Глория Эванс

Рыжая бестия


Глория Эванс

Рыжая бестия

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

<p>Глория Эванс</p> <p>Рыжая бестия</p>
<p>1</p>

— А ничего другого у вас нет? — растерянно спросил высокий молодой человек в элегантном светло-бежевом пиджаке, испачканном чем-то темным и, судя по всему, липким. — А еще лучше, вообще безо всякой надписи.

В руках он держал белую майку с ядовито-зеленой призывом «Поцелуй меня, детка!». В качестве иллюстрации к игривому тексту под ним красовались сочные алые губки, сложенные кокетливым бантиком.

— Чего же вы хотите, — усмехнулся лысый и загорелый толстяк, хозяин магазинчика спортивной одежды. — Сейчас мода на подобные штуки, поэтому не стоит относиться к ним слишком серьезно. Могу предложить вам точно такую же майку, но с надписью поскромнее. Например: «Я хочу быть твоим парнем!», или «Приходи ко мне в полночь!», или «Как насчет кофе в постель?».

— И это вы называете поскромнее? — в свою очередь усмехнулся собеседник.

— А что вам не нравится? Надеюсь, вы не из Лиги христианского отношения к браку?

— Нет, я не из лиги и даже не состою в браке, но мне претит вся эта назойливая эротика. Что, если мне вовсе не хочется, чтобы меня целовал первая встречная девушка?

— О, вы просто не видели, какие у нас девушки! — Тут хозяин лукаво подмигнул покупателю. — Берите, не пожалеете. Вы еще помянете меня добрым словом, когда какая-нибудь из здешних красоток бросится вам на шею… Или вам все-таки подобрать с другой надписью?

— Нет уж, давайте эту белую, с поцелуем… Сколько с меня?

— Двадцать долларов.

— Сколько?

— Я же вам объяснил, — терпеливо повторил толстяк, весело глядя на изумленного покупателя, — сейчас самый сезон на подобные вещицы. В другое время они, разумеется, стоят намного дешевле… Кроме того, вы же сами уговаривали меня продать вам хоть что-нибудь, когда я уже собирался закрывать магазин.

— А что делать, если в вашем благословенном городке каждый второй ходит с мороженым, — тяжело вздохнул молодой человек. — Все эти пятна мне поставила одна из рекламируемых вами красоток, когда торопилась запрыгнуть в красный «феррари» своего приятеля.

— И укатила не извинившись?

— Нет, почему же. Даже рукой помахала. Впрочем, к чему мне ее извинения, раз пиджак все равно уже был испорчен. — И он полез во внутренний карман за бумажником.

Достав оттуда двадцать долларов, молодой человек хотел уже было протянуть их продавцу, но в последний момент посмотрел вниз, на свои элегантные, в тон пиджаку брюки. Мысленно представив, как они будут сочетаться с игривой майкой, немного поразмыслил и к прежним двадцати долларам прибавил пятьдесят.

— Подберите мне еще джинсы. Только — я вас умоляю! — без вышивок, сердечек, надписей и прочей ерунды.

— Сейчас сделаем, — кивнул толстяк, убирая деньги в кассу и пробивая чек.

Он удалился в подсобку и через несколько минут вернулся, неся в руках не только целлофановый пакет с джинсами, но и черную кожаную сумку.

— Я решил, что вам нужно будет куда-нибудь убрать свой костюм. Не правда ли? — спросил хозяин магазина, выжидательно глядя на покупателя.

— Правильно решили, — ответил тот и вновь полез за бумажником. — Сколько добавить?

— Сорок семь долларов.

— Держите пятьдесят, а сдачу оставьте себе. Теперь я хотел бы переодеться.

— Примерочная кабинка позади вас, — ответил хозяин магазинчика.

Оставшись один, молодой человек первым делом примерил джинсы. Они оказались вполне приличными, если не считать их нарочито поношенного вида. Затем он надел майку, заправил ее в джинсы и посмотрел на себя в зеркало.

Куда только девался преуспевающий, всегда одетый с иголочки вашингтонский адвокат! На его месте стоял стройный, загорелый, слегка нахмуренный мачо, чьи широкие плечи плотно обтягивала белая майка. И все было бы ничего, если бы не дурацкая надпись…

Когда молодой человек вернулся в торговый зал, хозяин магазина аккуратно свернул испорченный костюм и помог уложить его в сумку.

— Завтра утром вы сможете отдать пиджак в химчистку, где вам приведут его в порядок, — сказал он, вручая сумку покупателю.

— Надеюсь, что так, — вздохнул тот и подумал: не могу же я вернуться в Вашингтон в этой дурацкой майке!

— А я надеюсь, что, пока вы находитесь в нашем славном городе, вам не придется скучать, — игриво заметил хозяин.

— Вообще-то я адвокат и приехал сюда по делам клиента, — рассеянно отозвался молодой человек. — Но все равно спасибо за пожелание.

Хозяин проводил его до дверей, после чего тоже вышел на улицу и принялся опускать металлические жалюзи. Дело близилось к вечеру.

Город Строумфилд, расположенный в штате Флорида на берегу Атлантического океана, уже вовсю жил своей обычной ночной жизнью. Ярко освещенные улицы, по которым в открытых автомобилях разъезжали веселые компании, были полны людей, отовсюду доносилась музыка, а высоко в небе на черном бархатном небе висела яркая южная луна, окруженная множеством звезд.

Однако Кристоферу Макферсону, а именно так звали незадачливого молодого человека, было не до веселья. Выпадают такие неудачные дни, когда самое разумное — это полностью довериться своему гороскопу и вообще не выходить из дому, поскольку либо ни одно из намеченных дел не удастся довести до конца, либо обязательно нарвешься на какую-нибудь неприятность.

Но Крис отличался хладнокровием и рассудительностью — непременными свойствами хорошего адвоката, каковым считали его коллеги и клиенты, а потому он не верил в гороскопы, амулеты и прочую изотерическую чушь.

Да даже если бы и верил, нельзя же отменять намеченную встречу лишь потому, что прочел в газете предупреждение популярного флоридского астролога: «Сегодня будьте особенно осторожны, а еще лучше, отложите все намеченные дела на завтра». Много же останется у него клиентов, если он начнет переносить встречи и откладывать срочные дела на подобном основании!

Тем более что о том, что сегодня звезды расположились для него в особенно неудачном порядке, Крис узнал с большим опозданием, читая газету в самолете, когда уже летел в Строумфилд на встречу с одной из богатых клиенток, оказавшейся в щекотливой ситуации и потому срочно нуждающейся в квалифицированной юридической помощи.

Возможно, он вскоре бы забыл о проклятом предсказании, если бы сразу же после посадки в аэропорту с ним не стали происходить неприятности. Во-первых, служащие авиакомпании по ошибке отправили его багаж другим рейсом и он потратил немало времени, чтобы выяснить это. Во-вторых, его клиентка, которая согласно предварительной договоренности должна была встречать его перед входом в аэровокзал, так и не явилась. Более того, прождав почти час, он даже не смог ей дозвониться и теперь не знал, что и думать.

Третья неприятность показалось ему поначалу самой крупной. Все отели были переполнены, поскольку в ближайший уик-энд, который наступал через день, злополучный городишко, все население которого не превышало ста тысяч жителей, вздумал помпезно отпраздновать собственное столетие, для чего отцы города наприглашали гостей со всего штата!

Однако Крис ошибался, посчитав это самой крупной из возможных свалившихся на него бед, поскольку лишь четвертое событие окончательно вывело его из себя, а ведь он всегда гордился своей невозмутимостью и умением с достоинством выходить из самых сложных ситуаций. Это произошло в тот момент, когда Крис покинул очередной отель, в котором тоже не оказалось свободных мест.

Он уже хотел поймать такси, чтобы вернуться в аэропорт и ближайшим же рейсом вылететь обратно в Вашингтон, как какая-то юная особа в белых шортах и ярко-желтой майке, обнажающей загорелый живот, бросилась к своему дружку, окликнувшему ее из роскошного «феррари». Налетев на Криса, она вывалила на его пиджак содержимое рожка — полурастаявшее шоколадное мороженое. И хотя девица не только попросила прощения, но даже помахала ему ручкой, это маленькое происшествие привело его сначала в ярость, а потом в глубокое уныние.

Судьба словно бы специально позаботилась о том, чтобы полностью исчерпать его терпение, а заодно и превратить во всеобщее посмешище. Так стоило ли удивляться тому, что череда невезений продолжилась, и вот теперь он неприкаянно брел по оживленным улицам в линялых джинсах и майке с идиотской надписью.

То-то повеселились бы коллеги по адвокатскому цеху, увидев его сейчас! При мысли, что он может случайно встретиться с кем-то из знакомых, — а их контора имела клиентов по всему Западному побережью, — Крис испуганно огляделся по сторонам.

— Эй, красавчик, не меня ли ищешь? — по-своему истолковав это движение, окликнула его пышногрудая красотка с большим пластиковым стаканом кока-колы в руках. — Хочешь, я тебя поцелую?

— Нет-нет, спасибо! — поспешно воскликнул Крис, шарахнувшись от нее.

— Напрасно отказываешься! Я умею это делать очень даже славно! — вдогонку ему крикнула развеселая девица и под дружный смех окружающих нарочито медленно облизнула пухлые полураскрытые губы.

В другое время от такого поцелуя трудно было бы отказаться, но сейчас Крис остерегался всего на свете. Не хватало, чтобы и дурацкую белую майку ему залили кока-колой, от которой остаются жуткие бурые пятна.

Но как же быстро начали сбываться предсказания хозяина магазинчика в отношении местных красоток!

Размышляя об этом и опасаясь, как бы очередная из экзальтированных местных девиц ни попыталась наброситься на него с поцелуями, Крис медленно брел по улице… И вдруг услышал тягучие звуки саксофона.

Невидимый пока музыкант старательно выводил хорошо знакомую мелодию классического блюза из репертуара незабвенного Дюка Эллингтона, причем делал это с таким мастерством, что Крис невольно прибавил шагу, стремясь подойти ближе и посмотреть на того, кто так замечательно играет. Вскоре он увидел саксофониста — молодого чернокожего парня примерно одних с ним лет, в красной бейсболке, повернутой козырьком назад, гавайской рубашке навыпуск и черных штанах. Он играл увлеченно, полузакрыв глаза, и, казалось, что ему нет никакого дела до собравшихся вокруг слушателей, которых было человек восемь-десять.

Молодой человек протиснулся ближе и замер, с восторгом внимая старой, проверенной временем мелодии. Он с детства любил музыку, особенно блюзы, которые неизменно вызывали у него неизъяснимое душевное волнение. Да и как можно было оставаться равнодушным к ним!

Крису хорошо заполнились слова его учителя музыки, который любил говорить следующее: «В любую эпоху, особенно в ту, которая и породила блюз, меланхолия является подлинным источником вдохновения. Без нее музыкант будет всего лишь выдувать звуки, а не созидать божественную мелодию! Поэтому, дети мои, всегда имейте в виду главное: великим музыканта делает не столько виртуозность, сколько вдохновение!»

Задумавшись, он не сразу заметил, что мелодия кончилась и теперь слушатели кидают мелочь в лежащий на асфальте футляр от саксофона.

Крис тоже полез было в карман, но сообразил, что в только что купленных джинсах ничего быть не может, а свой бумажник он оставил в пиджаке.

— Извини, приятель, в другой раз, — сказал он, виновато улыбаясь.

— Ничего-ничего, — снисходительно махнул негр, вытряхивая деньги из футляра в целлофановый пакет.

— Но играл ты просто великолепно! — И Крис с чувством пожал ему руку.

— Серьезно? А ты, часом, не профессионал? Может, возьмешь меня в свой джаз-банд?

— Увы, я всего лишь любитель, — ответил Крис и уже хотел было уйти, когда чернокожий музыкант вдруг предложил:

— А сам сыграть не желаешь?

— Я?

— Да, ты.

— Что, прямо сейчас?

— Почему бы и нет?

Крис растерялся. Он так давно не играл на саксофоне, что боялся опозориться.

— Смелее, — подбодрил его негр, протягивая инструмент.

— Пожалуй, не стоит.

— Боишься заразы? — И, прежде чем Крис успел что-либо ответить, парень достал из нагрудного кармана новенький нагубник, ловко заменил им старый и протянул молодому человеку саксофон. — Держи и не тушуйся.

Искушение было слишком велико, поэтому Крис не смог устоять. Бережно приняв из рук негра инструмент, он энергично пошевелил губами, затем набрал полную грудь воздуха и выдул первую ноту.

Сначала он играл неуверенно, словно ученик музыкальной школы, разучивающий первые в своей жизни гаммы. Но затем не на шутку увлекся. Более того, поймал кураж и заиграл так, словно бы на его счету в банке не лежало много сотен тысяч долларов и только от нынешней игры зависело, сможет ли он заработать на сегодняшний ужин.

Чтобы не мешать Крису, владелец саксофона отошел подальше и сел прямо на асфальт, прислонившись спиной к стене дома.

Теперь Крис остался стоять один посреди улицы. Наклонив голову и полузакрыв глаза, он упивался звездной ночью и тягуче-страстной мелодией, рождающейся из самых потаенных глубин его сердца. Он не сознавал, как долго играл, и не обращал ни малейшего внимания на окружающих. Зато когда закончил и выпрямился, увидел, что напротив него стоит загорелая молодая женщина в строгом белом костюме, но с распущенными по плечам пышными золотисто-рыжими волосами.

На какой-то миг их взгляды встретились. После чего произошло самое неожиданное: женщина стремительно приблизилась к Крису и, обхватив его голову ладонями, пылко поцеловала в губы!

* * *

Делина Джойс специально прилетела в свой родной Строумфилд, где не была уже год, чтобы повидаться с подругами и поучаствовать в праздновании юбилея города. Естественно, она пребывала в прекрасном расположении духа, какое только может быть у жителя столицы, приехавшего навестить своих провинциальных друзей. Однако первый же разговор со школьной подругой Магдой задел ее за живое и изрядно подпортил настроение.

А все началось с того, что они принялись обсуждать личную жизнь одной из их общих приятельниц — Виктории. Та еще в колледже славилась своим веселым нравом и к двадцати пяти годам ухитрилась сменить уже трех мужей. При этом с каждым из них она рассталась по собственной инициативе, объясняя это тем, что надеется найти себе кого-нибудь еще, с ее точки зрения, получше.

Делина осудила поведение Виктории, на что Магда со смехом заявила:

— Я и не ждала от тебя ничего другого!

— Это еще почему? — удивилась Делина.

— А чего можно ждать от такого синего чулка, как ты? У тебя же на лбу написано университетское образование и консервативное воспитание. Подобные вещи, милая моя, даром не проходят!

— Но я совсем не такая!

— Расскажи это кому-нибудь другому!

— Ты просто не понимаешь, что я хочу самостоятельно чего-то добиться в этой жизни, а не просто заарканить стоящего парня.

— Ну и глупости!

— Это еще почему?

— А зачем нам, женщинам, чего-то добиваться или создавать что-то великое? Все это делают для нас и за нас мужчины. Нам же достаточно как можно дольше оставаться для них красивыми и желанными.

— Подобные рассуждения устарели еще в начале прошлого века!

— Мне плевать, когда они устарели. Однако я еще больше убедилась в том, что тебе действительно грозит участь старой девы, проводящей досуг за телевизором.

— Ты ошибаешься! — возмутилась Делина, которую всерьез задел иронически-издевательский тон подруги. Однако она не стала пока уточнять, что предрекаемая участь старой девы ей грозить никак не может.

— В самом деле? — усмехнулась Магда. — В таком случае скажи: много ли у тебя мужчин было в твоем распрекрасном Вашингтоне?

Делина не ответила, поскольку отвечать было нечего. После окончания университета проработав года два в Талахасси в администрации штата, она устроилась помощником одного влиятельного сенатора от Флориды и переехала жить в столицу Штатов.

Разумеется, там за ней ухаживали немало молодых представительных мужчин. Однако от одного вида их строгих костюмов, накрахмаленных сорочек и на редкость однообразных предложений — пообедать или поужинать вместе — Делину обуревала такая тоска, что о более близком знакомстве не могло быть и речи. Кажется, она охотнее закрутила бы роман с личным шофером сенатора, если бы тот пригласил ее на бейсбол, где угостил бы чипсами и кока-колой!

Но как объяснить это Магде и что ответить на вопрос о мужчинах? Так ничего и не придумав, Делина отрицательно мотнула головой и сердито передернула плечами.

— Вот то-то же! — продолжала торжествовать подруга. — Потому и нечего обижаться на упреки в консерватизме, особенно если везде и всюду держаться словно на приеме в Белом доме.

— И все равно ты заблуждаешься на мой счет, — после недолгих раздумий упрямо заявила Делина, по-прежнему не желая вдаваться в подробности. — Пусть я действительно привыкла к официальным манерам, но в глубине души я совсем другая.

— Тогда скажи честно, — не унималась Магда, — у тебя есть сейчас друг?

— Нет.

— А ведь молодым женщинам нашего возраста он просто необходим, — сказала Магда и лукаво взглянула на подругу. — Иначе по ночам такие эротические фантазии одолевают… Знаешь, например, что мне приснилось прошлой ночью, когда рядом со мной не было Майкла?

— Рассказывай, все равно ведь не угомонишься, — буркнула Делина.

— Так вот, сначала я долго не могла заснуть, а когда мне это все-таки удалось, вдруг увидела себя в местной больнице. Вокруг меня суетились медсестры — вроде бы готовили к операции. Затем меня переложили на каталку и повезли по длинному коридору… Причем все это я запомнила очень отчетливо и даже насчитала два поворота по дороге в операционную.

И вот я уже лежу на операционном столе и вижу свое отражение в металлических ободках ламп. Откуда-то доносятся приглушенные голоса, затем лампы вспыхивают, я прищуриваюсь, поворачиваю голову и вижу хирурга. Этакого высокого здоровенного парня с пышными черными усами, густыми бровями и волосатой грудью, которая выглядывает в треугольном вырезе халата. Мне становится необыкновенно хорошо. Я чувствую себя расслабленной, разнеженной, блаженствующей и терпеливо жду начала операции. И вдруг этот самый хирург как-то игриво подмигивает мне, распахивает халат и вместо скальпеля достает…

Тут Магда не удержалась и захихикала.

— Ну, сама можешь догадаться, что он достает вместо скальпеля.

Делина покраснела, с легкой укоризной покачала головой, но, тем не менее, спросила:

— И что дальше?

— А дальше было так чудесно, что когда я внезапно проснулась, то почувствовала, как вся буквально горю, а сердце просто заходится от экстаза! Неужели у тебя не бывает подобных снов или фантазий?

— Бывают, конечно бывают… Но я бы не хотела распространяться на эту тему, — проворчала Делина.

— И это ты говоришь лучшей подруге, от которой не пристало ничего скрывать! — с упреком воскликнула Магда. — А после еще осмеливаешься делать обиженное лицо, когда я называю тебя синим чулком.

— Сколько раз надо повторять, что ты заблуждаешься на мой счет!

— Так докажи это, дорогуша! — со смехом обнимая ее, предложила подруга.

— Как?

— Для начала распусти свои чудные волосы и расстегни хотя бы пару верхних пуговиц на блузке.

— И что дальше? — развеселилась Делина, охотно выполнив эту просьбу. Ей неожиданно начала нравиться затеянная Магдой игра.

— А дальше выйди на улицу и попытайся с кем-нибудь познакомиться.

— Как — сама? — ужаснулась Делина, мгновенно представив себя в роли уличной девки, пристающей к прохожим с непристойными предложениями.

— А что тут такого? — искренне удивилась Магда. — Городок у нас маленький, нравы простые, так что подобные знакомства — самое обычное дело. Или в тебе опять заговорил синий чулок?

Вынести подобное обвинение третий раз подряд было выше ее сил.

— Хватит обзывать меня этой дурацкой кличкой! — заявила Делина, вскакивая. — Чтобы раз и навсегда доказать тебе обратное, я прямо сейчас отправлюсь гулять одна, познакомлюсь с самым красивым парнем, который мне только встретится, и прекрасно проведу с ним время!

— Вот и отлично! — рассмеялась подруга. — Желаю хорошо повеселиться. А завтра не забудь рассказать, что у тебя из всего этого получилось… Если только будет что рассказывать!

— В этом можешь не сомневаться! — с вызовом бросила Делина и с гордо поднятой головой покинула дом Магды.

Однако едва она оказалась на улице, как запал моментально прошел и молодая женщина почувствовала себя весьма неуютно. Да, разумеется, на нее оглядывались и даже отпускали ей вслед игривые шуточки. Но Делина по привычке так презрительно поводила плечами и принимала столь независимый вид, что ни один из многочисленных уличных ловеласов не осмелился ее преследовать. Лишь через какое-то время она спохватилась и поняла, что таким поведением ничего не добьется и завтра утром ей придется покаяться и со стыдом признать свое поражение.

Но ведь тогда обидная для любой женщины кличка синий чулок пристанет к ней навсегда!

Ужаснувшись этой мысли, Делина решила сменить тактику и принялась отвечать улыбкой на улыбку. Так продолжалось до тех пор, пока впереди не послышались меланхоличные звуки саксофона.

Она устремилась туда и увидела толпу из пяти-шести человек, собравшуюся вокруг одинокого музыканта — высокого и широкоплечего мужчины лет тридцати в белой майке и голубых джинсах. Глаза его были полузакрыты, а мощный торс плавно изгибался в такт музыке, словно бы облегчая появление на свет мелодии, рождающейся где-то в глубине его души.

Музыкант был красив, а его увлеченность игрой придавала ему столь невероятное обаяние, что у Делины перехватило дыхание. Вот тот, кого я ищу, твердо сказала она себе. И теперь самое главное — не упустить свой шанс! Оставалось только решить, как и о чем с ним заговорить.

Тут, словно в ответ на ее замешательство, музыкант выпрямился в полный рост, чтобы вдохнуть полной грудью, и Делина увидела ядовито-зеленую надпись на его белой майке «Поцелуй меня, детка!».

Решение напрашивалось само собой, однако требовало такого мужества, что она мгновенно ощутила бешеные скачки пульса. Не будь трусихой, продолжала уговаривать себя Делина, машинально облизывая губы. Другого такого случая может и не представиться. Зато как будет интересно завтра увидеть лицо Магды, когда она познакомит ее с таким мужественным красавцем!

Тем временем музыкант закончил играть и, улыбаясь, принялся раскланиваться перед аплодирующими ему слушателями, среди которых были две весьма симпатичные девушки, хлопавшие ему громче остальных.

На какой-то миг его глаза встретились с глазами Делины. И тогда она, действуя как лунатик — а над городом светила полная луна, — сделала несколько шагов вперед, обняла его за шею и пылко прижалась губами к его влажным от игры на саксофоне губам.

<p>2</p>

— Это в благодарность за игру или вы прочли надпись на моей майке? — растерянно спросил Крис, стоило им прервать поцелуй, которому окружающие зааплодировали даже громче, чем его джазовой импровизации.

— Думайте, как вам угодно, — ответила Делина, смущенно опуская глаза. — Хотя играли вы действительно здорово.

— Вот спасибо!

— Ох, извините, — вдруг спохватилась она. — Кажется, я стою на вашей ноге.

— Ничего страшного, — счастливо засмеялся Крис. — Если мы и дальше будем целоваться, я готов подставить вам вторую ногу.

Делина с улыбкой покачала головой и попятилась. Тем временем слушатели начали расходиться. А владелец саксофона поднялся с асфальта, подошел к Крису и снисходительно похлопал его по плечу.

— Классно играл, напарник.

— Спасибо, — возвращая инструмент, горячо поблагодарил его Крис. Ему действительно была дорога эта похвала из уст профессионального музыканта, чьей игрой он восхищался несколько минут назад.

— Хочешь играть вместе? — неожиданно предложил тот.

— Шутишь? — удивился Крис.

— Нет, я серьезно. Если решишь составить мне компанию, то дома у меня лежит еще один инструмент. Двоим платят больше, чем одному, так что подумай над моим предложением. Меня всегда можно найти на этом месте.

— Непременно подумаю.

Они пожали друг другу руки, и чернокожий музыкант, бережно уложив саксофон в футляр, побрел прочь. А Крис подхватил с земли сумку, закинул ее за плечо и оглянулся в поисках прекрасной незнакомки, что так пылко поцеловала его в губы. Удивительный поцелуй показался ему самой прекрасной наградой за все испытания сегодняшнего дня.

Но если он не проявит должной находчивости, то самой большой неудачей окажется не испорченный костюм, а упущенное знакомство с восхитительной рыжеволосой молодой женщиной. Впрочем, она явно не торопилась никуда уходить и сейчас стояла чуть поодаль, делая вид, будто внимательно рассматривает витрину салона красоты.

— И что дальше? — подходя к ней и улыбаясь, поинтересовался Крис.

— Простите? — Она повернулась и окинула его внимательным взглядом серо-голубых глаз.

— Я хочу спросить: неужели у столь чудесного поцелуя не будет продолжения?

— Ну и чего бы вы хотели? — по привычке насторожилась Делина, в глубине души еще не отошедшая от того, что сделала, но уже гордая одержанной над собой победой. Что бы ни случилось в дальнейшем, завтра ей будет о чем рассказать самонадеянной Магде!

Крис озадаченно пожал плечами. Вот и пойми этих женщин! То бросаются тебе на шею и чуть не душат поцелуями, а то самым холодным тоном спрашивают: «Ну и чего бы вы хотели?», — словно подобное поведение для них в порядке вещей.

По своему прошлому опыту общения с женщинами он знал, что, когда тебе задают подобный вопрос, самое неразумное — это откровенно признаться в своих желаниях, а самое умное — сохранить полнейшую невозмутимость. Вот и сейчас он решил поступить именно так: вежливо улыбнулся, чуть склонил голову в знак прощания и, повернувшись, неспешно пошел своим путем.

Незамысловатая уловка блестяще сработала. Не успел Крис сделать и нескольких шагов, как услышал за своей спиной торопливый перестук каблучков. Выждав некоторое время, он остановился, обернулся и вопросительно посмотрел на молодую женщину.

— Извините, но не могла бы я узнать о ваших планах на сегодняшний вечер? — неуверенно, словно прося о большом одолжении, спросила незнакомка.

— А почему это вас интересует? — слегка обиженный ее предыдущей холодностью, спросил Крис.

Ему вдруг пришла в голову забавная мысль: а вдруг этой рыжеволосой женщине так понравилась его игра, что сейчас она предложит ему сыграть где-нибудь еще. Например, на вечеринке в честь дня рождения ее мужа.

Впрочем, вряд ли она замужем, потому что иначе бы не бродила в одиночестве по улицам и не целовала уличных музыкантов. А жаль! Он согласился бы сыграть для нее где угодно. Было бы о чем рассказать за ланчем вашингтонским коллегам!

— Дело в том, что я пытаюсь весело провести время, — объяснила незнакомка. — Вот и хотела узнать, не составите ли вы мне компанию на сегодняшний вечер.

А, все ясно! Скучающая великосветская дамочка покинула свою виллу в поисках развлечений. Богатая принцесса и нищий уличный музыкант… Почему бы и не сыграть эту роль, тем более что сегодня вечером он совершенно свободен?

— Охотно постараюсь вас развлечь, — ответил Крис, после чего женщина обрадованно улыбнулась и даже взяла его под руку. — Только боюсь одного…

— Чего? — тут же насторожилась незнакомка, моментально убирая руку.

— Вам не будет стыдно моего общества? Вы такая элегантная, а я одет более чем скромно.

— А, вот вы о чем, — небрежно отмахнулась она. — Не забивайте себе голову подобной ерундой. В конце концов мы живем в демократической стране, а не в какой-нибудь феодальной монархии.

— Ну, смотрите…

И они пошли рядом.

— Кстати, вы женаты? — неожиданно спросила молодая женщина, которая, как показалось Крису, настолько напряженно размышляла над какой-то проблемой, что ему даже не хотелось отвлекать ее вопросами.

— Нет, не женат.

— А… Ради Бога извините за нескромный вопрос. Вы не… голубой?

— Разве стал бы я целоваться с вами, будь я голубым? — усмехнулся Крис.

— Не знаю, — растерянно отозвалась женщина. — У меня никогда не было таких знакомых.

— У меня тоже.

— Значит, вы…

— Придерживаюсь нормальной сексуальной ориентации, — заверил ее Крис, с интересом ожидая, что последует дальше. Неужели он оказался прав и сейчас она предложит ему зайти к ней домой?

Однако, к его немалому удивлению — и даже некоторому разочарованию, — ничего подобного не произошло. Более того, когда они прошли еще несколько десятков ярдов, незнакомка с любопытством посмотрела на Криса и с лукавым видом поинтересовалась:

— Кстати, а куда вы меня ведете?

— Я вас веду?

— Ну да… То есть я хотела сказать, что если мы хотим весело провести время, то, вероятно, нам надо куда-нибудь зайти.

— А куда бы вы хотели?

— Да мне все равно. Главное, чтобы там играла музыка и было весело.

Услышав такой ответ, Крис оглянулся по сторонам и, заметив на другой стороне улицы роскошный французский ресторан, решительно направился туда.

Однако прежде, чем они дождались зеленого света светофора и успели перейти проезжую часть, он сообразил, что делает что-то не то. Ну не может уличный музыкант приглашать свою подругу в такое место, где самое дешевое блюдо стоит дороже, чем он может заработать за целый вечер!

А признаваться в том, кем он является на самом деле, — значит упустить одно из тех замечательных приключений, которые до сего дня ему доводилось видеть только в кино. Нет, он ни за что не сделает подобной глупости и постарается вести себя в полном соответствии со своей новой ролью. И путь будет, что будет.

На его счастье, по правую сторону от ресторана находился бар, каких полно в любом американском городе. Поэтому Крис взял свою спутницу под локоть и повел к ярко освещенным дверям.

— Что вам заказать? — спросил он, стоило им усесться на высокие табуреты за стойку бара.

— А что будете вы? — вопросом на вопрос ответила незнакомка.

— Пожалуй, я выпью пива. — По ее глазам Крис понял, что она ждала от него классического заказа — виски с содовой, а потому испытала некоторое разочарование.

Надо будет учесть на будущее и вести себя менее сдержанно. Может, позволить себе замысловато выругаться или подраться с кем-нибудь из посетителей? Пока он размышлял над возможностью подобного развития событий, его спутница приняла решение.

— Тогда я тоже выпью пива, — сказала она. — Пожалуйста «Будвайзер».

— Два пива, — попросил Крис бармена, после чего снова обратился к молодой женщине: — Кстати, не пора ли нам познакомиться? Меня зовут Крис… Кристофер Макферсон.

— Делина Джойс.

— И чем же вы занимаетесь, Делина Джойс? Она не видела причин скрывать это, поэтому сказала правду.

— Ого! Помощник сенатора по связям с общественностью! — выслушав ее, с уважением произнес Крис и отпил из поданного бокала.

Про себя он подумал о странном совпадении, известном пока только ему одному. Они с Делиной прилетели из Вашингтона в Строумфилд на ближайший уик-энд и встретились в первый же вечер, хотя до этого неоднократно могли познакомиться на одной из многочисленных вечеринок, на которых представители политической элиты общаются с артистами, бизнесменами, юристами и фотомоделями. Подобные совпадения очень напоминают намеки, которые судьба словно бы делает человеку, чтобы он не совершал сгоряча глупых ошибок.

Другое дело, что, даже уловив такой намек, трудно бывает удержаться от соблазна добиться всего и сразу, особенно если источник соблазна находится совсем рядом!

— А вы? — спросила Делина, выводя Криса из состояния задумчивости.

— Что — я?

— Давно ли вы зарабатываете этим себе на жизнь?

— Вы имеете в виду, играя на улице? О нет, совсем недавно. Раньше я играл в одном кабаке… не здесь, в соседнем штате. А сюда приехал, только чтобы навестить приятеля.

— Тот чернокожий, ваш напарник?

— Да. — И Крис, довольный тем, как справляется с новой ролью, снова припал к бокалу, искоса поглядывая на красивую соседку.

Когда она не поджимала с недовольным видом губ, не хмурила бровей и не строила из себя черт знает кого, то выглядела чертовски соблазнительно. Да и как еще может выглядеть золотоволосая красотка с большими серо-голубыми глазами и яркими пухлыми губами, что в данный момент смешно морщила изящный носик над бокалом светлого пива!

— Если хотите, можем заказать что-нибудь другое, — предложил Крис, когда Делина наконец с видимым усилием отважилась на первый глоток.

— Зачем? — спросила она, с удивлением подняв на него взгляд. — Мне нравится это пиво. Кстати, мистер Макферсон…

— Просто Крис.

— Ах, ну да, разумеется. Кстати, Крис, я хотела вас спросить вот о чем… Мне всегда казалось, что уличные музыканты носят длинные волосы, а у вас такая аккуратная модельная стрижка.

— Сейчас жарко, вот я и подстригся у знакомого парикмахера, — с ходу сочинил он.

— Да? А ваши часы… Это случайно не «ролекс». Мне кажется, я видела похожие в салоне, где они стоят…

Черт, и это умудрилась заметить! До чего же наблюдательная особа! — поразился Крис, выругав себя за непредусмотрительность.

— О, это всего лишь дешевая подделка, — с принужденной улыбкой заявил он, на всякий случай поворачивая часы циферблатом вниз, — которая на любой уличной распродаже стоит не больше пятнадцати баксов.

Делина не стала спорить. Однако, судя по ее задумчивому виду, кое-какие сомнения у нее все же остались.

Крис с тревогой ожидал дальнейших расспросов, мысленно прикидывая, что еще в его облике или поведении не соответствует представлению его собеседницы об уличном музыканте. К счастью, в этот момент раздались звуки рок-н-ролла, и он пригласил Делину танцевать.

— О нет, — улыбнулась она, — такие танцы не для меня. Боюсь показаться смешной. Подождем, пока заиграют что-нибудь медленное.

Крис не стал спорить и вскоре понял, что поступил правильно. Когда они наконец пошли танцевать, он обнял партнершу за гибкую талию, вдохнул тонкий аромат ее дивных волос — и у него едва не закружилась голова. Как же она красива, эта Делина Джойс из Вашингтона!

Любопытно, а как бы она вела себя со мной, если бы мы встретились именно там? — невольно подумал Крис. Но тут же его мысли приняли другой оборот.

Однако чего она от него ждет и как поступить так, чтобы, с одной стороны, не обмануть ее ожиданий, а с другой — не спугнуть излишне циничной фразой или слишком откровенно высказанным желанием? Хорошо бы, конечно, знать, как бы повел себя на его месте настоящий уличный музыкант, познакомившийся с такой изысканной женщиной. Насколько бесцеремонно он бы действовал, как скоро стал бы называть ее деткой, обнимать и предлагать что-нибудь эдакое?

Оказывается, чужая роль порой бывает так же неудобна, как и одежда с чужого плеча…

— О чем вы задумались, Крис? — спросила Делина, когда музыка закончилась и они вернулись за стойку к недопитому пиву.

— Подсчитываю, хватит ли денег, чтобы заказать еще выпивки, — брякнул Крис первое, что пришло на ум, с усмешкой подумав, что ему ничего не стоило бы купить весь бар, возымей он такое желание.

— О, об этом не беспокойтесь, — поспешно ответила молодая женщина. — Я могу за все заплатить, так что не стесняйтесь, заказывайте.

— Настоящий ковбой никогда в жизни не опустится до того, чтобы за его выпивку платила дама! — гордо выпрямившись, заявил Крис.

— Но вы не ковбой, а музыкант!

— У музыкантов, уверяю вас, гордости ничуть не меньше. Кроме того, в своей жизни мне пришлось перепробовать множество профессий…

— Так расскажите о себе поподробнее, — тут же попросила Делина.

Врать с ходу Крису совсем не хотелось, поэтому он мысленно обругал себя за чересчур болтливый язык. Если так и дальше пойдет, то ему придется сочинить себе новую биографию.

Единственное спасение — это перехватить инициативу и заставить ее побольше рассказать о себе, решил он и тут спросил:

— Нет, лучше вы мне скажите, почему такая красивая женщина до сих пор не замужем.

— Мне так часто задают этот вопрос, — усмехнулась Делина, — что я готова выйти замуж только бы никогда больше его не слышать.

— Остроумное замечание. Однако вы нисколько не удовлетворили моего любопытства.

В ответ на это Делина вдруг закрыла глаза и, вытянув указательные пальцы обеих рук, попыталась свести их воедино. Крис с недоумением наблюдал за ее действиями, не зная, как на это реагировать. Когда пальцы прошли, не соприкоснувшись друг с другом, Делина открыла глаза и с непринужденной улыбкой взглянула на своего собеседника.

— Видите, Крис, я вам наглядно продемонстрировала мой ответ.

— Не совсем понял, что вы имели в виду. Нельзя ли объяснить словами?

— Пожалуйста. Когда какой-нибудь мужчина начинал нравиться мне до такой степени, что возникало желание выйти за него замуж, оказывалось, что он либо уже женат, либо у него другие планы. Когда же мне самой делали предложение руки и сердца, то я отнюдь не горела желанием его принять. Поэтому и приходится ждать, пока мое желание совпадет с тем, что мне предлагают. Я ответила на ваш вопрос?

— Вполне.

— В таком случае допивайте пиво и проводите меня домой!

Крис был несколько озадачен такой невесть откуда взявшейся категоричностью. Почему сразу домой? Разве именно это называется романтическим приключением, которое началось со столь необыкновенного поцелуя?

— По-моему, я вас разочаровал, — сказал он, стоило им покинуть шумный и прокуренный бар и вновь оказаться на улице.

Толпы прохожих на улицах Строумфилда уже заметно поредели. Дул легкий бриз, а в южном небе таинственно сияла огромная луна, похожая на роскошный бриллиант на фоне из черного бархата.

— Почему вы так решили? — спросила Делина, думая о чем-то своем.

— Вам хотелось весело провести время, а я всего лишь пригласил вас в бар и угостил пивом.

— Не говорите глупостей, Крис. Все было просто замечательно.

— Однако вы выглядите весьма озабоченной, — проницательно заметил он. — Вам не особенно хочется возвращаться домой или вы еще не выполнили всех своих планов на сегодняшний вечер?

Делина остановилась, пожала плечами и слегка улыбнулась.

Крис тоже остановился и заглянул в ее широко раскрытые загадочные глаза. Однако не только не смог понять их выражения, но даже не уловил смены настроения стоящей перед ним золотокудрой красавицы.

— Почему мы встали? — спросил он.

— Потому, что я уже пришла.

Крис удивленно вскинул голову и посмотрел сквозь редкие прутья высокой металлической ограды. За ней в глубине ухоженного парка виднелся белый двухэтажный особняк с колоннами у входа.

— Вы остановились здесь?

— Да, это дом родителей моей школьной подруги Магды. Она предлагала мне жить у них. Но я не люблю стеснять людей, поэтому предпочла занять небольшой флигель. Он находится слева от основного здания.

— Вижу, — кивнул Крис, машинально поправляя висящую на плече сумку.

— А где остановились вы, мистер Макферсон? — шутливо спросила Делина.

— Нигде. Полагаю, что на сегодняшнюю ночь меня приютит какая-нибудь скамейка в городском парке.

— Вы это серьезно?

— Да уж куда серьезнее!

— Разве у вас в Строумфилде нет квартиры? Где же вы живете?

Черт! Опять забыл свою роль! — мысленно упрекнул себя Крис.

— Вообще-то я пока остановился у приятеля, — тщательно подбирая слова, пояснил он. — До тех пор, пока не удастся заработать достаточно денег, чтобы снять жилье.

— Это тот ваш напарник-музыкант, которому вы отдали инструмент?

— Он самый. Кстати, его зовут Феликс и он лучший блюзовый саксофонист на всем побережье.

— Тогда почему бы вам не пойти к нему?

— Он живет слишком далеко, и я не уверен, что ночью смогу найти его берлогу. К тому же Феликс может быть там не один.

— Но ведь это же ужасно!

Судя по ее встревоженному тону, он находился на верном пути. И вдохновленный этим соображением Крис продолжил развивать удачно найденную тему.

— Вы имеете в виду скамейку в парке? О, не стоит беспокоиться, мисс Джойс. Смею вас уверить, что мне приходилось ночевать в местах и похуже. — И Крис, отвернувшись, принялся было насвистывать какую-то мелодию, но быстро прекратил.

Повисло весьма неловкое молчание.

Молодой человек чувствовал на себе напряженный женский взгляд, но не торопился встречаться глазами с Делиной, давая ей время принять нужное решение. Если он правильно разобрался в психологии этой рыжеволосой красотки, то она относится к тому типу женщин-упрямиц, на которых, чем сильнее давишь, тем с более ожесточенным сопротивлением встречаешься. Нет, лучше не навязываться, а играть в беззаботного разгильдяя, великовозрастного мальчишку, которого настолько мало заботит собственная судьба, что он готов вручить ее в чьи угодно руки.

А как действовал бы на его месте настоящий уличный музыкант? В любом случае, или он очень ошибается, или Делиной уже овладело нешуточное беспокойство по поводу его сегодняшнего ночлега, поэтому она…

— Может, дать вам денег, чтобы вы сняли номер в каком-нибудь отеле? — наконец раздался нерешительный женский голос.

— Бесполезно, мисс Джойс, — поворачиваясь к ней, сухо произнес Крис. — Вы и сами должны знать, что все отели переполнены.

Почему она так медлит с предложением, которое он ждал услышать еще час назад? Что за странная манера кокетства? Или это нечто иное?..

— Ну что ж, — Делина вдруг шумно вздохнула, — тогда вам ничего больше не остается, как пойти со мной. — И она взяла его за руку своей теплой и нежной рукой. — Надеюсь, вы не откажетесь быть моим гостем?

Вместо ответа Крис сделал то, чего она в этот момент никак от него не ожидала. Осторожно высвободил свою руку, затем обнял Делину за талию и мягко привлек к себе. Она не успела охнуть, как ощутила на своих губах прикосновение горячих и сухих мужских губ. Поцелуй Криса был такой сдержанный и одновременно властный, что Делина и не подумала сопротивляться. Более того, закрыла глаза и слегка приоткрыла губы.

Однако Крис на удивление быстро отстранился, после чего с любопытством взглянул на нее и сказал:

— Вот теперь, если вы еще не передумали со своим предложением, пойдем в ваш флигель!

<p>3</p>

— Зачем вы это сделали? — тихо спросила Делина несколько минут спустя, когда они уже шли по темной аллее в направлении флигеля, над входом в который приветливо горел фонарь.

— А зачем вы меня сегодня поцеловали?

— Прочла надпись на майке.

— Ну а я захотел убедиться в вашей решимости и заодно… приободрить вас, — несколько загадочно ответил Крис, машинально облизывая губы.

Какая же вкусная и ароматная у нее помада! И какой упоительный язык!

— Однако вы психолог, — заметила Делина.

— А как же иначе? В работе с людьми без этого никак не обойтись. И здесь самое главное — это четко понимать психологию каждого твоего… — Крис уже хотел было сказать «клиента», но в последний момент успел поправиться, — каждого твоего слушателя.

— Надо же, как все сложно! — искренне удивилась Делина. — А мне казалось, что вы всего лишь играете на саксофоне, не замечая никого вокруг.

— Ваше заблуждение является весьма распространенным. Однако оно так же далеко от истины, как, скажем, Вашингтон от Строумфилда.

Черт! Уличные музыканты так не выражаются. Как же забыть об образовании и начать говорить на уличном жаргоне? — подумал Крис и искоса взглянул на Делину. Интересно, заметила она это или нет?

Судя по всему, его спутница волновалась все сильнее, недаром же, поднимаясь по ступенькам, споткнулась и наверняка упала бы, если бы Крис вовремя не поддержал ее. Для искательницы приключений она ведет себя весьма странно, отметил он про себя, продолжая внимательно наблюдать за молодой женщиной, которая почему-то старательно избегала его испытующего взгляда.

Откуда взялась эта странная застенчивость и почему она так волнуется?..

Ему вдруг вспомнилось пари, которое он заключил с двумя приятелями-адвокатами на одной скучной деловой вечеринке. В тот вечер, выпив немало виски с содовой, они поспорили, кто из них пользуется большим успехом у женщин. Суть пари заключалась в следующем: после вечеринки все трое расходятся в разные стороны, пытаются познакомиться с порядочными женщинами — проститутки категорически исключались! — и затащить их в постель.

Тот, кому удается соблазнить самую красивую женщину, срывает банк, в котором находилось полторы тысячи долларов, — все трое скинулись по пятьсот. Доказательством успеха должны были служить фотографии женщины и, если таковая найдется, визитная карточка.

Первый из приятелей Криса ограничился официанткой ночного «Макдоналдса» — симпатичной студенткой лет двадцати. Второму удалось соблазнить оператора банка — тридцатилетнюю разведенную даму, имевшую девятилетнюю дочь.

Однако победителем, по общему мнению друзей, стал именно Крис. Он не стал бродить по улицам, а сразу отправился в артистический ночной клуб, где сумел познакомиться, а потом и переспать со старлеткой — молодой актрисой, игравшей одну из второстепенных ролей в популярном телесериале. Возможно, она была не так красива, как случайные избранницы его друзей-соперников, зато все трое видели ее в сериале. И это сыграло Крису на руку. Он выиграл деньги, а заодно и приобрел славу записного донжуана.

Неужели и женщины заключают между собой аналогичные пари? — размышлял Крис, пока Делина открывала входную дверь.

Они вошли во флигель, на первом этаже которого находилась гостиная с декоративным камином из натурального камня. Французское окно выходило на небольшую террасу, чьи широкие каменные ступени спускались в сад. На второй этаж вела неширокая деревянная лестница, устланная пушистым ковром. Там, судя по всему, располагались спальня и ванная. Довольно скромная, можно было даже сказать старомодная, остановка — если не считать огромного телевизора и роскошного бара, — делала временное жилище Делины на редкость уютным и по-своему романтичным.

Типичное уютное гнездышко, которое требуется для завершения нашего замечательного знакомства, отметил про себя Крис.

— Устраивайтесь, Крис, — чуть дрогнувшим голосом предложила Делина, снимая пиджак и оставаясь в белой блузке и клетчатой юбке до колен. — Хотите чего-нибудь выпить?

— У меня для вас есть более удачное предложение, — сказал он, сбрасывая сумку на пол.

— Какое?

— Вы очень напряжены, а я умею хорошо делать массаж, как расслабляющий, так и тонизирующий. Раздевайтесь и ложитесь на диван, и я вам это продемонстрирую. — И он жестом опытного массажиста пошевелил пальцами рук, словно бы разминая их.

Делина замерла, чуть ли не с испугом глядя на своего безмятежно улыбающегося спутника. Нет, в принципе она была готова к чему-то подобному, но вот так сразу раздеться…

Боже, а не лучше ли прекратить этот спектакль, извиниться перед Крисом, а наутро признаться Магде в своем поражении? — промелькнула мысль. Да пусть она хоть на всю жизнь останется в глазах подруги синим чулком, но самоуважение-то дороже!

— Вас что-то смущает? — поинтересовался Крис, тоже испытывая некоторое смущение, в котором ему не хотелось признаваться даже себе.

Делина неуверенно пожала плечами и ничего не ответила.

— Тогда я пойду наверх помыть руки, — как ни в чем не бывало сказал он. — А вы приглушите свет, снимите блузку и приготовьтесь.

Против этого нечего было возразить, поэтому Делина согласно кивнула. Приведя мужчину в дом, нельзя без конца изображать из себя скромницу. В любовной игре существуют ситуации, когда надо вести себя как в одной из разновидностей японской борьбы: поддаться, чтобы победить.

Дождавшись, пока Крис взбежит наверх и скроется в ванной, Делина расстегнула блузку и кинула ее на кресло. Через секунду за ней последовал белый кружевной бюстгальтер. Немного поколебавшись, Делина расстегнула молнию на юбке, и когда та упала к ее ногам, перешагнула через нее, подняла и тщательно расправила. При этом сердце ее колотилось так сильно, будто грозило выскочить из груди. Но самое досадное — она начала краснеть.

Неужели ей так и не удастся избавиться от дурацкой закомплексованности и стать столь же раскрепощенной и веселой, как подруга Магда? Ну нет, она ни за что на свете не согласится всю жизнь оставаться синим чулком. Уж лучше быть чулком белым или черным — говорят, что именно такие возбуждают мужчин сильнее всего.

— Готовы? — раздался сверху голос Криса. — Я уже иду.

— Секунду! — воскликнула Делина, стоя посреди гостиной в одних трусиках и машинально прикрываясь юбкой, хотя ее никто не видел.

Затем, усмехнувшись собственной застенчивости, она бросила юбку на широкий подлокотник кресла и легла на диван. Она успела до талии укрыться пледом, когда появился Крис, избавившийся от дурацкой майки. Мельком взглянув на него, Делина не могла не восхититься его мускулистой грудью, слегка поросшей курчавыми черными волосками.

— Ну что, приступим? — спросил Крис, приближаясь к дивану и на ходу продолжая демонстративно поигрывать мышцами, разминая кисти рук.

— Только, пожалуйста, мистер, не делайте мне больно, — тонким голоском пропищала Делина, подражая юным барышням из голливудских фильмов ужасов.

— Все будет о'кей, не сомневайтесь, мам, — засмеялся Крис, присаживаясь рядом с ней на диван. — Чтобы мне было легче работать, постарайтесь ни о чем не думать и целиком сосредоточьтесь на своих ощущениях.

— Постараюсь, — вздохнула Делина, с некоторым опасением ожидая обещанных ощущений. — Надеюсь, они будут достаточно приятными.

— В противном случае фирма вернет вам деньги, — шутливо пообещал он. — Итак, начнем.

С первых же его прикосновений Делина поняла, что напрасно беспокоилась. У Криса оказались удивительные руки — нежные, сильные, умелые. Ее затопила волна такого непередаваемого блаженства, что она чуть не замурлыкала от удовольствия. Как же замечательно он разминал и поглаживал ее плечи и спину, какие у него чуткие и чувственные пальцы! А уж мастерство массажиста выше всяких похвал.

— Ну как? — спросил Крис несколько минут спустя, пробегая вдоль ее позвоночника кончиками пальцев.

— Бесподобно, — простонала Делина. — Пожалуйста, Крис, если вы не очень устали, то, умоляю, не останавливайтесь. Еще, еще…

— Как прикажете, мисс, — усмехнулся он и продолжил бережно мять и растирать нежную женскую спину. — Кстати, хотел вас предупредить, что клиенткам с такой замечательной кожей мы предоставляем солидные скидки.

— В самом деле? Спасибо за комплимент…

Если Делина блаженствовала от его умелых прикосновений, то и сам Крис не смог остаться равнодушным к обладательнице атласной кожи. А еще Делина так сладострастно постанывала под его ладонями, что в какой-то момент ему неистово захотелось перевернуть ее на спину и впиться поцелуем в полураскрытые губы.

Однако он сумел сдержаться.

И все же, как ни велико было возбуждение Криса, постепенно его начала вытеснять усталость от бурно проведенного дня. Ранний подъем, четыре часа в самолете, да и весь суматошный день, переполненный всевозможными неприятностями, не могли не сказаться. Крис чувствовал, как глаза начинают неудержимо слипаться, а руки слабеют.

Почувствовала это и Делина. Разнежившись и одновременно воспламенившись от столь эротичного массажа, она вдруг испытала потребность сделать что-то приятное и своему массажисту. Когда его руки замерли на ее спине, она медленно перевернулась и подтянула плед до самого подбородка.

Крис сидел, устало привалившись к мягкому подлокотнику дивана и закрыв глаза. У него был такой измученный вид, что ей поневоле стало его жалко.

И тогда она осторожно, по-кошачьи привстала и наклонилась. Сначала Делина просто поцеловала обнаженную мужскую грудь, а затем втянула в рот и слегка поласкала языком упругий сосок.

Крис вздрогнул и, не открывая глаз, что-то невнятно пробормотал.

Делина тут же замерла, сама не понимая, что ее больше возбуждает: ощущение того, как сосок заметно твердеет от прикосновений ее языка, или же глубокая внутренняя дрожь, сотрясшая мужской торс. Как бы то ни было, оба эти ощущения вызвали в ней ответный и невыносимо сладостный трепет.

Выждав несколько секунд, она пробежала языком по груди Криса, оставляя на ней влажные, быстро сохнувшие следы, и взяла в рот другой сосок.

— Ты меня просто убиваешь, — простонал он и, по-прежнему не открывая глаз, нежно провел рукой по ее пушистым волосам.

— Ни в коем случае, — чуть отстраняясь и обжигая его кожу горячим дыханием, прошептала Делина. — Ты нужен мне живым…

— Тогда, умоляю, не останавливайся, — попросил он, явно противореча себе.

Плед уже давно сполз на пол, поэтому ничто не помешало Крису провести ладонями по обнаженным плечам Делины и подхватить ее упругие груди. Затем он слегка приподнял их и нежно сжал несколько раз подряд. Через мгновение они уже слились в обжигающем, туманящем сознание поцелуе.

Пока шла упоенная игра языков, обнаженные груди Делины эластично вжимались в тугую грудь Криса, что доставляло обоим дополнительное наслаждение.

Как ни странно, первым из них двоих опомнился именно мужчина.

— Подожди минутку, — задыхаясь, прошептал Крис.

— Что такое? — не поняла Делина.

— Мы с тобой еще слишком мало знакомы…

— И что с того? — оседлав его и откинув с разгоряченного лица волосы, недоуменно спросила Делина. — Хочешь сказать, что не стоит этого делать в первый же вечер, а надо получше узнать друг друга?

— Нет, у меня и в мыслях не было подобной глупости! Я всего лишь хотел заметить, что есть смысл воспользоваться презервативом.

— А у тебя он с собой?

— Нет, но… Неужели в этом доме не найдется хотя бы одной упаковки?

Делина призадумалась, затем неуверенным кивком указала куда-то наверх.

— Если только там, в спальне.

— В таком случае, подожди меня ровно минуту.

Проводив взглядом Криса, проворно взбежавшего на второй этаж, и снова прикрывшись пледом, Делина изумленно покачала головой, удивляясь собственной пылкости. Подумать только, а ведь всего несколько часов назад они даже не были знакомы! И после этого Магда еще осмеливается называть ее синим чулком!

Прошло пять, затем десять минут, а Крис все не возвращался.

Удивленная его медлительностью и даже слегка обиженная этим, Делина сначала позвала его снизу, а потом накинула блузку и, завязав ее полы под грудью, решительно поднялась на второй этаж.

Открыв дверь спальни, она увидела удивительную картину. Там царил полнейший беспорядок: все ящики были выдвинуты, а дверцы шкафов распахнуты настежь, словно по комнате пронесся ураган или здесь поорудовала шайка грабителей.

Однако самым поразительным было не это. Крис ничком лежал на кровати и, судя по его равномерному дыханию, спал… сжимая в правой руке яркую упаковку презервативов.

* * *

Делина собиралась на концерт долго и тщательно, поскольку ей предстояло пойти туда в роскошном вечернем платье с длинным шлейфом. У входа ее терпеливо поджидал швейцар в ливрее, а шофер уже предупредительно распахнул дверцу лимузина.

Но вот она приехала, торжественно прошла через весь зал, сопровождаемая восхищенными взглядами мужчин, и заняла свое место в первом ряду партера. Последовали томительные минуты ожидания, пока под громоподобные аплодисменты публики на сцене не появился дирижер. Как же он красив, строен и великолепен в своем фраке и белоснежной сорочке!

Вот он раскланивается, находит ее взглядом — Боже, да это же не кто иной, как Крис! — и посылает ей воздушный поцелуй. Делина чувствует, что все дамы в зале смотрят на него с обожанием, и ей хочется крикнуть изо всех сил: «Он — мой!»

Затем Крис берет с пюпитра дирижерскую палочку, поворачивается к оркестру, выдерживает паузу и наконец взмахивает руками…

Но, Боже, что за отвратительный, однообразный звук вместо ожидаемого вальса Штрауса!

Не сразу проснувшаяся Делина с трудом поняла, что это звонит телефон. Открыв глаза, она обнаружила себя в одиночестве лежащей на кровати в знакомой спальне. На какой-то миг события вчерашнего вечера показались ей удивительным сном. Но куда девался дирижер… то есть Крис?

Прежде чем взять трубку — а это наверняка звонила Магда, — Делина томно потянулась. И тут ее внимание привлек доносящийся из ванной шум воды.

Она насторожилась. Звук тут же стих, зато на пороге спальни появился Крис с мокрыми волосами и в полотенце, обернутом вокруг бедер. Вчерашний знакомый выглядел свежим и бодрым. Он весело улыбался и как ни в чем не бывало смотрел на оторопевшую Делину.

— Ты не собираешься брать трубку? — осведомился Крис, кивая на телефон.

— Ты еще здесь! — с ужасом выдохнула Делина.

— Да, разумеется, — растерянно ответил он. — А что тебя удивляет?

— Немедленно одевайся и уходи! Сейчас сюда явится Магда!

— И что в этом такого? Ты не хочешь нас знакомить?

В Делине мгновенно проснулся тот самый консерватизм, который прочно сидел в подсознании и упрямо твердил: если тебя застанут в спальне с мужчиной, который, ко всему прочему, не является твоим мужем, то это верх неприличия!

— Одевайся быстрее! — повторила она, досадуя на его глупый, как ей показалось, вид.

Ничего не понимающий Крис машинально кивнул и сбросил полотенце, оставшись, к лицемерному облегчению Делины, настороженно следившей за всеми его действиями, в трусах. Затем он взял со стула джинсы и смешно запрыгал на одной ноге, пытаясь побыстрее их натянуть.

Она глубоко вздохнула и сняла трубку.

— Да-а? — протянула Делина, стараясь придать голосу по возможности сонное выражение и тем самым хоть немного выиграть время.

— Привет, подруга, — весело начала Магда. — Долго же ты спишь.

— А сколько сейчас времени?

— Почти одиннадцать. Никак не отойдешь от бурно проведенной ночи?

— Угадала.

— Что, неужели тебе и вправду удалось кого-нибудь подцепить?

— Не понимаю, почему ты в этом сомневаешься, — холодно заметила Делина.

— Да ладно, это я так. — В тоне подруги слышалась обидная снисходительность, словно бы она была старшей сестрой, которая считает своим долгом учить жизни младшую. — Я тут сейчас с Майклом, так он говорит, что у него на примете есть парень, с которым он может тебя познакомить.

— Спасибо за заботу, — все так же холодно ответила Делина, делая знак Крису не спешить. — Но в этом нет необходимости. Я сейчас не одна.

Крис уже успел натянуть джинсы и сейчас возился с молнией. Однако при последних словах молодой женщины замер и вопросительно уставился на нее.

— Да неужели? — очень ненатурально, словно подозревая подвох, удивилась Магда.

— Если ты мне не веришь, я могу передать ему трубку.

— И кто же этот счастливец? — немедленно заинтересовалась подруга.

— Какое это имеет значение?

— И все-таки?

— Допустим, уличный музыкант.

— Шутишь!

— Нисколько. Он стоял на улице и замечательно играл на саксофоне, а я подошла к нему… и познакомилась. — Делина подумала, что если сразу расскажет, как все было, то Магда уж точно не поверит ни единому ее слову.

Впрочем, похоже, она и так не слишком-то верила, поскольку продолжала настойчиво допытываться:

— Ты переспала с уличным музыкантом и сейчас он находится рядом с тобой?

— Именно так.

— Тогда мы с Майклом немедленно идем к вам знакомиться! Только не вздумай потом сказать, что ты меня разыграла! — И, не дожидаясь ответа подруги, Магда повесила трубку.

Делина несколько секунд слушала короткие гудки, улыбаясь и в глубине души торжествуя. Магда уже поражена, а что будет, когда она увидит красавца Криса!

— Так что же мне теперь делать? — осторожно поинтересовался тот, внимательно следя за выражением лица молодой женщины.

Делина аккуратно положила телефонную трубку и виновато улыбнулась.

— Извини, что вздумала тебя выгонять. Просто спросонья, да еще не выпив крепкого кофе, я на удивление плохо соображаю.

— Так мне уйти или остаться?

— Разумеется, остаться. Сейчас сюда примчится Магда со своим приятелем.

— И что?

— Мы познакомимся и, как я полагаю, все вместе отправимся завтракать.

— Ну-ну, — сказал Крис, озадаченно качая головой и рывком застегивая непослушную молнию. — Кстати, хотел обратить твое внимание на то, что мы провели ночь в одной постели.

— Знаю, — снова улыбнулась она. Действительно, обнаружив Криса спящим, Делина осторожно прилегла рядом, благо кровать была двуспальная, и очень скоро заснула. Любопытно только, когда он вспомнит о цели своего визита в спальню и предложит продолжить с того места, на котором они вчера остановились?

Впрочем, сейчас было не до этого…

* * *

Перед приходом подруги Делина успела стремительно принять душ и одеться, предварительно выставив Криса в гостиную. Она не стала надевать официальный белый костюм, в котором прилетела из Вашингтона, предпочтя обрезанные до колен джинсы и розовую блузку без рукавов со стоячим воротничком.

Стоило ей спуститься вниз, где ее ждал Крис, как в дверь позвонили.

На пороге стояла Магда — невысокая, чуть полноватая, но довольно симпатичная шатенка с весело-любопытным выражением округлого лица. За ее спиной маячил долговязый, рыжий и конопатый Майкл. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу и почесывал нос.

— Привет! — еще раз поздоровалась Магда, переступая порог гостиной и немедленно устремляя взгляд на Криса.

Майкл вошел следом, коротко взглянув на незнакомца, и приветливо кивнул Делине.

Какое-то время Магда, словно не веря своим глазам, внимательно изучала нового знакомого подруги, потом улыбнулась и кокетливо протянула ему руку.

— Меня зовут Магда.

— А я Крис.

— Делина, дорогуша, — продолжила подруга, словно бы все еще была не в силах прийти в себя от удивления, — ты провела ночь с этим парнем…

— Уверен, она это помнит, — мягко заметил Майкл, подходя ближе и пожимая руку Крису.

— И ты познакомилась с ним только вчера вечером?!

— Думаю, что и это для нее не новость, — с самым невозмутимым видом прокомментировал Майкл.

— Скажите мне, что это не сон и что этот красивый парень действительно существует!

— Все именно так, — с улыбкой заверил ее Крис. — Но, если не веришь словам, можешь меня потрогать.

— В этом нет ни малейшей необходимости, — поспешил вмешаться Майкл. — Магда, парень действительно существует, однако я не вижу в этом ничего удивительного.

— Помолчи, ты просто плохо знаешь нашу малышку Делину, — грубовато-весело ответила Магда, поворачиваясь к ней. — Ты выиграла, дорогуша!

Делина сдержанно улыбнулась, испытывая глубокое удовлетворение от подобного признания.

— А можно узнать, в чем заключалась ваша игра? — заинтересовался Крис.

— Я тебе потом расскажу, — дернув его за руку, ответила Делина и обратилась к подруге: — Как насчет того, чтобы позавтракать вместе?

— О нет, мы не такие сони, как вы, и позавтракали еще два часа назад. Кроме того, нас ждут в одном месте. Пошли, Майкл, не будем им мешать.

И Магда, вновь одарив Криса кокетливым взглядом, решительно направилась к двери, увлекая за собой своего долговязого дружка.

Крис остался в гостиной, а Делина пошла их провожать. Когда она уже готовилась закрыть дверь, Магда вдруг поманила ее пальцем и, лукаво блеснув глазами, громко прошептала:

— Тебе крупно повезло! Смотри не упусти такого классного парня.

Да куда он денется! — мысленно поражаясь своему нахальству, самодовольно ответила Делина.

<p>4</p>

— По-моему, я ей понравился, — спокойно заметил Крис, когда Делина вернулась в гостиную.

— А она тебе? — тут же встревожилась Делина, к своему удивлению ощутив нечто похожее на ревность. Увы, ей было слишком хорошо знакомо это чувство, поскольку ее последний приятель Саймон, о котором, кстати, ничего не было известно Магде, давал массу поводов ревновать.

— Забавная у тебя подруга, — ушел от ответа Крис, невозмутимо пожимая плечами.

— Неужели это все, что ты можешь о ней сказать? И что значит «забавная»? Смешная, нелепая, глупая? Или, может быть, ужасно бесцеремонная?

— Думаю, нам лучше обсудить это за завтраком, — забрасывая на плечо сумку, заявил он. — Не знаю, как ты, а я здорово проголодался.

— Я тоже, — призналась она.

— Тогда вперед!

Когда они вновь оказались на улицах Строумфилда, то Крис уже настолько вошел в роль бедного музыканта, что не стал отвлекаться на дорогие рестораны, а повел Делину в ближайшую закусочную. Однако на этот раз она решительно воспротивилась и даже вырвала руку.

— В чем дело? — удивился Крис.

— Я не могу есть подобную пищу, — пояснила Делина. — В жареной картошке и гамбургерах полно холестерину, а в мороженом и кока-коле — сахару. Я не собираюсь становиться одной из тех бесформенных желеообразных субстанций, которые заваливают редакции женских журналов жалобами на то, что мужья утратили к ним всякий интерес.

— Ну, тебе до этого еще далеко, — демонстративно оглядывая ее стройную фигуру, усмехнулся Крис.

— Возможно. Однако в таких делах лучше соблюдать осторожность.

— Так что ты предлагаешь?

— Позволь мне угостить тебя завтраком, — мягко попросила Делина и, нежно взяв Криса под руку, повлекла его в сторону ближайшего ресторана.

— Но настоящий ковбой…

— Знаю, знаю, — поспешно перебила она, — никогда не допустит, чтобы за его выпивку платила дама. Но я не собираюсь угощать тебя выпивкой. Мы закажем легкий салат из спаржи, парочку круассанов и кофе. Надеюсь, это не оскорбит твои чувства?

— Все в порядке, — усмехнулся Крис. — Мои чувства вообще трудно оскорбить. Но я останусь голодным, если ко всему вышеперечисленному тобой не добавить хорошую отбивную. Так и знай!

— Я ни за что не позволю тебе остаться голодным, — заверила его Делина, после чего, весело переглядываясь, они вошли в ресторан и заняли столик у окна.

— А ты удивительно галантен, — как бы вскользь заметила молодая женщина, после того как официантка приняла заказ и удалилась в кухню.

— Что ты имеешь в виду? — не понял Крис, в ожидании отбивной поглощающий второй круассан.

— Во-первых, ты открыл передо мной дверь, во-вторых, отодвинул стул, чтобы я могла сесть, в-третьих, подождал, пока я первой сделаю заказ… Признаться, я не ожидала, что по своим манерам уличный музыкант ни в чем не уступит джентльмену из высшего общества.

Крис мысленно выругался. Действительно, хорошее воспитание в карман не спрячешь. Но как, черт возьми, повел бы себя на его месте настоящий музыкант? Открыл бы дверь ногой и вошел первым? Плюхнулся бы на стул, не дожидаясь, пока сядет его спутница? Бесцеремонно заорал бы на весь зал, подзывая официантку? Может быть, для вящей убедительности ему стоит высморкаться в салфетку или вытереть руки о скатерть?..

Однако Делина испытующе смотрела на него и явно ожидала объяснений.

— Дело в том, — после небольшой паузы заговорил Крис, — что я происхожу из вполне благополучной семьи. Мой отец — врач, а мать — искусствовед, преподаватель частного колледжа. Поэтому они постарались дать мне хорошее образование, которым я, к стыду своему, пренебрег, уйдя с третьего курса университета и прибившись к одной группе, игравшей в стиле ритм-энд-блюз и гастролировавшей по всему Атлантическому побережью.

— Как интересно! — воскликнула Делина, подпирая рукой щеку и глядя на Криса широко раскрытыми глазами. — Продолжай, что же ты остановился.

— А что, собственно, продолжать? — слегка растерялся Крис. Он и так рассказал все, что ему было известно об одном из бывших сокурсников.

— Поведай мне что-нибудь забавное из своей жизни. Ведь у странствующих музыкантов наверняка полно всяких занятных историй, которыми они любят развлекать своих случайных подружек за стаканом пива.

Крису пришло в голову, что Делина, пожалуй, лучше него осведомлена о жизни и нравах бродячих музыкантов. Однако отступать было поздно.

— Так и есть, — кивнул он, — наши подружки действительно ездили за нами из города в город, арендуя для этого автобус. Но что именно тебя интересует?

— Почему ты ушел из группы? И как, кстати, она называлась?

Делина явно была заинтригована. И Крис принялся сочинять, стараясь не думать о возможных последствиях.

— Назывались мы «Пляжными бездельниками» и даже записали одну пластинку. А ушел я из этой группы потому, что влюбился и провел самые чудесные три месяца в своей жизни. Ее звали Долорес, и она была моложе меня. Мы сняли небольшую квартиру и стали жить вместе. Какое же это было счастье — просыпаться рядом с ней, видеть сонную улыбку на ее алых губах и любоваться ярким румянцем на ее смуглой коже! В жилах Долорес текла латиноамериканская кровь, поскольку ее отец был аргентинцем…

Крис замолчал и для большей убедительности даже прикрыл глаза, словно бы целиком отдаваясь во власть пленительных воспоминаний.

Однако Делина терпеливо ждала, не сводя с него пристального взгляда, и он вынужден был продолжить:

— А как замечательно вырисовывался ее профиль в обрамлении спутанных черных волос на белоснежной подушке! Как радовалось сердце, когда я видел, как моя возлюбленная улыбается во сне, уютно прижавшись к моему плечу. В такие моменты мне казалось, что она продолжает любить меня даже спящей.

Крис снова замолчал и испытующе посмотрел на Делину, словно проверяя, не переборщил ли он со всеми этими подробностями?

Однако она, как ни в чем не бывало, поправила волосы и спросила:

— Ну и почему же вы расстались, если все было так чудесно?

— Долорес не могла удовлетворить моих романтических фантазий, — с печальным вздохом произнес Крис, — ибо ее собственная фантазия не шла дальше дискотек, пива и пляжного секса. А я всегда мечтал о женщине, за ночь с которой не жаль отдать десяти лет жизни. К тому же к девушкам, охотно отдающимся по первому зову, мужчины быстро охладевают.

Год назад, во время отпуска, проводимого на Гавайях, Крис действительно познакомился с юной аргентинкой по имени Долорес, так что в приводимых им деталях не было ничего вымышленного. Но их знакомство не переросло, да и не могло перерасти в нечто серьезное, поскольку между ними не было ничего общего, кроме взаимного сексуального влечения.

Да и что притягивало Криса в юной аргентинке, помимо стройных ног, кокетливого взгляда красивых карих глаз и совершенно непредсказуемого характера? Ничего. И он прекрасно понимал это. Долорес была то вздорной и капризной, то веселой и бесшабашной, но никогда скучной.

Однако для серьезных отношений, которые продолжились бы и после окончания отпуска, этого было слишком мало. Поэтому Крис не стал ей ничего обещать и Долорес не позволил строить далеко идущие планы. Благодаря чему они расстались по-дружески, без взаимных упреков и обид.

— «Ах, да здравствует любовь в шелках и кашемире, окруженная чудесами роскоши… — неожиданно сказала Делина. — Меня пленяет женщина-аристократка, ее тонкая улыбка, изысканные манеры и чувство собственного достоинства; воздвигая преграду между собой и людьми, она пробуждает все мое тщеславие, а это и есть наполовину любовь».

— Что это? — удивился Крис.

— Цитата из моего любимого французского автора. Его зовут Оноре де Бальзак.

— А… Я тоже знал одного француза. Он играл в нашей группе на бас-гитаре, вот только его звали не Бальзак, а Бертран. — Крис постарался придать своей физиономии максимально простодушный вид, поскольку предположил, что и на этот раз ему не обойтись без изучающего взгляда Делины.

И оказался прав. Однако, на его счастье, пока она обдумывала новые и, возможно, еще более каверзные вопросы, им принесли заказ и оба тут же принялись за еду.

На какое-то время воцарилась тишина, во время которой Крис сосредоточенно жевал хорошо прожаренное мясо и посматривал в окно — через дорогу находился магазин, где торговали мотоциклами. А в это самое время Делина искоса поглядывала на него и чему-то загадочно улыбалась.

— Ты интересуешь меня все больше и больше, — закончив есть и аккуратно вытерев губы салфеткой, сказала она, после чего полезла в сумочку за косметичкой.

— Приятно слышать, — оживился Крис. — Но чем именно я тебя интересую?

— Хотя бы тем, что ты гораздо умнее, чем кажешься на первый взгляд.

— О! — Его лицо печально вытянулось. — В таком случае, плохи мои дела.

— Почему ты так решил? — удивилась Делина. — Разве то, что я сказала, не является комплиментом?

— Комплиментом-то это, может, и является, однако сути дела не меняет. Давно известно, что женщины в силу особого склада ума обычно видят в человеке умном только его недостатки, зато в дураке — только его достоинства.

— И что из этого следует?

— А то, что к достоинствам дурака женщины питают большую симпатию, ибо эти самые достоинства льстят их собственным недостаткам…

— Спорное утверждение, — вставила Делина. — Но давай договаривай!

— В то время как достоинства умного человека могут затмить их собственные и тем самым ранить или оскорбить самолюбие женщины.

— Ну, на сей счет можешь не беспокоиться, поскольку у меня нет комплекса неполноценности, — заверила его Делина, подзывая официантку. — Ты наелся или заказать тебе еще что-нибудь?

— Нет, спасибо, я сыт.

— А ты уже придумал, что мы будем делать дальше? Счет, пожалуйста…

— Почему бы нам не съездить на пляж? — У Криса родилась замечательная, на его взгляд, идея.

— А как мы туда доберемся? Все такси наверняка заняты на празднике города. Придется возвращаться и брать машину Магды.

— О, по поводу этого можешь не беспокоиться. У меня тут неподалеку стоит мотоцикл… Если ты, конечно, не боишься ездить с ветерком.

— Напротив, мне будет очень любопытно, — возразила Делина, расплачиваясь с официанткой и вставая. — Люблю острые ощущения… или ты еще этого не заметил?

— Ну, благодаря общению со мной у тебя в крови появится избыток адреналина, — пообещал Крис, беря ее под руку и направляясь к выходу.

— Где ты оставил мотоцикл?

— Вон в том магазине через дорогу, — указал Крис. — Его хозяин — мой старый приятель. Подожди минутку, я скоро вернусь.

И, оставив Делину прогуливаться по улице, он быстро перешел дорогу и ворвался в магазин.

— Чем могу помочь? — тут же устремился к нему продавец, молодой парень лет двадцати, чьи мускулистые руки были щедро украшены татуировками с изображениями китайских драконов.

— Мне нужен мотоцикл.

— Вы пришли куда нужно. У нас самый богатый выбор в городе. Какую марку предпочитаете? «Харлей-Дэвидсон»? «Хонда»?..

— Нет, приятель, ты меня не понял, — торопливо произнес Крис, глядя в окно и отыскивая глазами Делину. — Мне нужен подержанный мотоцикл.

— Боюсь, тогда вы обратились не по адресу, — покачал головой продавец. — Мы торгуем только новыми машинами. А если вам нужен подержанный, то стоит обратиться к старине Джеку, чья лавка находится…

— К черту старину Джека! — решительно прервал его Крис. — У тебя самого есть мотоцикл?

— Разумеется.

— Сколько ему лет?

— Почти два года.

— Прекрасно! В таком случае я его покупаю. Где он стоит?

— На заднем дворе. Однако…

— Заплачу, как за новый!

— Вы шутите, мистер?

— Какие, к черту, шутки! Называй цену и веди на задний двор!

Продавец вытаращил на него глаза и ошеломленно покачал головой.

— Вы заплатите наличными? — спросил он, увидев, как Крис полез в сумку.

— Нет, выпишу чек. Назови, сколько стоит мотоцикл, который тебе хотелось бы иметь, и поживей проводи меня к старому.

* * *

Спустя пятнадцать минут Крис вырулил на проезжую часть и, лихо развернувшись, затормозил перед Делиной.

— Надень шлем, — скомандовал он, — и держись как можно крепче. Сейчас я тебе покажу, как умеют ездить настоящие ковбои.

Через мгновение мотоцикл взревел, выпустил клуб сизого дыма и лихо помчался по улицам. Крис с юности обожал мотоциклы и отлично ездил на них, так что Делина получила массу незабываемых впечатлений. Тем более что сидела на мотоцикле впервые в жизни. О чем и не преминула прокричать ему в ухо.

— Все в жизни когда-нибудь случается в первый раз, — проорал в ответ Крис. — Поэтому надо устроить все так, чтобы с тобой происходили только приятные вещи.

— А ты это умеешь?

— Не знаю. А ты?

— Увы, нет. Порой со мной случаются ужасные гадости, — честно призналась Делина.

— Надеюсь, ты не имеешь в виду встречу со мной? — на всякий случай решил уточнить Крис.

— Нет, разумеется.

— Вот спасибо!

— Кстати, — закричала она минуту спустя, — я забыла предупредить, что у меня нет купальника!

— Ничего страшного, — не снижая скорости, ответил Крис. — Мы найдем укромное место, где тебя никто не увидит… Кроме меня, естественно.

Делина подумала, что стесняются как раз знакомых людей, но возражать не стала. Строумфилд был небольшим городом, поэтому вскоре дома по обеим сторонам дороги кончились, и теперь они мчались по шоссе, идущему параллельно океанскому берегу.

— Сворачивай направо! — закричала Делина, хлопая Криса по плечу. — К тем скалам!

Он кивнул, сбавил скорость и съехал с шоссе. Под шинами мотоцикла заскрипел мелкий гравий. Еще несколько минут езды — и Крис лихо затормозил у самого берега, взметнув при этом тучу песка.

Место действительно оказалось весьма уединенным, поскольку ближайшая вышка спасателей виднелась не менее чем в полумиле отсюда. К тому же большинство жителей Строумфилда веселились на празднике города, поэтому пляж был пуст.

Дождавшись, пока Делина слезет, Крис аккуратно положил мотоцикл на песок.

— Кстати, — неожиданно вспомнил он, — ты так и не сказала, какую игру вы затеяли с Магдой и почему она признала тебя победительницей.

— О, это чисто женские забавы, — отмахнулась Делина. — Боюсь, тебе будет неинтересно об этом узнать.

— Нет, отчего же? Мне интересно все, что связано с тобой.

— Серьезно?

Делине было приятно это слышать, однако рассказывать о глупом споре с Магдой ей совсем не хотелось. Во-первых, она стеснялась признаваться в том, что подруга считает ее закомплексованной особой, так называемым синим чулком. Во-вторых, для них с Крисом еще не настало время предельной откровенности.

Но он ждал ответа, а придумать с ходу ничего не удавалось. Тогда Делина выбрала наиболее подходящий для этого случая вариант ответа, то есть решила отделаться полуправдой.

— Мы поспорили, смогу ли я в тот вечер с кем-нибудь познакомиться, только и всего, — с коротким вздохом призналась она, опустив все подробности достопамятного спора.

— Однако ты наверняка не рассказала ей, с каким блеском это проделала, — заулыбался Крис, намекая на их первый поцелуй.

— Просто не успела.

— Понятно. Ну что, раздеваемся и лезем в воду? — И он стал снимать майку.

Делина сдержанно кивнула и принялась медленно, не слишком решительно расстегивать блузку. Все-таки одно дело — раздеваться перед малознакомым мужчиной поздним вечером, да еще у себя дома. И совсем другое — в яркий солнечный день на пляже.

Крис быстро избавился от джинсов, оставшись в уже виденных ею черных трусах, после чего подошел к кромке воды и уже оттуда стал наблюдать за Делиной.

Чувствуя на себе его пристальный взгляд и сознавая, что придется купаться без бюстгальтера, она все больше смущалась, мысленно ругала себя за это смущение, но ничего не могла с собой поделать. Кое-как стянув джинсы и оставшись в узеньких голубых трусиках-бикини, Делина медленно направилась к воде, опустив голову и прикрываясь скрещенными на груди руками.

— Тебе нечего стесняться, — заметил Крис. — Ты прекрасна, как Афродита.

— Спасибо.

Молодая женщина осторожно вошла в воду по щиколотку и тут же поежилась. Несмотря на жаркий день, вода показалась ей удивительно холодной.

— Ну как? — спросил Крис, уже успевший зайти в воду по пояс.

— Холодно. И умоляю, не брызгайся!

— Не буду, не волнуйся. Бери пример с меня и действуй решительней. Вот так. — И он, выбрав подходящую волну, нырнул в нее с головой, на несколько секунд пропав из виду. — Плыви сюда! — выныривая и отфыркиваясь, закричал Крис, махая рукой.

Делина несколько раз глубоко вздохнула, собираясь с силами, после чего с отчаянным визгом бросилась в воду. Сделав несколько энергичных гребков, но так и не согревшись, она подплыла к Крису и, стуча зубами, заявила:

— Это п-почти т-то же самое, к-как принимать ванну со льдом.

— Наверняка вода не ниже двадцать семи градусов. По-моему, ей не мешало бы быть похолоднее. Тогда можно было бы немного взбодриться.

— В-вода и сейчас с-самая п-подходящая… д-для б-белых м-медведей…

— В таком случае давай вернемся на берег. И там я постараюсь тебя немного согреть.

— Б-боюсь, ч-что б-без к-калорифера это вряд ли п-получится, — ответила Делина, поворачивая назад и нащупывая ногами твердое песчаное дно.

— Тогда мы проверим это немедленно, — заявил Крис, вставая рядом с молодой женщиной и обнимая ее за талию.

Его губы были упругими и прохладными, зато язык оказался таким настойчивым и горячим, что у Делины учащенно забилось сердце. Стоя по грудь в воде, она подпрыгнула и обхватила ногами его бедра. Затем запустила пальцы в мокрые волосы Криса и принялась покрывать поцелуями его лицо, ощущая на своих губах соленые океанские брызги.

Крис сдавленно зарычал и подхватил ее обеими руками под ягодицы, но не удержал равновесия, покачнулся и вместе с Делиной ушел с головой под воду. Вынырнув, они расхохотались и снова прижались друг к другу.

— Надо же, — восхищенно заметила Делина, протиснув бедро между его ног, — никогда не думала, что при таком холоде это возможно.

— О каком холоде ты твердишь? Здесь же субтропики… Впрочем, неважно. Если бы презервативы не остались на берегу, я бы доказал тебе, что возможно и кое-что другое, — пробормотал Крис, наклоняя голову и ловя губами ее затвердевшие соски. — Какие колючие… — Зато как приятно было ласкать их своим горячим ртом, чувствуя пылкое биение ее сердца!

И именно в этот момент послышался звук работающего мотора.

Оба одновременно повернули головы и увидели красную моторную лодку спасателей, плывущую вдоль берега. В ней сидели два человека, один из которых пристально вглядывался в линию прибоя.

— Даже здесь не дают побыть наедине, — с досадой бросил Крис. — И кого они собираются спасать, пляж же ведь пуст! Не лучше ли нам продолжить в другом месте?..

— Давай вернемся домой, — не глядя на Криса, негромко предложила Делина.

— Давай! — мгновенно откликнулся он.

После этого они заторопились, словно тайные сообщники, задумавшие осуществить важное дело.

Взявшись за руки, но предпочитая не встречаться взглядами, Крис и Делина поспешно выбрались на берег, преодолевая сопротивление волн, то и дело захлестывающих их ноги. Затем они быстро оделись, натянув джинсы прямо на мокрое тело. Все так же молча, с суетливой поспешностью, они уселись на мотоцикл и понеслись обратно в город.

<p>5</p>

Первые любовные объятия — самая трепетная и целомудренная вещь на свете! Крис убеждался в этом неоднократно. Порой самые легкомысленные девицы из числа его прежних возлюбленных принимали смущенный вид и на какое-то время даже утрачивали напускную или подлинную циничность.

Впрочем, что же тут удивительного? Всегда и больше всего волнует именно начало…

Крис любовался обнаженной Делиной, задыхался от страсти, но пытался себя контролировать. Возможно, поэтому его первые прикосновения оказались столь бережными, словно перед ним была не стройная молодая женщина с тугими бедрами и упругой грудью, а хрупкая фарфоровая статуэтка. Но она сама начала прижиматься к нему все плотнее, так что Крис постепенно перестал сдерживаться, стал целовать ее крепче, обнимать сильнее.

Вскоре все поплыло перед глазами и их словно обволокло волшебным, тягучим, как мед, туманом, сквозь который даже уличное движение казалось шумом внезапно начавшегося дождя. И ничего уже не было в этом мире — ни далекого столичного Вашингтона, ни маленького провинциального Строумфилда. Только горячие руки и губы и мягкая прохладная постель — островок упоительной нежности посреди безбрежного океана желаний.

О, этот трепет и вздохи, когда время концентрируется в одном судорожном, лихорадочном, невыносимом в своем блаженстве мгновении, которое невозможно остановить, но ради повторения которого не жаль всей оставшейся жизни!..

А потом страсть перешла в нежность. И это тоже было по-своему восхитительно…

* * *

— Ты чудесная, милая, красивая, — пробормотал Крис, поглаживая Делину по волосам и осторожно целуя в розовое ушко. — Как же ты хороша! Когда ты рядом, я забываю обо всем на свете и мне хочется только одного: заботиться о тебе, ласкать и оберегать.

— Ты замечательный любовник, Крис, — прошептала Делина, приподнявшись на локте. — Я никогда не думала, что такое возможно.

— Тебе понравилось? — нежно спросил он, целуя ее лоб, нос, щеки.

— «Понравилось» — не то слово, — со счастливым смехом ответила она. — А тебе?

— В жизни не испытывал ничего подобного! — Крис был очень рад, что все прошло так замечательно, и продолжал ласкать и целовать Делину, пока не достиг полного изнеможения.

Они как-то сразу почувствовали себя легко и непринужденно и уже нисколько не стеснялись ни собственной наготы, ни самых откровенных поцелуев. А это является верным признаком того, что они не просто случайные сексуальные партнеры, брошенные в объятия друг друга внезапным порывом сладострастия, а любовниками, которых объединяет родство душ и трогательная нежность.

Как же прекрасно было это сознавать! Раскинувшись на широкой кровати, они пили шампанское, ели персики и дразняще посматривали друг на друга.

И все шло хорошо до тех пор, пока не начался этот странный, совершенно необязательный разговор.

— С твоими талантами ты мог бы хорошо зарабатывать и безо всякого саксофона, — неожиданно сказала Делина, поглаживая мускулистую грудь Криса.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился он, чувствуя в ее словах какой-то подвох.

— Разве ты не понял?

— Хочешь сказать, что мне подходит роль жиголо? — холодно поинтересовался Крис, и его глаза сузились, отчего лицо сразу приобрело отчужденное и даже враждебное выражение.

Делина поняла свою оплошность и попыталась сгладить ситуацию, приняв покаянный вид.

— По-моему, я сморозила глупость…

— По-моему, тоже.

— Ну, извини.

— За что? Этой фразой ты ясно показала, что обо мне думаешь. Ну как же, уличный музыкант, чего с ним церемониться…

— Ну чего ты на меня так взъелся? — смущенная его словами, воскликнула Делина. — Можно подумать, тебе самому никогда не приходила мысль…

— Ублажать женщин за деньги? — Крис негодующе сверкнул глазами. — Можешь мне не верить, но я никогда до этого не опускался. И мне странно, что ты вообще об этом подумала.

— Возможно, это потому, что я начинаю тебя ревновать, — виновато улыбнулась Делина.

— Нет, скорее потому, что в подобной роли я для тебя гораздо удобнее, — не принял ее улыбки Крис.

— Как это понимать?

— Очень просто. Уик-энд заканчивается, ты возвращаешься в Вашингтон и благополучно забываешь о маленьком приключении.

— Но я не хочу забывать тебя, Крис! — самым серьезным тоном заявила Делина. — И теперь уже мне обидно, что ты так плохо обо мне думаешь.

— В самом деле?

Крису не хотелось заходить слишком далеко, да и глупо было начинать выяснять отношения или строить далеко идущие планы после первых постельных объятий. Ведь они, в сущности, еще очень мало знали друг друга.

По всей видимости, Делина тоже это осознала, поскольку ласково провела ладонью по его щеке и попросила:

— Давай не будем ссориться, хорошо?

— Хорошо. Но тогда оставим этот дурацкий разговор и выпьем шампанского.

Делина кивнула и протянула ему свой бокал, при этом рука ее предательски дрогнула. Однако Крис этого не заметил, с задумчивым видом наполнил его до краев, потом поставил бутылку рядом с кроватью на пол и сказал:

— Мне надо позвонить.

— Кому?

— Напарнику. Хочу сказать ему, чтобы сегодня вечером он на меня не рассчитывал. Ничего, если я спущусь вниз и позвоню из гостиной?

— А почему не отсюда? Или ты не хочешь, чтобы я слышала ваш разговор?

— Угадала.

— Но почему?

— Потому, что я могу употребить чисто мужские выражения, — улыбнулся Крис.

Поднявшись с кровати, он накинул махровый халат, отыскавшийся в ванной, ласково кивнул Делине и вышел из комнаты.

Дождавшись, пока за ним закроется дверь, она проворно повторила его действия: вскочила, накинула шелковый пеньюар и на цыпочках прокралась в коридор. То, что он так внезапно отправился кому-то звонить, показалось ей весьма подозрительным.

Тем временем Крис сбежал по лестнице, сел на диван и набрал номер. Он собирался поговорить с клиенткой, ради встречи с которой и прилетел в этот город.

К счастью, на этот раз она оказалась дома и ответила почти сразу.

— Алло!

— Добрый день, мисс Уэствуд.

— Ах, это вы, мистер Макферсон! — оживленно воскликнул молодой женский голос. — Очень рада вас слышать! Вы уже прилетели в Строумфилд?

— Еще вчера вечером.

— О, ради Бога, извините! Мы же договорились, что я встречу вас в аэропорту! Но из-за празднования Дня города у меня все вылетело из головы… Надеюсь, вы на меня не очень сердитесь?

Крис усмехнулся, подумав, что не только не сердится, но даже благодарен ей за забывчивость. Страшно было представить, чего бы он лишился, если бы клиентка явилась вовремя!

— Алло! Почему вы молчите? Вы меня слышите, мистер Макферсон?

— Да-да, я вас прекрасно слышу.

— Так вы не сердитесь?

— Все в порядке, мисс Уэствуд. Когда бы мы могли встретиться?

— Если вы ничего не имеете против, то завтра на том же самом месте.

— А почему не сегодня?

— Извините, мистер Макферсон, но сегодня я безумно занята. Я прекрасно понимаю, что вы прилетели сюда только ради нашей встречи. Но ваш звонок застал меня, когда я уже собиралась уходить… Разумеется, я оплачу все ваши расходы, так что можете не беспокоиться. Надеюсь, я не слишком расстроила ваши планы?

Напротив, милая леди, я многим вам обязан, мысленно ответил ей Крис. Теперь я смогу еще день наслаждаться неожиданными каникулами в обществе Делины.

— Не беспокойтесь, мисс Уэствуд, — вслух произнес адвокат, — мои планы ничуть не пострадали. К тому же провести уик-энд в вашем чудном городе — это удовольствие, за которое я вам благодарен.

— Рада, что вам у нас нравится, — хихикнула мисс Уэствуд и вдруг добавила: — Хотя я бы не слишком переживала, если бы однажды, разумеется в мое отсутствие, его стерло с лица земли цунами.

— Гмм… — Крис не знал, что на это ответить.

— Я вас шокировала?

— Нет-нет, все в порядке. Но давайте уточним еще раз, — наученный горьким опытом, сказал Крис, — когда и где мы встречаемся.

— Завтра у здания аэропорта в одиннадцать утра. Это вас устроит?

— Вполне. До встречи.

— До свидания, мистер Макферсон, и еще раз извините за причиненные неудобства.

Крис повесил трубку и, насвистывая любимую мелодию из кинофильма «Серенада Солнечной долины» «Поезд на Чаттанугу» поднялся по лестнице, отбивая чечетку голыми пятками.

— Все в порядке? — спросила Делина, стоило ему войти в спальню.

— Да, все замечательно. Сегодня мы сможем целый день провести вместе. А вот завтра с утра мне надо будет тебя покинуть… Ненадолго, всего на пару часов. Надеюсь, у тебя нет никаких других планов?

— Нет, — усмехнулась Делина, — поскольку у меня нет никакого напарника… Кстати, как он поживает?

— Кто? А, ты имеешь в виду старину Феликса. С ним все в порядке.

— Он — голубой или трансвестит?

— С чего ты взяла? — изумился Крис, останавливаясь напротив Делины.

— А почему ты называл его мисс Уэствуд?

— Ах вот даже как! — возмутился Крис. — Ты подслушивала наш разговор!

— Вовсе нет! — излишне горячо запротестовала Делина. — Просто ты говорил слишком громко, а здесь, наверху, прекрасная слышимость!

— Нет, ты подслушивала специально, — пристально глядя на нее, повторил Крис.

Делине не понравился его тон, поскольку, по ее мнению, виноватым себя должен был чувствовать прежде всего именно он. К чему это жалкое лицемерное возмущение? Да пусть убирается к своему напарнику… или напарнице!

— Ну и что дальше? — холодно осведомилась она, лениво поправляя упавшую на лоб прядь волос.

— Тебе очень хочется знать, кто такая мисс Уэствуд, не так ли?

— Нет, совсем не хочется… Меня не интересуют твои знакомые женщины, зато восхищают замечательные актерские способности. Как убедительно ты разыграл негодование, когда я только предположила, что ты мог бы с успехом исполнять роль жиголо. Интересно, когда ты предъявишь мне счет за постельные услуги?

— Еще одно слово — и тебе не поздоровится!

Стоя перед кроватью, на которой с самым безмятежным видом возлежала красивая молодая женщина, Крис полыхал гневом, сжимая и разжимая кулаки и тяжело дыша. Полуобнаженный и разъяренный незаслуженным оскорблением, он был поистине прекрасен, словно… Словно древнеримский гладиатор, пришло Делине на ум неожиданное и, как ей показалось, на редкость удачное сравнение.

Как бурно вздымается его мускулистая грудь, какой силой налились кулаки, как пылают глаза! Настоящий мужчина, воин, перед которым невозможно устоять. Да Делина и не пыталась этого сделать, поэтому раскрыла ему объятия и призывно прошептала:

— Лучше иди ко мне и поцелуй!

Удивленный, сбитый с толку Крис, тем не менее, не стал противиться искушению в виде этой совершенно невозможной, но такой соблазнительной женщины. Правда, он так и не смог понять: имитирует ли Делина внезапно вспыхнувшую страсть, чтобы возбудить его и подчинить своей власти, или действительно эту страсть испытывает?

Хотя так ли это важно, когда он вновь получает возможность снова и снова переживать неимоверное блаженство? Самому Крису не надо было ничего имитировать — он уже давно не ощущал такого сильного возбуждения.

Однако страсть, испытываемая мужчиной к красивой, но малознакомой женщине, неизбежно отличается от чувств, испытываемых им к женщине любимой. Она никогда не захватывает его целиком. И это вполне понятно, поскольку любая страсть рано или поздно угасает, а суть любви заключается в том, что остается в остатке, когда затихают стоны и содрогания…

Позднее в тот день между ними состоялся еще один весьма примечательный диалог.

— А не сходить ли полюбоваться празднично украшенным городом? — неожиданно предложила Делина.

— У меня есть более удачная идея, — возразил Крис.

— Какая же?

— До вечера не вылезать из постели. Как ты на это смотришь?

— Можешь считать, что твое предложение принято большинством голосов!

<p>6</p>

На следующее утро Крис проснулся позднее, чем планировал, поэтому о завтраке не могло быть и речи. Ему пришлось собираться впопыхах, поминутно что-нибудь роняя и чертыхаясь.

Разумеется, Делина проснулась вместе с ним и теперь, сидя в постели, с усмешкой наблюдала за суетящимся возлюбленным.

— А знаешь, что писала одна японская придворная дама по имени Сэй-Сенагон, которая жила семь веков назад при дворе императора Итидзе? — неожиданно спросила она, поправляя подушку и устраиваясь поудобнее.

— Какая еще японская дама? — огрызнулся Крис, озабоченно роясь в своей сумке и думая о том, что сегодня ему надо обязательно отдать костюм в чистку, чтобы успеть получить его до отлета. Не может же он возвращаться в Вашингтон в дурацкой майке с надписью «Поцелуй меня, детка!».

— Я имею в виду автора классического произведения японской литературы, знаменитых «Записок у изголовья», — невозмутимо продолжила Делина. — Хочешь послушать, что говорила Сэй-Сенагон о том, как любовник должен поутру уходить от своей возлюбленной и как не должен. Эй, мистер Торопыга, ты будешь меня слушать?

— Да, буду, буду…

— Так вот, полный сожаления, он медлит подняться с любовного ложа и, тяжело вздыхая, восклицает: «О, как бы я был счастлив, если бы утро никогда не настало!» Незаметно одеваясь, он нежно шепчет своей подруге то, что не успел сказать ночью. Наконец, тихо выскальзывая из дома, он говорит преисполненным глубокой печали голосом: «О, как томительно будет тянуться день!»

— Что за бред!

— А вот пример того, как он не должен себя вести. Вскакивать как ужаленный и поднимать шумную возню, одеваясь. Ползать на четвереньках, ища то, что разбросал накануне, да еще восклицать при этом: «Куда, черт возьми, это могло запропаститься?» С грохотом ронять вещи, пока наконец не будет найдено то, что он ищет. И вот тогда, облегченно вздыхая, он говорит своей даме: «Ну, я пошел!» Это тебе никого не напоминает?

— Сейчас у меня нет времени оценить по достоинству как твое остроумие, так и твою начитанность, — ответил Крис, подходя к кровати, чтобы поцеловать Делину. — Вчера ты мне цитировала какого-то француза, сегодня — японку, а завтра окажется, что ты и сама пишешь книги.

— Нет, книг я не пишу, но читать люблю. Кроме того, у нас в университете был такой замечательный преподаватель литературы, что все студенты старались не пропускать его лекций.

— И ты, разумеется, была в него влюблена.

— Как и все мои подруги.

— Ну и кому же он ответил взаимностью?

— Никому, — со вздохом призналась Делина, — поскольку он был по уши влюблен в свою жену. И это несмотря на то, что к тому времени их браку шел уже двадцатый пятый год, а их дочь собиралась подарить им внука.

— Так ему и надо! Недаром же я всем книжкам предпочитаю кино… Где мы сегодня встретимся?

— На параде.

— Как, на параде? — уже стоя на пороге спальни, удивленно воскликнул Крис. — Он же состоится только завтра, в воскресенье?

— Сегодня будет парад в честь открытия торжеств по случаю Дня города, а завтра — в честь закрытия, — пояснила Делина.

— Ну и ну! Чем меньше городишко, тем больше тщеславия у его жителей. Впрочем, на параде так на параде. Пока, детка, не скучай без меня! — И, послав ей воздушный поцелуй, он сбежал вниз.

Делина моментально вскочила с кровати и стала собираться. Накраситься она успела еще тогда, когда Крис разговаривал по телефону, поэтому ей оставалось только надеть юбку и блузку.

Все это она проделала настолько быстро, что, когда выскочила на крыльцо, Крис еще только катил по аллее на своем мотоцикле по направлению к воротам усадьбы.

Поселив подругу в своем доме, Магда предоставила в ее распоряжение старую машину, хотя Делина и пыталась отказаться, уверяя, что в этом нет никакой необходимости. Строумфилд не отличался размерами, и за два-три часа его вполне можно было пройти пешком.

Зато теперь, оказавшись за рулем голубого «форда», она по достоинству оценила любезность подруги. И хотя машина, судя по виду, долго стояла в гараже и нуждалась в основательном ремонте, Делина была рада и этому средству передвижения.

Она дождалась, когда Крис окажется на улице. После чего отправилась следом за ним.

* * *

Погоня — одно из самых увлекательных занятий на свете. Недаром же без нее не обходится ни один остросюжетный фильм или роман. Преследуя возлюбленного, Делина настолько вошла во вкус, что едва ли сознавала смысл своих странных поступков. Что она хочет выяснить и чего добивается? Убедиться в неверности Криса и застать его с поличным? Устроить ему сцену ревности?

Так это можно было сделать гораздо проще, тем более что она была далеко не так наивна, как Кристофер Макферсон мог себе вообразить. Но кто она такая, чтобы предъявлять ему претензии?

А вдруг, несмотря на всю его нежность, их связь представляется Крису всего лишь очередным, ни к чему не обязывающим приключением?

Размышляя над этим, Делина не заметила, как оказалась в пробке. Сто лет назад, когда городок только строился, автомобили были большой редкостью, поэтому улицы Строумфилда оказались весьма узкими для нынешних времен, когда одна, две, а то и три машины имелись практически у каждого его жителя. Кроме того, в отличие от жителей старушки Европы американцы всегда предпочитали огромные автомобили — они безопаснее да и больше соответствуют размерам их страны…

Однако сносить старые здания и возводить новые с отступом от утвержденной некогда линии застройки было строго запрещено советом Строумфилда, в котором заседали истинные любители старины и патриоты своего города. В итоге при малейшем оживлении уличного движения исторический центр заполоняли замершие автомобили.

Разумеется, во избежание этих пробок можно было объехать город по шоссе, которое тянулось через весь штат вдоль побережья. Однако это заняло бы слишком много времени. Поэтому Делине не оставалось ничего другого, как проводить тоскливым взглядом быстро удаляющийся юркий мотоцикл Криса.

Впрочем, грустила она недолго. Вскоре ей пришла в голову настолько необычная мысль, что Делина озадаченно покачала головой и, выйдя из машины, направилась к телефонной будке, благо та находилась в поле ее зрения…

* * *

— Эй, красавчик, ты, часом, не меня ищешь?

Крис уже десять минут прогуливался перед зданием аэровокзала. Услышав игривый окрик, он обернулся и увидел перед собой высокую загорелую блондинку в короткой плиссированной юбке и ярко-красном жакете.

Женщина была молода, не старше двадцати пяти лет, но держалась с развязностью много повидавшей на своем веку особы. Более того, несмотря на довольно ранний для этого час, была явно навеселе.

Красавицей ее назвать было трудновато. Однако ярко накрашенные полные губы, темно-синие глаза, роскошные белокурые волосы и не менее роскошный бюст делали ее весьма соблазнительной — особенно для тех представителей мужского пола, которых не смущает некоторый налет вульгарности.

— Что молчишь, парень, или онемел от подобной красоты? — Блондинка, томно поведя плечами, медленно подошла ближе.

— Вообще-то я жду мою клиентку, — неуверенно произнес Крис.

— Которую зовут мисс Виктория Грэхем Уэствуд, не так ли?

— Совершенно верно.

— Ну, так это я! Привет, Крис, рада вас видеть! — И она протянула ему руку.

— Привет, Виктория, — ответил он, осторожно отвечая на рукопожатие.

— Однако у вас довольно странный прикид для адвоката, — иронично заметила молодая женщина, оглядывая его с головы до ног, и многозначительно задержала взгляд на проклятой надписи. — Или в Вашингтоне считают, что к провинциальным клиентам можно заявляться в чем угодно?

— Нет, что вы, Виктория, — поспешно возразил Крис. — Просто мой костюм оказался испорчен и в данный момент находится в химчистке.

Действительно, приехав на двадцать минут раньше назначенного срока, он успел заскочить в химчистку, находящуюся непосредственно в здании аэропорта. Это было более чем кстати, потому теперь он мог переодеться прямо перед рейсом на Вашингтон.

— И вы не нашли ничего лучшего, чем купить майку с такой надписью? — хихикнула Виктория. — Судя по надписи, вы не прочь пошалить, мистер Макферсон! — И она игриво погрозила ему пальцем.

— Почему бы нам где-нибудь не присесть, чтобы спокойно поговорить о деле? — сдержанно предложил Крис, мысленно проклиная ее развязность. Как правило, именно с клиентами, ведущими себя чересчур бесцеремонно, у него и возникало потом больше всего проблем.

— Хорошая мысль, — одобрительно кивнула Виктория и тут же, взяв его под руку, повела в бар, который находился на первом этаже аэровокзала. — Заодно и выпьем за приятное знакомство.

— Мне кажется, это лишнее, — заметил Крис, перекладывая мотоциклетный шлем из той руки, в которую вцепилась мисс Уэствуд, в другую.

— Вздор! Или вы опасаетесь, что я напьюсь и не смогу рассказать вам толком о проделках этой стервы? Не бойтесь, я совсем не пьяна. Это так, последствия вчерашней вечеринки по случаю приближающегося Дня города.

Действительно, Крис напрасно беспокоился. Мисс Уэствуд умела держать себя в руках, когда было надо, а потому заказала им всего лишь по чашке кофе.

Они не стали занимать столик, а устроились на высоких табуретах за стойкой. В короткой юбке сидеть на таком табурете, положив ногу на ногу, было весьма рискованно, однако его клиентку, видимо, трудно было чем-либо смутить. Кроме того, ноги у нее действительно были красивые, так что она имела полное право на мини-юбки и эффектные позы…

Судя по всему, мисс Виктория Грэхем Уэствуд принадлежала к тому типу избалованных дочерей, которые предпочитают получать от жизни одни удовольствия, а случайно возникшие неприятности перекладывают на плечи влиятельных родителей. История, которая с ней недавно приключилась и ради которой Крис приехал в Строумфилд, относилась именно к такого рода неприятностям.

Неделю назад Виктория с разгону врезалась в автомобиль, который стоял на перекрестке, пережидая красный свет светофора. Поскольку сидевшая за рулем молодая женщина вроде бы не пострадала, законы штата позволяли обойтись без составления протокола. Виктория просто-напросто выписала этой женщине чек, щедро оплатив предстоящий ремонт ее автомобиля.

На этом они и расстались. Но уже на следующий день женщина позвонила и заявила, что врачи нашли у нее сотрясение мозга, а потому она требует возместить расходы на лечение и заодно оплатить моральный ущерб. Требуемая сумма оказалась весьма значительной, и возмущенная Виктория платить отказалась.

— Разумеется, что ничего подобного с этой крысой не случилось, — не стесняясь в выражениях, рассказывала она Крису. — Да и какое у нее может быть сотрясение мозга, когда сотрясать совершенно нечего? Если ей от чего и надо лечиться, так только от жадности и стервозности. Просто она выяснила, кем является мой дорогой папочка, и решила по-легкому срубить деньжат. Короче, после того как я послала ее куда подальше, она пригрозила подать на меня в суд, чем не на шутку испугала моего отца, который собирается баллотироваться в мэры нашего городка.

— Все это я уже знаю, — кивнул Крис. — Однако по телефону вы говорили о каких-то вновь открывшихся обстоятельствах, которые могут пригодиться, чтобы не доводить дело до суда.

— Ну, это совсем просто. Мой отец нанял частного детектива, чтобы проследить за этой мерзавкой. Детектив застукал ее в тот момент, когда она в той самой машине чуть ли не отдавалась своему дружку, и сделал несколько удачных снимков. Так что теперь ваша задача заметно упростилась. Вам надо показать фотографии и потребовать, чтобы она и думать забыла о суде. Кроме того, пусть скостит требуемую сумму как минимум вдвое.

— То есть вы предлагаете мне ее немного пошантажировать? — поморщившись, спросил Крис.

— Можно сказать и так. А что вас смущает? Никогда не поверю, что адвокаты брезгуют подобными делами.

— Вообще-то это мог бы сделать и нанятый вашим отцом детектив.

— Он из местных, а потому отказался. «Не хочу портить отношения ни с кем из жителей Строумфилда» — так он объяснил свое решение моему отцу.

— А сами вы не могли ей пригрозить? — поинтересовался Крис, думая о том, что, судя по жаргону клиентки, у нее это неплохо получилось бы.

— Я же вам сказала, что послала эту стерву куда подальше, поэтому теперь она просто не станет со мной разговаривать.

— Но почему именно я?

— Мой отец хорошо знает вашего отца — вместе учились в Оксфорде. Вот он и попросил оказать ему услугу. Ну что, беретесь за это дело?

— Придется взяться, — тяжело вздохнул Крис, поняв, что раз о деле известно его отцу, то ему уже никуда не деться. — Тем более что я все равно уже здесь.

— Отлично, — кивнула Виктория и, допив кофе, полезла в сумочку за сигаретами. Прикурив, она протянула Крису незапечатанный конверт. — Здесь фотографии, о которых я вам говорила. На обороте одной из них написан телефон этой мерзавки. Она владеет какой-то жалкой парикмахерской, а строит из себя невесть что!

— Ладно. После встречи с ней я обязательно вам позвоню. — Крис спрятал конверт в сумку и встал. — Кстати, сколько она потребовала?

— Сто тысяч… Эй, вы куда собрались? — обиженно протянула Виктория. — Неужели оставите меня одну, да еще в такой чудный день?

— Извините, но на сегодня у меня назначена еще одна встреча.

Крису не терпелось поскорее отправиться на парад, чтобы отыскать там Делину. К тому же ему совсем не улыбалось и дальше сидеть с этой вульгарной женщиной, чьи планы на его счет не вызывали никаких сомнений.

— Бросьте, какая еще встреча! — Виктория укоризненно покачала головой. — Скажите честно, я вас чем-то не устраиваю?

— Дело не в этом.

— А в чем? Только не надо о профессиональной этике. Знаем, слышали. Врач не имеет права крутить роман со своими пациентками, а адвокат — любезничать со своими клиентками. Будь проще, красавчик. Ты же классный парень! Я это сразу поняла, как только тебя увидела.

— Спасибо за комплимент, — усмехнулся Крис. — Вы тоже ничего.

— Так в чем же дело?

— Сами знаете.

— Пошли к черту эту этику!

— Поздно!

— В каком смысле?

— Долго объяснять, а мне действительно пора. Я вам перезвоню.

Этика тут была ни при чем. Просто он торопился на встречу с Делиной, которая казалась ему несравненно притягательнее Виктории. Другое дело, если бы не было этого знакомства, тогда кто знает… Впрочем, нет, и тогда ему наверняка не захотелось бы иметь дело с мисс Уэствуд.

Крис взял сумку и сделал уже несколько шагов к выходу из бара, когда Виктория снова его окликнула:

— Эй, постой!

Он нехотя обернулся.

— Ну, что еще?

— А можно я тебя хотя бы поцелую? — хихикнула она, тыча пальцем в надпись на его майке. — Хотя бы по случаю сегодняшнего праздника?

О нет, только не это!

<p>7</p>

Сидя за столиком уличного кафе, Делина наблюдала за парадом. Азартно громыхал оркестр, составленный из пенсионеров военно-морского флота. Стройные загорелые девушки в коротких белых юбочках и белых сапожках задорно вскидывали длинные ноги, размахивая в такт разноцветными штуковинами наподобие огромных пуховок. Отцы города приветливо улыбались с небольшой задрапированной в цвета американского флага трибуны.

Все выглядело весьма мило, однако не производило на Делину особого впечатления. Она видела кое-что и поэкзотичнее…

— Привет, о чем задумалась?

Молодая женщина обернулась на голос. Предаваясь воспоминаниям, она не заметила, как подошел Крис. Он выглядел настолько обрадованным, словно бы давно ее не видел. Это ей польстило, поскольку и она была счастлива его видеть.

Странно. Они расстались всего часа два назад, но за это время успели основательно соскучиться друг по другу! Что же будет, когда им придется провести в разлуке гораздо более длительный срок?

— Садись, — предложила Делина, указывая на соседний стул. — Как твои дела?

— Все в порядке, — улыбнулся Крис, присаживаясь и кладя на стол мотоциклетный шлем. — Однако ты не ответила на мой вопрос.

— Если скажу, что размышляла о наших с тобой отношениях, тебе это будет приятно?

— Разумеется, приятно. Только это неправда.

— Почему ты так решил?

— Потому что, если бы ты думала обо мне, то ощутила бы на себе мой взгляд и обернулась. Не знаю почему, но женщины всегда чувствуют пристальные мужские взгляды. Интуиция, наверное, или какие-нибудь флюиды.

— Возможно, я нечувствительна к флюидам или у меня отсутствует интуиция.

— Она есть у всех женщин, просто ты думала о чем-то другом! — решительно заявил Крис. — Между прочим, я неотрывно смотрел на тебя последние десять минут.

— В самом деле? — не поверила Делина. — И где же ты прятался?

— Я стоял вон там, за рекламным щитом. — Крис небрежно махнул рукой. — Ты так хороша, что тобой можно любоваться бесконечно.

— Спасибо.

— Ну и как тебе нравится парад?

— Довольно симпатично, однако мне вспоминалось иное зрелище. — И Делина вкратце рассказала ему, как однажды по поручению своего босса присутствовала на фестивале секс-меньшинств в Торонто.

— Ну и дела! — удивился Крис. — Однако босс дал тебе весьма пикантное поручение. А с какой стати, позволь поинтересоваться?

— Видишь ли, однажды он увидел одного из своих сотрудников выходящим из секс-шопа и заподозрил его в нетрадиционной сексуальной ориентации. А вскоре этот же сотрудник попросил моего босса разрешить ему на несколько дней слетать в Канаду. Якобы у него занемогла кузина.

— Твой босс сопоставил даты, и…

Она не дала Крису договорить.

— И поскольку даты совпали, послал меня проследить за ним, — продолжила за него Делина. — В глубине души мой босс ненавидит всякие отклонения от нормы, но вынужден это скрывать из соображений политкорректности, чтобы на следующих выборах не потерять голоса. Если бы сотрудник действительно принимал участие в канадском фестивале, он непременно уволил бы его под благовидным предлогом. К счастью, оказалось, что тот действительно навещал кузину. Более того, как позднее выяснилось, молодые люди не равнодушны друг к другу и дело у них идет к свадьбе.

— Судя по поручениям, которые тебе дает сенатор, ты пользуешься его полным доверием, — заметил Крис, в упор глядя на Делину.

— Да, это так, — кивнула она. — И я не нахожу здесь ничего удивительного.

На какое-то время Крис замолчал, размышляя о том, что и сам получил сегодня поручение весьма пикантного свойства, благодаря чему оказался в довольно щекотливом, если не сказать хуже, положении. Дело в том, что на фотографиях, которые передала ему Виктория, он без труда узнал Магду. А в спутнике, с которым она занималась любовью в машине, легко угадывался Майкл по его взлохмаченной рыжей шевелюре.

Таким образом, по странной прихоти судьбы Крису предстояло чуть ли не шантажировать лучшую подругу своей возлюбленной. Более того, именно в доме Магды он провел едва ли не самую замечательную ночь в своей жизни!

Но если он откроет Магде, кем является на самом деле, то та, более чем вероятно, сообщит об этом подруге, что может привести к самым нежелательным для него последствиям. Черт, ну почему Виктории не пришло на ум обратиться за помощью к кому-то другому!

Размышляя над этим во время поисков Делины, Крис решил для начала сменить пристанище, чтобы не проводить еще одну ночь в доме Магды. Обойтись не совсем по-джентльменски с женщиной, в доме которой спишь с ее лучшей подругой, — это уже чересчур. Даже если признать, что адвокатов кое-кто склонен считать отъявленными циниками. Впрочем, Крис никогда — и вполне справедливо — не относил подобные высказывания на свой счет…

— Позволь задать тебе твой же вопрос. — Делина наклонилась к нему и осторожно коснулась его руки. — О чем ты задумался?

— Хотел спросить тебя о твоей подруге Магде. Чем она занимается?

— Что это тебя вдруг заинтересовало? Или она тебе понравилась?

— Нет, простое любопытство.

— Магде принадлежит салон красоты, кстати лучший не только в городе, но и во всем штате, — с гордостью за подругу сообщила Делина.

А Виктория Уэствуд говорила о какой-то жалкой парикмахерской. О, женщины, женщины! — покачал головой Крис. Кто-то из великих писателей, кажется Шекспир, устами одного из своих персонажей сказал, что женщины, эти нежные горлинки, обращаются друг с другом хуже, чем тигры и медведи. Как же он был прав! Крис с трудом подавил желание в свою очередь блеснуть эрудицией и процитировать классика. Увы, он мог сделать это, только раскрыв свое инкогнито и объявив об истинной цели своего появления в Строумфилде, что было пока невозможно.

И Крис вернулся к своим размышлениям о порученном ему деле. Если Магда преуспевает, то зачем вздумала подавать на Викторию в суд? Неужели ею действительно движет самая элементарная жадность?.. Или же причина таится глубже?

Возможно, что простое на первый взгляд дело на самом деле таковым не является, и потому ему необходимо как можно детальнее разобраться во взаимоотношениях двух молодых женщин. Что, если они уже были знакомы до столкновения на перекрестке и за угрозами Магды подать в суд кроется нечто большее, чем элементарное желание заработать?

Тут Крису пришла в голову любопытная мысль: а не может ли Делина знать Викторию Уэствуд? Столь яркая особа в заштатном провинциальном городке не может оставаться незамеченной.

Крис вспомнил, что Делина слышала его телефонный разговор, во время которого он произнес фамилию Виктории. После этого она хоть и попыталась разыграть сцену ревности, но сделала это без особого воодушевления и первой раскрыла ему объятия для примирения. Не означает ли сие, что Делина прекрасно знает мисс Уэствуд, но не считает ее достойной соперницей?

— Если ты и дальше будешь сидеть с таким мрачным видом, то я решу, что ты предпочел бы видеть на моем месте Магду, и начну ревновать, — лукаво заметила Делина. — Ну же, перестань хмурить брови! Мне гораздо приятнее, когда ты смотришь на меня с улыбкой.

— Почему? — немедленно заулыбался Крис.

— Это делает тебя, на мой взгляд, бесконечно обаятельным.

— Я готов обсуждать с тобой эту тему тоже бесконечно, но… — И он выразительно посмотрел вокруг.

Оказывается, пока они разговаривали, парад подошел к концу, оркестр перестал играть, а толпы зрителей начали расходиться.

— Поедем обедать? — предложила Делина, беря со стула сумочку. — Где ты оставил свой мотоцикл?

— Здесь, рядом, — кивнул Крис. — Однако прежде чем мы оседлаем моего железного коня и помчимся навстречу приключениям, позволь задать тебе еще один вопрос.

— И опять по поводу Магды?

— Угадала.

— Спрашивай, — вздохнула Делина. — Хотя я совершенно не понимаю причин твоего странного любопытства.

— Во всяком случае, поверь мне на слово, ревность здесь ни при чем. Скажи, в последнее время у нее не было каких-нибудь серьезных неприятностей?

— Не знаю, а что?

— Так, ничего… А кто собирается баллотироваться в мэры этого чудного городка?

— Понятия не имею! — еще больше удивилась Делина. — Я вообще не знала, что здесь намечаются какие-то выборы… Послушайте, мистер Кристофер Макферсон, вы частный детектив, прикидывающийся уличным музыкантом, или, быть может, секретный агент ФБР?

— О нет, — улыбнулся он, поднимаясь и беря шлем. — Просто благодаря моему приятелю Феликсу я в курсе большинства местных сплетен.

— Но при чем здесь Магда?

— Сегодня я случайно узнал, что у нее возникли проблемы, — уклончиво ответил Крис.

— А про нас с тобой еще не сплетничают? — поинтересовалась Делина, игриво улыбаясь.

— Я оторву голову негодяю, который посмеет это сделать! — с наигранной угрозой пообещал Крис.

— То есть ты не только красив, но отважен и благороден, как настоящий рыцарь?

— Да, как Ланселот Озерный, один из рыцарей Круглого стола. И надеюсь, у тебя еще будет случай в этом убедиться!

— Горю желанием увидеть тебя в деле, мой доблестный рыцарь!

— Однако для спасения красавиц из лап дракона твоему рыцарю неплохо бы подкрепиться. Куда мы пойдем обедать на этот раз?

— Не знаю.

— Тогда давай просто сядем на мотоцикл, прокатимся по улицам и остановимся там, где нам больше всего понравится. Как тебе моя идея?

— Прекрасное предложение! — с энтузиазмом откликнулась Делина. — Вперед, благородный сэр! Целиком и полностью полагаюсь на вашу защиту и покровительство.

— Вашу руку, моя прекрасная дама!

Улыбаясь и продолжая эту забавную игру, они покинули уличное кафе и направились к мотоциклу Криса, который он оставил на стоянке за ближайшим домом, построенным в стиле модерн еще в конце прошлого столетия.

И надо же так было случиться, что не прошло и пятнадцати минут, как Крису пришлось доказывать истинность своих высокопарных обещаний. Однако биться ему предстояло отнюдь не с драконом.

Держась за руки, они вошли под своды арки вслед за компанией из невысокой девушки и двух здоровенных парней. Тот, что был ниже ростом, нес бумажный пакет, в котором легко угадывалась бутылка виски. И вдруг раздался сильный хлопок, заставивший Делину вскрикнуть от испуга.

В первый момент испугался и Крис, не сразу поняв, в чем дело. Но через секунду стало ясно, что один из парней, тот, что был без пакета, с силой бросил на асфальт пиротехнический патрон — один из тех, которые используются на съемках фильмов.

— Кретин! — обругал его Крис. — Зачем пугать женщин детскими выходками?

Высокий парень притормозил и оглянулся. На его загорелой физиономии, украшенной белесыми бровями, отразилось искреннее удивление.

— Ты что-то сказал, приятель?

— Нельзя быть таким хамом, — ответил Крис, подходя ближе и угрожающе глядя на него.

— Кажется, ты меня оскорбляешь…

— Тебе правильно кажется!

— Ну, держись!

Первый же удар отбросил Криса к стене. Однако он сумел устоять на ногах и, мгновенно выпрямившись, изо всех сил ударил соперника в подбородок, да так, что у того лязгнули зубы.

Делина — с одной стороны, приятель и девушка загорелого — с другой, ошеломленно наблюдали за внезапно начавшейся, но от этого не менее яростной схваткой.

Загорелый повторил атаку. Но Крис, даже получив сильный удар в грудь, сумел обхватить противника руками и, сделав подножку, повалить его на асфальт. При этом он оказался сверху и, оседлав загорелого, тут же отвесил ему несколько увесистых оплеух, приговаривая, точнее поучая поверженного врага:

— Не надо быть кретином!

Приятель загорелого наконец-то вышел из оцепенения, передал пакет девушке и поспешил на выручку.

— Осторожно, Крис! — крикнула Делина.

Он оглянулся, вскочил на ноги и встретил нападавшего стоя. Вторая схватка оказалась столь же быстротечной и практически беззвучной. Крис перехватил правый кулак противника и попытался вывернуть ему руку, но тут же получил удар головой в лицо. Правда, в последний момент он успел дернуть подбородком, и удар пришелся в левую щеку.

Поскольку соперников теперь было двое, Крису пришлось действовать предельно жестко, воспользовавшись теми приемами самообороны, которым его научил инструктор — бывший сержант морской пехоты.

Для начала Крис нанес два четких удара. Первый под дых, а второй — когда противник охнул и скрючился — сверху, обеими руками, в основание шеи. Парень рухнул на асфальт, даже не пикнув, а Крису пришлось вновь уделить внимание загорелому, который к тому моменту уже начал подниматься.

Удар ногой опрокинул его обратно, и теперь над полем битвы возвышался один Крис, победно поглядывая на молодых женщин.

Делина была очень горда своим «рыцарем», а потому снисходительно посмотрела на подругу поверженных Крисом парней и иронично спросила:

— Надеюсь, мы с тобой драться не будем?

— Нет конечно, — невозмутимо ответила та. — Однако тебе не кажется, что их пора остановить?

Этот вопрос был вызван тем, что загорелый упорно пытался подняться на ноги, чтобы снова ринуться в бой. Более благоразумный приятель держал его за талию и не пускал.

Девушка поспешила ему на помощь. Последовала яростная возня, сопровождаемая приглушенной руганью, после чего загорелого утихомирили.

— Хватит, Джимми, ну его к черту! — успокаивал загорелого приятель, в то время как Делина, схватив Криса за руку, упорно тащила его прочь.

— Мы с тобой еще встретимся! — услышал он вслед и, обернувшись, хотел было ответить надлежащим образом, но Делина не дала ему этого сделать.

— Успокойся и не обращай внимания… Однако, сэр Ланселот, вы одержали блестящую победу сразу над двумя рыцарями и теперь заслуживаете награды.

— Какой именно? — сразу заинтересовался Крис, однако Делина вдруг перестала улыбаться и озабоченно покачала головой.

— Ох, смотри, у тебя вся рука в крови… Наверное, обо что-то ободрал.

Крис только теперь заметил, что на костяшках пальцев правой руки содрана кожа и вся кисть залита кровью.

— Кажется, у кого-то из них было что-то острое, — пробормотал он, морщась и поворачивая руку ладонью вниз, чтобы кровь быстрее остановилась.

— Давай, я перевяжу. И мы поедем домой, чтобы обработать рану, — предложила Делина, поспешно доставая из сумочки платок.

— Пустяки! Незачем так волноваться. Кстати, мы собирались пообедать…

— Закажем пиццу на дом, — твердо произнесла Делина, ловко перевязывая его руку. — Сейчас надо как можно быстрее промыть рану и залить ее антисептиком. Или ты хочешь получить заражение крови?

Крис отрицательно покачал головой, ловя себя на мысли о том, насколько же приятно ему было слышать из уст Делины такие слова, как «поедем домой» и «закажем пиццу на дом». Неужели они стали настолько близки, что ему хочется иметь общий дом с этой необыкновенной женщиной?

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, затягивая узлом концы платка.

— Ты еще спроси, не вызвать ли мне «скорую», — притворно-сердито буркнул Крис.

— Тогда пошли?

— Пошли.

Они направились к мотоциклу. И тут Крис указал Делине на маленького худого щенка, который ковылял на трех лапах, поджав перебитую четвертую.

— Посмотри-ка на этого бедолагу. Ему сейчас намного хуже, чем мне.

Они поневоле замедлили шаг, глядя в блестящие, умные глазки щенка, в которых, кажется, застыли почти человеческие слезы.

Делина остановилась, остановился и щенок, робко завиляв хвостом. Стоило ей сдвинуться с места, и он поплелся следом. Делина обернулась, снова остановилась, и щенок тоже замер, с трогательной преданностью глядя на нее.

— Пойдем, пойдем, — поторопил ее Крис, и молодая женщина послушно сделала несколько шагов, но не выдержала и опять обернулась.

Щенок сидел на асфальте и с тоской смотрел им вслед, уныло свесив уши.

— Я возьму его себе! — решительно заявила Делина, бросаясь назад и подхватывая щенка на руки. — Смотри, какой он милый!

Прежде чем Крис успел что-либо сказать, щенок, словно все поняв, признательно лизнул Делину в щеку.

— И что ты с ним будешь делать? Повезешь в Вашингтон?

— Нет, подарю Магде.

— Он же наверняка беспородный.

— А вдруг нет? Да и какое это имеет значение… Нельзя же оставлять его совсем одного — такого маленького и несчастного.

— Ладно, — вздохнул Крис, думая о том, что, если бы она поступила иначе, он не испытывал бы сейчас той невероятной нежности, которая теплой волной затопила его грудь. — Только держи крепче, чтобы не потерять по дороге.

Он подвел Делину к мотоциклу, притулившемуся между «фордом» и «кадиллаком», и протянул запасной шлем.

— Едем скорее, — поторопила его Делина, усаживаясь сзади и одной рукой прижимая щенка к груди.

Крис кивнул и завел мотор.

<p>8</p>

— Ну нельзя же быть таким чувствительным! — с веселым возмущением заявила Делина, когда Крис в очередной раз взвыл не своим голосом, стоило ей осторожно промокнуть его рану смоченным в перекиси водорода тампоном. — Ты так мастерски уложил тех парней, а теперь скулишь, словно малыш, которого оцарапала кошка.

— Ничего удивительного, — начал оправдываться несколько уязвленный Крис. — Мужчины вообще лучше переносят сильную, но кратковременную боль, чем длительную и ноющую, поскольку от природы менее терпеливы, чем женщины. Когда тот загорелый первым ударом едва не свалил меня с ног, я почти ничего не почувствовал, поскольку был захвачен азартом схватки. Зато теперь, когда уже остыл и успокоился… О Боже, ну хватит уже мазать меня всякой дрянью!

— Потерпи еще чуть-чуть. А чтобы тебя немного утешить, хочу сказать, что больше всего ты мне нравишься именно своей непредсказуемостью. Если бы ты только знал, насколько невыносимо скучны были эти вашингтонские высокопоставленные чиновники в накрахмаленных сорочках и галстуках, которые пытались за мной ухаживать, начиная при этом с одной и той же фразы: «Как насчет того, чтобы сегодня поужинать вместе?». Боже, да если бы хоть один из них сказал нечто другое, я бы, кажется, отдалась ему не задумываясь!

— Что, например? — сразу заинтересовался Крис. — Скажи, что хочет услышать женщина вроде тебя, чтобы отдаться не задумываясь? «Ты так очаровательна, детка, что тобой не устаешь любоваться!» или «Почему бы нам не встретиться сегодня в полночь под одеялом?».

— Ну… почему бы и нет?

— Да потому, что после таких фраз ты тут же влепишь несчастному пощечину или позовешь полицейского!

— Думаешь, я поступлю именно так? — с сомнением произнесла Делина.

— Уверен в этом!

— Пожалуй, ты прав. — Она засмеялась, представив себя в привычной обстановке. Строгая леди с собранными в пучок волосами и с деловой папкой под мышкой, сосредоточенно спешащая в свой офис и вдруг услышавшая предложение встретиться в полночь под одеялом…

Впрочем, если бы не спор с Магдой по поводу того, можно ли ее назвать синим чулком, она бы до сих пор оставалась именно такой строгой леди и вернулась в Вашингтон, так и не познакомившись с Крисом.

Боже, скольких радостей в жизни нас лишает привычная маска, которую мы надеваем, выходя в общество, чтобы скрыть свою истинную сущность от окружающих! И сколько восхитительно-приятных сюрпризов нас ожидает, стоит хотя бы ненадолго ее снять! — подумала Делина.

— Как мы назовем щенка? — спросила она минуту спустя, с нежностью поглядывая в угол кухни.

Они уже напоили его молоком и уложили в уютное гнездышко, сооруженное из коробки и махрового полотенца.

— По-моему, это не наша забота, — вполне резонно заметил Крис. — Ты же собралась подарить его Магде, вот пусть будущая хозяйка сама придумывает ему имя.

— Ты прав.

— А пока можем называть его просто Щенок. Так что ты там говорила о накрахмаленных вашингтонцах? — напомнил Крис, которого предыдущий разговор интересовал гораздо больше, нежели судьба щенка.

— Они закованы в свои костюмы так же надежно, как средневековые рыцари — в латы.

— В каком смысле?

— В таком, что ни одно нетривиальное чувство или желание не сможет проникнуть в их душу. От них не дождешься необычных поступков, неожиданных слов, ярких страстей… Более того, в их жизни для них просто нет места! Она распланирована от и до, и они следуют по ней с точностью курьерского поезда.

— Гмм… Зато в моей жизни полно всяких неожиданностей, — пробормотал Крис. — Однако не слишком ли ты сгущаешь краски?

Сам он подумал о том, что Делина удивительно точно описала его собственную жизнь до того момента, пока он волею случая не оказался в роли уличного музыканта. Если бы не это неожиданное превращение, он так и не узнал бы, на что способен. И более того, чего был лишен в жизни!

И ведь все началось с поцелуя Делины… Нет, еще раньше — с дурацкой надписи на майке.

А ведь он собирался ее выкинуть. Нет, эту майку надо будет обязательно взять с собой в Вашингтон и хранить как самый дорогой сувенир. Ему даже стоит мысленно поблагодарить девицу, что испачкала его костюм шоколадным мороженым.

— Ничего я не сгущаю, — тем временем продолжала Делина. — Ты просто не знаешь таких людей…

Как не знать, когда я сам принадлежу к числу этих кретинов, подумал Крис.

— Мне стыдно признаться, но ведь и я в чем-то на них похожа.

— Позволь не поверить.

— Это еще почему?

— Да потому, что у меня до сих пор кружится голова при одном только воспоминании о твоем первом поцелуе… Ну, после того как я закончил играть…

— Ах, вот ты о чем! — засмеялась Делина. — Сама не знаю, что на меня нашло… Так, ну все, — сказала она, заклеив рану лейкопластырем, и спросила: — Еще болит?

— Побаливает.

— Бедняжка. — Крис сидел посреди кухни на табурете, и сейчас Делина наклонилась к нему. — Как я могу облегчить невыносимые страдания моего героя?

— Попробуй догадаться, — усмехнулся Крис, и через секунду ощутил на своих губах нежный поцелуй Делины. — Ты удивительно сообразительна, — сказал он, обвивая рукой ее талию и усаживая к себе на колени. — Однако проклятая боль никак не проходит…

Говорить дальше стало невозможно, поскольку Делина проявила удивительную пылкость, словно бы ей не терпелось поскорее оказаться в его объятиях.

Крис еще успел подумать о том, что если она действительно обладает таким бешеным темпераментом, то как же ухитряется отказывать вашингтонским коллегам, пусть даже имея о них столь невысокое мнение?

Обычно он весьма настороженно относился к слишком откровенным и напористым женщинам. Более того, ему не нравилось, когда не мужчина домогается женщины, а все происходит наоборот. Это казалось ему таким же противоестественным, как если бы дама подавала пальто джентльмену или открывала перед ним дверь, пропуская вперед.

Однако сейчас их желания совпадали. Стоило ему обнять Делину, как она вздохнула, словно бы только этого и ждала, и упоенно приникла к его губам. Каким же теплым и душистым ароматом от нее веяло! В такие моменты большинство мужчин действуют автоматически, забывая о разуме, поддаваясь природным инстинктам. И Крис не стал исключением…

Его рука скользнула по округлому бедру молодой женщины и осторожно проникла под шелковистую на ощупь юбку. Делина отреагировала тем, что прижалась к нему еще плотнее и сладострастно застонала.

Не прошло и минуты, как оба уже дышали часто и взволнованно.

Делина, словно проверяя силу испытываемой им страсти, коснулась рукой молнии его джинсов. После чего Крис рывком подхватил ее на руки и, пройдя с ней несколько шагов, уложил на плетеный бамбуковый диван с мягкими цветастыми подушками.

Сорвать с нее одежду было делом одной минуты. А тонкие трусики он попросту разорвал, чтобы не тратить время, снимая их. Затем резко выпрямился и замер завороженный.

Делина лежала перед ним восхитительно-томная, великолепная в своем откровенном желании.

— Чего же ты ждешь, — прошептала она.

И он, мгновенно раздевшись, набросился на нее и резким толчком вошел в нее, издав при этом звук, представляющий нечто среднее между стоном и рычанием. Это было невероятное, какое-то дикое по накалу страстей единение, доставившее обоим безграничное наслаждение…

* * *

Когда все кончилось, Крис не мог говорить, только хрипло дышал и судорожно целовал обнаженные плечи и грудь Делины. Еще несколько мгновений она лежала с закрытыми глазами. Затем ресницы ее дрогнули, веки поднялись, и она тихо засмеялась.

— Ты что это? — спросил Крис, недоуменно вскидывая голову.

Вместо ответа она указала пальцем на разорванные трусики.

— А, понимаю, — тоже засмеялся он, — твои накрахмаленные коллеги в порыве страсти не рвут трусиков на своих возлюбленных.

— У них не бывает порывов страсти. А к предметам дамского туалета они относятся бережно, чтобы не пришлось покупать новые.

— Но откуда ты так хорошо осведомлена об их нравах? Я задушу тебя от ревности, если выяснится, что ты знаешь об этом не понаслышке!

— Конечно нет. Просто у меня есть приятельницы, которые не прочь пооткровенничать за ланчем, только и всего.

— Хотелось бы верить, — вздохнул Крис, вставая и натягивая джинсы. — Однако я обязательно куплю тебе новые трусики!

— О, в этом нет необходимости.

— Но мне же надо как-то искупить свою вину. Я имею в виду мою несдержанность.

— Ты провинишься передо мной лишь тогда, когда начнешь проявлять чрезмерную сдержанность, — поднимаясь с дивана, заверила его Делина. — Впрочем, если тебе так хочется для меня что-то сделать, то закажи пиццу, пока я пойду в душ.

— Хорошо, — кивнул Крис, направляясь к телефону. — Кстати, у тебя есть какие-нибудь особые пристрастия? Ну, скажем, грибы, анчоусы, салями…

— На твой вкус, милый. Замотавшись в плед, Делина поднялась наверх и вошла в ванную. С наслаждением намыливаясь ароматным гелем, она непрерывно улыбалась, вспоминая недавний эпизод и думая о том, что Крис не устает поражать ее новыми талантами.

Сначала он привлек ее внимание как музыкант, потом восхитил умением делать чувственный массаж. На следующий день удивил своей галантностью и умением лихо гонять на мотоцикле. Затем они занимались любовью, и Крис предстал перед ней в роли непревзойденного любовника.

Однако сегодня он превзошел себя: давно у нее не было такого неистово-упоительного секса! А если еще учесть, что перед этим он выказал себя бесстрашным бойцом, ухитрившись в одиночку уложить двух здоровенных парней, то им просто нельзя не восхищаться!

Сколько же еще дарований таится в этой самобытной натуре?..

Тем временем Крис быстро договорился о доставке пиццы. После чего прошел в гостиную и, включив телевизор, расположился на диване с банкой пива в руке.

Показывали какой-то боевик. Бежевый «форд» и темно-синий «мерседес» разделяла лишь небольшая заснеженная поляна, с растущими по краям густыми кустами. Распахнулись дверцы, и заскрипел снег под ногами шестерых вылезших из автомобилей мужчин. Все в кожаных куртках нараспашку. Глаза внимательные, настороженные. Один держит в опущенной руке черный короткоствольный автомат.

Тем временем из-за кустов появились еще двое. Первый в белой дубленке, второй в широкополой ковбойской шляпе и в длинном кожаном пальто. Вдруг тот, что был в дубленке, ничком бросился в снег. В то же мгновение, выплевывая из своих стволов смерть, заговорили автоматы и пистолеты.

Стекла обеих машин мгновенно покрылись паутиной трещин. Над лесом испуганно взметнулись с хриплым карканьем вороны…

— Ну, как насчет пиццы? — спросила Делина, спускаясь вниз в белом махровом халате и на ходу вытирая волосы пушистым розовым полотенцем. — Поскольку мы не смогли пообедать, я ужасно проголодалась.

Крис был так увлечен боевиком, что не сразу ее услышал. Не без сожаления он выключил телевизор на том самом месте, когда из простреленного во многих местах «мерседеса» выползла красотка в леопардовой шубке и, ломая руки, закричала: «О, Джонни!»

— Все в порядке, — сообщил Крис, оборачиваясь к Делине. — Обещали привезти в течение получаса. Может, пока хочешь выпить?

— О да, если тебе не сложно… Там, в баре, должно быть мартини.

Крис проявил сноровку бармена, не забыв выбрать подходящий бокал и положить в него оливку.

— Прошу, мадмуазель.

Передав бокал, он сел рядом с Делиной на диван и снова взялся за свое пиво.

Вообще-то он любил дорогие французские коньяки. Однако подобное пристрастие никак не вязалось с ролью бедного уличного музыканта, поэтому приходилось изображать удовольствие, смакуя баночное пиво.

Впрочем, в такую жару оно было весьма кстати.

— Почему ты выключил телевизор? — спросила Делина.

— Потому, что у меня слишком хорошее настроение, чтобы смотреть на заплаканных девушек. — Как говориться, и ложь бывает во спасение. — Что, если нам послушать музыку?

— Как бы я хотела снова послушать тебя, — неожиданно вздохнула она.

— И о чем же мне тебе рассказать? — сразу откликнулся Крис.

— Нет, ты меня не понял. Я хотела бы послушать твою игру на саксофоне.

— Ах, это… Но ведь здесь, наверное, нет инструмента. Или все-таки есть?

— Увы! Однако вот что мне пришло в голову… Что, если мы завтра навестим твоего Феликса? Во-первых, мне интересно посмотреть, где ты живешь. Во-вторых, вы устроите для меня небольшой концерт, за который я вам заплачу… Что скажешь, милый?

Час от часу не легче! И зачем только он вздумал представить ей Феликса в качестве своего напарника? Впрочем, какого, к черту, Феликса! Он даже не знает, как зовут того чернокожего музыканта.

Вот так всегда и бывает: одна ложь влечет за собой другую, порождая запутанные ситуации, из которых потом приходится мучительно искать выход. Конечно, проще всего всегда говорить только правду, но сколько интереснейших житейских ситуаций стали бы при этом невозможны! Как ни странно это признавать, но именно ложь порой придает жизни щекочущую нервы остроту или, как в данном случае, некоторую пикантность.

Что же придумать? Как отыскать этого чертова саксофониста? И согласится ли он предоставить ему на время свое жилье?

Однако деваться было некуда. Делина терпеливо ждала ответа, глядя на него своими глубокими серо-голубыми глазами, выражение которых понять было невозможно.

А вдруг она что-то заподозрила и хочет проверить хотя бы часть легенды, которую он успел сочинить?

— Договорились, — со вздохом сказал Крис, решив, что до завтра непременно что-нибудь придумает. — Старина Феликс будет рад нашему визиту… Ага, в дверь звонят. Я пойду открою. Наверное, это привезли пиццу.

— И заодно проверь, как там наш щенок!

Со щенком ничего не случилось. Он успел переменить позу, но по-прежнему безмятежно спал. Но вот представший перед Крисом разносчик пиццы невольно поразил его своим веселым, можно было даже сказать бесшабашным, видом.

Парню было не больше двадцати лет. Статный, мускулистый, загорелый, с белозубой улыбкой. Он был подвижен как ртуть и, словно бы не в силах спокойно стоять на одном месте, пританцовывал. Одет он был в цветастые шорты и белую рубашку с короткими рукавами. А коробку с пиццей он держал перед собой так, как официанты обычно держат поднос. Кроме того, у него были ослепительно голубые глаза, ярко выделяющиеся на загорелой физиономии.

При виде такого симпатяги Крису сразу вспомнилась утренняя встреча с Викторией и пришла в голову довольно озорная мысль. Чтобы избежать в будущем приставаний, почему бы не послать к мисс Уэствуд этого парня? Вполне возможно, что она угомонится и начнет относиться к нему, Крису, только как к своему адвокату.

— Привет, — первым поздоровался разносчик. — Пиццу заказывали?

— Привет, — ответил Крис, принимая одной рукой коробку, а другой засовывая в карман его рубашки двадцать долларов. — Слушай, приятель, ты на сегодняшний вечер уже освободился?

— Не совсем, — ответил тот, нисколько не удивившись. — У меня еще осталось несколько заказов. А что тут у вас, вечеринка? — И он попытался заглянуть через плечо Криса в глубь гостиной.

— Я бы хотел сделать еще один заказ, но на другой адрес, — оттесняя его на крыльцо и прикрывая за собой дверь, сказал Крис. Не хватало еще, чтобы этот тип любовался Делиной в одном халате!

— Ладно, — невозмутимо кивнул парень. — Гоните еще двадцатку и говорите, куда ехать.

И тут Крис с опозданием сообразил, что не знает адреса Виктории. Пришлось с сожалением отказаться от этой затеи и проститься с разносчиком. Впрочем, он взял у него визитку, решив, что воспользуется ею при подходящем случае.

<p>9</p>

На следующий день Крис уехал первым, объяснив это Делине тем, что Феликса может не оказаться дома. Поэтому лучше его сначала найти где-нибудь в городе и предупредить о неожиданном визите. После чего он обещал заехать за молодой женщиной.

Делина охотно согласилась. И Крис в очередной раз оседлал свой мотоцикл, с которым уже так свыкся, словно был прирожденным байкером.

Первым делом он направился в ту часть города, где впервые услышал завораживающие звуки саксофона, благодаря которым ему удалось познакомиться с Делиной.

К счастью, тот, кого он окрестил Феликсом, был на месте. Крис понял это, едва въехав на маленькую, украшенную фонтаном площадь, один из уголков которой и облюбовал себе чернокожий музыкант. Звуки саксофона разносились далеко вокруг, однако сейчас это был не грустный и задумчивый вечерний блюз, а жизнерадостный утренний рэгтайм.

Остановившись у тротуара, Крис подождал, пока саксофонист доиграет мелодию до конца и соберет пожертвования немногочисленных слушателей. Затем слез с мотоцикла, снял шлем и направился к нему.

Музыкант сразу узнал Криса и добродушно заулыбался, обнажив великолепные белые зубы.

— Здорово, напарник. — И он первым протянул руку. — Хочешь снова поиграть на моем саксе? Прошлый раз у тебя неплохо получилось.

— Нет, спасибо, — ответил Крис, отвечая на рукопожатие. — На этот раз у меня нет настроения.

— Что так?

— Ты мог бы уделить мне пару минут?

— О чем речь!

Чернокожий музыкант присел на край скамейки и поставил саксофон на колени. Крис устроился рядом и, выдержав небольшую паузу, спросил:

— Ты живешь один?

— В каком смысле?

— Ну, у тебя есть семья?

— О нет, для этого я слишком молод. А почему тебя это интересует?

— Меня интересует другое, — пытаясь подделаться под тон собеседника, сказал Крис. — Где ты обитаешь?

— В вагончике, — словоохотливо ответил негр. — Он стоит неподалеку, сразу за выездом из города, рядом с небольшой пальмовой рощей. Да ты, никак, собрался ко мне в гости?

— Да, хотелось бы.

— Нет проблем! Подваливай сюда ближе к вечеру, и мы вместе двинем ко мне. Тебе, приятель, видимо, негде переночевать.

— Спасибо за любезное приглашение, — замялся Крис, не зная, как приступить к главной теме. — Но… но дело несколько в другом…

— Хочешь покурить травки?

— Нет, я не употребляю наркотики. Мне просто нужен твой вагончик.

— В каком смысле? — удивился собеседник. — И на кой он тебе сдался?

— Понимаешь, в чем дело…

— А, ясно! — И чернокожий музыкант, к удивлению Криса, снова заулыбался и даже потрепал его по плечу. — Ты хочешь привести туда ту красотку, которую снял здесь позапрошлым вечером!

Крис пожал плечами и сдержанно улыбнулся в ответ. Конечно, не очень-то приятно, когда о твоей возлюбленной говорят «снял», однако на добродушие собеседника невозможно было сердиться.

— Ты угадал, — просто ответил он.

— Ну и как у тебя с ней — все сладилось?

— Похоже на то.

— Держись за нее, приятель, — на полном серьезе заявил музыкант. — Она, судя по ее виду, дамочка не из простых и, наверное, даже не местная.

— Спасибо за совет. Однако ты так и не ответил: что насчет вагончика?

И снова собеседник удивил его, категорически замотав головой.

— Что это значит? — не понял Крис.

— Увы, приятель, не хотелось бы тебя огорчать, но с этим у тебя ничего не выйдет.

— Почему? Я могу заплатить.

— Нет-нет, дело не в этом.

— Тогда в чем?

— В грехе, которому я не хочу потворствовать во избежание гнева Господня.

— В чем? — В первый момент Крису показалось, что негр шутит, и он повнимательнее вгляделся в его лицо. Однако тот перестал улыбаться и как будто даже загрустил. — Послушай-ка, Феликс…

— Какой еще Феликс? Ты меня с кем-то путаешь, — насторожился музыкант, и Крис с некоторым запозданием сообразил, что назвал его выдуманным им самим именем. — Меня зовут Джейкоб… Джейкоб Янг.

— Очень приятно. Крис Макферсон. Так что ты там говорил о грехе Господнем?

— Не о грехе, а о гневе, — назидательно поправил его Джейкоб. — Наш всемилостивейший Господь всегда гневается как на тех, кто совершает грехи, так и на тех, кто им потворствует. Именно поэтому я и не могу пустить тебя в свою берлогу. Уж извини!

— Если он всемилостивейший, то почему так часто гневается? — не удержался Крис, однако собеседник не захотел понять иронии, содержавшейся в его вопросе, и насупился. — А, ты являешься прихожанином местной баптистской церкви, — неожиданно догадался он.

— И даже играю там на органе во время воскресной службы! — с гордостью заявил Джейкоб. — Поэтому, как сам понимаешь, я не могу превращать свой чудесный вагончик в гнездо разврата и рисковать спасением души ради какой-то жалкой двадцатки:

— А кто здесь говорит о двадцатке? — воскликнул Крис и потянулся за бумажником. — Я хотел предложить тебе в десять раз больше.

— Двести баксов? — недоверчиво переспросил Джейкоб, окидывая его внимательным взглядом с головы до ног. — Хочешь, чтобы я поверил, будто ты способен выложить такие деньги за одну ночь в моей берлоге?

— Но я действительно способен!

— Тогда почему бы тебе не снять номер в отеле для встречи со своей милашкой?

На такой простой вопрос у Криса не было подходящего ответа, поэтому в первую минуту он замялся и неуверенно пожал плечами.

— Ага, приятель! Ты даже не можешь толком объяснить, чем тебя не устраивает отель! — непонятно почему обрадовался Джейкоб.

Крис извлек бумажник, достал оттуда две стодолларовые купюры и протянул чернокожему музыканту.

— Тебе нужны мои деньги или мои объяснения? — не без ехидства поинтересовался он.

Джейкоб взглянул на доллары и, секунду поколебавшись, взял их и сунул себе в карман.

— Вижу, ты парень не промах, — вставая с места, сказал он. — Ну что ж, ради такого дела можем поехать прямо сейчас.

Пока он прятал саксофон в футляр, Крис завел мотоцикл и подъехал ближе. Джейкоб уселся позади него, и они рванули с места.

Ехать действительно оказалось недалеко, да и место для своего пристанища Джейкоб выбрал замечательное — в тени пальм, подальше от шоссе, но зато рядом с растянувшимся на несколько миль песчаным берегом. Это было нечто вроде самодеятельного кемпинга. Несколько вагончиков, трейлеры и даже палатки, между которыми бегали смуглые ребятишки.

Вагончик сразу понравился Крису — там было чисто и довольно уютно. Кроме того, имелись электричество и горячая вода в душе.

— Иногда ко мне приходит подруга, — не без хвастовства заявил Джейкоб, — которая убирает и готовит. Ее зовут Анна Мария, и она родом из Мексики. Мы с ней знакомы уже несколько лет, поскольку, посещаем одну и ту же церковь.

— А как же насчет греха? — усмехнулся Крис.

— А никакого греха здесь нет! — снова насупившись, строго сказал Джейкоб. — У Анны Марии муж и трое детей, так что нас связывают чисто дружеские отношения. Более того, мы приятели с ее мужем.

— Ну хорошо, — не унимался Крис. — Почему же ты все-таки согласился взять мои двести долларов? Мой-то будущий грех для тебя совершенно очевиден!

— Не все так просто, — широко улыбнулся хозяин вожделенного вагончика. — Видишь ли, дружище, о чем я подумал… Я сдаю тебе мою берлогу не в качестве притона разврата, а в качестве временного пристанища для тебя и твоей подруги. Ну а как вы ее будете использовать — это уже не моя забота. В конце концов я всегда могут заявить, что ошибся относительно ваших намерений… или вы сознательно меня обманули.

— Где заявить?

— На Страшном суде!

— Ого! Однако ты занял весьма удобную позицию для столь экстремального случая!

— Если будешь издеваться, то я могу и передумать!

— В таком случае умолкаю, — спохватился слишком уж развеселившийся Крис.

— На какое время тебе нужен мой вагончик? — деловито осведомился Джейкоб, позвякивая ключами. — На целый день, на одну ночь, или…

— Да, пожалуй, на несколько часов.

Крис решил, что прямо сейчас заедет за Делиной и привезет сюда, чтобы удовлетворить ее любопытство. Вряд ли она захочет надолго задержаться в подобном месте… Впрочем, зная ее пристрастие ко всему необычному и экзотическому, никогда не стоило загадывать наперед. Мало ли что ей взбредет в голову, чтобы удивить подругу Магду!

— Ну что ж, тогда держи. — Джейкоб вручил ему ключи и собрался уходить.

— Впрочем, пожалуй, я сниму твой вагончик до утра понедельника, — неожиданно передумал Крис.

— А где же буду спать я?

— В отеле. Сегодня вечером гости, приехавшие на празднование Дня города, начнут разъезжаться, и ты легко снимешь номер.

— И что мне за это будет?

— Еще двести баксов.

— Заметано!

Джейкоб с удовольствием принял от Криса деньги. После чего не удержался от вопроса, который мучил его с того самого момента, когда он впервые понял, что его белый знакомый не шутит.

— Ты что, неожиданно разбогател? — как бы между прочим произнес он, собирая свои вещи.

— Допустим, — сдержанно ответил Крис, опасаясь дальнейших поборов. — И что дальше?

— Да нет, ничего. Просто любопытно посмотреть на такого счастливчика. Позавчера у тебя не было и нескольких монет, а сегодня ты швыряешь направо и налево сотни баксов. Это все женщины, да? — И он понимающе подмигнул мгновенно рассвирепевшему Крису.

До каких же пор его будут принимать за жиголо! Неужели он действительно так выглядит или же всему виной дурацкая майка с не менее дурацкой надписью «Поцелуй меня, детка!»?

— Не твое дело! — бросил Крис, с трудом сдерживаясь.

— Ладно, ладно, — примирительно произнес сразу засуетившийся Джейкоб. — Не горячись, приятель, я всего лишь пошутил. Итак, я сваливаю и до понедельника ты меня здесь не увидишь.

— Я уезжаю утром в понедельник, так что ты можешь меня не застать.

— Тогда пойдем, я покажу, где оставить ключи, — открывая дверцу вагончика, предложил Джейкоб. — Вот, смотри, обычно я прячу их в песке под левым задним колесом.

— Не волнуйся, все будет в порядке, — заверил его Крис. — Кстати, если вдруг так случится, что ты невзначай столкнешься с моей девушкой, то знай: ее зовут Делина, а ты для нее Феликс.

— Договорились, — усмехнулся Джейкоб. — Да за такие деньги я готов откликаться на любое имя!

* * *

Делина продолжала удивлять Криса своей очаровательной и совершенно непредсказуемой сексуальностью. Казалось, что она готова заниматься с ним любовью в самых экзотических условиях, в любое время дня и ночи.

Было от чего возгордиться и потерять голову! Но разве он сам не испытывал столь же постоянного и неистового желания ласкать и целовать ее, обладать ею, не забывая при этом шептать самые нежные слова и комплименты?

Другое дело, что за все это время ни с его, ни с ее губ ни разу не сорвалось то заветное слово, которое они, возможно, произносили мысленно не раз, но не решались сказать вслух, оставляя право на первое признание партнеру. И слово это было «любовь»…

Стоило им зайти в вагончик, как Делина воскликнула:

— Как здесь мило! — А затем повернулась к Крису и приоткрыла свои соблазнительные губы.

Мгновенно потеряв голову, он прильнул к ним поцелуем и тут же вздрогнул, почувствовав, с какой страстной жадностью ее горячий язык проник в его рот. Выражаясь военным стилем, это была не осторожная разведка, а вторжение на покоренную территорию.

Через минуту вконец потерявший голову Крис уже яростно терзал эти изумительные губы, наслаждаясь упоительной игрой кокетливо-откровенного женского языка.

Делина положила руки ему на бедра, и он тут же повторил ее жест, действуя совершенно машинально. Затем приподнял подол легкого шелкового платья и, ощутив под пальцами кружево трусиков, медленно стянул их вниз и встал на колени, пока она, опираясь на его плечо, изящно переступала через них своими ногами в белых изящных туфельках.

Не поднимаясь с колен, Крис принялся быстрыми, щекочущими движениями губ ласкать ее ноги, бедра, живот, придерживая обеими руками за упругие ягодицы. Затем, повинуясь ее невысказанной просьбе, послушно лег на диван, а она устроилась сверху, горячая и страстная. Делина потряхивала в полутьме вагончика золотисто-рыжими волосами, упоительно двигала бедрами и прижимала к своей груди его руки…

Наконец она содрогнулась, замерла, а затем с полустоном-полувздохом нежно поцеловала Криса в губы.

— Это было нечто невероятное! — восторженно произнес он, стоило им немного прийти в себя и отдышаться. — Надо заметить, что с каждым разом это получается у нас все лучше и лучше!

— Совершенство достигается тренировками, — лукаво улыбаясь, заметила Делина.

Сев на край дивана, она поправила на груди платье, одернула подол, с любопытством огляделась по сторонам и увидела вокруг множество картинок с изображениями святых.

— Твой приятель Феликс является ревностным христианином, да? — задала Делина вопрос, которого он ждал.

— Похоже на то, — улыбнулся Крис, вспомнив, чего ему стоило снять этот вагончик. — Однако его вера не мешает его здравомыслию.

— Это хорошо, — задумчиво произнесла Делина, доставая из сумки расческу и начиная причесываться, — поскольку именно здравый смысл и ирония являются самым надежным противоядием против религиозного фанатизма.

— А ты очень религиозна?

— Я бы так не сказала. Знаешь, порой мне кажется, что люди, считающие себя истинно верующими, на самом деле во многом походят на африканских пигмеев, австралийских аборигенов или коренных жителей Амазонии.

— В каком смысле?

— Все они живут не в современной эпохе, а в далеком прошлом. Кстати, большинство американцев к религии относятся весьма прагматично.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Крис. — У нас ведь даже на банкнотах написано, что мы верим в Бога.

— А вот истинно верующие никогда бы себе такого не позволили. Особенно если вспомнить тридцать сребреников Иуды.

— Как это? Что-то я тебя не совсем понимаю…

— Видишь ли, подлинная вера — это естественное… или сверхъестественное, как тебе больше нравится, стремление нормального человеческого существа к истине, добру и красоте. Порой она перерождается в фанатизм, а порой просветляет душу и заставляет людей творить чудеса.

— Где это ты вычитала?

— Неважно… Считай, что я сама до этого додумалась. Так вот, для нас, американцев, религия всего лишь способ обретения душевного уюта, достаточно простой в употреблении и не слишком дорогостоящий. Когда земная жизнь налажена и все ее удобства продуманы до мелочей, остается лишь позаботиться о столь же удобном устройстве жизни загробной. Поэтому мы охотно верим в то, что после этой комфортабельной жизни наступит другая, не менее, если не более комфортабельная.

— О да, — засмеялся Крис, — теперь я тебя понял. Там, наверху, нас встретят любящие родственники, которые заранее позаботились о том, чтобы подыскать нам тепленькое местечко, и добрый Господь Бог, который воздаст каждому по заслугам. По заслугам, а не по грехам, заметь.

— Совершенно верно, — засмеялась в ответ Делина. — Поэтому надо лишь набраться мужества для перехода из одного состояния в другое.

— А ты боишься смерти?

— О да. Тем более что я осознала ее очень рано, еще в возрасте девяти или десяти лет, когда вдруг поняла, что наступит момент, когда меня уже не будет.

— И разумеется, это произошло ночью и так напугало маленькую Делину, что она встала с постели, пришла в комнату родителей, разбудила их и долго плакала, сетуя на то, что обязательно умрет.

— Как ты догадался? — изумилась она.

— Со мной было примерно то же самое, — безо всякой улыбки признался Крис. — Не знаю, чем утешали тебя твои родители, но мои гладили меня по голове, приговаривая, что к тому времени, когда я вырасту, ученые обязательно изобретут эликсир бессмертия.

— И мне мои родители обещали нечто подобное.

— Получается, мы так боимся смерти, что готовы верить в какие-то средневековые штуки вроде этого самого эликсира. А ты еще говоришь, что мы, американцы, самодовольны и в жизни, и в смерти!

— И не отказываюсь от своих слов, поскольку это действительно так.

— Не буду спорить.

— Впрочем, несмотря ни на что, мы изо всех сил стремимся спасти именно тело. Тогда как религиозным фанатикам плевать на тело, они думают только о спасении души. Я тебя не очень утомила?

— Напротив. И вообще, красивую женщину украшает все, что угодно, даже стервозность или религиозность. Что касается тебя, то ты будешь безумно возбуждать меня, что бы ты ни проповедовала, как бы ни одевалась — кающейся грешницей во власянице или куртизанкой в роскошном платье.

— А если вообще без платья… — лукаво улыбнулась Делина и, склонив голову ему на плечо, принялась гладить ладонью его обнаженную грудь.

— О, об этом можно только мечтать…

— Так давай претворим мечты в жизнь.

Дальше последовали легкий шорох снимаемой одежды, томные вздохи и звуки страстных поцелуев. Но, даже целуя Делину и занимаясь с ней любовью, Крис продолжал вспоминать об их странном разговоре, и тому была особая причина.

Достигнув зрелого возраста и осознав, что юность, которая не боится ни Бога, ни черта, уже позади, он вновь, как и в детстве, начал ощущать смутное беспокойство. Именно оно, как это ни странно, побуждало его неистово желать устроенной семейной жизни.

Ночное одиночество — вот главный источник всех страхов перед таинственной и бездонной пропастью, именуемой смертью. Что может лучше избавить от этого одиночества, чем нежные ласки любимой женщины, ее тихий успокаивающий шепот?

И разве рождение детей это не такое же страстное стремление сохранить хотя бы частичку себя в будущих поколениях, не дав прерваться той цепочке жизни, которая таится в наших генах и которая была завещана нам бесконечно далекими предками?..

Забавно, что на подобные мысли о семье его подвигнул самый восхитительный секс, который он когда-либо имел в своей жизни.

* * *

— Поедем, я отвезу тебя домой, — предложил Крис, когда уже наступил вечер и за окном полыхал своими невероятно насыщенными, темно-багровыми красками океанский закат.

— Зачем? — удивилась Делина. — Мне и здесь хорошо. Или мы помешаем твоему другу Феликсу? Кстати, где он пропадает и когда ты нас познакомишь?

— Боюсь, что сегодня это не получится.

— Почему?

— Он не придет ночевать. Кажется, его позвали играть в каком-то ночном клубе.

— Тогда зачем нам куда-то уезжать?

Крис пожал плечами.

— Вообще-то я тоже не прочь переночевать здесь. Однако… ты же не можешь оставить своего замечательного щенка в одиночестве.

— А он не в одиночестве. Пока ты отсутствовал, я отнесла его Магде, и она пришла в полный восторг. Оказывается, ей давно хотелось иметь собаку. Она даже придумала ему кличку — Твигги.

— В честь этой тощей топ-модели? Очень оригинально!

— Ну, Магде очень хочется немного похудеть. И возможно, она сочла, что, глядя на щенка, будет вспоминать о диете… Впрочем, это все ерунда. Если честно, то мне вдруг стало безумно жаль с ним расставаться. И я предупредила ее о том, что могу передумать.

— Да, но ты наверняка не предупредила ее о том, что не вернешься сегодня домой. В результате она может Бог знает что подумать.

— Ну и пусть! — воскликнула Делина. — Пусть думает все, что ей угодно. Да это именно из-за нее я и не желаю возвращаться!

— Как это понимать?

Впрочем, Крис мог бы и не спрашивать. В глазах Делины настолько ясно читались ее мысли, что это казалось даже несколько странным. Как правило, вашингтонские бизнес-леди более сдержанны в проявлении своих чувств.

— Неужели тебе до сих пор не ясно, — сердито продолжила она, — что моя милая подруга спит и видит, как бы тебя соблазнить?

— С чего ты взяла?

— Да хотя бы с того, что по сравнению с ее конопатым и долговязым Майклом — Боже, и что только она в нем нашла! — ты выглядишь как заправский плейбой.

— Вообще-то Майкл показался мне очень неплохим и даже остроумным парнем… — начал было Крис, но неожиданно для себя расхохотался и заключил Делину в объятия. — Однако по аналогичной причине тебе совершенно не о чем беспокоиться!

— Не понимаю…

— По сравнению с Магдой ты выглядишь самой настоящей принцессой!

<p>10</p>

Утром Крис выбрался из-под одеяла, постаравшись не разбудить при этом сладко спящую Делину. Затем быстро оделся, стараясь не ронять при этом из карманов всякую мелочь вроде монет или ключей, производящих больше всего шума. Это было безумно трудно, поскольку давно известно, что особенно долго возишься именно тогда, когда нужно поторопиться, и особенно шумишь, когда нужно двигаться бесшумно. Поэтому он даже задерживал дыхание и при каждом неосторожном движении испуганно смотрел на Делину, проверяя, не открыла ли она глаза.

Однако Крис столь тщательно оберегал покой своей драгоценной возлюбленной отнюдь не только из-за чрезмерной заботливости о ней. Сейчас им двигали другие, причем весьма корыстные, мотивы.

Он решил не будить Делину, потому что собирался съездить к Магде и постараться как можно успешнее выполнить доверенную ему мало приятную миссию. Надо было уговорить ее не доводить конфликт до судебного разбирательства и уточнить сумму компенсации, по возможности уменьшив ту.

Как ни упоителен оказался этот уик-энд в Строумфилде, не следовало забывать о деле, тем более что по возвращении в Вашингтон ему предстояло составить отчет о поездке…

Главное сейчас было осторожно выбраться из вагончика и сесть на мотоцикл. Если Делина проснется, то непременно начнутся расспросы, а никакой правдоподобной версии своего поспешного отъезда он за целую ночь так и не придумал. Не до того было!

Вспомнив о прошедшей бессонной ночи, Крис подавил зевок, осторожно потянулся и ласково посмотрел на тонкий профиль Делины, которая спала на правом боку, разметав по подушке золотистые волосы и положив ладонь под щеку. Как же ему хотелось поцеловать ее именно сейчас! Такой трогательной, теплой и невыразимо желанной она выглядела. Неизъяснимой прелестью веяло от его спящей возлюбленной, утомленной долгой ночью любви.

Однако если Делина проснется в одиночестве, да еще обнаружит исчезновение мотоцикла, то может вообразить невесть что, неожиданно подумал Крис. Например, что он решил от нее сбежать!

Оглядевшись по сторонам, он увидел замызганный блокнот. Вырвав оттуда листок, Крис быстро написал несколько слов, потом на цыпочках приблизился к дивану и положил записку на подушку там, где еще сохранился отпечаток его головы.

Теперь оставалось самое трудное. В очередной раз затаив дыхание и едва переставляя ноги, Крис прокрался к двери, открыл ее и со вздохом облегчения выбрался наружу.

Свежий, еще не прогретый солнцем воздух с океанского побережья приятной прохладой овеял его лицо, мгновенно подарив хорошее настроение.

Чтобы не разбудить Делину ревом мотора, Крис откатил мотоцикл как можно дальше от вагончика, поднял его на шоссе, возвышающееся над окружающей равниной, и лишь после этого сел в седло и нажал педаль стартера.

* * *

Мчаться по утренней полупустынной автостраде было на редкость приятно, однако Крисом уже овладел деловой настрой и ему было не до прелестей разгорающегося дня. Сам того не сознавая, он начал озабоченно хмуриться, обдумывая предстоящий разговор с Магдой, который обещал быть весьма нелегким. При этом едва ли не больше всего Криса заботило сохранение в тайне его участия в этом деле. Не проболтается ли Магда подруге сразу после того, как он представится ей в качестве вашингтонского адвоката?

Женщины непредсказуемы. Поэтому трудно было сказать, как отнесется Делина к тому, что он окажется не бродягой и уличным музыкантом, а представителем тех самых столичных деловых кругов, которые, по ее же собственным словам, вызывают у нее отвращение и скуку.

Возможно, она немного кокетничала, пытаясь убедить себя в том, что хоть чем-то выделяется из вашингтонской элиты. Однако рисковать в таком деле, как зарождающееся чувство, которому и сам Крис пока не мог дать четкого определения, все же не стоило. Кроме того, вполне вероятно, что Делине доставляет удовольствие роль принцессы. Да и какая бы женщина отказалась быть на ее месте!

Для Криса не было секретом, что некоторым деловым женщинам ужасно нравится, что их возлюбленные находятся на более низких ступенях социальной лестницы, поскольку они привыкли повелевать и наслаждаются чувством превосходства над своим партнером. Из числа таких женщин выходили правительницы государств, которые ухитрялись быть для некоторых своих подданных одновременно возлюбленными и повелительницами.

Если это действительно так, то мои дела плохи и нашему упоительному роману очень скоро придет конец, печально вздохнул Крис, которому этого совсем не хотелось.

Впрочем, Делина не слишком походила на таких женщин, однако он ее еще слишком мало знал. Кроме того, обстоятельства сильно меняют поведение человека. И если в провинциальном городке она могла вести себя весьма раскованно, то, кто знает, как отразится на ее отношении к нему привычное деловое окружение?

Как же ему не повезло в том, что Виктория Уэствуд протаранила именно машину Магды, а не любой другой жительницы Строумфилда! И как заставить или уговорить Магду хранить молчание до тех пор, пока он не решится признаться Делине в своем невольном обмане?

Когда именно он это сделает, Крис еще не решил. Пожалуй, наиболее подходящий для этого момент — это когда Делина, разнежившись от любовных ласк, будет лежать в его объятиях…

* * *

Магда встретила Криса весьма приветливо. И это несмотря на то, что он ее разбудил, о чем легко было догадаться по сонному виду молодой женщины, ее растрепанным волосам и небрежно запахнутому на груди кружевному пеньюару.

— Привет, — сказала она, отступая в сторону и жестом приглашая его войти. — Кофе хочешь?

— Да, спасибо. Более того, я еще не завтракал, а потому не отказался бы от пары сандвичей.

— Хорошо. Тогда проходи в кухню, и мы обязательно что-нибудь придумаем.

— Майкл сейчас у тебя? — следуя за хозяйкой дома, поинтересовался Крис.

— Нет, он уже уехал по каким-то своим делам, — удивленно обернувшись, ответила Магда. — А разве ты пришел к нему, а не ко мне?

— Я пришел к тебе. Однако не хотел бы, чтобы нам кто-нибудь помешал.

— Вот как? — Магда снова, на этот раз с искоркой веселого недоумения в карих глазах, оглянулась на Криса. — Да ты уж не соблазнять ли меня явился?

О черт! — мысленно выругался Крис, которому в данный момент было совсем не до флирта. Да что же они тут все какие-то озабоченные! — поразился он, вспомнив заигрывания с ним Виктории Уэствуд. Воздух, что ли, в этом Строумфилде особенный или женское население значительно преобладает над мужским?

— У меня к тебе чисто деловой разговор… — начал было Крис, но Магда тут же перебила его с коротким смешком:

— А жаль!

— Ты не могла бы заняться приготовлением кофе и при этом слушать меня как можно внимательнее? — сухо спросил Крис, присаживаясь на табурет и нащупывая в кармане джинсов конверт с фотографиями.

— Почему бы и нет? — Магда разочарованно пожала плечами и отвернулась к плите.

— Но для начала пообещай, что весь этот разговор останется между нами.

— Ты не хочешь, чтобы о нем узнала Делина?

— Именно так.

— Не вижу в этом никаких проблем.

— То есть ты обещаешь ничего ей не рассказывать? — настойчиво продолжал Крис, начиная постепенно испытывать раздражение.

— Я не люблю никому ничего обещать, — с неожиданной холодностью заявила Магда. — Особенно мужчинам, которые возомнили о себе Бог знает что. Выкладывай, с чем пришел, и оставь свой инквизиторский тон! Кто ты такой, чтобы от меня что-нибудь требовать?

— Законный вопрос. — Крис был готов к такому повороту событий, поэтому протянул ей визитку. — Надеюсь, теперь тебе ясна моя не совсем приличная настырность?

— Представитель адвокатской конторы из Вашингтона… — фыркнула Магда, едва взглянув на визитку. — Ай да Крис! — И она по-прежнему весело, но с каким-то еще странным выражением, которого он не мог понять, посмотрела ему в глаза. — А я-то было порадовалась за бедняжку Делину, что ей наконец-то повезло найти приличного парня, а не одного из этих лощеных столичных пижонов.

— Ну, ее все жители Вашингтона лощеные пижоны, — обиделся Крис. — Кстати, вода уже закипает.

— Вижу… Однако ты еще не сказал, какое у тебя ко мне дело.

Крис собрался уже ответить. Но тут Магда негромко воскликнула:

— Стой, не говори — сама догадалась! Это все из-за Виктории Уэствуд, да?

— Можешь рассказать, что между вами произошло и почему ты хочешь подать на нее в суд? И, если не трудно, пожалуйста, не употребляй при этом оскорбительных выражений в адрес мисс Уэствуд, поскольку я все-таки являюсь ее адвокатом.

— Рассказать-то, конечно, могу, — отозвалась Магда, разливая кофе по чашкам и садясь за стол рядом с Крисом. — А вот насчет выражений… Неужели ты сам еще не понял, что она собой представляет? Да с ней переспали чуть не половина мужчин нашего города, а остальные не поступили так лишь потому, что не нашли это привлекательным для себя.

— Это не меняет сути дела, — сдержанно заметил Крис.

— Еще как меняет и скоро ты это поймешь!

Крис насторожился. Кажется, он был недалек от истины в своем предположении, что за банальным дорожным инцидентом кроется нечто большее. Он выжидательно посмотрел на свою собеседницу, но Магда не торопилась начинать, медленно размешивая сахар в своей чашке.

— Ну?

— А что тебе сказала эта шлюха?

— Если ты будешь отвечать мне вопросом на вопрос, то мы никогда ни о чем не договоримся! — не на шутку рассердился Крис. — Кроме того, я уже тебя просил: перестань оскорблять мою клиентку мисс Уэствуд.

— А тебе известно, что еще совсем недавно мисс Уэствуд звалась миссис Стенфорд?

— Хочешь сказать, что она была замужем?

— И не в первый раз, — кивнула Магда, делая первый глоток кофе из чашки.

— Ну, и что это меняет?

— Ах да, — спохватилась Магда, заметив недоумение на лице Криса, — ты же не можешь этого знать… Ее последним мужем был Майкл.

— Серьезно?

Крис ожидал чего-то подобного, поскольку уже не сомневался, что между двумя молодыми женщинами и до столкновения на перекрестке существовали неприязненные отношения. Однако какой вывод из всего этого напрашивался? Что Виктория, поддавшись порыву ревности, намеренно врезалась в машину Магды?

— А находился ли в твоей машине Майкл, когда в нее врезалась мисс Уэствуд? — спросил Крис.

— Нет, тогда его со мной не было, — спокойно ответила она. — Однако я подала на Викторию в суд именно по просьбе Майкла.

— Он хотел, чтобы ты судилась с его бывшей женой? Но с какой целью?

— Дело в том, что при разводе она воспользовалась связями своего отца и ухитрилась оставить Майкла с носом.

— Иначе говоря, он ничего не получил при разделе их совместного имущества?

— Иначе говоря, она чуть было не довела беднягу Майкла до полной нищеты. Вот он и уговорил меня пригрозить его бывшей дражайшей половине судом и под этим предлогом заставить хоть немного раскошелиться.

— В таком случае, — оживился Крис, наконец-то полностью уразумевший суть дела, — проблема только в сумме компенсации?

— Совершенно верно.

— И сколько бы ты… то есть вы с Майклом хотели бы с нее получить?

— Сто тысяч долларов, — не задумываясь, ответила Магда. Видимо, она уже давно обсудила этот вопрос со своим рыжеволосым и конопатым возлюбленным.

— Отлично! — заявил Крис, вставая с табурета и оставляя свой кофе нетронутым. — В таком случае завтра… нет, прямо сегодня я переговорю с мисс Уэствуд и постараюсь уладить этот вопрос.

— Постарайся, — вяло произнесла Магда, — хотя я совершенно уверена в том, что эта… что мисс Уэствуд обязательно начнет торговаться. Ой, ты торопишься, а жаль… Да, и куда, кстати, ты девал мою подругу?

— Она ждет меня в одном месте, — уклончиво ответил Крис. — Между прочим… — он немного помялся, затем достал из кармана джинсов конверт с фотографиями и протянул Магде, — тебе известно о существовании этих снимков?

— Разумеется, — кивнула она, бегло просмотрев их.

— Откуда?

— Во-первых, от фотографа, во-вторых, от самой Виктории… Но она напрасно думает, что меня можно шантажировать подобной ерундой. Мы живем в конце двадцатого века, а я свободная женщина и могу делать все, что захочу!

— И куда же мне их теперь деть? — озадаченно спросил Крис, не ожидавший подобного равнодушия со стороны Магды к собственной репутации.

— Отдай Виктории обратно, путь хоть в газетах печатает. — Магда небрежно сунула снимки в конверт и, возвращая их Крису, с усмешкой добавила: — Эх, жаль, что в тот момент в моей машине не было тебя!

— Это еще почему?

— Ты гораздо красивее и фотогеничнее, чем бедняга Майкл.

Крис пожал плечами и уже совсем было собрался уходить, однако веселый цинизм Магды не давал ему покоя. Если эта женщина настолько равнодушно относится к собственной репутации, то с еще большим равнодушием будет относиться к чужим секретам!

— Ты не забыла о моей просьбе? — спросил он, когда уже стоял на пороге.

— Какой еще просьбе? — удивилась Магда, придерживая дверь и даже не пытаясь плотнее запахнуть полураскрытый на груди пеньюар.

— Ты обещала ничего не рассказывать Делине, — терпеливо напомнил он.

— Ах это… Ладно, не буду, хотя и не понимаю причин твоей скрытности. Почему ты не хочешь, чтобы она узнала о том, кто ты есть на самом деле? Я бы еще поняла это, если бы ты, например, был гангстером и находился в федеральном розыске.

— Хочу сделать ей сюрприз, — сказал Крис первое, что пришло на ум.

— Что же это за сюрприз? — насмешливо протянула Магда, состроив ироничную гримасу. — Подумаешь, адвокат! Вот если бы ты действительно был гангстером, тогда я еще понимаю…

— Не думаю, чтобы Делина этому очень обрадовалась, — заметил Крис. — А я предпочитаю делать людям только приятные сюрпризы.

В ответ на его последнюю фразу Магда столь красноречиво покачала головой, что он не смог удержаться от вопроса:

— Как это понимать?

— А так, красавчик Крис, что не вам с нами в этом тягаться!

— В чем «в этом»? — спросил он. — И кого ты имеешь в виду под «нами» и «вами»?

— Я имею в виду, что в искусстве делать сюрпризы женщины легко дадут фору мужчинам!

Звонко выпалив эту фразу, Магда отступила на шаг и, прежде чем заинтригованный Крис успел потребовать новых объяснений, захлопнула дверь перед его носом.

Проснувшись и открыв глаза, Делина тут же увидела записку, лежащую перед ней на подушке.

Поехал за свежими булочками. Если захочешь прогуляться по пляжу, то зарой ключи в песок под левым задним колесом вагона.

Крис.

Она улыбнулась и томно потянулась, ощущая себя на удивление счастливой. Этого чувства Делина не испытывала уже так давно. А ведь именно в достижении подобного состояния и есть подлинный смысл человеческой жизни.

Еще раз улыбнувшись этим мыслям, молодая женщина откинула одеяло, спрыгнула с дивана и, напевая себе под нос, направилась в душ.

Умывшись и одевшись, Делина приготовила себе кофе и убрала постель. Затем, взяв чашку, села на диван и задумалась. Есть ли у Криса сейчас кто-нибудь еще? Сколько у него было женщин до нее и любил ли он какую-нибудь из них по-настоящему?

Делина остерегалась расспрашивать об этом своего возлюбленного. Тем более что между ними еще не наступил период откровенных признаний, после которого отношения поднимаются на новый, качественно иной уровень.

Крис был третьим мужчиной в ее жизни, но она никогда и ни при каких обстоятельствах не распространялась о двух предыдущих. Тем более о них не знала Магда.

До двадцати двух лет Делина Джойс, эффектная, уверенная в себе и остроумная девушка, была девственницей. Ей доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие помыкать влюбленными в нее молодыми людьми, которые порой доходили до того, что ползали у нее в ногах, умоляя о взаимности, или приходили в бешенство, проклиная ее надменность и самоуверенность.

Что было причиной такого поведения Делины? Она слишком высоко себя ценила? Надеялась влюбиться по-настоящему? Верила, что своего не упустит?..

Однако время шло, подруги выходили замуж, поклонники не выдерживали безапелляционных отказов и находили утешение в любви других девушек. А Делина по-прежнему не сомневалась в своей неотразимости и с большим трудом представляла себя в объятиях какого-нибудь мужчины.

И вдруг, когда ей пошел двадцать третий года, она влюбилась, влюбилась в человека, давно и хорошо знакомого, — в старинного приятеля ее покойного отца. Она как раз переехала в Талахасси, куда ее пригласили на работу после окончания университета. Может быть, то, что Делина впервые оказалась в непривычном окружении, и породило влечение, которое молоденькая девушка неожиданно испытала по отношению к единственному мужчине в городе, которому могла довериться, ибо знала его с детства.

Кирк Денитсон слыл талантливым журналистом, умным и интересным собеседником. Но он был более чем на тридцать лет ее старше и к началу их романа сильно облысел, что, однако, не портило его импозантной внешности.

К тому же ему нельзя было отказать в остроумии. И это особенно привлекало в нем Делину. Кирк посмеивался даже над собственной лысиной, говоря, что у него просто открылась чакра, через которую он впитывает космическую энергию. После чего неизменно добавлял, что при этом его голова стала удивительно беззащитной.

И все же, почему произошло то, чего Делина меньше всего от себя ожидала? Куда вдруг делись ее упрямство и непреклонность? Или она побоялась обидеть отказом человека, который знал ее еще маленькой девочкой? Но ведь сам Кирк, ничтоже сумняшеся, повел себя с ней отнюдь не по-отечески, как можно было бы предположить, учитывая его долгую дружбу с отцом девушки…

Впрочем, удивляться или жалеть было поздно, да Делина и не жалела, поскольку Кирк оказался опытным мужчиной и всячески стремился сделать ее изощренной в постельных утехах женщиной. И это, кстати сказать, ему вполне удалось.

Какое-то время у них все шло прекрасно, пока…

Какое-то время, какое-то время, мысленно передразнила себя молодая женщина. Не надо лукавить, милая, это продолжалось почти три года. Три года она была любовницей человека, который годился ей в отцы, и как минимум один из них ее раздирали мучительные сомнения: а правильно ли то, что она делает? Юность заканчивается, она становится взрослой женщиной и все равно каждую неделю, как наивная восторженная девчонка, спешит на свидания к своему стареющему любовнику.

Ею двигает любовь? Чушь! Через два года их связь стала привычкой, не вызывающей даже тени прежних эмоций…

— В молодости мы совершаем ошибки из-за недостатка опыта, — любил поучать ее Кирк в минуты досуга. — В зрелости — из-за недостатка ума. В старости — из-за забвения первого и угасания второго.

Так почему же она продолжала отвергать других поклонников ради продолжения отношений с Кирком, ведь с ней по-прежнему не прочь были познакомиться мужчины? Это было загадкой даже для самой молодой женщины.

Правда, к концу третьего года их связи Делина, призвав на помощь разум и силу воли, все-таки сумела порвать с Кирком. После чего неожиданно почувствовала невыносимую пустоту в сердце, словно лишилась чего-то привычного и необычайно нужного в жизни. Однако она сумела перебороть себя и нашла утешение в работе.

А еще через полгода у нее дома раздался телефонный звонок. Молодой мужчина, представившийся племянником Кирка, сообщил о смерти своего дяди от сердечного приступа и сообщил о дате и месте похорон.

Она приехала и тогда впервые увидела Саймона — крупного и красивого молодого человека с уверенным взглядом темных глаз, сильными руками и густыми черными бровями. С Делиной тут же произошло нечто странное, совершенно необъяснимое и в тоже время возбуждающе приятное. Тем же вечером, когда собравшиеся на поминки люди стали расходиться, Саймон попросил ее задержаться и помочь ему разобрать бумаги дяди.

Но бумаги так и остались нетронутыми, поскольку они почти сразу же перешли в полутемную спальню. Им не потребовалось слов, они поняли друг друга с полувзгляда…

Никогда в жизни Делина не испытывала такого сильного, потрясающего до самых сокровенных глубин существа наслаждения.

И только после этого, вспоминая умелые, но лишенные истинной страсти любовные объятия Кирка, она поняла, сколь многого была лишена. Делина безумно боялась потерять Саймона и позабыла с ним свою прежнюю надменность.

Он интуитивно чувствовал опасения своей возлюбленной и посмеивался над ними. Но он и любил ее, гордился ею, и неоднократно демонстрировал своим приятелям весьма странного, если не сказать угрожающего, вида.

Чем Саймон занимался, Делина так толком и не узнала, однако некоторые из ее новых талахасских знакомых настоятельно советовали порвать с ним, намекая на его возможные нелады с законом. Убедившись со временем, что Саймон действительно является человеком, не имеющим ни малейших представлений о морали, она — как и в случае с его дядей — скрепя сердце призвала на помощь рассудок и волю и рассталась с ним.

Последний раз они виделись в декабре прошлого года, когда Саймон заехал к ней на работу, чтобы поздравить с Рождеством, и подарил бриллиантовые серьги. Отказаться от подарка на глазах у сотрудников Делина не смогла, однако серьги так ни разу и не надела. Они до сих пор лежали в сейфе ее вашингтонского офиса, и молодая женщина не оставляла надежду когда-нибудь вернуть их Саймону.

По-видимому, у него имелись серьезные намерения на ее счет. Но Делина не дала молодому человеку ни единого шанса к продолжению их отношений.

* * *

И вот когда она, замкнувшись в себе, заработала от Магды прозвище синий чулок, на ее жизненном пути встретился Крис. Сейчас Делина могла бы сказать, что Крис чем-то напоминает ей Саймона, за исключением того, что ведет себя гораздо тактичнее и нежнее. Только эта неожиданная встреча на улице Стромфилда и спасла ее от тоски и одиночества — самых тяжелых и щемящих из всех человеческих чувств, которые охватывали ее каждый раз, когда молодая женщина оказывалась в родном городе и видела, как мало изменился сам город и как сильно изменились друзья ее детства.

Смотрясь в них, как в зеркало, Делина понимала, насколько стала другой. И это надолго лишало ее душевного равновесия.

Чего не хватало ей из того периода ее жизни, когда она, юная и неопытная, постоянно испытывала желания или упивалась надеждами? Самих желаний или той возможности совершать бесконечные ошибки, которые всегда можно было исправить благодаря имеющемуся впереди запасу времени?

Делина не знала ответа, но теперь благодаря встрече с Крисом об этом можно было даже не задумываться. После первой же ночи с ним она полностью забыла о том, что можно быть несчастной и одинокой, оказавшись во власти иного, казавшегося ей неведомым чувства.

Это была не любовь-уважение, которую она испытывала к Кирку. Но и не любовь-страсть, которой приковал ее к себе Саймон.

Скорее всего она встретила любовь-дружбу — ту разновидность любви, которая служит самой надежной основой брака, на всю жизнь соединяя мужчину и женщину и самым наглядным образом воплощаясь в их потомстве…

Однако сначала следовало убедиться в подлинности чувств Криса. А для этого он должен был сделать первый шаг. Во-вторых — и это главное, — ему надо было перестать лукавить и честно во всем признаться.

Отважится ли он на это? — вот что сейчас занимало Делину больше всего на свете.

Внешне Крис был привлекательнее Саймона и волновал ее куда сильнее, чем племянник покойного Кирка. Однако их бурные постельные объятия еще ничего не говорили о его порядочности, о том, можно ли ему доверять. Промучившись ожиданием до полудня, но, так и не дождавшись ни обещанных булочек, ни самого Криса, Делина начала в этом серьезно сомневаться.

<p>11</p>

Поскольку уик-энд закончился и пора было готовиться к возвращению в Вашингтон, Крис решил не терять времени даром — ведь ему еще предстояло объяснение с Делиной. Именно от этого объяснения и зависело то, с каким чувством он полетит домой: бесконечно разочарованным или безгранично счастливым.

Сразу после разговора с Магдой Крис позвонил Виктории Уэствуд и предложил немедленно встретиться.

— Ой, я не могу сейчас куда-то ехать, — проворковала она, — поскольку минуту назад вышла из ванной. Если у тебя действительно срочное дело, то приезжай ко мне и мы все обсудим.

Крис прекрасно понимал, чем может закончиться подобный визит к разбитной особе, но выбора у него не было, поскольку время поджимало.

Правда, на самый крайний случай у него имелась визитка одного на редкость привлекательного малого — разносчика пиццы. Однако рисковать все же не хотелось…

Боже, и с каких это пор он стал считать рискованной встречу с красивой молодой женщиной? Уж не с тех ли самых, как почувствовал к Делине нечто большее, чем неистовую жажду обладания?

— Хорошо, я приеду, — сказал он, и обрадованная Виктория тут же продиктовала ему адрес.

* * *

Через полчаса Крис звонил в дверь красивого белого особняка, стоящего в окружении пальм и цветущих магнолий. Свой мотоцикл он оставил под ближайшим деревом, повесив шлем на руль.

Как Крис и ожидал, Виктория даже не подумала переодеться к его приходу и вышла ему навстречу в легком, доходящем лишь до середины стройных загорелых бедер шелковом китайском халате, расшитом яркими павлинами. Зато успела наложить макияж и причесаться, так что выглядела весьма сексапильно.

И, судя по запаху, его клиентка уже успела приложиться к бутылке.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — с ходу осведомилась она, окидывая Криса оценивающим взглядом, словно бы проверяя, в каком он сегодня настроении.

— Колы или минералки, — ответил он, избегая встречаться с ней глазами.

— Тогда наливай себе сам, — разрешила Виктория и, брезгливо поморщившись, небрежно кивнула в направлении бара, словно бы показывая этим свое пренебрежение к столь скромным напиткам.

Пока она закуривала, Крис достал из холодильника бутылочку кока-колы и залпом осушил ее. При этом он мысленно собирался с силами, заранее предчувствуя, что очередной сексуальной атаки со стороны хозяйки дома ему не избежать.

И она не замедлила последовать.

— Ну и как наши дела? — лениво осведомилась Виктория, устраиваясь на диване с бокалом шампанского в одной руке и дымящейся сигаретой в другой.

Крис вкратце, стараясь не смотреть на ее обнаженные ноги и полуобнаженную грудь, рассказал о своем недавнем разговоре с Магдой.

— То есть эта мерзавка выступает в роли защитницы интересов моего бывшего мужа, которого я после развода якобы оставила голым и босым? — решила уточнить Виктория.

— Именно так, — кивнул Крис, которого не столько возмущала, сколько смущала грубость Виктории.

Поэтому он и не стал обращаться к ней с той же просьбой, что и к Магде, — то есть отзываться о противной стороне уважительно.

В грубости мисс Уэствуд было нечто наигранное, театральное, словно бы молодая женщина старалась казаться хуже, чем есть на самом деле. И хотя Виктория изо всех сил стремилась выглядеть прожженным циником, на самом деле смотрелась жалкой и потерянной.

В итоге Крис постарался обойтись с ней предельно тактично, не поддаваясь ни на какие провокации вроде откровенного заигрывания.

— И сколько же хотят урвать эти голубки? — усмехнувшись, спросила Виктория. — Судя по всему, они неплохо спелись.

— Сто тысяч.

— Только-то и всего! — Она удивленно вскинула брови. — Однако я думала, что ты назовешь большую сумму, поскольку поначалу Магда заикнулась о… Впрочем, это неважно. По-видимому, ты действительно хороший адвокат, раз сумел умерить аппетиты этой алчной твари. И что же ты мне посоветуешь?

— Разумеется, согласиться.

— Ну конечно, что ты еще можешь сказать. Вам, адвокатам, лишь бы поскорее уладить очередное дело, чтобы тут же взяться за следующее.

Поскольку это был прямой выпад в адрес его профессии, Крис сделал протестующий жест рукой.

— Я исходил из другого, — сдержанно пояснил он. — Дело в том, что если вы попытаетесь оспорить эту сумму в суде, то можете потерять много больше.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно. Процесс может затянуться до бесконечности, а вам предстоит оплачивать услуги адвоката.

— Если твои, то я не против.

— Боюсь, я не смогу слишком часто наведываться в Строумфилд, поэтому вам будет проще нанять кого-нибудь из местных, — как можно мягче сказал Крис.

— Ну что ж… — Виктория задумчиво допила шампанское, посмотрела прищурившись на Криса и вдруг заявила: — Хорошо, я прямо сейчас выпишу им чек на сто тысяч, но при одном условии.

— Каком же? — безо всякого энтузиазма поинтересовался Крис, догадываясь, о чем пойдет речь, а потому не торопясь радоваться успешному завершению дела.

— Сегодняшний день ты проведешь со мной и будешь делать все, что я захочу!

Проклятье! А ведь его ждало объяснение с Делиной, которую еще надо найти, поскольку она наверняка устала ждать и покинула вагончик его друга-музыканта.

Какое-то время Крис молчал, делая вид, будто раздумывает, хотя на самом деле всего лишь мысленно чертыхался.

Чтобы поскорее пробудить в нем нужные эмоции, Виктория вытянулась на диване и игриво тронула его плечо большим пальцем левой ноги с ярко накрашенным ноготком, промурлыкав при этом:

— Соглашайся скорее, котик. Обещаю, что ты не пожалеешь! — И она призывно облизнула пухлые губы розовым языком.

Однако проблема для Криса состояла не в том, ответить «да» или «нет». Тут особого выбора не было. Вопрос заключался в другом: с помощью какой уловки он сумеет потом уклониться от выполнения данного обещания?

Если прямо сейчас предложить вместо себя загорелого разносчика пиццы, то Виктория безумно обидится и наверняка передумает выписывать чек. Но если немедленно потащит его в постель, то избежать ее ласк ему не удастся…

Так что же придумать?

Неожиданно его осенило, причем пришедшая ему на ум мысль изрядно повеселила Криса. Поэтому он не стал томить Викторию и просто сказал:

— Хорошо, я согласен.

— Долго же ты думал. — Она обиженно надула губы, но тут же потянулась к нему с поцелуем.

— Минуту! — неожиданно вспомнил Крис и полез в карман джинсов за заветным конвертом. — Чуть было не забыл вернуть вам фотографии.

— А зачем мне теперь снимки этой стервы? — удивилась Виктория. — На память, что ли?

— Но мне они тоже не нужны.

И тут его игривой собеседнице пришла в голову очередная затея. Крис понял это по задорному блеску, которым вспыхнули ее глаза.

— А что ты скажешь насчет моих снимков? — кокетливо поинтересовалась она.

— Каких снимков?

— Которые ты сейчас сделаешь!

Виктория встала коленями на диван, распахнула халат и обнажила свои роскошные груди. Затем подхватила их ладонями и слегка приподняла, облизнув при этом полуоткрытые губы. Кроме кружевных атласных трусиков на ней больше ничего не было.

— Как тебе нравится такой ракурс? — игриво осведомилась она.

— Неплохо, — мгновенно охрипшим голосом произнес Крис. — Но… но, к сожалению, у меня с собой нет фотоаппарата…

— Не беда! — Виктория небрежно запахнула халат и соскочила с дивана на пол. — Сейчас принесу. Он у меня в другой комнате.

— Может, все-таки не надо? — не столько спросил, сколько попросил Крис, теперь уже далеко не уверенный в собственной стойкости.

— Почему же не надо? — деланно удивилась Виктория, в упор глядя на адвоката. — Ты же обещал, что если остаешься со мной на весь день, то будешь выполнять все мои прихоти!

— Да, но вы еще не выписали чек.

— Хорошо, что напомнил. Поскучай несколько минут в одиночестве, а я принесу и то, и другое.

Виктория направилась к двери, но по дороге остановилась и с самым озорным выражением на лице оглянулась на мгновенно насторожившегося Криса. Что там еще пришло во взбалмошную головку моей непредсказуемой клиентки? — встревожился он.

— Я вот что подумала, — сказала она, — давай сфотографируемся вместе!

— Зачем?

— А затем, что я пошлю наши фотографии Магде. Пусть рассматривает их вместе с конопатым верзилой Майклом — тоже мне сокровище нашла, — и завидует!

Час от часу не легче, мысленно вздохнул Крис. А если Магда захочет показать эти фотографии отнюдь не Майклу, а своей лучшей подруге? О черт, кажется, он явно поторопился, согласившись стать довеском к обещанному чеку.

Пока Крис раздумывал, под каким бы предлогом увильнуть от совместного фотографирования, Виктория вернулась обратно в гостиную, держа в одной руке фотоаппарат. Другой, с зажатым в ней чеком, она весело помахивала в воздухе.

Судя по неуверенным движениям и неустойчивой походке, Виктория успела выпить еще, отчего Крис вновь испытал к ней невольную жалость. Почему такая симпатичная молодая женщина пьет, начиная с самого утра?

— Лови! — Виктория кинула ему чек, после чего вцепилась в фотоаппарат обеими руками.

Пока Крис пытался поймать узкую бумажку, порхающую по комнате наподобие бабочки, Виктория дважды щелкнула затвором и довольно засмеялась.

— Все, красавчик, ты попал в мою коллекцию, так что теперь никуда не денешься!

Это заявление неприятно резануло слух Криса, поэтому от его прежнего сочувствия к мисс Уэствуд не осталось и следа. Что за сумасбродка! Ее настроение непредсказуемо меняется, поэтому толком неизвестно, что она выкинет в следующую минуту.

Крис тщательно проверил чек и, убедившись, что тот заполнен правильно, бережно спрятал в карман джинсов.

Итак, дело сделано, и теперь придется за это расплачиваться…

— Послушай, — заговорил Крис, когда Виктория плюхнулась рядом с ним на диван и вручила ему фотоаппарат, — мне тут пришла в голову одна замечательная мысль…

— Принять душ вместе?

— Не совсем. Почему бы нам для начала не съездить в какой-нибудь ресторан и не позавтракать? Не знаю, как ты, но я с утра ничего не ел, а это мешает мне сосредоточиться. В конце концов у нас впереди целый день, так что хватит время и на фотографии, и на душ, и на все остальное.

— А почему бы нам просто не позвонить в ресторан и не заказать еду на дом?

Вопрос был совершенно естественный, поэтому Крис не сразу нашелся, что ответить. Действительно, можно было заказать пиццу, познакомить Викторию с веселым посыльным, а самому незаметно удрать…

— По дороге я хочу отправить этот чек Магде, — после некоторого раздумья заявил он, решив действовать наверняка. — После этого все мои дела в Строумфилде закончатся и оставшееся время до отлета можно будет потратить на удовольствия.

— А когда ты улетаешь? — тут же заинтересовалась Виктория.

— Завтра утром, первым же рейсом.

— И эту ночь мы проведем вместе?

— Вообще-то я обещал только день… — В душе Криса теплились надежда хотя бы к вечеру избавиться от навязчивой клиентки и попытаться найти Делину, чтобы все ей объяснить. Однако, заметив, как насторожилась Виктория, он поспешил добавить: — Впрочем, если вы настаиваете…

— Отлично, котик, в таком случае тебе просто необходимо основательно подкрепиться и набраться сил! — весело вскричала она, вскакивая с дивана и подмигивая адвокату. — Посиди здесь, пока я быстренько переоденусь.

Виктория, к радости Криса забыв про фотоаппарат, выбежала в другую комнату.

Зная, как долго и тщательно одеваются женщины, он настроился на долгое ожидание… и ошибся. Не прошло и пятнадцати минут, как молодая женщина снова возникла в дверях, на этот раз затянутая в белый комбинезон из какой-то удивительной ткани, похожей на лакированную кожу.

С глубоким вырезом на пышной смуглой груди, с распущенными по плечам волосами, да еще обутая в изящные белые туфли на высоком каблуке, мисс Виктория Грэхем Уэствуд смотрелась очень даже неплохо.

Ее портили только — во всяком случае, на взгляд Криса, — неестественный блеск глаз и излишняя суетливость движений, которые появляются у подвыпившего человека именно тогда, когда он пытается тщательно скрыть от окружающих свое состояние.

Но стоило Виктории понюхать что-то из флакона, который она достала из своей сумочки крокодиловой кожи, как произошло удивительное преображение. Все ее движения приобрели ту элегантную законченность, которая появляется у женщин, когда они абсолютно уверены в собственной неотразимости.

— Ну что, поехали? — с веселым смешком осведомилась Виктория, небрежно вращая на пальце ключи от машины.

— Поехали, — согласился Крис, размышляя над тем, что она могла нюхать. — Однако мне кажется, будет лучше, если машину поведу я.

— Это еще почему?

— Потому, что сегодня я еще не пил.

— Что за глупости! — И Виктория подбоченилась, вызывающе уставившись на него. — Неужели ты считаешь, что я пьяна?

И вновь Крис поразился ее преображению. Действительно, в данный момент она выглядела совершенно трезвой.

— Тем более, — продолжала Виктория, — что мой «феррари» я никогда и никому не доверяю. Едем же, красавчик, и перестань хмурить брови — тебе это совсем не идет! Мне гораздо больше нравится, когда мужчины смотрят на меня, улыбаясь и облизываясь…

Нечто похожее говорила ему и Делина!

* * *

Они подошли к ярко-красной машине, припаркованной у входа. Как тут же выяснилось, Крис беспокоился напрасно. Когда Виктория села за руль, он сразу почувствовал в ней опытного водителя, настолько четко и уверенно она действовала, с первого же раза попав ключом в замок зажигания.

Более того, несмотря на мощный мотор, позволяющий развивать скорость свыше двухсот миль в час, Виктория вела спортивный автомобиль спокойно и аккуратно. Особенно когда они покинули ворота усадьбы и выехали на неширокие улочки Строумфилда.

— Куда мы едем? — немного расслабившись, спросил Крис, невольно подумав, как было бы чудесно, если бы за рулем сидела не эта взбалмошная, сексуально озабоченная красотка, а Делина, которая сейчас неизвестно где и с которой ему еще предстоит непростое объяснение.

— Куда захочешь, — небрежно отозвалась Виктория, внимательно следя за дорогой. — Впрочем, ты же не местный, поэтому я отвезу тебя в мой любимый ресторан.

— Да, но по дороге нам еще надо отправить чек, — напомнил ей Крис.

— Разумеется, отправим. Хотя, если ты действительно так проголодался, как говоришь, то мы могли бы сделать это и после ланча.

— Нет уж, прошу тебя, не будем откладывать, — стоял на своем адвокат.

— Как скажешь, красавчик.

Однако Крис напрасно проявил настойчивость, поскольку, как выяснилось несколькими минутами позже, именно из-за этого в тот день ему суждено было остаться голодным.

Виктория притормозила у ближайшего перекрестка и, наклонившись к Крису, указала пальцем на другую сторону улицы.

— Вон там находится почтовое отделение. Видишь?

— Да. Я быстро, — открывая дверцу, обрадованно пообещал Крис.

— Эх, жаль, что мы не успели сделать пару совместных снимков, — неожиданно вспомнила Виктория, — тогда бы ты послал их вместе с чеком.

— Все еще впереди, — буркнул Крис.

Перейдя дорогу, он вошел в почтовое отделение и спросил конверт. Затем аккуратно вложил в него чек и надписал адрес Магды. И тут кто-то несильно, но весьма нагло хлопнул его сзади по плечу.

Крис обернулся и увидел перед собой разъяренного Майкла. Рыжий и веснушчатый, он раскраснелся от гнева, отчего стал похож на бойцового петуха.

— Вот так сюрприз! — улыбаясь, воскликнул Крис и уже хотел было передать конверт с чеком ему в руки, как Майкл схватил его за шею и прошипел:

— Сейчас, приятель, я тебя придушу!

Крис разжал его руки, посмотрел в окно на ожидающую его Викторию и мгновенно все понял.

— Ты с ней уже переспал? — спросил Майкл, пытаясь снова наброситься на Криса. — Вы уже принимали душ вместе? Ты ее уже фотографировал в голом виде?

Оказывается, те милые шалости, которые Виктория предлагала ему всего полчаса назад, вошли у нее в привычку.

Но куда только подевался тот нескладный и меланхоличный увалень, каким Майкл предстал при их первой встрече в доме Магды? Теперь его было просто не узнать. Вот что ревность делает с человеком! — подумал Крис, встревоженно глядя на окружающих, внимательно прислушивающихся к их разговору. Только бы избежать драки, а то еще вызовут полицию, и тогда на его профессиональной репутации можно будет поставить крест.

С какой стати этот болван вздумал ревновать меня к своей бывшей жене, тем более что сам уже живет с другой женщиной? — продолжал размышлять Крис, по-прежнему держа своего противника за руки.

Правда, высокая и сексапильная Виктория была намного эффектнее разбитной простушки Магды. Однако сейчас ему некогда было разбираться в тонкостях взаимоотношений этой троицы. Прежде чем продолжить разговор, Крис с такой силой сдавил запястья Майкла, что тот скривился от боли.

— Успокойся, приятель, — хладнокровно посоветовал ему он. — Я не спал с твоей бывшей женой и не имею ни малейших намерений на этот счет.

— Тогда какого черта вы разъезжаете по городу вместе на ее машине?

— Долго объяснять. Лучше возьми конверт и загляни внутрь. — И Крис протянул Майклу конверт, который все это время лежал рядом с ними на стойке.

— Что все это значит? — удивился тот, мельком взглянув на чек. — И чьи это деньги?

— Это твои деньги, которые я, как адвокат, сумел получить для тебя… или для Магды у мисс Уэствуд взамен на ваше обещание не подавать на нее в суд.

— Ты — адвокат? — не поверил Майкл. — А зачем тогда притворялся музыкантом?

— Это длинная история, о которой ты сможешь прочесть в моих мемуарах… если только у меня будет время их написать, — усмехнулся Крис. — Бери деньги и решай, на кого из двух женщин ты их потратишь.

А про себя он подумал, что неожиданная встреча с Майклом оказалась для него как нельзя более кстати. Теперь он вполне сможет увильнуть от исполнения своего обещания под тем предлогом, что опасается мести чересчур уж ревнивого бывшего мужа Виктории. Вообще-то, зная любвеобильный нрав мисс Грэхем Уэствуд, можно было не сомневаться в том, что бедняге Майклу приходилось и, очевидно, приходится много ревновать.

Впрочем, это не мое дело, решил Крис, который считал, что ревность в чем-то сродни мазохизму или азартной игре. Чем больше ревнуешь или играешь, тем яростнее хочется делать это снова и снова, даже сознавая всю бесполезность своих действий.

— Если ты мне до сих пор не веришь, то давай вместе подойдем к твоей бывшей жене, и она подтвердит, что между нами ничего не было, — предложил Крис, начиная воплощать в жизнь мгновенно придуманный им план.

Между бывшими супругами наверняка разразится скандал. А пока они будут выяснять отношения, он преспокойно отправится искать Делину.

— Ну что, идешь?

— Иду, — кивнул Майкл и вдруг смущенно улыбнулся. — Ты уж меня извини за горячность.

— Ерунда, с кем не бывает, — снисходительно ответил Крис, открывая дверь и первым выходя на улицу.

— Если честно, то я все еще люблю Викторию, — зачем-то начал откровенничать Майкл, — тем более что это она меня бросила…

— Сочувствую, — кивнул Крис.

И тут произошло нечто совсем уж неожиданное. В тот момент, когда мужчины остановились рядом со светофором, перед ним затормозило такси.

Крис случайно взглянул в окно на пассажирку — и сердце его ёкнуло. Делина! Задумавшись, она смотрела в другую сторону, так что ему был виден только ее профиль.

— Извини, приятель, но с Викторией тебе придется разбираться самому, — торопливо произнес Крис, хлопая Майкла по плечу.

Затем он бросился к такси, распахнул дверцу и проворно втиснулся на заднее сиденье.

— Эй, приятель, машина занята, — обернувшись, сообщил ему удивленный чернокожий шофер.

Однако Крис, не обращая на него внимания, уже обнял не успевшую ничего понять молодую женщину и пылко поцеловал в губы.

— Я перед тобой виноват, Делина, очень виноват, — пробормотал он, глядя в ее глаза — чудесные, серо-голубые, широко распахнутые от изумления глаза, которые он так любил!

— Ты действительно виноват, — улыбаясь и поглаживая его по щеке ладонью, согласилась она, — поскольку я имела все основания думать, что ты меня бросил.

— Никогда! — пылко заверил ее Крис, снова прижимая к себе. — Никогда я тебя не брошу, поэтому не смей даже думать ни о чем подобном!

— Кстати, — Делина, чуть отстранившись, улыбнулась так хорошо знакомой ему лукавой улыбкой, — а где же обещанные свежие булочки? Где твой мотоцикл? И что ты делал в компании Майкла?

— К черту булочки, Майкла и мотоцикл! К черту все на свете! — Крис вдруг почувствовал себя на седьмом небе от счастья.

— Ты не хочешь мне ничего рассказать?

— Потом, все потом, — задыхаясь от любви, покачал головой Крис.

— А что сейчас?

— Немедленно поедем куда-нибудь, где мы могли бы остаться одни!

— К тебе или ко мне? — решила уточнить Делина, явно взволнованная столь бурным проявлением его страсти.

— Слишком далеко, — мгновенно отозвался Крис. — Лучше в ближайший отель.

— Это за углом, — широко улыбаясь, отозвался водитель такси, который до сего момента следил за ними в зеркало заднего обзора и внимательно прислушивался к их разговору. — Так что, едем?

— Вперед! — почти одновременно скомандовали Крис и Делина, тесно прижимаясь друг к другу.

* * *

Целоваться они начали еще в машине, не обращая внимания на водителя. Продолжили в лифте и не отрывали губ даже в тот момент, когда Крис судорожно шарил в кармане джинсов, доставая ключ и на ощупь открывая замок.

Стоило ему ногой захлопнуть дверь, как они начали лихорадочно раздевать друг друга. Первым упал на пол легкий белый жакет Делины, затем огромной бабочкой вспорхнула и плавно опустилась рядом с ним бирюзовая блузка. А вот со злополучной майкой Криса пришлось повозиться…

Но уже через несколько секунд, оба полностью обнаженные, они вновь прильнули друг к другу, содрогаясь от бешеного сердцебиения. До кровати они так и не добрались, поскольку Делина обеими руками уперлась Крису в грудь, понуждая опуститься на пушистый светлый ковер, и села на него верхом.

Спустя какое-то непередаваемо прекрасное мгновение они почти одновременно вскрикнули, почувствовав то самое неистово-желанное единение, от ожидания которого нервы натягиваются струной и помрачается рассудок.

Делина склонилась над Крисом, окутав его лицо волной пышных, благоухающих волос, и поцеловала. А потом внезапно выпрямилась, отбросила волосы назад и, упираясь ладонями в его грудь, стала совершать упругие движения бедрами, от которых плавно колыхались ее полные груди, а он жадно ловил их руками и, приподнимаясь, пытался поцеловать…

И наступила дивная ночь исполнения самых сокровенных желаний и самых трогательных взаимных признаний, которых они оба так долго ждали!..

— Как все это по-американски, — вздохнула Делина, когда они немного успокоились и перебрались на кровать, где продолжали нежно ласкать друг друга легкими, дразнящими и оттого удивительно пикантными прикосновениями.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Крис и даже приподнялся на локте.

— То, как Голливуд навязывает нам штампы поведения. В каждом фильме любовные сцены происходят именно так: герои, страстно целуясь, неудержимо продвигаются к кровати, срывая с себя по пути одежду. Здесь даже сценарий писать не надо!

— Это не сценарий, а мечта всей моей жизни, — мгновенно откликнулся Крис. — Поэтому я и хочу сказать сейчас самую банальнейшую вещь на свете: сегодняшняя ночь — самая счастливая ночь в моей жизни! А ты женщина, прекраснее которой не сыскать во всем мире!

— Звучит так, будто ты признаешься мне в любви. Но так ли это? Ты уверен, что действительно любишь меня?

Делина задала этот вопрос без тени улыбки. И Крис почувствовал, как она напряглась в ожидании его ответа. Он постарался избавить ее от ненужного напряжения.

— Разве можно тебя не любить? — улыбаясь, воскликнул он, ласково перебирая пальцами пряди ее длинных рыжеватых волос. — И как можно не восхищаться такой чудной, обворожительной, сексуальной особой с серо-голубыми глазами, красиво очерченными губами, изящным носиком и нежными маленькими ушками.

После этой фразы Крис легко прикоснулся губами к ее левому уху, предварительно отодвинув прикрывавшие его волосы.

— Я уж не говорю про твою фигуру, любуясь которой наконец-то понял истинное значение слов «божественно стройная»…

— Продолжай, продолжай, — попросила Делина, поворачиваясь к нему лицом и кладя руку ему на грудь, — потому что от своих вашингтонских поклонников я никогда не слышала подобных комплиментов.

И Крис, на какое-то время забыв об уже порядком поднадоевшей роли уличного музыканта, пустил в ход все свое красноречие. Он сравнивал Делину с Афродитой, рожденной из морской пены, рассказывал о древних римлянах, заказывавших себе чаши по форме груди своих возлюбленных, и клялся, что сочинит самую прекрасную мелодию на свете, которую посвятит ей…

— Сколько времени? — вдруг спохватилась Делина, когда Крис прикоснулся губами к нежной коже ее плеча.

— Что? — недовольно воскликнул он, возмущенный тем, что его отвлекли от столь увлекательного занятия. — А, половина третьего ночи…

— О Боже!

— Что такое?

— Умоляю тебя, давай хоть немного поспим! Ты забыл, что завтра утром я улетаю в Вашингтон?

Крис сделал опечаленное лицо, и Делина тут же это заметила.

— Не расстраивайся, любовь моя, — проворковала она, целуя его в лоб, — ты обязательно прилетишь ко мне на следующий уикэнд… А по поводу денег на билет туда и обратно можешь не беспокоиться.

— Я подумал не об этом, — сдержанно ответил Крис. — Во сколько тебе надо вставать?

— В восемь.

— Почему так рано? Отсюда до аэропорта двадцать минут на такси.

— Да, но ты забываешь, что мне еще надо привести себя в порядок. Я не могу появиться в офисе в таком виде, что, увидев меня, сослуживцы тут же начнут понимающе усмехаться и спрашивать: ночь фантастического секса, да?

— Ох уж мне эти пуритане, — вздохнул Крис, вспомнив, как он сам и его коллеги любят подшучивать друг над другом по аналогичному поводу. — Ну что ж, давай поспим, хотя это безумно глупо — проводить во сне самую прекрасную ночь своей жизни!

— А кто тебе сказал, что ничего более прекрасного в твоей жизни уже не будет? — сонно пробормотала Делина, поворачиваясь спиной к нему. — Поверь, это совсем не так, потому что…

Не дождавшись окончания фразы, Крис снова вздохнул и выключил ночник.

Чуть ли не целый час он пролежал с открытыми глазами, вновь и вновь вспоминая события минувшего дня и пытаясь утихомирить разыгравшееся воображение. Сон пришел незаметно и оказался на удивление крепким.

<p>12</p>

Крис проснулся от звука осторожно закрываемой двери. Какое-то время он вспоминал, где находится, а потом быстро открыл глаза и резко сел в постели.

Делины в номере не было!

— О черт! — расстроившись, выругался он. — Надо же было так долго дрыхнуть!

Если бы он проснулся вместе с Делиной, то вполне мог бы рассчитывать на совместный душ и завтрак, а теперь придется все это проделывать в одиночестве. Что за невезение!

Крис взглянул на часы: половина восьмого утра. До регистрации первого рейса на Вашингтон оставалось больше часа, а посему в поспешном исчезновении Делины таилось нечто странное.

И где хоть какая-нибудь записка? Ведь не могла же она уйти просто так, даже не попрощавшись, особенно после ночи взаимных признаний.

Он притянул к себе подушку, на которой спала Делина, жадно вдохнул тонкий, но явственный аромат ее волос и зарычал от страсти. Ни на подушке, ни на постели никакой записки не было!

Крис озадаченно покачал головой, затем одним прыжком вскочил с кровати и бросился в ванную.

Записка все-таки была. Но нашлась лишь тогда, когда он взялся за телефон, чтобы позвонить портье и попросить вызвать такси.

— До свидания, Крис, — писала Делина. — Извини, что последовала твоему примеру и оставила тебя просыпаться в одиночестве. Знаю, как это тяжело и неприятно, однако пусть это будет моей маленькой местью за твои «свежие булочки».

Ужасно не люблю прощаний в аэропортах. В них есть что-то слезливо-сентиментальное, а я уже девочка взрослая и не люблю проявлять свои чувства прилюдно.

И вообще расставания утомляют. Особенно тягостны они тогда, когда все сказано и сделано и остается только дождаться момента, когда можно будет в последний раз пожать друг другу руку и, почувствовав грустное облегчение, разойтись в разные стороны. Так что давай этого избежим…

Надеюсь, ты все поймешь правильно.

Не расстраивайся! Визитка со всеми моими телефонами лежит под этой запиской, поэтому в том, что мы еще встретимся, я нисколько не сомневаюсь. Более того, мое последнее обещание остается в силе.

Целую тебя.

Делина.

Визитка действительно лежала на том же телефонном столике — ламинированная, с золотым обрезом и красивыми виньетками.

Крис завернул ее в записку и, размышляя над женским коварством, спрятал в карман. Затем позвонил портье и распорядился по поводу такси и завтрака.

Через полчаса бодрый и чисто выбритый Крис спустился в холл отеля.

— Такси ждет у входа, сэр, — сообщил портье, принимая у него чаевые.

— Благодарю.

В этот момент кто-то хлопнул его по плечу. Крис обернулся, полагая вновь увидеть рыжего Майкла, однако это оказался широко улыбающийся Джейкоб.

— Привет, приятель! Тоже остановился в этом же отеле? Наскучила моя берлога? Надеюсь, ты не забыл оставить ключи там, где я тебе показал?

О черт! Крис только теперь вспомнил о договоре с Джейкобом. Да, но где же ключи? Разумеется, он забыл спросить Делину, оставила ли она вагончик закрытым, когда уехала оттуда, так и не дождавшись его возвращения.

А вдруг Джейкоба обворуют по его вине? Например, унесут его запасной саксофон…

— Ты чего морщишься? — встревожился чернокожий музыкант. — Надеюсь, ты не поджег мой вагончик и не продал его.

— Нет, с твоим вагончиком все в порядке, — покривил душой Крис. — Однако я не помню, куда задевал ключи. Но ты не расстраивайся. В возмещение возможного ущерба я оставлю тебе мой мотоцикл.

Он вспомнил, что его «хонда» должна находиться там, где он оставил ее вчера днем, то есть прислоненной к пальме возле дома Виктории. Почему бы и не подарить ее славному Джейкобу, оказавшему ему целых две важных услуги!

— Вообще-то я предпочел бы какую-нибудь тачку, — ухмыльнулся тот, — однако подарки не выбирают. И где же твоя «хонда»?

Время уже поджимало, поэтому Крис постарался как можно быстрее объяснить ему местонахождение мотоцикла.

— А за эти сто баксов я попрошу тебя еще об одной услуге, — вручая купюру Джейкобу, добавил он. — Когда придешь забирать мотоцикл, то позвони в дом, спроси мисс Викторию Уэствуд и постарайся как можно убедительнее за меня извиниться.

— А что ты такого натворил? — тут же заинтересовался негр. — Переехал ее любимую болонку? Обчистил сейф? Или сделал ей ребенка и решил слинять из города?

— Нет, я всего лишь отказался с ней переспать, — поражаясь буйной фантазии своего чернокожего приятеля, объяснил Крис.

— Плохи твои дела! — с комически-серьезным видом вздохнул Джейкоб. — Такого женщины не прощают!

— Знаю, дружище, знаю, потому и надеюсь на твое красноречие.

Они по-приятельски простились, и Крис поспешил к выходу из отеля.

* * *

Приехав в аэропорт, он успел заскочить в химчистку, где получил костюм, отчищенный ото всех следов мороженого. Быстро переодевшись, Крис бережно уложил майку с надписью «Поцелуй меня, детка!» в свой кейс.

Регистрацию он проходил одним из последних, когда Делина по его расчетам уже должна была сидеть в самолете. Поспешно поднимаясь по трапу, Крис глубоко дышал, пытаясь успокоить безумно бьющееся от волнения сердце.

Какое объяснение ему сейчас предстоит? И как отнесется она к его невольному обману?

Впрочем, главное даже не в этом.

Что скажет Делина, когда узнает, что ее случайный возлюбленный отнюдь не уличный музыкант — в чем была некая романтика, — а один из тех вашингтонских типов, которые носят накрахмаленные рубашки и о которых она всегда отзывается с презрением и пренебрежением?

* * *

— Боже мой! — только и сказала Делина, откладывая в сторону газету и глядя во все глаза на севшего рядом с ней Криса.

— Привет, — смущенно улыбнулся он.

— Это ты или твой брат-близнец? — Ее изумлению, как казалось, не было предела.

— Я тебе сейчас все объясню… — набравшись мужества, начал Крис.

Но Делина, по всей видимости, была слишком потрясена, чтобы позволить ему спокойно продолжить.

— Сначала я сама попробую догадаться. Ты одолжил этот костюм в отеле и решил полететь вместе со мной, потому что жить без меня не можешь?

— С первым предположением у тебя вышла промашка: костюм мой собственный. Зато второе очень близко к истине.

— Значит, ты — актер, решивший вжиться в образ уличного музыканта?

— Увы, — вздохнул Крис, — у меня гораздо менее романтичная профессия.

— Но ведь ты не профессиональный жиголо, походя соблазняющий скучающих женщин?

— Нет.

— И не частный детектив, нанятый моим вашингтонским боссом, чтобы проследить за тем, что я буду делать в Строумфилде?

— Тоже нет.

— И не скучающий миллионер, проводящий выходные в поисках острых ощущений?

— Увы! — снова вздохнул Крис и решительно добавил: — Позволь же мне наконец самому тебе все рассказать! Только давай сначала пристегнем ремни, а то самолет уже пошел на взлет.

— Надо было пристегнуть тебя ремнями к кровати в номере, чтобы ты не позволял себе подобных фокусов! — то ли сердясь, то ли в шутку заметила Делина.

— Ты меня намерена выслушать?

— Только если ты не будешь больше врать! — категорично потребовала она.

— Клянусь говорить правду, только правду и ничего кроме правды, — подняв правую руку, с торжественной шутливостью произнес Крис, надеясь заставить ее улыбнуться.

Женщины обожают тех, кто их смешит или заставляет плакать навзрыд. Именно поэтому великие комики, как и великие трагики, во все времена пользуются у них особым успехом!

— Ну-ну, слушаю, — поторопила его Делина.

— Все началось с того, что, когда я прилетел по делам в этот город…

— По каким еще делам, мистер Инкогнито?

— Об этом чуть позже… Так вот, прямо на выходе из отеля одна юная леди вымазала мой костюм полурастаявшим шоколадным мороженым.

— Видимо, ты заигрывал с ней менее удачно, чем со мной, — иронично заметила Делина.

— Ни с кем я не заигрывал! — не на шутку рассердился Крис. — Ты можешь выслушать меня, не перебивая?

— Клянусь хранить молчание, только молчание и ничего кроме молчания, — так удачно спародировала она, что он не мог не улыбнуться.

— Ну то-то же. Так вот, после того как мой костюм оказался безнадежно испорчен, я отдал его в чистку, а себе купил майку и джинсы.

— Конечно, ведь в смокинге в тот вечер тебе было бы слишком жарко!

Крис решил сдержать раздражение и продолжить свой рассказ, не обращая внимания на язвительные замечания своей собеседницы. В конце концов после столь изощренного обмана с его стороны она имела на это полное право.

— Короче говоря, когда я шел по улицам, то вдруг увидел одинокого уличного музыканта. Заметив, что я остановился и заслушался, он предложил мне сыграть на его саксофоне.

— Так ты саксофонист Вашингтонского филармонического оркестра?

— Нет, я всего лишь любитель, которого прямо на улице бросилась целовать скучающая вашингтонская леди… Жаль только, что я забыл ее имя.

Крис ехидно посмотрел на Делину и, к немалому своему изумлению, обнаружил, что она буквально давится от смеха.

— Я так удачно пошутил или у меня на редкость глупый вид? — осторожно поинтересовался он.

— И то, и другое… господин адвокат!

— Так ты все знала! — мгновенно догадался он. — Это тебе Магда рассказала, да?

— Нет, как раз Магда мне ничего не рассказывала, — вволю насмеявшись, принялась объяснять Делина. — Просто я далеко не так глупа, как может показаться на первый взгляд тем, кто думает, будто я только и делаю, что вешаюсь на шею первым встречным мужчинам.

— Но я вовсе так не думаю!

— Еще бы ты посмел!

— И все-таки, как ты догадалась?

— Во-первых, по твоим изысканным манерам и литературным оборотам речи. У меня нет знакомых среди уличных музыкантов, но я совершенно точно уверена, что они вели бы себя как-нибудь иначе. Кроме того, когда мы находились в вагончике Феликса, ты там ничего не мог найти, а потому любой бы понял, что ты никогда здесь не жил.

— И это все?

— Нет, я еще не сказала самого главного. Виктория Грэхем Уэствуд — моя школьная подруга, моя и Магды.

— Неужели? — вытаращил глаза Крис.

— Да, мы все трое оканчивали один и тот же колледж. Разумеется, я прекрасно знала об их ссоре из-за Майкла, о столкновении на перекрестке и о предполагаемом приезде вашингтонского адвоката. А то, что этот адвокат — ты, я поняла, когда случайно подслушала твой разговор с Викторией, в котором ты назвал ее мисс Уэствуд.

— Но, черт возьми! — Крис раздосадованно стукнул кулаком по колену. — Почему было сразу не признаться? Зачем надо было разыгрывать весь этот спектакль?

— О нет! — поспешно возразила Делина. — Спектакль разыгрывал ты, а я всего лишь подыгрывала тебе.

— Ах ты, бестия! Впрочем, оба хороши… — И тут Крису вспомнились слова Магды о том, что не мужчинам состязаться с женщинами в искусстве делать сюрпризы. Как же она оказалась права! — Да, но зачем ты ушла сегодня утром из отеля, оставив мне какую-то довольно странную записку?

Делина не успела ответить, поскольку откуда-то снизу, где стояла небольшая сумка, послышалось легкое царапанье и жалобное повизгивание.

Молодая женщина проворно подняла и поставила сумку к себе на колени, затем раскрыла ее. Оттуда выглянула забавная щенячья мордочка с высунутым розовым язычком.

— Теперь понимаешь?

— Ты все-таки решила не оставлять его Магде, а взять с собой?

— Ну разве можно оставить такую невероятную прелесть? — Делина кончиками пальцев осторожно погладила щенка по голове. — Я даже успела придумать ему кличку — Музыкант! Тебе нравится?

— Если честно, то не очень, — покачал головой Крис. — Пусть лучше будет Твигги.

— Ну, во-первых, это он, а не она, как я было ошибочно решила. А во-вторых, я хочу, чтобы щенок был толстый и довольный жизнью.

— Все равно давай придумаем ему еще какое-нибудь имя. Любое. Только не Музыкант!

— Но почему?

— Потому, что это будет постоянно напоминать тебе о моем невольном обмане.

— А почему ты первый не признался? — спросила Делина, осторожно опуская сумку со щенком обратно на пол.

— Боялся тебя разочаровать, — виновато улыбаясь, признался Крис. — Ты с такой откровенной неприязнью говорила о мужчинах в накрахмаленных сорочках, что я решил использовать преимущества моей майки.

— С надписью «Поцелуй меня, детка!»? — сразу вспомнила Делина и развеселилась.

— Она и сейчас со мной. — Крис похлопал по стоящему на полу кейсу.

— А что, если я попрошу тебя ее надеть?

— Как надеть? Прямо здесь? Но зачем?

— Затем, что мне хочется сделать то, что предлагает ее надпись, — заговорщически прошептала Делина, пытаясь наклониться ближе к Крису.

— О, поверь мне, мы вполне можем обойтись и без майки, — прошептал он в ответ.

Однако обоим помешал ремень, которым они были пристегнуты к креслу. К счастью, в этот момент вспыхнула надпись: «Можете отстегнуть ремни», после чего оба тут же избавились от своих оков.

Крис собрался уже обнять Делину. Но она вдруг отстранилась, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Что с тобой?

— Помнишь наш первый вечер после знакомства, когда мы сидели в баре и ты еще спросил, почему такая красивая женщина, как я, до сих пор не замужем?

— Разумеется, и я даже помню, как ты продемонстрировала мне свой ответ.

— Тогда помолчи и дай мне попробовать еще раз! — потребовала молодая женщина, вытягивая вперед указательные пальцы обеих рук и пытаясь медленно свести их.

Однако Крис не стал дожидаться окончания очередной попытки Делины таким своеобразным способом решить свою участь. Он просто взял оба ее пальца и соединил их вместе.

— Что ты делаешь? — удивилась она, мгновенно открывая глаза.

— Наглядно демонстрирую, что свою судьбу надо брать в свои руки, а не полагаться на волю случая!

— И как это понимать?

— Как предложение перестать баловаться соединением пальцев, а вместо этого соединить сердца!

Глаза Делины радостно вспыхнули, и Крис, восприняв это как знак согласия, поцеловал ее в губы. Но не пылко и яростно, как прошлой ночью, а осторожно, словно бы делая это перед алтарем на глазах многочисленных гостей.

Впрочем, для самых пылких поцелуев у них еще будет сколько угодно времени!


1

<p>1</p>

— А ничего другого у вас нет? — растерянно спросил высокий молодой человек в элегантном светло-бежевом пиджаке, испачканном чем-то темным и, судя по всему, липким. — А еще лучше, вообще безо всякой надписи.

В руках он держал белую майку с ядовито-зеленой призывом «Поцелуй меня, детка!». В качестве иллюстрации к игривому тексту под ним красовались сочные алые губки, сложенные кокетливым бантиком.

— Чего же вы хотите, — усмехнулся лысый и загорелый толстяк, хозяин магазинчика спортивной одежды. — Сейчас мода на подобные штуки, поэтому не стоит относиться к ним слишком серьезно. Могу предложить вам точно такую же майку, но с надписью поскромнее. Например: «Я хочу быть твоим парнем!», или «Приходи ко мне в полночь!», или «Как насчет кофе в постель?».

— И это вы называете поскромнее? — в свою очередь усмехнулся собеседник.

— А что вам не нравится? Надеюсь, вы не из Лиги христианского отношения к браку?

— Нет, я не из лиги и даже не состою в браке, но мне претит вся эта назойливая эротика. Что, если мне вовсе не хочется, чтобы меня целовал первая встречная девушка?

— О, вы просто не видели, какие у нас девушки! — Тут хозяин лукаво подмигнул покупателю. — Берите, не пожалеете. Вы еще помянете меня добрым словом, когда какая-нибудь из здешних красоток бросится вам на шею… Или вам все-таки подобрать с другой надписью?

— Нет уж, давайте эту белую, с поцелуем… Сколько с меня?

— Двадцать долларов.

— Сколько?

— Я же вам объяснил, — терпеливо повторил толстяк, весело глядя на изумленного покупателя, — сейчас самый сезон на подобные вещицы. В другое время они, разумеется, стоят намного дешевле… Кроме того, вы же сами уговаривали меня продать вам хоть что-нибудь, когда я уже собирался закрывать магазин.

— А что делать, если в вашем благословенном городке каждый второй ходит с мороженым, — тяжело вздохнул молодой человек. — Все эти пятна мне поставила одна из рекламируемых вами красоток, когда торопилась запрыгнуть в красный «феррари» своего приятеля.

— И укатила не извинившись?

— Нет, почему же. Даже рукой помахала. Впрочем, к чему мне ее извинения, раз пиджак все равно уже был испорчен. — И он полез во внутренний карман за бумажником.

Достав оттуда двадцать долларов, молодой человек хотел уже было протянуть их продавцу, но в последний момент посмотрел вниз, на свои элегантные, в тон пиджаку брюки. Мысленно представив, как они будут сочетаться с игривой майкой, немного поразмыслил и к прежним двадцати долларам прибавил пятьдесят.

— Подберите мне еще джинсы. Только — я вас умоляю! — без вышивок, сердечек, надписей и прочей ерунды.

— Сейчас сделаем, — кивнул толстяк, убирая деньги в кассу и пробивая чек.

Он удалился в подсобку и через несколько минут вернулся, неся в руках не только целлофановый пакет с джинсами, но и черную кожаную сумку.

— Я решил, что вам нужно будет куда-нибудь убрать свой костюм. Не правда ли? — спросил хозяин магазина, выжидательно глядя на покупателя.

— Правильно решили, — ответил тот и вновь полез за бумажником. — Сколько добавить?

— Сорок семь долларов.

— Держите пятьдесят, а сдачу оставьте себе. Теперь я хотел бы переодеться.

— Примерочная кабинка позади вас, — ответил хозяин магазинчика.

Оставшись один, молодой человек первым делом примерил джинсы. Они оказались вполне приличными, если не считать их нарочито поношенного вида. Затем он надел майку, заправил ее в джинсы и посмотрел на себя в зеркало.

Куда только девался преуспевающий, всегда одетый с иголочки вашингтонский адвокат! На его месте стоял стройный, загорелый, слегка нахмуренный мачо, чьи широкие плечи плотно обтягивала белая майка. И все было бы ничего, если бы не дурацкая надпись…

Когда молодой человек вернулся в торговый зал, хозяин магазина аккуратно свернул испорченный костюм и помог уложить его в сумку.

— Завтра утром вы сможете отдать пиджак в химчистку, где вам приведут его в порядок, — сказал он, вручая сумку покупателю.

— Надеюсь, что так, — вздохнул тот и подумал: не могу же я вернуться в Вашингтон в этой дурацкой майке!

— А я надеюсь, что, пока вы находитесь в нашем славном городе, вам не придется скучать, — игриво заметил хозяин.

— Вообще-то я адвокат и приехал сюда по делам клиента, — рассеянно отозвался молодой человек. — Но все равно спасибо за пожелание.

Хозяин проводил его до дверей, после чего тоже вышел на улицу и принялся опускать металлические жалюзи. Дело близилось к вечеру.

Город Строумфилд, расположенный в штате Флорида на берегу Атлантического океана, уже вовсю жил своей обычной ночной жизнью. Ярко освещенные улицы, по которым в открытых автомобилях разъезжали веселые компании, были полны людей, отовсюду доносилась музыка, а высоко в небе на черном бархатном небе висела яркая южная луна, окруженная множеством звезд.

Однако Кристоферу Макферсону, а именно так звали незадачливого молодого человека, было не до веселья. Выпадают такие неудачные дни, когда самое разумное — это полностью довериться своему гороскопу и вообще не выходить из дому, поскольку либо ни одно из намеченных дел не удастся довести до конца, либо обязательно нарвешься на какую-нибудь неприятность.

Но Крис отличался хладнокровием и рассудительностью — непременными свойствами хорошего адвоката, каковым считали его коллеги и клиенты, а потому он не верил в гороскопы, амулеты и прочую изотерическую чушь.

Да даже если бы и верил, нельзя же отменять намеченную встречу лишь потому, что прочел в газете предупреждение популярного флоридского астролога: «Сегодня будьте особенно осторожны, а еще лучше, отложите все намеченные дела на завтра». Много же останется у него клиентов, если он начнет переносить встречи и откладывать срочные дела на подобном основании!

Тем более что о том, что сегодня звезды расположились для него в особенно неудачном порядке, Крис узнал с большим опозданием, читая газету в самолете, когда уже летел в Строумфилд на встречу с одной из богатых клиенток, оказавшейся в щекотливой ситуации и потому срочно нуждающейся в квалифицированной юридической помощи.

Возможно, он вскоре бы забыл о проклятом предсказании, если бы сразу же после посадки в аэропорту с ним не стали происходить неприятности. Во-первых, служащие авиакомпании по ошибке отправили его багаж другим рейсом и он потратил немало времени, чтобы выяснить это. Во-вторых, его клиентка, которая согласно предварительной договоренности должна была встречать его перед входом в аэровокзал, так и не явилась. Более того, прождав почти час, он даже не смог ей дозвониться и теперь не знал, что и думать.

Третья неприятность показалось ему поначалу самой крупной. Все отели были переполнены, поскольку в ближайший уик-энд, который наступал через день, злополучный городишко, все население которого не превышало ста тысяч жителей, вздумал помпезно отпраздновать собственное столетие, для чего отцы города наприглашали гостей со всего штата!

Однако Крис ошибался, посчитав это самой крупной из возможных свалившихся на него бед, поскольку лишь четвертое событие окончательно вывело его из себя, а ведь он всегда гордился своей невозмутимостью и умением с достоинством выходить из самых сложных ситуаций. Это произошло в тот момент, когда Крис покинул очередной отель, в котором тоже не оказалось свободных мест.

Он уже хотел поймать такси, чтобы вернуться в аэропорт и ближайшим же рейсом вылететь обратно в Вашингтон, как какая-то юная особа в белых шортах и ярко-желтой майке, обнажающей загорелый живот, бросилась к своему дружку, окликнувшему ее из роскошного «феррари». Налетев на Криса, она вывалила на его пиджак содержимое рожка — полурастаявшее шоколадное мороженое. И хотя девица не только попросила прощения, но даже помахала ему ручкой, это маленькое происшествие привело его сначала в ярость, а потом в глубокое уныние.

Судьба словно бы специально позаботилась о том, чтобы полностью исчерпать его терпение, а заодно и превратить во всеобщее посмешище. Так стоило ли удивляться тому, что череда невезений продолжилась, и вот теперь он неприкаянно брел по оживленным улицам в линялых джинсах и майке с идиотской надписью.

То-то повеселились бы коллеги по адвокатскому цеху, увидев его сейчас! При мысли, что он может случайно встретиться с кем-то из знакомых, — а их контора имела клиентов по всему Западному побережью, — Крис испуганно огляделся по сторонам.

— Эй, красавчик, не меня ли ищешь? — по-своему истолковав это движение, окликнула его пышногрудая красотка с большим пластиковым стаканом кока-колы в руках. — Хочешь, я тебя поцелую?

— Нет-нет, спасибо! — поспешно воскликнул Крис, шарахнувшись от нее.

— Напрасно отказываешься! Я умею это делать очень даже славно! — вдогонку ему крикнула развеселая девица и под дружный смех окружающих нарочито медленно облизнула пухлые полураскрытые губы.

В другое время от такого поцелуя трудно было бы отказаться, но сейчас Крис остерегался всего на свете. Не хватало, чтобы и дурацкую белую майку ему залили кока-колой, от которой остаются жуткие бурые пятна.

Но как же быстро начали сбываться предсказания хозяина магазинчика в отношении местных красоток!

Размышляя об этом и опасаясь, как бы очередная из экзальтированных местных девиц ни попыталась наброситься на него с поцелуями, Крис медленно брел по улице… И вдруг услышал тягучие звуки саксофона.

Невидимый пока музыкант старательно выводил хорошо знакомую мелодию классического блюза из репертуара незабвенного Дюка Эллингтона, причем делал это с таким мастерством, что Крис невольно прибавил шагу, стремясь подойти ближе и посмотреть на того, кто так замечательно играет. Вскоре он увидел саксофониста — молодого чернокожего парня примерно одних с ним лет, в красной бейсболке, повернутой козырьком назад, гавайской рубашке навыпуск и черных штанах. Он играл увлеченно, полузакрыв глаза, и, казалось, что ему нет никакого дела до собравшихся вокруг слушателей, которых было человек восемь-десять.

Молодой человек протиснулся ближе и замер, с восторгом внимая старой, проверенной временем мелодии. Он с детства любил музыку, особенно блюзы, которые неизменно вызывали у него неизъяснимое душевное волнение. Да и как можно было оставаться равнодушным к ним!

Крису хорошо заполнились слова его учителя музыки, который любил говорить следующее: «В любую эпоху, особенно в ту, которая и породила блюз, меланхолия является подлинным источником вдохновения. Без нее музыкант будет всего лишь выдувать звуки, а не созидать божественную мелодию! Поэтому, дети мои, всегда имейте в виду главное: великим музыканта делает не столько виртуозность, сколько вдохновение!»

Задумавшись, он не сразу заметил, что мелодия кончилась и теперь слушатели кидают мелочь в лежащий на асфальте футляр от саксофона.

Крис тоже полез было в карман, но сообразил, что в только что купленных джинсах ничего быть не может, а свой бумажник он оставил в пиджаке.

— Извини, приятель, в другой раз, — сказал он, виновато улыбаясь.

— Ничего-ничего, — снисходительно махнул негр, вытряхивая деньги из футляра в целлофановый пакет.

— Но играл ты просто великолепно! — И Крис с чувством пожал ему руку.

— Серьезно? А ты, часом, не профессионал? Может, возьмешь меня в свой джаз-банд?

— Увы, я всего лишь любитель, — ответил Крис и уже хотел было уйти, когда чернокожий музыкант вдруг предложил:

— А сам сыграть не желаешь?

— Я?

— Да, ты.

— Что, прямо сейчас?

— Почему бы и нет?

Крис растерялся. Он так давно не играл на саксофоне, что боялся опозориться.

— Смелее, — подбодрил его негр, протягивая инструмент.

— Пожалуй, не стоит.

— Боишься заразы? — И, прежде чем Крис успел что-либо ответить, парень достал из нагрудного кармана новенький нагубник, ловко заменил им старый и протянул молодому человеку саксофон. — Держи и не тушуйся.

Искушение было слишком велико, поэтому Крис не смог устоять. Бережно приняв из рук негра инструмент, он энергично пошевелил губами, затем набрал полную грудь воздуха и выдул первую ноту.

Сначала он играл неуверенно, словно ученик музыкальной школы, разучивающий первые в своей жизни гаммы. Но затем не на шутку увлекся. Более того, поймал кураж и заиграл так, словно бы на его счету в банке не лежало много сотен тысяч долларов и только от нынешней игры зависело, сможет ли он заработать на сегодняшний ужин.

Чтобы не мешать Крису, владелец саксофона отошел подальше и сел прямо на асфальт, прислонившись спиной к стене дома.

Теперь Крис остался стоять один посреди улицы. Наклонив голову и полузакрыв глаза, он упивался звездной ночью и тягуче-страстной мелодией, рождающейся из самых потаенных глубин его сердца. Он не сознавал, как долго играл, и не обращал ни малейшего внимания на окружающих. Зато когда закончил и выпрямился, увидел, что напротив него стоит загорелая молодая женщина в строгом белом костюме, но с распущенными по плечам пышными золотисто-рыжими волосами.

На какой-то миг их взгляды встретились. После чего произошло самое неожиданное: женщина стремительно приблизилась к Крису и, обхватив его голову ладонями, пылко поцеловала в губы!

* * *

Делина Джойс специально прилетела в свой родной Строумфилд, где не была уже год, чтобы повидаться с подругами и поучаствовать в праздновании юбилея города. Естественно, она пребывала в прекрасном расположении духа, какое только может быть у жителя столицы, приехавшего навестить своих провинциальных друзей. Однако первый же разговор со школьной подругой Магдой задел ее за живое и изрядно подпортил настроение.

А все началось с того, что они принялись обсуждать личную жизнь одной из их общих приятельниц — Виктории. Та еще в колледже славилась своим веселым нравом и к двадцати пяти годам ухитрилась сменить уже трех мужей. При этом с каждым из них она рассталась по собственной инициативе, объясняя это тем, что надеется найти себе кого-нибудь еще, с ее точки зрения, получше.

Делина осудила поведение Виктории, на что Магда со смехом заявила:

— Я и не ждала от тебя ничего другого!

— Это еще почему? — удивилась Делина.

— А чего можно ждать от такого синего чулка, как ты? У тебя же на лбу написано университетское образование и консервативное воспитание. Подобные вещи, милая моя, даром не проходят!

— Но я совсем не такая!

— Расскажи это кому-нибудь другому!

— Ты просто не понимаешь, что я хочу самостоятельно чего-то добиться в этой жизни, а не просто заарканить стоящего парня.

— Ну и глупости!

— Это еще почему?

— А зачем нам, женщинам, чего-то добиваться или создавать что-то великое? Все это делают для нас и за нас мужчины. Нам же достаточно как можно дольше оставаться для них красивыми и желанными.

— Подобные рассуждения устарели еще в начале прошлого века!

— Мне плевать, когда они устарели. Однако я еще больше убедилась в том, что тебе действительно грозит участь старой девы, проводящей досуг за телевизором.

— Ты ошибаешься! — возмутилась Делина, которую всерьез задел иронически-издевательский тон подруги. Однако она не стала пока уточнять, что предрекаемая участь старой девы ей грозить никак не может.

— В самом деле? — усмехнулась Магда. — В таком случае скажи: много ли у тебя мужчин было в твоем распрекрасном Вашингтоне?

Делина не ответила, поскольку отвечать было нечего. После окончания университета проработав года два в Талахасси в администрации штата, она устроилась помощником одного влиятельного сенатора от Флориды и переехала жить в столицу Штатов.

Разумеется, там за ней ухаживали немало молодых представительных мужчин. Однако от одного вида их строгих костюмов, накрахмаленных сорочек и на редкость однообразных предложений — пообедать или поужинать вместе — Делину обуревала такая тоска, что о более близком знакомстве не могло быть и речи. Кажется, она охотнее закрутила бы роман с личным шофером сенатора, если бы тот пригласил ее на бейсбол, где угостил бы чипсами и кока-колой!

Но как объяснить это Магде и что ответить на вопрос о мужчинах? Так ничего и не придумав, Делина отрицательно мотнула головой и сердито передернула плечами.

— Вот то-то же! — продолжала торжествовать подруга. — Потому и нечего обижаться на упреки в консерватизме, особенно если везде и всюду держаться словно на приеме в Белом доме.

— И все равно ты заблуждаешься на мой счет, — после недолгих раздумий упрямо заявила Делина, по-прежнему не желая вдаваться в подробности. — Пусть я действительно привыкла к официальным манерам, но в глубине души я совсем другая.

— Тогда скажи честно, — не унималась Магда, — у тебя есть сейчас друг?

— Нет.

— А ведь молодым женщинам нашего возраста он просто необходим, — сказала Магда и лукаво взглянула на подругу. — Иначе по ночам такие эротические фантазии одолевают… Знаешь, например, что мне приснилось прошлой ночью, когда рядом со мной не было Майкла?

— Рассказывай, все равно ведь не угомонишься, — буркнула Делина.

— Так вот, сначала я долго не могла заснуть, а когда мне это все-таки удалось, вдруг увидела себя в местной больнице. Вокруг меня суетились медсестры — вроде бы готовили к операции. Затем меня переложили на каталку и повезли по длинному коридору… Причем все это я запомнила очень отчетливо и даже насчитала два поворота по дороге в операционную.

И вот я уже лежу на операционном столе и вижу свое отражение в металлических ободках ламп. Откуда-то доносятся приглушенные голоса, затем лампы вспыхивают, я прищуриваюсь, поворачиваю голову и вижу хирурга. Этакого высокого здоровенного парня с пышными черными усами, густыми бровями и волосатой грудью, которая выглядывает в треугольном вырезе халата. Мне становится необыкновенно хорошо. Я чувствую себя расслабленной, разнеженной, блаженствующей и терпеливо жду начала операции. И вдруг этот самый хирург как-то игриво подмигивает мне, распахивает халат и вместо скальпеля достает…

Тут Магда не удержалась и захихикала.

— Ну, сама можешь догадаться, что он достает вместо скальпеля.

Делина покраснела, с легкой укоризной покачала головой, но, тем не менее, спросила:

— И что дальше?

— А дальше было так чудесно, что когда я внезапно проснулась, то почувствовала, как вся буквально горю, а сердце просто заходится от экстаза! Неужели у тебя не бывает подобных снов или фантазий?

— Бывают, конечно бывают… Но я бы не хотела распространяться на эту тему, — проворчала Делина.

— И это ты говоришь лучшей подруге, от которой не пристало ничего скрывать! — с упреком воскликнула Магда. — А после еще осмеливаешься делать обиженное лицо, когда я называю тебя синим чулком.

— Сколько раз надо повторять, что ты заблуждаешься на мой счет!

— Так докажи это, дорогуша! — со смехом обнимая ее, предложила подруга.

— Как?

— Для начала распусти свои чудные волосы и расстегни хотя бы пару верхних пуговиц на блузке.

— И что дальше? — развеселилась Делина, охотно выполнив эту просьбу. Ей неожиданно начала нравиться затеянная Магдой игра.

— А дальше выйди на улицу и попытайся с кем-нибудь познакомиться.

— Как — сама? — ужаснулась Делина, мгновенно представив себя в роли уличной девки, пристающей к прохожим с непристойными предложениями.

— А что тут такого? — искренне удивилась Магда. — Городок у нас маленький, нравы простые, так что подобные знакомства — самое обычное дело. Или в тебе опять заговорил синий чулок?

Вынести подобное обвинение третий раз подряд было выше ее сил.

— Хватит обзывать меня этой дурацкой кличкой! — заявила Делина, вскакивая. — Чтобы раз и навсегда доказать тебе обратное, я прямо сейчас отправлюсь гулять одна, познакомлюсь с самым красивым парнем, который мне только встретится, и прекрасно проведу с ним время!

— Вот и отлично! — рассмеялась подруга. — Желаю хорошо повеселиться. А завтра не забудь рассказать, что у тебя из всего этого получилось… Если только будет что рассказывать!

— В этом можешь не сомневаться! — с вызовом бросила Делина и с гордо поднятой головой покинула дом Магды.

Однако едва она оказалась на улице, как запал моментально прошел и молодая женщина почувствовала себя весьма неуютно. Да, разумеется, на нее оглядывались и даже отпускали ей вслед игривые шуточки. Но Делина по привычке так презрительно поводила плечами и принимала столь независимый вид, что ни один из многочисленных уличных ловеласов не осмелился ее преследовать. Лишь через какое-то время она спохватилась и поняла, что таким поведением ничего не добьется и завтра утром ей придется покаяться и со стыдом признать свое поражение.

Но ведь тогда обидная для любой женщины кличка синий чулок пристанет к ней навсегда!

Ужаснувшись этой мысли, Делина решила сменить тактику и принялась отвечать улыбкой на улыбку. Так продолжалось до тех пор, пока впереди не послышались меланхоличные звуки саксофона.

Она устремилась туда и увидела толпу из пяти-шести человек, собравшуюся вокруг одинокого музыканта — высокого и широкоплечего мужчины лет тридцати в белой майке и голубых джинсах. Глаза его были полузакрыты, а мощный торс плавно изгибался в такт музыке, словно бы облегчая появление на свет мелодии, рождающейся где-то в глубине его души.

Музыкант был красив, а его увлеченность игрой придавала ему столь невероятное обаяние, что у Делины перехватило дыхание. Вот тот, кого я ищу, твердо сказала она себе. И теперь самое главное — не упустить свой шанс! Оставалось только решить, как и о чем с ним заговорить.

Тут, словно в ответ на ее замешательство, музыкант выпрямился в полный рост, чтобы вдохнуть полной грудью, и Делина увидела ядовито-зеленую надпись на его белой майке «Поцелуй меня, детка!».

Решение напрашивалось само собой, однако требовало такого мужества, что она мгновенно ощутила бешеные скачки пульса. Не будь трусихой, продолжала уговаривать себя Делина, машинально облизывая губы. Другого такого случая может и не представиться. Зато как будет интересно завтра увидеть лицо Магды, когда она познакомит ее с таким мужественным красавцем!

Тем временем музыкант закончил играть и, улыбаясь, принялся раскланиваться перед аплодирующими ему слушателями, среди которых были две весьма симпатичные девушки, хлопавшие ему громче остальных.

На какой-то миг его глаза встретились с глазами Делины. И тогда она, действуя как лунатик — а над городом светила полная луна, — сделала несколько шагов вперед, обняла его за шею и пылко прижалась губами к его влажным от игры на саксофоне губам.


2

<p>2</p>

— Это в благодарность за игру или вы прочли надпись на моей майке? — растерянно спросил Крис, стоило им прервать поцелуй, которому окружающие зааплодировали даже громче, чем его джазовой импровизации.

— Думайте, как вам угодно, — ответила Делина, смущенно опуская глаза. — Хотя играли вы действительно здорово.

— Вот спасибо!

— Ох, извините, — вдруг спохватилась она. — Кажется, я стою на вашей ноге.

— Ничего страшного, — счастливо засмеялся Крис. — Если мы и дальше будем целоваться, я готов подставить вам вторую ногу.

Делина с улыбкой покачала головой и попятилась. Тем временем слушатели начали расходиться. А владелец саксофона поднялся с асфальта, подошел к Крису и снисходительно похлопал его по плечу.

— Классно играл, напарник.

— Спасибо, — возвращая инструмент, горячо поблагодарил его Крис. Ему действительно была дорога эта похвала из уст профессионального музыканта, чьей игрой он восхищался несколько минут назад.

— Хочешь играть вместе? — неожиданно предложил тот.

— Шутишь? — удивился Крис.

— Нет, я серьезно. Если решишь составить мне компанию, то дома у меня лежит еще один инструмент. Двоим платят больше, чем одному, так что подумай над моим предложением. Меня всегда можно найти на этом месте.

— Непременно подумаю.

Они пожали друг другу руки, и чернокожий музыкант, бережно уложив саксофон в футляр, побрел прочь. А Крис подхватил с земли сумку, закинул ее за плечо и оглянулся в поисках прекрасной незнакомки, что так пылко поцеловала его в губы. Удивительный поцелуй показался ему самой прекрасной наградой за все испытания сегодняшнего дня.

Но если он не проявит должной находчивости, то самой большой неудачей окажется не испорченный костюм, а упущенное знакомство с восхитительной рыжеволосой молодой женщиной. Впрочем, она явно не торопилась никуда уходить и сейчас стояла чуть поодаль, делая вид, будто внимательно рассматривает витрину салона красоты.

— И что дальше? — подходя к ней и улыбаясь, поинтересовался Крис.

— Простите? — Она повернулась и окинула его внимательным взглядом серо-голубых глаз.

— Я хочу спросить: неужели у столь чудесного поцелуя не будет продолжения?

— Ну и чего бы вы хотели? — по привычке насторожилась Делина, в глубине души еще не отошедшая от того, что сделала, но уже гордая одержанной над собой победой. Что бы ни случилось в дальнейшем, завтра ей будет о чем рассказать самонадеянной Магде!

Крис озадаченно пожал плечами. Вот и пойми этих женщин! То бросаются тебе на шею и чуть не душат поцелуями, а то самым холодным тоном спрашивают: «Ну и чего бы вы хотели?», — словно подобное поведение для них в порядке вещей.

По своему прошлому опыту общения с женщинами он знал, что, когда тебе задают подобный вопрос, самое неразумное — это откровенно признаться в своих желаниях, а самое умное — сохранить полнейшую невозмутимость. Вот и сейчас он решил поступить именно так: вежливо улыбнулся, чуть склонил голову в знак прощания и, повернувшись, неспешно пошел своим путем.

Незамысловатая уловка блестяще сработала. Не успел Крис сделать и нескольких шагов, как услышал за своей спиной торопливый перестук каблучков. Выждав некоторое время, он остановился, обернулся и вопросительно посмотрел на молодую женщину.

— Извините, но не могла бы я узнать о ваших планах на сегодняшний вечер? — неуверенно, словно прося о большом одолжении, спросила незнакомка.

— А почему это вас интересует? — слегка обиженный ее предыдущей холодностью, спросил Крис.

Ему вдруг пришла в голову забавная мысль: а вдруг этой рыжеволосой женщине так понравилась его игра, что сейчас она предложит ему сыграть где-нибудь еще. Например, на вечеринке в честь дня рождения ее мужа.

Впрочем, вряд ли она замужем, потому что иначе бы не бродила в одиночестве по улицам и не целовала уличных музыкантов. А жаль! Он согласился бы сыграть для нее где угодно. Было бы о чем рассказать за ланчем вашингтонским коллегам!

— Дело в том, что я пытаюсь весело провести время, — объяснила незнакомка. — Вот и хотела узнать, не составите ли вы мне компанию на сегодняшний вечер.

А, все ясно! Скучающая великосветская дамочка покинула свою виллу в поисках развлечений. Богатая принцесса и нищий уличный музыкант… Почему бы и не сыграть эту роль, тем более что сегодня вечером он совершенно свободен?

— Охотно постараюсь вас развлечь, — ответил Крис, после чего женщина обрадованно улыбнулась и даже взяла его под руку. — Только боюсь одного…

— Чего? — тут же насторожилась незнакомка, моментально убирая руку.

— Вам не будет стыдно моего общества? Вы такая элегантная, а я одет более чем скромно.

— А, вот вы о чем, — небрежно отмахнулась она. — Не забивайте себе голову подобной ерундой. В конце концов мы живем в демократической стране, а не в какой-нибудь феодальной монархии.

— Ну, смотрите…

И они пошли рядом.

— Кстати, вы женаты? — неожиданно спросила молодая женщина, которая, как показалось Крису, настолько напряженно размышляла над какой-то проблемой, что ему даже не хотелось отвлекать ее вопросами.

— Нет, не женат.

— А… Ради Бога извините за нескромный вопрос. Вы не… голубой?

— Разве стал бы я целоваться с вами, будь я голубым? — усмехнулся Крис.

— Не знаю, — растерянно отозвалась женщина. — У меня никогда не было таких знакомых.

— У меня тоже.

— Значит, вы…

— Придерживаюсь нормальной сексуальной ориентации, — заверил ее Крис, с интересом ожидая, что последует дальше. Неужели он оказался прав и сейчас она предложит ему зайти к ней домой?

Однако, к его немалому удивлению — и даже некоторому разочарованию, — ничего подобного не произошло. Более того, когда они прошли еще несколько десятков ярдов, незнакомка с любопытством посмотрела на Криса и с лукавым видом поинтересовалась:

— Кстати, а куда вы меня ведете?

— Я вас веду?

— Ну да… То есть я хотела сказать, что если мы хотим весело провести время, то, вероятно, нам надо куда-нибудь зайти.

— А куда бы вы хотели?

— Да мне все равно. Главное, чтобы там играла музыка и было весело.

Услышав такой ответ, Крис оглянулся по сторонам и, заметив на другой стороне улицы роскошный французский ресторан, решительно направился туда.

Однако прежде, чем они дождались зеленого света светофора и успели перейти проезжую часть, он сообразил, что делает что-то не то. Ну не может уличный музыкант приглашать свою подругу в такое место, где самое дешевое блюдо стоит дороже, чем он может заработать за целый вечер!

А признаваться в том, кем он является на самом деле, — значит упустить одно из тех замечательных приключений, которые до сего дня ему доводилось видеть только в кино. Нет, он ни за что не сделает подобной глупости и постарается вести себя в полном соответствии со своей новой ролью. И путь будет, что будет.

На его счастье, по правую сторону от ресторана находился бар, каких полно в любом американском городе. Поэтому Крис взял свою спутницу под локоть и повел к ярко освещенным дверям.

— Что вам заказать? — спросил он, стоило им усесться на высокие табуреты за стойку бара.

— А что будете вы? — вопросом на вопрос ответила незнакомка.

— Пожалуй, я выпью пива. — По ее глазам Крис понял, что она ждала от него классического заказа — виски с содовой, а потому испытала некоторое разочарование.

Надо будет учесть на будущее и вести себя менее сдержанно. Может, позволить себе замысловато выругаться или подраться с кем-нибудь из посетителей? Пока он размышлял над возможностью подобного развития событий, его спутница приняла решение.

— Тогда я тоже выпью пива, — сказала она. — Пожалуйста «Будвайзер».

— Два пива, — попросил Крис бармена, после чего снова обратился к молодой женщине: — Кстати, не пора ли нам познакомиться? Меня зовут Крис… Кристофер Макферсон.

— Делина Джойс.

— И чем же вы занимаетесь, Делина Джойс? Она не видела причин скрывать это, поэтому сказала правду.

— Ого! Помощник сенатора по связям с общественностью! — выслушав ее, с уважением произнес Крис и отпил из поданного бокала.

Про себя он подумал о странном совпадении, известном пока только ему одному. Они с Делиной прилетели из Вашингтона в Строумфилд на ближайший уик-энд и встретились в первый же вечер, хотя до этого неоднократно могли познакомиться на одной из многочисленных вечеринок, на которых представители политической элиты общаются с артистами, бизнесменами, юристами и фотомоделями. Подобные совпадения очень напоминают намеки, которые судьба словно бы делает человеку, чтобы он не совершал сгоряча глупых ошибок.

Другое дело, что, даже уловив такой намек, трудно бывает удержаться от соблазна добиться всего и сразу, особенно если источник соблазна находится совсем рядом!

— А вы? — спросила Делина, выводя Криса из состояния задумчивости.

— Что — я?

— Давно ли вы зарабатываете этим себе на жизнь?

— Вы имеете в виду, играя на улице? О нет, совсем недавно. Раньше я играл в одном кабаке… не здесь, в соседнем штате. А сюда приехал, только чтобы навестить приятеля.

— Тот чернокожий, ваш напарник?

— Да. — И Крис, довольный тем, как справляется с новой ролью, снова припал к бокалу, искоса поглядывая на красивую соседку.

Когда она не поджимала с недовольным видом губ, не хмурила бровей и не строила из себя черт знает кого, то выглядела чертовски соблазнительно. Да и как еще может выглядеть золотоволосая красотка с большими серо-голубыми глазами и яркими пухлыми губами, что в данный момент смешно морщила изящный носик над бокалом светлого пива!

— Если хотите, можем заказать что-нибудь другое, — предложил Крис, когда Делина наконец с видимым усилием отважилась на первый глоток.

— Зачем? — спросила она, с удивлением подняв на него взгляд. — Мне нравится это пиво. Кстати, мистер Макферсон…

— Просто Крис.

— Ах, ну да, разумеется. Кстати, Крис, я хотела вас спросить вот о чем… Мне всегда казалось, что уличные музыканты носят длинные волосы, а у вас такая аккуратная модельная стрижка.

— Сейчас жарко, вот я и подстригся у знакомого парикмахера, — с ходу сочинил он.

— Да? А ваши часы… Это случайно не «ролекс». Мне кажется, я видела похожие в салоне, где они стоят…

Черт, и это умудрилась заметить! До чего же наблюдательная особа! — поразился Крис, выругав себя за непредусмотрительность.

— О, это всего лишь дешевая подделка, — с принужденной улыбкой заявил он, на всякий случай поворачивая часы циферблатом вниз, — которая на любой уличной распродаже стоит не больше пятнадцати баксов.

Делина не стала спорить. Однако, судя по ее задумчивому виду, кое-какие сомнения у нее все же остались.

Крис с тревогой ожидал дальнейших расспросов, мысленно прикидывая, что еще в его облике или поведении не соответствует представлению его собеседницы об уличном музыканте. К счастью, в этот момент раздались звуки рок-н-ролла, и он пригласил Делину танцевать.

— О нет, — улыбнулась она, — такие танцы не для меня. Боюсь показаться смешной. Подождем, пока заиграют что-нибудь медленное.

Крис не стал спорить и вскоре понял, что поступил правильно. Когда они наконец пошли танцевать, он обнял партнершу за гибкую талию, вдохнул тонкий аромат ее дивных волос — и у него едва не закружилась голова. Как же она красива, эта Делина Джойс из Вашингтона!

Любопытно, а как бы она вела себя со мной, если бы мы встретились именно там? — невольно подумал Крис. Но тут же его мысли приняли другой оборот.

Однако чего она от него ждет и как поступить так, чтобы, с одной стороны, не обмануть ее ожиданий, а с другой — не спугнуть излишне циничной фразой или слишком откровенно высказанным желанием? Хорошо бы, конечно, знать, как бы повел себя на его месте настоящий уличный музыкант, познакомившийся с такой изысканной женщиной. Насколько бесцеремонно он бы действовал, как скоро стал бы называть ее деткой, обнимать и предлагать что-нибудь эдакое?

Оказывается, чужая роль порой бывает так же неудобна, как и одежда с чужого плеча…

— О чем вы задумались, Крис? — спросила Делина, когда музыка закончилась и они вернулись за стойку к недопитому пиву.

— Подсчитываю, хватит ли денег, чтобы заказать еще выпивки, — брякнул Крис первое, что пришло на ум, с усмешкой подумав, что ему ничего не стоило бы купить весь бар, возымей он такое желание.

— О, об этом не беспокойтесь, — поспешно ответила молодая женщина. — Я могу за все заплатить, так что не стесняйтесь, заказывайте.

— Настоящий ковбой никогда в жизни не опустится до того, чтобы за его выпивку платила дама! — гордо выпрямившись, заявил Крис.

— Но вы не ковбой, а музыкант!

— У музыкантов, уверяю вас, гордости ничуть не меньше. Кроме того, в своей жизни мне пришлось перепробовать множество профессий…

— Так расскажите о себе поподробнее, — тут же попросила Делина.

Врать с ходу Крису совсем не хотелось, поэтому он мысленно обругал себя за чересчур болтливый язык. Если так и дальше пойдет, то ему придется сочинить себе новую биографию.

Единственное спасение — это перехватить инициативу и заставить ее побольше рассказать о себе, решил он и тут спросил:

— Нет, лучше вы мне скажите, почему такая красивая женщина до сих пор не замужем.

— Мне так часто задают этот вопрос, — усмехнулась Делина, — что я готова выйти замуж только бы никогда больше его не слышать.

— Остроумное замечание. Однако вы нисколько не удовлетворили моего любопытства.

В ответ на это Делина вдруг закрыла глаза и, вытянув указательные пальцы обеих рук, попыталась свести их воедино. Крис с недоумением наблюдал за ее действиями, не зная, как на это реагировать. Когда пальцы прошли, не соприкоснувшись друг с другом, Делина открыла глаза и с непринужденной улыбкой взглянула на своего собеседника.

— Видите, Крис, я вам наглядно продемонстрировала мой ответ.

— Не совсем понял, что вы имели в виду. Нельзя ли объяснить словами?

— Пожалуйста. Когда какой-нибудь мужчина начинал нравиться мне до такой степени, что возникало желание выйти за него замуж, оказывалось, что он либо уже женат, либо у него другие планы. Когда же мне самой делали предложение руки и сердца, то я отнюдь не горела желанием его принять. Поэтому и приходится ждать, пока мое желание совпадет с тем, что мне предлагают. Я ответила на ваш вопрос?

— Вполне.

— В таком случае допивайте пиво и проводите меня домой!

Крис был несколько озадачен такой невесть откуда взявшейся категоричностью. Почему сразу домой? Разве именно это называется романтическим приключением, которое началось со столь необыкновенного поцелуя?

— По-моему, я вас разочаровал, — сказал он, стоило им покинуть шумный и прокуренный бар и вновь оказаться на улице.

Толпы прохожих на улицах Строумфилда уже заметно поредели. Дул легкий бриз, а в южном небе таинственно сияла огромная луна, похожая на роскошный бриллиант на фоне из черного бархата.

— Почему вы так решили? — спросила Делина, думая о чем-то своем.

— Вам хотелось весело провести время, а я всего лишь пригласил вас в бар и угостил пивом.

— Не говорите глупостей, Крис. Все было просто замечательно.

— Однако вы выглядите весьма озабоченной, — проницательно заметил он. — Вам не особенно хочется возвращаться домой или вы еще не выполнили всех своих планов на сегодняшний вечер?

Делина остановилась, пожала плечами и слегка улыбнулась.

Крис тоже остановился и заглянул в ее широко раскрытые загадочные глаза. Однако не только не смог понять их выражения, но даже не уловил смены настроения стоящей перед ним золотокудрой красавицы.

— Почему мы встали? — спросил он.

— Потому, что я уже пришла.

Крис удивленно вскинул голову и посмотрел сквозь редкие прутья высокой металлической ограды. За ней в глубине ухоженного парка виднелся белый двухэтажный особняк с колоннами у входа.

— Вы остановились здесь?

— Да, это дом родителей моей школьной подруги Магды. Она предлагала мне жить у них. Но я не люблю стеснять людей, поэтому предпочла занять небольшой флигель. Он находится слева от основного здания.

— Вижу, — кивнул Крис, машинально поправляя висящую на плече сумку.

— А где остановились вы, мистер Макферсон? — шутливо спросила Делина.

— Нигде. Полагаю, что на сегодняшнюю ночь меня приютит какая-нибудь скамейка в городском парке.

— Вы это серьезно?

— Да уж куда серьезнее!

— Разве у вас в Строумфилде нет квартиры? Где же вы живете?

Черт! Опять забыл свою роль! — мысленно упрекнул себя Крис.

— Вообще-то я пока остановился у приятеля, — тщательно подбирая слова, пояснил он. — До тех пор, пока не удастся заработать достаточно денег, чтобы снять жилье.

— Это тот ваш напарник-музыкант, которому вы отдали инструмент?

— Он самый. Кстати, его зовут Феликс и он лучший блюзовый саксофонист на всем побережье.

— Тогда почему бы вам не пойти к нему?

— Он живет слишком далеко, и я не уверен, что ночью смогу найти его берлогу. К тому же Феликс может быть там не один.

— Но ведь это же ужасно!

Судя по ее встревоженному тону, он находился на верном пути. И вдохновленный этим соображением Крис продолжил развивать удачно найденную тему.

— Вы имеете в виду скамейку в парке? О, не стоит беспокоиться, мисс Джойс. Смею вас уверить, что мне приходилось ночевать в местах и похуже. — И Крис, отвернувшись, принялся было насвистывать какую-то мелодию, но быстро прекратил.

Повисло весьма неловкое молчание.

Молодой человек чувствовал на себе напряженный женский взгляд, но не торопился встречаться глазами с Делиной, давая ей время принять нужное решение. Если он правильно разобрался в психологии этой рыжеволосой красотки, то она относится к тому типу женщин-упрямиц, на которых, чем сильнее давишь, тем с более ожесточенным сопротивлением встречаешься. Нет, лучше не навязываться, а играть в беззаботного разгильдяя, великовозрастного мальчишку, которого настолько мало заботит собственная судьба, что он готов вручить ее в чьи угодно руки.

А как действовал бы на его месте настоящий уличный музыкант? В любом случае, или он очень ошибается, или Делиной уже овладело нешуточное беспокойство по поводу его сегодняшнего ночлега, поэтому она…

— Может, дать вам денег, чтобы вы сняли номер в каком-нибудь отеле? — наконец раздался нерешительный женский голос.

— Бесполезно, мисс Джойс, — поворачиваясь к ней, сухо произнес Крис. — Вы и сами должны знать, что все отели переполнены.

Почему она так медлит с предложением, которое он ждал услышать еще час назад? Что за странная манера кокетства? Или это нечто иное?..

— Ну что ж, — Делина вдруг шумно вздохнула, — тогда вам ничего больше не остается, как пойти со мной. — И она взяла его за руку своей теплой и нежной рукой. — Надеюсь, вы не откажетесь быть моим гостем?

Вместо ответа Крис сделал то, чего она в этот момент никак от него не ожидала. Осторожно высвободил свою руку, затем обнял Делину за талию и мягко привлек к себе. Она не успела охнуть, как ощутила на своих губах прикосновение горячих и сухих мужских губ. Поцелуй Криса был такой сдержанный и одновременно властный, что Делина и не подумала сопротивляться. Более того, закрыла глаза и слегка приоткрыла губы.

Однако Крис на удивление быстро отстранился, после чего с любопытством взглянул на нее и сказал:

— Вот теперь, если вы еще не передумали со своим предложением, пойдем в ваш флигель!


3

<p>3</p>

— Зачем вы это сделали? — тихо спросила Делина несколько минут спустя, когда они уже шли по темной аллее в направлении флигеля, над входом в который приветливо горел фонарь.

— А зачем вы меня сегодня поцеловали?

— Прочла надпись на майке.

— Ну а я захотел убедиться в вашей решимости и заодно… приободрить вас, — несколько загадочно ответил Крис, машинально облизывая губы.

Какая же вкусная и ароматная у нее помада! И какой упоительный язык!

— Однако вы психолог, — заметила Делина.

— А как же иначе? В работе с людьми без этого никак не обойтись. И здесь самое главное — это четко понимать психологию каждого твоего… — Крис уже хотел было сказать «клиента», но в последний момент успел поправиться, — каждого твоего слушателя.

— Надо же, как все сложно! — искренне удивилась Делина. — А мне казалось, что вы всего лишь играете на саксофоне, не замечая никого вокруг.

— Ваше заблуждение является весьма распространенным. Однако оно так же далеко от истины, как, скажем, Вашингтон от Строумфилда.

Черт! Уличные музыканты так не выражаются. Как же забыть об образовании и начать говорить на уличном жаргоне? — подумал Крис и искоса взглянул на Делину. Интересно, заметила она это или нет?

Судя по всему, его спутница волновалась все сильнее, недаром же, поднимаясь по ступенькам, споткнулась и наверняка упала бы, если бы Крис вовремя не поддержал ее. Для искательницы приключений она ведет себя весьма странно, отметил он про себя, продолжая внимательно наблюдать за молодой женщиной, которая почему-то старательно избегала его испытующего взгляда.

Откуда взялась эта странная застенчивость и почему она так волнуется?..

Ему вдруг вспомнилось пари, которое он заключил с двумя приятелями-адвокатами на одной скучной деловой вечеринке. В тот вечер, выпив немало виски с содовой, они поспорили, кто из них пользуется большим успехом у женщин. Суть пари заключалась в следующем: после вечеринки все трое расходятся в разные стороны, пытаются познакомиться с порядочными женщинами — проститутки категорически исключались! — и затащить их в постель.

Тот, кому удается соблазнить самую красивую женщину, срывает банк, в котором находилось полторы тысячи долларов, — все трое скинулись по пятьсот. Доказательством успеха должны были служить фотографии женщины и, если таковая найдется, визитная карточка.

Первый из приятелей Криса ограничился официанткой ночного «Макдоналдса» — симпатичной студенткой лет двадцати. Второму удалось соблазнить оператора банка — тридцатилетнюю разведенную даму, имевшую девятилетнюю дочь.

Однако победителем, по общему мнению друзей, стал именно Крис. Он не стал бродить по улицам, а сразу отправился в артистический ночной клуб, где сумел познакомиться, а потом и переспать со старлеткой — молодой актрисой, игравшей одну из второстепенных ролей в популярном телесериале. Возможно, она была не так красива, как случайные избранницы его друзей-соперников, зато все трое видели ее в сериале. И это сыграло Крису на руку. Он выиграл деньги, а заодно и приобрел славу записного донжуана.

Неужели и женщины заключают между собой аналогичные пари? — размышлял Крис, пока Делина открывала входную дверь.

Они вошли во флигель, на первом этаже которого находилась гостиная с декоративным камином из натурального камня. Французское окно выходило на небольшую террасу, чьи широкие каменные ступени спускались в сад. На второй этаж вела неширокая деревянная лестница, устланная пушистым ковром. Там, судя по всему, располагались спальня и ванная. Довольно скромная, можно было даже сказать старомодная, остановка — если не считать огромного телевизора и роскошного бара, — делала временное жилище Делины на редкость уютным и по-своему романтичным.

Типичное уютное гнездышко, которое требуется для завершения нашего замечательного знакомства, отметил про себя Крис.

— Устраивайтесь, Крис, — чуть дрогнувшим голосом предложила Делина, снимая пиджак и оставаясь в белой блузке и клетчатой юбке до колен. — Хотите чего-нибудь выпить?

— У меня для вас есть более удачное предложение, — сказал он, сбрасывая сумку на пол.

— Какое?

— Вы очень напряжены, а я умею хорошо делать массаж, как расслабляющий, так и тонизирующий. Раздевайтесь и ложитесь на диван, и я вам это продемонстрирую. — И он жестом опытного массажиста пошевелил пальцами рук, словно бы разминая их.

Делина замерла, чуть ли не с испугом глядя на своего безмятежно улыбающегося спутника. Нет, в принципе она была готова к чему-то подобному, но вот так сразу раздеться…

Боже, а не лучше ли прекратить этот спектакль, извиниться перед Крисом, а наутро признаться Магде в своем поражении? — промелькнула мысль. Да пусть она хоть на всю жизнь останется в глазах подруги синим чулком, но самоуважение-то дороже!

— Вас что-то смущает? — поинтересовался Крис, тоже испытывая некоторое смущение, в котором ему не хотелось признаваться даже себе.

Делина неуверенно пожала плечами и ничего не ответила.

— Тогда я пойду наверх помыть руки, — как ни в чем не бывало сказал он. — А вы приглушите свет, снимите блузку и приготовьтесь.

Против этого нечего было возразить, поэтому Делина согласно кивнула. Приведя мужчину в дом, нельзя без конца изображать из себя скромницу. В любовной игре существуют ситуации, когда надо вести себя как в одной из разновидностей японской борьбы: поддаться, чтобы победить.

Дождавшись, пока Крис взбежит наверх и скроется в ванной, Делина расстегнула блузку и кинула ее на кресло. Через секунду за ней последовал белый кружевной бюстгальтер. Немного поколебавшись, Делина расстегнула молнию на юбке, и когда та упала к ее ногам, перешагнула через нее, подняла и тщательно расправила. При этом сердце ее колотилось так сильно, будто грозило выскочить из груди. Но самое досадное — она начала краснеть.

Неужели ей так и не удастся избавиться от дурацкой закомплексованности и стать столь же раскрепощенной и веселой, как подруга Магда? Ну нет, она ни за что на свете не согласится всю жизнь оставаться синим чулком. Уж лучше быть чулком белым или черным — говорят, что именно такие возбуждают мужчин сильнее всего.

— Готовы? — раздался сверху голос Криса. — Я уже иду.

— Секунду! — воскликнула Делина, стоя посреди гостиной в одних трусиках и машинально прикрываясь юбкой, хотя ее никто не видел.

Затем, усмехнувшись собственной застенчивости, она бросила юбку на широкий подлокотник кресла и легла на диван. Она успела до талии укрыться пледом, когда появился Крис, избавившийся от дурацкой майки. Мельком взглянув на него, Делина не могла не восхититься его мускулистой грудью, слегка поросшей курчавыми черными волосками.

— Ну что, приступим? — спросил Крис, приближаясь к дивану и на ходу продолжая демонстративно поигрывать мышцами, разминая кисти рук.

— Только, пожалуйста, мистер, не делайте мне больно, — тонким голоском пропищала Делина, подражая юным барышням из голливудских фильмов ужасов.

— Все будет о'кей, не сомневайтесь, мам, — засмеялся Крис, присаживаясь рядом с ней на диван. — Чтобы мне было легче работать, постарайтесь ни о чем не думать и целиком сосредоточьтесь на своих ощущениях.

— Постараюсь, — вздохнула Делина, с некоторым опасением ожидая обещанных ощущений. — Надеюсь, они будут достаточно приятными.

— В противном случае фирма вернет вам деньги, — шутливо пообещал он. — Итак, начнем.

С первых же его прикосновений Делина поняла, что напрасно беспокоилась. У Криса оказались удивительные руки — нежные, сильные, умелые. Ее затопила волна такого непередаваемого блаженства, что она чуть не замурлыкала от удовольствия. Как же замечательно он разминал и поглаживал ее плечи и спину, какие у него чуткие и чувственные пальцы! А уж мастерство массажиста выше всяких похвал.

— Ну как? — спросил Крис несколько минут спустя, пробегая вдоль ее позвоночника кончиками пальцев.

— Бесподобно, — простонала Делина. — Пожалуйста, Крис, если вы не очень устали, то, умоляю, не останавливайтесь. Еще, еще…

— Как прикажете, мисс, — усмехнулся он и продолжил бережно мять и растирать нежную женскую спину. — Кстати, хотел вас предупредить, что клиенткам с такой замечательной кожей мы предоставляем солидные скидки.

— В самом деле? Спасибо за комплимент…

Если Делина блаженствовала от его умелых прикосновений, то и сам Крис не смог остаться равнодушным к обладательнице атласной кожи. А еще Делина так сладострастно постанывала под его ладонями, что в какой-то момент ему неистово захотелось перевернуть ее на спину и впиться поцелуем в полураскрытые губы.

Однако он сумел сдержаться.

И все же, как ни велико было возбуждение Криса, постепенно его начала вытеснять усталость от бурно проведенного дня. Ранний подъем, четыре часа в самолете, да и весь суматошный день, переполненный всевозможными неприятностями, не могли не сказаться. Крис чувствовал, как глаза начинают неудержимо слипаться, а руки слабеют.

Почувствовала это и Делина. Разнежившись и одновременно воспламенившись от столь эротичного массажа, она вдруг испытала потребность сделать что-то приятное и своему массажисту. Когда его руки замерли на ее спине, она медленно перевернулась и подтянула плед до самого подбородка.

Крис сидел, устало привалившись к мягкому подлокотнику дивана и закрыв глаза. У него был такой измученный вид, что ей поневоле стало его жалко.

И тогда она осторожно, по-кошачьи привстала и наклонилась. Сначала Делина просто поцеловала обнаженную мужскую грудь, а затем втянула в рот и слегка поласкала языком упругий сосок.

Крис вздрогнул и, не открывая глаз, что-то невнятно пробормотал.

Делина тут же замерла, сама не понимая, что ее больше возбуждает: ощущение того, как сосок заметно твердеет от прикосновений ее языка, или же глубокая внутренняя дрожь, сотрясшая мужской торс. Как бы то ни было, оба эти ощущения вызвали в ней ответный и невыносимо сладостный трепет.

Выждав несколько секунд, она пробежала языком по груди Криса, оставляя на ней влажные, быстро сохнувшие следы, и взяла в рот другой сосок.

— Ты меня просто убиваешь, — простонал он и, по-прежнему не открывая глаз, нежно провел рукой по ее пушистым волосам.

— Ни в коем случае, — чуть отстраняясь и обжигая его кожу горячим дыханием, прошептала Делина. — Ты нужен мне живым…

— Тогда, умоляю, не останавливайся, — попросил он, явно противореча себе.

Плед уже давно сполз на пол, поэтому ничто не помешало Крису провести ладонями по обнаженным плечам Делины и подхватить ее упругие груди. Затем он слегка приподнял их и нежно сжал несколько раз подряд. Через мгновение они уже слились в обжигающем, туманящем сознание поцелуе.

Пока шла упоенная игра языков, обнаженные груди Делины эластично вжимались в тугую грудь Криса, что доставляло обоим дополнительное наслаждение.

Как ни странно, первым из них двоих опомнился именно мужчина.

— Подожди минутку, — задыхаясь, прошептал Крис.

— Что такое? — не поняла Делина.

— Мы с тобой еще слишком мало знакомы…

— И что с того? — оседлав его и откинув с разгоряченного лица волосы, недоуменно спросила Делина. — Хочешь сказать, что не стоит этого делать в первый же вечер, а надо получше узнать друг друга?

— Нет, у меня и в мыслях не было подобной глупости! Я всего лишь хотел заметить, что есть смысл воспользоваться презервативом.

— А у тебя он с собой?

— Нет, но… Неужели в этом доме не найдется хотя бы одной упаковки?

Делина призадумалась, затем неуверенным кивком указала куда-то наверх.

— Если только там, в спальне.

— В таком случае, подожди меня ровно минуту.

Проводив взглядом Криса, проворно взбежавшего на второй этаж, и снова прикрывшись пледом, Делина изумленно покачала головой, удивляясь собственной пылкости. Подумать только, а ведь всего несколько часов назад они даже не были знакомы! И после этого Магда еще осмеливается называть ее синим чулком!

Прошло пять, затем десять минут, а Крис все не возвращался.

Удивленная его медлительностью и даже слегка обиженная этим, Делина сначала позвала его снизу, а потом накинула блузку и, завязав ее полы под грудью, решительно поднялась на второй этаж.

Открыв дверь спальни, она увидела удивительную картину. Там царил полнейший беспорядок: все ящики были выдвинуты, а дверцы шкафов распахнуты настежь, словно по комнате пронесся ураган или здесь поорудовала шайка грабителей.

Однако самым поразительным было не это. Крис ничком лежал на кровати и, судя по его равномерному дыханию, спал… сжимая в правой руке яркую упаковку презервативов.

* * *

Делина собиралась на концерт долго и тщательно, поскольку ей предстояло пойти туда в роскошном вечернем платье с длинным шлейфом. У входа ее терпеливо поджидал швейцар в ливрее, а шофер уже предупредительно распахнул дверцу лимузина.

Но вот она приехала, торжественно прошла через весь зал, сопровождаемая восхищенными взглядами мужчин, и заняла свое место в первом ряду партера. Последовали томительные минуты ожидания, пока под громоподобные аплодисменты публики на сцене не появился дирижер. Как же он красив, строен и великолепен в своем фраке и белоснежной сорочке!

Вот он раскланивается, находит ее взглядом — Боже, да это же не кто иной, как Крис! — и посылает ей воздушный поцелуй. Делина чувствует, что все дамы в зале смотрят на него с обожанием, и ей хочется крикнуть изо всех сил: «Он — мой!»

Затем Крис берет с пюпитра дирижерскую палочку, поворачивается к оркестру, выдерживает паузу и наконец взмахивает руками…

Но, Боже, что за отвратительный, однообразный звук вместо ожидаемого вальса Штрауса!

Не сразу проснувшаяся Делина с трудом поняла, что это звонит телефон. Открыв глаза, она обнаружила себя в одиночестве лежащей на кровати в знакомой спальне. На какой-то миг события вчерашнего вечера показались ей удивительным сном. Но куда девался дирижер… то есть Крис?

Прежде чем взять трубку — а это наверняка звонила Магда, — Делина томно потянулась. И тут ее внимание привлек доносящийся из ванной шум воды.

Она насторожилась. Звук тут же стих, зато на пороге спальни появился Крис с мокрыми волосами и в полотенце, обернутом вокруг бедер. Вчерашний знакомый выглядел свежим и бодрым. Он весело улыбался и как ни в чем не бывало смотрел на оторопевшую Делину.

— Ты не собираешься брать трубку? — осведомился Крис, кивая на телефон.

— Ты еще здесь! — с ужасом выдохнула Делина.

— Да, разумеется, — растерянно ответил он. — А что тебя удивляет?

— Немедленно одевайся и уходи! Сейчас сюда явится Магда!

— И что в этом такого? Ты не хочешь нас знакомить?

В Делине мгновенно проснулся тот самый консерватизм, который прочно сидел в подсознании и упрямо твердил: если тебя застанут в спальне с мужчиной, который, ко всему прочему, не является твоим мужем, то это верх неприличия!

— Одевайся быстрее! — повторила она, досадуя на его глупый, как ей показалось, вид.

Ничего не понимающий Крис машинально кивнул и сбросил полотенце, оставшись, к лицемерному облегчению Делины, настороженно следившей за всеми его действиями, в трусах. Затем он взял со стула джинсы и смешно запрыгал на одной ноге, пытаясь побыстрее их натянуть.

Она глубоко вздохнула и сняла трубку.

— Да-а? — протянула Делина, стараясь придать голосу по возможности сонное выражение и тем самым хоть немного выиграть время.

— Привет, подруга, — весело начала Магда. — Долго же ты спишь.

— А сколько сейчас времени?

— Почти одиннадцать. Никак не отойдешь от бурно проведенной ночи?

— Угадала.

— Что, неужели тебе и вправду удалось кого-нибудь подцепить?

— Не понимаю, почему ты в этом сомневаешься, — холодно заметила Делина.

— Да ладно, это я так. — В тоне подруги слышалась обидная снисходительность, словно бы она была старшей сестрой, которая считает своим долгом учить жизни младшую. — Я тут сейчас с Майклом, так он говорит, что у него на примете есть парень, с которым он может тебя познакомить.

— Спасибо за заботу, — все так же холодно ответила Делина, делая знак Крису не спешить. — Но в этом нет необходимости. Я сейчас не одна.

Крис уже успел натянуть джинсы и сейчас возился с молнией. Однако при последних словах молодой женщины замер и вопросительно уставился на нее.

— Да неужели? — очень ненатурально, словно подозревая подвох, удивилась Магда.

— Если ты мне не веришь, я могу передать ему трубку.

— И кто же этот счастливец? — немедленно заинтересовалась подруга.

— Какое это имеет значение?

— И все-таки?

— Допустим, уличный музыкант.

— Шутишь!

— Нисколько. Он стоял на улице и замечательно играл на саксофоне, а я подошла к нему… и познакомилась. — Делина подумала, что если сразу расскажет, как все было, то Магда уж точно не поверит ни единому ее слову.

Впрочем, похоже, она и так не слишком-то верила, поскольку продолжала настойчиво допытываться:

— Ты переспала с уличным музыкантом и сейчас он находится рядом с тобой?

— Именно так.

— Тогда мы с Майклом немедленно идем к вам знакомиться! Только не вздумай потом сказать, что ты меня разыграла! — И, не дожидаясь ответа подруги, Магда повесила трубку.

Делина несколько секунд слушала короткие гудки, улыбаясь и в глубине души торжествуя. Магда уже поражена, а что будет, когда она увидит красавца Криса!

— Так что же мне теперь делать? — осторожно поинтересовался тот, внимательно следя за выражением лица молодой женщины.

Делина аккуратно положила телефонную трубку и виновато улыбнулась.

— Извини, что вздумала тебя выгонять. Просто спросонья, да еще не выпив крепкого кофе, я на удивление плохо соображаю.

— Так мне уйти или остаться?

— Разумеется, остаться. Сейчас сюда примчится Магда со своим приятелем.

— И что?

— Мы познакомимся и, как я полагаю, все вместе отправимся завтракать.

— Ну-ну, — сказал Крис, озадаченно качая головой и рывком застегивая непослушную молнию. — Кстати, хотел обратить твое внимание на то, что мы провели ночь в одной постели.

— Знаю, — снова улыбнулась она. Действительно, обнаружив Криса спящим, Делина осторожно прилегла рядом, благо кровать была двуспальная, и очень скоро заснула. Любопытно только, когда он вспомнит о цели своего визита в спальню и предложит продолжить с того места, на котором они вчера остановились?

Впрочем, сейчас было не до этого…

* * *

Перед приходом подруги Делина успела стремительно принять душ и одеться, предварительно выставив Криса в гостиную. Она не стала надевать официальный белый костюм, в котором прилетела из Вашингтона, предпочтя обрезанные до колен джинсы и розовую блузку без рукавов со стоячим воротничком.

Стоило ей спуститься вниз, где ее ждал Крис, как в дверь позвонили.

На пороге стояла Магда — невысокая, чуть полноватая, но довольно симпатичная шатенка с весело-любопытным выражением округлого лица. За ее спиной маячил долговязый, рыжий и конопатый Майкл. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу и почесывал нос.

— Привет! — еще раз поздоровалась Магда, переступая порог гостиной и немедленно устремляя взгляд на Криса.

Майкл вошел следом, коротко взглянув на незнакомца, и приветливо кивнул Делине.

Какое-то время Магда, словно не веря своим глазам, внимательно изучала нового знакомого подруги, потом улыбнулась и кокетливо протянула ему руку.

— Меня зовут Магда.

— А я Крис.

— Делина, дорогуша, — продолжила подруга, словно бы все еще была не в силах прийти в себя от удивления, — ты провела ночь с этим парнем…

— Уверен, она это помнит, — мягко заметил Майкл, подходя ближе и пожимая руку Крису.

— И ты познакомилась с ним только вчера вечером?!

— Думаю, что и это для нее не новость, — с самым невозмутимым видом прокомментировал Майкл.

— Скажите мне, что это не сон и что этот красивый парень действительно существует!

— Все именно так, — с улыбкой заверил ее Крис. — Но, если не веришь словам, можешь меня потрогать.

— В этом нет ни малейшей необходимости, — поспешил вмешаться Майкл. — Магда, парень действительно существует, однако я не вижу в этом ничего удивительного.

— Помолчи, ты просто плохо знаешь нашу малышку Делину, — грубовато-весело ответила Магда, поворачиваясь к ней. — Ты выиграла, дорогуша!

Делина сдержанно улыбнулась, испытывая глубокое удовлетворение от подобного признания.

— А можно узнать, в чем заключалась ваша игра? — заинтересовался Крис.

— Я тебе потом расскажу, — дернув его за руку, ответила Делина и обратилась к подруге: — Как насчет того, чтобы позавтракать вместе?

— О нет, мы не такие сони, как вы, и позавтракали еще два часа назад. Кроме того, нас ждут в одном месте. Пошли, Майкл, не будем им мешать.

И Магда, вновь одарив Криса кокетливым взглядом, решительно направилась к двери, увлекая за собой своего долговязого дружка.

Крис остался в гостиной, а Делина пошла их провожать. Когда она уже готовилась закрыть дверь, Магда вдруг поманила ее пальцем и, лукаво блеснув глазами, громко прошептала:

— Тебе крупно повезло! Смотри не упусти такого классного парня.

Да куда он денется! — мысленно поражаясь своему нахальству, самодовольно ответила Делина.


4

<p>4</p>

— По-моему, я ей понравился, — спокойно заметил Крис, когда Делина вернулась в гостиную.

— А она тебе? — тут же встревожилась Делина, к своему удивлению ощутив нечто похожее на ревность. Увы, ей было слишком хорошо знакомо это чувство, поскольку ее последний приятель Саймон, о котором, кстати, ничего не было известно Магде, давал массу поводов ревновать.

— Забавная у тебя подруга, — ушел от ответа Крис, невозмутимо пожимая плечами.

— Неужели это все, что ты можешь о ней сказать? И что значит «забавная»? Смешная, нелепая, глупая? Или, может быть, ужасно бесцеремонная?

— Думаю, нам лучше обсудить это за завтраком, — забрасывая на плечо сумку, заявил он. — Не знаю, как ты, а я здорово проголодался.

— Я тоже, — призналась она.

— Тогда вперед!

Когда они вновь оказались на улицах Строумфилда, то Крис уже настолько вошел в роль бедного музыканта, что не стал отвлекаться на дорогие рестораны, а повел Делину в ближайшую закусочную. Однако на этот раз она решительно воспротивилась и даже вырвала руку.

— В чем дело? — удивился Крис.

— Я не могу есть подобную пищу, — пояснила Делина. — В жареной картошке и гамбургерах полно холестерину, а в мороженом и кока-коле — сахару. Я не собираюсь становиться одной из тех бесформенных желеообразных субстанций, которые заваливают редакции женских журналов жалобами на то, что мужья утратили к ним всякий интерес.

— Ну, тебе до этого еще далеко, — демонстративно оглядывая ее стройную фигуру, усмехнулся Крис.

— Возможно. Однако в таких делах лучше соблюдать осторожность.

— Так что ты предлагаешь?

— Позволь мне угостить тебя завтраком, — мягко попросила Делина и, нежно взяв Криса под руку, повлекла его в сторону ближайшего ресторана.

— Но настоящий ковбой…

— Знаю, знаю, — поспешно перебила она, — никогда не допустит, чтобы за его выпивку платила дама. Но я не собираюсь угощать тебя выпивкой. Мы закажем легкий салат из спаржи, парочку круассанов и кофе. Надеюсь, это не оскорбит твои чувства?

— Все в порядке, — усмехнулся Крис. — Мои чувства вообще трудно оскорбить. Но я останусь голодным, если ко всему вышеперечисленному тобой не добавить хорошую отбивную. Так и знай!

— Я ни за что не позволю тебе остаться голодным, — заверила его Делина, после чего, весело переглядываясь, они вошли в ресторан и заняли столик у окна.

— А ты удивительно галантен, — как бы вскользь заметила молодая женщина, после того как официантка приняла заказ и удалилась в кухню.

— Что ты имеешь в виду? — не понял Крис, в ожидании отбивной поглощающий второй круассан.

— Во-первых, ты открыл передо мной дверь, во-вторых, отодвинул стул, чтобы я могла сесть, в-третьих, подождал, пока я первой сделаю заказ… Признаться, я не ожидала, что по своим манерам уличный музыкант ни в чем не уступит джентльмену из высшего общества.

Крис мысленно выругался. Действительно, хорошее воспитание в карман не спрячешь. Но как, черт возьми, повел бы себя на его месте настоящий музыкант? Открыл бы дверь ногой и вошел первым? Плюхнулся бы на стул, не дожидаясь, пока сядет его спутница? Бесцеремонно заорал бы на весь зал, подзывая официантку? Может быть, для вящей убедительности ему стоит высморкаться в салфетку или вытереть руки о скатерть?..

Однако Делина испытующе смотрела на него и явно ожидала объяснений.

— Дело в том, — после небольшой паузы заговорил Крис, — что я происхожу из вполне благополучной семьи. Мой отец — врач, а мать — искусствовед, преподаватель частного колледжа. Поэтому они постарались дать мне хорошее образование, которым я, к стыду своему, пренебрег, уйдя с третьего курса университета и прибившись к одной группе, игравшей в стиле ритм-энд-блюз и гастролировавшей по всему Атлантическому побережью.

— Как интересно! — воскликнула Делина, подпирая рукой щеку и глядя на Криса широко раскрытыми глазами. — Продолжай, что же ты остановился.

— А что, собственно, продолжать? — слегка растерялся Крис. Он и так рассказал все, что ему было известно об одном из бывших сокурсников.

— Поведай мне что-нибудь забавное из своей жизни. Ведь у странствующих музыкантов наверняка полно всяких занятных историй, которыми они любят развлекать своих случайных подружек за стаканом пива.

Крису пришло в голову, что Делина, пожалуй, лучше него осведомлена о жизни и нравах бродячих музыкантов. Однако отступать было поздно.

— Так и есть, — кивнул он, — наши подружки действительно ездили за нами из города в город, арендуя для этого автобус. Но что именно тебя интересует?

— Почему ты ушел из группы? И как, кстати, она называлась?

Делина явно была заинтригована. И Крис принялся сочинять, стараясь не думать о возможных последствиях.

— Назывались мы «Пляжными бездельниками» и даже записали одну пластинку. А ушел я из этой группы потому, что влюбился и провел самые чудесные три месяца в своей жизни. Ее звали Долорес, и она была моложе меня. Мы сняли небольшую квартиру и стали жить вместе. Какое же это было счастье — просыпаться рядом с ней, видеть сонную улыбку на ее алых губах и любоваться ярким румянцем на ее смуглой коже! В жилах Долорес текла латиноамериканская кровь, поскольку ее отец был аргентинцем…

Крис замолчал и для большей убедительности даже прикрыл глаза, словно бы целиком отдаваясь во власть пленительных воспоминаний.

Однако Делина терпеливо ждала, не сводя с него пристального взгляда, и он вынужден был продолжить:

— А как замечательно вырисовывался ее профиль в обрамлении спутанных черных волос на белоснежной подушке! Как радовалось сердце, когда я видел, как моя возлюбленная улыбается во сне, уютно прижавшись к моему плечу. В такие моменты мне казалось, что она продолжает любить меня даже спящей.

Крис снова замолчал и испытующе посмотрел на Делину, словно проверяя, не переборщил ли он со всеми этими подробностями?

Однако она, как ни в чем не бывало, поправила волосы и спросила:

— Ну и почему же вы расстались, если все было так чудесно?

— Долорес не могла удовлетворить моих романтических фантазий, — с печальным вздохом произнес Крис, — ибо ее собственная фантазия не шла дальше дискотек, пива и пляжного секса. А я всегда мечтал о женщине, за ночь с которой не жаль отдать десяти лет жизни. К тому же к девушкам, охотно отдающимся по первому зову, мужчины быстро охладевают.

Год назад, во время отпуска, проводимого на Гавайях, Крис действительно познакомился с юной аргентинкой по имени Долорес, так что в приводимых им деталях не было ничего вымышленного. Но их знакомство не переросло, да и не могло перерасти в нечто серьезное, поскольку между ними не было ничего общего, кроме взаимного сексуального влечения.

Да и что притягивало Криса в юной аргентинке, помимо стройных ног, кокетливого взгляда красивых карих глаз и совершенно непредсказуемого характера? Ничего. И он прекрасно понимал это. Долорес была то вздорной и капризной, то веселой и бесшабашной, но никогда скучной.

Однако для серьезных отношений, которые продолжились бы и после окончания отпуска, этого было слишком мало. Поэтому Крис не стал ей ничего обещать и Долорес не позволил строить далеко идущие планы. Благодаря чему они расстались по-дружески, без взаимных упреков и обид.

— «Ах, да здравствует любовь в шелках и кашемире, окруженная чудесами роскоши… — неожиданно сказала Делина. — Меня пленяет женщина-аристократка, ее тонкая улыбка, изысканные манеры и чувство собственного достоинства; воздвигая преграду между собой и людьми, она пробуждает все мое тщеславие, а это и есть наполовину любовь».

— Что это? — удивился Крис.

— Цитата из моего любимого французского автора. Его зовут Оноре де Бальзак.

— А… Я тоже знал одного француза. Он играл в нашей группе на бас-гитаре, вот только его звали не Бальзак, а Бертран. — Крис постарался придать своей физиономии максимально простодушный вид, поскольку предположил, что и на этот раз ему не обойтись без изучающего взгляда Делины.

И оказался прав. Однако, на его счастье, пока она обдумывала новые и, возможно, еще более каверзные вопросы, им принесли заказ и оба тут же принялись за еду.

На какое-то время воцарилась тишина, во время которой Крис сосредоточенно жевал хорошо прожаренное мясо и посматривал в окно — через дорогу находился магазин, где торговали мотоциклами. А в это самое время Делина искоса поглядывала на него и чему-то загадочно улыбалась.

— Ты интересуешь меня все больше и больше, — закончив есть и аккуратно вытерев губы салфеткой, сказала она, после чего полезла в сумочку за косметичкой.

— Приятно слышать, — оживился Крис. — Но чем именно я тебя интересую?

— Хотя бы тем, что ты гораздо умнее, чем кажешься на первый взгляд.

— О! — Его лицо печально вытянулось. — В таком случае, плохи мои дела.

— Почему ты так решил? — удивилась Делина. — Разве то, что я сказала, не является комплиментом?

— Комплиментом-то это, может, и является, однако сути дела не меняет. Давно известно, что женщины в силу особого склада ума обычно видят в человеке умном только его недостатки, зато в дураке — только его достоинства.

— И что из этого следует?

— А то, что к достоинствам дурака женщины питают большую симпатию, ибо эти самые достоинства льстят их собственным недостаткам…

— Спорное утверждение, — вставила Делина. — Но давай договаривай!

— В то время как достоинства умного человека могут затмить их собственные и тем самым ранить или оскорбить самолюбие женщины.

— Ну, на сей счет можешь не беспокоиться, поскольку у меня нет комплекса неполноценности, — заверила его Делина, подзывая официантку. — Ты наелся или заказать тебе еще что-нибудь?

— Нет, спасибо, я сыт.

— А ты уже придумал, что мы будем делать дальше? Счет, пожалуйста…

— Почему бы нам не съездить на пляж? — У Криса родилась замечательная, на его взгляд, идея.

— А как мы туда доберемся? Все такси наверняка заняты на празднике города. Придется возвращаться и брать машину Магды.

— О, по поводу этого можешь не беспокоиться. У меня тут неподалеку стоит мотоцикл… Если ты, конечно, не боишься ездить с ветерком.

— Напротив, мне будет очень любопытно, — возразила Делина, расплачиваясь с официанткой и вставая. — Люблю острые ощущения… или ты еще этого не заметил?

— Ну, благодаря общению со мной у тебя в крови появится избыток адреналина, — пообещал Крис, беря ее под руку и направляясь к выходу.

— Где ты оставил мотоцикл?

— Вон в том магазине через дорогу, — указал Крис. — Его хозяин — мой старый приятель. Подожди минутку, я скоро вернусь.

И, оставив Делину прогуливаться по улице, он быстро перешел дорогу и ворвался в магазин.

— Чем могу помочь? — тут же устремился к нему продавец, молодой парень лет двадцати, чьи мускулистые руки были щедро украшены татуировками с изображениями китайских драконов.

— Мне нужен мотоцикл.

— Вы пришли куда нужно. У нас самый богатый выбор в городе. Какую марку предпочитаете? «Харлей-Дэвидсон»? «Хонда»?..

— Нет, приятель, ты меня не понял, — торопливо произнес Крис, глядя в окно и отыскивая глазами Делину. — Мне нужен подержанный мотоцикл.

— Боюсь, тогда вы обратились не по адресу, — покачал головой продавец. — Мы торгуем только новыми машинами. А если вам нужен подержанный, то стоит обратиться к старине Джеку, чья лавка находится…

— К черту старину Джека! — решительно прервал его Крис. — У тебя самого есть мотоцикл?

— Разумеется.

— Сколько ему лет?

— Почти два года.

— Прекрасно! В таком случае я его покупаю. Где он стоит?

— На заднем дворе. Однако…

— Заплачу, как за новый!

— Вы шутите, мистер?

— Какие, к черту, шутки! Называй цену и веди на задний двор!

Продавец вытаращил на него глаза и ошеломленно покачал головой.

— Вы заплатите наличными? — спросил он, увидев, как Крис полез в сумку.

— Нет, выпишу чек. Назови, сколько стоит мотоцикл, который тебе хотелось бы иметь, и поживей проводи меня к старому.

* * *

Спустя пятнадцать минут Крис вырулил на проезжую часть и, лихо развернувшись, затормозил перед Делиной.

— Надень шлем, — скомандовал он, — и держись как можно крепче. Сейчас я тебе покажу, как умеют ездить настоящие ковбои.

Через мгновение мотоцикл взревел, выпустил клуб сизого дыма и лихо помчался по улицам. Крис с юности обожал мотоциклы и отлично ездил на них, так что Делина получила массу незабываемых впечатлений. Тем более что сидела на мотоцикле впервые в жизни. О чем и не преминула прокричать ему в ухо.

— Все в жизни когда-нибудь случается в первый раз, — проорал в ответ Крис. — Поэтому надо устроить все так, чтобы с тобой происходили только приятные вещи.

— А ты это умеешь?

— Не знаю. А ты?

— Увы, нет. Порой со мной случаются ужасные гадости, — честно призналась Делина.

— Надеюсь, ты не имеешь в виду встречу со мной? — на всякий случай решил уточнить Крис.

— Нет, разумеется.

— Вот спасибо!

— Кстати, — закричала она минуту спустя, — я забыла предупредить, что у меня нет купальника!

— Ничего страшного, — не снижая скорости, ответил Крис. — Мы найдем укромное место, где тебя никто не увидит… Кроме меня, естественно.

Делина подумала, что стесняются как раз знакомых людей, но возражать не стала. Строумфилд был небольшим городом, поэтому вскоре дома по обеим сторонам дороги кончились, и теперь они мчались по шоссе, идущему параллельно океанскому берегу.

— Сворачивай направо! — закричала Делина, хлопая Криса по плечу. — К тем скалам!

Он кивнул, сбавил скорость и съехал с шоссе. Под шинами мотоцикла заскрипел мелкий гравий. Еще несколько минут езды — и Крис лихо затормозил у самого берега, взметнув при этом тучу песка.

Место действительно оказалось весьма уединенным, поскольку ближайшая вышка спасателей виднелась не менее чем в полумиле отсюда. К тому же большинство жителей Строумфилда веселились на празднике города, поэтому пляж был пуст.

Дождавшись, пока Делина слезет, Крис аккуратно положил мотоцикл на песок.

— Кстати, — неожиданно вспомнил он, — ты так и не сказала, какую игру вы затеяли с Магдой и почему она признала тебя победительницей.

— О, это чисто женские забавы, — отмахнулась Делина. — Боюсь, тебе будет неинтересно об этом узнать.

— Нет, отчего же? Мне интересно все, что связано с тобой.

— Серьезно?

Делине было приятно это слышать, однако рассказывать о глупом споре с Магдой ей совсем не хотелось. Во-первых, она стеснялась признаваться в том, что подруга считает ее закомплексованной особой, так называемым синим чулком. Во-вторых, для них с Крисом еще не настало время предельной откровенности.

Но он ждал ответа, а придумать с ходу ничего не удавалось. Тогда Делина выбрала наиболее подходящий для этого случая вариант ответа, то есть решила отделаться полуправдой.

— Мы поспорили, смогу ли я в тот вечер с кем-нибудь познакомиться, только и всего, — с коротким вздохом призналась она, опустив все подробности достопамятного спора.

— Однако ты наверняка не рассказала ей, с каким блеском это проделала, — заулыбался Крис, намекая на их первый поцелуй.

— Просто не успела.

— Понятно. Ну что, раздеваемся и лезем в воду? — И он стал снимать майку.

Делина сдержанно кивнула и принялась медленно, не слишком решительно расстегивать блузку. Все-таки одно дело — раздеваться перед малознакомым мужчиной поздним вечером, да еще у себя дома. И совсем другое — в яркий солнечный день на пляже.

Крис быстро избавился от джинсов, оставшись в уже виденных ею черных трусах, после чего подошел к кромке воды и уже оттуда стал наблюдать за Делиной.

Чувствуя на себе его пристальный взгляд и сознавая, что придется купаться без бюстгальтера, она все больше смущалась, мысленно ругала себя за это смущение, но ничего не могла с собой поделать. Кое-как стянув джинсы и оставшись в узеньких голубых трусиках-бикини, Делина медленно направилась к воде, опустив голову и прикрываясь скрещенными на груди руками.

— Тебе нечего стесняться, — заметил Крис. — Ты прекрасна, как Афродита.

— Спасибо.

Молодая женщина осторожно вошла в воду по щиколотку и тут же поежилась. Несмотря на жаркий день, вода показалась ей удивительно холодной.

— Ну как? — спросил Крис, уже успевший зайти в воду по пояс.

— Холодно. И умоляю, не брызгайся!

— Не буду, не волнуйся. Бери пример с меня и действуй решительней. Вот так. — И он, выбрав подходящую волну, нырнул в нее с головой, на несколько секунд пропав из виду. — Плыви сюда! — выныривая и отфыркиваясь, закричал Крис, махая рукой.

Делина несколько раз глубоко вздохнула, собираясь с силами, после чего с отчаянным визгом бросилась в воду. Сделав несколько энергичных гребков, но так и не согревшись, она подплыла к Крису и, стуча зубами, заявила:

— Это п-почти т-то же самое, к-как принимать ванну со льдом.

— Наверняка вода не ниже двадцать семи градусов. По-моему, ей не мешало бы быть похолоднее. Тогда можно было бы немного взбодриться.

— В-вода и сейчас с-самая п-подходящая… д-для б-белых м-медведей…

— В таком случае давай вернемся на берег. И там я постараюсь тебя немного согреть.

— Б-боюсь, ч-что б-без к-калорифера это вряд ли п-получится, — ответила Делина, поворачивая назад и нащупывая ногами твердое песчаное дно.

— Тогда мы проверим это немедленно, — заявил Крис, вставая рядом с молодой женщиной и обнимая ее за талию.

Его губы были упругими и прохладными, зато язык оказался таким настойчивым и горячим, что у Делины учащенно забилось сердце. Стоя по грудь в воде, она подпрыгнула и обхватила ногами его бедра. Затем запустила пальцы в мокрые волосы Криса и принялась покрывать поцелуями его лицо, ощущая на своих губах соленые океанские брызги.

Крис сдавленно зарычал и подхватил ее обеими руками под ягодицы, но не удержал равновесия, покачнулся и вместе с Делиной ушел с головой под воду. Вынырнув, они расхохотались и снова прижались друг к другу.

— Надо же, — восхищенно заметила Делина, протиснув бедро между его ног, — никогда не думала, что при таком холоде это возможно.

— О каком холоде ты твердишь? Здесь же субтропики… Впрочем, неважно. Если бы презервативы не остались на берегу, я бы доказал тебе, что возможно и кое-что другое, — пробормотал Крис, наклоняя голову и ловя губами ее затвердевшие соски. — Какие колючие… — Зато как приятно было ласкать их своим горячим ртом, чувствуя пылкое биение ее сердца!

И именно в этот момент послышался звук работающего мотора.

Оба одновременно повернули головы и увидели красную моторную лодку спасателей, плывущую вдоль берега. В ней сидели два человека, один из которых пристально вглядывался в линию прибоя.

— Даже здесь не дают побыть наедине, — с досадой бросил Крис. — И кого они собираются спасать, пляж же ведь пуст! Не лучше ли нам продолжить в другом месте?..

— Давай вернемся домой, — не глядя на Криса, негромко предложила Делина.

— Давай! — мгновенно откликнулся он.

После этого они заторопились, словно тайные сообщники, задумавшие осуществить важное дело.

Взявшись за руки, но предпочитая не встречаться взглядами, Крис и Делина поспешно выбрались на берег, преодолевая сопротивление волн, то и дело захлестывающих их ноги. Затем они быстро оделись, натянув джинсы прямо на мокрое тело. Все так же молча, с суетливой поспешностью, они уселись на мотоцикл и понеслись обратно в город.


5

<p>5</p>

Первые любовные объятия — самая трепетная и целомудренная вещь на свете! Крис убеждался в этом неоднократно. Порой самые легкомысленные девицы из числа его прежних возлюбленных принимали смущенный вид и на какое-то время даже утрачивали напускную или подлинную циничность.

Впрочем, что же тут удивительного? Всегда и больше всего волнует именно начало…

Крис любовался обнаженной Делиной, задыхался от страсти, но пытался себя контролировать. Возможно, поэтому его первые прикосновения оказались столь бережными, словно перед ним была не стройная молодая женщина с тугими бедрами и упругой грудью, а хрупкая фарфоровая статуэтка. Но она сама начала прижиматься к нему все плотнее, так что Крис постепенно перестал сдерживаться, стал целовать ее крепче, обнимать сильнее.

Вскоре все поплыло перед глазами и их словно обволокло волшебным, тягучим, как мед, туманом, сквозь который даже уличное движение казалось шумом внезапно начавшегося дождя. И ничего уже не было в этом мире — ни далекого столичного Вашингтона, ни маленького провинциального Строумфилда. Только горячие руки и губы и мягкая прохладная постель — островок упоительной нежности посреди безбрежного океана желаний.

О, этот трепет и вздохи, когда время концентрируется в одном судорожном, лихорадочном, невыносимом в своем блаженстве мгновении, которое невозможно остановить, но ради повторения которого не жаль всей оставшейся жизни!..

А потом страсть перешла в нежность. И это тоже было по-своему восхитительно…

* * *

— Ты чудесная, милая, красивая, — пробормотал Крис, поглаживая Делину по волосам и осторожно целуя в розовое ушко. — Как же ты хороша! Когда ты рядом, я забываю обо всем на свете и мне хочется только одного: заботиться о тебе, ласкать и оберегать.

— Ты замечательный любовник, Крис, — прошептала Делина, приподнявшись на локте. — Я никогда не думала, что такое возможно.

— Тебе понравилось? — нежно спросил он, целуя ее лоб, нос, щеки.

— «Понравилось» — не то слово, — со счастливым смехом ответила она. — А тебе?

— В жизни не испытывал ничего подобного! — Крис был очень рад, что все прошло так замечательно, и продолжал ласкать и целовать Делину, пока не достиг полного изнеможения.

Они как-то сразу почувствовали себя легко и непринужденно и уже нисколько не стеснялись ни собственной наготы, ни самых откровенных поцелуев. А это является верным признаком того, что они не просто случайные сексуальные партнеры, брошенные в объятия друг друга внезапным порывом сладострастия, а любовниками, которых объединяет родство душ и трогательная нежность.

Как же прекрасно было это сознавать! Раскинувшись на широкой кровати, они пили шампанское, ели персики и дразняще посматривали друг на друга.

И все шло хорошо до тех пор, пока не начался этот странный, совершенно необязательный разговор.

— С твоими талантами ты мог бы хорошо зарабатывать и безо всякого саксофона, — неожиданно сказала Делина, поглаживая мускулистую грудь Криса.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился он, чувствуя в ее словах какой-то подвох.

— Разве ты не понял?

— Хочешь сказать, что мне подходит роль жиголо? — холодно поинтересовался Крис, и его глаза сузились, отчего лицо сразу приобрело отчужденное и даже враждебное выражение.

Делина поняла свою оплошность и попыталась сгладить ситуацию, приняв покаянный вид.

— По-моему, я сморозила глупость…

— По-моему, тоже.

— Ну, извини.

— За что? Этой фразой ты ясно показала, что обо мне думаешь. Ну как же, уличный музыкант, чего с ним церемониться…

— Ну чего ты на меня так взъелся? — смущенная его словами, воскликнула Делина. — Можно подумать, тебе самому никогда не приходила мысль…

— Ублажать женщин за деньги? — Крис негодующе сверкнул глазами. — Можешь мне не верить, но я никогда до этого не опускался. И мне странно, что ты вообще об этом подумала.

— Возможно, это потому, что я начинаю тебя ревновать, — виновато улыбнулась Делина.

— Нет, скорее потому, что в подобной роли я для тебя гораздо удобнее, — не принял ее улыбки Крис.

— Как это понимать?

— Очень просто. Уик-энд заканчивается, ты возвращаешься в Вашингтон и благополучно забываешь о маленьком приключении.

— Но я не хочу забывать тебя, Крис! — самым серьезным тоном заявила Делина. — И теперь уже мне обидно, что ты так плохо обо мне думаешь.

— В самом деле?

Крису не хотелось заходить слишком далеко, да и глупо было начинать выяснять отношения или строить далеко идущие планы после первых постельных объятий. Ведь они, в сущности, еще очень мало знали друг друга.

По всей видимости, Делина тоже это осознала, поскольку ласково провела ладонью по его щеке и попросила:

— Давай не будем ссориться, хорошо?

— Хорошо. Но тогда оставим этот дурацкий разговор и выпьем шампанского.

Делина кивнула и протянула ему свой бокал, при этом рука ее предательски дрогнула. Однако Крис этого не заметил, с задумчивым видом наполнил его до краев, потом поставил бутылку рядом с кроватью на пол и сказал:

— Мне надо позвонить.

— Кому?

— Напарнику. Хочу сказать ему, чтобы сегодня вечером он на меня не рассчитывал. Ничего, если я спущусь вниз и позвоню из гостиной?

— А почему не отсюда? Или ты не хочешь, чтобы я слышала ваш разговор?

— Угадала.

— Но почему?

— Потому, что я могу употребить чисто мужские выражения, — улыбнулся Крис.

Поднявшись с кровати, он накинул махровый халат, отыскавшийся в ванной, ласково кивнул Делине и вышел из комнаты.

Дождавшись, пока за ним закроется дверь, она проворно повторила его действия: вскочила, накинула шелковый пеньюар и на цыпочках прокралась в коридор. То, что он так внезапно отправился кому-то звонить, показалось ей весьма подозрительным.

Тем временем Крис сбежал по лестнице, сел на диван и набрал номер. Он собирался поговорить с клиенткой, ради встречи с которой и прилетел в этот город.

К счастью, на этот раз она оказалась дома и ответила почти сразу.

— Алло!

— Добрый день, мисс Уэствуд.

— Ах, это вы, мистер Макферсон! — оживленно воскликнул молодой женский голос. — Очень рада вас слышать! Вы уже прилетели в Строумфилд?

— Еще вчера вечером.

— О, ради Бога, извините! Мы же договорились, что я встречу вас в аэропорту! Но из-за празднования Дня города у меня все вылетело из головы… Надеюсь, вы на меня не очень сердитесь?

Крис усмехнулся, подумав, что не только не сердится, но даже благодарен ей за забывчивость. Страшно было представить, чего бы он лишился, если бы клиентка явилась вовремя!

— Алло! Почему вы молчите? Вы меня слышите, мистер Макферсон?

— Да-да, я вас прекрасно слышу.

— Так вы не сердитесь?

— Все в порядке, мисс Уэствуд. Когда бы мы могли встретиться?

— Если вы ничего не имеете против, то завтра на том же самом месте.

— А почему не сегодня?

— Извините, мистер Макферсон, но сегодня я безумно занята. Я прекрасно понимаю, что вы прилетели сюда только ради нашей встречи. Но ваш звонок застал меня, когда я уже собиралась уходить… Разумеется, я оплачу все ваши расходы, так что можете не беспокоиться. Надеюсь, я не слишком расстроила ваши планы?

Напротив, милая леди, я многим вам обязан, мысленно ответил ей Крис. Теперь я смогу еще день наслаждаться неожиданными каникулами в обществе Делины.

— Не беспокойтесь, мисс Уэствуд, — вслух произнес адвокат, — мои планы ничуть не пострадали. К тому же провести уик-энд в вашем чудном городе — это удовольствие, за которое я вам благодарен.

— Рада, что вам у нас нравится, — хихикнула мисс Уэствуд и вдруг добавила: — Хотя я бы не слишком переживала, если бы однажды, разумеется в мое отсутствие, его стерло с лица земли цунами.

— Гмм… — Крис не знал, что на это ответить.

— Я вас шокировала?

— Нет-нет, все в порядке. Но давайте уточним еще раз, — наученный горьким опытом, сказал Крис, — когда и где мы встречаемся.

— Завтра у здания аэропорта в одиннадцать утра. Это вас устроит?

— Вполне. До встречи.

— До свидания, мистер Макферсон, и еще раз извините за причиненные неудобства.

Крис повесил трубку и, насвистывая любимую мелодию из кинофильма «Серенада Солнечной долины» «Поезд на Чаттанугу» поднялся по лестнице, отбивая чечетку голыми пятками.

— Все в порядке? — спросила Делина, стоило ему войти в спальню.

— Да, все замечательно. Сегодня мы сможем целый день провести вместе. А вот завтра с утра мне надо будет тебя покинуть… Ненадолго, всего на пару часов. Надеюсь, у тебя нет никаких других планов?

— Нет, — усмехнулась Делина, — поскольку у меня нет никакого напарника… Кстати, как он поживает?

— Кто? А, ты имеешь в виду старину Феликса. С ним все в порядке.

— Он — голубой или трансвестит?

— С чего ты взяла? — изумился Крис, останавливаясь напротив Делины.

— А почему ты называл его мисс Уэствуд?

— Ах вот даже как! — возмутился Крис. — Ты подслушивала наш разговор!

— Вовсе нет! — излишне горячо запротестовала Делина. — Просто ты говорил слишком громко, а здесь, наверху, прекрасная слышимость!

— Нет, ты подслушивала специально, — пристально глядя на нее, повторил Крис.

Делине не понравился его тон, поскольку, по ее мнению, виноватым себя должен был чувствовать прежде всего именно он. К чему это жалкое лицемерное возмущение? Да пусть убирается к своему напарнику… или напарнице!

— Ну и что дальше? — холодно осведомилась она, лениво поправляя упавшую на лоб прядь волос.

— Тебе очень хочется знать, кто такая мисс Уэствуд, не так ли?

— Нет, совсем не хочется… Меня не интересуют твои знакомые женщины, зато восхищают замечательные актерские способности. Как убедительно ты разыграл негодование, когда я только предположила, что ты мог бы с успехом исполнять роль жиголо. Интересно, когда ты предъявишь мне счет за постельные услуги?

— Еще одно слово — и тебе не поздоровится!

Стоя перед кроватью, на которой с самым безмятежным видом возлежала красивая молодая женщина, Крис полыхал гневом, сжимая и разжимая кулаки и тяжело дыша. Полуобнаженный и разъяренный незаслуженным оскорблением, он был поистине прекрасен, словно… Словно древнеримский гладиатор, пришло Делине на ум неожиданное и, как ей показалось, на редкость удачное сравнение.

Как бурно вздымается его мускулистая грудь, какой силой налились кулаки, как пылают глаза! Настоящий мужчина, воин, перед которым невозможно устоять. Да Делина и не пыталась этого сделать, поэтому раскрыла ему объятия и призывно прошептала:

— Лучше иди ко мне и поцелуй!

Удивленный, сбитый с толку Крис, тем не менее, не стал противиться искушению в виде этой совершенно невозможной, но такой соблазнительной женщины. Правда, он так и не смог понять: имитирует ли Делина внезапно вспыхнувшую страсть, чтобы возбудить его и подчинить своей власти, или действительно эту страсть испытывает?

Хотя так ли это важно, когда он вновь получает возможность снова и снова переживать неимоверное блаженство? Самому Крису не надо было ничего имитировать — он уже давно не ощущал такого сильного возбуждения.

Однако страсть, испытываемая мужчиной к красивой, но малознакомой женщине, неизбежно отличается от чувств, испытываемых им к женщине любимой. Она никогда не захватывает его целиком. И это вполне понятно, поскольку любая страсть рано или поздно угасает, а суть любви заключается в том, что остается в остатке, когда затихают стоны и содрогания…

Позднее в тот день между ними состоялся еще один весьма примечательный диалог.

— А не сходить ли полюбоваться празднично украшенным городом? — неожиданно предложила Делина.

— У меня есть более удачная идея, — возразил Крис.

— Какая же?

— До вечера не вылезать из постели. Как ты на это смотришь?

— Можешь считать, что твое предложение принято большинством голосов!


6

<p>6</p>

На следующее утро Крис проснулся позднее, чем планировал, поэтому о завтраке не могло быть и речи. Ему пришлось собираться впопыхах, поминутно что-нибудь роняя и чертыхаясь.

Разумеется, Делина проснулась вместе с ним и теперь, сидя в постели, с усмешкой наблюдала за суетящимся возлюбленным.

— А знаешь, что писала одна японская придворная дама по имени Сэй-Сенагон, которая жила семь веков назад при дворе императора Итидзе? — неожиданно спросила она, поправляя подушку и устраиваясь поудобнее.

— Какая еще японская дама? — огрызнулся Крис, озабоченно роясь в своей сумке и думая о том, что сегодня ему надо обязательно отдать костюм в чистку, чтобы успеть получить его до отлета. Не может же он возвращаться в Вашингтон в дурацкой майке с надписью «Поцелуй меня, детка!».

— Я имею в виду автора классического произведения японской литературы, знаменитых «Записок у изголовья», — невозмутимо продолжила Делина. — Хочешь послушать, что говорила Сэй-Сенагон о том, как любовник должен поутру уходить от своей возлюбленной и как не должен. Эй, мистер Торопыга, ты будешь меня слушать?

— Да, буду, буду…

— Так вот, полный сожаления, он медлит подняться с любовного ложа и, тяжело вздыхая, восклицает: «О, как бы я был счастлив, если бы утро никогда не настало!» Незаметно одеваясь, он нежно шепчет своей подруге то, что не успел сказать ночью. Наконец, тихо выскальзывая из дома, он говорит преисполненным глубокой печали голосом: «О, как томительно будет тянуться день!»

— Что за бред!

— А вот пример того, как он не должен себя вести. Вскакивать как ужаленный и поднимать шумную возню, одеваясь. Ползать на четвереньках, ища то, что разбросал накануне, да еще восклицать при этом: «Куда, черт возьми, это могло запропаститься?» С грохотом ронять вещи, пока наконец не будет найдено то, что он ищет. И вот тогда, облегченно вздыхая, он говорит своей даме: «Ну, я пошел!» Это тебе никого не напоминает?

— Сейчас у меня нет времени оценить по достоинству как твое остроумие, так и твою начитанность, — ответил Крис, подходя к кровати, чтобы поцеловать Делину. — Вчера ты мне цитировала какого-то француза, сегодня — японку, а завтра окажется, что ты и сама пишешь книги.

— Нет, книг я не пишу, но читать люблю. Кроме того, у нас в университете был такой замечательный преподаватель литературы, что все студенты старались не пропускать его лекций.

— И ты, разумеется, была в него влюблена.

— Как и все мои подруги.

— Ну и кому же он ответил взаимностью?

— Никому, — со вздохом призналась Делина, — поскольку он был по уши влюблен в свою жену. И это несмотря на то, что к тому времени их браку шел уже двадцатый пятый год, а их дочь собиралась подарить им внука.

— Так ему и надо! Недаром же я всем книжкам предпочитаю кино… Где мы сегодня встретимся?

— На параде.

— Как, на параде? — уже стоя на пороге спальни, удивленно воскликнул Крис. — Он же состоится только завтра, в воскресенье?

— Сегодня будет парад в честь открытия торжеств по случаю Дня города, а завтра — в честь закрытия, — пояснила Делина.

— Ну и ну! Чем меньше городишко, тем больше тщеславия у его жителей. Впрочем, на параде так на параде. Пока, детка, не скучай без меня! — И, послав ей воздушный поцелуй, он сбежал вниз.

Делина моментально вскочила с кровати и стала собираться. Накраситься она успела еще тогда, когда Крис разговаривал по телефону, поэтому ей оставалось только надеть юбку и блузку.

Все это она проделала настолько быстро, что, когда выскочила на крыльцо, Крис еще только катил по аллее на своем мотоцикле по направлению к воротам усадьбы.

Поселив подругу в своем доме, Магда предоставила в ее распоряжение старую машину, хотя Делина и пыталась отказаться, уверяя, что в этом нет никакой необходимости. Строумфилд не отличался размерами, и за два-три часа его вполне можно было пройти пешком.

Зато теперь, оказавшись за рулем голубого «форда», она по достоинству оценила любезность подруги. И хотя машина, судя по виду, долго стояла в гараже и нуждалась в основательном ремонте, Делина была рада и этому средству передвижения.

Она дождалась, когда Крис окажется на улице. После чего отправилась следом за ним.

* * *

Погоня — одно из самых увлекательных занятий на свете. Недаром же без нее не обходится ни один остросюжетный фильм или роман. Преследуя возлюбленного, Делина настолько вошла во вкус, что едва ли сознавала смысл своих странных поступков. Что она хочет выяснить и чего добивается? Убедиться в неверности Криса и застать его с поличным? Устроить ему сцену ревности?

Так это можно было сделать гораздо проще, тем более что она была далеко не так наивна, как Кристофер Макферсон мог себе вообразить. Но кто она такая, чтобы предъявлять ему претензии?

А вдруг, несмотря на всю его нежность, их связь представляется Крису всего лишь очередным, ни к чему не обязывающим приключением?

Размышляя над этим, Делина не заметила, как оказалась в пробке. Сто лет назад, когда городок только строился, автомобили были большой редкостью, поэтому улицы Строумфилда оказались весьма узкими для нынешних времен, когда одна, две, а то и три машины имелись практически у каждого его жителя. Кроме того, в отличие от жителей старушки Европы американцы всегда предпочитали огромные автомобили — они безопаснее да и больше соответствуют размерам их страны…

Однако сносить старые здания и возводить новые с отступом от утвержденной некогда линии застройки было строго запрещено советом Строумфилда, в котором заседали истинные любители старины и патриоты своего города. В итоге при малейшем оживлении уличного движения исторический центр заполоняли замершие автомобили.

Разумеется, во избежание этих пробок можно было объехать город по шоссе, которое тянулось через весь штат вдоль побережья. Однако это заняло бы слишком много времени. Поэтому Делине не оставалось ничего другого, как проводить тоскливым взглядом быстро удаляющийся юркий мотоцикл Криса.

Впрочем, грустила она недолго. Вскоре ей пришла в голову настолько необычная мысль, что Делина озадаченно покачала головой и, выйдя из машины, направилась к телефонной будке, благо та находилась в поле ее зрения…

* * *

— Эй, красавчик, ты, часом, не меня ищешь?

Крис уже десять минут прогуливался перед зданием аэровокзала. Услышав игривый окрик, он обернулся и увидел перед собой высокую загорелую блондинку в короткой плиссированной юбке и ярко-красном жакете.

Женщина была молода, не старше двадцати пяти лет, но держалась с развязностью много повидавшей на своем веку особы. Более того, несмотря на довольно ранний для этого час, была явно навеселе.

Красавицей ее назвать было трудновато. Однако ярко накрашенные полные губы, темно-синие глаза, роскошные белокурые волосы и не менее роскошный бюст делали ее весьма соблазнительной — особенно для тех представителей мужского пола, которых не смущает некоторый налет вульгарности.

— Что молчишь, парень, или онемел от подобной красоты? — Блондинка, томно поведя плечами, медленно подошла ближе.

— Вообще-то я жду мою клиентку, — неуверенно произнес Крис.

— Которую зовут мисс Виктория Грэхем Уэствуд, не так ли?

— Совершенно верно.

— Ну, так это я! Привет, Крис, рада вас видеть! — И она протянула ему руку.

— Привет, Виктория, — ответил он, осторожно отвечая на рукопожатие.

— Однако у вас довольно странный прикид для адвоката, — иронично заметила молодая женщина, оглядывая его с головы до ног, и многозначительно задержала взгляд на проклятой надписи. — Или в Вашингтоне считают, что к провинциальным клиентам можно заявляться в чем угодно?

— Нет, что вы, Виктория, — поспешно возразил Крис. — Просто мой костюм оказался испорчен и в данный момент находится в химчистке.

Действительно, приехав на двадцать минут раньше назначенного срока, он успел заскочить в химчистку, находящуюся непосредственно в здании аэропорта. Это было более чем кстати, потому теперь он мог переодеться прямо перед рейсом на Вашингтон.

— И вы не нашли ничего лучшего, чем купить майку с такой надписью? — хихикнула Виктория. — Судя по надписи, вы не прочь пошалить, мистер Макферсон! — И она игриво погрозила ему пальцем.

— Почему бы нам где-нибудь не присесть, чтобы спокойно поговорить о деле? — сдержанно предложил Крис, мысленно проклиная ее развязность. Как правило, именно с клиентами, ведущими себя чересчур бесцеремонно, у него и возникало потом больше всего проблем.

— Хорошая мысль, — одобрительно кивнула Виктория и тут же, взяв его под руку, повела в бар, который находился на первом этаже аэровокзала. — Заодно и выпьем за приятное знакомство.

— Мне кажется, это лишнее, — заметил Крис, перекладывая мотоциклетный шлем из той руки, в которую вцепилась мисс Уэствуд, в другую.

— Вздор! Или вы опасаетесь, что я напьюсь и не смогу рассказать вам толком о проделках этой стервы? Не бойтесь, я совсем не пьяна. Это так, последствия вчерашней вечеринки по случаю приближающегося Дня города.

Действительно, Крис напрасно беспокоился. Мисс Уэствуд умела держать себя в руках, когда было надо, а потому заказала им всего лишь по чашке кофе.

Они не стали занимать столик, а устроились на высоких табуретах за стойкой. В короткой юбке сидеть на таком табурете, положив ногу на ногу, было весьма рискованно, однако его клиентку, видимо, трудно было чем-либо смутить. Кроме того, ноги у нее действительно были красивые, так что она имела полное право на мини-юбки и эффектные позы…

Судя по всему, мисс Виктория Грэхем Уэствуд принадлежала к тому типу избалованных дочерей, которые предпочитают получать от жизни одни удовольствия, а случайно возникшие неприятности перекладывают на плечи влиятельных родителей. История, которая с ней недавно приключилась и ради которой Крис приехал в Строумфилд, относилась именно к такого рода неприятностям.

Неделю назад Виктория с разгону врезалась в автомобиль, который стоял на перекрестке, пережидая красный свет светофора. Поскольку сидевшая за рулем молодая женщина вроде бы не пострадала, законы штата позволяли обойтись без составления протокола. Виктория просто-напросто выписала этой женщине чек, щедро оплатив предстоящий ремонт ее автомобиля.

На этом они и расстались. Но уже на следующий день женщина позвонила и заявила, что врачи нашли у нее сотрясение мозга, а потому она требует возместить расходы на лечение и заодно оплатить моральный ущерб. Требуемая сумма оказалась весьма значительной, и возмущенная Виктория платить отказалась.

— Разумеется, что ничего подобного с этой крысой не случилось, — не стесняясь в выражениях, рассказывала она Крису. — Да и какое у нее может быть сотрясение мозга, когда сотрясать совершенно нечего? Если ей от чего и надо лечиться, так только от жадности и стервозности. Просто она выяснила, кем является мой дорогой папочка, и решила по-легкому срубить деньжат. Короче, после того как я послала ее куда подальше, она пригрозила подать на меня в суд, чем не на шутку испугала моего отца, который собирается баллотироваться в мэры нашего городка.

— Все это я уже знаю, — кивнул Крис. — Однако по телефону вы говорили о каких-то вновь открывшихся обстоятельствах, которые могут пригодиться, чтобы не доводить дело до суда.

— Ну, это совсем просто. Мой отец нанял частного детектива, чтобы проследить за этой мерзавкой. Детектив застукал ее в тот момент, когда она в той самой машине чуть ли не отдавалась своему дружку, и сделал несколько удачных снимков. Так что теперь ваша задача заметно упростилась. Вам надо показать фотографии и потребовать, чтобы она и думать забыла о суде. Кроме того, пусть скостит требуемую сумму как минимум вдвое.

— То есть вы предлагаете мне ее немного пошантажировать? — поморщившись, спросил Крис.

— Можно сказать и так. А что вас смущает? Никогда не поверю, что адвокаты брезгуют подобными делами.

— Вообще-то это мог бы сделать и нанятый вашим отцом детектив.

— Он из местных, а потому отказался. «Не хочу портить отношения ни с кем из жителей Строумфилда» — так он объяснил свое решение моему отцу.

— А сами вы не могли ей пригрозить? — поинтересовался Крис, думая о том, что, судя по жаргону клиентки, у нее это неплохо получилось бы.

— Я же вам сказала, что послала эту стерву куда подальше, поэтому теперь она просто не станет со мной разговаривать.

— Но почему именно я?

— Мой отец хорошо знает вашего отца — вместе учились в Оксфорде. Вот он и попросил оказать ему услугу. Ну что, беретесь за это дело?

— Придется взяться, — тяжело вздохнул Крис, поняв, что раз о деле известно его отцу, то ему уже никуда не деться. — Тем более что я все равно уже здесь.

— Отлично, — кивнула Виктория и, допив кофе, полезла в сумочку за сигаретами. Прикурив, она протянула Крису незапечатанный конверт. — Здесь фотографии, о которых я вам говорила. На обороте одной из них написан телефон этой мерзавки. Она владеет какой-то жалкой парикмахерской, а строит из себя невесть что!

— Ладно. После встречи с ней я обязательно вам позвоню. — Крис спрятал конверт в сумку и встал. — Кстати, сколько она потребовала?

— Сто тысяч… Эй, вы куда собрались? — обиженно протянула Виктория. — Неужели оставите меня одну, да еще в такой чудный день?

— Извините, но на сегодня у меня назначена еще одна встреча.

Крису не терпелось поскорее отправиться на парад, чтобы отыскать там Делину. К тому же ему совсем не улыбалось и дальше сидеть с этой вульгарной женщиной, чьи планы на его счет не вызывали никаких сомнений.

— Бросьте, какая еще встреча! — Виктория укоризненно покачала головой. — Скажите честно, я вас чем-то не устраиваю?

— Дело не в этом.

— А в чем? Только не надо о профессиональной этике. Знаем, слышали. Врач не имеет права крутить роман со своими пациентками, а адвокат — любезничать со своими клиентками. Будь проще, красавчик. Ты же классный парень! Я это сразу поняла, как только тебя увидела.

— Спасибо за комплимент, — усмехнулся Крис. — Вы тоже ничего.

— Так в чем же дело?

— Сами знаете.

— Пошли к черту эту этику!

— Поздно!

— В каком смысле?

— Долго объяснять, а мне действительно пора. Я вам перезвоню.

Этика тут была ни при чем. Просто он торопился на встречу с Делиной, которая казалась ему несравненно притягательнее Виктории. Другое дело, если бы не было этого знакомства, тогда кто знает… Впрочем, нет, и тогда ему наверняка не захотелось бы иметь дело с мисс Уэствуд.

Крис взял сумку и сделал уже несколько шагов к выходу из бара, когда Виктория снова его окликнула:

— Эй, постой!

Он нехотя обернулся.

— Ну, что еще?

— А можно я тебя хотя бы поцелую? — хихикнула она, тыча пальцем в надпись на его майке. — Хотя бы по случаю сегодняшнего праздника?

О нет, только не это!


7

<p>7</p>

Сидя за столиком уличного кафе, Делина наблюдала за парадом. Азартно громыхал оркестр, составленный из пенсионеров военно-морского флота. Стройные загорелые девушки в коротких белых юбочках и белых сапожках задорно вскидывали длинные ноги, размахивая в такт разноцветными штуковинами наподобие огромных пуховок. Отцы города приветливо улыбались с небольшой задрапированной в цвета американского флага трибуны.

Все выглядело весьма мило, однако не производило на Делину особого впечатления. Она видела кое-что и поэкзотичнее…

— Привет, о чем задумалась?

Молодая женщина обернулась на голос. Предаваясь воспоминаниям, она не заметила, как подошел Крис. Он выглядел настолько обрадованным, словно бы давно ее не видел. Это ей польстило, поскольку и она была счастлива его видеть.

Странно. Они расстались всего часа два назад, но за это время успели основательно соскучиться друг по другу! Что же будет, когда им придется провести в разлуке гораздо более длительный срок?

— Садись, — предложила Делина, указывая на соседний стул. — Как твои дела?

— Все в порядке, — улыбнулся Крис, присаживаясь и кладя на стол мотоциклетный шлем. — Однако ты не ответила на мой вопрос.

— Если скажу, что размышляла о наших с тобой отношениях, тебе это будет приятно?

— Разумеется, приятно. Только это неправда.

— Почему ты так решил?

— Потому что, если бы ты думала обо мне, то ощутила бы на себе мой взгляд и обернулась. Не знаю почему, но женщины всегда чувствуют пристальные мужские взгляды. Интуиция, наверное, или какие-нибудь флюиды.

— Возможно, я нечувствительна к флюидам или у меня отсутствует интуиция.

— Она есть у всех женщин, просто ты думала о чем-то другом! — решительно заявил Крис. — Между прочим, я неотрывно смотрел на тебя последние десять минут.

— В самом деле? — не поверила Делина. — И где же ты прятался?

— Я стоял вон там, за рекламным щитом. — Крис небрежно махнул рукой. — Ты так хороша, что тобой можно любоваться бесконечно.

— Спасибо.

— Ну и как тебе нравится парад?

— Довольно симпатично, однако мне вспоминалось иное зрелище. — И Делина вкратце рассказала ему, как однажды по поручению своего босса присутствовала на фестивале секс-меньшинств в Торонто.

— Ну и дела! — удивился Крис. — Однако босс дал тебе весьма пикантное поручение. А с какой стати, позволь поинтересоваться?

— Видишь ли, однажды он увидел одного из своих сотрудников выходящим из секс-шопа и заподозрил его в нетрадиционной сексуальной ориентации. А вскоре этот же сотрудник попросил моего босса разрешить ему на несколько дней слетать в Канаду. Якобы у него занемогла кузина.

— Твой босс сопоставил даты, и…

Она не дала Крису договорить.

— И поскольку даты совпали, послал меня проследить за ним, — продолжила за него Делина. — В глубине души мой босс ненавидит всякие отклонения от нормы, но вынужден это скрывать из соображений политкорректности, чтобы на следующих выборах не потерять голоса. Если бы сотрудник действительно принимал участие в канадском фестивале, он непременно уволил бы его под благовидным предлогом. К счастью, оказалось, что тот действительно навещал кузину. Более того, как позднее выяснилось, молодые люди не равнодушны друг к другу и дело у них идет к свадьбе.

— Судя по поручениям, которые тебе дает сенатор, ты пользуешься его полным доверием, — заметил Крис, в упор глядя на Делину.

— Да, это так, — кивнула она. — И я не нахожу здесь ничего удивительного.

На какое-то время Крис замолчал, размышляя о том, что и сам получил сегодня поручение весьма пикантного свойства, благодаря чему оказался в довольно щекотливом, если не сказать хуже, положении. Дело в том, что на фотографиях, которые передала ему Виктория, он без труда узнал Магду. А в спутнике, с которым она занималась любовью в машине, легко угадывался Майкл по его взлохмаченной рыжей шевелюре.

Таким образом, по странной прихоти судьбы Крису предстояло чуть ли не шантажировать лучшую подругу своей возлюбленной. Более того, именно в доме Магды он провел едва ли не самую замечательную ночь в своей жизни!

Но если он откроет Магде, кем является на самом деле, то та, более чем вероятно, сообщит об этом подруге, что может привести к самым нежелательным для него последствиям. Черт, ну почему Виктории не пришло на ум обратиться за помощью к кому-то другому!

Размышляя над этим во время поисков Делины, Крис решил для начала сменить пристанище, чтобы не проводить еще одну ночь в доме Магды. Обойтись не совсем по-джентльменски с женщиной, в доме которой спишь с ее лучшей подругой, — это уже чересчур. Даже если признать, что адвокатов кое-кто склонен считать отъявленными циниками. Впрочем, Крис никогда — и вполне справедливо — не относил подобные высказывания на свой счет…

— Позволь задать тебе твой же вопрос. — Делина наклонилась к нему и осторожно коснулась его руки. — О чем ты задумался?

— Хотел спросить тебя о твоей подруге Магде. Чем она занимается?

— Что это тебя вдруг заинтересовало? Или она тебе понравилась?

— Нет, простое любопытство.

— Магде принадлежит салон красоты, кстати лучший не только в городе, но и во всем штате, — с гордостью за подругу сообщила Делина.

А Виктория Уэствуд говорила о какой-то жалкой парикмахерской. О, женщины, женщины! — покачал головой Крис. Кто-то из великих писателей, кажется Шекспир, устами одного из своих персонажей сказал, что женщины, эти нежные горлинки, обращаются друг с другом хуже, чем тигры и медведи. Как же он был прав! Крис с трудом подавил желание в свою очередь блеснуть эрудицией и процитировать классика. Увы, он мог сделать это, только раскрыв свое инкогнито и объявив об истинной цели своего появления в Строумфилде, что было пока невозможно.

И Крис вернулся к своим размышлениям о порученном ему деле. Если Магда преуспевает, то зачем вздумала подавать на Викторию в суд? Неужели ею действительно движет самая элементарная жадность?.. Или же причина таится глубже?

Возможно, что простое на первый взгляд дело на самом деле таковым не является, и потому ему необходимо как можно детальнее разобраться во взаимоотношениях двух молодых женщин. Что, если они уже были знакомы до столкновения на перекрестке и за угрозами Магды подать в суд кроется нечто большее, чем элементарное желание заработать?

Тут Крису пришла в голову любопытная мысль: а не может ли Делина знать Викторию Уэствуд? Столь яркая особа в заштатном провинциальном городке не может оставаться незамеченной.

Крис вспомнил, что Делина слышала его телефонный разговор, во время которого он произнес фамилию Виктории. После этого она хоть и попыталась разыграть сцену ревности, но сделала это без особого воодушевления и первой раскрыла ему объятия для примирения. Не означает ли сие, что Делина прекрасно знает мисс Уэствуд, но не считает ее достойной соперницей?

— Если ты и дальше будешь сидеть с таким мрачным видом, то я решу, что ты предпочел бы видеть на моем месте Магду, и начну ревновать, — лукаво заметила Делина. — Ну же, перестань хмурить брови! Мне гораздо приятнее, когда ты смотришь на меня с улыбкой.

— Почему? — немедленно заулыбался Крис.

— Это делает тебя, на мой взгляд, бесконечно обаятельным.

— Я готов обсуждать с тобой эту тему тоже бесконечно, но… — И он выразительно посмотрел вокруг.

Оказывается, пока они разговаривали, парад подошел к концу, оркестр перестал играть, а толпы зрителей начали расходиться.

— Поедем обедать? — предложила Делина, беря со стула сумочку. — Где ты оставил свой мотоцикл?

— Здесь, рядом, — кивнул Крис. — Однако прежде чем мы оседлаем моего железного коня и помчимся навстречу приключениям, позволь задать тебе еще один вопрос.

— И опять по поводу Магды?

— Угадала.

— Спрашивай, — вздохнула Делина. — Хотя я совершенно не понимаю причин твоего странного любопытства.

— Во всяком случае, поверь мне на слово, ревность здесь ни при чем. Скажи, в последнее время у нее не было каких-нибудь серьезных неприятностей?

— Не знаю, а что?

— Так, ничего… А кто собирается баллотироваться в мэры этого чудного городка?

— Понятия не имею! — еще больше удивилась Делина. — Я вообще не знала, что здесь намечаются какие-то выборы… Послушайте, мистер Кристофер Макферсон, вы частный детектив, прикидывающийся уличным музыкантом, или, быть может, секретный агент ФБР?

— О нет, — улыбнулся он, поднимаясь и беря шлем. — Просто благодаря моему приятелю Феликсу я в курсе большинства местных сплетен.

— Но при чем здесь Магда?

— Сегодня я случайно узнал, что у нее возникли проблемы, — уклончиво ответил Крис.

— А про нас с тобой еще не сплетничают? — поинтересовалась Делина, игриво улыбаясь.

— Я оторву голову негодяю, который посмеет это сделать! — с наигранной угрозой пообещал Крис.

— То есть ты не только красив, но отважен и благороден, как настоящий рыцарь?

— Да, как Ланселот Озерный, один из рыцарей Круглого стола. И надеюсь, у тебя еще будет случай в этом убедиться!

— Горю желанием увидеть тебя в деле, мой доблестный рыцарь!

— Однако для спасения красавиц из лап дракона твоему рыцарю неплохо бы подкрепиться. Куда мы пойдем обедать на этот раз?

— Не знаю.

— Тогда давай просто сядем на мотоцикл, прокатимся по улицам и остановимся там, где нам больше всего понравится. Как тебе моя идея?

— Прекрасное предложение! — с энтузиазмом откликнулась Делина. — Вперед, благородный сэр! Целиком и полностью полагаюсь на вашу защиту и покровительство.

— Вашу руку, моя прекрасная дама!

Улыбаясь и продолжая эту забавную игру, они покинули уличное кафе и направились к мотоциклу Криса, который он оставил на стоянке за ближайшим домом, построенным в стиле модерн еще в конце прошлого столетия.

И надо же так было случиться, что не прошло и пятнадцати минут, как Крису пришлось доказывать истинность своих высокопарных обещаний. Однако биться ему предстояло отнюдь не с драконом.

Держась за руки, они вошли под своды арки вслед за компанией из невысокой девушки и двух здоровенных парней. Тот, что был ниже ростом, нес бумажный пакет, в котором легко угадывалась бутылка виски. И вдруг раздался сильный хлопок, заставивший Делину вскрикнуть от испуга.

В первый момент испугался и Крис, не сразу поняв, в чем дело. Но через секунду стало ясно, что один из парней, тот, что был без пакета, с силой бросил на асфальт пиротехнический патрон — один из тех, которые используются на съемках фильмов.

— Кретин! — обругал его Крис. — Зачем пугать женщин детскими выходками?

Высокий парень притормозил и оглянулся. На его загорелой физиономии, украшенной белесыми бровями, отразилось искреннее удивление.

— Ты что-то сказал, приятель?

— Нельзя быть таким хамом, — ответил Крис, подходя ближе и угрожающе глядя на него.

— Кажется, ты меня оскорбляешь…

— Тебе правильно кажется!

— Ну, держись!

Первый же удар отбросил Криса к стене. Однако он сумел устоять на ногах и, мгновенно выпрямившись, изо всех сил ударил соперника в подбородок, да так, что у того лязгнули зубы.

Делина — с одной стороны, приятель и девушка загорелого — с другой, ошеломленно наблюдали за внезапно начавшейся, но от этого не менее яростной схваткой.

Загорелый повторил атаку. Но Крис, даже получив сильный удар в грудь, сумел обхватить противника руками и, сделав подножку, повалить его на асфальт. При этом он оказался сверху и, оседлав загорелого, тут же отвесил ему несколько увесистых оплеух, приговаривая, точнее поучая поверженного врага:

— Не надо быть кретином!

Приятель загорелого наконец-то вышел из оцепенения, передал пакет девушке и поспешил на выручку.

— Осторожно, Крис! — крикнула Делина.

Он оглянулся, вскочил на ноги и встретил нападавшего стоя. Вторая схватка оказалась столь же быстротечной и практически беззвучной. Крис перехватил правый кулак противника и попытался вывернуть ему руку, но тут же получил удар головой в лицо. Правда, в последний момент он успел дернуть подбородком, и удар пришелся в левую щеку.

Поскольку соперников теперь было двое, Крису пришлось действовать предельно жестко, воспользовавшись теми приемами самообороны, которым его научил инструктор — бывший сержант морской пехоты.

Для начала Крис нанес два четких удара. Первый под дых, а второй — когда противник охнул и скрючился — сверху, обеими руками, в основание шеи. Парень рухнул на асфальт, даже не пикнув, а Крису пришлось вновь уделить внимание загорелому, который к тому моменту уже начал подниматься.

Удар ногой опрокинул его обратно, и теперь над полем битвы возвышался один Крис, победно поглядывая на молодых женщин.

Делина была очень горда своим «рыцарем», а потому снисходительно посмотрела на подругу поверженных Крисом парней и иронично спросила:

— Надеюсь, мы с тобой драться не будем?

— Нет конечно, — невозмутимо ответила та. — Однако тебе не кажется, что их пора остановить?

Этот вопрос был вызван тем, что загорелый упорно пытался подняться на ноги, чтобы снова ринуться в бой. Более благоразумный приятель держал его за талию и не пускал.

Девушка поспешила ему на помощь. Последовала яростная возня, сопровождаемая приглушенной руганью, после чего загорелого утихомирили.

— Хватит, Джимми, ну его к черту! — успокаивал загорелого приятель, в то время как Делина, схватив Криса за руку, упорно тащила его прочь.

— Мы с тобой еще встретимся! — услышал он вслед и, обернувшись, хотел было ответить надлежащим образом, но Делина не дала ему этого сделать.

— Успокойся и не обращай внимания… Однако, сэр Ланселот, вы одержали блестящую победу сразу над двумя рыцарями и теперь заслуживаете награды.

— Какой именно? — сразу заинтересовался Крис, однако Делина вдруг перестала улыбаться и озабоченно покачала головой.

— Ох, смотри, у тебя вся рука в крови… Наверное, обо что-то ободрал.

Крис только теперь заметил, что на костяшках пальцев правой руки содрана кожа и вся кисть залита кровью.

— Кажется, у кого-то из них было что-то острое, — пробормотал он, морщась и поворачивая руку ладонью вниз, чтобы кровь быстрее остановилась.

— Давай, я перевяжу. И мы поедем домой, чтобы обработать рану, — предложила Делина, поспешно доставая из сумочки платок.

— Пустяки! Незачем так волноваться. Кстати, мы собирались пообедать…

— Закажем пиццу на дом, — твердо произнесла Делина, ловко перевязывая его руку. — Сейчас надо как можно быстрее промыть рану и залить ее антисептиком. Или ты хочешь получить заражение крови?

Крис отрицательно покачал головой, ловя себя на мысли о том, насколько же приятно ему было слышать из уст Делины такие слова, как «поедем домой» и «закажем пиццу на дом». Неужели они стали настолько близки, что ему хочется иметь общий дом с этой необыкновенной женщиной?

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она, затягивая узлом концы платка.

— Ты еще спроси, не вызвать ли мне «скорую», — притворно-сердито буркнул Крис.

— Тогда пошли?

— Пошли.

Они направились к мотоциклу. И тут Крис указал Делине на маленького худого щенка, который ковылял на трех лапах, поджав перебитую четвертую.

— Посмотри-ка на этого бедолагу. Ему сейчас намного хуже, чем мне.

Они поневоле замедлили шаг, глядя в блестящие, умные глазки щенка, в которых, кажется, застыли почти человеческие слезы.

Делина остановилась, остановился и щенок, робко завиляв хвостом. Стоило ей сдвинуться с места, и он поплелся следом. Делина обернулась, снова остановилась, и щенок тоже замер, с трогательной преданностью глядя на нее.

— Пойдем, пойдем, — поторопил ее Крис, и молодая женщина послушно сделала несколько шагов, но не выдержала и опять обернулась.

Щенок сидел на асфальте и с тоской смотрел им вслед, уныло свесив уши.

— Я возьму его себе! — решительно заявила Делина, бросаясь назад и подхватывая щенка на руки. — Смотри, какой он милый!

Прежде чем Крис успел что-либо сказать, щенок, словно все поняв, признательно лизнул Делину в щеку.

— И что ты с ним будешь делать? Повезешь в Вашингтон?

— Нет, подарю Магде.

— Он же наверняка беспородный.

— А вдруг нет? Да и какое это имеет значение… Нельзя же оставлять его совсем одного — такого маленького и несчастного.

— Ладно, — вздохнул Крис, думая о том, что, если бы она поступила иначе, он не испытывал бы сейчас той невероятной нежности, которая теплой волной затопила его грудь. — Только держи крепче, чтобы не потерять по дороге.

Он подвел Делину к мотоциклу, притулившемуся между «фордом» и «кадиллаком», и протянул запасной шлем.

— Едем скорее, — поторопила его Делина, усаживаясь сзади и одной рукой прижимая щенка к груди.

Крис кивнул и завел мотор.


8

<p>8</p>

— Ну нельзя же быть таким чувствительным! — с веселым возмущением заявила Делина, когда Крис в очередной раз взвыл не своим голосом, стоило ей осторожно промокнуть его рану смоченным в перекиси водорода тампоном. — Ты так мастерски уложил тех парней, а теперь скулишь, словно малыш, которого оцарапала кошка.

— Ничего удивительного, — начал оправдываться несколько уязвленный Крис. — Мужчины вообще лучше переносят сильную, но кратковременную боль, чем длительную и ноющую, поскольку от природы менее терпеливы, чем женщины. Когда тот загорелый первым ударом едва не свалил меня с ног, я почти ничего не почувствовал, поскольку был захвачен азартом схватки. Зато теперь, когда уже остыл и успокоился… О Боже, ну хватит уже мазать меня всякой дрянью!

— Потерпи еще чуть-чуть. А чтобы тебя немного утешить, хочу сказать, что больше всего ты мне нравишься именно своей непредсказуемостью. Если бы ты только знал, насколько невыносимо скучны были эти вашингтонские высокопоставленные чиновники в накрахмаленных сорочках и галстуках, которые пытались за мной ухаживать, начиная при этом с одной и той же фразы: «Как насчет того, чтобы сегодня поужинать вместе?». Боже, да если бы хоть один из них сказал нечто другое, я бы, кажется, отдалась ему не задумываясь!

— Что, например? — сразу заинтересовался Крис. — Скажи, что хочет услышать женщина вроде тебя, чтобы отдаться не задумываясь? «Ты так очаровательна, детка, что тобой не устаешь любоваться!» или «Почему бы нам не встретиться сегодня в полночь под одеялом?».

— Ну… почему бы и нет?

— Да потому, что после таких фраз ты тут же влепишь несчастному пощечину или позовешь полицейского!

— Думаешь, я поступлю именно так? — с сомнением произнесла Делина.

— Уверен в этом!

— Пожалуй, ты прав. — Она засмеялась, представив себя в привычной обстановке. Строгая леди с собранными в пучок волосами и с деловой папкой под мышкой, сосредоточенно спешащая в свой офис и вдруг услышавшая предложение встретиться в полночь под одеялом…

Впрочем, если бы не спор с Магдой по поводу того, можно ли ее назвать синим чулком, она бы до сих пор оставалась именно такой строгой леди и вернулась в Вашингтон, так и не познакомившись с Крисом.

Боже, скольких радостей в жизни нас лишает привычная маска, которую мы надеваем, выходя в общество, чтобы скрыть свою истинную сущность от окружающих! И сколько восхитительно-приятных сюрпризов нас ожидает, стоит хотя бы ненадолго ее снять! — подумала Делина.

— Как мы назовем щенка? — спросила она минуту спустя, с нежностью поглядывая в угол кухни.

Они уже напоили его молоком и уложили в уютное гнездышко, сооруженное из коробки и махрового полотенца.

— По-моему, это не наша забота, — вполне резонно заметил Крис. — Ты же собралась подарить его Магде, вот пусть будущая хозяйка сама придумывает ему имя.

— Ты прав.

— А пока можем называть его просто Щенок. Так что ты там говорила о накрахмаленных вашингтонцах? — напомнил Крис, которого предыдущий разговор интересовал гораздо больше, нежели судьба щенка.

— Они закованы в свои костюмы так же надежно, как средневековые рыцари — в латы.

— В каком смысле?

— В таком, что ни одно нетривиальное чувство или желание не сможет проникнуть в их душу. От них не дождешься необычных поступков, неожиданных слов, ярких страстей… Более того, в их жизни для них просто нет места! Она распланирована от и до, и они следуют по ней с точностью курьерского поезда.

— Гмм… Зато в моей жизни полно всяких неожиданностей, — пробормотал Крис. — Однако не слишком ли ты сгущаешь краски?

Сам он подумал о том, что Делина удивительно точно описала его собственную жизнь до того момента, пока он волею случая не оказался в роли уличного музыканта. Если бы не это неожиданное превращение, он так и не узнал бы, на что способен. И более того, чего был лишен в жизни!

И ведь все началось с поцелуя Делины… Нет, еще раньше — с дурацкой надписи на майке.

А ведь он собирался ее выкинуть. Нет, эту майку надо будет обязательно взять с собой в Вашингтон и хранить как самый дорогой сувенир. Ему даже стоит мысленно поблагодарить девицу, что испачкала его костюм шоколадным мороженым.

— Ничего я не сгущаю, — тем временем продолжала Делина. — Ты просто не знаешь таких людей…

Как не знать, когда я сам принадлежу к числу этих кретинов, подумал Крис.

— Мне стыдно признаться, но ведь и я в чем-то на них похожа.

— Позволь не поверить.

— Это еще почему?

— Да потому, что у меня до сих пор кружится голова при одном только воспоминании о твоем первом поцелуе… Ну, после того как я закончил играть…

— Ах, вот ты о чем! — засмеялась Делина. — Сама не знаю, что на меня нашло… Так, ну все, — сказала она, заклеив рану лейкопластырем, и спросила: — Еще болит?

— Побаливает.

— Бедняжка. — Крис сидел посреди кухни на табурете, и сейчас Делина наклонилась к нему. — Как я могу облегчить невыносимые страдания моего героя?

— Попробуй догадаться, — усмехнулся Крис, и через секунду ощутил на своих губах нежный поцелуй Делины. — Ты удивительно сообразительна, — сказал он, обвивая рукой ее талию и усаживая к себе на колени. — Однако проклятая боль никак не проходит…

Говорить дальше стало невозможно, поскольку Делина проявила удивительную пылкость, словно бы ей не терпелось поскорее оказаться в его объятиях.

Крис еще успел подумать о том, что если она действительно обладает таким бешеным темпераментом, то как же ухитряется отказывать вашингтонским коллегам, пусть даже имея о них столь невысокое мнение?

Обычно он весьма настороженно относился к слишком откровенным и напористым женщинам. Более того, ему не нравилось, когда не мужчина домогается женщины, а все происходит наоборот. Это казалось ему таким же противоестественным, как если бы дама подавала пальто джентльмену или открывала перед ним дверь, пропуская вперед.

Однако сейчас их желания совпадали. Стоило ему обнять Делину, как она вздохнула, словно бы только этого и ждала, и упоенно приникла к его губам. Каким же теплым и душистым ароматом от нее веяло! В такие моменты большинство мужчин действуют автоматически, забывая о разуме, поддаваясь природным инстинктам. И Крис не стал исключением…

Его рука скользнула по округлому бедру молодой женщины и осторожно проникла под шелковистую на ощупь юбку. Делина отреагировала тем, что прижалась к нему еще плотнее и сладострастно застонала.

Не прошло и минуты, как оба уже дышали часто и взволнованно.

Делина, словно проверяя силу испытываемой им страсти, коснулась рукой молнии его джинсов. После чего Крис рывком подхватил ее на руки и, пройдя с ней несколько шагов, уложил на плетеный бамбуковый диван с мягкими цветастыми подушками.

Сорвать с нее одежду было делом одной минуты. А тонкие трусики он попросту разорвал, чтобы не тратить время, снимая их. Затем резко выпрямился и замер завороженный.

Делина лежала перед ним восхитительно-томная, великолепная в своем откровенном желании.

— Чего же ты ждешь, — прошептала она.

И он, мгновенно раздевшись, набросился на нее и резким толчком вошел в нее, издав при этом звук, представляющий нечто среднее между стоном и рычанием. Это было невероятное, какое-то дикое по накалу страстей единение, доставившее обоим безграничное наслаждение…

* * *

Когда все кончилось, Крис не мог говорить, только хрипло дышал и судорожно целовал обнаженные плечи и грудь Делины. Еще несколько мгновений она лежала с закрытыми глазами. Затем ресницы ее дрогнули, веки поднялись, и она тихо засмеялась.

— Ты что это? — спросил Крис, недоуменно вскидывая голову.

Вместо ответа она указала пальцем на разорванные трусики.

— А, понимаю, — тоже засмеялся он, — твои накрахмаленные коллеги в порыве страсти не рвут трусиков на своих возлюбленных.

— У них не бывает порывов страсти. А к предметам дамского туалета они относятся бережно, чтобы не пришлось покупать новые.

— Но откуда ты так хорошо осведомлена об их нравах? Я задушу тебя от ревности, если выяснится, что ты знаешь об этом не понаслышке!

— Конечно нет. Просто у меня есть приятельницы, которые не прочь пооткровенничать за ланчем, только и всего.

— Хотелось бы верить, — вздохнул Крис, вставая и натягивая джинсы. — Однако я обязательно куплю тебе новые трусики!

— О, в этом нет необходимости.

— Но мне же надо как-то искупить свою вину. Я имею в виду мою несдержанность.

— Ты провинишься передо мной лишь тогда, когда начнешь проявлять чрезмерную сдержанность, — поднимаясь с дивана, заверила его Делина. — Впрочем, если тебе так хочется для меня что-то сделать, то закажи пиццу, пока я пойду в душ.

— Хорошо, — кивнул Крис, направляясь к телефону. — Кстати, у тебя есть какие-нибудь особые пристрастия? Ну, скажем, грибы, анчоусы, салями…

— На твой вкус, милый. Замотавшись в плед, Делина поднялась наверх и вошла в ванную. С наслаждением намыливаясь ароматным гелем, она непрерывно улыбалась, вспоминая недавний эпизод и думая о том, что Крис не устает поражать ее новыми талантами.

Сначала он привлек ее внимание как музыкант, потом восхитил умением делать чувственный массаж. На следующий день удивил своей галантностью и умением лихо гонять на мотоцикле. Затем они занимались любовью, и Крис предстал перед ней в роли непревзойденного любовника.

Однако сегодня он превзошел себя: давно у нее не было такого неистово-упоительного секса! А если еще учесть, что перед этим он выказал себя бесстрашным бойцом, ухитрившись в одиночку уложить двух здоровенных парней, то им просто нельзя не восхищаться!

Сколько же еще дарований таится в этой самобытной натуре?..

Тем временем Крис быстро договорился о доставке пиццы. После чего прошел в гостиную и, включив телевизор, расположился на диване с банкой пива в руке.

Показывали какой-то боевик. Бежевый «форд» и темно-синий «мерседес» разделяла лишь небольшая заснеженная поляна, с растущими по краям густыми кустами. Распахнулись дверцы, и заскрипел снег под ногами шестерых вылезших из автомобилей мужчин. Все в кожаных куртках нараспашку. Глаза внимательные, настороженные. Один держит в опущенной руке черный короткоствольный автомат.

Тем временем из-за кустов появились еще двое. Первый в белой дубленке, второй в широкополой ковбойской шляпе и в длинном кожаном пальто. Вдруг тот, что был в дубленке, ничком бросился в снег. В то же мгновение, выплевывая из своих стволов смерть, заговорили автоматы и пистолеты.

Стекла обеих машин мгновенно покрылись паутиной трещин. Над лесом испуганно взметнулись с хриплым карканьем вороны…

— Ну, как насчет пиццы? — спросила Делина, спускаясь вниз в белом махровом халате и на ходу вытирая волосы пушистым розовым полотенцем. — Поскольку мы не смогли пообедать, я ужасно проголодалась.

Крис был так увлечен боевиком, что не сразу ее услышал. Не без сожаления он выключил телевизор на том самом месте, когда из простреленного во многих местах «мерседеса» выползла красотка в леопардовой шубке и, ломая руки, закричала: «О, Джонни!»

— Все в порядке, — сообщил Крис, оборачиваясь к Делине. — Обещали привезти в течение получаса. Может, пока хочешь выпить?

— О да, если тебе не сложно… Там, в баре, должно быть мартини.

Крис проявил сноровку бармена, не забыв выбрать подходящий бокал и положить в него оливку.

— Прошу, мадмуазель.

Передав бокал, он сел рядом с Делиной на диван и снова взялся за свое пиво.

Вообще-то он любил дорогие французские коньяки. Однако подобное пристрастие никак не вязалось с ролью бедного уличного музыканта, поэтому приходилось изображать удовольствие, смакуя баночное пиво.

Впрочем, в такую жару оно было весьма кстати.

— Почему ты выключил телевизор? — спросила Делина.

— Потому, что у меня слишком хорошее настроение, чтобы смотреть на заплаканных девушек. — Как говориться, и ложь бывает во спасение. — Что, если нам послушать музыку?

— Как бы я хотела снова послушать тебя, — неожиданно вздохнула она.

— И о чем же мне тебе рассказать? — сразу откликнулся Крис.

— Нет, ты меня не понял. Я хотела бы послушать твою игру на саксофоне.

— Ах, это… Но ведь здесь, наверное, нет инструмента. Или все-таки есть?

— Увы! Однако вот что мне пришло в голову… Что, если мы завтра навестим твоего Феликса? Во-первых, мне интересно посмотреть, где ты живешь. Во-вторых, вы устроите для меня небольшой концерт, за который я вам заплачу… Что скажешь, милый?

Час от часу не легче! И зачем только он вздумал представить ей Феликса в качестве своего напарника? Впрочем, какого, к черту, Феликса! Он даже не знает, как зовут того чернокожего музыканта.

Вот так всегда и бывает: одна ложь влечет за собой другую, порождая запутанные ситуации, из которых потом приходится мучительно искать выход. Конечно, проще всего всегда говорить только правду, но сколько интереснейших житейских ситуаций стали бы при этом невозможны! Как ни странно это признавать, но именно ложь порой придает жизни щекочущую нервы остроту или, как в данном случае, некоторую пикантность.

Что же придумать? Как отыскать этого чертова саксофониста? И согласится ли он предоставить ему на время свое жилье?

Однако деваться было некуда. Делина терпеливо ждала ответа, глядя на него своими глубокими серо-голубыми глазами, выражение которых понять было невозможно.

А вдруг она что-то заподозрила и хочет проверить хотя бы часть легенды, которую он успел сочинить?

— Договорились, — со вздохом сказал Крис, решив, что до завтра непременно что-нибудь придумает. — Старина Феликс будет рад нашему визиту… Ага, в дверь звонят. Я пойду открою. Наверное, это привезли пиццу.

— И заодно проверь, как там наш щенок!

Со щенком ничего не случилось. Он успел переменить позу, но по-прежнему безмятежно спал. Но вот представший перед Крисом разносчик пиццы невольно поразил его своим веселым, можно было даже сказать бесшабашным, видом.

Парню было не больше двадцати лет. Статный, мускулистый, загорелый, с белозубой улыбкой. Он был подвижен как ртуть и, словно бы не в силах спокойно стоять на одном месте, пританцовывал. Одет он был в цветастые шорты и белую рубашку с короткими рукавами. А коробку с пиццей он держал перед собой так, как официанты обычно держат поднос. Кроме того, у него были ослепительно голубые глаза, ярко выделяющиеся на загорелой физиономии.

При виде такого симпатяги Крису сразу вспомнилась утренняя встреча с Викторией и пришла в голову довольно озорная мысль. Чтобы избежать в будущем приставаний, почему бы не послать к мисс Уэствуд этого парня? Вполне возможно, что она угомонится и начнет относиться к нему, Крису, только как к своему адвокату.

— Привет, — первым поздоровался разносчик. — Пиццу заказывали?

— Привет, — ответил Крис, принимая одной рукой коробку, а другой засовывая в карман его рубашки двадцать долларов. — Слушай, приятель, ты на сегодняшний вечер уже освободился?

— Не совсем, — ответил тот, нисколько не удивившись. — У меня еще осталось несколько заказов. А что тут у вас, вечеринка? — И он попытался заглянуть через плечо Криса в глубь гостиной.

— Я бы хотел сделать еще один заказ, но на другой адрес, — оттесняя его на крыльцо и прикрывая за собой дверь, сказал Крис. Не хватало еще, чтобы этот тип любовался Делиной в одном халате!

— Ладно, — невозмутимо кивнул парень. — Гоните еще двадцатку и говорите, куда ехать.

И тут Крис с опозданием сообразил, что не знает адреса Виктории. Пришлось с сожалением отказаться от этой затеи и проститься с разносчиком. Впрочем, он взял у него визитку, решив, что воспользуется ею при подходящем случае.


9

<p>9</p>

На следующий день Крис уехал первым, объяснив это Делине тем, что Феликса может не оказаться дома. Поэтому лучше его сначала найти где-нибудь в городе и предупредить о неожиданном визите. После чего он обещал заехать за молодой женщиной.

Делина охотно согласилась. И Крис в очередной раз оседлал свой мотоцикл, с которым уже так свыкся, словно был прирожденным байкером.

Первым делом он направился в ту часть города, где впервые услышал завораживающие звуки саксофона, благодаря которым ему удалось познакомиться с Делиной.

К счастью, тот, кого он окрестил Феликсом, был на месте. Крис понял это, едва въехав на маленькую, украшенную фонтаном площадь, один из уголков которой и облюбовал себе чернокожий музыкант. Звуки саксофона разносились далеко вокруг, однако сейчас это был не грустный и задумчивый вечерний блюз, а жизнерадостный утренний рэгтайм.

Остановившись у тротуара, Крис подождал, пока саксофонист доиграет мелодию до конца и соберет пожертвования немногочисленных слушателей. Затем слез с мотоцикла, снял шлем и направился к нему.

Музыкант сразу узнал Криса и добродушно заулыбался, обнажив великолепные белые зубы.

— Здорово, напарник. — И он первым протянул руку. — Хочешь снова поиграть на моем саксе? Прошлый раз у тебя неплохо получилось.

— Нет, спасибо, — ответил Крис, отвечая на рукопожатие. — На этот раз у меня нет настроения.

— Что так?

— Ты мог бы уделить мне пару минут?

— О чем речь!

Чернокожий музыкант присел на край скамейки и поставил саксофон на колени. Крис устроился рядом и, выдержав небольшую паузу, спросил:

— Ты живешь один?

— В каком смысле?

— Ну, у тебя есть семья?

— О нет, для этого я слишком молод. А почему тебя это интересует?

— Меня интересует другое, — пытаясь подделаться под тон собеседника, сказал Крис. — Где ты обитаешь?

— В вагончике, — словоохотливо ответил негр. — Он стоит неподалеку, сразу за выездом из города, рядом с небольшой пальмовой рощей. Да ты, никак, собрался ко мне в гости?

— Да, хотелось бы.

— Нет проблем! Подваливай сюда ближе к вечеру, и мы вместе двинем ко мне. Тебе, приятель, видимо, негде переночевать.

— Спасибо за любезное приглашение, — замялся Крис, не зная, как приступить к главной теме. — Но… но дело несколько в другом…

— Хочешь покурить травки?

— Нет, я не употребляю наркотики. Мне просто нужен твой вагончик.

— В каком смысле? — удивился собеседник. — И на кой он тебе сдался?

— Понимаешь, в чем дело…

— А, ясно! — И чернокожий музыкант, к удивлению Криса, снова заулыбался и даже потрепал его по плечу. — Ты хочешь привести туда ту красотку, которую снял здесь позапрошлым вечером!

Крис пожал плечами и сдержанно улыбнулся в ответ. Конечно, не очень-то приятно, когда о твоей возлюбленной говорят «снял», однако на добродушие собеседника невозможно было сердиться.

— Ты угадал, — просто ответил он.

— Ну и как у тебя с ней — все сладилось?

— Похоже на то.

— Держись за нее, приятель, — на полном серьезе заявил музыкант. — Она, судя по ее виду, дамочка не из простых и, наверное, даже не местная.

— Спасибо за совет. Однако ты так и не ответил: что насчет вагончика?

И снова собеседник удивил его, категорически замотав головой.

— Что это значит? — не понял Крис.

— Увы, приятель, не хотелось бы тебя огорчать, но с этим у тебя ничего не выйдет.

— Почему? Я могу заплатить.

— Нет-нет, дело не в этом.

— Тогда в чем?

— В грехе, которому я не хочу потворствовать во избежание гнева Господня.

— В чем? — В первый момент Крису показалось, что негр шутит, и он повнимательнее вгляделся в его лицо. Однако тот перестал улыбаться и как будто даже загрустил. — Послушай-ка, Феликс…

— Какой еще Феликс? Ты меня с кем-то путаешь, — насторожился музыкант, и Крис с некоторым запозданием сообразил, что назвал его выдуманным им самим именем. — Меня зовут Джейкоб… Джейкоб Янг.

— Очень приятно. Крис Макферсон. Так что ты там говорил о грехе Господнем?

— Не о грехе, а о гневе, — назидательно поправил его Джейкоб. — Наш всемилостивейший Господь всегда гневается как на тех, кто совершает грехи, так и на тех, кто им потворствует. Именно поэтому я и не могу пустить тебя в свою берлогу. Уж извини!

— Если он всемилостивейший, то почему так часто гневается? — не удержался Крис, однако собеседник не захотел понять иронии, содержавшейся в его вопросе, и насупился. — А, ты являешься прихожанином местной баптистской церкви, — неожиданно догадался он.

— И даже играю там на органе во время воскресной службы! — с гордостью заявил Джейкоб. — Поэтому, как сам понимаешь, я не могу превращать свой чудесный вагончик в гнездо разврата и рисковать спасением души ради какой-то жалкой двадцатки:

— А кто здесь говорит о двадцатке? — воскликнул Крис и потянулся за бумажником. — Я хотел предложить тебе в десять раз больше.

— Двести баксов? — недоверчиво переспросил Джейкоб, окидывая его внимательным взглядом с головы до ног. — Хочешь, чтобы я поверил, будто ты способен выложить такие деньги за одну ночь в моей берлоге?

— Но я действительно способен!

— Тогда почему бы тебе не снять номер в отеле для встречи со своей милашкой?

На такой простой вопрос у Криса не было подходящего ответа, поэтому в первую минуту он замялся и неуверенно пожал плечами.

— Ага, приятель! Ты даже не можешь толком объяснить, чем тебя не устраивает отель! — непонятно почему обрадовался Джейкоб.

Крис извлек бумажник, достал оттуда две стодолларовые купюры и протянул чернокожему музыканту.

— Тебе нужны мои деньги или мои объяснения? — не без ехидства поинтересовался он.

Джейкоб взглянул на доллары и, секунду поколебавшись, взял их и сунул себе в карман.

— Вижу, ты парень не промах, — вставая с места, сказал он. — Ну что ж, ради такого дела можем поехать прямо сейчас.

Пока он прятал саксофон в футляр, Крис завел мотоцикл и подъехал ближе. Джейкоб уселся позади него, и они рванули с места.

Ехать действительно оказалось недалеко, да и место для своего пристанища Джейкоб выбрал замечательное — в тени пальм, подальше от шоссе, но зато рядом с растянувшимся на несколько миль песчаным берегом. Это было нечто вроде самодеятельного кемпинга. Несколько вагончиков, трейлеры и даже палатки, между которыми бегали смуглые ребятишки.

Вагончик сразу понравился Крису — там было чисто и довольно уютно. Кроме того, имелись электричество и горячая вода в душе.

— Иногда ко мне приходит подруга, — не без хвастовства заявил Джейкоб, — которая убирает и готовит. Ее зовут Анна Мария, и она родом из Мексики. Мы с ней знакомы уже несколько лет, поскольку, посещаем одну и ту же церковь.

— А как же насчет греха? — усмехнулся Крис.

— А никакого греха здесь нет! — снова насупившись, строго сказал Джейкоб. — У Анны Марии муж и трое детей, так что нас связывают чисто дружеские отношения. Более того, мы приятели с ее мужем.

— Ну хорошо, — не унимался Крис. — Почему же ты все-таки согласился взять мои двести долларов? Мой-то будущий грех для тебя совершенно очевиден!

— Не все так просто, — широко улыбнулся хозяин вожделенного вагончика. — Видишь ли, дружище, о чем я подумал… Я сдаю тебе мою берлогу не в качестве притона разврата, а в качестве временного пристанища для тебя и твоей подруги. Ну а как вы ее будете использовать — это уже не моя забота. В конце концов я всегда могут заявить, что ошибся относительно ваших намерений… или вы сознательно меня обманули.

— Где заявить?

— На Страшном суде!

— Ого! Однако ты занял весьма удобную позицию для столь экстремального случая!

— Если будешь издеваться, то я могу и передумать!

— В таком случае умолкаю, — спохватился слишком уж развеселившийся Крис.

— На какое время тебе нужен мой вагончик? — деловито осведомился Джейкоб, позвякивая ключами. — На целый день, на одну ночь, или…

— Да, пожалуй, на несколько часов.

Крис решил, что прямо сейчас заедет за Делиной и привезет сюда, чтобы удовлетворить ее любопытство. Вряд ли она захочет надолго задержаться в подобном месте… Впрочем, зная ее пристрастие ко всему необычному и экзотическому, никогда не стоило загадывать наперед. Мало ли что ей взбредет в голову, чтобы удивить подругу Магду!

— Ну что ж, тогда держи. — Джейкоб вручил ему ключи и собрался уходить.

— Впрочем, пожалуй, я сниму твой вагончик до утра понедельника, — неожиданно передумал Крис.

— А где же буду спать я?

— В отеле. Сегодня вечером гости, приехавшие на празднование Дня города, начнут разъезжаться, и ты легко снимешь номер.

— И что мне за это будет?

— Еще двести баксов.

— Заметано!

Джейкоб с удовольствием принял от Криса деньги. После чего не удержался от вопроса, который мучил его с того самого момента, когда он впервые понял, что его белый знакомый не шутит.

— Ты что, неожиданно разбогател? — как бы между прочим произнес он, собирая свои вещи.

— Допустим, — сдержанно ответил Крис, опасаясь дальнейших поборов. — И что дальше?

— Да нет, ничего. Просто любопытно посмотреть на такого счастливчика. Позавчера у тебя не было и нескольких монет, а сегодня ты швыряешь направо и налево сотни баксов. Это все женщины, да? — И он понимающе подмигнул мгновенно рассвирепевшему Крису.

До каких же пор его будут принимать за жиголо! Неужели он действительно так выглядит или же всему виной дурацкая майка с не менее дурацкой надписью «Поцелуй меня, детка!»?

— Не твое дело! — бросил Крис, с трудом сдерживаясь.

— Ладно, ладно, — примирительно произнес сразу засуетившийся Джейкоб. — Не горячись, приятель, я всего лишь пошутил. Итак, я сваливаю и до понедельника ты меня здесь не увидишь.

— Я уезжаю утром в понедельник, так что ты можешь меня не застать.

— Тогда пойдем, я покажу, где оставить ключи, — открывая дверцу вагончика, предложил Джейкоб. — Вот, смотри, обычно я прячу их в песке под левым задним колесом.

— Не волнуйся, все будет в порядке, — заверил его Крис. — Кстати, если вдруг так случится, что ты невзначай столкнешься с моей девушкой, то знай: ее зовут Делина, а ты для нее Феликс.

— Договорились, — усмехнулся Джейкоб. — Да за такие деньги я готов откликаться на любое имя!

* * *

Делина продолжала удивлять Криса своей очаровательной и совершенно непредсказуемой сексуальностью. Казалось, что она готова заниматься с ним любовью в самых экзотических условиях, в любое время дня и ночи.

Было от чего возгордиться и потерять голову! Но разве он сам не испытывал столь же постоянного и неистового желания ласкать и целовать ее, обладать ею, не забывая при этом шептать самые нежные слова и комплименты?

Другое дело, что за все это время ни с его, ни с ее губ ни разу не сорвалось то заветное слово, которое они, возможно, произносили мысленно не раз, но не решались сказать вслух, оставляя право на первое признание партнеру. И слово это было «любовь»…

Стоило им зайти в вагончик, как Делина воскликнула:

— Как здесь мило! — А затем повернулась к Крису и приоткрыла свои соблазнительные губы.

Мгновенно потеряв голову, он прильнул к ним поцелуем и тут же вздрогнул, почувствовав, с какой страстной жадностью ее горячий язык проник в его рот. Выражаясь военным стилем, это была не осторожная разведка, а вторжение на покоренную территорию.

Через минуту вконец потерявший голову Крис уже яростно терзал эти изумительные губы, наслаждаясь упоительной игрой кокетливо-откровенного женского языка.

Делина положила руки ему на бедра, и он тут же повторил ее жест, действуя совершенно машинально. Затем приподнял подол легкого шелкового платья и, ощутив под пальцами кружево трусиков, медленно стянул их вниз и встал на колени, пока она, опираясь на его плечо, изящно переступала через них своими ногами в белых изящных туфельках.

Не поднимаясь с колен, Крис принялся быстрыми, щекочущими движениями губ ласкать ее ноги, бедра, живот, придерживая обеими руками за упругие ягодицы. Затем, повинуясь ее невысказанной просьбе, послушно лег на диван, а она устроилась сверху, горячая и страстная. Делина потряхивала в полутьме вагончика золотисто-рыжими волосами, упоительно двигала бедрами и прижимала к своей груди его руки…

Наконец она содрогнулась, замерла, а затем с полустоном-полувздохом нежно поцеловала Криса в губы.

— Это было нечто невероятное! — восторженно произнес он, стоило им немного прийти в себя и отдышаться. — Надо заметить, что с каждым разом это получается у нас все лучше и лучше!

— Совершенство достигается тренировками, — лукаво улыбаясь, заметила Делина.

Сев на край дивана, она поправила на груди платье, одернула подол, с любопытством огляделась по сторонам и увидела вокруг множество картинок с изображениями святых.

— Твой приятель Феликс является ревностным христианином, да? — задала Делина вопрос, которого он ждал.

— Похоже на то, — улыбнулся Крис, вспомнив, чего ему стоило снять этот вагончик. — Однако его вера не мешает его здравомыслию.

— Это хорошо, — задумчиво произнесла Делина, доставая из сумки расческу и начиная причесываться, — поскольку именно здравый смысл и ирония являются самым надежным противоядием против религиозного фанатизма.

— А ты очень религиозна?

— Я бы так не сказала. Знаешь, порой мне кажется, что люди, считающие себя истинно верующими, на самом деле во многом походят на африканских пигмеев, австралийских аборигенов или коренных жителей Амазонии.

— В каком смысле?

— Все они живут не в современной эпохе, а в далеком прошлом. Кстати, большинство американцев к религии относятся весьма прагматично.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Крис. — У нас ведь даже на банкнотах написано, что мы верим в Бога.

— А вот истинно верующие никогда бы себе такого не позволили. Особенно если вспомнить тридцать сребреников Иуды.

— Как это? Что-то я тебя не совсем понимаю…

— Видишь ли, подлинная вера — это естественное… или сверхъестественное, как тебе больше нравится, стремление нормального человеческого существа к истине, добру и красоте. Порой она перерождается в фанатизм, а порой просветляет душу и заставляет людей творить чудеса.

— Где это ты вычитала?

— Неважно… Считай, что я сама до этого додумалась. Так вот, для нас, американцев, религия всего лишь способ обретения душевного уюта, достаточно простой в употреблении и не слишком дорогостоящий. Когда земная жизнь налажена и все ее удобства продуманы до мелочей, остается лишь позаботиться о столь же удобном устройстве жизни загробной. Поэтому мы охотно верим в то, что после этой комфортабельной жизни наступит другая, не менее, если не более комфортабельная.

— О да, — засмеялся Крис, — теперь я тебя понял. Там, наверху, нас встретят любящие родственники, которые заранее позаботились о том, чтобы подыскать нам тепленькое местечко, и добрый Господь Бог, который воздаст каждому по заслугам. По заслугам, а не по грехам, заметь.

— Совершенно верно, — засмеялась в ответ Делина. — Поэтому надо лишь набраться мужества для перехода из одного состояния в другое.

— А ты боишься смерти?

— О да. Тем более что я осознала ее очень рано, еще в возрасте девяти или десяти лет, когда вдруг поняла, что наступит момент, когда меня уже не будет.

— И разумеется, это произошло ночью и так напугало маленькую Делину, что она встала с постели, пришла в комнату родителей, разбудила их и долго плакала, сетуя на то, что обязательно умрет.

— Как ты догадался? — изумилась она.

— Со мной было примерно то же самое, — безо всякой улыбки признался Крис. — Не знаю, чем утешали тебя твои родители, но мои гладили меня по голове, приговаривая, что к тому времени, когда я вырасту, ученые обязательно изобретут эликсир бессмертия.

— И мне мои родители обещали нечто подобное.

— Получается, мы так боимся смерти, что готовы верить в какие-то средневековые штуки вроде этого самого эликсира. А ты еще говоришь, что мы, американцы, самодовольны и в жизни, и в смерти!

— И не отказываюсь от своих слов, поскольку это действительно так.

— Не буду спорить.

— Впрочем, несмотря ни на что, мы изо всех сил стремимся спасти именно тело. Тогда как религиозным фанатикам плевать на тело, они думают только о спасении души. Я тебя не очень утомила?

— Напротив. И вообще, красивую женщину украшает все, что угодно, даже стервозность или религиозность. Что касается тебя, то ты будешь безумно возбуждать меня, что бы ты ни проповедовала, как бы ни одевалась — кающейся грешницей во власянице или куртизанкой в роскошном платье.

— А если вообще без платья… — лукаво улыбнулась Делина и, склонив голову ему на плечо, принялась гладить ладонью его обнаженную грудь.

— О, об этом можно только мечтать…

— Так давай претворим мечты в жизнь.

Дальше последовали легкий шорох снимаемой одежды, томные вздохи и звуки страстных поцелуев. Но, даже целуя Делину и занимаясь с ней любовью, Крис продолжал вспоминать об их странном разговоре, и тому была особая причина.

Достигнув зрелого возраста и осознав, что юность, которая не боится ни Бога, ни черта, уже позади, он вновь, как и в детстве, начал ощущать смутное беспокойство. Именно оно, как это ни странно, побуждало его неистово желать устроенной семейной жизни.

Ночное одиночество — вот главный источник всех страхов перед таинственной и бездонной пропастью, именуемой смертью. Что может лучше избавить от этого одиночества, чем нежные ласки любимой женщины, ее тихий успокаивающий шепот?

И разве рождение детей это не такое же страстное стремление сохранить хотя бы частичку себя в будущих поколениях, не дав прерваться той цепочке жизни, которая таится в наших генах и которая была завещана нам бесконечно далекими предками?..

Забавно, что на подобные мысли о семье его подвигнул самый восхитительный секс, который он когда-либо имел в своей жизни.

* * *

— Поедем, я отвезу тебя домой, — предложил Крис, когда уже наступил вечер и за окном полыхал своими невероятно насыщенными, темно-багровыми красками океанский закат.

— Зачем? — удивилась Делина. — Мне и здесь хорошо. Или мы помешаем твоему другу Феликсу? Кстати, где он пропадает и когда ты нас познакомишь?

— Боюсь, что сегодня это не получится.

— Почему?

— Он не придет ночевать. Кажется, его позвали играть в каком-то ночном клубе.

— Тогда зачем нам куда-то уезжать?

Крис пожал плечами.

— Вообще-то я тоже не прочь переночевать здесь. Однако… ты же не можешь оставить своего замечательного щенка в одиночестве.

— А он не в одиночестве. Пока ты отсутствовал, я отнесла его Магде, и она пришла в полный восторг. Оказывается, ей давно хотелось иметь собаку. Она даже придумала ему кличку — Твигги.

— В честь этой тощей топ-модели? Очень оригинально!

— Ну, Магде очень хочется немного похудеть. И возможно, она сочла, что, глядя на щенка, будет вспоминать о диете… Впрочем, это все ерунда. Если честно, то мне вдруг стало безумно жаль с ним расставаться. И я предупредила ее о том, что могу передумать.

— Да, но ты наверняка не предупредила ее о том, что не вернешься сегодня домой. В результате она может Бог знает что подумать.

— Ну и пусть! — воскликнула Делина. — Пусть думает все, что ей угодно. Да это именно из-за нее я и не желаю возвращаться!

— Как это понимать?

Впрочем, Крис мог бы и не спрашивать. В глазах Делины настолько ясно читались ее мысли, что это казалось даже несколько странным. Как правило, вашингтонские бизнес-леди более сдержанны в проявлении своих чувств.

— Неужели тебе до сих пор не ясно, — сердито продолжила она, — что моя милая подруга спит и видит, как бы тебя соблазнить?

— С чего ты взяла?

— Да хотя бы с того, что по сравнению с ее конопатым и долговязым Майклом — Боже, и что только она в нем нашла! — ты выглядишь как заправский плейбой.

— Вообще-то Майкл показался мне очень неплохим и даже остроумным парнем… — начал было Крис, но неожиданно для себя расхохотался и заключил Делину в объятия. — Однако по аналогичной причине тебе совершенно не о чем беспокоиться!

— Не понимаю…

— По сравнению с Магдой ты выглядишь самой настоящей принцессой!


10

<p>10</p>

Утром Крис выбрался из-под одеяла, постаравшись не разбудить при этом сладко спящую Делину. Затем быстро оделся, стараясь не ронять при этом из карманов всякую мелочь вроде монет или ключей, производящих больше всего шума. Это было безумно трудно, поскольку давно известно, что особенно долго возишься именно тогда, когда нужно поторопиться, и особенно шумишь, когда нужно двигаться бесшумно. Поэтому он даже задерживал дыхание и при каждом неосторожном движении испуганно смотрел на Делину, проверяя, не открыла ли она глаза.

Однако Крис столь тщательно оберегал покой своей драгоценной возлюбленной отнюдь не только из-за чрезмерной заботливости о ней. Сейчас им двигали другие, причем весьма корыстные, мотивы.

Он решил не будить Делину, потому что собирался съездить к Магде и постараться как можно успешнее выполнить доверенную ему мало приятную миссию. Надо было уговорить ее не доводить конфликт до судебного разбирательства и уточнить сумму компенсации, по возможности уменьшив ту.

Как ни упоителен оказался этот уик-энд в Строумфилде, не следовало забывать о деле, тем более что по возвращении в Вашингтон ему предстояло составить отчет о поездке…

Главное сейчас было осторожно выбраться из вагончика и сесть на мотоцикл. Если Делина проснется, то непременно начнутся расспросы, а никакой правдоподобной версии своего поспешного отъезда он за целую ночь так и не придумал. Не до того было!

Вспомнив о прошедшей бессонной ночи, Крис подавил зевок, осторожно потянулся и ласково посмотрел на тонкий профиль Делины, которая спала на правом боку, разметав по подушке золотистые волосы и положив ладонь под щеку. Как же ему хотелось поцеловать ее именно сейчас! Такой трогательной, теплой и невыразимо желанной она выглядела. Неизъяснимой прелестью веяло от его спящей возлюбленной, утомленной долгой ночью любви.

Однако если Делина проснется в одиночестве, да еще обнаружит исчезновение мотоцикла, то может вообразить невесть что, неожиданно подумал Крис. Например, что он решил от нее сбежать!

Оглядевшись по сторонам, он увидел замызганный блокнот. Вырвав оттуда листок, Крис быстро написал несколько слов, потом на цыпочках приблизился к дивану и положил записку на подушку там, где еще сохранился отпечаток его головы.

Теперь оставалось самое трудное. В очередной раз затаив дыхание и едва переставляя ноги, Крис прокрался к двери, открыл ее и со вздохом облегчения выбрался наружу.

Свежий, еще не прогретый солнцем воздух с океанского побережья приятной прохладой овеял его лицо, мгновенно подарив хорошее настроение.

Чтобы не разбудить Делину ревом мотора, Крис откатил мотоцикл как можно дальше от вагончика, поднял его на шоссе, возвышающееся над окружающей равниной, и лишь после этого сел в седло и нажал педаль стартера.

* * *

Мчаться по утренней полупустынной автостраде было на редкость приятно, однако Крисом уже овладел деловой настрой и ему было не до прелестей разгорающегося дня. Сам того не сознавая, он начал озабоченно хмуриться, обдумывая предстоящий разговор с Магдой, который обещал быть весьма нелегким. При этом едва ли не больше всего Криса заботило сохранение в тайне его участия в этом деле. Не проболтается ли Магда подруге сразу после того, как он представится ей в качестве вашингтонского адвоката?

Женщины непредсказуемы. Поэтому трудно было сказать, как отнесется Делина к тому, что он окажется не бродягой и уличным музыкантом, а представителем тех самых столичных деловых кругов, которые, по ее же собственным словам, вызывают у нее отвращение и скуку.

Возможно, она немного кокетничала, пытаясь убедить себя в том, что хоть чем-то выделяется из вашингтонской элиты. Однако рисковать в таком деле, как зарождающееся чувство, которому и сам Крис пока не мог дать четкого определения, все же не стоило. Кроме того, вполне вероятно, что Делине доставляет удовольствие роль принцессы. Да и какая бы женщина отказалась быть на ее месте!

Для Криса не было секретом, что некоторым деловым женщинам ужасно нравится, что их возлюбленные находятся на более низких ступенях социальной лестницы, поскольку они привыкли повелевать и наслаждаются чувством превосходства над своим партнером. Из числа таких женщин выходили правительницы государств, которые ухитрялись быть для некоторых своих подданных одновременно возлюбленными и повелительницами.

Если это действительно так, то мои дела плохи и нашему упоительному роману очень скоро придет конец, печально вздохнул Крис, которому этого совсем не хотелось.

Впрочем, Делина не слишком походила на таких женщин, однако он ее еще слишком мало знал. Кроме того, обстоятельства сильно меняют поведение человека. И если в провинциальном городке она могла вести себя весьма раскованно, то, кто знает, как отразится на ее отношении к нему привычное деловое окружение?

Как же ему не повезло в том, что Виктория Уэствуд протаранила именно машину Магды, а не любой другой жительницы Строумфилда! И как заставить или уговорить Магду хранить молчание до тех пор, пока он не решится признаться Делине в своем невольном обмане?

Когда именно он это сделает, Крис еще не решил. Пожалуй, наиболее подходящий для этого момент — это когда Делина, разнежившись от любовных ласк, будет лежать в его объятиях…

* * *

Магда встретила Криса весьма приветливо. И это несмотря на то, что он ее разбудил, о чем легко было догадаться по сонному виду молодой женщины, ее растрепанным волосам и небрежно запахнутому на груди кружевному пеньюару.

— Привет, — сказала она, отступая в сторону и жестом приглашая его войти. — Кофе хочешь?

— Да, спасибо. Более того, я еще не завтракал, а потому не отказался бы от пары сандвичей.

— Хорошо. Тогда проходи в кухню, и мы обязательно что-нибудь придумаем.

— Майкл сейчас у тебя? — следуя за хозяйкой дома, поинтересовался Крис.

— Нет, он уже уехал по каким-то своим делам, — удивленно обернувшись, ответила Магда. — А разве ты пришел к нему, а не ко мне?

— Я пришел к тебе. Однако не хотел бы, чтобы нам кто-нибудь помешал.

— Вот как? — Магда снова, на этот раз с искоркой веселого недоумения в карих глазах, оглянулась на Криса. — Да ты уж не соблазнять ли меня явился?

О черт! — мысленно выругался Крис, которому в данный момент было совсем не до флирта. Да что же они тут все какие-то озабоченные! — поразился он, вспомнив заигрывания с ним Виктории Уэствуд. Воздух, что ли, в этом Строумфилде особенный или женское население значительно преобладает над мужским?

— У меня к тебе чисто деловой разговор… — начал было Крис, но Магда тут же перебила его с коротким смешком:

— А жаль!

— Ты не могла бы заняться приготовлением кофе и при этом слушать меня как можно внимательнее? — сухо спросил Крис, присаживаясь на табурет и нащупывая в кармане джинсов конверт с фотографиями.

— Почему бы и нет? — Магда разочарованно пожала плечами и отвернулась к плите.

— Но для начала пообещай, что весь этот разговор останется между нами.

— Ты не хочешь, чтобы о нем узнала Делина?

— Именно так.

— Не вижу в этом никаких проблем.

— То есть ты обещаешь ничего ей не рассказывать? — настойчиво продолжал Крис, начиная постепенно испытывать раздражение.

— Я не люблю никому ничего обещать, — с неожиданной холодностью заявила Магда. — Особенно мужчинам, которые возомнили о себе Бог знает что. Выкладывай, с чем пришел, и оставь свой инквизиторский тон! Кто ты такой, чтобы от меня что-нибудь требовать?

— Законный вопрос. — Крис был готов к такому повороту событий, поэтому протянул ей визитку. — Надеюсь, теперь тебе ясна моя не совсем приличная настырность?

— Представитель адвокатской конторы из Вашингтона… — фыркнула Магда, едва взглянув на визитку. — Ай да Крис! — И она по-прежнему весело, но с каким-то еще странным выражением, которого он не мог понять, посмотрела ему в глаза. — А я-то было порадовалась за бедняжку Делину, что ей наконец-то повезло найти приличного парня, а не одного из этих лощеных столичных пижонов.

— Ну, ее все жители Вашингтона лощеные пижоны, — обиделся Крис. — Кстати, вода уже закипает.

— Вижу… Однако ты еще не сказал, какое у тебя ко мне дело.

Крис собрался уже ответить. Но тут Магда негромко воскликнула:

— Стой, не говори — сама догадалась! Это все из-за Виктории Уэствуд, да?

— Можешь рассказать, что между вами произошло и почему ты хочешь подать на нее в суд? И, если не трудно, пожалуйста, не употребляй при этом оскорбительных выражений в адрес мисс Уэствуд, поскольку я все-таки являюсь ее адвокатом.

— Рассказать-то, конечно, могу, — отозвалась Магда, разливая кофе по чашкам и садясь за стол рядом с Крисом. — А вот насчет выражений… Неужели ты сам еще не понял, что она собой представляет? Да с ней переспали чуть не половина мужчин нашего города, а остальные не поступили так лишь потому, что не нашли это привлекательным для себя.

— Это не меняет сути дела, — сдержанно заметил Крис.

— Еще как меняет и скоро ты это поймешь!

Крис насторожился. Кажется, он был недалек от истины в своем предположении, что за банальным дорожным инцидентом кроется нечто большее. Он выжидательно посмотрел на свою собеседницу, но Магда не торопилась начинать, медленно размешивая сахар в своей чашке.

— Ну?

— А что тебе сказала эта шлюха?

— Если ты будешь отвечать мне вопросом на вопрос, то мы никогда ни о чем не договоримся! — не на шутку рассердился Крис. — Кроме того, я уже тебя просил: перестань оскорблять мою клиентку мисс Уэствуд.

— А тебе известно, что еще совсем недавно мисс Уэствуд звалась миссис Стенфорд?

— Хочешь сказать, что она была замужем?

— И не в первый раз, — кивнула Магда, делая первый глоток кофе из чашки.

— Ну, и что это меняет?

— Ах да, — спохватилась Магда, заметив недоумение на лице Криса, — ты же не можешь этого знать… Ее последним мужем был Майкл.

— Серьезно?

Крис ожидал чего-то подобного, поскольку уже не сомневался, что между двумя молодыми женщинами и до столкновения на перекрестке существовали неприязненные отношения. Однако какой вывод из всего этого напрашивался? Что Виктория, поддавшись порыву ревности, намеренно врезалась в машину Магды?

— А находился ли в твоей машине Майкл, когда в нее врезалась мисс Уэствуд? — спросил Крис.

— Нет, тогда его со мной не было, — спокойно ответила она. — Однако я подала на Викторию в суд именно по просьбе Майкла.

— Он хотел, чтобы ты судилась с его бывшей женой? Но с какой целью?

— Дело в том, что при разводе она воспользовалась связями своего отца и ухитрилась оставить Майкла с носом.

— Иначе говоря, он ничего не получил при разделе их совместного имущества?

— Иначе говоря, она чуть было не довела беднягу Майкла до полной нищеты. Вот он и уговорил меня пригрозить его бывшей дражайшей половине судом и под этим предлогом заставить хоть немного раскошелиться.

— В таком случае, — оживился Крис, наконец-то полностью уразумевший суть дела, — проблема только в сумме компенсации?

— Совершенно верно.

— И сколько бы ты… то есть вы с Майклом хотели бы с нее получить?

— Сто тысяч долларов, — не задумываясь, ответила Магда. Видимо, она уже давно обсудила этот вопрос со своим рыжеволосым и конопатым возлюбленным.

— Отлично! — заявил Крис, вставая с табурета и оставляя свой кофе нетронутым. — В таком случае завтра… нет, прямо сегодня я переговорю с мисс Уэствуд и постараюсь уладить этот вопрос.

— Постарайся, — вяло произнесла Магда, — хотя я совершенно уверена в том, что эта… что мисс Уэствуд обязательно начнет торговаться. Ой, ты торопишься, а жаль… Да, и куда, кстати, ты девал мою подругу?

— Она ждет меня в одном месте, — уклончиво ответил Крис. — Между прочим… — он немного помялся, затем достал из кармана джинсов конверт с фотографиями и протянул Магде, — тебе известно о существовании этих снимков?

— Разумеется, — кивнула она, бегло просмотрев их.

— Откуда?

— Во-первых, от фотографа, во-вторых, от самой Виктории… Но она напрасно думает, что меня можно шантажировать подобной ерундой. Мы живем в конце двадцатого века, а я свободная женщина и могу делать все, что захочу!

— И куда же мне их теперь деть? — озадаченно спросил Крис, не ожидавший подобного равнодушия со стороны Магды к собственной репутации.

— Отдай Виктории обратно, путь хоть в газетах печатает. — Магда небрежно сунула снимки в конверт и, возвращая их Крису, с усмешкой добавила: — Эх, жаль, что в тот момент в моей машине не было тебя!

— Это еще почему?

— Ты гораздо красивее и фотогеничнее, чем бедняга Майкл.

Крис пожал плечами и уже совсем было собрался уходить, однако веселый цинизм Магды не давал ему покоя. Если эта женщина настолько равнодушно относится к собственной репутации, то с еще большим равнодушием будет относиться к чужим секретам!

— Ты не забыла о моей просьбе? — спросил он, когда уже стоял на пороге.

— Какой еще просьбе? — удивилась Магда, придерживая дверь и даже не пытаясь плотнее запахнуть полураскрытый на груди пеньюар.

— Ты обещала ничего не рассказывать Делине, — терпеливо напомнил он.

— Ах это… Ладно, не буду, хотя и не понимаю причин твоей скрытности. Почему ты не хочешь, чтобы она узнала о том, кто ты есть на самом деле? Я бы еще поняла это, если бы ты, например, был гангстером и находился в федеральном розыске.

— Хочу сделать ей сюрприз, — сказал Крис первое, что пришло на ум.

— Что же это за сюрприз? — насмешливо протянула Магда, состроив ироничную гримасу. — Подумаешь, адвокат! Вот если бы ты действительно был гангстером, тогда я еще понимаю…

— Не думаю, чтобы Делина этому очень обрадовалась, — заметил Крис. — А я предпочитаю делать людям только приятные сюрпризы.

В ответ на его последнюю фразу Магда столь красноречиво покачала головой, что он не смог удержаться от вопроса:

— Как это понимать?

— А так, красавчик Крис, что не вам с нами в этом тягаться!

— В чем «в этом»? — спросил он. — И кого ты имеешь в виду под «нами» и «вами»?

— Я имею в виду, что в искусстве делать сюрпризы женщины легко дадут фору мужчинам!

Звонко выпалив эту фразу, Магда отступила на шаг и, прежде чем заинтригованный Крис успел потребовать новых объяснений, захлопнула дверь перед его носом.

Проснувшись и открыв глаза, Делина тут же увидела записку, лежащую перед ней на подушке.

Поехал за свежими булочками. Если захочешь прогуляться по пляжу, то зарой ключи в песок под левым задним колесом вагона.

Крис.

Она улыбнулась и томно потянулась, ощущая себя на удивление счастливой. Этого чувства Делина не испытывала уже так давно. А ведь именно в достижении подобного состояния и есть подлинный смысл человеческой жизни.

Еще раз улыбнувшись этим мыслям, молодая женщина откинула одеяло, спрыгнула с дивана и, напевая себе под нос, направилась в душ.

Умывшись и одевшись, Делина приготовила себе кофе и убрала постель. Затем, взяв чашку, села на диван и задумалась. Есть ли у Криса сейчас кто-нибудь еще? Сколько у него было женщин до нее и любил ли он какую-нибудь из них по-настоящему?

Делина остерегалась расспрашивать об этом своего возлюбленного. Тем более что между ними еще не наступил период откровенных признаний, после которого отношения поднимаются на новый, качественно иной уровень.

Крис был третьим мужчиной в ее жизни, но она никогда и ни при каких обстоятельствах не распространялась о двух предыдущих. Тем более о них не знала Магда.

До двадцати двух лет Делина Джойс, эффектная, уверенная в себе и остроумная девушка, была девственницей. Ей доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие помыкать влюбленными в нее молодыми людьми, которые порой доходили до того, что ползали у нее в ногах, умоляя о взаимности, или приходили в бешенство, проклиная ее надменность и самоуверенность.

Что было причиной такого поведения Делины? Она слишком высоко себя ценила? Надеялась влюбиться по-настоящему? Верила, что своего не упустит?..

Однако время шло, подруги выходили замуж, поклонники не выдерживали безапелляционных отказов и находили утешение в любви других девушек. А Делина по-прежнему не сомневалась в своей неотразимости и с большим трудом представляла себя в объятиях какого-нибудь мужчины.

И вдруг, когда ей пошел двадцать третий года, она влюбилась, влюбилась в человека, давно и хорошо знакомого, — в старинного приятеля ее покойного отца. Она как раз переехала в Талахасси, куда ее пригласили на работу после окончания университета. Может быть, то, что Делина впервые оказалась в непривычном окружении, и породило влечение, которое молоденькая девушка неожиданно испытала по отношению к единственному мужчине в городе, которому могла довериться, ибо знала его с детства.

Кирк Денитсон слыл талантливым журналистом, умным и интересным собеседником. Но он был более чем на тридцать лет ее старше и к началу их романа сильно облысел, что, однако, не портило его импозантной внешности.

К тому же ему нельзя было отказать в остроумии. И это особенно привлекало в нем Делину. Кирк посмеивался даже над собственной лысиной, говоря, что у него просто открылась чакра, через которую он впитывает космическую энергию. После чего неизменно добавлял, что при этом его голова стала удивительно беззащитной.

И все же, почему произошло то, чего Делина меньше всего от себя ожидала? Куда вдруг делись ее упрямство и непреклонность? Или она побоялась обидеть отказом человека, который знал ее еще маленькой девочкой? Но ведь сам Кирк, ничтоже сумняшеся, повел себя с ней отнюдь не по-отечески, как можно было бы предположить, учитывая его долгую дружбу с отцом девушки…

Впрочем, удивляться или жалеть было поздно, да Делина и не жалела, поскольку Кирк оказался опытным мужчиной и всячески стремился сделать ее изощренной в постельных утехах женщиной. И это, кстати сказать, ему вполне удалось.

Какое-то время у них все шло прекрасно, пока…

Какое-то время, какое-то время, мысленно передразнила себя молодая женщина. Не надо лукавить, милая, это продолжалось почти три года. Три года она была любовницей человека, который годился ей в отцы, и как минимум один из них ее раздирали мучительные сомнения: а правильно ли то, что она делает? Юность заканчивается, она становится взрослой женщиной и все равно каждую неделю, как наивная восторженная девчонка, спешит на свидания к своему стареющему любовнику.

Ею двигает любовь? Чушь! Через два года их связь стала привычкой, не вызывающей даже тени прежних эмоций…

— В молодости мы совершаем ошибки из-за недостатка опыта, — любил поучать ее Кирк в минуты досуга. — В зрелости — из-за недостатка ума. В старости — из-за забвения первого и угасания второго.

Так почему же она продолжала отвергать других поклонников ради продолжения отношений с Кирком, ведь с ней по-прежнему не прочь были познакомиться мужчины? Это было загадкой даже для самой молодой женщины.

Правда, к концу третьего года их связи Делина, призвав на помощь разум и силу воли, все-таки сумела порвать с Кирком. После чего неожиданно почувствовала невыносимую пустоту в сердце, словно лишилась чего-то привычного и необычайно нужного в жизни. Однако она сумела перебороть себя и нашла утешение в работе.

А еще через полгода у нее дома раздался телефонный звонок. Молодой мужчина, представившийся племянником Кирка, сообщил о смерти своего дяди от сердечного приступа и сообщил о дате и месте похорон.

Она приехала и тогда впервые увидела Саймона — крупного и красивого молодого человека с уверенным взглядом темных глаз, сильными руками и густыми черными бровями. С Делиной тут же произошло нечто странное, совершенно необъяснимое и в тоже время возбуждающе приятное. Тем же вечером, когда собравшиеся на поминки люди стали расходиться, Саймон попросил ее задержаться и помочь ему разобрать бумаги дяди.

Но бумаги так и остались нетронутыми, поскольку они почти сразу же перешли в полутемную спальню. Им не потребовалось слов, они поняли друг друга с полувзгляда…

Никогда в жизни Делина не испытывала такого сильного, потрясающего до самых сокровенных глубин существа наслаждения.

И только после этого, вспоминая умелые, но лишенные истинной страсти любовные объятия Кирка, она поняла, сколь многого была лишена. Делина безумно боялась потерять Саймона и позабыла с ним свою прежнюю надменность.

Он интуитивно чувствовал опасения своей возлюбленной и посмеивался над ними. Но он и любил ее, гордился ею, и неоднократно демонстрировал своим приятелям весьма странного, если не сказать угрожающего, вида.

Чем Саймон занимался, Делина так толком и не узнала, однако некоторые из ее новых талахасских знакомых настоятельно советовали порвать с ним, намекая на его возможные нелады с законом. Убедившись со временем, что Саймон действительно является человеком, не имеющим ни малейших представлений о морали, она — как и в случае с его дядей — скрепя сердце призвала на помощь рассудок и волю и рассталась с ним.

Последний раз они виделись в декабре прошлого года, когда Саймон заехал к ней на работу, чтобы поздравить с Рождеством, и подарил бриллиантовые серьги. Отказаться от подарка на глазах у сотрудников Делина не смогла, однако серьги так ни разу и не надела. Они до сих пор лежали в сейфе ее вашингтонского офиса, и молодая женщина не оставляла надежду когда-нибудь вернуть их Саймону.

По-видимому, у него имелись серьезные намерения на ее счет. Но Делина не дала молодому человеку ни единого шанса к продолжению их отношений.

* * *

И вот когда она, замкнувшись в себе, заработала от Магды прозвище синий чулок, на ее жизненном пути встретился Крис. Сейчас Делина могла бы сказать, что Крис чем-то напоминает ей Саймона, за исключением того, что ведет себя гораздо тактичнее и нежнее. Только эта неожиданная встреча на улице Стромфилда и спасла ее от тоски и одиночества — самых тяжелых и щемящих из всех человеческих чувств, которые охватывали ее каждый раз, когда молодая женщина оказывалась в родном городе и видела, как мало изменился сам город и как сильно изменились друзья ее детства.

Смотрясь в них, как в зеркало, Делина понимала, насколько стала другой. И это надолго лишало ее душевного равновесия.

Чего не хватало ей из того периода ее жизни, когда она, юная и неопытная, постоянно испытывала желания или упивалась надеждами? Самих желаний или той возможности совершать бесконечные ошибки, которые всегда можно было исправить благодаря имеющемуся впереди запасу времени?

Делина не знала ответа, но теперь благодаря встрече с Крисом об этом можно было даже не задумываться. После первой же ночи с ним она полностью забыла о том, что можно быть несчастной и одинокой, оказавшись во власти иного, казавшегося ей неведомым чувства.

Это была не любовь-уважение, которую она испытывала к Кирку. Но и не любовь-страсть, которой приковал ее к себе Саймон.

Скорее всего она встретила любовь-дружбу — ту разновидность любви, которая служит самой надежной основой брака, на всю жизнь соединяя мужчину и женщину и самым наглядным образом воплощаясь в их потомстве…

Однако сначала следовало убедиться в подлинности чувств Криса. А для этого он должен был сделать первый шаг. Во-вторых — и это главное, — ему надо было перестать лукавить и честно во всем признаться.

Отважится ли он на это? — вот что сейчас занимало Делину больше всего на свете.

Внешне Крис был привлекательнее Саймона и волновал ее куда сильнее, чем племянник покойного Кирка. Однако их бурные постельные объятия еще ничего не говорили о его порядочности, о том, можно ли ему доверять. Промучившись ожиданием до полудня, но, так и не дождавшись ни обещанных булочек, ни самого Криса, Делина начала в этом серьезно сомневаться.


11

<p>11</p>

Поскольку уик-энд закончился и пора было готовиться к возвращению в Вашингтон, Крис решил не терять времени даром — ведь ему еще предстояло объяснение с Делиной. Именно от этого объяснения и зависело то, с каким чувством он полетит домой: бесконечно разочарованным или безгранично счастливым.

Сразу после разговора с Магдой Крис позвонил Виктории Уэствуд и предложил немедленно встретиться.

— Ой, я не могу сейчас куда-то ехать, — проворковала она, — поскольку минуту назад вышла из ванной. Если у тебя действительно срочное дело, то приезжай ко мне и мы все обсудим.

Крис прекрасно понимал, чем может закончиться подобный визит к разбитной особе, но выбора у него не было, поскольку время поджимало.

Правда, на самый крайний случай у него имелась визитка одного на редкость привлекательного малого — разносчика пиццы. Однако рисковать все же не хотелось…

Боже, и с каких это пор он стал считать рискованной встречу с красивой молодой женщиной? Уж не с тех ли самых, как почувствовал к Делине нечто большее, чем неистовую жажду обладания?

— Хорошо, я приеду, — сказал он, и обрадованная Виктория тут же продиктовала ему адрес.

* * *

Через полчаса Крис звонил в дверь красивого белого особняка, стоящего в окружении пальм и цветущих магнолий. Свой мотоцикл он оставил под ближайшим деревом, повесив шлем на руль.

Как Крис и ожидал, Виктория даже не подумала переодеться к его приходу и вышла ему навстречу в легком, доходящем лишь до середины стройных загорелых бедер шелковом китайском халате, расшитом яркими павлинами. Зато успела наложить макияж и причесаться, так что выглядела весьма сексапильно.

И, судя по запаху, его клиентка уже успела приложиться к бутылке.

— Хочешь чего-нибудь выпить? — с ходу осведомилась она, окидывая Криса оценивающим взглядом, словно бы проверяя, в каком он сегодня настроении.

— Колы или минералки, — ответил он, избегая встречаться с ней глазами.

— Тогда наливай себе сам, — разрешила Виктория и, брезгливо поморщившись, небрежно кивнула в направлении бара, словно бы показывая этим свое пренебрежение к столь скромным напиткам.

Пока она закуривала, Крис достал из холодильника бутылочку кока-колы и залпом осушил ее. При этом он мысленно собирался с силами, заранее предчувствуя, что очередной сексуальной атаки со стороны хозяйки дома ему не избежать.

И она не замедлила последовать.

— Ну и как наши дела? — лениво осведомилась Виктория, устраиваясь на диване с бокалом шампанского в одной руке и дымящейся сигаретой в другой.

Крис вкратце, стараясь не смотреть на ее обнаженные ноги и полуобнаженную грудь, рассказал о своем недавнем разговоре с Магдой.

— То есть эта мерзавка выступает в роли защитницы интересов моего бывшего мужа, которого я после развода якобы оставила голым и босым? — решила уточнить Виктория.

— Именно так, — кивнул Крис, которого не столько возмущала, сколько смущала грубость Виктории.

Поэтому он и не стал обращаться к ней с той же просьбой, что и к Магде, — то есть отзываться о противной стороне уважительно.

В грубости мисс Уэствуд было нечто наигранное, театральное, словно бы молодая женщина старалась казаться хуже, чем есть на самом деле. И хотя Виктория изо всех сил стремилась выглядеть прожженным циником, на самом деле смотрелась жалкой и потерянной.

В итоге Крис постарался обойтись с ней предельно тактично, не поддаваясь ни на какие провокации вроде откровенного заигрывания.

— И сколько же хотят урвать эти голубки? — усмехнувшись, спросила Виктория. — Судя по всему, они неплохо спелись.

— Сто тысяч.

— Только-то и всего! — Она удивленно вскинула брови. — Однако я думала, что ты назовешь большую сумму, поскольку поначалу Магда заикнулась о… Впрочем, это неважно. По-видимому, ты действительно хороший адвокат, раз сумел умерить аппетиты этой алчной твари. И что же ты мне посоветуешь?

— Разумеется, согласиться.

— Ну конечно, что ты еще можешь сказать. Вам, адвокатам, лишь бы поскорее уладить очередное дело, чтобы тут же взяться за следующее.

Поскольку это был прямой выпад в адрес его профессии, Крис сделал протестующий жест рукой.

— Я исходил из другого, — сдержанно пояснил он. — Дело в том, что если вы попытаетесь оспорить эту сумму в суде, то можете потерять много больше.

— Ты в этом уверен?

— Абсолютно. Процесс может затянуться до бесконечности, а вам предстоит оплачивать услуги адвоката.

— Если твои, то я не против.

— Боюсь, я не смогу слишком часто наведываться в Строумфилд, поэтому вам будет проще нанять кого-нибудь из местных, — как можно мягче сказал Крис.

— Ну что ж… — Виктория задумчиво допила шампанское, посмотрела прищурившись на Криса и вдруг заявила: — Хорошо, я прямо сейчас выпишу им чек на сто тысяч, но при одном условии.

— Каком же? — безо всякого энтузиазма поинтересовался Крис, догадываясь, о чем пойдет речь, а потому не торопясь радоваться успешному завершению дела.

— Сегодняшний день ты проведешь со мной и будешь делать все, что я захочу!

Проклятье! А ведь его ждало объяснение с Делиной, которую еще надо найти, поскольку она наверняка устала ждать и покинула вагончик его друга-музыканта.

Какое-то время Крис молчал, делая вид, будто раздумывает, хотя на самом деле всего лишь мысленно чертыхался.

Чтобы поскорее пробудить в нем нужные эмоции, Виктория вытянулась на диване и игриво тронула его плечо большим пальцем левой ноги с ярко накрашенным ноготком, промурлыкав при этом:

— Соглашайся скорее, котик. Обещаю, что ты не пожалеешь! — И она призывно облизнула пухлые губы розовым языком.

Однако проблема для Криса состояла не в том, ответить «да» или «нет». Тут особого выбора не было. Вопрос заключался в другом: с помощью какой уловки он сумеет потом уклониться от выполнения данного обещания?

Если прямо сейчас предложить вместо себя загорелого разносчика пиццы, то Виктория безумно обидится и наверняка передумает выписывать чек. Но если немедленно потащит его в постель, то избежать ее ласк ему не удастся…

Так что же придумать?

Неожиданно его осенило, причем пришедшая ему на ум мысль изрядно повеселила Криса. Поэтому он не стал томить Викторию и просто сказал:

— Хорошо, я согласен.

— Долго же ты думал. — Она обиженно надула губы, но тут же потянулась к нему с поцелуем.

— Минуту! — неожиданно вспомнил Крис и полез в карман джинсов за заветным конвертом. — Чуть было не забыл вернуть вам фотографии.

— А зачем мне теперь снимки этой стервы? — удивилась Виктория. — На память, что ли?

— Но мне они тоже не нужны.

И тут его игривой собеседнице пришла в голову очередная затея. Крис понял это по задорному блеску, которым вспыхнули ее глаза.

— А что ты скажешь насчет моих снимков? — кокетливо поинтересовалась она.

— Каких снимков?

— Которые ты сейчас сделаешь!

Виктория встала коленями на диван, распахнула халат и обнажила свои роскошные груди. Затем подхватила их ладонями и слегка приподняла, облизнув при этом полуоткрытые губы. Кроме кружевных атласных трусиков на ней больше ничего не было.

— Как тебе нравится такой ракурс? — игриво осведомилась она.

— Неплохо, — мгновенно охрипшим голосом произнес Крис. — Но… но, к сожалению, у меня с собой нет фотоаппарата…

— Не беда! — Виктория небрежно запахнула халат и соскочила с дивана на пол. — Сейчас принесу. Он у меня в другой комнате.

— Может, все-таки не надо? — не столько спросил, сколько попросил Крис, теперь уже далеко не уверенный в собственной стойкости.

— Почему же не надо? — деланно удивилась Виктория, в упор глядя на адвоката. — Ты же обещал, что если остаешься со мной на весь день, то будешь выполнять все мои прихоти!

— Да, но вы еще не выписали чек.

— Хорошо, что напомнил. Поскучай несколько минут в одиночестве, а я принесу и то, и другое.

Виктория направилась к двери, но по дороге остановилась и с самым озорным выражением на лице оглянулась на мгновенно насторожившегося Криса. Что там еще пришло во взбалмошную головку моей непредсказуемой клиентки? — встревожился он.

— Я вот что подумала, — сказала она, — давай сфотографируемся вместе!

— Зачем?

— А затем, что я пошлю наши фотографии Магде. Пусть рассматривает их вместе с конопатым верзилой Майклом — тоже мне сокровище нашла, — и завидует!

Час от часу не легче, мысленно вздохнул Крис. А если Магда захочет показать эти фотографии отнюдь не Майклу, а своей лучшей подруге? О черт, кажется, он явно поторопился, согласившись стать довеском к обещанному чеку.

Пока Крис раздумывал, под каким бы предлогом увильнуть от совместного фотографирования, Виктория вернулась обратно в гостиную, держа в одной руке фотоаппарат. Другой, с зажатым в ней чеком, она весело помахивала в воздухе.

Судя по неуверенным движениям и неустойчивой походке, Виктория успела выпить еще, отчего Крис вновь испытал к ней невольную жалость. Почему такая симпатичная молодая женщина пьет, начиная с самого утра?

— Лови! — Виктория кинула ему чек, после чего вцепилась в фотоаппарат обеими руками.

Пока Крис пытался поймать узкую бумажку, порхающую по комнате наподобие бабочки, Виктория дважды щелкнула затвором и довольно засмеялась.

— Все, красавчик, ты попал в мою коллекцию, так что теперь никуда не денешься!

Это заявление неприятно резануло слух Криса, поэтому от его прежнего сочувствия к мисс Уэствуд не осталось и следа. Что за сумасбродка! Ее настроение непредсказуемо меняется, поэтому толком неизвестно, что она выкинет в следующую минуту.

Крис тщательно проверил чек и, убедившись, что тот заполнен правильно, бережно спрятал в карман джинсов.

Итак, дело сделано, и теперь придется за это расплачиваться…

— Послушай, — заговорил Крис, когда Виктория плюхнулась рядом с ним на диван и вручила ему фотоаппарат, — мне тут пришла в голову одна замечательная мысль…

— Принять душ вместе?

— Не совсем. Почему бы нам для начала не съездить в какой-нибудь ресторан и не позавтракать? Не знаю, как ты, но я с утра ничего не ел, а это мешает мне сосредоточиться. В конце концов у нас впереди целый день, так что хватит время и на фотографии, и на душ, и на все остальное.

— А почему бы нам просто не позвонить в ресторан и не заказать еду на дом?

Вопрос был совершенно естественный, поэтому Крис не сразу нашелся, что ответить. Действительно, можно было заказать пиццу, познакомить Викторию с веселым посыльным, а самому незаметно удрать…

— По дороге я хочу отправить этот чек Магде, — после некоторого раздумья заявил он, решив действовать наверняка. — После этого все мои дела в Строумфилде закончатся и оставшееся время до отлета можно будет потратить на удовольствия.

— А когда ты улетаешь? — тут же заинтересовалась Виктория.

— Завтра утром, первым же рейсом.

— И эту ночь мы проведем вместе?

— Вообще-то я обещал только день… — В душе Криса теплились надежда хотя бы к вечеру избавиться от навязчивой клиентки и попытаться найти Делину, чтобы все ей объяснить. Однако, заметив, как насторожилась Виктория, он поспешил добавить: — Впрочем, если вы настаиваете…

— Отлично, котик, в таком случае тебе просто необходимо основательно подкрепиться и набраться сил! — весело вскричала она, вскакивая с дивана и подмигивая адвокату. — Посиди здесь, пока я быстренько переоденусь.

Виктория, к радости Криса забыв про фотоаппарат, выбежала в другую комнату.

Зная, как долго и тщательно одеваются женщины, он настроился на долгое ожидание… и ошибся. Не прошло и пятнадцати минут, как молодая женщина снова возникла в дверях, на этот раз затянутая в белый комбинезон из какой-то удивительной ткани, похожей на лакированную кожу.

С глубоким вырезом на пышной смуглой груди, с распущенными по плечам волосами, да еще обутая в изящные белые туфли на высоком каблуке, мисс Виктория Грэхем Уэствуд смотрелась очень даже неплохо.

Ее портили только — во всяком случае, на взгляд Криса, — неестественный блеск глаз и излишняя суетливость движений, которые появляются у подвыпившего человека именно тогда, когда он пытается тщательно скрыть от окружающих свое состояние.

Но стоило Виктории понюхать что-то из флакона, который она достала из своей сумочки крокодиловой кожи, как произошло удивительное преображение. Все ее движения приобрели ту элегантную законченность, которая появляется у женщин, когда они абсолютно уверены в собственной неотразимости.

— Ну что, поехали? — с веселым смешком осведомилась Виктория, небрежно вращая на пальце ключи от машины.

— Поехали, — согласился Крис, размышляя над тем, что она могла нюхать. — Однако мне кажется, будет лучше, если машину поведу я.

— Это еще почему?

— Потому, что сегодня я еще не пил.

— Что за глупости! — И Виктория подбоченилась, вызывающе уставившись на него. — Неужели ты считаешь, что я пьяна?

И вновь Крис поразился ее преображению. Действительно, в данный момент она выглядела совершенно трезвой.

— Тем более, — продолжала Виктория, — что мой «феррари» я никогда и никому не доверяю. Едем же, красавчик, и перестань хмурить брови — тебе это совсем не идет! Мне гораздо больше нравится, когда мужчины смотрят на меня, улыбаясь и облизываясь…

Нечто похожее говорила ему и Делина!

* * *

Они подошли к ярко-красной машине, припаркованной у входа. Как тут же выяснилось, Крис беспокоился напрасно. Когда Виктория села за руль, он сразу почувствовал в ней опытного водителя, настолько четко и уверенно она действовала, с первого же раза попав ключом в замок зажигания.

Более того, несмотря на мощный мотор, позволяющий развивать скорость свыше двухсот миль в час, Виктория вела спортивный автомобиль спокойно и аккуратно. Особенно когда они покинули ворота усадьбы и выехали на неширокие улочки Строумфилда.

— Куда мы едем? — немного расслабившись, спросил Крис, невольно подумав, как было бы чудесно, если бы за рулем сидела не эта взбалмошная, сексуально озабоченная красотка, а Делина, которая сейчас неизвестно где и с которой ему еще предстоит непростое объяснение.

— Куда захочешь, — небрежно отозвалась Виктория, внимательно следя за дорогой. — Впрочем, ты же не местный, поэтому я отвезу тебя в мой любимый ресторан.

— Да, но по дороге нам еще надо отправить чек, — напомнил ей Крис.

— Разумеется, отправим. Хотя, если ты действительно так проголодался, как говоришь, то мы могли бы сделать это и после ланча.

— Нет уж, прошу тебя, не будем откладывать, — стоял на своем адвокат.

— Как скажешь, красавчик.

Однако Крис напрасно проявил настойчивость, поскольку, как выяснилось несколькими минутами позже, именно из-за этого в тот день ему суждено было остаться голодным.

Виктория притормозила у ближайшего перекрестка и, наклонившись к Крису, указала пальцем на другую сторону улицы.

— Вон там находится почтовое отделение. Видишь?

— Да. Я быстро, — открывая дверцу, обрадованно пообещал Крис.

— Эх, жаль, что мы не успели сделать пару совместных снимков, — неожиданно вспомнила Виктория, — тогда бы ты послал их вместе с чеком.

— Все еще впереди, — буркнул Крис.

Перейдя дорогу, он вошел в почтовое отделение и спросил конверт. Затем аккуратно вложил в него чек и надписал адрес Магды. И тут кто-то несильно, но весьма нагло хлопнул его сзади по плечу.

Крис обернулся и увидел перед собой разъяренного Майкла. Рыжий и веснушчатый, он раскраснелся от гнева, отчего стал похож на бойцового петуха.

— Вот так сюрприз! — улыбаясь, воскликнул Крис и уже хотел было передать конверт с чеком ему в руки, как Майкл схватил его за шею и прошипел:

— Сейчас, приятель, я тебя придушу!

Крис разжал его руки, посмотрел в окно на ожидающую его Викторию и мгновенно все понял.

— Ты с ней уже переспал? — спросил Майкл, пытаясь снова наброситься на Криса. — Вы уже принимали душ вместе? Ты ее уже фотографировал в голом виде?

Оказывается, те милые шалости, которые Виктория предлагала ему всего полчаса назад, вошли у нее в привычку.

Но куда только подевался тот нескладный и меланхоличный увалень, каким Майкл предстал при их первой встрече в доме Магды? Теперь его было просто не узнать. Вот что ревность делает с человеком! — подумал Крис, встревоженно глядя на окружающих, внимательно прислушивающихся к их разговору. Только бы избежать драки, а то еще вызовут полицию, и тогда на его профессиональной репутации можно будет поставить крест.

С какой стати этот болван вздумал ревновать меня к своей бывшей жене, тем более что сам уже живет с другой женщиной? — продолжал размышлять Крис, по-прежнему держа своего противника за руки.

Правда, высокая и сексапильная Виктория была намного эффектнее разбитной простушки Магды. Однако сейчас ему некогда было разбираться в тонкостях взаимоотношений этой троицы. Прежде чем продолжить разговор, Крис с такой силой сдавил запястья Майкла, что тот скривился от боли.

— Успокойся, приятель, — хладнокровно посоветовал ему он. — Я не спал с твоей бывшей женой и не имею ни малейших намерений на этот счет.

— Тогда какого черта вы разъезжаете по городу вместе на ее машине?

— Долго объяснять. Лучше возьми конверт и загляни внутрь. — И Крис протянул Майклу конверт, который все это время лежал рядом с ними на стойке.

— Что все это значит? — удивился тот, мельком взглянув на чек. — И чьи это деньги?

— Это твои деньги, которые я, как адвокат, сумел получить для тебя… или для Магды у мисс Уэствуд взамен на ваше обещание не подавать на нее в суд.

— Ты — адвокат? — не поверил Майкл. — А зачем тогда притворялся музыкантом?

— Это длинная история, о которой ты сможешь прочесть в моих мемуарах… если только у меня будет время их написать, — усмехнулся Крис. — Бери деньги и решай, на кого из двух женщин ты их потратишь.

А про себя он подумал, что неожиданная встреча с Майклом оказалась для него как нельзя более кстати. Теперь он вполне сможет увильнуть от исполнения своего обещания под тем предлогом, что опасается мести чересчур уж ревнивого бывшего мужа Виктории. Вообще-то, зная любвеобильный нрав мисс Грэхем Уэствуд, можно было не сомневаться в том, что бедняге Майклу приходилось и, очевидно, приходится много ревновать.

Впрочем, это не мое дело, решил Крис, который считал, что ревность в чем-то сродни мазохизму или азартной игре. Чем больше ревнуешь или играешь, тем яростнее хочется делать это снова и снова, даже сознавая всю бесполезность своих действий.

— Если ты мне до сих пор не веришь, то давай вместе подойдем к твоей бывшей жене, и она подтвердит, что между нами ничего не было, — предложил Крис, начиная воплощать в жизнь мгновенно придуманный им план.

Между бывшими супругами наверняка разразится скандал. А пока они будут выяснять отношения, он преспокойно отправится искать Делину.

— Ну что, идешь?

— Иду, — кивнул Майкл и вдруг смущенно улыбнулся. — Ты уж меня извини за горячность.

— Ерунда, с кем не бывает, — снисходительно ответил Крис, открывая дверь и первым выходя на улицу.

— Если честно, то я все еще люблю Викторию, — зачем-то начал откровенничать Майкл, — тем более что это она меня бросила…

— Сочувствую, — кивнул Крис.

И тут произошло нечто совсем уж неожиданное. В тот момент, когда мужчины остановились рядом со светофором, перед ним затормозило такси.

Крис случайно взглянул в окно на пассажирку — и сердце его ёкнуло. Делина! Задумавшись, она смотрела в другую сторону, так что ему был виден только ее профиль.

— Извини, приятель, но с Викторией тебе придется разбираться самому, — торопливо произнес Крис, хлопая Майкла по плечу.

Затем он бросился к такси, распахнул дверцу и проворно втиснулся на заднее сиденье.

— Эй, приятель, машина занята, — обернувшись, сообщил ему удивленный чернокожий шофер.

Однако Крис, не обращая на него внимания, уже обнял не успевшую ничего понять молодую женщину и пылко поцеловал в губы.

— Я перед тобой виноват, Делина, очень виноват, — пробормотал он, глядя в ее глаза — чудесные, серо-голубые, широко распахнутые от изумления глаза, которые он так любил!

— Ты действительно виноват, — улыбаясь и поглаживая его по щеке ладонью, согласилась она, — поскольку я имела все основания думать, что ты меня бросил.

— Никогда! — пылко заверил ее Крис, снова прижимая к себе. — Никогда я тебя не брошу, поэтому не смей даже думать ни о чем подобном!

— Кстати, — Делина, чуть отстранившись, улыбнулась так хорошо знакомой ему лукавой улыбкой, — а где же обещанные свежие булочки? Где твой мотоцикл? И что ты делал в компании Майкла?

— К черту булочки, Майкла и мотоцикл! К черту все на свете! — Крис вдруг почувствовал себя на седьмом небе от счастья.

— Ты не хочешь мне ничего рассказать?

— Потом, все потом, — задыхаясь от любви, покачал головой Крис.

— А что сейчас?

— Немедленно поедем куда-нибудь, где мы могли бы остаться одни!

— К тебе или ко мне? — решила уточнить Делина, явно взволнованная столь бурным проявлением его страсти.

— Слишком далеко, — мгновенно отозвался Крис. — Лучше в ближайший отель.

— Это за углом, — широко улыбаясь, отозвался водитель такси, который до сего момента следил за ними в зеркало заднего обзора и внимательно прислушивался к их разговору. — Так что, едем?

— Вперед! — почти одновременно скомандовали Крис и Делина, тесно прижимаясь друг к другу.

* * *

Целоваться они начали еще в машине, не обращая внимания на водителя. Продолжили в лифте и не отрывали губ даже в тот момент, когда Крис судорожно шарил в кармане джинсов, доставая ключ и на ощупь открывая замок.

Стоило ему ногой захлопнуть дверь, как они начали лихорадочно раздевать друг друга. Первым упал на пол легкий белый жакет Делины, затем огромной бабочкой вспорхнула и плавно опустилась рядом с ним бирюзовая блузка. А вот со злополучной майкой Криса пришлось повозиться…

Но уже через несколько секунд, оба полностью обнаженные, они вновь прильнули друг к другу, содрогаясь от бешеного сердцебиения. До кровати они так и не добрались, поскольку Делина обеими руками уперлась Крису в грудь, понуждая опуститься на пушистый светлый ковер, и села на него верхом.

Спустя какое-то непередаваемо прекрасное мгновение они почти одновременно вскрикнули, почувствовав то самое неистово-желанное единение, от ожидания которого нервы натягиваются струной и помрачается рассудок.

Делина склонилась над Крисом, окутав его лицо волной пышных, благоухающих волос, и поцеловала. А потом внезапно выпрямилась, отбросила волосы назад и, упираясь ладонями в его грудь, стала совершать упругие движения бедрами, от которых плавно колыхались ее полные груди, а он жадно ловил их руками и, приподнимаясь, пытался поцеловать…

И наступила дивная ночь исполнения самых сокровенных желаний и самых трогательных взаимных признаний, которых они оба так долго ждали!..

— Как все это по-американски, — вздохнула Делина, когда они немного успокоились и перебрались на кровать, где продолжали нежно ласкать друг друга легкими, дразнящими и оттого удивительно пикантными прикосновениями.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Крис и даже приподнялся на локте.

— То, как Голливуд навязывает нам штампы поведения. В каждом фильме любовные сцены происходят именно так: герои, страстно целуясь, неудержимо продвигаются к кровати, срывая с себя по пути одежду. Здесь даже сценарий писать не надо!

— Это не сценарий, а мечта всей моей жизни, — мгновенно откликнулся Крис. — Поэтому я и хочу сказать сейчас самую банальнейшую вещь на свете: сегодняшняя ночь — самая счастливая ночь в моей жизни! А ты женщина, прекраснее которой не сыскать во всем мире!

— Звучит так, будто ты признаешься мне в любви. Но так ли это? Ты уверен, что действительно любишь меня?

Делина задала этот вопрос без тени улыбки. И Крис почувствовал, как она напряглась в ожидании его ответа. Он постарался избавить ее от ненужного напряжения.

— Разве можно тебя не любить? — улыбаясь, воскликнул он, ласково перебирая пальцами пряди ее длинных рыжеватых волос. — И как можно не восхищаться такой чудной, обворожительной, сексуальной особой с серо-голубыми глазами, красиво очерченными губами, изящным носиком и нежными маленькими ушками.

После этой фразы Крис легко прикоснулся губами к ее левому уху, предварительно отодвинув прикрывавшие его волосы.

— Я уж не говорю про твою фигуру, любуясь которой наконец-то понял истинное значение слов «божественно стройная»…

— Продолжай, продолжай, — попросила Делина, поворачиваясь к нему лицом и кладя руку ему на грудь, — потому что от своих вашингтонских поклонников я никогда не слышала подобных комплиментов.

И Крис, на какое-то время забыв об уже порядком поднадоевшей роли уличного музыканта, пустил в ход все свое красноречие. Он сравнивал Делину с Афродитой, рожденной из морской пены, рассказывал о древних римлянах, заказывавших себе чаши по форме груди своих возлюбленных, и клялся, что сочинит самую прекрасную мелодию на свете, которую посвятит ей…

— Сколько времени? — вдруг спохватилась Делина, когда Крис прикоснулся губами к нежной коже ее плеча.

— Что? — недовольно воскликнул он, возмущенный тем, что его отвлекли от столь увлекательного занятия. — А, половина третьего ночи…

— О Боже!

— Что такое?

— Умоляю тебя, давай хоть немного поспим! Ты забыл, что завтра утром я улетаю в Вашингтон?

Крис сделал опечаленное лицо, и Делина тут же это заметила.

— Не расстраивайся, любовь моя, — проворковала она, целуя его в лоб, — ты обязательно прилетишь ко мне на следующий уикэнд… А по поводу денег на билет туда и обратно можешь не беспокоиться.

— Я подумал не об этом, — сдержанно ответил Крис. — Во сколько тебе надо вставать?

— В восемь.

— Почему так рано? Отсюда до аэропорта двадцать минут на такси.

— Да, но ты забываешь, что мне еще надо привести себя в порядок. Я не могу появиться в офисе в таком виде, что, увидев меня, сослуживцы тут же начнут понимающе усмехаться и спрашивать: ночь фантастического секса, да?

— Ох уж мне эти пуритане, — вздохнул Крис, вспомнив, как он сам и его коллеги любят подшучивать друг над другом по аналогичному поводу. — Ну что ж, давай поспим, хотя это безумно глупо — проводить во сне самую прекрасную ночь своей жизни!

— А кто тебе сказал, что ничего более прекрасного в твоей жизни уже не будет? — сонно пробормотала Делина, поворачиваясь спиной к нему. — Поверь, это совсем не так, потому что…

Не дождавшись окончания фразы, Крис снова вздохнул и выключил ночник.

Чуть ли не целый час он пролежал с открытыми глазами, вновь и вновь вспоминая события минувшего дня и пытаясь утихомирить разыгравшееся воображение. Сон пришел незаметно и оказался на удивление крепким.


12

<p>12</p>

Крис проснулся от звука осторожно закрываемой двери. Какое-то время он вспоминал, где находится, а потом быстро открыл глаза и резко сел в постели.

Делины в номере не было!

— О черт! — расстроившись, выругался он. — Надо же было так долго дрыхнуть!

Если бы он проснулся вместе с Делиной, то вполне мог бы рассчитывать на совместный душ и завтрак, а теперь придется все это проделывать в одиночестве. Что за невезение!

Крис взглянул на часы: половина восьмого утра. До регистрации первого рейса на Вашингтон оставалось больше часа, а посему в поспешном исчезновении Делины таилось нечто странное.

И где хоть какая-нибудь записка? Ведь не могла же она уйти просто так, даже не попрощавшись, особенно после ночи взаимных признаний.

Он притянул к себе подушку, на которой спала Делина, жадно вдохнул тонкий, но явственный аромат ее волос и зарычал от страсти. Ни на подушке, ни на постели никакой записки не было!

Крис озадаченно покачал головой, затем одним прыжком вскочил с кровати и бросился в ванную.

Записка все-таки была. Но нашлась лишь тогда, когда он взялся за телефон, чтобы позвонить портье и попросить вызвать такси.

— До свидания, Крис, — писала Делина. — Извини, что последовала твоему примеру и оставила тебя просыпаться в одиночестве. Знаю, как это тяжело и неприятно, однако пусть это будет моей маленькой местью за твои «свежие булочки».

Ужасно не люблю прощаний в аэропортах. В них есть что-то слезливо-сентиментальное, а я уже девочка взрослая и не люблю проявлять свои чувства прилюдно.

И вообще расставания утомляют. Особенно тягостны они тогда, когда все сказано и сделано и остается только дождаться момента, когда можно будет в последний раз пожать друг другу руку и, почувствовав грустное облегчение, разойтись в разные стороны. Так что давай этого избежим…

Надеюсь, ты все поймешь правильно.

Не расстраивайся! Визитка со всеми моими телефонами лежит под этой запиской, поэтому в том, что мы еще встретимся, я нисколько не сомневаюсь. Более того, мое последнее обещание остается в силе.

Целую тебя.

Делина.

Визитка действительно лежала на том же телефонном столике — ламинированная, с золотым обрезом и красивыми виньетками.

Крис завернул ее в записку и, размышляя над женским коварством, спрятал в карман. Затем позвонил портье и распорядился по поводу такси и завтрака.

Через полчаса бодрый и чисто выбритый Крис спустился в холл отеля.

— Такси ждет у входа, сэр, — сообщил портье, принимая у него чаевые.

— Благодарю.

В этот момент кто-то хлопнул его по плечу. Крис обернулся, полагая вновь увидеть рыжего Майкла, однако это оказался широко улыбающийся Джейкоб.

— Привет, приятель! Тоже остановился в этом же отеле? Наскучила моя берлога? Надеюсь, ты не забыл оставить ключи там, где я тебе показал?

О черт! Крис только теперь вспомнил о договоре с Джейкобом. Да, но где же ключи? Разумеется, он забыл спросить Делину, оставила ли она вагончик закрытым, когда уехала оттуда, так и не дождавшись его возвращения.

А вдруг Джейкоба обворуют по его вине? Например, унесут его запасной саксофон…

— Ты чего морщишься? — встревожился чернокожий музыкант. — Надеюсь, ты не поджег мой вагончик и не продал его.

— Нет, с твоим вагончиком все в порядке, — покривил душой Крис. — Однако я не помню, куда задевал ключи. Но ты не расстраивайся. В возмещение возможного ущерба я оставлю тебе мой мотоцикл.

Он вспомнил, что его «хонда» должна находиться там, где он оставил ее вчера днем, то есть прислоненной к пальме возле дома Виктории. Почему бы и не подарить ее славному Джейкобу, оказавшему ему целых две важных услуги!

— Вообще-то я предпочел бы какую-нибудь тачку, — ухмыльнулся тот, — однако подарки не выбирают. И где же твоя «хонда»?

Время уже поджимало, поэтому Крис постарался как можно быстрее объяснить ему местонахождение мотоцикла.

— А за эти сто баксов я попрошу тебя еще об одной услуге, — вручая купюру Джейкобу, добавил он. — Когда придешь забирать мотоцикл, то позвони в дом, спроси мисс Викторию Уэствуд и постарайся как можно убедительнее за меня извиниться.

— А что ты такого натворил? — тут же заинтересовался негр. — Переехал ее любимую болонку? Обчистил сейф? Или сделал ей ребенка и решил слинять из города?

— Нет, я всего лишь отказался с ней переспать, — поражаясь буйной фантазии своего чернокожего приятеля, объяснил Крис.

— Плохи твои дела! — с комически-серьезным видом вздохнул Джейкоб. — Такого женщины не прощают!

— Знаю, дружище, знаю, потому и надеюсь на твое красноречие.

Они по-приятельски простились, и Крис поспешил к выходу из отеля.

* * *

Приехав в аэропорт, он успел заскочить в химчистку, где получил костюм, отчищенный ото всех следов мороженого. Быстро переодевшись, Крис бережно уложил майку с надписью «Поцелуй меня, детка!» в свой кейс.

Регистрацию он проходил одним из последних, когда Делина по его расчетам уже должна была сидеть в самолете. Поспешно поднимаясь по трапу, Крис глубоко дышал, пытаясь успокоить безумно бьющееся от волнения сердце.

Какое объяснение ему сейчас предстоит? И как отнесется она к его невольному обману?

Впрочем, главное даже не в этом.

Что скажет Делина, когда узнает, что ее случайный возлюбленный отнюдь не уличный музыкант — в чем была некая романтика, — а один из тех вашингтонских типов, которые носят накрахмаленные рубашки и о которых она всегда отзывается с презрением и пренебрежением?

* * *

— Боже мой! — только и сказала Делина, откладывая в сторону газету и глядя во все глаза на севшего рядом с ней Криса.

— Привет, — смущенно улыбнулся он.

— Это ты или твой брат-близнец? — Ее изумлению, как казалось, не было предела.

— Я тебе сейчас все объясню… — набравшись мужества, начал Крис.

Но Делина, по всей видимости, была слишком потрясена, чтобы позволить ему спокойно продолжить.

— Сначала я сама попробую догадаться. Ты одолжил этот костюм в отеле и решил полететь вместе со мной, потому что жить без меня не можешь?

— С первым предположением у тебя вышла промашка: костюм мой собственный. Зато второе очень близко к истине.

— Значит, ты — актер, решивший вжиться в образ уличного музыканта?

— Увы, — вздохнул Крис, — у меня гораздо менее романтичная профессия.

— Но ведь ты не профессиональный жиголо, походя соблазняющий скучающих женщин?

— Нет.

— И не частный детектив, нанятый моим вашингтонским боссом, чтобы проследить за тем, что я буду делать в Строумфилде?

— Тоже нет.

— И не скучающий миллионер, проводящий выходные в поисках острых ощущений?

— Увы! — снова вздохнул Крис и решительно добавил: — Позволь же мне наконец самому тебе все рассказать! Только давай сначала пристегнем ремни, а то самолет уже пошел на взлет.

— Надо было пристегнуть тебя ремнями к кровати в номере, чтобы ты не позволял себе подобных фокусов! — то ли сердясь, то ли в шутку заметила Делина.

— Ты меня намерена выслушать?

— Только если ты не будешь больше врать! — категорично потребовала она.

— Клянусь говорить правду, только правду и ничего кроме правды, — подняв правую руку, с торжественной шутливостью произнес Крис, надеясь заставить ее улыбнуться.

Женщины обожают тех, кто их смешит или заставляет плакать навзрыд. Именно поэтому великие комики, как и великие трагики, во все времена пользуются у них особым успехом!

— Ну-ну, слушаю, — поторопила его Делина.

— Все началось с того, что, когда я прилетел по делам в этот город…

— По каким еще делам, мистер Инкогнито?

— Об этом чуть позже… Так вот, прямо на выходе из отеля одна юная леди вымазала мой костюм полурастаявшим шоколадным мороженым.

— Видимо, ты заигрывал с ней менее удачно, чем со мной, — иронично заметила Делина.

— Ни с кем я не заигрывал! — не на шутку рассердился Крис. — Ты можешь выслушать меня, не перебивая?

— Клянусь хранить молчание, только молчание и ничего кроме молчания, — так удачно спародировала она, что он не мог не улыбнуться.

— Ну то-то же. Так вот, после того как мой костюм оказался безнадежно испорчен, я отдал его в чистку, а себе купил майку и джинсы.

— Конечно, ведь в смокинге в тот вечер тебе было бы слишком жарко!

Крис решил сдержать раздражение и продолжить свой рассказ, не обращая внимания на язвительные замечания своей собеседницы. В конце концов после столь изощренного обмана с его стороны она имела на это полное право.

— Короче говоря, когда я шел по улицам, то вдруг увидел одинокого уличного музыканта. Заметив, что я остановился и заслушался, он предложил мне сыграть на его саксофоне.

— Так ты саксофонист Вашингтонского филармонического оркестра?

— Нет, я всего лишь любитель, которого прямо на улице бросилась целовать скучающая вашингтонская леди… Жаль только, что я забыл ее имя.

Крис ехидно посмотрел на Делину и, к немалому своему изумлению, обнаружил, что она буквально давится от смеха.

— Я так удачно пошутил или у меня на редкость глупый вид? — осторожно поинтересовался он.

— И то, и другое… господин адвокат!

— Так ты все знала! — мгновенно догадался он. — Это тебе Магда рассказала, да?

— Нет, как раз Магда мне ничего не рассказывала, — вволю насмеявшись, принялась объяснять Делина. — Просто я далеко не так глупа, как может показаться на первый взгляд тем, кто думает, будто я только и делаю, что вешаюсь на шею первым встречным мужчинам.

— Но я вовсе так не думаю!

— Еще бы ты посмел!

— И все-таки, как ты догадалась?

— Во-первых, по твоим изысканным манерам и литературным оборотам речи. У меня нет знакомых среди уличных музыкантов, но я совершенно точно уверена, что они вели бы себя как-нибудь иначе. Кроме того, когда мы находились в вагончике Феликса, ты там ничего не мог найти, а потому любой бы понял, что ты никогда здесь не жил.

— И это все?

— Нет, я еще не сказала самого главного. Виктория Грэхем Уэствуд — моя школьная подруга, моя и Магды.

— Неужели? — вытаращил глаза Крис.

— Да, мы все трое оканчивали один и тот же колледж. Разумеется, я прекрасно знала об их ссоре из-за Майкла, о столкновении на перекрестке и о предполагаемом приезде вашингтонского адвоката. А то, что этот адвокат — ты, я поняла, когда случайно подслушала твой разговор с Викторией, в котором ты назвал ее мисс Уэствуд.

— Но, черт возьми! — Крис раздосадованно стукнул кулаком по колену. — Почему было сразу не признаться? Зачем надо было разыгрывать весь этот спектакль?

— О нет! — поспешно возразила Делина. — Спектакль разыгрывал ты, а я всего лишь подыгрывала тебе.

— Ах ты, бестия! Впрочем, оба хороши… — И тут Крису вспомнились слова Магды о том, что не мужчинам состязаться с женщинами в искусстве делать сюрпризы. Как же она оказалась права! — Да, но зачем ты ушла сегодня утром из отеля, оставив мне какую-то довольно странную записку?

Делина не успела ответить, поскольку откуда-то снизу, где стояла небольшая сумка, послышалось легкое царапанье и жалобное повизгивание.

Молодая женщина проворно подняла и поставила сумку к себе на колени, затем раскрыла ее. Оттуда выглянула забавная щенячья мордочка с высунутым розовым язычком.

— Теперь понимаешь?

— Ты все-таки решила не оставлять его Магде, а взять с собой?

— Ну разве можно оставить такую невероятную прелесть? — Делина кончиками пальцев осторожно погладила щенка по голове. — Я даже успела придумать ему кличку — Музыкант! Тебе нравится?

— Если честно, то не очень, — покачал головой Крис. — Пусть лучше будет Твигги.

— Ну, во-первых, это он, а не она, как я было ошибочно решила. А во-вторых, я хочу, чтобы щенок был толстый и довольный жизнью.

— Все равно давай придумаем ему еще какое-нибудь имя. Любое. Только не Музыкант!

— Но почему?

— Потому, что это будет постоянно напоминать тебе о моем невольном обмане.

— А почему ты первый не признался? — спросила Делина, осторожно опуская сумку со щенком обратно на пол.

— Боялся тебя разочаровать, — виновато улыбаясь, признался Крис. — Ты с такой откровенной неприязнью говорила о мужчинах в накрахмаленных сорочках, что я решил использовать преимущества моей майки.

— С надписью «Поцелуй меня, детка!»? — сразу вспомнила Делина и развеселилась.

— Она и сейчас со мной. — Крис похлопал по стоящему на полу кейсу.

— А что, если я попрошу тебя ее надеть?

— Как надеть? Прямо здесь? Но зачем?

— Затем, что мне хочется сделать то, что предлагает ее надпись, — заговорщически прошептала Делина, пытаясь наклониться ближе к Крису.

— О, поверь мне, мы вполне можем обойтись и без майки, — прошептал он в ответ.

Однако обоим помешал ремень, которым они были пристегнуты к креслу. К счастью, в этот момент вспыхнула надпись: «Можете отстегнуть ремни», после чего оба тут же избавились от своих оков.

Крис собрался уже обнять Делину. Но она вдруг отстранилась, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Что с тобой?

— Помнишь наш первый вечер после знакомства, когда мы сидели в баре и ты еще спросил, почему такая красивая женщина, как я, до сих пор не замужем?

— Разумеется, и я даже помню, как ты продемонстрировала мне свой ответ.

— Тогда помолчи и дай мне попробовать еще раз! — потребовала молодая женщина, вытягивая вперед указательные пальцы обеих рук и пытаясь медленно свести их.

Однако Крис не стал дожидаться окончания очередной попытки Делины таким своеобразным способом решить свою участь. Он просто взял оба ее пальца и соединил их вместе.

— Что ты делаешь? — удивилась она, мгновенно открывая глаза.

— Наглядно демонстрирую, что свою судьбу надо брать в свои руки, а не полагаться на волю случая!

— И как это понимать?

— Как предложение перестать баловаться соединением пальцев, а вместо этого соединить сердца!

Глаза Делины радостно вспыхнули, и Крис, восприняв это как знак согласия, поцеловал ее в губы. Но не пылко и яростно, как прошлой ночью, а осторожно, словно бы делая это перед алтарем на глазах многочисленных гостей.

Впрочем, для самых пылких поцелуев у них еще будет сколько угодно времени!