Э. К. Криспин

Байки из дворца Джаббы Хатта-19: Толщина кожи (История толстой танцовщицы)


* * *

<p>* * *</p>

Тук… тук… тук. Ритмичное биение слабым эхом раздавалось в похожем на пещеру зале аудиенции во дворце Джаббы. Грузная фигура, сидя дремавшая скрестив ноги на пустом постаменте, вздрогнула, выпрямилась и опасливо посмотрела на арку прохода, ведущего к лестнице главного входа. Стук раздался снова.

Откуда там взялся кто-то, кто мог так колотить по дверям? Йарна д'ал'Гарган хотела бы это знать. Тяжело поднявшись, многогрудая танцовщица отважилась осторожно приблизиться к проему и встала, всматриваясь в главный вход. Питомец Джаббы, нечто между амфибией и млекопитающим по имени Бубо, привязанный наверху ступенек, посмотрел на нее и жалобно заквакал, прося объедков. Йарна его проигнорировала. Напрягая слух, танцовщица уловила слабый крик.

Тук… тук… тук.

Аскайианка оглянулась и нервно сглотнула. Она не хотела подниматься туда одна. Смерть следовала по коридорам и залам дворца Джаббы; было найдено еще одно тело, на этот раз несчастного помощника повара по имени Флегмин. Чуть раньше Йарна сама подверглась нападению и с трудом убежала невредимой.

— Ж'Квилле? — негромко позвала она в темноту.

Была его очередь стоять на страже.

Нет ответа.

Где же этот глупый випхид? Скрестив руки на колыхающихся холмах верхней груди, Йарна передернулась. За стенами дворца уже был закат, и никто не мог оказаться снаружи в этот час.

Правда, мастер Джабба уехал на барже наблюдать за казнью несчастного Хэна Соло и его друзей. Хатг задерживался уже на несколько часов, и от них не было вестей с тех пор, как баржа отбыла… но это не могла быть свита мастера Джаббы. Он не стал бы стучаться в центральные двери, а вошел бы во дворец через большие задние ворота. За год ее «службы» у Джаббы, Йарна слишком хорошо выучила эти обычаи.

Так кто же там?

И что ей делать? тук… тук… тук.

Удары усилились, и крик стал громче и отчаяннее. Все, кто мог дать ей указания, — мастер Фортуна, Тессек, Барада — — ушли. Даже начальника гаморреанцев, Ортугга, нигде не было видно.

Обведя языком неожиданно пересохшие губы, танцовщица повернулась и сложила руки рупором у рта.

— Охрана! — выкрикнула она на весь зал. — Охрана! Все оглохли, что ли? Ктото у главного входа Другие обитатели разношерстного «двора» криминального лорда, которые спали у дальних стен зала аудиенции, зашевелились, украдкой оглядываясь. .. но ни один из них не присоединился к аскайианке, стоявшей у лестницы. Во дворце Джаббы опасно было привлекать к себе внимание.

Йарна услышала шум бегущих ног и увидела гуманоида в броне, мчащегося из противоположных ворот. Охранник в потрепанной темной броне был ей знаком, хотя он всегда был скрытен, и она не знала его имени. Он был тем, кого безрассудно ударил вуки Чубакка, впечатав в стену одним взмахом длинной мохнатой руки.

— Что происходит? — механически звучащий голос исходил изнутри шлема, скрывавшего черты его лица, и Йарна поняла, что он говорит через дыхательный фильтр. — Где мастер Джабба?

— Еще не вернулся, — сказала Йарна, чувствуя, как ее сердца колотятся в животе. — Кто вы?

— Сержант Доаллин к вашим услугам, — сказал охранник, автоматически вытягиваясь по стойке «смирно».

Новый стук у входа заставил его посмотреть вверх по лестнице.

— Кто там у двери, госпожа Гарган?

— Не знаю, — ответила она, оценив уважительное обращение.

Прошло долгое время с тех пор, как кто-нибудь обращался к ней иначе чем «Уродина». Удары снова достигли их слуха, но теперь стали заметно тише. Йарна пожала плечами и указала на вход: — Часовой, который должен быть здесь… его нет. А я подумала, мне не следует открывать дверь в отсутствие охраны.

Голова в шлеме кивнула.

— Хорошая мысль, — охранник сделал ей знак следовать за ним и начал подниматься по ступеням.

Йарна держалась так близко к нему, что почти наступала на пятки его сапог.

Когда пара достигла высоких массивных дверей, Доаллин посмотрел на экран слежения, но было слишком темно, чтобы выяснить личность посетителя. Он поднял бластер, потом сделал жест: — Откройте и отойдите в сторону.

Двигаясь с быстротой, противоречащей ее тучности, Иарна набрала необходимую комбинацию, затем сдвинулась в сторону. Снаружи стоял куаррен Тессек, его одежда была растерзана и пахла дымом. Его сморщенные черты и щупальца были бледными и потрескавшимися, словно он подвергся действию сильного жара.

— Джабба… Мастер Джабба, баржа… — бездыханно пробормотал он. — Соло, вуки… и дже-дай! На нас могут напасть!

— Где Джабба? требовательно спросил Доаллин.

— Мертв! Она задушила его, эта аддераанская танцовщица, новенькая. Когда должна была произойти казнь, на барже вспыхнула ужасная битва. У них было спрятано оружие, и этот джедай, он обладает невероятными способностями! Я сражался с ними, но меня задело выстрелом, и я потерял управление свупом… Я чуть не свалился в яму сарлакка! Затем, — он выразительно взмахнул руками, — огромный взрыв! Баржа разлетелась на части по всему Дюнному морю!

— Джабба? Мертв? — даже механический тон Доаллина казался ошеломленным.

Куоррен кивнул. Он перевел взгляд с Иарны на Доаллина, потом, казалось, вспомнил о достоинстве. Подтянувшись, он расправил ссутуленные плечи.

— Теперь я здесь командую, — сказал он, и его голос стал глубже. — Ждите меня здесь, я скоро вернусь.

Доаллин изобразил некое подобие салюта, но больше ничего не ответил, и куаррен, все еще дрожа, повернулся и закинул ногу на свуп. Через несколько мгновений он скрылся.

Иарна стояла, застыв от шока, с трудом осмеливаясь поверить в то, что услышала. Она так долго ждала этого дня! А может быть, Тессек лгал? Вдруг это еще один изощренный план Джаббы, чтобы проверить верность своих подданных? И все же… она не верила, что куаррен желал ей зла. Вчера он застал ее за кражей нескольких полудрагоценных камней и не доложил об этом Джаббе. Она вспомнила расширившиеся испуганные глаза Тессека. Нет. Куаррен говорил правду.

Иарна услышала взволнованный гвалт внизу лестницы и поняла, что новости уже начали распространяться. Через несколько минут все будут знать. Аскайианка попыталась успокоиться. Она должна думать — думать! Что эти новости означают для нее? Что будет теперь?

Она не чувствовала себя обязанной подчиняться Тессеку — хоть он и оказал ей вчера услугу. Куаррен был настоящим трусом, и все это знали. Со смертью Джаббы Иарна не могла представить никого, кто мог бы обладать такой же силой воли, беспощадностью и умом, чтобы принять лидерскую мантию Джаббы. Через час дворец погрузится в хаос. А там, в Мос Айсли… Дыхание застыло в горле у Йарны, как кусок загустевшего сагбата. По законам Татуина нелегальное имущество Джаббы будет конфисковано и ликвидировано. Его рабы будут проданы тому, кто предложит наибольшую цену. Сама Йарна не была легальной рабыней, так как Джабба заключил с ней «контракт», пообещав, что однажды она сможет выкупить свою свободу. Это было одной из любимых уловок Жирнотелого. «Свободные» старались работать усерднее и выказывали большую преданность, чем рабы. И Иарна четко помнила формулировку контракта, который она подписала, приложив большой палец, — он гласил, что в случае смерти Джаббы она получает свободу — если, конечно, не приложила усилий к наступлению его смерти. Но она этого не делала. Так что теперь… она была свободна.

Возможность получить свободу заставила Йарну верно служить хатту, танцуя для него, отвечая за персонал хозяйственной части и выполняя роль матери для других танцовщиц. Еще три года, и она была бы свободна — если, конечно, не надоела бы Джаббе и он бы не приказал ее убить.

Воспоминание о Лейе и других танцовщицах заставило ее мысли вернуться к Оуле. Если бы только бедная девочка тви'лекка послушалась ее совета, она тоже дожила бы до этого дня — и тоже была бы свободна! Иарна не очень хорошо знала Оулу, но ей нравилась эта девочка… хоть она и оказалась достаточно глупа, чтобы проигнорировать совет Йарны, чтобы остаться в живых.

Прошло всего несколько дней с тех пор, как Оула была скормлена монстру, обитающему под тронным залом… теперь он тоже был мертв, сражен молодым воином, называющим себя джеда-ем. Йарна, глядя с лестницы, едва могла скрыть мстительное ликование. Аскайианская танцовщица ненавидела отвратительное чудовище с яростной страстью с тех пор, как оно поглотило ее супруга, Наутага. Вся их семья была захвачена в результате рабовладельческого набега, и их привезли на Татуин как часть груза для инспекции Джаббы. Работорговцы доставили свой товар прямо в тронный зал и пригласили Джаббу ознакомиться с их товаром.

Затем, в момент, который до сих пор преследовал Йарну во сне, Наутаг шагнул вперед и проклял Жирнотелого, бросая вызов Джаббе и утверждая, что он, его жена и их дети никогда не будут рабами… никогда! А потом… Джабба расхохотался, и от этого зловещего «хо-хо-хо» у Парны всегда застывали сердца. Джабба рассмеялся… и открыл люк, и Наутаг упал.

Ее муж храбро сражался, но продержался лишь несколько минут. Торжествующий рев ранкора, когда он разорвал ее мужа надвое, эхом раздавался в ушах Иарны…

Пронзительным крик, несомненно женский, резко вернул Йарну к действительности. Хаос начался.

Я должна выбраться отсюда, подумала она, вспомнив маленький запас украденных драгоценностей, который она собирала с момента, как оказалась здесь. Они ей понадобятся, когда она доберется до Мое Айсли и своих детей. Аукционисты префекта Тальмонта любят продавать, но они ожидают не меньше чем сотню за каждого… Мысленно она прикинула ценность своего маленького запаса. Хватит ли мне? Возможно. Хоть и с трудом.

Она не могла оставаться здесь, не сейчас. Она не продержится целый день, она знала это. Недавно она видела лик Смерти, бродившей по дворцу Джаббы, и она знала, что та не оставит ее в живых, чтобы рассказать, что она видела. Вчера ее спасла лишь удача. Если бы Ортугт не пришел ее искать…

А потом они нашли кухонного слугу. Йарна единственная поняла, что означали маленькие капли крови, засохшие в ноздрях жертвы. Она знала, как парень встретил свою смерть… и у нее не было желания разделить его судьбу. С того момента она старалась никогда не оставаться одна, даже брала с собой кого-то из прислуги, когда посещала купальню и уборную.

— Госпожа.., — сказал кто-то нерешительно, и Йарна, повернувшись, увидела Доаллина, все еще стоявшего рядом с ней.

Хоть его черты были скрыты, в нем безошибочно чувствовалось напряжение и настойчивость.

— Да? — аскайианка постаралась сдержать нетерпение, прорывавшееся в голосе. Никто не должен знать, что она намерена сбежать, иначе ее остановят.

— Мне хотелось бы знать, не могли бы вы мне помочь. Вы отвечаете за уборку. .. вы знаете, где Джабба хранит… хранил вещи. Вы когда-нибудь видели, где лежит вот это? — быстрым движением пальцев охранник отцепил капсулу сбоку своего дыхательного шлема и протянул ей, чтобы она могла ее рассмотреть.

Йарна видела коробку маленьких газовых капсул, похожих на эту, спрятанную за панелью в личных апартаментах Джаббы. Она с любопытством взглянула на Доаллина.

— Что это?

— Капсула для дыхательного аппарата. Я могу дышать татуинским воздухом небольшой отрезок времени, но если я не получу минимальное количество гидронатри, добавленного в мой воз-духоприемник, я умру, — охранник боязливо оглянулся через плечо. — Джабба выдавал мне дневную норму за один раз… это был его способ проверить мою верность. Но теперь, когда он мертв…

Йарна изучающее посмотрела на него, сложив руки на верхней груди. Есть ли у него деньги? Может ли она заставить его заплатить за информацию? Она хотела потребовать кредитки в обмен на место, но что-то внутри нее воспротивилось этой мысли. Именем Лунной Повелительницы Аскайи, Доаллин умрет — а он не был из тех, кто мучил и унижал ее, он был просто еще одним существом, попавшим в неволю к Джаббе.

Кроме того, ей нужна была помощь, чтобы добраться до тайника. Еще один пронзительный крик эхом разнесся по дворцу, за ним последовало хрюканье и визгливый смех гаморреанца. С каждой секундой звуки пьяных пирушек и разгула становились все громче. Несмотря на то что в коридорах дворца Джаббы встречались вещи похуже, чем просто пьяные гаморреанцы, они тоже были малоприятны…

Йарна отрывисто кивнула Доаллину: — Я знаю, где он хранил их.

Так странно было говорить о Джаббе в прошедшем времени. Аскайианка обнарркила, что ей трудно представить, что хатт мертв. Джабба был подлым, отвратительным, извращенным и жадным — но он был без сомнения полон жизни.

— Пойдем со мной, будешь охранять меня, пока я заберу некоторые ветци, а потом я покажу тебе, где они. Идет?

Доаллин кивнул.

Аскайианка двинулась к своей цели, быстро передвигаясь по дворцу в сопровождении Доал-лина. Проходя через каждый затемненный дверной проем, она напрягалась, думая, не ждет ли он внутри. Но их путь проходил беспрепятственно.

Когда они достигли комнаты прислуги, Иарна направилась прямиком к шкафу, где хранились ультразвуковые метлы и предметы для уборки.

— Держи оружие наготове, — велела она своему сопровождающему, потом опустилась на колени и открыла панель в одном из автоматических полотеров. — Я не хочу сюрпризов.

Протянув руку рядом с энергетической ячейкой, она вынула маленький мешочек, который спрятала внутри чистящего прибора. Доаллин склонил голову в шлеме, и Йарне почудилось удивление в его механическом тоне.

— Что у вас там, госпожа?

Иарна покачала мешочек на ладони, оценивая его вес. Ее губы изогнулись в первой искренней улыбке за весь год.

— Свобода моих детей, — медленно произнесла она.

— Ваших детей?

— Они не здесь, — сказала Иарна. — Джабба приказал держать их в его городском доме в Мос Айсли. У меня осталось три ребенка… работорговцы убили четвертого во время захвата. Мне нужно добраться до Мос Айсли до того, как власти распродадут имущество Джаббы. Они продадут моих малышей, я должна попасть туда вовремя и купить их!

Почему-то она знала, что он пристально смотрит на нее из-за шлема.

— Мос Айсли? Вы собираетесь в Мос Айсли?

— Я должна, — сказала Иарна, и голос ее наполнился решимостью. — И быстро.

— Через Дюнное море? Вы, должно быть, с ума сошли.

Иарна поднялась на ноги, ее грудь тяжело вздымалась в кожаном наряде.

— Возможно, — признала она. — Но я скорее умру там, — она махнула рукой в сторону Мос Айсли, — чем останусь здесь взаперти, ожидая того, чтобы стать следующей жертвой убийцы.

— Неизвестный убийца… — произнес Доал-лин. — Да. Я тоже не горю желанием стать следующей жертвой.

— Если я останусь, — сказала Иарна и начала запихивать мешочек в пространство между нижней парой грудей, надежно привязывая его, чтобы не выпал, — я буду следующей жертвой, я знаю это, — она подняла на него глаза и содрогнулась. — Я… Я видела его лицо. Он не оставит меня в живых.

— Вы видели его? — голос Доаллина задрожал от нетерпения.

Он схватил ее за руку, притягивая к себе, и реф-лекторно оглянулся через плечо. Никого не было.

— Кто он? — прошептал он. Голос Йарны задрожал.

— Я не знаю его имени, — хрипло пробормотала она. — Это высокий стройный гуманоид, такой, в щегольском наряде… с мешками по обе стороны лица. — Она провела пальцами вниз по собственным щекам в качестве иллюстрации.

— Тот, кого вы описали, — это Джеррико, — сказал Доаллин. — — Данник Джеррико. Он работал на Джаббу. Вы уверены? Откуда вы знаете?

— Потому что он пытался убить меня вчера, — голос Йарны был безжизненным, но все ее тучное тело содрогалось. — У него… такие штуки, которые выходят из лица. Возле носа… и они убивают тебя.

— Штуки? — глухо повторил Доаллин. — Какие штуки?

— Как… щупальца. Они разматываются. Он… — ее чуть не стошнило от воспоминаний. — Он просовывает их в нос… он сделал это со слугой.

— Как вам удалось уйти?

— Когда его щупальца только прикоснулись ко мне, вошел один из гаморреанцев. Он… это существо… отпустило меня.

— Но Джеррико далеко до вас, — пальцы Доаллина сжались на ее плече, проверяя плотный мускул под кожей. — Вы в два раза больше его.

— Когда он кладет на тебя руки и смотрит тебе в глаза… ты не можешь двигаться, — прошептала Иарна, чувствуя, как желудок поднимается к горлу. — Когда ты видишь, как: разворачиваются эти щупальца, ты знаешь, что происходит, потому что он хочет, чтобы ты знал. Но ты не можешь шевельнуться. Это… ужасно, — она задохнулась, прижав руку ко рту и пытаясь справиться с собой.

Несколько секунд спустя она снова посмотрела на него.

— Если ты поклянешься чем угодно, во что ты веришь, что проводишь меня до транспортного отсека после этого, я сейчас отведу тебя туда, где находятся газовые капсулы, — пообещала Иарна.

Как она могла доверять тому, чьего лица не могла видеть? Но у нее было мало выбора…

Доаллин прикоснулся к своей груди тремя пальцами, сложенными в виде знака, похожего на ритуальный жест (возможно, так и было): — Я клянусь Небесными Серафимами, что отведу тебя в транспортный отсек.

Иарна кивнула.

— Тогда идем.

Оба вышли в коридор и целеустремленно направились к другой стороне здания с И арной во главе. Она шла быстро, уверенно, ее лишь беспокоили раздающиеся время от времени крики и грохот из других частей дворца. Еще несколько минут, и меня здесь не будет, говорила она себе, ее шаги становились все быстрее и быстрее. Она почти бежала. Еще несколько минут…

Удача подвела ее, когда она обогнула следующий угол, а Доаллин отстал на дюжину шагов.

Двое прежних охранников Джаббы поджидали добычу. Танцовщица узнала их — человека звали Торник, а гаморреанца — Варлуг. Оба были в стельку пьяны. Она попыталась поспешно отступить, но они поприветствовали ее пьяным восторженным хрюканьем и схватили ее.

— Уродина! — проревел Торник. — Любовь моей жизни! Иди сюда и выпей со мной!

Йарна попыталась вырваться, но он крепко держал ее руку.

— Потанцуй для меня, а потом мы развлечемся!

Аскайианка оглянулась назад, но Доаллина не было видно. Неужели он сбежал и бросил ее? А как же его дыхательные капсулы?

— Нет! — провизжал гаморреанец, пытаясь оттащить ее от своего товарища. — Я ее первый увидел! Я первым получу Уродину!

— Прекратите! — приказала Йарна, стараясь сохранять спокойствие, несмотря на бешеный стук обоих сердец, — Отпустите меня. Я… Я выполняю задание для мастера Фортуны.

— Ха! Он тебя не получит! — заявил Торник. — Варлуг прав! Мы первые тебя увидели! Ему придется занять очередь!

Гаморреанец потянулся к застежке на ее верхней груди.

— Моя! Я перв… — он замолк от внезапной вспышки и шипения, недоверчиво глядя на выжженную дыру, неожиданно расцветшую на его боку.

Выпустив Йарну, он отшатнулся, задыхаясь, затем, взвыв от боли, ударился о стену и съехал вниз.

— Отпустите ее, — сказал Доаллин, выходя из-за угла с все еще нацеленным бластером.

— Но мы увидели ее первыми, — запротестовал охранник, сузив глаза. — Ты можешь получить ее, когда мы с ней разберемся.

— Я сказал, отпустите ее, — голос Доаллина все еще был спокоен, но дуло ровно поднялось вверх, пока не оказалось нацеленным человеку в лицо. — Или я заставлю вас это сделать. Выбирайте.

Выругавшись, Торник отпустил руку Йарны и, спотыкаясь, отступил назад. Варлуг безумно вопил о помощи, и человек схватил его за руку, поднял раненого на ноги, и они оба пошатываясь удалились.

Йарна прислонилась к стене, колени грозили подогнуться.

— О сержант, они… спасибо вам, спасибо… они хотели,..

— Не время для этого, — быстро сказал Доаллин. — Дыхательные капсулы. Вы обещали.

— Да… — пробормотала Йарна, собирая спутавшиеся мысли. — Сюда…

Через несколько минут они оказались в личных покоях Джаббы. Здесь уже побывали мародеры — везде царил беспорядок, а еще кто-то кинул хорошую горсть высохшего ранкорьего помета на середину спального ложа.

На стене огромными корявыми буквами было написано послание: «Застынь, Джабба, на Девятом Круге Проклятия». Слова были уже наполовину скрыты другими, менее изобретательными напутствиями и непристойностями. Йарна быстро подошла к затейливо вырезанной панели и нажала на хвост причудливого зверя. Маленькая дверца распахнулась.

— Как вы узнали об этой панели? — требовательно спросил Доаллин, начав запихивать капсулы в мешок, но перед этим положив несколько штук в карман.

Йарна вынула несколько кредитных дисков, лежавших на самой нижней полке.

— Я была любимой танцовщицей Джаббы, — сказала Йарна. — Он посылал за мной иногда, когда не мог заснуть, и я танцевала для него Танец Песчаной Волны. Он говорил, это помогает ему расслабиться после трудного дня. Однажды Джабба заснул, а я дремала вон там, — она указала на спальное ложе, — когда вошел Биб Фортуна. Он не знал, что я не сплю, и открыл панель.

— Я удивлен, что Джабба доверил ему секрет этого тайника, — сказал Доаллин, когда они осторожно покинули покои.

Охранник шел первым, предусмотрительно держа наготове бластер.

Йарна невесело улыбнулась: — Джабба никому не доверял. Он…

Она тревожно осеклась, когда они завернули за угол и она узнала знакомый силуэт в темном коридоре. Длинный, стройный, скрытый тенью… Данник Джеррико! Танцовщица ахнула и метнулась назад, а Доаллин с хладнокровием, достойным похвалы, поднял оружие.

— Не двигайся, Джеррико!

Вампир повернул голову, и стали видны черты его лица. Йарна застонала от ужаса. Ни один демон, извергнутый из Глубочайшей Бездны Ас-кайа, не выглядел более зловещим. Ярость исказила черты Джеррико, и мешки по обеим сторонам его лица зашевелились, словно жили собственной жизнью. Его рот раскрылся в беззвучном вопле злобы. Аскайианка прижала обе ладони ко рту, чтобы сдержать визг. Палец Доаллина, должно быть, непроизвольно дернулся на спусковом крючке оружия, так как из дула внезапно вырвалась белая вспышка.

Темная фигура растворилась в дверном проеме.

Йарна вынуждена была восхититься смелостью Доаллина, хотя и сомневалась в его здравомыслии. Он последовал за пришельцем, и танцовщица вопреки своему здравому смыслу пошла за ним.

Но когда они достигли входа в зал и Доаллин включил освещение, комната была пуста и безжизненна. Ни других дверей, ни окон… но, тем не менее, она была пуста.

— Не мог же он просто испариться, — пробормотал охранник потрясенно. — Здесь есть тайный ход или скрытая дверь?

Йарна покачала головой: — Нет, насколько я знаю. Но во дворце много секретов. Знаете, под ним есть ходы. Часть этого места по-прежнему является Б'омаррским монастырем.

Дыхание Доаллина прерывисто свистело, потом он закрыл дверь и запер ее. Йарна услышала, как он тихо выругался. По всей видимости, на родном языке.

— Он видел меня, — наконец сказал он, снова переходя на общегалактический. — Теперь он будет искать и меня тоже. Я иду с вами.

— Но… — Йарна помедлила.

Она не могла кого-то оставить лицом к лицу со смертью, которая так близко угрожала ей.

— Хорошо, — сказала она.

Следующим пунктом назначения была кухня.

— Порселлус — мой друг… он хранил здесь вещи для меня, — сказала Иарна, заходя в кладовую. — Надеюсь, ему удалось благополучно выбраться отсюда…

В дальних углах кладовой аскайианка прятала несколько одеял, фляги с водой и пару старых толстых курток, украденных ею из бараков охранников несколько месяцев назад. Над ними на крюке висел белый узел, который мог оказаться большим фартуком — но это было не так. Йарна расправила тонкий, слабо светящийся материал, и он оказался длинным просторным плащом с капюшоном, похожим на монашеский.

— Мой пустынный плащ, — сказала она, заметив взгляд Доаллина. — Мы должны найти что-нибудь для вас.

Он кивнул, держа мешок, в который она быстро сложила упаковки с консервированной едой.

— А теперь вода, — сказала она, когда он завязал мешок и перекинул его через плечо.

Подойдя к раковине, она показала Доаллину на фляги.

— Наполните их, пожалуйста.

Он повиновался, а она в это время наполнила большой сосуд с водой и выпила его без остановки, потом наполнила и опустошила второй.

Сдернув искусно сделанный танцевальный головной убор, она запустила пальцы в длинные, густые волосы со вздохом удовольствия. Она никогда не осознавала, какой тяжелой была эта вещь, пока не поняла, что ей не придется снова ее надеть. Плеснув воды в лицо, она смыла большую часть больших бородавчатых пятен, которые Джабба считал привлекательными.

— Я не знал, что это грим, — прокомментировал Доаллин ее действия.

— Они нравились Джаббе. Он говорил мне, они напоминают ему о матери.

Доаллин медленно качнул шлемом.

— У Джаббы была мать? Иарна улыбнулась ему: — У меня была такая же реакция.

Снова наполнив сосуд водой, танцовщица медленно вылила прохладную жидкость на голову и тело, позволив влаге струиться по коже.

Когда она закончила, то обнаружила, что Доаллин внимательно за ней наблюдает. Его механический тон звучал удивленно.

— Вы… увеличились, — сказал он, изучая ее с головы до пят. — Ваша кожа… такая тугая.

— Аскай — пустынный мир, — Йарна фактически ответила на его невысказанный вопрос. — Тело моего народа поглощает и запасает воду достаточно эффективно.

Он кивнул.

— Вы можете жить в непустынном мире?

— Конечно, — ответила она. — Когда нам не нужно запасать воду, мы этого не делаем.

— Как вы выглядите в непустынном мире? — в его голосе звучало неподдельное любопытство.

— Тоньше, — кратко ответила Йарна, расправляя складки пустынного плаща.

Она натянула его через голову, потом подхватила одеяла, старые куртки и одну из фляжек с водой. Доаллин взял еду и остальную воду.

Когда они добрались до транспортного отсека, то увидели, что количество подходящих флае-ров и скиффов печально уменьшилось. Осталось только одно транспортное средство, и оно было в ремонтном отделении. Механиков, которые должны были поддерживать технику в должном порядке, нигде не было видно.

Еще один дрожащий вопль послышался издалека, только чтобы быть грубо оборванным на середине высокой ноты. Йарна и Доаллин посмотрели друг на друга.

— Ты можешь управлять этой штукой «— спросила она.

Он кивнул.

Через несколько мгновений они загрузили машину. Доаллин обнаружил в ящике кусок солнцезащитного материала, и они смогли сообразить для него накидку. Оставшийся материал они уложили в багажное отделение.

По сигналу Доаллина Йарна грузно залезла на пассажирское сиденье. Оно было тесным, но ей удалось это сделать. Охранник открыл внешнюю дверь в транспортный отсек, после этого, почувствовав холодный ночной воздух, оба поспешно надели куртки.

— Пошли, — нетерпеливо сказала аскайиан-ская танцовщица, видя, что ее спутник все еще стоит возле машины.

— Мне следовало вернуться в бараки, — сказал Доаллин, поворачиваясь ко входу во дворец.

— Почему?

— Все оружие, что у меня есть, это мой бластер и без дополнительных зарядов к нему, — сказал он. — Там снаружи дикие банты и краит-дра~ коны. Это долгий путь через Юндландскую пустошь в Мое Айсли…

— Как далеко?

— Двадцать пять сотен щелчков… как летит мышь-ракушечница.

— Что?

— Летающая рептилия из моего мира. Иарна почувствовала огонек любопытства.

— Что это за планета?

— Геран, система Мнеон, Иарна оглянулась через плечо на вход в опустевший дворец.

— Вы действительно хотите туда вернуться? Доаллин покачал головой.

— Нет. Я хочу выбраться отсюда. Я чувствую… — он нервно осмотрелся, вглядываясь в тени за спиной. — Я чувствую, будто за мной следят.

— И я тоже, — сказала Иарна. — Тогда просто пошли.

Доаллин кивнул, затем взобрался на место пилота.

— Я только надеюсь, что они починили эту штуковину, до того как покинули транспортный отсек, — сказал он, манипулируя переключателями. — Он не из быстрых моделей и не рассчитан на большие расстояния.

Флаер двинулся вперед, и темнота окружила их. Через несколько секунд они оставили позади дворец Джаббы. Транспорт — набрал скорость, и они понеслись над землей быстрее любой птицы.

Йарну хлестали удары холодного ветра, но она была так воодушевлена, что почти не чувствовала этого. Наконец-то она свободна! После ужасного года унижения и прислуживания она была свободна и мчалась вперед! Скоро… скоро она увидит своих малышей… крепко обнимет их маленькие тельца, вдохнет их теплый детский запах. Возможно, они уже начинают ходить… Ее глаза наполнились влагой, но она решительно отогнала слезы. Она должна беречь жидкость своего тела… она понадобится ей в пути.

Запрокинув голову, она увидела звезды, мчащиеся столь стремительно, что это походило на прыжок в гиперпространство. Такими темпами даже на флаере они доберутся до Мое Айсли через пару дней, даже учитывая, что им придется найти укрытие на время самого сильного дневного зноя.

Йарна поплотнее запахнула куртку и стала думать о своих детях, вспоминая день, когда они родились, и гордость Наутага за такое красивое потомство. Малышам едва исполнился всего один сезон, когда пришли работорговцы… поэтому им еще не дали имен. На Аскайе детей не называют до первого дня рождения.

Йарна мысленно подсчитала время с момента их пленения, сравнивая аскайианский год с годом на Татуине. Ее дети запаздывали с получением имен… Но она исправит этот недочет, как только они воссоединятся. Ветер развевал короткие волосы Иарны, она впервые задумалась, как назвать своих детей.

Мальчика, конечно же, Наутаг… танцовщица с острой болью вспомнила своего второго малыша, которого выхватил из ее рук один из работорговцев и неосторожно уронил. При падении его череп разбился. Йарна заставила себя смотреть вперед. Как ей назвать двух дочерей?

Внезапно ее осенило: Лейя и Люка… она не очень хорошо успела узнать алдераанскую девушку, но если та и вправду убила Джаббу, то Йарна перед ней в неоплатном долгу. А молодого джедая, который убил ранкора, звали Люк Скай-уокер. Благодаря им обоим, девушке-танцовши-це и юному джедаю, Наутаг был отомщен. Будет хорошо, если его дети будут названы в их честь.

Она повернула голову и посмотрела на Доал-лина, ведущего машину. Охранник был для нее загадкой… как он выглядел под маской? Был ли он похож на человека? Его руки в черных перчатках имели то же число пальцев, что и у нее…

— Как флаер, хорошо идет? — спросила она, повысив голос, чтобы перекричать ветер.

Его механически усиленный голос донесся до нее без труда.

— Баланс рулевого управления плохо отрегулирован. Его перетягивает вправо. Мне приходится удерживать его вручную.

— Значит, его не починили?

— Сомневаюсь.

— Он довезет нас до Мос Айсли?

— Да, если дела не пойдут хуже.

Йарна беззвучно воззвала к Лунной Повелительнице, пока они продолжали ехать.

Они путешествовали несколько часов, когда перескочили через гребень высокой дюны, и Йарна, прищурившись, увидела слабое сияние на востоке. Пока она смотрела, оно становилось ярче, очерчивая далекие холмы. Пустыня под ними еще лежала в тени, но это, без сомнения, были те самые холмы.

Йарна потрогала Доаллина за руку, чтобы привлечь его внимание, и указала: — Пустошь Юндланд? Он кивнул.

— Их окраина. Сейчас мы всего в трехстах километрах от Каменной Иглы.

Через несколько минут двойные солнца Тату-ина возникли в поле зрения, и холмистые песчаные дюны пустыни вокруг них озарились розовым и золотым светом. Йарна никогда раньше не видела Дюнное море — когда ее привезли во дворец Джаббы, она была внутри челнока, и в нем не было иллюминаторов.

Лучи солнца скользнули по ней, и прохлада ночи быстро исчезла. Она слишком плотно была втиснута в кресло, чтобы снять куртку, поэтому просто ждала, потея и размышляя, намерен ли Доаллин добраться до Юндландской пустоши до того, как сделает остановку.

Но еше через час, когда солнца палили все жарче и жарче, пилот прервал стремительную гонку. Маленький транспорт замедлился, затем пролетел некоторое расстояние над полосой белого песка.

— Думаю, нам надо найти укрытие, — произнес охранник, расстегивая и сбрасывая куртку. — Путешествовать посреди дня опасно.

— Я согласна, — сказала Йарна. — Особенно для вас, ведь вы не привыкли к жаре. А если вы получите солнечный удар, то что будет с нами? Я не умею водить флаер. Он кивнул.

— Тогда помогите мне соорудить укрытие.

Доаллин и Йарна использовали остатки солнцезащитного материала, чтобы сделать навес, задействовав машину в качестве опоры. Они забрались в образовавшуюся тень и устроились там полулежа; оба они были слишком высокими, чтобы сесть прямо. Йарна протянула Доаллину фляжку с водой. Он галантно вернул ее.

— Вы первая, госпожа. Аскайианка покачала головой.

— Нет. Я пила перед тем, как мы ушли. Мне нужно намного меньше воды, чтобы выжить, чем вам. Пейте вволю, сержант… не ограничивайте себя, а то заболеете.

Он помедлиЛч потом кивнул. Медленно, осторожно он отцепил защелки на шлеме и дыхательной маске и снял их. Йарна не хотела в открытую разглядывать его, но обнаружила, что ей крайне любопытно узнать своего напарника. Занявшись открыванием пакетов с едой, она искоса бросила взгляд на его профиль.

На первый взгляд он казался таким же человеком, как тот же кореллианин, но его кожа имела легкий синеватый оттенок под короткой стрижкой взлохмаченных абсолютно черных волос. Под машиной было слишком темно, чтобы точно разглядеть цвет его глаз, но Йарне они показались скорее светлыми, чем темными. Черты его лица были правильными и довольно привлекательными. Он был не так хорош, как тот ко-реллианский контрабандист, Соло, но на него было приятно смотреть, решила Йарна, протягивая ему пакет с едой.

Медленно, почти лениво он повернул к ней голову, потянувшись за пакетом, пока она не увидела его лицо полностью.

Иарна сдержала удивленный вздох и заставила себя не отшатнуться.

Заметив ее реакцию, половина губ Доаллина растянулась в улыбку, сказавшую ей, что он ожидал этого. Улыбка больше походила на предсмертный оскал, чем выражение хорошего настроения.

Милостью Лунной Повелительницы, что же произошло с ним?

Одна сторона лица Доаллина была отмечена ужасным шрамом. Широкая полоса загрубевшей плоти изгибала его рот вверх, скручивала и сминала кожу его щеки. Рана едва обошла его левый глаз и закончилась у линии волос. Иарна с усилием отвернулась, не желая больше смотреть.

Словно прочитав ее мысли, Доаллин вдруг сказал: — Это метка когтя. От кореллианской песчаной пантеры. Их когти ядовиты, и рана воспалилась.

— Она напала на вас? — она постаралась сохранить голос будничным.

Инстинктивно она знала, что любое проявление сочувствия будет с презрением отвергнуто.

— Я охотился на нее и ранил. Она бросилась на меня, — Доаллин методично откусил и сосредоточенно прожевал.

— Вам повезло, что вас не убили, — сказала она через мгновение.

— Я был неосмотрителен, — резко сказал он. — На мгновение я отвлекся. Охотнику этого не следует делать.

— Я думала, вы были солдатом.

Он покачал головой. Было странно видеть его без шлема, хотя его черты были так же непроницаемы, как если бы были маской.

— Я был охотником. Вот почему я прибыл на Татуин. Джабба потребовал охотника, чтобы добыть ему крайт-дракона.

— Крайт-дракона? — Иарна недоверчиво воззрилась на него.

Она слышала раньше об этих чудовищах — молодые были размером с ранкора, и, по рассказам, с возрастом они вырастали еще больше.

— Для чего он был нужен ему?

— Он хотел устроить состязание между драконом и ранкором и брать плату за вход. Джабба считал, это будет спортивное событие века. Он предложил огромное вознаграждение за живого крайт-дракона.

— И вы решили, что сможете его поймать?

— Я был охотником много лет. Редкого зверя я не могу перехитрить, — сказал он с тихой уверенностью, которая была намного более убедительной, чем любое хвастовство. — Я изучал все, что есть в банках данных о крайт-драконах. Я приехал хорошо подготовленным к охоте на него.

Иарна откусила кусок сушеного фрукта и задумчиво пожевала его.

— Если вы приехали на Татуин, чтобы поймать дракона, как вы оказались охранником во дворце Джаббы?

Впервые его непроницаемое лицо изменилось.

Доаллин показался Йарне огорченным и смущенным.

— Когда я первый раз прибыл сюда, я решил осмотреть… достопримечательности… — охотник не отрывал взгляда от пакета с едой. — Мос Айсли. Чалмунский ликер оказал больше… воздействия… чем я ожидал от выпивки. Мне никогда не везло в азартных играх, и… я не совсем помню, как оказался втянутым в «дикую звезду» на большие ставки, но следующим утром я проснулся с жуткой головной болью и обязанностью год служить у Джаббы.

— Значит, вам так и не удалось поймать крайт-дракона?

— Эго было одним из пунктов, которые Джабба от меня требовал. Я входил во многие экспедиции, охотился за ним с момента, как попал во дворец — но они редко появляются. За все эти месяцы я не видел ни одного. Джабба… — он печально качнул головой, — становился нетерпелив. Для меня хорошо, что его больше нет.

— То есть, даже если бы вы поймали крайт-дракона, вы бы не получили вознаграждения?

— Верно, — сказал он. — Но были и… другие… причины охотиться за драконом. Если бы даже мне пришлось убить его, я получил бы деньги, уверен в этом.

Любопытство Йарны было задето. — Как?

— Говорят, что крайт-драконы хранят… внутреннюю ценность, — уклончиво ответил он.

Йарна слышала, как некоторые охотники за головами и наемники говорили об этом. Некоторые говорили, что сокровище скрыто внутри крайт-дракона, другие — что они, как драконы древних легенд, стерегут сокровище. Но большинство не принимали их всерьез, считая просто раздутым слухом или даже откровенной сказкой.

— Что было написано в вашем контракте с Джаббой? Вы теперь свободны? — спросила она.

— Да, я свободен, — сказал он. — А вы?

— Свободна, — сказала она, чувствуя удовлетворение в собственном голосе. — А когда я доберусь до Мое Айсли, мои дети будут свободны тоже.

— У вас, — он сделал паузу, словно тщательно выбирая слова, — есть супруг?

— Был, — сказала она, открывая флягу с водой.

Она осторожно вылила немного воды на ладонь и растерла ее по лицу. Затем позволила себе сделать один долгий глоток.

— Но Джабба отправил его в пасть ранкора. Он подобрал шлем и сказал, не глядя на нее: — Простите, госпожа Гарган.

— Ничего, — сказала она, — формальности между нами больше не нужны. Я Иарна.

— Очень хорошо. Зовите меня Доаллин, — он опустил взгляд на фляжку, которую она аккуратно закрывала. — — Почему вы больше не пьете? У нас достаточно воды.

— Мне больше не надо, — честно ответила она. — Мои народ — пустынные скотоводы, на каждой планете, столь же жаркой, как эта.

— Каких животных вы пасете?

— Томуонов. Больших, с густой шерстью и длинными рогами.

Ее руки танцовщицы плавными жестами описали животных.

— Они дают нам молоко, мясо и шерсть. Этот плащ, — она подняла складку белого пустынного плаща, — был соткан из их шерсти.

Он потрогал складку одежды, поразившись тонкой мягкости и красоте ткани.

— Он почти светится, — сказал он.

— Да, наша ткань высоко ценится. Говорят, что церемониальные одежды Императора сделаны из шерсти томуона.

Йарна сильно сжала складку плаша, потом раскрыла ладонь, и ткань упала на ее колено неповрежденной.

— Наша ткань прочная, она редко мнется или пачкается. Аскайианская технология ткачества — это ценные секреты нашего народа. На-утаг… мой муж… был одним из лучших ткачей моего мира.

— А вы, — сказал он, беря свежую капсулу гидрона-три и вставляя ее в маску, — были танцовщицей до того, как попали во дворец Джаббы?

— Да, — ответила она. — Мой отец был вождем, и я танцевала в честь нашего племени на самом большом состязании, — она не могла сдержать нотку гордости в голосе, но потом, вспомнив год во дворце Джаббы, вздохнула: — — Я выиграла состязание. А потом… пришли работорговцы. Они забрали нас… Наутага, меня, наших детей. Они… они убили одного из наших малышей во время захвата, — ее горло сжалось.

— И они привезли вас на Татуин? — спросил Доаллин почти с нежностью в голосе.

Она кивнула.

— Джабба попросил у них аскайианскую танцовщицу. Поэтому они поймали меня.. . и я должна была танцевать для хатта. Джабба обещал мне, что не будет продавать моих детей, пока я буду танцевать для него хорошо. Но вы знаете, что Жирнотелому нельзя доверять… Я всегда боялась, что он позволит мне работать, зарабатывать деньги, чтобы выкупить нашу свободу, а потом убьет меня, потому что это его позабавит. А потом оставит моих детей в рабстве.

Он понимающе кивнул.

— Должно быть, тяжело было танцевать для Джаббы после всего, что случилось.

— Да, — сказала она. — Но, Доаллин… знаете, что было тяжелее всего? — непроизвольно Йарна протянула руку и положила ему на предплечье, потом, осознав свое действие, поспешно отдернула ее, спрятав руки в складки плаша.

— Что?

— Они смеялись надо мной. Все они. Они говорили, что я…

Ее губы скривились на слове «уродина». Вдох застрял в горле.

— Они называли меня жирной, нелепой и… толстой. Даже Джабба смеялся надо мной. Но он смеялся не потому, что считал меня уродливой, а потому что знал, как больно мне это слышать. Он… наслаждался чужой болью. Вы знаете.

Доаллин кивнул.

— Да, я знаю.

— Это больно, — сказала она. — Я научилась не показывать этого, отдавать себя танцу и не слышать этот смех… большей частью. Но это больно, — она посмотрела на него со вспыхнувшим неповиновением. — Я такая, какой рождена быть! Почему все должны судить друг друга? Почему они должны глазеть, высмеивать и говорить жестокости?

Он покачал головой, и его пальцы потрогали шрам, о котором она почти забыла.

— У меня нет ответа для вас, Йарна, — мрачно сказал он. — Но я слишком хорошо вас понимаю.


***

Луч от заходящих солнц скользнул по глазам Доаллина, пробуждая его от изнуренной дремоты. Он моргнул, затем приподнялся в тесном укрытии, опираясь на руки. Его спутница все еще спала, глубоко дыша. Белая ткань плаща очерчивала линию пышного бедра, и он ощутил легкое возникновение мужского интереса. Сколько времени прошло с тех пор, как он был с женщиной… любой расы?

Почти год, понял он. Он не был склонен к частым случайным связям… поэтому большую часть времени он проводил один в диких местах. Без сомнения, женщин двора Джаббы оттолкнул бы его шрам. Достаточное число женщин отшатывалось от его лица с тех пор, как он получил этот шрам, и он стал очень осмотрителен, снимая маску в присутствии женщины. Он пытался нанимать женщин время от времени, но это не доставляло ему удовольствия. Легче было воздерживаться, чем видеть отвращение… или, еще хуже, безразличие в глазах партнерши.

Доаллин обнаружил, что бездушное кратковременное совокупление оставляло его с еще худшим чувством, чем одиночество. Время от времени он жалел, что у него нет друга, с кем можно поговорить, но привычку к тишине было трудно нарушить. Он больше говорил с Иарной после их побега, чем с любым человеком за прошедший год.

Конечно, разговоров с Иарной не избежать, но время, которое они проведут вместе, строго ограничено, напомнил себе охотник. Он будет счастлив вернуться к своему одинокому существованию.

Доаллин выскользнул из маленького убежища. Поднявшись, он машинально проверил количество гидрона-три в капсуле. Израсходовано меньше трети. Ему не понадобится следующей до полуночи или около того.

Охотник зашел за сторону дюны, чтобы удовлетворить зов природы, потом провел несколько минут за навигационным компьютером флаера, проверяя их курс. Как раз когда он закончил, он услышал шорох и увидел, как Иарна идет к нему. Он обнаружил, что думает об истории, которую она рассказала. Насколько он знал переменчивость вкусов Джаббы, было удивительно, что Иарна продержалась целый год у хатта на «службе».

Пока она шла к нему, прохладный ветерок подул на ее одежды, сначала они раздулись, потом очертили ее тело. Доаллин был поражен… аскайианская танцовщица была заметно меньше. Он помнил ее отрывистый ответ, что в непустынном мире она будет «тоньше». Ткани ее тела, очевидно, впитывали жидкость, как губка, потом использовали ее, как было необходимо, поэтому она действительно могла долго жить без воды.

— Мы доберемся до Мое Айсли сегодня? — спросила она, подойдя к нему.

Доаллин помотал головой.

— Не этим вечером, в любом случае, — он показал ей проложенный курс на экране навигационного компьютера. — Когда мы доберемся до пустоши, нам придется снизить скорость из-за холмов и впадин. Если мы сможем остановиться где-нибудь к северу от Каменной Иглы и отдохнуть несколько часов, это будет хорошо.

— А оттуда как далеко?

— Всего лишь еще около пяти сотен щелчков. Если мы выедем на рассвете, прибудем где-то к полудню.

Медленная улыбка озарила ее крупные черты, пока они не стали сиять, как татуинскии рассвет.

— Значит, завтра я смогу увидеть своих детей?

— При любом раскладе, — сказал он с ответной улыбкой, которую она не могла видеть.

— Доаллин… — ее глаза смотрели очень пристально; с внезапным удивлением охотник заметил их приятный чистый зеленый цвет. — Спасибо за то, что пошли со мной. За то, что ведете машину. Я не думаю, что смогла бы справиться без вас.

— Как вы планировали пересечь Дюнное море? — спросил он.

Он задавался этим вопросом со вчерашнего дня.

— Я собиралась идти пешком, — просто ответила она. — Я сильная, и у меня хорошее дыхание. Но… — она оглянулась на бесконечные дюны вокруг и нахмурилась, — эта земля… очень суровая. Было бы трудно нести с собой достаточно припасов… мне бы понадобилось долгое, долгое время. Возможно, я бы не одолела этот путь.

Тебя бы убили Песчаные люди, подумал Доаллин. Или солнце… Но тем не менее он был впечатлен ее смелостью.

Заново загрузив флаер, Доаллин и Йарна залезли внутрь и заскользили по пескам. Солнца низко висели над западным горизонтом, и скоро стало холодать. Доаллин держал машину хорошей хваткой, но его беспокоило, что проблема с управлением постоянно ухудшалась. Что, если флаер совсем сломается? Они окажутся посреди Дюнного моря… нет, показания навигационного компьютера слегка обнадежили. Дюнное море теперь лежало позади; они мчались над захламленными изгибами и расщелинами Юндландс-кой пустоши.

Доаллин был вынужден замедлить стремительный бег спидера и сосредоточить внимание на управлении. Рулевой механизм вел себя все хуже, и скоро мускулы его левой руки и плеча стали протестовать. Наконец охотник с облегчением увидел, что они приближаются к намеченным координатам. Он начал искать подходящее место, чтобы сделать остановку на несколько часов до ухода ночи…


***

Иарна проснулась на рассвете и обнаружила, что прижимается к спине Доаллина, должно быть, она инстинктивно подвинулась к нему в поисках тепла. Она поспешно откатилась и села, протирая глаза и оглядывая унылую пустошь, которая и была пустошью Юндланда. Камни… камни повсюду. Искаженные, обточенные ветром камни всяких оттенков коричневого. Охристо-коричневый, желто-коричневый, рыжевато-коричневый, красновато-коричневый, темно-коричневый… с жалкими кустиками желтовато-зеленой растительности, разбросанной там и тут.

И песок. Белый песок, такой чистый и нетронутый, что его белизна ослепляла глаза. Он казался невинным и безопасным, но она знала, что Юндландская пустошь кишела предательскими песчаными ямами, которые могли поглотить неосторожного. Йарна нашла длинную палку и для надежности проверяла ею землю, прежде чем ступить.

Обратив взгляд на юг, Иарна мельком увидела узкий шпиль, который, по всей видимости, и был Каменной Иглой, самым высоким ориентиром на пустоши. В чистом воздухе рассвета она ясно видела его, даже на таком расстоянии.

Вынув провизию, она тщательно разделила пакет надвое, затем позволила себе несколько скудных глотков воды. Она провела руками по телу, заметив, что теперь стала почти на треть менее грузной, чем была при дворе Джаббы. Хат-ту она нравилась на максимуме вмещенной жидкости, он утверждал, что это делало ее покачивания более приятными, но управлять тучным телом было трудно. Она была рада, что теперь может хоть немного избавиться от этого.

Когда Доаллин проснулся, два беглеца быстро загрузили машину и отправились на восток, по направлению к Мое Айсли. Иарна откинулась на сиденье, довольная, что теперь может подвигаться и размяться с большей свободой. Она все больше замечала, как Доаллину приходится сражаться с управлением время от времени.

— Как флаер, дотянет? — с беспокойством спросила она.

Он кивнул: — Но у меня появляются судороги в руках, когда я пытаюсь удержать его на курсе.

— Жаль, что я не умею водить.

Поддерживаемые знанием, что быстро приближаются к своей цели, они разговаривали в дороге. Доаллин описывал поиски крайт-драконов, обитавших на Юндланской пустоши, и рассказывал Иарне о многих удивительных моментах жизни в диких условиях. Целые племена Песчаных людей кое-как перебивались, хотя на этой земле почти не было воды, и у них было всего несколько украденных влагоиспарителей и сборщиков росы.

— Как же они выживают? — удивилась она.

— Тыквы хубба, — сказал он и рассказал ей о круглых желтоватых плодах, росших в тени скал.

Плоды содержали влагу в жестких жилистых волокнах, жидкость, которую можно было высосать или выжать, чтобы поддержать свою жизнь.

Он также описал, какими злыми были Песчаные люди, как они убивали лишь для того, чтобы украсть чью-то одежду.

— Земля достаточно опасна, — сказал Доаллин, — здесь нужно беспокоиться о диких бантах, и ядовитых ящерицах, и песчаных ямах… но Песчаные люди еще опаснее.

Йарна содрогнулась, несмотря на жару, вгляделась в экран навигационного компьютера. — Сколько еще осталось?

— Мы прошли Мотесту около часа назад, — Доаллин указал на оранжевую точку на экране. — Мы примерно в пятидесяти щелчках от окраин Мое Айсли. Мы будем там через… — фраза оборвалась каким-то сдавленным звуком, полувздохомполувскриком, и машину резко мотнуло.

Йарна смотрела на Доаллина — она не увидела, что случилось. Все, что она знала, — в одно мгновение флаер гладко мчался, в следующее — его так сильно ударило, что он закрутился в воздухе, как детский волчок. Йарна вскрикнула, оттого что центробежная сила вдавила ее в кресло, как гигантская рука. Потом нос машины ударился о камни впереди них, и Доаллин вылетел наружу.

Йарна снова закричала, заметив очертания массивной фигуры, видневшейся вдали, как живая чешуйчатая гора. Она поняла, что звуком, который она неясно услышала, было громкое шипение, словно одновременно закипели все чайники в мире. Хвост флаера подался вниз в ответ на еще один сокрушительный удар, и Йарна тоже выпала. Она приземлилась наполовину на камень, наполовину на песок и почувствовала, как песок поддался под ней, засасывая ее ногу внутрь.

Песчаная яма! подумала она и отчаянно схватилась за камень, поднимаясь подальше от движущегося песка. В это время она заметила темный силуэт, уже наполовину погрузившийся в песок и быстро исчезающий. О нет! Флаер!

Йарна беспомощно смотрела, как засасывало их единственный транспорт до тех пор, пока он не скрылся полностью. Ее внимание отвлек рев, от которого задрожала земля, и она оглянулась. Что их ударило? У нее кружилась голова, она была дезориентирована и не знала, где Доаллин.

Спотыкаясь, стараясь не наступать ни на что, кроме камня, она обошла кругом по каменистой опоре, которая спасла ее, пока не увидела это.

Зрелище, представшее ее взгляду, было столь ошеломляющим, что ее колени подогнулись и ей пришлось схватиться за каменную стену, чтобы не упасть. Нечто занимавшее древнее русло реки, куда они «приземлились», было огромным — намного больше ранкора.

Существо было желтовато-коричневого цвета, почти золотое, когда его чешуйчатая спина попадала под лучи солнц. У него было три огромных рога, по одному над каждым глазом и один посередине лба. Щелевидные ноздри выступали над пастью, полной клыков, каждый длиной почти с руку Йарны. Гребень шипов покрывал его спину от шеи до копьевидного хвоста. Чудовище стояло на четырех приземистых лапах, прогибавшихся от огромной массы его тела. Глаза дракона были зеленоватожелтыми, с горизонтальными щелями зрачков, сверкающих, как сапфиры.

Йарна застыла, когда массивная голова, во много раз превышавшая размеры ее собственного тела, развернулась к ней. Потом она услышала голос Доаллина: — Они реагируют на движение. Не шевелись!

Она больше ничего не могла сделать. Йарна почувствовала, как ее ноги словно корнями вросли и стали частью камней под ней. Она скосила глаза в сторону и увидела Доаллина. Охотник, низко пригнувшись, приближался к дракону сзади из-за низкого гребня камней. В руке его был бластер.

Что он делает? Она хотела громко закричать, но страх парализовал ее. Он не может даже пытаться сразиться с этим зверем! Мысль о том, что человек, даже вооруженный бластером, двинется на эту громадину, была нелепа.

Но именно это и намеревался сделать Доал-лин. Крайт-дракон фыркнул, пробуя воздух, ребристый хвост хлестал взад-вперед. Голова медленно поворачивалась из стороны в сторону, опустив рога, словно чудовище использовало их, чтобы определять движение.

Доаллин был уже близко, сжавшись всего в паре дюжин метров от чудовища. Он проверил заряд бластера. Нет! Йарна хотелось кричать. Давай заберемся на скалы! Он не сможет преследовать нас там! Доаллин, НЕТ!

Но ни звука не могло издать ее парализованное горло. Она не могла двинуться с места.

Выпрямившись словно пружина, Доаллин вскочил на ноги, перепрыгнул низкую преграду камней и помчался прямо навстречу дракону.

Его движение вывело Йарну из ступора.

— Нет! — выкрикнула она.

Массивная голова развернулась к охотнику, челюсти раскрылись, капая слюной, достаточно широко, чтобы проглотить флаер в два приема.

— Нет, не надо! — вскрикнула она и сдвинулась.

Вылетев из-за камня, она схватила осколок песчаного камня из русла реки и швырнула его в чудовище.

Рогатая голова развернулась к ней, Йарна отшатнулась к укрытию и в ужасе отступила. Доаллин, воспользовавшись тем, что монстр отвлекся, покрыл расстояние до дракона двумя огромными скачками. Он подпрыгнул, хватаясь за правый рог, и, повиснув на голове чудовища, взмыл в небо с головокружительной быстротой. Дракон взревел, оглушительный звук раскатился по ущелью.

Доаллин вцепился в рог, как насекомое, потом метнулся вверх, схватившись за средний рог. Чудовище описало головой стремительную дугу, явно намереваясь размазать надоедливое существо по каменной поверхности. Но до того как движение завершилось, Йарна услышала взвизг и увидела вспышку бластера Доаллина. Он выстрелил зверю прямо под нижний рог, между глаз.

Воздух выплеснулся из легких крайт-дракона с силой небольшого взрыва. Пока Йарна стояла как вкопанная, огромные лапы вывернулись наружу, ослабев, и голова рухнула, как глыба, ударившись об каменистое дно ущелья. Удар сбросил Доаллина, и он упал без движения.

Он убил его, догадался оцепеневший мозг Йарны через секунду. Именем Аунной Повелительницы, он действительно убил его!

Но выжил ли победитель?

С приглушенным восклицанием Йарна подбежала к распростертому телу. Она присела рядом с ним, зовя по имени, казалось, целую вечность — хотя на самом деле всего секунду или две, — перед тем как он шевельнулся, сдвинулся с места. Она услышала, как он вздохнул, потом застонал.

— Доаллин, ты ранен?

До нее донесся приглушенный шлемом голос.

— Дыхание… отшибло…

Охотник попытался подняться, и, видя, что он двигается свободно, хоть и с трудом, она помогла ему.

Он тяжело дышал некоторое время, потом сказал более нормальным голосом: — Он мертв?

— Мертв, как Джабба, — твердо сказала Йар-на. — Я не могу поверить, что ты убил эту тварь одним выстрелом!

— Уязвимое место… пазушная полость ведет прямо к мозгу… хорошо, что я изучал их, — осторожно отведя поддерживающие руки Йарны в сторону, Доаллин поднялся, изучая добычу.

Йарна увидела, как плечи охотника распрямились, казалось, все тело его провозглашало триумф, который он чувствовал над мертвым чудищем., — Мне нужно добыть трофей, — услышала она его бормотание. — Иначе мне никто не поверит.

— Ты лучший охотник во всей Галактике, — сказала Йарна, и она верила каждому своему слову. — Я не думаю, что кто-нибудь другой смог убить его.

Доаллин повернул к ней голову в шлеме и кивнул. Не видя его лица, она знала, что он торжествующе улыбался.

— Но я не смог бы сделать этого без тебя, Йарна! Если бы ты не отвлекла его в самый нужный момент, он бы добрался до меня!

Аскайианка громко рассмеялась, словно часть его торжества передалась и ей. Затем, когда она поднялась на ноги, реальность вернулась к ней резким ударом.

— Доаллин, машина… все наши веши… пропали. Их засосало в песчаную яму.

— Нам придется идти пешком, — сказал Доаллин. — Есть тыквы хубба. Мы можем протянуть на них пару дней.

— Но как же твои дыхательные капсулы? — тихо спросила она.

Он стоял не двигаясь, словно прикованный к месту этой мыслью, как она была прикована драконом.

— Я положил пару в карман, — медленно сказал он, зарывая пальцы в одежду.

Через несколько секунд он вытагяил три капсулы.

— Нехорошо, — медленно сказал он.

— Гидрона-три хватит, чтобы дотянуть до Мое Айсли? Мы ведь можем купить там еще, так ведь?

— Да, он есть у большинства продавцов, торгующих скафандрами или дыхательными приборами, — медленно сказал он. — Этого хватит… должно хватить. Если мы не будем мешкать.

Йарна потянула его за рукав.

— Тогда давай, пошли прямо сейчас.

— Через минуту. Сначала мне нужно кое-что сделать.

Поняв, что ему нужно уединение, Йарна поняла, что она тоже может потратить несколько минут на себя. Она кивнула Доаллину.

— Куда мы пойдем? Он указал: — Точно на восток.

— Тогда встретимся здесь через несколько минут.

Он кивнул и отвернулся.

Аскайианская танцовщица повернулась и пошла в противоположном направлении мимо морды крайт-дракона. Мертвое чудовище казалось лишь чуть менее ужасающим, чем при жизни. Это рептилия, подумала Йарна, вспоминая похожих существ (хотя по размеру они составляли лишь малую его часть) на Аскайе. А они не умирают понастоящему до захода солнца.

Как только Йарна ушла, Доаллин побежал как можно быстрее обратно к задней части крайт-дракона. Наброски анатомии чудовища мелькали в его мыслях, когда он снова извлек бластер, переключив оружие так, что оно стреляло узким рассекающим лучом, а не разрывными вспышками.

Это была кровавая, вонючая работа — разрезать внутренности крайт-дракона, но в конце концов он постепенно рассек и распылил достаточно кусков чешуи и мяса, чтобы открыть кишечник зверя. Последний отсек желудка, подумал он, изучая кровавое месиво вывалившейся наружу требухи. Где же они?

— Вот вы где, — тихо пробормотал он.

Вытащив виброклинок из сапога, Доаллин нанес несколько последних ударов. Первый мешочек, который он вскрыл, был одним из средних отделов — камни, которые он вытащил оттуда, были больше, чем его кулак, это были осколки гранита и песчаного камня, лишь немного скругленные и сглаженные.

Используя этот отдел как направляющий, охотник смог найти орган, который был нужен — последний отдел массивной желудочной системы крайт-дракона. У этого зверя были зубы, да, но эти зубы использовались только чтобы убивать и разрывать жертву на части. У дракона не было коренных зубов для перемалывания нищи. Вместо этого у него был второй желудок, как у птиц, но многокамерный. Когда еда постепенно проходила через орган, все более измельченными и переваренными частями, камни во втором желудке перемалывали ее мельче и мельче — пока она не достигала кишечной системы.

Доаллин взял себя в руки, прочел быструю молитву Небесным Серафимам и вскрыл последний отдел. Проникнув внутрь, он нащупал, затем вытащил пять идеально круглых предметов. Каждый величиной с последнюю фалангу его большого пальца. Когда он стер с них кровь и гной, они засияли в солнечном свете, как драгоценности, а они ими и были.

Драконьи жемчужины.

Воплощение красоты. Две были чистого зелено-то цвета — цвета глаз Йарны. Одна была синяя, как небо только что после заката. Четвертая была белой и переливающейся — а пятая была черной, как глубины межзвездного пространства. Когда Доаллин разглядывал их, восхищаясь их совершенством, он, казалось, мог смотреть сквозь камень, словно черный свет был скрыт глубоко внутри.

Доаллин хотел кричать, петь, танцевать — но он помнил, что с каждым вздохом он использовал драгоценное количество гидрона-три. Он быстро сунул жемчужины во внутренний скрытый карман рубахи. Оглядевшись, он увидел, что весь выпачкан драконьей кровью. Ему нужно было найти объяснение этому, чтобы Иарна не стала задавать вопросов…

Охотник целенаправленно пошел к хвосту крайт-дракона. Он отрежет один из шипастых гребней в качестве трофея, и это, он надеялся, объяснит состояния его рук и одежды. Если он не допустит, чтобы Йарна обошла чудовище с другой стороны, она никогда не узнает, что он делал.

Опустившись на колени рядом с хвостом дракона, Доаллин схватил гребень и начал его отрезать. Конечно же, он собирался поделиться частью сокровища с Йарнои. В конце концов именно она дала ему возможность убить дракона. Я сохраню жемчужины и покажу их, когда мы доберемся до Мое Айсли, сказал он себе, тревожно понимая, что он оправдывается, если не открыто лжет сам себе. В конце концов сейчас мы должны отправляться в путь. Нам вовсе не нужно…

Без предупреждения гигантский хвост дракона шевельнулся в его руках, выдернувшись из хватки Доаллина, и начал биться из стороны в сторону. Один гребень попал охотнику по боку шлема, швырнув его на землю, в мгновенную — и полную — темноту.


***

Иарна нашла его несколько минут спустя там, куда отбросило его рефлекторное движение хвоста. Она в ужасе посмотрела на него, потом, положив руку ему на грудь и почувствовав, как она медленно поднимается и опускается, поняла, что он еще дышит. Лунная Повелительница, что мне делать? в отчаянии подумала она, оглядывая строгий пейзаж.

И все из-за того, что ему нужно было взять трофей! Как любой мужчина… подумала она сердито. Мужчинам всегда нужно чем-то гордиться и хвастаться. На какое-то мгновение она так разозлилась, что ей захотелось пнуть охотника, лежавшего без сознания.

Как оказалось, гнев полезен. Он придал ей силы. Иарна постояла некоторое время, чувствуя, как гнев разносится по ее венам, как мощный наркотик, потом медленно, осторожно она наклонилась и взяла руку Доаллина. Закинув ее себе на плечо, она медленно распрямилась, пока его распростертое тело не повисло на ней, как ягненок томуона. Она носила многое именно таким способом.

Сузив глаза от лучей полуденных солнц и решительно сжав зубы, Иарна повернулась лицом точно на восток. Она начала путь.

Шлеп, шлеп… шлеп, шлеп. Звук ее кожаных сандалий по утрамбованной дороге был единственным звуком во вселенной. Иарна мысленно считала шаги, зная, что не могла позволить себе идти медленно, хотя каждый мускул кричал, чтобы она положила свою ношу и отдохнула. Сколько времени она уже прошла? Ее мир так сузился, что она не могла сказать точно. Всплыли разбросанные воспоминания. Желтые шарики в каменистых укрытиях… тыквы хубба. Она раздавила несколько и выжала воду в рот Доаллина, поглаживая его горло, пока он не проглотил. Потом она позволила себе несколько глотков кисловатой, но благословенно влажной жидкости.

Сколько раз она давала Доаллину воду? Два? Три? Она не могла быть уверена, как не могла быть уверена, сколько времени прошло с тех пор, как она спотыкаясь шла по этой дороге, ведущей в правильном направлении. Йарна думала, что, может быть, она нашла ее вчера, но время… время ускользало, ускользало и утекало, как сок тыквы хубба. Она больше ни в чем не была уверена — кроме того, что Доаллин еше дышал. Ее уши настроились на звук этих хриплых болезненных вздохов. Она проверяла его дыхательные капсулы каждые несколько часов. Он уже израсходовал ту, что была в его шлеме, и две других из кармана его униформы. Она вставила на место последнюю несколько часов назад.

Сколько он сможет жить без гидрона-три? Йарна не представляла. Все, что она могла делать, — это идти, шлеп, шлеп… шлеп, шлеп… идти так быстро, насколько ей позволяла угасающая сила и спутанные мысли.

В какой-то момент прошлой ночью она очнулась и обнаружила себя сидящей посреди дороги, тело Доаллина лежало у нее на коленях. Должно быть, она заснула на ходу и упала на землю, даже не проснувшись.

Как долго она спала? Йарна не знала… но мысль, что это время, которое она потратила, имеет значение жизни и смерти для человека, которого она несла, преследовала ее даже сквозь растущий туман истощения, обволакивающий ее разум.

Шлеп, шлеп… шлеп, шлеп…

Дыхание Доаллина стала учащаться, словно он задыхался. Йарна опустила его на дорогу и посмотрела шкалу сбоку шлема. Отметка показывала «пусто».

Вздохи изменились, стали более ясными. Доал-лин пытался говорить. Йарна наклонилась ближе.

— Прости… — разобрала она. — Спасай себя… брось меня.

— Ни за что, пока я жива, — неистово сказала она. — Молчи… береги дыхание. Уже недалеко…

Он вцепился в край ее пустынного плаща, настойчиво бормоча что-то. Какой-то бред про со-кровише. Йарна не обратила на это внимания. Ей понадобились все силы и воля, чтобы снова взвалить его себе на плечи.

Шлеп, шлеп… шлеп, шлеп…

Она тяжело шагала, заставляя себя идти как можно быстрее, зная, что каждая секунда может оказаться последней для Доаллина. Опустив голову, сосредоточившись на том, чтобы идти как можно быстрее, она уже шла по одной из улиц Мое Айсли, прежде чем поняла, что дошла до города.

Йарна вскинула голову на крик продавца воды. У меня получилось! Теперь нужно найти торговца, продающего дыхательное снаряжение!

Спотыкаясь, она заставила ноги ускорить шаг. Дышал ли еще Доаллин? Она не знала… она больше не слышала его. Может быть, это было из-за крови, шумевшей в ушах, когда она пыталась бежать?

Перед ней была более широкая улица. Торговцы с прилавками и тележками, кричавшие о своем товаре. Замутненные пустыней глаза Йарны зацепился на одном из них — ортолан, похожий на Макса Ребо. Бедняга Макс… он ведь был на той барже? смутно подумала Йарна, ломаным шагом пересекая улицу по направлению к намеченной цели. Дойдя до прилавка, она бесцеремонно бросила Доаллина на пыльную землю и выдохнула заказ: — Капсулу гидрона-три, пожалуйста! Ортолан фыркнул в хобот.

— Конечно, госпожа. Но мне жаль вас огорчать, но гидрон-три сильно подорожал. Поставок не было с тех пор… в общем, уже довольно долго.

— Не важно, — отрезала Йарна, копаясь под плащом в поисках своего драгоценного мешочка, который она унесла из дворца Джаббы так давно — было ли это всего четыре дня назад? Казалось, будто прошла половина вечности, — Я могу заплатить. Дайте мне норму на пять дней.

— Конечно, госпожа, — сказал ортолан. — Позвольте посмотреть вашу валюту?

Йарна дрожащими руками вытащила два маленьких полудрагоценных камня и украденные кредитные диски — все, что она могла истратить.

— Берите.

Ортолан скорбно покачал головой, его огромные темные глаза сильно погрустнели.

— Мне безумно жаль, но мне нужно в два раза больше за двухдневную норму.

Йарна сверкнула на него столь яростным взглядом, что он отшатнулся в тень своего прилавка.

— Ворюга! Мне некогда торговаться! Тогда дай мне двухдневную норму!

Торговец стоял на своем: — Простите, госпожа, но я должен настаивать на указанной цене. Она и так очень невыгодна для меня.

— У меня здесь человек умирает! Ему нужен гидрон-три! — сказала Йарна, ее сердца бешено колотились.

Если бы она отдала торговцу то, что он требует, она смогла бы выкупить только двух своих детей. Ни одна мать не может сделать такой выбор!

Но в то же время… Доаллин спасал ей жизнь… несколько раз.

— Я дам вам это за нужную цену, госпожа, — сказал торговец. — Еще два камня для трехдневной нормы.

Оставшегося все равно не хватит, чтобы освободить всех троих детей. Но Йарна обнаружила, что не может отвернуться от охотника.

— Хорошо, — рявкнула она, швыряя требуемое количество на прилавок. — Дайте мне капсулы!

С драгоценным маленьким контейнером она склонилась над Доаллином, чтобы посмотреть, не умер ли он, пока она торговалась. Это было бы последней, заключительной иронией…

Но нет… он еще дышал, хоть и медленно. Вставив капсулу в его шлем, она закрепила его и увидела, как он заработал. Только потом аскайианка спрятала драгоценности обратно туда, где они лежали.

Ей удалось оттащить Доаллина к стене магазина, в тень. Потом она опустилась рядом с ним. Долгое время она просто существовала, не думая, не чувствуя… просто дыша, и Йарна была выдернута из своего полутранса, когда Доаллин зашевелился, потом со стоном сел. Он повертел головой в шлеме из стороны в сторону, словно не мог поверить, где он находится. Наконец охотник повернул лицо к ней.

— Ты… донесла меня сюда?

— Пришлось, — сказала Йарна. — Ты был без сознания. Разве ты не знаешь, что рептилии никогда не умирают до захода солнца?

Охотник мотнул головой.

— Это старая сказка.

— Что ж, в этот раз она оказалась довольно верной, — заметила Йарна.

Доаллин проверил уровень гидрона-три в шлеме.

— Полный! — воскликнул он.

С мрачным выражением лица Йарна протянула руку и уронила запасные капсулы ему в ладонь.

— Возьми. Они тебе пригодятся.

— Где… — пробормотал он. — Как…

Она вкратце объяснила, как ей пришлось купить капсулы. Доаллин медленно расстегнул застежки шлема и снял его, держа капсулу рядом с лицом, чтобы он мог вдыхать гидрон-три, когда шлем снят.

— Ты пожертвовала одним из своих детей… ради меня? — медленно спросил он, словно не мог поверить в то, что услышал.

Йарна устало пожала плечами.

— Я же не могла стоять столбом и позволить тебе умереть.

Быстрым движением он схватил ее руку.

— Я не могу поверить, что ты это сделала… ради меня.

— Ты спас мне жизнь, помнишь?

— Что ж, теперь мы квиты, — сказал он, и впервые с момента, как она его узнала, Йарна увидела ею искреннюю улыбку.

Его изуродованное лицо просветлело, он выглядел почти привлекательным.

— Йарна… у мня сюрприз для тебя.

— Какой?

Медленно, с большой церемонностью он вынул из туники пять маленьких предметов и протянул ей.

— Жемчужины дракона. Одна стоит целое состояние. На них мы можем выкупить всех твоих детей — и космический корабль, чтобы отвезти их.

Йарна, словно ослепленная, уставилась на драгоценности.

— Где ты их взял? — наконец спросила она. Доаллин надел шлем, закрепил его.

— Я расскажу тебе по дороге, — сказал он. — Идем найдем твоих детей.

Деньги, как выяснила Йарна, были ключом ко всему в Мос Айсли. Еще до восхода луны той же ночью она и Доаллин достигли цели. Иарна несла Люку и Лею на одной руке и Наутага на другой. Она не могла поверить, как они выросли, и еще больше ее удивляло, что они узнали ее. Осознание того, что она держит своих детей на руках, заставило аскайианку потерять дар речи от радости.

Они остановились на углу улицы напротив городского дома хаттского лорда.

— Что ж, теперь они у тебя, — сказал Доал-лин. — Что дальше?

Йарна посмотрела на него с затруднением. Она так долго размышляла об этом моменте, что теперь не представляла, что делать дальше. Она подумала еще немного и дала ответ.

— Исчезнуть с Татуина, — твердо объявила она. — Я не хочу больше видеть эту планету.

Доаллин кивнул головой.

— Очень разумно. В точности, что и я думаю. После того как мы купим этот космический корабль, ты не… то есть, как думаешь, ты бы хотела увидеть Геран? Это хороший мир. Тебе понравится, я полагаю.

Йарна обдумала вопрос, и медленная улыбка возникла на ее лице.

— Думаю, Геран — хорошее место, — сказала она.

— Хорошо! — сказал Доаллин, теплота окрасила его голос даже через механический фильтр. — Следующий пункт — — космопорт. Я всегда хотел иметь личный корабль.

Йарна кивнула и поудобнее взяла Наутага, который беспокойно ерзал и пытался дернуть ее за волосы.

Доаллин протянул руки к Наутагу.

— Давай я понесу его. У тебя и так руки заняты.

Йарна кивнула и передала ребенка охотнику. Они пошли вместе, и свет маленькой луны Татуина мягко струился на всех пятерых.


Эпилог

<p>Эпилог</p>

Что произошло с?..


Посетив Геран, Йарна и Доаллин решили обосноваться на борту своего нового корабля и вести жизнь вольных торговцев, специализируясь на тканях и драгоценных камнях. Когда требовались лишние деньги, Йарна подрабатывала танцовщицей. Она представляла танец Семидесяти лиловых вуалей на свадьбе Хэна Соло и Лейи Органы, где ее заметил известный модельер и предложил работу.

Доаллин стал ее агентом, время от времени отлавливая для зоопарков экзотических зверей. Их отпрыски проявили недюжинный талант в музыке и организовали джизз-трио, которое продолжало традиции Макса Ребо и его оркестра.


***

Вскоре после отлета с Татуина Сю Снутлис разорвала контракт с Максом Ребо и продолжила сольную карьеру. Она выпустила два сборника, оба продавались из рук вон плохо. Карьера покатилась под гору, работы Сю найти не могла и вновь присоединилась к какой-то джизз-группе, с которой и гастролирует поныне, меняя псевдонимы один за другим.

Макс Ребо после ухода Сю подался в Альянс и несколько лет мотался по Галактике, развлекая повстанцев. В заявлении он написал, что «в Альянсе лучше кормят». После гибели Императора Макс вернулся к гражданской жизни и на данный момент содержит сеть ресторанов на восьми планетах.

Друпи МакКул сгинул в Дюнном море, и больше его никто не видел. Хотя некоторые старики утверждают, будто слышали, как по ночам из сердца пустыни доносятся звуки музыки ки-тонаков. Некоторые считают, что это Друпи и его родичи играют в ожидании прихода Космического Яйца.


***

В суматохе, случившейся после крушения баржи, Малакили, смотритель ранкора, освободил Порселлуса из застенка, и друзья ухитрились унести достаточно добра, чтобы открыть в Мое Айсли ресторан «Хрустальная луна». Они все еще работают вместе, и их заведение считается лучшим, а слава о нем идет по всем внешним территориям.


***

Гаморреанец Гартогг всю свою оставшуюся жизнь сожалел, что не попал на баржу Джаббы Хатта. Тем не менее, когда Ортугг так и не вернулся из поездки и не выполнил угрозы поджарить Гартогга, отставной стражник вместе со своей маленькой компанией отправился в Мое Айсли. Он по-прежнему таскает на плечах своих друзей. А еще он выяснил, что за время перехода через пустыню поваренок и монах высохли и замумифицировались. В Мое Айсли гаморреанец нашел весьма прибыльную работу, он теперь охраняет контрабандистов и на все задания берет своих постоянно улыбающихся друзей.


***

Эфант Мон решил вернуться на родную планету Винсиот. Встреча с юным джедаем пробудила в нем духовную сторону, и Мон, начав с размышлений о природе, закончил созданием религиозной секты, которая поклоняется Великой силе.

Хотя старых делишек он так и не бросил, время от времени пробавляется аферами, но деньги идут исключительно на поддержание секты и постройку храма.


***

Когда Ж'Куилле попытался вернуться домой на Тоолу и немного отдохнуть, ему намекнули, что госпожа Валариан, разгневанная его «увольнением», назначит за его голову награду, если он хоть шаг сделает с Татуина. Ж'Куилле вернулся во дворец Джаббы и присоединился к монахам Б'омарр. Обменять тело на контейнер — неплохой способ пережить невыносимую татуинскую жару.


***

Биб Фортуна обнаружил, что даже отделенный от тела мозг может завести друзей — Тессе-ка, Бубо и еще нескольких «новобранцев», которые появились после гибели Джаббы. Нат беседовал с ним и утешал, помогая пережить шок от потери тела, учил, как пользоваться мозгоносцем, водил по коридорам. В конце концов они перестали отличаться от других таких же разгуливающих по дворцу мозгов. Встречающиеся по дороге монахи обязательно кланялись им, как другим просветленным.

Но Фортуна все пытался выяснить, что же случилось с его так хорошо выстроенным заговором. Компьютеры на его голос больше не реагировали, зато Биб сумел — пусть медленно, цифра за цифрой, — ввести коды доступа, пользуясь передними конечностями. Если приближался монах, Фортуна бросал ложку и прятался за угол, а потом на ощупь искал ложку и вновь принимался за дело. Какой все-таки неудачный день выдался, думал он. Пришлось бросать ложку г$е-лых восемнадцать раз.

Он проверил счета и обнаружил, что большинство тех, что были открыты на другое имя, остались не тронуты. Они даже выросли. Фортуна была на его стороне. Он разослал письма всем своим бывшим сообщникам, и — предложение за предложением, слово за словом — они узнали, что произошло. Кто-то даже пообещал спасти его.

Через некоторое время монахи разрешат им гулять за пределами дворца, явится помощь, и Нат вместе с Бибом оставят Тессека, Бубо и всех остальных. Затем они найдут клонеров и обретут новые тела, молодые, сильные, без изъянов. Биб Фортуна надеялся, что если монахи узнают об их планах, то посочувствуют и отпустят их с Натом.


***

Навсегда лишившись из-за взрыва парусной баржи возможности выпить «нектар» Джаббы, Данник Джеррико устроил во дворце кровавую баню. Анцат, который всегда гордился своей утонченностью и самоконтролем, лишился и того, и другого. Еще ни разу в жизни Джеррико не упускал чей-то «нектар». Репутация была загублена, его имя заняло первые строчки в списках охотников за головами. Хищник стал жертвой.


***

Ну и, разумеется, Боба Фетт и Мара Джейд нашли чем заняться… но это уже совсем другие истории.


Энциклопедия Звездных войн

<p>Энциклопедия Звездных войн</p> Байки из дворца Джаббы ХаттаЭнциклопедия составлена по материалам, любезно предоставленным БобомВитасом

Алдераан планета в центральном секторе. Люди, жившие на Алдераане, считались одними из самых миролюбивых обитателей Галактики. Живя в гармонии с окружающим миром, они строили свои города на вершинах обрывистых утесов или на сваях на морском мелководье, чтобы их города не мяли траву и не уничтожали моря. Алдераан непоколебимо поддерживал Старую Республику, и многие из его уроженцев служили в вооруженных силах. Родная планета семьи Органа играла немаловажную роль в галактической политике; и в последние годы Старой Республики семья Органа оказывала сопротивление стремлению верховного канцлера Палпатина сосредоточить в своих руках все рычаги власти. После установления Нового Порядка Алдераан в числе первых поддержал созданный Альянс за восстановление Республики. Скрытое недовольство правлением Палпатина привело к уничтожению планеты. Гранд Мофф Таркин, захватив в системе Тату-ина корабль семьи Органа «Быстроходный IV», устроил принцессе Лейе допрос с пристрастием, но не сломил ее. Когда же он попытался под угрозой уничтожения планеты узнать о местонахождении базы Альянса, принцесса солгала ему. Таркин тем не менее отдал приказ на уничтожение. Новое оружие Звезды Смерти превратило Алдераан в бесчисленные обломки незадолго до битвы при Иавине.

Альянс за восстановление Республики — группа планет, объединившаяся в борьбе с Новым Порядком Палпатина. Обычно его именуют просто Альянс, а им-перцы называют народы, входящие в него, повстанцами. На начальных этапах движение сопротивления Новому Порядку было поддержано Мон Мотмой и Бэйлом Органа. После нападения имперцев на Мантуин и Горман Альянс стал быстро расти. Лидеры Альянса ясно понимали, что за Империей преимущество в силах и средствах, а потому вначале больше полагались на скрытность и хитрость, одерживая малые победы и подтачивая Империю идейно. После уничтожения Звезды Смерти Альянс превратился в признанную угрозу существованию Империи, что ясно понимал Пал-патин. Поэтому он бросил почти всю мощь своей военной машины на поиски баз Альянса.

Анцат или анцати, гуманоиды, внешне весьма схожие с человеком. Внутри носоглотки у анцати спрятаны особые хоботки, которыми они высасывают мозг жертвы, который они называют «нектаром». Биологических ритмов у анцати нет, когда они хотят отдохнуть, то просто впадают в состояние, напоминающее кому.

Астромеханический дроид — маленький дроид, созданный для использования на небольших грузовых космических кораблях. Он представляет собой независимый навигационный компьютер, запрограммированный также для ремонта космических кораблей. Лучшие астромеханические дроиды производит компания «Промышленные автоматы», в том числе серии Р2, Р5 и Р7.

Бандиго — всеядные существа, обитающие вокруг каньона Искушения на Шрилууре. Напоминают крупных собак с морщинистой шкурой. Охотятся из засады, закопавшись в песок. По ночам издают высокий тоскливый вой. Историки считают, будто древние вик-ваи думали, будто это поют водяные нимфы в каньоне Искушения.

Банты — громадные, похожие на земных слонов животные с изогнутыми бивнями. Их можно обнаружить на множестве планет со значительно отличающимися климатическими условиями. Песчаные люди на Татуине используют бант в качестве транспортных средств, причем как на травянистых равнинах, так и в зоне тундры. На большинстве миров банты одомашнены и служат тягловыми животными и даже в качестве боевых. Мясо и шкуры бант высоко ценятся. Происхождение бант неизвестно, каждая планета, на которой они обитают, считает себя их родиной. В неволе большинство бант приучают возить тяжести и выводят для жизни в пустынях.

Барв — шестиногое животное. Широко известна шутка о барве с пятью ногами, который умел говорить, водить флаер и присматривать за детьми. Когда спросили, зачем же у него отрезали одну ногу, хозяин барва ответил: «Нельзя же резать барва из-за холодца». Так же жаргонное обозначение любого упрямого и трудно устраняемого субъекта.

Беспин — планета, известная в основном экспортом газа тибанна и игорными домами, в которых, как правило, играют в различные версии сабакка. Расположена вблизи системы Аноат, имеет множество спутников естественного происхождения. Газовый гигант с очень коротким перидом вращения вокруг своей оси — 12 стандартных часов. Год на Беспине, тем не менее, очень длинный — около 14 стандартных лет.

Бестин — небольшой город на планете Татуин — первое поселение людей на этой планете. Находится примерно в двухстах километрах от Мое Айсли и считается столицей.

Биб Фортуна — тви'лекк из клана Уна, наиболее известен как советник и управляющий Джаббы Хатта. Одним из первых выяснил, что добываемый на Рилоте рилл можно с большой выгодой продавать по всей Галактике. Действия Биба Форт'уны привлекли внимание Империи, которая поработила тви'лекков. В результате имя его было проклято (в соответствии с традицией тви'лекки начали произносить его как Биб'фортуна), а сам он изгнан. В отместку он начал обворовывать дома богатых соотечественников и всегда предлагал свою помощь Джаббе, когда тому требовались рабы.

Биб'фортуна — измененная форма имени Бибфор-т'уна, которую употребляют тви'лекки с Рилота, чтобы показать свое отношение к своему соплеменнику.

Битхи — раса, отличающаяся укрупненным круглым черепом, бледной кожей, большими глазами, лишенными век, и длинными ловкими пальцами. Происхождение их неизвестно. Считается, что битхи не знают таких эмоции, как страх или страсть, и что им не требуется сон. Детей они производят в лабораториях, взяв генетический материал у родителей.

Бластер — общее название любого ручного оружия, различается по размерам и огневой мощности, от небольших пистолетов до противотанковых ружей. Как правило, имеют несколько степеней поражения.

Боевая арахнида — двенадцатиногое насекомое, обитающее на планете Карида, с алым или темно-бордовым панцирем, усеянным шипами. Догоняют и разрывают жертву за очень короткий срок.

Ботаны — раса двуногих, покрытых мехом существ с планеты Ботавуи. Политики по природе, непревзойденные мастера торговать информацией. Держат шпионскую сеть, которая превосходит любые подобные формирования, какие только могла создать Империя или Старая Республика. Вскоре после битвы при Иавине ботаны присоединились к Альянсу.

Боушх — охотник за головами, работавший на Черное Солнце во время Гражданской войны. Он попался на том, что пытался получить с одного контракта как можно больше денег. Его убрали, но оружие и скафандр сохранились. Ими воспользовалась принцесса Лейя на Корусканте и Татуине.

Брахнозубцы — небольшие, но крайне прожорливые звери. Один брахнозубец может обглодать скелет дочиста за день, несколько — за пару часов. Джабба Хатт держал брахнозубцев на тот случай, если он рассердится на кого-нибудь из своей свиты.

Великий провал Каркун — гигантская яма в Дюнном море на Татуине, где обитает сарлакк.

Верпины — раса инсектоидов, известная своими талантами в ремонте и усовершенствовании любых механизмов и летательных аппаратов. Проживают на астероидах Роше, хотя месторасположение планеты, с которой они родом, никому не известно. Живут в роях, насчитывающих до ста индивидов. В теле верпи-нов находится орган, с помощью которого они могут испускать радиоволны и таким образом общаться друг с другом на большом расстоянии.

Вибротопор — напоминающее боевой топор оружие с вибрирующим лезвием.

Виквай — гуманоиды с планеты Шрилуур. Носят на голове косички, количество которых, по-видимому, означает положение индивидуума в обществе, хотя многие ксенологи утверждали, что число косичек равно числу лет по планетарному времени, сколько виквай не был на родине. Позднее, когда выяснилось, что виквай бреют голову, возвращаясь домой, была доказана правота второй теории. Толстая, морщинистая кожа помогает им жить в пустынях, которые почти целиком покрывают Шрилуур. Обладают способностью общаться при помощи феромонов и запахов, но только в пределах своих клана. Для прочих народов, они просто вонючие существа. По характеру весьма воинственны, поэтому часто нанимаются солдатами, стражниками и телохранителями к хаттам. На Шрилууре соседствуют с гоуками, и расовые различия часто приводят к глобальным войнам. Викваи предпочитают не общаться с высокими технологиями, поклоняются луне и богу Кваю. Само название «виквай» означает «последователь Квая». Интересна письменность викваев, заключающаяся во вплетение в косы камешков или прочих предметов.

Винсиот — планета, родина чевинов. В основном покрыта пустошами и арктической тундрой. Несколько миллионов лет назад Винсиот столкнулся с гигантским астероидом, в результате чего вымерли многие формы жизни.

Випхид — разумный хищник с планеты Тоола, крупный, покрытый светлым мехом, с длинными бивнями. Средний випхид вырастает до двух метров и весит около четырехсот килограмм. Спокойно переносит суровую зиму, обожает охотиться.

Вуки — рослые, покрытые шерстью антропоиды с планеты Кашиийк. Известны на всю Галактику своим неистовством в бою. Лапы их оснащены острыми длинными когтями, с помощью которых вуки лазают. Живородящие млекопитающие, вуки-самки имеют шесть сосцов, которыми выкармливают детенышей. Раса вуки была порабощена Империей, и поэтому вуки не очень расположены к людям. Оби-Ван Кеноби когда-то выдвинул предположение, что вуки имеют мощную связь с Силой, но доказать этого никому не удалось.

Вуки живут в больших городах, расположенных на деревьях, это уберегает их от хищников, обитающих в нижнем ярусе леса. Вуки считают, что их леса делятся на семь уровней, и жизнь на каждом зависит от количества света, проникающего сквозь листву. На нижних уровнях — соответственно первом, втором и третьем — растут фосфоресцирующие растения, обеспечивающие эти уровни собственным светом. Вуки никогда не спускались ниже четвертого уровня.

Воррт — земноводное, обитающее на планете Нал Хутта. Джабба Хатт перевез несколько экземпляров на Татуин, и воррты расплодились в его дворце.

Гадерффай — традиционное оружие тускенов. Топор с двумя лезвиями, короткой рукоятью и крюком. Порой может называться палкой или жезлом гаффи, Гаморреанцы — довольно крупные, свиньеподоб-ные антропоиды с планеты Гаморр. Очень воинственная раса с матриатным устройством примитивного общества. В семье часто бывает несколько супругов. Самцы делятся на четыре касты: вожаки (самые крупные и сильные в роду, как правило, мужья матриархов), хряки (любой женатый самец), кабаны (неженатые самцы, нанимаемые кланом в качестве воинов), ветераны (старые самцы, неспособные к драке). Распространены по всей Галактике, так как их часто нанимают в качестве телохранителей, солдат и охранников. Злобны, сильны, но неповоротливы.

Гипердрайв — двигатель космического корабля и все его модули, позволяющие кораблю развивать сверхсветовую скорость и производить прыжок через гиперпространство. Большинству гипердраЙвов требуется фузионный генератор. По слухам, гипердрайв изобрела неизвестная раса откуда-то из-за пределов Галактики. Впервые пришельцы появились в системе Кореллии. Кореллиане изучили секрет гипердрайва и построили собственный двигатель. Спустя некоторое время они продали идею путешествия через пространство другим планетам. Сообщение между мирами стало неизмеримо проще, что и породило огромное сообщество, известное как Старая Республика.

Глакка — ледяная луна, на которой расположен один из военных складов, принадлежащих Империи. Джабба Хатт и Эфант Мон пытались украсть оттуда оружие, но были преданы кем-то из окружения Джаббы. Им удалось скрыться, но до того, как их спасли, им пришлось иметь дело с морозом и ледяными пустошами.

Гондар — отвратительное с виду, потное животное, чьими щетинками часто пользуются для украшений.

Гран — трехглазые гуманоиды с планеты Киньен. Видят также в инфракрасном спектре. Происходят от травоядных, имеют два желудка. У женщин по три груди для выкармливания младенцев. В общем, граны миролюбивы и дружелюбны, за десять тысяч лет, которые насчитывает их история, у них не было ни одного масштабного конфликта. Граны сильно привязаны к семье и своему народу. Брачные отношения заключаются до конца жизни, переживший своего супруга гран, как правило, вскоре умирает. Примерно за тысячелетие до битвы при Йавине граны открыли для себя межзвездные путешествия и основали колонии на Хоке и Маластаре, что породило кризис цивилизации на Киньене, после чего правители планеты запретили иммиграцию. Изоляция отрезала колонии гранов от родной планеты. Граны не слишком стремились войти в Старую Республику, которая в свою очередь уважала их желания и не принуждала к присоединению. Впрочем, граны быстро подчинились Империи.

Гундарк — четырехрукий антропоид, известный своей невероятной силой. Обитает на Кашиийке.

Дарт Вейдер — ближайший помощник и ученик Императора, последний повелитель ситхов. Черные доспехи и дыхательная маска, сконструированные сит-хами, выполняют у него роль не только защитной брони, но и системы поддержки жизни, без которой он не может существовать. Дарт Вейдер весьма искушен в древнем искусстве владения Силой и считается одним из величайших воинов в Галактике.

Депп — или «сыграть Деппа, случилось как с Деп-пом», местный жаргон на планете Татуин, выражение означает смерть. Вошло в обиход после гибели префекта Оруна Деппа, убитого дроидом-убийцеи.

Дефлекторное поле — силовое поле, поглощающее или отражающее любые виды энергии. Ставится на кораблях для защиты от выстрелов. Иногда используются термины «дефлекторный щит» и «дефлектор».

Джабба Десилийк Тиуре — один из самых известных королей преступного мира в Галактике из расы хаттов. Шестьсот лет назад он улетел с родной планеты Нал Хутта и обосновался на Татуине. Как у прочих его соплеменников, у Джаббы массивное, обрюзгшее тело, что делало бы Джаббу относительно легкой мишенью для наемных убийц, если бы не толстая шкура, практически не пробиваемая никаким оружием. Начинал Джабба как вор и контрабандист. Позднее, после смуты в клане Десилийк, он перебрался на Татуин. Джабба нанял Хэна Соло для перевозки груза спайса с Кесселя, но Хэн был вынужден сбросить груз и спасаться бегством от имперских кораблей. Хэн не смог оплатить неустойку, поэтому Джабба назначил цену за его голову.

Джедаи — рыцарский орден хранителей мира и справедливости, основанный во времена создания Старой Республики. Они защищали Республику от любой угрозы, включая Войну Клонов. Их посылали регулировать споры между правительствами планет, так как они всегда поддерживали нейтралитет и были способны обнаружить истину благодаря своей легендарной Силе. Джедаи — хорошо обученные воины, пользующиеся своеобразным оружием — лазерными мечами. Когда сенатор Палпатин решил провозгласить себя Императором Галактики, он понял, что джедаи — единственная реальная сила, стоящая между ним и его целью. В результате был уничтожен практически весь Орден.

Доэллин — женское божество у гранов, часто соотносящееся с удачей.

Дроиды — любая разновидность автоматов самых различных целей и назначений. Существует пять основных классов: Первый класс — дроиды, запрограммированные на решение физических и математических задач, а также для медицинских целей.

Второй класс — инженеры, техники и механики.

Третий класс — дипломаты, воспитатели, обучающие машины, переводчики, социальные работники (в частности, Ц-ЗПО является дроидом третьего класса).

Четвертый класс — силовые структуры.

Пятый класс — слуги и прочие занятия, не требующие интеллектуальной деятельности (работа в шахтах, на заводах, санитария и прочее).

Дщери Ффиба — автократический, женский религиозный орден, существовавший в последние годы Старой Республики. Отделившись от основного культа, Дщери Ффиба обосновались на Лесной луне Эндора.

Дюнное море — обширное пустынное пространство на Татуине.

Дюрастил — строительный материал, смесь лом-мита, мелеениума, неутрониума и церсиума.

Жабопес — крупная рептилия, как правило, считающаяся глупой. Сами жабопесы не стараются никого в этом разубедить, так как используют подобное мнение в своих интересах. Они — великолепные шпионы и предлагают свои услуги многим правительствам, включая Империю.

Звезда Смерти — боевая станция Империи диаметром в 120 километров, разработанная Бевелом Ле-мелиском, Кви Ксукс и Толом Сивроном и построенная на верфях «Империал Инжениринг» Бевелом Ле-мелиском. Звезда Смерти стала результатом запроса Гранд Моффа Таркина о суперкорабле, с помощью которого можно было бы держать в страхе Внешние территории. Основным оружием Звезды Смерти является лазерная пушка, мощности которой хватает, чтобы взорвать целую планету. Изначально проект предназначался для уничтожения мертвых планет с целью облегчения добычи полезных ископаемых. Станция была построена на орбите планетытюрьмы Безнадега; по окончанию полного монтажа оружие Звезды Смерти было опробовано на самой планете. Изначальный проект имел некоторые недостатки — в частности, шахты вентиляции реактора выходили прямо в открытый космос, что позволило повстанцам взорвать станцию протонной торпедой.

Интерьер станции составляют 84 уникальных уровня, каждый в 1428 метров в высоту. Каждый уровень в свою очередь разделен на 357 вспомогательных этажа. Вся станция разделена на два полушария по двенадцать зон в каждой. Экипаж станции насчитывает 27 048 офицеров, 774 576 солдат, пилотов и механиков, 378 576 человек обслуживающего персонала, около 400 000 дроидов различных систем, 25 000 имперских гвардейцев. Средний срок службы на станции — около шести лет без отпуска, поэтому станция оборудована всевозможными увеселительными заведениями.

Станция несет на себе 4 корабля основных классов, 7200 ДИ-истребителей, 3600 боевых челноков эль-класса, 1860 десантных кораблей и 13 000 единиц вспомогательного флота и наземных машин, в которые, к частности, входят 1400 танков АТВ, 1400 самоходок АСТ, 178 командирских танков, 355 «летающих крепостей», 4 843 тяжелых колесных танка НАУ\уА5.


— пять воздушных шлюзов (два на полюсах, два на полушариях, один на экваторе)


— главный реактор


— два мотиватора гипердрайва со 123 автономными генераторами


— два основных двигателя


— 5 000 лазерных батарей


— 5 000 лазерных батарей тяжелой артиллерии


— 2 500 лазерных пушек


— 2 500 ионных пушек


— 768 генераторов луча захвата


Злобо Гвоздецци — Б'омаррский монах, который подружился с жабопесом Бубо во дворце Джаббы Хатта и многому его научил.

ИГ-88 — — дроид-убийца, произведенный «Холован механикал» по заказу имперского инспектора Гурдуна. Один из пяти терминаторов, развивших мыслительные способности и сбежавших из лаборатории. Убив всех работников лаборатории, ИГ-88 загрузил свои программы в три дроида из той же серии. С четвертым произошел сбой, и он идентифицировал себя как ИГ-72. После побега дроиды разделились. Все ИГ-88 отправились на Мечис III за программами, которые позволили бы им стать разведчиками и завоевать Галактику. В качестве охотников за головами участвовали в охоте за Хэном Соло. ИГ-88-беш был уничтожен в Облачном городе. ИГ-88-вев и ИГ-88-грек были уничтожены на Татуине во время попытки отнять добычу у Бобы Фетта. ИГ-88-аурек сумел ближе всех подойти к изначальной цели, загрузив себя в компьютерную сеть второй Звезды Смерти, вместе с которой и был взорван.

Империя — — название, которое получил режим, установленный сенатором Палпатином, когда он узурпировал власть правителя галактики и ввел свой Новый Порядок. В основу Империи был положен принцип: «Править не силой, а страхом перед силой». Палпатин стал Императором и, чтобы вселить страх, создал громадную военную машину. Для укрепления своего контроля над галактикой Палпатин часто применял Темную сторону Силы.

Личная гвардия Императора — она же Алая гвардия, личные телохранители Императора, специально отобранные и обученные. Никому не известно точное количество человек, состоящих в гвардии. Обучение они проходят на пустынной планете Йинчорр, где их учат владению оружием, боевым искусствам терас кёси и эчани, а так же часто заставляют сражаться до смерти между собой, чтобы доказать свою преданность Палпа-тину. Доспехи и плащи цвета крови гвардейцы переняли у мандалорских Караульных Смерти и Солнечных стражей Тирсуса. После смерти Императора они добавили черную полосу по подолу плащей и туник в знак своего горя. Новой Республике удалось практически полностью уничтожить, гвардейцев, остальные погибли, когда предатель Карнор Иакс напал на их убежище на Иинчорре. В живых остались только Кир Канос и Кайл Ханнад, но Ханнад был убит во время отступления, он остался задержать погоню, чтобы дать шанс Киру Кано-су спастись и отомстить предателю.

Йавы — низкорослые, живущие в пустыне торговцы-старьевщики на планете Татуин. Эти маленькие создания имеют большие светящиеся глаза. Речь йавов трудно понять, так как язык их меняется случайным образом. Известны йавы своей врожденной трусостью. Очень немногие видели, как выглядят йавы без своих плащей цвета глины. Они — коллективные существа: небольшими группами собирают все и вся, что можно перепродать хоть кому-нибудь. Некоторые ксенологи полагают, что йавы имеют неорганическое происхождение. Обычно температура тела у йавов — 46,7 градусов по Цельсию.

Йюззем — раса гуманоидов с не установленной планеты; покрыты шерстью, с очень длинными руками, обладают неустойчивым темпераментом, подвержены вспышкам ярости, не очень умны, зато сообразительны. Империя использует их в качестве грубой рабочей силы. Многие антропологи считают йюзземов родственниками вуки с Кашиийка, хотя сами вуки придерживаются иного мнения.

Калкаль — народность, известная тем, что способна есть практически все. Тем не менее, пищеварительная система у них не очень сильная, поэтому все, что калка-ли не могут переварить, они отрыгивают. Обладают великолепным как дневным, так и ночным зрением.

Калриссиан Ландо — шулер, предпочитавший не задерживаться надолго в какойлибо определенной системе, хотя каким-то образом наживший себе больше друзей, чем врагов. Однажды удачная игра в сабакк принесла ему выигрыш в виде легкого кореллианского грузовика, известного как «Тысячелетний сокол». При-мерно в то же самое время на планете Нар Шаддаа Ландо спас от «охотника за головами» Бобы Фетта молодого человека по имени Хэн Соло. Так как Ландо никогда не был хорошим пилотом, то в качестве своеобразной платы за спасение он попросил Хэна научить его основам пилотажа. После множества опасных приключений Ландо решил, что гораздо спокойнее для него будет заняться бизнесом. Судьба снова свела его с Хэном Соло, и юный контрабандист обыграл Ландо в сабакк. На последний кон Ландо поставил любой корабль из своего небольшого торгового флота в надежде, что Соло выберет один из самых новых. Но чутье Хина указало ему на потрепанный «Сокол». Позднее в руки Ландо попала горняцкая колония — Облачный город — на Беспине, и он стал ее администратором, Карбонит — вещество, позволяющее сжижать и надолго сохранять природные газы. В некоторых случаях его можно даже использовать как топливо. В специальных морозильных камерах карбонит смешивается с газом, а полученные бруски транспортируются как обычный груз. Дарт Вейдер первым использовал подобную морозильную камеру для заморозки живого существа.

Карида — планета, известная повышенной гравитацией, суровым климатом и невероятной преданностью Империи. За двести лет до Галактической гражданской войны на Кариде была основана военная академия. Небольшое поселение разрослось со временем в крупный город. Планета была уничтожена Кипом Дюрроном с помощью «Сокрушителя Солнц».

Карнисс Мелина танцовщица при дворце Джаббы Хатта, поднявшаяся от простых исполнительниц до постановшицы танцев. Испортила попытку Мары Джейд убить Люка Скайуокера, обвинив Мару в пособничестве госпоже Валариан. Позднее Карнисс работала на Тэлона Каррде, но после того, как Каррде установил, что Мелина продает информацию о его клиентах на сторону, он ее устранил.

Кеноби Оби-Ван (Бен) — родители его были среднего достатка и поэтому достаточно спокойно согласились, чтобы их сын обучался в Ордене джедаев. Несмотря на то, что учение давалось ему легко, его чуть было не отчислили, так как никто из магистров не хотел брать его учеником. Наконец, после долгих уговоров один из самых известных рыцарей Куай-Гон Джинн согласился сделать его своим палаваном. После того, как Куай-Гон привел на Совет Ордена юного Анакина Скайуокера, между учителем и учеником отношения резко обострились, так как КуайГон объявил, что ему больше нечему учить Кеноби. После гибели Куай-Гон Джинна на Набу, Оби-Ван, выполняя волю магистра, стал учителем Анакина. Через тридцать два года после этих событий Оби-Ван, сменив имя, жил отшельником на Татуине до тех пор, пока Р2Д2 не принес ему просьбу о помощи от принцессы Лейи. Оби-Ван заручился поддержкой сына Анакина, Люка Скайуокера, но во время спасения принцессы погиб на борту Звезды Смерти от рук Дарта Вейдера.

Китонаки — антропоиды с планеты Кирдо III, покрыты толстой белой кожей, которую умеют собирать в большие складки и прикрывать уязвимые места на теле. Таким образом они защищаются от дурных условий обитания на родной планете. Обычная температура тела у них 106 градусов. Вторая пара легких позволяет китонакам задерживать дыхание на четыре часа во время песчаных бурь. Четыре коротких пальца на каждой руке необычайно подвижны. По характеру китонаки спокойны, терпеливы, дружелюбны. Никуда не спешат. Некоторые предполагают, что подобные черты характера выработались в силу особенностей охоты китонаков на чу-уба. Китонаки стоят неподвижно, притворяясь деревом сульфаро, а когда чууба заползают в рот, который напоминает им дупло, просто глотают их. На одной особи чууба китонак может прожить стандартный месяц. Примечателен способ передвижения китонаков. Они не ходят в прямом смысле, а растягивают и сокращают мышцы ног наподобие змей. На ступнях к тому же расположены их органы обоняния.

Клатуин — планета-пустыня в кластере Си'Клаата.

Ковакианский примат — странные, длинноногие существа с длинными ушами, крупным ртом и меховым воротником вокруг шеи. Умеют подражать речи, очень хитрые, но глуповатые, хотя некоторые ученые считают их разумными существами.

Козотравник — съедобная трава серебристо-зеленого цвета со сладковатым ароматом.

Кореллия — планета расположена в системе звезды Корелл. Кроме нее в системе есть еще четыре обитаемые планеты, иногда называемые Пятью братьями. Кореллия часто упоминается как Старший брат. Кореллия — весьма привлекательный мир, фермы и небольшие города расположены среди пологих холмов, полей и лугов, Стоит взглянуть на Золотые пляжи, город Бела Вистал, столицу Коронет, расположенную на берегу моря. В отличие от других больших городов в Коронетс много открытых пространств; небольшие здания и торговые залы разделены парками и площадями. Правительство располагается в двенадцатиэтажном Доме Короны, когда-то бывшем резиденцией генерал-губернатора сектора Микамберлекто. Несмотря на то что три кореллианские расы (люди, селониане и дроллы) свободно перемешаны в Короне-те, сосредоточение основной власти Империи привело к сепаратистским настроениям и возникновению про-человеческих партий вроде Лиги Человека. Под поверхностью планеты находятся обширные сети туннелей, выстроенные тысячи лет назад; в них обитают многие селониане. В нескольких подземных пещерах, датированных дореспубликанской эпохой, недавно начались археологические раскопки. Внутри древнего комплекса обнаружен огромный планетарный пульсатор, с помощью которого планету можно было передвинуть с нынешней орбиты в неизвестном направлении. Когда-то Кореллия управлялась королевской семьей, но через три столетия после того, как Беретон-э-Соло принес демократические идеи, стала республикой. Период обращения вокруг своей оси 25 стандартных часов, период обращения вокруг солнца — — 329 местных суток.

Крайт-драконы — крупные рептилии, обитающие на Татуине, желтоватокоричневые по окрасу. Голова краита увенчана короной из пяти рогов, на хвосте растут длинные шипы. Передвигаются крайты на четырех массивных лапах. Единственный способ убить краита — это пронзить центральный нервный узел. Убийство краита входит в ритуал инициации у туске-нов. Недавно поступили сведения, что краита удалось приручить, и теперь их разводят для молока и яиц. Тускены и йавы утверждают, будто в костях краита содержатся мистические силы. Некоторые ученые считают, что дракон — дальний потомок дикого дуинуог-вуина, хотя это пока ничем не доказано.

Куаррены — антропоидные разумные существа с планеты Каламари. Живут преимущественно в воде, хотя могут находиться и на воздухе. Консервативны, не слишком легко увлекаются новыми идеями или концепциями. На контакте с обитателями прибрежной зоны — мои каламари — пошли не сразу, хотя позднее образовали нечто вроде симбиотических отношений. В отличие от соседей, прагматичны и не склонны исследовать космос. Во время кровопролитной войны с Империей куаррены предпочли остаться в стороне и предоставить сражаться мои каламари. Ходят слухи, что они даже помогли Империи, но, к несчастью, были порабощены вместе с мои каламари.

«Лапти нек» — песня, которую Сю Снутлис исполняла с оркестром Макса Ребо во дворце Джаббы Хатта после прибытия р2Д2 и Ц-ЗПО. В переводе с языка хаттов «лапти нек» означает «забавный человек».

Ледяной тигер — хищник с планеты Тоола.

Лобот — киборг, помощник управляющего в Облачном городе на Беспине. Первую половину жизни бурно прожил среди низших слоев общества, пока не был пойман на воровстве баронессой ЭллисоЙ Шал-• лене. Баронесса, занимавшая в те времена пост управляющего колонией, предложила Лоботу выбор между длительным тюремным заключением и пожизненной службой в Облачном городе. Баронесса понимала, что только дроид или киборг может осуществлять успешное управление городом, поэтому Лоботу пришлось стать киборгом. Специальная аппаратура усиливает его умственные способности и позволяет подключаться напрямую к центральному компьютеру города. Тем не менее, операция затронула речевые центры головного мозга, поэтому обычно Лобот ограничивается односложными фразами. Он начал работать в Облачном городе за пятнадцать лет до падения Старой Республики. Когда Ландо Калриссиан вызвал администратора Рай-нора на игру в сабакк, предложив поставить на кон колонию, Лобот негласно помог Калриссиану выиграть, так как предыдущий администратор его не устраивал.

Ледорыба — рыба, обитающая на планете Эдиорунг, считается деликатесом.

Летаки — — негуманоиды с восемью щупальцами, большими яйцеобразными головами, четырьмя глазами и воздушными жабрами.

Логра — хищник.

Мара Джейд — наемница, в свое время работавшая на Императора Палпатина. Имеет скрытый талант к восприятию Силы, хотя после смерти Императора ее способности значительно ослабли. После того, как в Облачном городе Люку Скайукеру удалось сбежать от Дарта Вейдера, Император объявил, что предвидит смерть Люка, и послал Мару убить его. Позднее Мара работала посредником между Новой Республикой и недавно сформированной Гильдией контрабандистов.

Мастмот — крупное, косматое стадное животное с планеты Тоола, излюбленная добыча снежных демонов и випхидов. Ростом в холке до двенадцати метров, пятнадцать метров в длину. Один мастмот (или мот-мот, как его называют некоторые племена) может прокормить племя в течение месяца, а шкуры идут на изготовление палаток и одежды.

Механическое кресло — самодвижущееся кресло на четырех ножках, со встроенным в один из поручней небольшим компьютером, Позволяет владельцу передвигаться без физических усилий. Изобретение неймодианцев.

Милор Индис — некогда губернатор Бриекса, имперский мофф сектора Варвенна.

Мозгоносцы — оскорбительное прозвище монахов Б'омарр, которые достигли той степени просветления, что перестали нуждаться в физическом теле и превратились в мозг, сохраняемый в контейнере с питательной смесью, оборудованном механическим устройством для передвижения. Иногда еще именуются Мозгами-на-ножках.

Монахи Б'омарр — религиозная секта, обитающая в пустынях Татуина. Монахи прибыли на планету ггоимерно за семьсот стандартных лет до битвы при Иавине. Они выстроили огромную цитадель в самом сердце пустыни, чтобы отгородиться от мира, так как их религия базируется на отрицании всех чувств и ощущений, Через сто пятьдесят лет бандит Алкхара захватил крепость, но монахи просто позволили ему поселиться там, не обращая на него никакого внимания. Они знали, что когданибудь вновь вернут себе цитадель. Затем там обосновался Джабба Хатт, монахи и его восприняли равнодушно. О монахах Б'омарр практически ничего не известно, за исключением факта, что как только они достигают определенного духовного уровня, то хирургически отделяют мозг от тела и помещают его в особый контейнер, поскольку считают, что далее физическое тело им не требуется.

Мое Айсли — один из главных городов на Татуине, здесь также находится один из основных космопор-тов планеты. Росту Мое, Айсли способствовала близость Татуина к существующим космическим маршрутам, чем не преминули воспользоваться компании космических перевозок и отдельные личности, понявшие выгоды подобного расположения планеты. Во время Галактической гражданской войны Джабба Хатт использовал Мое Айсли в качестве базы своих операций. Однажды Бен Кеноби охарактеризовал Мое Айсли как «… гнусное логово мерзавцев и преступников».

Мофф — имперский губернатор, представитель власти в одном из секторов Галактики. Наместники на планетах ответственны перед моффом. Каждый мофф содержит небольшую армию для поддержания порядка в секторе.

Нексу — особо опасный хищник с планеты Чол-ганна, в Старой Республике использовалась для гладиаторских боев. Голова нексу, окруженная золотистой гривой, плоская и широкая с огромной пастью. На родной планете нексу обитают в основном на континенте Индона. Различают четыре их подвида, но самый известный — четырехглазая лесная нексу. Дополнительная пара глаз обеспечивает животное инфракрасным зрением. Раздвоенным хвостом зверь пользуется для стабилизации во время прыжков на охоте. Ходили слухи, что сенатор Старой Республики от Маластара Аск Аак держал у себя нексу в качестве сторожевого животного и домашнего любимца.

Нивек'Иппикс — ффиб, сбежавший от жрецов с планеты Лорахнс. Боба Фетт получил за него полмиллиона кредиток.

Облачный город — колония по добыче газа тибанна на Беспине, выстроенная Экклессисом Фиггом. Довольно большой город, плавающий в верхних слоях атмосферы Беспина, примерно в 60 км над поверхностью планеты. Платформа города — 16 км в диаметре — поддерживается в воздухе кольцом антигравитационных двигателей. В городе 392 уровня, общая высота города 17 км. Ландо Калриссин стал администратором Облачного города вскоре после битвы при Йавине. Дарт Вейдер после неудачной попытки захватить там Люка Скайуокера оставил в Облачном городе имперский гарнизон.

Общегалактический язык — он же стандарт, общий язык, на котором разговаривают многие жители Галактики.

Ортоланы — раса покрытых голубым мехом слоноподобных существ с планеты Орто. Отличаются крупными ушами, несоразмерно толстыми пальцами и ненасытным аппетитом. Их предки были ночными животными, и ортоланы сохранили многие из их привычек и особенностей. Яркий свет слепит их, зато в сумерках ортоланы прекрасно видят. УШИ улавливают широчайший спектр звуковых волн. Между собой ортоланы общаются на ультразвуке.

Палпатин Кос — сенатор от планеты Набу, ловко воспользовавшийся ситуацией и неразберихой во время конфликта своей родной планеты с Торговой Федерацией. После того, как королева Набу Амидала выдвшгула предложение о вынесении вотума недоверия прежнему канцлеру Республики, Палпатин большинством голосов в Сенате получил эту должность. Позднее провозгласил себя Императором, Управлял Империей почти двадцать пять лет, пока не погиб от руки своего ближайшего помощника и ученика Дарта Вейдера, Парусная баржа — прогулочный корабль на ре-пульсационном двигателе, способный передвигаться над поверхностью воды, песка или любой относительно ровной поверхностью. Развивает скорость до 100 км/ч, максимальный потолок — 10 стандартных метров. Самыми популярными считаются баржи убриккианской постройки — 30 метров в длину, экипаж 26 существ, способны нести до 500 пассажиров и 2000 тонн груза. Вооружены тяжелой пушкой.

Песчаный краулер — громадное неуклюжее сооружение, передвигающееся на четырех гусеницах, песчаный краулер использовался йавами как транспортное средство и склад. Изначально они были корелли-анскими грузовиками-рудовозами, привезенными на Татуин первопоселенцами. Колонисты предполагали отыскать под песками пустыни полезные ископаемые, которые должны были обеспечить их как рудой для промышленности, так и будущим благосостоянием. Но Татуин оказался весьма беден рудными ископаемыми, вдобавок обладавшими необычными магнитными характеристиками. Поэтому после разрушения космической станции «Тату-Ш», рудовозы были брошены на произвол судьбы. Они были захвачены различными кланами йавов, которые использовали их для передвижения через пустыню.

Повелитель тьмы — самые талантливые и обученные из ситхов становятся Повелителями тьмы; этот титул является неким эквивалентом магистра у рыца-рейджедаев. Закон ситхов гласит, что может быть лишь один Повелитель тьмы. Ранее ритуал посвящения проводился так — кандидата помещали вместе с ядовитыми насекомыми, и он должен был выжить, используя магию ситхов. Шрамы от укусов насекомых оставались, как метка, на всю жизнь. Впервые ритуал был нарушен Нага Садоу, который самолично провозгласил себя Повелителем после смерти Марки Рагноса. Последним и истинным Повелителем тьмы считается Дарт Вей дер.

Приз Тселгормета — кулинарная награда, ежегодно вручаемая лучшему повару Галактики.

«Раб-1» — личный корабль «охотника за головами» Джанго Фетта, модифицированный патрульно-исследо-вательский корабль, построенный на верфях «Куат Драйв». После гибели Джанго перешел к его «сыну» Бобе. От изначального дизайна корабля мало что осталось, так как изменения по просьбе Фетта вносил сам Куат. Внешняя оболочка корабля была усилена дополнительной броней и силовой защитной установкой. К тому же броня сделана из специального сплава, в результате чего «Раб-1» практически не заметен на радарах. Корабль вооружен мошным лучом захвата, торпедной установкой и парой сдвоенных лазерных пушек; правда, среди определенного круга людей и существ ходят упорные слухи о скрытых ионных пушках. Субсветовые двигатели позволяют развить с места высокую скорость, что снижает маневренность корабля, зато увеличивает вероятность поимки жертвы. В атмосфере «Раб-1» способен развивать скорость до 1000 км/ч. О внутреннем устройстве корабля сведения скудные. Известно только, что его довольно большой трюм разделен на камеры. По заказу Фетта было построено несколько точных копий корабля. Эти муляжи способны действовать как настоящий корабль, хотя, по сути являются пустышками.

Системы, используемые на корабле:


— субсветовые двигатели «Инженерные Системы Куата» модель Р-31;


— генераторы К5Е Х-Р-16;


— мотиватор гипердрайва.


«Раб-2» — запасной корабль Бобы Фетта, модифицированный патрульный корабль класса «преследователь» от МандалМоторс. Уступает по всем параметрам «Рабу-1». Оригинальные двигатели были заменены на двойные «миль-стар IV», к которым добавлены три маневровых. Вооружение: ионная пушка, сдвоенная лазерная пушка, торпедная установка. Во время одной из охот корабль получил серьезные повреждения и отправился в сухой док, а Боба Фетт вновь стал использовать «Раб1».

Ранкор — ученые никак не договорятся, относить ли этого восьмиметрового зверя к ракообразным или паукообразным. Ранкор покрыт пупырчатой, естественной броней и костяными пластинами. Водятся на многих планетах Галактики, но только ведьмы Датоми-ра сумели приручить их и использовать для езды верхом, Недолюбливают воду.

Робот-убийца — Дроид любой серии, запрограммированный на поиск и уничтожение цели. Программа может содержать убийство конкретной личности или уничтожение целой популяции. Модификацией являются так называемые боевые дроиды, которые составляли армии малоразвитых планет.

Рососпинники — крупные ящеры, живущие в пустынях Татуина и Бриекеа, получили свое название из-за пота, который выступает на их шкурах во время отдыха. Похожий на росу пот собирается в чешуйках на их спинах. Большую часть времени рососпинники проводят в одиночестве, но каждый год они собираются на пустошах Юндланда для того, чтобы спариться и отложить яйца. Более проворные и поворотливые, чем банты, рососпинники используются как ездовые животные. Они легко приручаются, но в брачный сезон их все равно надо выпускать на волю. Днем рососпинники весьма активны, но холодными ночами они становятся вялыми и малоподвижными.

Сарлакк — подземный хищник, обитающий на Та-туине. Обычно закапывается в ожидании добычи так, что на поверхности остается только его пасть. Одна из теорий утверждает, что сарлакк как бы включает жертву в собственную кровеносную систему, так что живое существо, ставшее добычей сарлакка, остается в живых очень долгое время, постепенно растворяясь в нем. Также существует несколько противоречащих друг другу теорий о размножении еарлакка. Достоверно известно только то, что он быстро восстанавливает утраченные части тела. Легенда Народа Песка (тускенов) говорит, что сарлакк сам собой рождается в центре планеты в тот день, когда двойная звезда, вокруг которой вращается Татуин видима как одна. Более точные данные можно получить только от охотника за головами Бобы Фетта, единственного сумевшего спастись из желудка сарлакка.

Свиврен — хорошо защищенная, торговая планета неподалеку от Берчеста. Сектор Сессвенна.

Сила — класс энергетических взаимодействий, существующих во всех формах жизни в Галактике. Обычно считается, что есть две стороны Силы — светлая и темная, но это примитивное объяснение. Сила имеет множество «сторон», она связывает все существующее в огромную паутину. Считается, что Сила обусловлена наличием в клетках симбиотических существ — ми-дихлориан: чем больше, тем лучше контакт с Силой. Тем не менее, одно лишь присутствие мидихлориан не означает полный контроль над Силой, этому нужно напряженно и долго учиться. Совет Ордена джедаев счел, что лучше всего начинать учение в самом раннем возрасте — до полутора лет, — и выработал систему для обнаружения детей с высоким содержанием мидихлориан во время их рождения. С разрешения родителей Орден забирает таких детей для обучения. Все, кто старше полутора лет, уже обладают установившимся взглядом на жизнь, определенными физическими способностями, поэтому считаются неспособными завершить обучение и пустой тратой времени. Исторически сложилось, что самыми умелыми в использовании силы являются рыцари джедаи. Как правило, они пользуются тремя базовыми техниками: объединением (определение проявления Силы во внешнем мире), ведением (воздействие на объекты с помощью Силы), контролем (манипуляция внутренней силой субъекта). Использование одной из трех техник или любых-комбинаций позволяет производить множество действий с помощью Силы.

Силовая пика — старое оружие, напоминает длинное древко с виброклинком.

Соло Хэн — ранние годы жизни Хэна покрыты тайной, хотя почти все источники соглашаются, что он был сиротой. Согласно одному из них, в детстве Хэн стал без своего согласия членом криминального картеля, где впервые встретился с вуки и выучил их язык. Хэн сбежал из картеля и записался в Имперскую Академию. Там он считался одним из лучших и даже обратил на себя внимание сенатора Гарма Бел Иблиса, так как, поспорив с друзьями, написал ему письмо, в котором поднимал вопрос о растущей ксенофобии в Сенате и коррумпированности Старой Республики. С отличием окончив Академию, Хэн начал карьеру офицера Имперского флота и неплохо продвигался вверх по служебной лестнице вплоть до инцидента, когда во время одной из миссий он спас жизнь рабу-вуки по имени Чубакка. Вуки поклялся, что его жизнь отныне принадлежит Хзну и что. он всегда будет рядом с ним. Хэна же с позором выставили из армии (сам он предпочитает говорить о дезертирстве), Как бы то ни было, и ему, и вуки пришлось бежать от эмиссаров Империи. Несколько лет Хэн всяческими способами пытался избавиться от Чубакки, который постоянно следовал за ним и поддерживал в любом начинании, даже если считал, что его спаситель поступает неправильно и берется за худшую из работ, какую только мог придумать. В конце концов, Хэн осознал, что вуки выплачивает ему «долг жизни» и что с этим теперь уже ничего не поделать. Поэтому он просто решил считать Чубакку частью своей жизни. Кстати, Хэна наградили вторым кореллианским знаком отличия — за храбрость и спасение вуки. Неизвестно, когда, где и за что он заработал первый орден. Вскоре после знакомства с Чуй Соло начал карьеру контрабандиста. Он выиграл в сабакк (по некоторым источникам — украл) легкий кореллианский грузовой корабль у своего друга и иногда нанимателя Ландо Калриссиана. Хэн и Чуй модифицировали корабль, превратив его в один из самых мощных и быстрых в Галактике. Когда Империя начала набирать силу, Хэн и Чуй перебрались в так называемый Корпоративный сектор, обширную область Галактики, пока еще не тронутую Империей. Хэн был одним из немногих пилотов, решившихся на пролет по Дуге Кесселя. Хэн неоднократно летал по этому маршруту, один раз даже с рекордными показателями, хотя этот полет чуть было не стоил ему жизни. В одном из полетов по Дуге Хэн нарвался на имперские корабли и был вынужден бросить груз, принадлежащий Джаббе Хатту. В надежде заработать денег, чтобы выплатить долг Джаббе, Хэн пришел в кантину в Мое Айсли, где познакомился с Оби-Ваном Кеноби и Люком Скайуокером. Он подрядился отвезти их на Алдераан, но путешествие вылилось в спасение принцессы Лейи Органы и участие в налете на Звезду Смерти; во время последнего Хэн расстрелял ведомого Дарта Вейдера и подбил корабль самого Вей-дера, когда те преследовали истребитель Люка. Некоторое время после битвы при Йавине Хэн провел в Альянсе и даже получил звание генерала, хотя относился к нему с юмором и предпочитал, чтобы к нему обращались «капитан Соло». После событий на Орд Мантелл Хэн вновь вспомнил о своем долге Джаббе, но в результате попал в Облачный город, где встретился со своим старым другом Ландо и был сдан им Дарту Вейде-ру. Вейдер распорядился опробовать на Хэне карбонито-вую камеру. После чего отдал его «охотнику за головами» Бобе Фетгу, который увез Соло на Татуин.

Спайс — вещество, настолько редко встречающееся в Галактике и настолько высоко ценящееся, что его запасы и добыча строго контролируются. Основной источник спайса — копи на Кесселе. Спайс, который добывается там, называется глиттерстим. Другую разновидность спайса — рилл ~ — добывают на Рилоте. Обе разновидности используются в медицине.

Тальмонт Юджин — имперский префект в кос-мопорте Мое Айсли на Татуине во времена Галактической гражданской войны. Карьера его ничем не примечательна, Тальмонта передвигали с одной захолустной планеты на другую. Этот пост он унаследовал от Оруна Деппа, который был убит дроидом-убийцей, факт, весьма напугавший Тальмонта. Позднее Тальмонт признавался, что все годы службы на Татуине провел в страхе за свою жизнь.

Татуин — планета-пустыня, вращающаяся вокруг двойной звезды Внешнего края возле миров Рилот и Пирокет. Татуин расположен вдалеке от основных галактических маршрутов. Зато он занимает удачное место для контрабандистов и гангстеров всех мастей. Желтые звезды, входящие в состав системы, называются соответственно Тату 1 и Тату 2. Планета имеет два спутника. Столетиями Татуин был местом орбитальных разборок различных бандитских группировок, так что поверхность планеты буквально завалена обломками древних космических кораблей, погребенных под песками пустыни. Официально Татуин колонизирован несколько сотен лет, зато может похвастаться двумя различными расами аборигенов: надоедливыми, суетливыми йавами и яростными кочевниками тускенами, обычно называемыми Песчаными людьми. Животная жизнь Татуина крайне разнообразна. Банты, рососпинники, вомпы, песочные мушки, косте-жорки, каменные пиявки, дюнные ящеры, песочные змеи, скалмиты, пернатые ящерицы, песочные прыгуны, мивиты, а также сарлакк, которому, по слухам, требуется тысяча лет, чтобы переварить свою добычу. Также на Татуине водятся крайт-драконы. Многие охотятся на них, чтобы получить бесценные камни гиз-зард, известные как драконий жемчуг. Многие колонисты работают на фермах по добыче влаги (конденсируют воду из воздуха при помощи вла-гоуловителей), а также разводят фрукты деб-деб и пика. Оборот вокруг своей оси — 23 стандартных часа, оборот вокруг солнц — 304 местных дня.

Тви'лекки — гуманоиды с'планеты Рилот, отличающиеся высоким ростом, заостренными зубами и так называемыми «головными хвостами» — двумя (иногда одним) отростками наподобие щупалец. Этих хвосты или лекку очень чувствительны, так как в них много нервных окончаний. Они очень подвижны, и тви'лекки пользуются ими и для общения. У тви'лекков несколько желудков, поэтому они способны переварить практически любую пищу. Живут тви'лекки родовыми кланами, которыми управляют пять старейшин. Язык их достаточно сложен, чтобы простая перемена паузы в имени индивидуума полностью меняла значение. Их общество делится на касту воинов, отличающихся высокими моральными принципами 'и чувством долга, и касту купцов.

Терминатор — тип дроидов, запрограммированных на поиск и уничтожение определенной цели, как отдельной личности, так и целой популяции. Специальная разновидность этих дроидов используются в качестве телохранителей и солдат. Лучшими среди них считается серия ИГ.

Термический детонатор — взрывное устройство, как правило, шарообразное по дизайну. Состоит из оболочки, детонатора и собственно заряда барадиума. Использование барадиума делает термический детонатор крайне опасным даже для того, кто его использует, так как этот элемент весьма нестабилен. Производится на Талесии.

Тибанна — газ, присутствующий в атмосферах многих газообразных планет, необходимое сырье для военной промышленности. Кроме того, его используют в охладительных системах гипердрайва.

Тоолча — пустой, продуваемый всеми ветрами мир с Внешних территорий, на котором зима стоит почти круглый год. Во времена, предшествующие приказу Палпатина вырезать всех джедаев, на Тоуле жил один из древних магистров, куратор архивов на Корусканте. Бежав от гнева Палпатина на далекую планету, магистр взял архивы с собой, но его выследили, убили, а все записи уничтожили. Сутки на Тоуле длятся 23 стандартных часа, год — 423 местных суток.

Тускены (Песчаные люди, или народ Песка) — живущие в пустынях Татуина кочевники-мутанты, которые бродят по Юндландским пустошам. Название тускены, или тускенские разбойники, произошло от поселения Тускен, где впервые произошла стычка между ними и людьми-переселенцами. Песчаные люди питают глубокую ненависть к человечеству с тех пор, как пусты-ный бандит Алкхара перебил группу тускенов, которые по-дружески отнеслись к нему. Облачаются они в тяжелые глухие одежды, головы обматывают тряпичными полосами, закрепляя дыхательную маску и защитные очки. Они используют бант как верховых животных, и отряды тускенов едут на них цепочкой, чтобы нельзя было догадаться об их численности по следам. У каждого всадника может быть только один банта. Если животное погибает или умирает, то всадник уходит в пустыню в одиночку. Если духу банты это будет угодно, то всадник подружится с другим бантой. Иначе всаднику суждено погибнуть в песках. С другой стороны, если тускен убит или умер, его банту отпускают в пустыню. Хотя по природе песчаные люди агрессивны и склонны к насилию, они твердо придерживаются глубоко укоренившихся обычаев. От юных всадников требуется доказать зрелость, пройдя через различные испытания. Самое суровое испытание на звание мужчины требует выследить и убить крайт-дракона. Поскольку письменности у песчаных людей нет, то наибольшим уважением в тускенс-ком клане пользуется сказитель. Ему известна история жизни каждого члена клана, он знает историю всего клана. От сказителя требуется дословное запоминание, что ликвидирует всякую возможность неверной интерпретации истории или ее искажения. Ученикам сказителей порой приходится куда тяжелее, чем воинам, потому что единственная ошибка в изложении может стоить жизни, От влагоуловительных ферм песчаные люди держатся в стороне, лишь иногда случаются их нападения на самые отдаленные поселения. Отдельные ученые заявляют об органическом происхождении тускенов, но проведенные вскрытия немногих мертвых тел не подтвердили подобную гипотезу — так, в частности, были обнаружены имплантированные, как у киборгов, глаза.

Угнауты — раса низкорослых, похожих на свиней существ с врожденными талантами механиков, проживающие на планете Гентес. Сильные, выносливые. Со временем народ угнаутов был вынужден переселиться с родной планеты, многие племена попали в рабство. Построили на Беспине Облачный город, поэтому многие переходы и коридоры напоминают Гентес. Потрясающие рассказчики, собирают и хранят мифы и предания своего народа Фелдралл Окор — пират, за чью голову была назначена награда в сто пятьдесят тысяч кредиток. Когда Боба Фетт доставил Окора губернатору Исис, губернатор отказалась платить, поскольку во время пленения Окор потерял руку. В ответ охотник пригрозил взорвать дворец вместе с губернатором, Исис сдалась и заплатила.

Фетт Боба — один из самых знаменитых в Галактике охотников за головами. О прошлом Фетта ходят самые разнообразные слухи: например, что когда-то он служил имперским штурмовиком и что однажды — по причинам, известным лишь ему одному, — он застрелил командира своего подразделения. Сам Фетт никогда не подтверждал, но и не опровергал этого. Точно известно лишь то, что Боба является полным, неизмененным генной хирургией клоном охотника Джанго Фетта, созданным на планете Камино мастерами-кло-нерами, Фетт воспитал Бобу как собственного сына, а после смерти Джанго тому достались мандалорские доспехи, оружие и корабль «Раб-1». Уникальные системы доспеха не только увеличили арсенал Фетта, но и добавили мистического тумана к его репутации. Накопив достаточно денег, Фетт нанял лучшего микрохирурга в Галактике, чтобы тот «переориентировал» большую часть болевых центров организма охотника. Репутация Фетта быстро росла. Принц Ксизор через Куд'ар Муб'ата нанял Фетта, чтобы реализовать свой план уничтожения Гильдии охотников. План удался, а Гильдия раскололась на две враждующие фракции. Позднее Фетта пригласил Дарта Вейдера для охоты за «Тысячелетним соколом». Примерно в это же время Джабба Хатт предложил Фетту деньги за поимку Хэна Соло. Боба Фетт принял оба предложения, получив в результате двойную оплату.

Ффиб — народ, населяющий планету Лорахнс. Во времена Старой Республики ффибы основали религиозный орден, последователями которого стали жители многих планет. За несколько лет до битвы за Набу ффибов чуть было не уничтожил полностью пират Ри-есс Кайрн. Так называемые Дщери Ффибов наняли охотницу за головами Ауру Синг, чтобы уничтожить Кайрна и двух его помощников ши'идо, которые маскировались под него.

Хатты — крупные, разумные склизни с коротенькими ручками, большими глазами и широкой пастью. Родом с планеты Варл, но впоследствии расселились по многим планетам, включая Нал Хутту. Предпочитают говорить на собственном языке, хотя понимают обще-галактический. Видят еще и в ультрафиолете. Кожа хаттов невероятно толстая и прочная, ее почти невозможно пробить даже слабым лазерным зарядом. Гермафродиты. Их отпрыски первые годы жизни проводят в сумке матери.

Ц — ЗПО — этот робот-секретарь был собран из разрозненных частей девятилетним Анакином Скайуоке-ром. Существование дроида хранилось в тайне, так как Анакин не хотел, чтобы его хозяин, УОТТО, отобрал робота. Цифрой «3» в названии дроида Анакин пытался показать, что он третий член их семьи, кроме его самого и его матери. К тому времени, когда Куай-Гон Джинн вызволил Анакина из рабства, Ц-ЗПО был почти закончен, недоставало только обшивки и требовались небольшие доделки. После ряда приключений андроид был привлечен к работе в Имперском сенате в качестве переводчика при послах-инопланетянах. В это же время он подружился с астромеханическим дроидом по имени Р2Д2, хотя оба весьма отличались по своим функциям и заложенным программам. Когда сенатор Палпа-тин начал свой путь к власти, андроид был использован Альянсом для посредничества в заключении различных договоренностей между Альянсом и представителями многочисленных рас. В ходе одной из таких миссий Ц-ЗПО оказался на борту «Быстроходного IV», где они с Р2Д2 стали не разлей вода. Когда астродроид бежал на спасательной капсуле, Ц-ЗПО последовал за ним из опасения, что имперцы его попросту переплавят. На Татуине дроиды были захвачены одним из бродячих кланов йавов и проданы Люку Скайуокеру, который стал сорок третьим хозяином Ц-ЗПО, до того принадлежавшему дипломатам и строителям космических кораблей. По мере своих сил андроид помогал Люку, а дружба Ц-ЗПО с Р2Д2 не претерпела изменений, несмотря на постоянные перебранки, что подчас бывает между старыми друзьями.

Чевины — слоноподобные антропоиды с планеты Винсиот, отличаются агрессивным характером. Толстая серая кожа позволяет им приспособиться к любой температуре. Охотятся стаей, загоняя добычу. Кочевники.

Чубакка (уменьшительное имя Чуй) вуки, родился на Кашиийке примерно в 183 году Республиканской эпохи и вырос, не встречаясь с людьми. Он великолепно владеет навыками рукопашной схватки, которой так славится его раса, также Чуй — талантливый механик, В возрасте восьмидесяти стандартных лет (источники расходятся: одни считают, что ему было пятьдесят, другие — — восемьдесят) он покинул родную планету, решив стать пилотом. В течение шестидесяти лет он не отвечал ни перед кем, кроме себя самого, до тех пор, пока Империя не объявила вуки рабами. Чуй был пойман как бродяга и заключен под стражу. Следующие тридцать лет (данные неточны) он провел на различных каторгах и, в конце концов, за какую-то провинность был приговорен к смертной казни, но был спасен имперским офицером по имени Хэн Соло. Чуй объявил, что отныне его жизнь принадлежит Хэну. Хэн и Чуй сбежали от имперских солдат и занялись контрабандой. Примерно через пятнадцать лет (данные неточны) веселой жизни Чуй встретил в баре на Татуине двух людей — Оби-Вана Кенноби и Люка Скайуокера, которых отвел к Хэну для заключения контракта на фрахт до Алдераана.

Щрилуур — пятая и основная планета в одноименной системе, родина викваев. Так же на ней располагается большая колония гоуков. Пустынный неприветливый мир, где единственной растительностью являются кустарники. Ко времени захвата планеты Империей, викваи и гоуки вели продолжительную войну. Альянс изо всех сил старался организовать сопротивление на Шрилууре, но местные обитатели повстанцев не поддержали. Как многие другие планеты во время вторжения вонгов, Шрилуур был захвачен.

Эдиорунг — планета, известная динамическими голографическими скульптурами и ледорыбой.