это одно, а жена и мать – совсем другое.

– Ты имеешь в виду, что от меня в случае чего будет трудно избавиться? – едко бросила она.

– Что-то в этом роде, – согласился Гарет.

Попытке ответить помешало очередное появление официанта. Она начинала люто ненавидеть беднягу.

– Хочешь ликеру к кофе? – предложил Гарет, продолжая играть роль гостеприимного хозяина.

– Нет, спасибо.

– Как пожелаешь.

Когда принесли кофе, Лора вновь вернулась к важной для себя теме.

– Ты не думаешь, что чем скорее Мэтью узнает правду, тем легче ему будет привыкнуть ко мне?

Лицо Гарета стало каменным.

– А ты не думаешь, что я знаю Мэтью немножко лучше? – с силой произнес он.

– Конечно, лучше, – поспешила согласиться Лора.

– Дай срок. Он слишком мал. Не стоит обрушивать на его голову целую лавину новостей.

Лора вспомнила о разговоре с Мэтью на канале. Нет, Гарет ошибается! Мэтью был не по годам развит и заслуживал того, чтобы узнать правду именно сейчас, когда она становилась законным членом семьи, а не в неопределенном будущем. Однако не хотелось спорить с Гаретом о том, что он принимал слишком близко к сердце. Все эти годы он один отвечал за сына и теперь, естественно, обижается, считая, что она вмешивается не в свое дело.

Воспоминание о дне, проведенном на берегу канала, пробудило в Лоре чувство, что она должна сказать Гарету нечто важное. Ах да!

– Оказывается, ты много рассказывал Мэтью обо мне…

– Откуда ты знаешь? – вскинулся он.

– Мэтью вспоминал о своей настоящей матери. Мне и в голову не пришло признаться, что это я! – быстро добавила она, видя, что лицо Гарета вновь потемнело. – Спасибо. Ты научил сына хорошо думать обо мне. – Она застенчиво улыбнулась. – Даже если это и не совсем верно.

Но Гарет не улыбнулся в ответ.

– Ты считаешь меня способным заставить ребенка возненавидеть собственную мать? – холодно осведомился он.

Улыбка Лоры увяла.

– Я вовсе не это имела в виду, – возразила она, возмущенная его реакцией. У нее тоже есть нервы! Он сознательно выворачивает наизнанку каждое ее слово!

– Ладно, не будем спорить. Хочешь еще кофе?

– Нет, спасибо. – Она хотела только одного: поскорее вернуться домой. Вечер, на который возлагались такие большие надежды, был окончательно испорчен.

Было уже поздно, но удивительно тепло. На темно-сапфировом небе горели звезды, неподвижный воздух был наполнен опьяняющим запахом жимолости. Стояла одна из прекрасных летних ночей, столь редких для Англии. Какая романтическая картина! Для полного счастья не хватает только лунного света, грустно подумала Лора. Лунного света и человека, который относился бы к ней без ненависти. Она вздохнула.

Гарета же нисколько не волновали ночные красоты. В темноте его ладонь коснулась обнаженной руки Лоры, но тут же обнаружилось, что он хочет всего лишь открыть перед ней дверцу машины. Отпрянув как ужаленный, он молча заторопился к месту водителя. Лора сгорбилась на своем сиденье: на душе ее скребли кошки. Если они даже пообедать не могут без ссоры, какой же будет их жизнь после свадьбы?

Обратная дорога прошла в ледяном молчании, которое никто не торопился нарушать. Гарет открыл рот лишь тогда, когда они подъехали к гостинице.

– Увидимся завтра?

– Думаю, да.

– Надо кое-что обсудить.

– Хорошо.

Но если Лора надеялась, что речь пойдет о проблемах, которые мешают им понять друг друга, то ее ожидало разочарование.

– Через неделю свадьба, – сказал Гарет таким безразличным тоном, словно речь шла о поездке за покупками. – Нужно успеть подготовиться.

– Поговорим об этом завтра, ладно? – так же равнодушно ответила Лора, не показывая виду, что ее задевает этот бесстрастный тон.

Наутро Лора проснулась с головной болью и горечью во рту. Неужели она накануне так много выпила? Не похоже. Вчерашний вечер казался кошмаром, о котором следовало как можно скорее забыть.

О завтраке и думать не хотелось. Лора выпила чашку кофе, приняла две таблетки аспирина и отправилась в город за кое-какими покупками. До новой встречи с Гаретом оставалось не так уж много времени. Может быть, по дороге ей удастся прийти в себя и восстановить столь необходимое присутствие духа.

От центра города было рукой подать до Ройял-кресент. Лора много раз абсолютно легко проделывала этот путь, но сегодня он показался ей ужасно утомительным. Когда она добралась до квартиры Гарета, ноги ее дрожали от усталости.

Его поведение не предвещало ничего хорошего. Он не улыбнулся и поздоровался без всякого намека на приветливость. Настроение у Лоры сразу упало; если бы не желание увидеться с Мэтью, можно было сразу повернуться и уйти.

Но и здесь ее ожидало разочарование. Как только она вступила на лестницу, Гарет предупредил:

– Мэтью ушел на день рождения к приятелю и вернется только вечером.

– Понятно… – Эта новость окончательно расстроила Лору. Она так надеялась встретиться с сыном – уж он-то всегда радовался ее приходу…

Гарет строго посмотрел на нее.

– Я думаю, в его отсутствие мы сумеем поговорить без помех.

– Да, – согласилась Лора с невольным вздохом. У нее не было сил на новый спор. Она слишком устала.

– Я знаю, ты выходишь за меня только ради Мэтью, – начал Гарет. – Однако не мешало бы помнить и о моем существовании. Нравится тебе это или нет, но нам придется научиться жить вместе, как подобает мужу и жене, а не только как отцу и матери Мэтью!

– Ты сам предложил пожениться, чтобы у Мэтью была нормальная семья, – напомнила Лора. – Брак по расчету, как ты его называешь.

– Плевать, как я его называю! – вдруг взорвался Гарет. – Уже ясно, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Лора поднесла ладонь к раскалывающейся голове.

– Что ты говоришь?

– Я говорю, что мы не можем пожениться на таких условиях! Ты должна это понять.

– Но Мэтью… – слабо возразила она.

– Это единственное, что тебя заботит, да? – выпалил Гарет, удивив ее своей горячностью. – Мы с Мэтью прекрасно жили, пока не появилась ты и не перевернула все вверх тормашками! Если ты хотела отомстить мне за прошлое, то можешь радоваться: это тебе прекрасно удалось!

– Неправда…

Лоре хотелось многое сказать, многое объяснить, но ей стало так плохо, что она, что-то пробормотав, вскочила со стула и опрометью бросилась в ванную. Только она успела закрыть за собой дверь, как ее стошнило.

Наконец она повернула кран, прополоскала рот и вымыла лицо и руки. От холодной воды стало чуть легче, но в зеркале над ванной отразилось белое как мел лицо с красными пятнами на скулах. Не требовалось трогать лоб, чтобы понять, что у нее жар.

Вернувшись в гостиную, она увидела, что Гарет с отсутствующим видом стоит у письменного стола, глядя на гору бумаг. Когда Лора вошла, он обернулся. Выражение его лица тут же переменилось.

– Как ты себя чувствуешь?

– Все в порядке, – не слишком естественно улыбнулась она.

– Не похоже, – резко заявил он. – Не хочешь прилечь?

– Да нет, правда все нормально. – Лора и сама не знала, почему она так на этом настаивает. Ничего нормального в ее самочувствии не было. – Просто немного разболелась голова. Наверно, надо вернуться в гостиницу и немного отдохнуть.

– Лучше останься здесь.

– Нет, спасибо. – Она чувствовала, что не сумеет выдержать еще одну перепалку. Хотелось как можно скорее остаться одной.

– Тогда я пошел за машиной, – сказал Гарет. – Тебе действительно нужно лечь.

Пришлось признать, что он прав. Полежать не мешало. Но гордость заставила ее лишь сказать:

– Не стоит. Спасибо, я прекрасно доберусь сама.

Гарет удрученно покачал головой. Бодрый тон его не обманул.

– Никуда ты не доберешься, – прямо сказал он. – Не говори глупостей. Надо было сразу сказать, что тебе нехорошо.

– Разве это что-нибудь меняет?..

– Если бы я понял, что ты больна, то не стал бы спорить. За кого ты меня принимаешь? Подожди минутку, я подгоню машину прямо к подъезду.

И снова он оказался прав. До гостиницы ей в одиночку было не дойти.

– Спасибо…

По дороге к отелю Лору бросало то в жар, то в холод и трясло так, что зуб на зуб не попадал. Как уговорить Гарета не провожать ее? Почему-то не хотелось, чтобы он видел ее больной. Раньше она никогда не болела при нем. Но, слава Богу, Гарет не внял ее лицемерным уговорам. Лора не сумела бы подняться по лестнице, если бы сильная рука не поддерживала ее под локоть.

– Сумасшедшая! – ворчал он. – И ты еще отказывалась от помощи!

Но сварливому тону противоречила бережность, с которой он вел ее по коридору.

Гарет помог ей раздеться: Лора была слишком слаба, чтобы протестовать. Да и прикосновение его больших рук было так приятно… Она свернулась калачиком, и Гарет укрыл ее одеялом.

Блаженная улыбка появилась на лице Лоры, когда холодная рука коснулась ее пылавшего лба. Как хорошо! Нежные пальцы погладили ее по щеке, и она блаженно вздохнула.

Внезапно она открыла глаза и увидела озабоченный взгляд Гарета.

– Ох, – растерянно пробормотала она. – Я думала, ты ушел домой.

– Нет.

– Я рада.

Выражение его лица было совершенно непонятным.

– Надо вызвать врача.

– Нет. Пожалуйста, не беспокойся. Мне уже лучше. А посплю – и все пройдет.

Однако он не был в этом уверен.

– Что ж, будь по-твоему. Но если завтра утром будет так же плохо, попросишь горничную, чтобы прислали врача.

– Хорошо…

– Тебе что-нибудь нужно?

– Не принесешь попить?

– Сию минуту.

Когда Гарет вернулся в номер со стаканом воды, она попыталась сесть. Он помог и положил ее голову к себе на плечо.

– Осторожнее… Сделай для начала несколько глотков, а то опять затошнит.

Несмотря на все ее старания, рука дрожала, и Гарету пришлось придержать стакан. Их пальцы переплелись. От его заботы на глазах у Лоры проступили слезы.

– Извини… – прошептала она. Но голос сорвался: у женщины не хватило сил объяснить, за что она просит прощения.

– Тише. Попытайся уснуть.

Ей совсем не хотелось спать. Руки Гарета были такими сильными, такими надежными! Она положила голову на его плечо, уткнулась лицом в шею, и Гарет не оттолкнул ее. Он продолжал сидеть рядом и держать ее в объятиях. Так прошло несколько мгновений. Вдруг Лора почувствовала, что он расплетает ей косу и расправляет волосы.

Нежная улыбка коснулась ее губ.

– Гарет…

Широкая ладонь погладила ее по голове.

– Усни, любимая, – тихо сказал он.

Глава 10

Лора проснулась только утром. Бледный солнечный свет пробивался сквозь неплотно задернутые тонкие шторы, но шума машин слышно не было. Очевидно, было еще рано. Она чувствовала себя намного лучше. Болезнь прошла так же неожиданно, как и началась, оставив после себя лишь вялость.

Тем не менее вставать не хотелось. Можно было позволить себе полежать и подумать о событиях вчерашнего дня. Многое тонуло в дымке, но она не сможет забыть, что, когда понадобилось, Гарет оказался рядом. Каким он был добрым и нежным! На ее губах заиграла улыбка. Да, это многого стоило!

Лора окончательно проснулась и стала соображать, сколько сейчас может быть времени. Разыскивая взглядом лежавшие на туалетном столике часы, она повернула голову и тут же застыла на месте. Рядом мирно спал Гарет…

Она зачарованно смотрела на его лицо, не в силах отвести взгляда. Наверно, Гарет не смог оставить ее одну и сидел у постели, пока его не сморил сон. Неужели этот человек всю ночь не смыкал глаз? На нем не было ни пиджака, ни галстука, ни ботинок, ворот рубашки был расстегнут. Гарет лежал поверх одеяла, и безмятежности его сна мог бы позавидовать сам Мэтью. Лора глядела и не могла наглядеться на хорошо знакомые черты любимого лица, на длинные черные ресницы, полные губы, с которых наконец-то сошла ненавистная ей циничная улыбка. Разве в эту минуту можно было заподозрить его в каких-то тайных расчетах? Ей хотелось запомнить Гарета именно таким, чем бы ни грозило будущее.

Нет, она все же была серьезно больна. Веки отяжелели и начали потихоньку смыкаться. Сон быстро сморил ее, и когда Лора проснулась снова, Гарета рядом не было. Лишь вмятинка на подушке напоминала, что все это ей не приснилось.

Ее кольнула досада, но оказалось, что Гарет никуда не ушел. Он сидел у окна в кресле и спокойно читал книгу про римские бани. Стоило Лоре пошевелиться, как он поднял глаза, отложил книгу и двинулся к ней.

– Ну что, полегчало? – От его улыбки засияло все вокруг.

– Да. – Лора нежно поглядела на него снизу вверх. – Гарет, спасибо! Спасибо за все, что ты для меня сделал. За то, что остался со мной.

Улыбка его мигом погасла.

– Ты действительно думала, что я могу уйти и бросить тебя больную? Я, конечно, не ангел, но и не такой людоед, как тебе кажется.

– Нет, совсем нет! Я не это имела в виду, я просто хотела… Ты опять все неправильно понимаешь!

Ладонь Гарета тут же легла на ее руку.

– Прости, Лора. Я не хотел тебя обидеть. Просто меня иногда так и тянет сказать какую-нибудь колкость. Не за что меня благодарить. Ты чего-нибудь хочешь?

– С удовольствием выпила бы чаю, но завтрак, наверно, давно закончился.

– Сейчас одиннадцать. Ты так сладко спала, что не хотелось тревожить. Может, сон пойдет тебе на пользу.

– Я… Я уже хорошо себя чувствую. Через минуту я встану и…

– Никуда ты не встанешь. Оставайся в постели, а я схожу и постараюсь раздобыть чаю. Наверняка на кухне кто-то есть.

Лора покачала головой.

– В одиннадцать часов у них тут глотка воды не выпросишь. Они скажут, что это против правил.

Гарет внезапно улыбнулся, и от этой улыбки у нее подпрыгнуло сердце.

– Не беспокойтесь, леди, чай будет.

Видно, эта улыбка безотказно действовала и на гостиничную прислугу. Не прошло и десяти минут, как он вернулся с полным подносом, весьма довольный собой.

– Вот он, обещанный чай! А заодно и кое-что посытнее!

Он поставил поднос на столик, и Лора увидела чайник, молочник и полную тарелку намазанных маслом тостов.

Лора затряслась от смеха.

– Гарет, как тебе удалось раздобыть все это? Ты просто волшебник!

Он небрежно махнул рукой.

– Кажется, я им понравился. Славные женщины работают у них на кухне. Они очень огорчились, что ты заболела.

Даже злющие кухарки не смогли устоять перед его обаянием, подумала Лора. Что уж тогда говорить о ней самой?

После двух чашек чаю и пары тостов Лора почувствовала себя более или менее сносно. Однако хорошее настроение тут же улетучилось, когда она увидела свое отражение в зеркале над ванной.

– Боже, какое страшилище! – застонала молодая женщина, глядя на свои всклокоченные волосы и потеки туши под глазами.

Гарет не смог удержаться от смеха.

– Узнаю свою Лору, – выдохнул он. – Вот теперь я уверен, что тебе легче!

Лора посмотрела на него без обиды и не смогла скрыть ответной улыбки.

– Можешь считать меня легкомысленной, но если бы я могла принять ванну и вымыть голову, мне бы действительно сильно полегчало, – пробурчала она.

Гарет обвел глазами номер, и все его веселье как рукой сняло.

– Неужели ты не могла найти гостиницу получше? Надо было остаться у меня.

Эти слова огорчили Лору.

– Этот отель мне по карману, – с достоинством ответила она. – Может быть, здесь и неказисто, зато тут я сама себе хозяйка.

– Извини, – снова сказал он. – Я хорошо помню, что такое бедность. Ты правильно сделала. Вижу, тебе пришлось хлебнуть лиха.

Эта неожиданная похвала, сопровождавшаяся новой улыбкой, растрогала Лору.

– Спасибо, – искренне поблагодарила она.

Через секунду он уселся на кровать и потрогал Лорины волосы.

– Так что ты говорила про ванну? Вообще-то она тебе не повредит. Если хочешь, я подожду тебя.

– Хорошо. – Тут она запнулась, вспомнив, что у Гарета есть и другие дела. – Если, конечно, тебе не жалко времени.

– Все в порядке. Пока ты спала, я позвонил Элисон и матери и предупредил, чтобы скоро меня не ждали.

Лора вымыла голову, искупалась и даже позволила себе понежиться в мыльной пене. Когда она наконец вышла, облачившись в купальный халат и соорудив тюрбан из полотенца, Гарет читал все ту же книгу.

Увидев ее, он задумчиво улыбнулся.

– Твои читательские вкусы сильно изменились. Раньше тебя подобная литература не интересовала.

– О, это твоих рук дело, – небрежно ответила она, разматывая полотенце и распуская по спине влажные волосы.

– Моих? – удивился он.

– Да. – Она начала вытирать волосы, складки полотенца заглушали ее слова. – На следующий день после того, как мы с тобой ходили в музей, мне захотелось побольше узнать о людях, которые умели строить так. Вот я и купила эту книгу. Интересно, правда?

– Правда. – Он уважительно хмыкнул. – Ты что, много читаешь?

– Довольно много, – небрежно бросила Лора, уловив недоверчивый взгляд. Если бы он только знал, как она изменилась за эти годы!

Глаза Гарета долго изучали ее лицо. Но сказал он лишь несколько слов:

– Любопытная книга. Дашь почитать, когда закончишь?

– Конечно.

Лора опустилась на колени, разыскивая в чемодане фен, и не оборачиваясь сказала:

– Может быть, она пригодится тебе в работе, если ты все же решишь написать роман о Бате.

– Вполне возможно.

Фен нашелся довольно быстро. Гарет внимательно наблюдал, как она разделяет длинные волосы на пряди и подставляет их под струю горячего воздуха. Видимо, это зрелище настолько захватило его, что заставило забыть о возвращении домой.

Внезапно Гарет отложил книгу и пересел на кровать.

– Дай помогу, – предложил он. – Ты, наверно, устала.

Удивленная, Лора безропотно отдала ему расческу и фен. Гарет был прав, она действительно устала.

Лора с наслаждением ощущала прикосновения его рук, прядь за прядью осторожно перебиравших длинные волосы. Пальцы Гарета случайно задели чувствительное место за ухом, и она затаила дыхание, чувствуя, как по телу начинает распространяться знакомое возбуждение. Но голова ее была опущена, глаза закрыты, и Гарет не мог догадаться о ее реакции.

Наконец, выключил фен и вместе с расческой положил его на туалетный столик. Настала такая тишина, что Лора услышала, как под ним поскрипывают пружины кровати.

– Ну вот, все сухо.

– Спасибо. В тебе прорезаются новые таланты. Ты никогда не хотел стать парикмахером? От клиенток отбою бы не было, – пошутила она.

– Вы слишком добры, мадам. Предпочитаю зарабатывать на жизнь романами. Это ремесло мне больше по нутру.

Лора ожидала, что Гарет вот-вот соберется и уйдет домой. Но вместо этого он придвинулся ближе и принялся поглаживать ее чистые сухие волосы, рассыпавшиеся по спине. Вновь и вновь, словно помимо воли, он проводил ладонью по шелковистым каштановым кудрям.

– Как красиво… – пробормотал он.

Голос его прозвучал неожиданно хрипло. Лора заглянула ему в глаза и увидела в них такую нежность, о которой и не мечтала.

– Гарет…

Она боялась вымолвить слово. Слишком свежо было воспоминание о том, как он отверг ее любовь. Однако, несмотря на благие намерения, ей не удалось отвести взгляд от его лица. Как хотелось без боязни потянуться к нему, сплести руки на шее, прижать к себе его голову и прильнуть к чувственным губам!

– Милая, не надо бороться с собой, – вдруг прошептал Гарет, и Лора с опозданием вспомнила, что он всегда умел читать по ее лицу.

– Ох, Гарет… – С тихим стоном Лора протянула руки, ожидая вожделенного поцелуя.

Он тут же обнял Лору за талию и прижал к себе, как в добрые старые времена.

Поцелуи, вначале нежные, становились все более голодными и жгучими. Расхрабрившись, Лора принялась целовать его лицо, заново открывая хорошо знакомые черты – шелковистые брови, пушистые виски, резко очерченные небритые скулы, ямочку на подбородке…

У Гарета участилось дыхание. Его рука блуждала по ее глухо застегнутому халату, наконец нашла в нем щелочку и скользнула внутрь. Он принялся гладить и ласкать полные груди, живот, прекрасно помня все чувствительные места, прикосновение к которым разжигало в ней лихорадочный жар страсти. У Лоры учащенно забилось сердце, горячая волна желания захлестнула ее.

А затем все внезапно кончилось. Он нежно обнял ее и отстранился.

– Прости, милая, – виновато произнес Гарет. – Я забыл, что ты еще больна.

Лоре хотелось крикнуть, что это неважно, что она мечтает о близости с ним. Но связывавшие их узы были еще слишком непрочными; любое резкое движение могло разорвать их.

– Не знаю, как ты, – после неловкой паузы сказал Гарет, – а я бы выпил кофе. Хорошая мысль?

– Замечательная…

– Посмотрим, что из этого получится.

– Хочешь еще раз опробовать свои чары на сварливых дамах в кухне? – с улыбкой поддразнила она.

– Теперь ты видишь, на какие жертвы я способен ради тебя, – усмехнулся он и подмигнул ей, выходя в коридор.

Еще несколько мгновений Лора сидела неподвижно, с невольной улыбкой вспоминая о том, что произошло за этот час. Может быть, их отношения наладятся? Похоже, его по-прежнему тянет к ней. Если бы им удалось подольше побыть наедине, открыть свои чувства…

– Лора…

Она настолько углубилась в свои мысли, что не заметила возвращения Гарета.

– Извини. Ох, ты все-таки раздобыл кофе! Спасибо!

Принимая у него из рук дымящуюся чашку, она улыбнулась, но Гарет не ответил. Он отнес свою чашку к окну, сел на стул и молча принялся пить кофе.

Потягивая горячий напиток, Лора с грустью смотрела на Гарета. Лицо его снова стало непроницаемым: казалось, он снова надел маску, чтобы скрыть свои истинные чувства. Не верилось, что это тот же самый человек, который совсем недавно шутил, смеялся, сжимал ее в объятиях и страстно целовал. Лора терялась в догадках.

Было ясно, что продолжение разговора не последует. Допив кофе, Гарет поставил чашку и поднялся.

– Пора идти. Мать и Элисон, конечно, присматривают за Мэтом, но я не люблю надолго расставаться с ним.

– Я понимаю.

– Я позвоню тебе.

Дойдя до двери, Гарет неожиданно повернул назад и сделал три стремительных шага по направлению к одиноко сидящей на краю кровати Лоре. Он наклонился и поцеловал ее в щеку.

– Береги себя. Постарайся как следует отдохнуть. Скоро увидимся.

И он ушел.

Лора вняла совету Гарета. После короткого, но острого приступа болезни она чувствовала себя ужасно слабой и поэтому едва дотащилась до берега реки. Усевшись на солнышке, она принялась дочитывать книгу о древнеримском поселении.

Когда Лора ближе к вечеру возвратилась в гостиницу, то увидела, что внизу ее дожидается Аманда Райдер.

– Гарет сказал мне, что вы заболели, – объяснила Аманда после обмена приветствиями. —

Как самочувствие?

– Спасибо, мне намного лучше.

– Рада слышать. Потому что хочу пригласить вас на вечер к себе.

– С удовольствием. Благодарю вас.

– Вот и отлично. – Аманда улыбнулась, а затем с запинкой спросила: – Почему бы вам не пожить у меня? До свадьбы всего лишь два дня. Вы еще неважно выглядите, а гостиница – не слишком подходящее место для больного человека. – Взгляд, которым она смерила убогий вестибюль, красноречиво говорил, что отель кажется ей весьма далеким от совершенства. – Скажите, что вы согласны.

Лора была тронута великодушным предложением, но машинально ответила:

– Ну зачем же доставлять вам лишние хлопоты?

– Никаких хлопот! – решительно возразила Аманда. – Комната, в которой обычно ночует Мэтью, уже готова. Кроме того, мне не хочется, чтобы вы отправились на свадьбу из гостиничного номера. Не лучше ли побыть среди близких людей?

Возражать далее было бессмысленно, и Лора согласилась.

Аманда Райдер была прирожденным организатором. Не прошло и часу, как вещи Лоры были уложены, гостиничный счет оплачен, а она сама вместе с багажом перевезена и водворена в пустующую спальню в доме будущей свекрови.

– В платяном шкафу полно места для одежды, – заметила Аманда, показывая Лоре все, что могло той понадобиться.

Не успев перевести дух от скорости, с которой совершился переезд, Лора благодарно улыбнулась.

– Вы так добры ко мне…

– Ерунда! Это всего лишь логично. Как только я узнала, что вам предстоит стать моей невесткой, то сразу подумала, что мы должны лучше узнать друг друга.

Лора положила обратно юбку, которую только что вынула из чемодана, и обернулась к будущей свекрови.

– Мне бы очень хотелось подружиться с вами. Конечно, если это возможно.

– А почему нет?

– Ну… Мне кажется, вам не совсем по душе эта свадьба. Вы так возражали, когда мы хотели пожениться в первый раз…

– Надо признаться, было время, когда я думала, что вы не сможете стать хорошей женой моему сыну. – Беседа приняла неожиданный оборот, и Аманда почувствовала себя неловко. – Я считала вас слишком молодой, незрелой и изб… – Она вспыхнула и оборвала фразу на полуслове.

– Избалованной, – с легкой улыбкой закончила за нее Лора.

– Ну да. – И вдруг Аманда тоже улыбнулась. – Вы удивительно изменились, Лора. Я думаю, теперь вы с Гаретом сумеете наладить совместную жизнь.

– Хотелось бы надеяться, что вы правы… – Лора на собственном горьком опыте убедилась: ничто не приходит само собой.

– Вы оба дорогой ценой заплатили за ошибки юности и заслужили право на счастье. – Аманда ободряюще похлопала ее по руке и резко сменила тему. – Вам хватит вешалок?

– Да, спасибо. Я собиралась достать из чемоданов только то, что понадобится в ближайшие два дня.

– Очень разумно. А где ваше свадебное платье? Его тоже надо повесить, чтобы не помять.

Лора уставилась на будущую свекровь с комическим ужасом.

– А знаете, я ведь даже не удосужилась его купить, – призналась она.

– Ну конечно, не успели вы приехать из Эдинбурга, как тут же заболели. Естественно, вам было не до покупок, – посочувствовала Аманда. – Все произошло так быстро…

Лора грустно кивнула. Свекровь была совершенно права. Но у девушки не хватило духу признаться, что она раз за разом откладывала эту покупку, не в силах поверить, что свадьба действительно состоится.

– Завтра с утра придется отправиться в магазин. Это мой последний шанс. – Она порывисто обернулась к Аманде. – Вы не сходите со мной?

Пожилая женщина почувствовала себя явно польщенной. Однако в конце концов победил здравый смысл.

– Почему бы вам не взять с собой кого-нибудь помоложе? Боюсь, у меня слишком старомодные вкусы. Это ведь не обычная покупка. Как насчет Элисон? А я часок-другой могла бы присмотреть за Мэтью.

Последовало два телефонных звонка, и все было улажено: Аманде предстояло с утра нянчить внука, а Элисон – помочь Лоре выбрать свадебный наряд. Лора была искренне благодарна им обеим. Было приятно сознавать, что запутанные отношения с Гаретом привели к появлению у нее двух новых подруг и союзниц.

В Бате было множество магазинов готовой одежды, и на следующее утро Лоре стало качаться, что они с Элисон обошли их все. Девушка плохо представляла себе, что именно ищет. Но одно она знала твердо: белое свадебное платье, в котором ей когда-то хотелось тайно обвенчаться с Гаретом, сейчас было неуместно. Ни к чему лишний раз напоминать о событиях пятилетней давности.

Конечно, Элисон кое-что знала о той давней истории, а потому быстро согласилась, что белое свадебное платье с отделкой для этого случая не подходит. Она с энтузиазмом заверила, что выбор велик. Девушка уже успела посетить все местные магазины, выбирая подходящий наряд для собственной свадьбы. С ее помощью Лора наконец нашла то, что было нужно: шелковый костюм кремового цвета. В другом магазине отыскалась кремовая соломенная шляпка, украшенная белыми розами, подходящие по тону туфли на высоком каблуке и чулки. Все вместе составило замечательный свадебный наряд.

– Большое спасибо за помощь, – сердечно поблагодарила Лора свою новую подругу, когда они прощались у дома Аманды. – Не знаю, как бы я справилась без вас.

Элисон улыбнулась.

– Пришлось побегать, но мне это было в радость. Вскоре и мне может понадобиться ваша помощь.

– Да я с удовольствием…

– Отлично. Я на вас рассчитываю. Тогда пока!

После изнурительного утра Лора была рада отдохнуть и. поболтать с Амандой. Однако на уме у нее было только одно: завтра в это время она уже будет женой Гарета. Женой чужого ей человека, подлинные чувства которого оставались полнейшей загадкой. Это же не брак, а пародия на него! Как ей в голову взбрело согласиться на такую авантюру? Лора пришла в ужас. Гарет же сам не верит в ее успех. Ведь именно это он и пытался объяснить ей, но болезнь помешала Лоре понять его слова!

– … Завтра, не правда ли, Лора?

Громко произнесенное собственное имя заставило ее виновато вспыхнуть. Она здесь не одна. Лора быстро обернулась к любезной хозяйке и извинилась:

– Простите, пожалуйста. Что вы сказали?

Аманда понимающе улыбнулась, и Лора поняла, что на нее не сердятся.

– Неважно. Не беспокойтесь, в вашем положении простительна некоторая рассеянность.

– Боюсь, я была плохой собеседницей…

– Ничего подобного. Боже, уже почти пять часов! Почему вы не собираетесь? Забыли, что Гарет ждет вас к обеду?

Лора робко поглядела на пожилую женщину.

– Вам это не кажется странным?

– Странным? Гм-м… Скажем так: немного необычным. Вечер перед свадьбой чаще проводят по-другому.

– Похоже, что и свадьба у нас не совсем обычная. – В голосе Лоры прозвучала едва заметная горечь.

– Да уж, не каждому жениху приходится укладывать сынишку спать в день венчания, – сказала Аманда в своей обычной грубовато-иронической манере, а затем улыбаясь, добавила: – Если не поторопитесь, Мэтью уснет до вашего прихода.

Лора засмеялась, извинилась и ушла готовиться к вечеру.

Она оделась как можно тщательнее, остановившись на серой плиссированной юбке и черной блузке, отделанной кружевом. Этот наряд был достаточно элегантным для обеда с Гаретом и в то же время достаточно стойким, чтобы выдержать бурные объятия Мэтью. Лора тщательно расчесала каштановые волосы с медным отливом, на минуту задумалась, не заколоть ли их в пучок, но в конце концов решила оставить распущенными. Она не могла забыть, с каким восхищением Гарет гладил их.

Элисон открыла дверь так быстро, что стало ясно: она уходит.

– Привет, – жизнерадостно поздоровалась она. – Извините, тороплюсь – у меня свидание с Дэйвом. – Сойдя с крыльца, девушка обернулась и добавила: – Поднимайтесь. Вас ждут.

Ноги налились свинцом… Но в эту минуту сверху раздался голос Гарета:

– Это ты, Лора? Поднимайся. Я через минуту освобожусь. У меня руки заняты!

Вступив на лестницу, она поняла, в чем дело. Он купал Мэтью. Рукава были закатаны до локтей, воротник расстегнут. Тем не менее голубая рубашка была насквозь мокрой, да и джинсы были залиты водой сверху донизу.

Лора не смогла удержаться от смеха.

– Кто из вас принимал ванну? – пошутила она, не отрывая глаз от его статной фигуры.

Мэтью тоже выглядел прелестно: розовый после купания, с чистыми пушистыми волосами, спадавшими на лоб. Трудно было понять, кого из них двоих ей хотелось видеть больше. Дилемму разрешил Гарет.

– Будь добра, уложи ребенка в постель, а я тем временем переоденусь и позабочусь об обеде. – Обернувшись к сыну, он притворно сурово сказал: – Запомни, только одну сказку! Я зайду к тебе перед сном.

Мэтью был совершенно счастлив. У Лоры снова дрогнуло сердце от его доверчивости. Прикосновение теплых детских рук и щекотавших щеку чистых волос заставило ее затрепетать от счастья. Она слишком любила сына. Разве ради него не стоит поладить с Гаретом?

– Обед будет готов через двадцать минут, – сказал Гарет, когда чуть позже они встретились в гостиной.

Он сел рядом, случайно коснувшись коленом ее ноги, и непринужденно спросил:

– Как закончился поход по магазинам?

– Успешно. Пришлось обойти весь Бат, но в конце концов мы с Элисон нашли то, что искали. Не знаю, как бы я без нее справилась. Она мне очень помогла. А твоя мать просидела все утро с Мэтью, чтобы дать Элисон возможность походить со мной… – Вдруг она смущенно умолкла.

– Что с тобой, Лора? – удивленно спросил Гарет.

– Ничего, – машинально ответила она, но тут же спохватилась. – Нет, неправда…

– Расскажи, в чем дело.

Наконец-то у Лоры появилась возможность заговорить о том, что ее угнетало. И все же она колебалась. Оставался только один способ узнать правду – поглядеть Гарету в глаза и прямо спросить, хочет ли он жениться на ней.

– Что с тобой, Лора? – повторил он. – Неужели ты раздумала?..

Глава 11

Лора взглянула на Гарета. Выражение его лица отнюдь не обнадеживало. Конечно, если бы он хоть чуть-чуть волновался, то не сидел бы с таким равнодушным видом, словно речь действительно идет о деловом соглашении.

– Ничего не выходит, правда? – безнадежно уронила она.

Лицо Гарета стало еще более замкнутым и отчужденным, хотя это казалось невозможным.

– Почему не выходит? Ты получаешь то, к чему стремилась: право жить с Мэтью. Я буду для тебя идеальным мужем. Ты сможешь купить все, что захочешь, а я не стану слишком надоедать тебе своим присутствием.

Лора ощутила пронзительную боль. Он обещал ей все, чего душа пожелает, но отказывал в том, без чего она не могла жить. В своей любви.

– Ну? – нетерпеливо бросил Гарет, видя, что она медлит с ответом.

– Нет… Я не могу выйти за тебя на таких условиях. Думала, что сумею, но… – Язык отказывался вымолвить эти слова, однако она все же сумела произнести их: – Я люблю Мэтью больше всего на свете. Сердце разрывается при мысли о разлуке с ним, и тем не менее… Невозможно пожениться только ради ребенка.

Лицо Гарета окаменело.

– Я не позволю тебе его забрать. Только попробуй, и узнаешь, как я умею драться!

– Я говорила, что никогда не решусь на это.

Он медленно покачал головой, не веря своим ушам.

– Ты смогла бы уехать и никогда не видеться с ним?

– Не знаю… Я знаю только то, что не могу выйти за тебя, лишь бы остаться с ним.

– Наверно, ты права, – через силу произнес Гарет. – Я надеялся, что со временем боль и обида останутся позади, но, похоже, ошибся. Мэтью – единственное, что нас связывает, а этого недостаточно, чтобы жить друг с другом.

– Ты прав, – прошептала Лора, глотая слезы.

– В последние недели мне несколько раз казалось, что у нас есть шанс. Мы оба любим Мэтью. И тянет нас друг к другу не меньше, чем прежде. Но и этого тоже недостаточно, правда?

– Безответная любовь не кончается свадьбой…

– Нет. – Гарет снова покачал головой. – Я окончательно понял, что тебя интересует только Мэтью. А я, как дурак, до последнего дня ждал чего-то большего…

Сердце Лоры заколотилось так, что она едва не потеряла сознание.

– Гарет, ты ведь никогда не говорил, что еще любишь меня… – пролепетала она.

Он невесело рассмеялся.

– Разве такой осел, как я, мог разлюбить тебя? – злобно выкрикнул он. – Ну что, теперь ты довольна? Я мог беситься, мог проклинать тебя, но никогда не переставал любить, что бы ты ни сделала.

– Почему же ты не сказал об этом раньше?

– Чтобы ты вдоволь посмеялась над влюбленным кретином? Нет, ты ясно дала понять, что любишь Мэтью, но не желаешь иметь ничего общего с его отцом. Да, я пытался использовать твою любовь к ребенку, чтобы жениться на тебе, но лишь потому, что не мог отказаться ни от одного из вас. Как только я увидел тебя, то сразу решил: если мы станем одной семьей, ты снова полюбишь меня. Я ошибся или нет?

– Да, – выдохнула она, не соображая, что говорит.

– Лора!

В его голосе прозвучала такая боль, что молодой женщине стало ясно, что он неправильно понял ее.

– Ох, Гарет, конечно, ты ошибся! – вскричала она и зачастила, пытаясь как можно скорее разубедить его. – Как я могла заново полюбить тебя, если никогда не переставала любить?

Они молча смотрели друг на друга, сидя на разных концах комнаты. Затем Гарет что-то сдавленно пробормотал, вскочил со стула и в два шага преодолел разделявшее их расстояние. Лора поднялась ему навстречу. Они обнялись.

– Любимая, ты понимаешь, что говоришь? – прошептал Гарет. – Ведь теперь я не дам тебе уйти…

– Нет. Не давай мне уйти. Никогда.

Это были их последние связные слова. Лишь намного позже, сидя у него на коленях, Лора удивленно спросила;

– Неужели ты не видел, что я по-прежнему люблю тебя? Ты всегда был довольно проницательным.

Гарет робко улыбнулся.

– Я никогда не был так напуган.

– Ты? Ты всю жизнь ничего и никого не боялся.

Он снова сжал ее в объятиях.

– Вот видишь, как хорошо ты меня знаешь, милая… Я так боялся снова потерять тебя, что не решился действовать прямо. Но виноват в этом не я один. Каждый раз, когда я пытался поговорить с тобой откровенно, ты отталкивала меня упоминанием о Мэтью. Стыдно признаться, но я чуть не начал ревновать тебя к собственному сыну.

– Ты был таким холодным, таким чужим…

– Однажды я еле выжил. На новый разрыв у меня просто не хватило бы сил.

– Но ты любишь меня?

Гарет пристально поглядел в тревожные глаза Лоры, а потом наклонил голову и прижался к ее губам. Этот поцелуй был таким страстным, что в крови Лоры вспыхнуло пламя.

– Ну, теперь ты убедилась в силе моей любви? – спросил он. И хотя на губах Гарета играла усмешка, глаза его сияли.

Лора беззвучно засмеялась, но вскоре этот смех сменился чем-то очень похожим на всхлип.

– Да. Нет. Поцелуй еще.

Он охотно пошел ей навстречу и целовал до тех пор, пока она не запросила пощады.

– Ну, теперь я могу сделать тебе подарок, – наконец сказал Гарет.

Он полез в карман брюк и вынул оттуда черную бархатную коробочку.

– Гарет… – Лора уже догадалась, что там. Зачем же он купил такую дорогую вещь, если не был уверен, что его любят?

– Я хотел, чтобы у тебя была настоящая свадьба, – объяснил он, кладя коробочку ей на ладонь. – Весь день искал что-нибудь стоящее.

Лора была несказанно тронута. Это было в стиле прежнего Гарета. Но, если чувства ее не обманывают, новый Гарет ничем не отличается от старого.

Внутри лежало кольцо, которому не было равных. Большой квадратный изумруд, ее любимый камень, был оправлен дюжиной мелких бриллиантов. Эпоха королевы Виктории.

От восхищения она потеряла дар речи и так долго молчала, что Гарет в конце концов не выдержал!

– Ну что, нравится?

Он спросил это так робко, словно напрочь лишился уверенности в себе. И, странное дело, это убедило Лору в том, что он по-настоящему любит ее, куда вернее, чем самые страстные клятвы. Гарет больше не боялся собственной уязвимости. Он сбросил доспехи.

– Чудесно, – еле слышно прошептала она. – В жизни не видела ничего прекраснее…

– Я рад. Не хотелось дарить тебе вещь современной работы. А это кольцо уникальное. Как и ты, моя дорогая.

Он вынул кольцо из коробки, но не торопился надеть его на палец невесты.

– Ты больше не будешь возражать против нашей свадьбы?

– И не подумаю!

– Значит, самое время. – Он взял Лору за руку. Его пальцы были нежными и властными. —

Лора, милая, ты знаешь, что я люблю тебя. Ты выйдешь за меня замуж?

– Да, – выдохнула она.

И тогда кольцо само собой скользнуло на свое место.

– Хорошо, что ты согласилась, – сказал Гарет немного позже. – Как бы мы объяснили Мэтью, почему свадьба не состоялась?

– Теперь ему придется объяснить кое-что другое…

– Знаю. У меня такое чувство, что это объяснение украсит его день рождения.

– Оригинально! Поднести ребенку на день рождения в качестве подарка родную мать! Слава Богу, ждать осталось всего неделю…

– И мы впервые отпразднуем этот день всей семьей.

Лора задумалась о том, какой счастливой будет отныне их жизнь.

– А может быть, к следующему дню рождения у Мэтью появится брат или сестра? Семья так семья!

– Может быть…

Она широко открыла глаза. Голосу Гарета явно не хватало энтузиазма.

– Ты не хочешь еще одного ребенка?

– Хочу, конечно. Но первая беременность далась тебе чересчур тяжело. А вдруг это повторится?

– Врачи говорили, что со вторым ребенком таких проблем не будет. Впрочем, это неважно. Я все равно рожу от тебя ребенка. Я слишком тосковала в разлуке с Мэтью.

– Знаешь, я бы обрадовался, если бы у нас был полный дом детей. Пусть будет по-твоему, любовь моя. Но тогда пора начинать подыскивать другое жилье. Бедная миссис Стивенс не переживет, если у нее над головой будут все время топать!

Они тихонько посмеялись. Теперь для этого было самое подходящее время. Лора нежно поцеловала Гарета и улыбнулась ему.

– Милый, тебе придется учить меня ухаживать за новорожденным. Ты у нас намного более опытный родитель.

Вместо ответа Гарет так крепко обнял Лору, что та едва не задохнулась.

– Лора, Лора, – дрожа промолвил он. – Я был безумно влюблен в ослепительную восемнадцатилетнюю красавицу, и мне не приходило в голову, что можно любить еще сильнее.

– Что значит «сильнее»? – лукаво поддразнила Лора.

Не пытаясь описать это чувство словами, он принялся так страстно целовать Лору, что у нее через минуту все вылетело из головы. Вихрь желания закружил ее. Тело тянулось к нему в безрассудном, слепом порыве. Слишком долго она ждала этот миг.

Рука Гарета скользнула под ее блузку, разыскивая груди. Не отрываясь от его губ, Лора немного повернулась, чтобы облегчить ему задачу. Она страстно застонала, когда горячие пальцы расстегнули лифчик и принялись нежно ласкать ноющие соски.

Лоре тоже хотелось прикоснуться к его телу. Она начала расстегивать рубашку, но дрожащие пальцы не повиновались. В конце концов ее ладонь прижалась к теплой, мускулистой груди и ощутила гулкое биение его сердца.

– Лора, я хочу тебя, – еле слышно прошептал Гарет. – Хочу безумно!

Но когда ее руки скользнули ниже, продолжая ликующе изучать его тело, Гарет схватил ее за запястья.

– Гарет…

Он попытался улыбнуться.

– Нет, милая, еще немного, и я за себя не ручаюсь. Тогда прощай обед…

– Плевать мне на обед! Я не голодна!

Он поглядел Лоре в глаза и понял, что это неправда. Просто голод ее был иного рода. Она взглянула на Гарета и тут же снова приникла к его нежным, зовущим губам.

– Лора… – Тихо рассмеявшись, Гарет взял ее за подбородок и заставил поднять глаза. – Осторожнее, любимая. Ты касаешься самого чувствительного места. Ей-Богу, я потеряю голову и наброшусь на тебя!

– Я только и мечтаю об этом.

– Я тоже. Но пусть на сей раз все будет как положено. Мы так долго ждали, что не составит труда повременить еще день, пока мы не станем законными супругами.

Конечно, он был прав. Лора знала это. Не следовало повторять старых ошибок.

– Наверно, в этом и была наша беда, – задумчиво произнесла она. – Мы хотели всего сразу. Никто из нас не умел ждать.

Гарет крепко обнял ее.

– Да, мы ошибались и дорого заплатили за это. Но теперь-то уж можно забыть о прежних ошибках.

– Нет. Не надо забывать. Эти ошибки еще могут кое-чему научить нас.

– Я и так знаю, что дороже тебя нет ничего на свете, – очень серьезно возразил Гарет. – Мы больше никогда не расстанемся.

И Лора немедленно принялась убеждать Гарета, что согласна с каждым его словом.