Дуглас Энефер

Черный Поцелуй


ДУГЛАС ЭНЕФЕР

ЧЕРНЫЙ ПОЦЕЛУЙ

I.

Дом стоял на Семидесятой улице, между Парк-авеню и дорогими магазинами на Мэдисон, и выглядел весьма надменно и самоуверенно. Собственно говоря, он был там совершенно не на месте. Должно быть, когда-то давным-давно кто-то из семейства Маури побывал в Лондоне или Брайтоне и решил скопировать тамошний стиль. А архитекторы предпочли не возражать.

Фасад с его строгими линиями и узким палисадником за железной кованой решеткой не давал никакого представления о действительных размерах здания. Это стало мне ясно, когда я вошел в прихожую, где вполне мог бы разместиться целый музей современной живописи. Однако современной живописи на стенах не было. Художественный вкус семейства Маури оказался скорее консервативным. Помещение было заполнено живописным хламом в золоченых рамах.

На переплетающемся узоре мозаичной плитки стояла тяжелая викторианская мебель и какие-то рыцарские доспехи, попавшие сюда не иначе как из Эйджин корта или Бирмингема. Как и многие богачи, Кельвин Конант Маури, может быть, и знал, как сделать десять миллионов долларов, но явно не имел понятия, как их разумно израсходовать.

Через широкую арку в конце прихожей я вышел в холл. Там меня ждала миссис Ванесса Маури.

На ней был домашний халат из блестящей шелковой тафты цвета полночного неба, и встретила она меня в такой позе, как будто вызывала фотографа, а не частного детектива.

Росту в ней было по крайней мере метр семьдесят, темнокаштановые волосы отливали здоровым блеском, из-под густых черных ресниц на меня смотрели живые голубые глаза. Тщательно нанесенный макияж мог лишь отчасти скрыть первые морщинки в уголках глаз.

Возраст её я оценил примерно в тридцать три, а действие на мужчин столь же безобидным, как ручная граната. Подходящим для неё фоном была бы крытая терраса в "Астории" или сад "Амбассадора" на Парк-авеню. В этот старомодный дом на Семидесятой улице она никак не вписывалась.

Мне навстречу она поднялась, подавая руку и оценивающе разглядывая стоявшего перед ней тридцативосьмилетнего детектива ростом шесть футов четыре дюйма с начинавшими седеть висками.

Похоже, она была удовлетворена тем, что увидела. Мой едва намечавшийся животик под первоклассно скроенным костюмом заметить не смогла даже она.

- Мистер Дэйл Шэнд? - спросила она с какой-то аффектированной интонацией, мне показавшейся заученной.

- Да, это я.

- Не желаете присесть?

Я сел на обтянутый бархатом стул с высокой спинкой, и бронзовые завитушки тут же впились мне в спину.

Миссис Ванесса Маури оперлась на широкую каминную полку, побарабанила пальцами по полированному мрамору и посмотрела на меня сверху вниз.

- Вы производите довольно благоприятное впечатление, заметила она, но тепла в голосе не чувствовалось.

Я достал сигареты и закурил, отчасти потому, что она мне не предложила, но прежде всего - чтобы встать и получить возможность подойти к камину. Я не люблю смотреть на клиентов снизу вверх.

- Разве есть какая-то причина, по которой я не должен производить благоприятное впечатление?

- Нет, никакой причины, только... - она пожала плечами.

- Вы, вероятно, ожидали увидеть поношенную шляпу, засаленный костюм, хитрый взгляд и дурные манеры?

- Что касается ваших манер, сейчас вы как раз на пути к тому, чтобы оправдать мои ожидания, - заметила она.

- Частный детектив должен уметь показать зубы... Также, как и вы, миссис Маури.

- Насколько я понимаю, вы всем своим клиентам представляетесь подобным образом?

- Только в тех случаях, когда они пытаются меня опекать и подталкивать в ту сторону, куда им хочется.

Внезапно она улыбнулась. Зубы у неё были мелкие, чуть неровные.

- Простите, мистер Шэнд. Именно это я и пытаюсь делать, верно?

- Может быть, неосознанно.

- Было бы совсем невежливо, если бы я это делала сознательно. Рада, что вы этого не допустили.

- Почему? Не думаю, что из-за меня вы проводили бы ночи без сна!

- Вы хотите сказать, что я слишком надменна?

- Всегда, если вам это позволяют.

- Но вы мне не позволили, не так ли?

- Нет, но только потому, что могу себе позволить остановить вас, вот и все.

- Как бы там ни было, но я даже рада: мы не могли бы вместе заниматься этим делом, окажись вы типичным покорным служакой.

- Что у вас за дело, миссис Маури? По телефону вы мне даже не намекнули.

Она сняла руку с каминной полки и пересекла комнату.

- С бокалом легче разговаривать, - бросила она мне через плечо. Хотите выпить?

- Конечно, ведь терять мне уже нечего.

- Ну, вы не выглядите старым, - возразила она.

- Не старым - да, но и моложе уже не станешь!

- Хотите, чтобы я вам возражала?

- Лучше не надо, - хмыкнул я. - Я со страхом жду сорокового дня рождения.

Она вернулась с двумя полными бокалами. Их содержание выглядело достаточно крепким, чтобы устранить всякие недомолвки.

- Это великолепный возраст, - спокойно сказала она. - Достаточно стар, чтобы знать, что делаешь, и достаточно молод, чтобы не брать это в голову.

Миссис Маури села, положив ногу на ногу. От этого движения её длинный халат распахнулся, открыв ногу почти до бедра. Стройную, хорошей формы ногу, обтянутую золотистым прозрачным чулком, с маленькой ямочкой на колене.

Затем она снова опять заговорила короткими осторожными фразами, казавшимися заученными наизусть.

- Мне нужен частный детектив с приличной внешностью, крепким сложением, достаточным словарным запасом и умением убеждать. Думаю, вы этими качествами обладаете.

- Почему бы вам не нанять Шерлока Холмса? - усмехнулся я.

- Потому что он мне помочь бы не смог!

- Не говорите так - никогда нельзя быть уверенной до конца.

Я отхлебнул приличный глоток скотча. В тот день это была моя первая порция, и я почувствовал, как она взорвалась в моем желудке. Зато вскоре я ощутил себя гораздо лучше.

- И перед кем же мне предстоит демонстрировать эти качества?

- Перед Уэйном Кэботом.

Имя она произнесла без особого нажима, но в глазах промелькнуло легкое беспокойство.

Я не знал Уэйна Кэбота лично, но слышал о нем достаточно. Плейбой с Бродвея, Гарвардский университет, ночные клубы, прогулки по пляжам, игра в поло и множество выпивки, "линкольн" для поездок по городу и "ягуар" чтобы производить впечатление, костюмы, сшитые по мерке, с карманами, полными денег... Тип, к которому липнут женщины и который соблазнит приятельницу лучшего друга, лишь бы только представился случай.

- Какое отношения я имею к Уэйну Кэботу? - полюбопытствовал я.

Она поставила стакан на низкий столик из кованой меди, поднялась и зашагала по ковру овечьей шерсти. Кулаки её сжались так, что побелели костяшки пальцев. Затем она повернулась и тихо и отчетливо произнесла:

- Избавьте меня от этого типа!

Я заглянул ей в глаза, спрашивая себя, что она понимает под словом "избавьте". Потом осторожно поинтересовался:

- И как вы себе это представляете?

Она уклонилась от моего взгляда и заметила:

- Я налью нам по новой.

- Отлично.

На этот раз смесь оказалась не столь крепкой. Она молча отпила несколько маленьких глотков из своего стакана, а потом принялась монотонно рассказывать.

- Мне тридцать четыре, а моему мужу скоро исполнится шестьдесят один. Время от времени я позволяю себе некоторые вольности, общаясь с мужчинами помоложе...

- Миссис Маури, - перебил я, - а что говорит по этом поводу ваш муж? Едва ли он от этого в восторге.

Она скривила пунцовые губы.

- А на что он может рассчитывать? Я только что сказала вам, что ему шестьдесят.

- Вы хотите сказать, что он все знает?

- Я этого не говорила. Я ещё даже не сказала, что ему вообще есть о чем знать.

- Верю вам на слово, - скептически хмыкнул я.

- Вы здорово умеете обидеть.

- Ну, вы ко мне несправедливы, я лишь высказываю собственные мысли.

- А они есть?

- Оставим это!

Легкая краска тронула её щеки. Она судорожно сглотнула и продолжила свой рассказ.

- Уэйн Кэбот - молодой мужчина приятной наружности, и боюсь, последнее время мы виделись с ним слишком часто. Сама не знаю, почему, так как он порядочная свинья.

- Может быть, причина в его внешности?

- Нет, не то. Красивых мужчин вокруг меня хватает, - она кокетливо мне улыбнулась. - Вот и вы весьма недурно выглядите.

- Что вы говорите? - ухмыльнулся я.

- Во всяком случае, причина не во внешности Уэйна. Он может быть очень занятным - на какое-то время. Правда, потом начинает надоедать. Но у меня и в мыслях не было из-за таких историй подвергать опасности свой брак. Поэтому мой здравый смысл подсказывает, что настало время положить этой истории конец. Если этого не сделать, скандала всем её участникам не избежать.

- Вы хотите сказать, что с этим приключением для вас покончено?

Она кивнула.

- Я ясно и четко высказала Уэйну свое мнение. К сожалению, он воспринял это как-то... нелюбезно. И отказывается закончить наше, скажем так, знакомство. Если выразиться ещё точнее, его поведение меня не на шутку беспокоит.

- Значит, вы с ним поиграли, теперь желание у вас пропало, и вы хотите его бросить. Но он не согласен, потому что вас любит.

- Любит? - расхохоталась она. - Уэйн Кэбот даже не знает, что это слово означает. Он просто не может перенести, что его бросают - это ранит его самолюбие. Он хочет сам раскладывать пасьянс, чтобы потом сразу же отправиться на поиски новых приключений.

- Какой симпатичный парень! - вставил я.

- Не валяйте дурака, мистер Шэнд. Мужчины, которые не всегда бывают симпатичны, могут быть очень занимательны для женщины - на какое-то время, как я уже сказала.

- Понимаю... И вы полагаете, что он, словно пай-мальчик, сразу послушается, если им займется частный детектив?

- Это более чем вероятно.

- Почему же?

Миссис Маури спокойно ответила:

- Уэйн любит прикинуться большим и сильным, но прекрасно знает, что должен вести себя тихо, так как сидит на пороховой бочке. Я знаю нескольких людей, которые бы с удовольствием с ним разобрались, но по вполне понятным причинам не могу к ним обратиться. Поэтому у меня нет другого выбора, как нанять вас и надеяться, что все будет сделано без шума и результативно.

- А с какой стати совершенно незнакомый человек заявится к Уэйну Кэботу и заведет разговор про его личную жизнь, миссис Маури?

- Вам же не обязательно рассказывать ему, что вы - частный детектив!

- Но, тем не менее, я остаюсь для него человеком посторонним, задумчиво протянул я.

Она многозначительно мне улыбнулась.

- Он знает далеко не всех моих друзей. Если вы между прочим заметите, что давно со мной знакомы, он ничего не заподозрит.

Я встал.

- Предположим, он разозлиться. Может возникнуть надобность прижать его покрепче... А вам, вероятно, вряд ли понравится, если мне придется поставить вашему приятелю фонарь...

- Это стало бы лучшим днем в моей жизни. Кроме того, какая великолепная шутка - с невинным видом спросить у него, как это случилось! Между нами говоря, лучше всего бы вам его просто прикончить.

Снова в её глазах сверкнул этот блеск... Пришлось напомнить:

- Я частный детектив, а не убийца.

- Ладно, тогда хотя бы вздуйте его. Проучите как следует.

- Я частный детектив, а не громила.

- Ладно, делайте, что хотите. Но позаботьтесь, чтобы он больше мне не докучал.

В деле была какая-то сумашедшинка. Но выглядело оно довольно простым и, к тому же, явно неплохо оплачиваемым...

- Ладно, - согласился я, - это удовольствие обойдется вам в шестьдесят долларов в день плюс накладные расходы.

- Накладные расходы? На что?

- Мой автомобиль с претензиями, он пьет только бензин, просветил я её. - Кроме того, у меня может возникнуть надобность купить у мясника фунт сырого мяса, если это он поставит мне фонарь.

- Ну, в этом я очень сомневаюсь, - она надолго задержала на мне взгляд. - Хотите пари?

Я покачал головой. Она поднялась с дивана и с сигаретой в руке подошла ко мне. Я дал ей прикурить и стал ждать, что будет дальше.

- Если для придания нашей истории достоверности вы захотите разок-другой навестить меня, когда с этим делом будет покончено, я ничего против не имею, - самым небрежным тоном заметила миссис Маури.

- Это официальное приглашение? - поинтересовался я.

- Нет, - она выпустила дым себе на ладонь, затем подняла глаза и спросила: - А вы бы этого хотели?

- Возможно, миссис Маури.

- Послушайте, Бога ради, перестаньте называть меня миссис Маури. А насчет приглашения вы лжете, верно?

- Да, это тоже возможно.

- Профессиональная этика и прочая подобная ерунда? - поинтересовалась она.

- Что-то вроде, но я мог бы ещё смягчиться.

Она рассмеялась.

- У меня есть прекрасное оправдание для встреч с вами. Я потеряла бриллиантовое колье и поручила вам его найти. Превосходный повод. Может быть, мне даже не придется за это платить?

- На это я тоже не стал бы держать пари, - заметил я, впрочем, как выглядит ваша спальня?

Она отступила на шаг.

- Не стоит брать с места в карьер.

- Сожалею, но вы меня неправильно поняли, - успокоил я, вопрос самого безобидного свойства. Когда я шел сюда, то задал себе вопрос, как вы выдерживаете в этом доме. И мне подумалось, что у вас наверняка есть какой-то уголок для себя, обставленный не в прошлом веке, - я ухмыльнулся. - Возможно, вам такое объяснение представляется слишком неправдоподобным...

- Нет, я вам верю. И вы попали в самую точку. Моя спальня обставлена вполне современно. Вам бы понравилось, - она посмотрела мне прямо в глаза, прикусив нижнюю губу. - Преподайте Уэйну урок, и я, возможно, вам её и покажу...

- Как это нужно понимать? - спросил я. - Как премию, или мне следует вычесть это из счета?

Она стояла предо мной так близко, что я чувствовал её дыхание.

- Если хотите, можете получить аванс на накладные расходы. Один поцелуй. Я люблю, когда меня целуют.

- Я никогда не целую клиенток. Это может смутить мои чувства, и я окажусь не в состоянии объективно отнестись к Уэйну Кэботу.

Она отступила назад и прошлась по комнате.

- Ну, ладно, только не затягивайте дело, чтобы выбить сотню лишних долларов. Один мой поцелуй стоит больше какой-то зеленой бумажки, Дэйл...

II

Я пристроил свой старый "бьюик" - кабриолет на улице перед домом, но помнил, чтобы кого-то в нем оставлял. Сунув в рот сигарету, я подошел к машине и оперся на крыло. Нэнси смущенно потупила глазки.

- Добрый вечер, мистер Шэнд...

Она произнесла это тем же тоном, каким обращалась к жильцам нашего дома со своего телефонного коммутатора.

Я обошел машину, сел за руль и сунул ключ в замок зажигания. Мотор взревел, и я всерьез решил, что пора, в конце концов, отремонтировать глушитель. Затем я пожелал Нэнси доброго вечера, выжал сцепление и тронул с места. Свернув на Семьдесят девятую улицу, мы покатили в сторону Пятой авеню.

Когда мы поравнялись с парком, я вежливо спросил:

- Какого черта вы делаете в моей машине?

Нэнси наморщила верхнюю губку. Выглядела она очень привлекательно, но совершенно в ином роде, чем Ванесса Маури. Мне вдруг пришло в голову, что до сих пор я видел Нэнси только за её коммутатором. Собственно говоря, было очень приятно дивным теплым вечером подышать вместе с ней свежим воздухом.

Я попытался наблюдать за ней, не поворачивая головы. Ее каштановые волосы как всегда выглядели свежевымытыми, кожа казалась теплой и нежной, без лишней косметики. Серое шерстяное платье с поясом в том ладно обтягивало фигурку. Прежде я её видел только в белой накрахмаленной рабочей блузке и темной юбке

- Пожалуйста, не ругайте меня, мистер Шэнд.

- Какого черта? - повторил я. - Я лишь сказал, какого черта? Итак, как вы попали в мою машину?

- У меня сегодня выходной, - промямлила Нэнси. - Я вышла прогуляться хотела посмотреть витрины на Мэдисон. Потом совершенно случайно заметила вашу машину перед тем старым домом и... и...

Она запнулась, затем тихо продолжила:

- Я знаю, с моей стороны это нахальство, но я всегда хотела знать, как ведут расследование...

Она замолчала. Впервые я видел Нэнси смущенной.

- Почему вы решили, что именно сейчас я работаю по какому-то делу?

- О-о... А разве это не так? - она казалась разочарованной.

- Да, тут вы в самом деле правы.

- Прекрасно, тогда, я надеюсь, вы возьмете меня с собой, мистер Шэнд?

- У меня просто нет другого выбора, - проворчал я, - разве что остановиться и вас вышвырнуть.

Нэнси внимательно рассматривала свои руки в перчатках.

- Но вы ничего подобного не сделаете, мистер Шэнд, верно?

- Придется, - возразил я.

- Почему, мистер Шэнд?

- Из самозащиты.

_ Что это значит?

- Вы прекрасно знаете, Нэнси. Вам непременно хочется, чтобы я взял себе секретаршу.

- Да, но только потому, что, полагаю, вам без неё не обойтись.

- Вас, например? - язвительно поинтересовался я.

Нэнси покраснела до ушей и с непроницаемым лицом уставилась вперед.

- Вы сделали достаточно намеков, Нэнси, чтобы теперь отделываться молчанием.

- Да, вы, конечно, правы, мистер Шэнд, - она покосилась на меня, потом поспешила спросить: - Куда мы едем?

- На Риверсайд-драйв, предупредить одного джентльмена, чтобы он впредь не докучал некой даме.

Нэнси мгновенно покраснела.

- Надеюсь, вы не находите, что я вам докучаю?

Я кивнул.

- Это вы сказали, Нэнси.

- Если это так, я выйду, - начала Нэнси.

- Но это начинает доставлять мне удовольствие, - поспешно перебил я. Говоря откровенно, меня это давно уже забавляет. Если я не остерегусь, то неожиданно получу секретаршу, которая станет ставить мне на письменный стол свежие цветы и прятать от меня виски, чтоб я не мог в рабочие часы время от времени промочить глотку.

- Это была бы превосходная идея, мистер Шэнд, и для ваших финансов, и для вашего здоровья, - с серьезным видом согласилась она.

Я вел машину по Сто десятой улице в сторону пересечения Николас авеню со Сто двадцать пятой улицей.

- Вы говорите, как старая ханжа, Нэнси.

- Ну, теперь я в самом деле выхожу!

Я вдавил в пол педаль газа.

- Сейчас на это нет времени, Нэнси. Уже забыли? Мы ведем расследование.

- Ну ладно... - она с минуту помолчала. - Клиент - женщина?

- Да, и к тому же очень богатая.

- Вероятно, у вас все клиенты богатые?

- Не все, у бедных тоже есть свои заботы.

- Она красивая?

- Это зависит от того, что понимать под красотой. Но я могу вам сообщить - она сказал, что любит, когда её целуют.

Нэнси кашлянула.

- Некоторые женщины...

Я так и не не узнал, что думает Нэнси о некоторых женщинах, вместо этого она ледяным тоном осведомилась:

- И вы это сделали?

- Сделал что?

- Она действительно любит целоваться?

- Я не пытался это выяснить.

- Я думала, мужчины таких случаев не упускают. Почему же вы её не поцеловали? Может, такой возможности больше не представится!

- Тут вы, возможно, правы.

- А что вы будете делать, если все-таки её получите? Я имею в виду возможность?

- Это мне ещё нужно обдумать.

Мы прибыли на улицу, ведущую к жилищу Уэйна Кэбота. Тот обитал в потрясающем строении из стали, бетона и стекла с гигантским порталом и вестибюлем, к котором вполне можно было заблудиться. Шесть белоснежных ступеней вели к главному входу. На просторной площадке стояли четыре машины, к двум из них прислонились шоферы в форме и сапогах. Я с любопытством оглядел их. Один, довольно привлекательный темноволосый малый с длинными бакенбардами, смахивавший на сицилийца, вынул изо рта сигарету, оторвал тлеющий кончик и сунул окурок в карман.

Я заглушил мотор и посмотрел на Нэнси.

- В своем первом деле многого не ожидайте, - предупредил я. - Я же не могу взять вас туда с собой, верно?

Нэнси скрестила руки на груди и язвительно воззрилась на меня.

- В таком случае я останусь в машине и буду следить, чтобы за вами не последовал туда какой-нибудь подозрительный тип, мистер Шэнд.

Я ухмыльнулся.

- Будет лучше, если вы последите вон за теми шоферами. Тот темноволосый Казанова беспрерывно на вас пялится. Я думаю, у него на уме явно что-то подозрительное!

Ее глаза метнули искры. Я вышел из машины и взбежал на крыльцо.

Швейцар в серо-голубой униформе, украшенной серебряными галунами, недоверчиво наблюдал за мной. Его свежему розовому лицу можно было только позавидовать.

- Добрый день, сэр, - он имитировал акцент английского дворецкого. Подобный можно обрести лишь за годы службы в какой-нибудь аристократической усадьбе. Я спросил себя, как он попал сюда, в Нью-Йорк. Но, может быть, никакой английской усадьбы и не было?

Он провел меня в холл. Пол там покрывал толстый зеленый ковер, стены цвета слоновой кости сверкали в ярком свете. Скудная меблировка делала это помещение не более уютным, чем какая-нибудь атомная лаборатория. С одной стороны стоял суперсовременный стол, из-за которого мне улыбались две администраторши.

- Меня зовут Дэйл Шэнд. Я к мистеру Уэйну Кэботу.

- Вам назначено?

- Нет.

- Тогда я, к сожалению, не могу...

- А вы попробуйте! - перебил я.

Она окинула меня скучающим взглядом, подавила зевок и наконец нацелила свой палец с покрытым серебряным лаком ногтем на диск внутреннего телефона, набрала какой-то четырехзначный номер и подождала.

Со своего места я слышал отдаленные звонки, доносившиеся откуда-то из глубины дома. Девушка подождала ещё с минуту и положила трубку.

- К сожалению, не отвечают, - она убрала со лба платиновую прядь и обратилась к коллеге: - Странно, я даже не заметила, когда он вышел.

Та ядовито бросила:

- Не будь дурой, Гледис! У этого малого квартира с отдельным выходом. Апартаменты номер семьдесят два. Вероятно, он воспользовался своим выходом, чтобы избавить себя от необходимости любоваться тобой.

Рослая блондинка крутнулась на стуле, кровь прилила к её щекам. Наверняка что-то готово было сорваться у неё с языка, но я не стал ждать, чтобы это услышать, а поспешил удалиться.

Швейцар исчез, темноволосый шофер все также пялился на Нэнси, - без видимого успеха.

Я подошел к машине и сказал:

- У Кэбота, похоже, квартира с отдельным входом. Я минут на пятнадцать отлучусь.

Потом, нагнувшись внутрь салона, я добавил:

- Теперь я порчу вам остаток выходного, Нэнси.

Она улыбнулась.

- Напротив, мистер Шэнд, только тетерь день пройдет с толком.

Потом наморщила нос и добавила:

- День непредвиденных возможностей.

- Да, я тоже начинаю этого опасаться, - я сунул руки в карманы и направился на поиски этого отдельного входа.

Со двора дверь с номером семьдесят два действительно нашлась. Я нажал серебристую кнопку звонка, но ничего не произошло. Я попытался ещё раз, и спустя половину вечности услышал приближающиеся шаги. Дверь отворилась передо мной стоял Уэйн Честер Кэбот.

Он был примерно моего роста, под белым купальным халатом угадывались широкие мускулистые плечи. Волосы цвета воронова крыла были совершенно мокрыми, - вероятно, я вытащил его из-под душа. Выглядел он довольно привлекательно, только губы были чересчур пухлыми для мужчины, а живые голубые глаза сидели слишком близко друг к другу. Он него пахло лосьоном после бритья и дорогим одеколоном.

- В чем дело? - голос его был глубоким и мелодичным. Он испытующе оглядел меня и оперся о дверной косяк. Рукав халата скользнул вниз, обнажая руку. Крепкую загорелую руку, на мой вкус, слишком волосатую. На запястье золотые часы с золотым же браслетом.

- Меня зовут Шэнд, Дэйл Шэнд. Я хотел бы с вами поговорить.

- Разве мы знакомы?

- Нет, мы ещё не встречались.

Кэбот сунул руки в карманы халата и шагнул вперед.

- Если вы собираетесь мне что-то продать, можете убираться. Или вам нужно что-то другое?

- Продать - не совсем точное слово. Скорее, у меня есть вам один совет.

Явно удивленный, Кэбот вынул из кармана правую руку и размял длинные сильные пальцы. Затем сжал её в кулак и многозначительно продемонстрировал его мне.

- Если вы думаете, что очень остроумны, то ошибаетесь.

- Вы неправильно меня поняли, мистер Кэбот, - возразил я.

- У меня шутникам делать нечего. Я могу доставить большие неприятности, если кто-то перебежит мне дорогу и выкинет глупую шутку.

Я начинал терять терпение.

- Если тут кто-то и выкидывает глупые шутки, так это вы.

Мускулы Кэбота напряглись, костяшки пальцев побелели. Он явно приготовился к удару, и я прикрикнул:

- Остыньте, Кэбот!

Он раздраженно покосился на меня и опустил руку.

- Послушайте, мистер, я вас не знаю и не имею ни малейшего желания с вами разговаривать. У вас ровно десять секунд, чтобы сказать мне, что вам нужно.

- Я назову только одну фамилию, - заверил я. - Маури! Достаточно?

На мгновение он безмолвно уставился на меня. Какое-то странное выражение мелькнуло в его глазах, но я не смог бы сказать, что это было. Затем он неожиданно любезно пригласил меня войти, отступив в сторону и давая дорогу.

Я вошел в небольшую квадратную прихожую с паркетным полом, из которой три двери вели в соседние комнаты. Задерживаться там мы не стали и прошли в гостиную. Та была примерно десять ярдов на десять, с гигантским окном во всю стену. Ее обстановка стоила, должно быть, целое состояние. Мягкий голубой ковер, бар. до отказа забитый бутылками, письменный стол цвета слоновой кости с золочеными накладками и точеными ножками, стеклянный столик для коктейлей, телевизор с огромным экраном, несколько тяжелых кресел и диван, достаточно широкий, чтобы разместить слона.

Я бросил шляпу на диван и обернулся.

Кэбот стоял ярдах в пяти от меня, прислонившись к каминной полке и сжимая в руке "смит-вессон".

- Для чего эта пушка? - полюбопытствовал я?

- На всякий случай.

- Какой ещё случай? Я пришел сюда встретиться с вами. Я назвал вам одну фамилию, и вы не хуже меня знаете, что она означает.

- Конечно, но вы могли её просто где-то услышать или прочитать...

- Все равно это не основание для стрельбы.

- Я вам уже сказал, это просто на всякий случай. И не думайте, что я не умею с ним обращаться. Не думайте, что я этого не сделаю, если придется.

- Ну, тут я ни на миг не сомневаюсь, - усмехнулся я.

- Что у вас под пиджаком? Оружие?

Я пожал плечами.

- Стрелок, значит, - саркастически фыркнул он, вытащил "люгер" из моей наплечной кобуры и бросил его на диван рядом с моей шляпой. Потом сказал:

- Я все ещё не знаю, что вам от меня надо. Не пора это выяснить?

Я сунул сигарету в зубы, закурил и задумался. Разговор начался не так, как я себе представлял. Но чаще всего так и бывает.

- Если я ношу при себе оружие, это ещё не значит, что я его пускаю в ход. Кроме того, у меня есть на него разрешение. Меня просила навестить вас Ванесса... Я хотел сказать, мисс Ванесса Маури...

Лицо его переменилось. По-моему, вздохнул он явно с облегчением.

Пристально глядя на него, я продолжал:

- Вы ведь на самом деле не думали, что я какой-то киллер, но не хотели рисковать. Кроме того, вы опасались, что меня послала сюда не Ванесса, а Кельвин Конант Маури, её муж.

- Я этого не говорил!

- Нет, но это было написано у вас на лице.

Кэбот рассерженно фыркнул.

- Прелюдию можете опустить. Скажите, наконец, чего вам надо.

- Вы знаете эту коварную маленькую штучку не хуже меня, верно? Ей надоел один её приятель. Вы понимаете, что я имею в виду?

Уэйн Кэбот медленно поднял револьвер, внимательно его оглядел и поставил на предохранитель. Затем швырнул оружие в одно из кресел.

- Оружие нам не понадобится, - согласился он. - Но вот расквасить вам нос я бы не отказался.

- Не валяйте дурака, Кэбот. Понимаете, я друг Ванессы. Новый друг, если хотите, и если не хотите - тоже. Вашего желания не спрашивают, Кэбот. Она полагает, что я буду достаточно убедителен, чтобы отговорить вас от поведения, которое Ванессу стало раздражать.

Кэбот потянулся за бутылкой.

- Я, пожалуй, выпью. Нужно чем-то рот прополоскать, пока я буду слушать вашу болтовню.

Я встал, подошел к бару и обслужил себя сам.

- Я вам не предлагал! - возмутился Кэбот.

- Видимо, забыли, - невозмутимо кивнул я.

Он поставил стакан и уже спокойнее спросил:

- Я вас раньше не видел. Как, говорите, вас зовут?

- Дэйл Шэнд.

Он нахмурился.

- Но вы не принадлежите к кругу знакомых Ванессы. Где она вас подобрала? Наверняка в каком-нибудь притоне.

Подобное высказывание впечатление на меня не произвело - в одно ухо вошло, через другое вышло.

- Фамилию Шэнд я уже слышал... или читал... - он задумчиво посмотрел на меня, а потом продолжал: - Ну, у неё масса друзей, о которых я ничего не знаю. Должно быть, вы один из них.

Я посмотрел ему в глаза.

- Ванесса сыта вами по горло, Кэбот.

Облокотившись на бар, он заявил:

- Но я Ванессой - нет. Еще не родилась та женщина, которая меня бросит. Ни одна из них меня не оставит, пока я сам того не захочу - и сам это не сделаю!

- Не в этот раз, Кэбот!

- И в этот, и всегда, друг мой!

- Вы настолько тщеславны, приятель, что не можете перенести, когда кто-то дает вам отставку?

Он нервно барабанил пальцами по крышке бара.

- Только вас я и ждал, чтобы услышать, что мне делать и что переносить, Шэнд.

- Будь все не так, вы бы не возражали против разрыва с Ванессой, верно?

Он расправил широкие плечи.

- Пожалуй... вполне возможно, но... - он вновь наполнил свой стакан и здорово хлебнул. - Значит, вы её новый приятель... Мне это не нравится.

- Никто не требует от вас восторгов, и ваше мнение никто не спрашивает.

Кэбот медленно опустил стакан и посмотрел на меня горящими глазами.

- Мне не нравится, что Ванесса водит меня за нос. И ещё меньше мне нравится, что она на меня кого-то натравила.

- Сожалею, - вздохнул я, - но советую вам быть благоразумным. Говорят, в любви все средства хороши.

- Да, - согласился он, - вот именно...

Он выскользнул из-за бара, быстрым движением сбросив на пол купальный халат. Под халатом оказались облегающие белые шорты с вышитой на них монограммой. Его тело было мускулистым и тренированным на вид, а грудь и руки густо покрыты волосами.

Яростно засопев, он бросился на меня, замахнувшись для удара. Выбора не оставалось. Кулак мой угодил ему под дых, и он переломился пополам. Следующий удар пришелся ему точно в глаз, и я невольно вспомнил наш разговор с Ванессой.

Кэбот отлетел назад, рухнул и остался лежать.

- Ванесса говорила, что хорошо бы поставить вам пару фонарей, ухмыльнулся я, - но если будете вести себя прилично, можем ограничиться одним.

Однако Уэйн Кэбот ещё не сдался. Он собрался и с удивительной ловкостью снова вскочил на ноги. Но запал был уже не тот. Я перехватил его левую руку и завернул её за спину. Затем постепенно стал заламывать её вверх, пока не достиг критической точки.

Кэбот вскрикнул.

- Вы оставите Ванессу в покое, - прорычал я, - ясно?

- Сукин сын...

- Спорить я не собираюсь, Кэбот. Вы прочли слишком много любовных романов. Вы оставите Ванессу в покое? Да или нет?

- Да, - яростно выдохнул он. - Но отпустите, в конце концов, мою руку!

Я ослабил хватку. Он выпрямился. Неприкрытая ненависть пылала в его глазах. Но было там и нечто иное.

Страх.

- Ну ладно, вы добились своего, теперь убирайтесь! странно, он не закричал, а заговорил вдруг спокойно и осмысленно.

- Я пришел сюда не для того, чтобы вас бить. Не сваляй вы дурака, дело можно было уладить гораздо проще.

- Можете не извиняться, Шэнд.

- Я не извиняюсь, Кэбот, потому что спровоцировали меня вы. Просто сожалею. потому что в этом не было необходимости, и потому что вы просто не смогли держать себя в руках.

Кэбот понял халат, перебросил его через плечо, обошел меня и распахнул дверь.

- Давайте, убирайтесь.

Я посмотрел ему в глаза.

- Вы дали мне слово насчет Ванессы. Не забывайте. Может, оно и недорого стоит, но я советую вам его сдержать.

Он приложил руку к опухшему глазу и внезапно ухмыльнулся.

- Собственно говоря, я бы должен теперь попытаться вам отомстить, но не думаю, что мне этого захочется. Напротив, я начинаю находить вас довольно симпатичным.

- Это радует, - улыбнулся я. - Надо надеяться, вы возьметесь за ум.

- Удивительное дело, - вздохнул он, - вы свалились как снег на голову, украли мою девушку, подбили мне глаз, чуть не сломали руку, и, несмотря на это, я вас чуть не полюбил.

Он провел рукой по своим мокрым волосам, на миг покосился на меня, затем продолжил:

- Что же касается моего болезненного тщеславия, тут вы, пожалуй, правы. Говоря откровенно, я должен признаться, что рад вычеркнуть Ванессу из своего списка, - он скривил губы в циничной ухмылке. - Желаю вам с ней большого счастья, но думайте, что делаете.

Я забрал свои шляпу и пистолет и вышел. В прихожей я ещё раз обернулся.

Кэбот исчез. Но я слышал, как льется в стакан виски, и, судя по звуку, в немалом количестве.

III.

Я вернулся к машине, открыл дверцу и сел за руль, одновременно массируя костяшки пальцев. Они болели и, рассматривая руку, я установил, что она слишком покраснела.

Неудивительно...

Нэнси спросила:

- Что у вас с рукой, мистер Шэнд?

- На вечеринке было немного неуютно, Нэнси.

- Вы хотите сказать, что подрались?

- Это была самооборона.

- Но почему, что там случилось?

- Мистер Уэйн Кэбот не смог держать себя в руках, Нэнси, и мне пришлось сделать это вместо него. В данный момент он пытается вновь обрести уверенность в бутылке виски.

Нэнси поморщилась. Я завел мотор и попытался развернуться.

- Я знаю, вам не нравится то, что я сделал, - заметил я. Откровенно говоря, мне самому это не нравится. Не стоило мне браться за такое дело. Я побывал у Кэбота и сделал ему своего рода предупреждение. Но его оно только разозлило и, когда он замахнулся, я вынужден был его ударить.

Рассказ звучал правдоподобно и даже был не слишком далек от правды, но, тем не менее, только не слишком. Нэнси не знала, что я оставил Кэбота в полной уверенности, будто я друг Ванессы, что я не представился ему как частный детектив. Вольно или невольно я привел парня в ярость, вместо того, чтобы попытаться уладить дело миром. Впрочем... Пожалуй, это было совершенно невозможно.

Так или иначе, но я чувствовал себя не в своей тарелке.

Я сунул в рот трубку и крепко стиснул мундштук зубами. Затем сдал машину назад и вновь попытался развернуть машину. На стоянке было просто не повернуться.

Шофер в высоких сапогах все ещё пялился на Нэнси, облокотившись на машину. Его коллеги куда-то исчезли.

Нэнси раскачивало на сиденье из стороны в сторону. Я ощущал близость её тела. И это мне очень нравилось.

- Пока вы были в доме, на стоянку въехала машина, - сообщила Нэнси, "де сото" цвета морской волны, с золочеными молдингами, хромированным рулем и небольшой вмятиной на заднем крыле. Водитель вышел и поговорил с одним из шоферов, но не с тем, мимо которого мы только что проехали.

Мы свернули в узкую улочку, которая вела к Риверсайду. Я безразличным тоном спросил:

- Ну и что? Какое это имеет значение, Нэнси?

Она, не глядя на меня, продолжала:

- Мужчине, вышедшему из машины, было лет сорок пять, рост примерно метр семьдесят, вес порядка ста семидесяти фунтов, одет в немного тесный для него костюм цвета маренго. На левой стороне лица - небольшой шрам. Волосы каштановые, во всяком случае, те, что остались, так как он почти лысый, она улыбнулась. - Я заметила это, потому что он снял шляпу.

- Какая удача для нас! А не было при нем ещё и пулемета? - спросил я с самой серьезной миной.

- Не смейтесь надо мной, мистер Шэнд. Этот тип производил очень подозрительное впечатление.

Я сбросил газ и повернулся к Нэнси.

- Ну ладно, хватит. Вы все это выдумали, потому что помешались на идее создать лучшее в Нью-Йорке детективное агентство.

Но она меня не слушала.

- Значит, этот тип поговорил с шофером, и вдруг они оба повернулись и уставились в ту сторону, куда вы ушли. Шофер показывал пальцем именно туда. На пальце у него было витое кольцо, похоже, медное...

- А на обуви - пыль с примесью пепла, из чего вы заключили, что он прибыл со Змеиных гор в штате Аризона.

- Я обратила внимание на кольцо, потому что их обычно не носят на указательном пальце, - невозмутимо продолжала Нэнси, игнорируя мою реплику. - Потом я вышла из машины, чтобы лучше слышать, о чем они говорят. И должна сообщить вам потрясающе важную новость.

- Это меня не удивляет. У вас все потрясающее!

- Сейчас неподходящий момент для глупых комплиментов.

- Это не комплимент, Нэнси. Вы потрясающая девушка, - я вынул трубку изо рта и сунул её в ящик для перчаток. - И потрясающе красивая.

Она, не отвечая, уставилась в окно. А спустя несколько минут сердито буркнула:

- Я бы хотела, чтобы впредь вы ничего подобного не говорили, мистер Шэнд.

- Почему же?

Теперь она смотрела на меня уже раздражено.

- Не знаю, но это звучит как-то ... неискренне.

- Нет, искренне, Нэнси. Я без ума от вас, и хочу, чтобы вы это знали.

- О-о... - она нервно смяла перчатки, а затем, помедлив, рассмеялась. - Могу держат пари, так вы говорите всем своим клиенткам.

- Конечно, но им я это говорю неискренне.

- О-о... - повторила она и умолкла.

Немного погодя я спросил:

- Так о чем же эти люди говорили, Нэнси?

Хотя это ни в малейшей степени меня не интересовало, но просто не пришло в голову ничего лучшего, чтобы прервать затянувшуюся паузу.

- Я, конечно, не все разобрала, но слышала, как мужчина в сером костюме говорил, что просто бессмысленно пытаться застать Уэйна Кэбота в такое время, потому что он - я имею в виду мужчину в сером костюме - тоже хотел с ним поговорить, но после нескольких напрасных попыток от затеи отказался. Он сказал, что нет смысла ждать весь день.

- Не знаю, что тут подозрительного, Нэнси. Масса людей может хотеть увидеть Кэбота.

- Возможно, но потом он спросил шофера, знает ли тот вас, а шофер ответил, что не имеет ни малейшего понятия, потому что никогда раньше вас не видел. Но сумел дать довольно точное ваше описание. Потом они уставились в мою сторону, и я подумала, что лучше вернуться в машину.

- Ну, - согласился я, - все это может быть и интересно, но почему же подозрительно?

- Очень уж их разбирало любопытство, кто вдруг вздумал навестить мистера Кэбота, - протянула Нэнси. - А этот тип и в самом деле выглядел очень подозрительно. Я уверена, у него недобрые намерения.

- Вы просто начитались криминальных романов, Нэнси.

- Я бы хотела, чтобы вы воспринимали меня всерьез, мистер Шэнд.

- Ну ладно, - сдался я. - Полагаю, вы хотите, чтобы я занялся слежкой за тем типом. Но раз он исчез, я спрашиваю вас, что дальше?

Я решил, что с этим вопросом покончено, но недооценил Нэнси. Она подалась вперед, вглядываясь в поток машин, и проворковала:

- Если вы прибавите газу, мы его быстро догоним.

Я озадаченно покосился на неё и вдавил педаль в пол. Мы обогнали какой-то "понтиак" и старый черный седан, - и тут я увидел впереди голубой "де сото".

Насколько можно было разглядеть, у него действительно была вмятина на крыле, а за рулем сидел лысый мужчина в сером костюме. Он свернул на Восемьдесят первую улицу и влился в густой поток транспорта, двигавшегося в сторону Бродвея.

Нэнси заметила:

- Можно следовать за ним в пределах видимости, при таком движении он ничего не заметит.

Я вынужден был остановиться на красный свет и откинулся на спинку сиденья.

- Эта игра вас забавляет, верно, Нэнси?

- Я лишь пытаюсь вам помочь, мистер Шэнд.

Двигаясь к центру города, мы миновали площадь Колумба и Таймс-сквер. Едва не потеряв "де сото" в пробке на Мэдисон-сквер, в конце концов мы снова его догнали. Потом пересекли Шестую авеню и двинулись на Вилидж. На Гринвич - авеню он внезапно направил машину в узкий переулок, свернул ещё раз и исчез.

Подъехав к тому месту, где исчез "де сото", мы озадаченно переглянулись: автомобиль словно сквозь землю провалился.

Я остановился и сунул в рот сигарету. Нэнси протянула мне зажигалку, я прикурил и осуждающе заметил:

- Я думал, вы не курите...

- Я в самом деле не курю.

- Зачем же тогда эта зажигалка?

- Мне подарила её девушка, с которой мы когда-то жили вместе. Я разжигаю ей плиту.

- Что, разве нет электричества?

- Есть, но плита не электрическая. Такую я не могу себе позволить. Пока не могу, - добавила она.

Я представил себе, как Нэнси стоит у кухонной плиты, готовит что-то вкусное и поджидает старину Шэнда, чтобы подать эту вкуснятину ему. Но это были лишь мечты. Никто не знает, когда я прихожу домой, и менее всего я сам.

Я обшарил глазами переулок. Пусто.

- Нэнси, вы видите то же, что и я?

- Да, тут одностороннее движение. Но где же тот "де сото"? Не мог же он заехать в дом? Этому должно быть объяснение. И мы его найдем.

- Не все ли равно, куда он делся? - попытался я её угомонить.

- Никогда заранее не знаешь... К тому же у меня есть вполне определенная версия...

- Ага, женская интуиция?

- Не смейтесь над женской интуицией, мистер Шэнд.

- Почему же? Разве она не безошибочна?

- Не всегда, но большей частью. Кроме того, я видела того типа, а вы нет. Нельзя отсюда уезжать, пока все не проверим.

- Согласен, но где тут искать?

Нэнси ничуть не смутилась.

- Можно медленно ехать по улице и смотреть.

- А если мы его в самом деле найдем, что тогда?

Она лишь улыбнулась.

- Это я оставляю некоему Дэйлу Шэнду, детективу милостию Божьей.

Я ухмыльнулся, запустил мотор и медленно двинулся мимо трех обшарпанных многоквартирных домов, нескольких захудалых магазинчиков, трех баров, какой-то закусочной и ресторана. Перед рестораном доска с красными буквами на белом фоне восхваляла обеды за три доллара с носа.

В конце переулка стоял серый трехэтажный дом с небольшим двориком, достаточным, однако, чтобы поставить в нем "де сото". Я свернул к воротам, чтобы заглянуть туда.

Никаких следов!

Но в дальнем конце двор уходил в сторону, следовательно, машина вполне могла стоять за домом. Я сдал свой "бьюик" на метр назад, повернул руль и не стал глушить мотор, чтобы при необходимости иметь возможность сразу же исчезнуть. Затем стал соображать, что делать дальше.

Какой-то парень в клетчатой ковбойке и плаще с капюшоном прошел по улице, остановился перед рестораном и углубился в изучение рекламного щита.

Нэнси спросила:

- Итак, не хотите ли что-нибудь предпринять, мистер Шэнд?

Я загасил сигарету в пепельнице и недовольно буркнул:

- А что вы, Нэнси, предлагаете? Я же не могу ворваться в дом только потому, что туда мог зайти какой-то человек, которого я даже не знаю.

- Полагаю, вы проникали в дома и на менее серьезных основаниях. А медлите вы только потому, что надеетесь рассеять мои фантазии.

- Если откровенно, Нэнси, разве это не так?

- Нет!

- Предположим, я действительно туда войду, что я должен сказать?

- Ну... вы же можете что-то придумать? Какой-нибудь предлог, чтобы поговорить.

Я скептически покосился на Нэнси.

- Если он действительно там.

- Это мы сможем выяснить только если вы войдете в дом, мистер Шэнд. А если в с ним поговорите, то наверняка узнаете и причину.

- Причину чего?

- Причину любопытства относительно того, кто пришел в гости к мистеру Кэботу.

Она замолчала, потому что из дома вышел какой-то мужчина. Им оказался не водитель "де сото", а высокий крепкий парень с кривой ухмылкой и блеклой, почти серой кожей. На нем был испещренный пятнами коричневый костюм поверх когда-то белой рубашки без галстука. Глаза водянисто-голубые, воспаленные покрасневшие веки, бровей почти не было. Не спуская с нас глаз, он шел прямо на нас. Подойдя к машине, наклонился к окну, и я опустил стекло.

- Вы что-нибудь ищете?

Голос был низким и абсолютно равнодушным.

Я оглядел мужчину. Лицо его казалось высеченным из гранита, морщинистое, с резкими чертами. Подбородок необычайно угловатый, а губы тонкие, просто черта. При разговоре обнажались кривые бурые зубы.

- Может быть да, а может и нет, - ответил я.

Он наклонился ещё ниже и просунул голову в окно. Нас обдало запахом дешевого виски и ещё более дешевого табака.

- Хитер бобер, - пробормотал он, отвернул голову в сторону и сплюнул на тротуар.

- Возможно, мы ищем одного человека, - повторил я, - но, возможно, и нет. Это от многого зависит.

- Хочешь надо мной посмеяться? - раздраженно фыркнул мужчина.

- Нет, все так и есть.

- Хитер, - зло сплюнул он ещё раз. - Только хитрецов я не люблю. Трогай-ка ты свою тачку и проваливай отсюда, братец.

Я повернул ключ зажигания и мотор затих. Этот малый просунул свою гранитную физиономию ещё глубже внутрь машины и снова сплюнул, но на этот раз уже не на тротуар.

- Ты, вероятно, ищешь ссоры, братец? - спокойно спросил он.

Я снял правую руку с руля и стал медленно опускать её вниз. Гранитный малый ухмыльнулся, и рука его взметнулась вверх. В ней был "кольт" с длиннющим стволом и спиленной мушкой.

Я недоверчиво уставился на него и заметил:

- Ты же не станешь палить из этой пушки средь бела дня... И ни в какое другое время дня и ночи тоже.

- Я на твоем месте не был бы так уверен, - процедил он.

- А я уверен. Если тебя ещё раз поймают, свет для тебя померкнет навсегда, это ты знаешь не хуже меня.

- Откуда...

- Да от тебя так и несет тюрягой, - перебил я. - И ты не можешь ничего себе позволить. Этот музейный экспонат тебе следует поскорее выбросить. Уже за то, что ты его носишь при себе, тебя нужно отправить за решетку.

На его шее начал нервно дергаться кадык. Когда он заговорил снова, голос звучал едва слышно.

- Такой вариант я предусмотрел, хитрец. У меня есть друзья. И ни один проклятый коп не засадит меня снова за решетку. Возможно, ты и прав, и бегать с этой хлопушкой мне не стоит... Так что, возможно, я и не спущу курок, зато могу перевернуть его в руке и так огреть тебя по голове, что ты потом не вспомнишь, что случилось.

Я вздохнул.

- Хватит спорить. Почему нам мирно не посидеть тут, в машине, и не поговорить, вместо того, чтобы размахивать пушкой?

Он не отреагировал, а только скривил рот.

- Я спросил, что вы тут вынюхиваете, и ответа не получил. Попробую ещё раз. Абсолютно вежливо и так далее. Итак, что вам здесь нужно?

- Мы ищем автомобиль марки "де сото", цвета морской волны, с золочеными молдингами и вмятиной на заднем крыле, и его водителя, мужчину в сером костюме. Этого достаточно?

Он опустил "кольт" и сунул его в карман. Глаза его едва заметно сверкнули.

- Вы его ищете?

- Именно!

- Почему же вы сразу не сказали? Мы могли бы сэкономить массу времени и нервов, - тут по лицу его скользнуло нечто отдаленно напоминавшее улыбку. - Возможно...

- Поговорить с ним, видимо, непросто?

- В этом можете не сомневаться, - он согласно кивнул.

- И потому ты бегаешь вокруг с этой пушкой, какие раньше носили шерифы на Диком Западе?

- И сейчас ещё носят, - ухмыльнулся он, - а иначе, как вы думаете, я бы её заполучил?

- Откровенно говоря, не могу себе представить, чтобы какой-нибудь шериф её тебе подарил. Меня это немало удивило бы.

- О подарке речи не было, брат - хитрец, но оставим это, - он провел рукой по волосам. - Во всяком случае, просто так туда зайти вы не сможете. Сначала придется иметь дело со мной. Так просто увидеть его нельзя.

- Его? Разве у него нет имени? - спросил я.

Он покосился на меня.

- А как же... Это не секрет. Эл Ларгс своего имени не скрывает. Но говорит далеко не с каждым. Сначала нужно обратиться ко мне. Для того я тут и поставлен.

- Ладно, - кивнул я, - тогда спроси своего босса, могу ли я его увидеть.

Мужчина распахнул дверцу.

- Он вас знает?

- Нет.

- Я спрошу, найдет ли он для вас время. Как вас зовут?

- Дэйл Шэнд. Скажите ему, что дело касается визита, который он собирался нанести некоему лицу в доме на Риверсайд-драйв.

- Ладно, а... - он указал на Нэнси.

- Ее имя для дела не имеет значения. Она будет дожидаться в машине.

Тип с каменным лицом, немного поколебавшись, кивнул, повернулся и исчез во дворе.

Нэнси заметила:

- Я считаю, вам не следует идти туда одному.

Она не дрожала и не кусала губы. Может быть, лицо её чуть побледнело, но в остальном она выглядела абсолютно спокойной, хотя наверняка никогда прежде не видела человека с оружием в руке. Да к тому же ещё такого висельника. Держалась она удивительно - я ей почти гордился.

- Вы втянули меня в эту историю, - возразил я, - и если собираетесь и впредь быть мне полезной, оставайтесь в машине. Если через пятнадцать минут я не вернусь, немедленно поезжайте в управление полиции и расскажите лейтенанту Лу Магулису, что случилось. Вы водите машину?

Она молча кивнула. Я примирительно заметил:

- Ваши подозрения, видимо, обоснованы. Сожалею, что я не сразу принял их всерьез.

- Не будем об этом, мистер Шэнд. История действительно выглядит притянутой за волосы. Просто у меня какое-то нехорошее предчувствие...

- Во всяком случае, вы оказались очень внимательны. Порядочный гражданин не нуждается в бывшем каторжнике, чтобы нанять его телохранителем, - пробормотал я. - В следующий раз я буду больше к вам прислушиваться.

- В следующий раз? - Нэнси вопросительно взглянула на меня.

- Будет ведь и следующий раз, верно, Нэнси?

Она кивнула.

- Но было бы приятнее, если бы вы меня об этом попросили.

Вернулся сторож. Сунув в рот кусок жевательного табака, он объявил:

- Пойдемте. Босс готов вас видеть. Дама останется в машине, как договорились.

Я вышел из машины, захлопнув за собой дверцу. На улице не было видно не души. Только тип в плаще с капюшоном все ещё топтался перед рестораном.

Мы пересекли двор и вышли на задворки дома. Там стоял тот самый "де сото". Невысокий коренастый парень мыл машину, насвистывая сквозь зубы. Коротко стриженный, он был в черной потертой кожаной куртке и застиранных синих джинсах, заправленных в резиновые сапоги. Когда мы проходили мимо, он даже не поднял головы.

Игнорируя его, провожатый повел меня по узкой мощеной дорожке. Повсюду валялись пустые бутылки из-под виски и ведра, полные отбросов. Тянуло мерзким смрадом, на всем лежал толстый слой пыли. Дорожка кончилась перед оливково-зеленой полуоткрытой дверью в дом. Мужчина остановился и кивком указал на дверь. Когда я проходил мимо, он внезапно выхватил револьвер.

- Отдайте-ка пушку!

Он протянул руку за моим "люгером" и сунул его к своему "кольту".

- Ладно, теперь можете войти.

Я прошел в мрачную прихожую. Пол был застелен грязным линолеумом, на стенах шелушилась краска. К одной из стен прислонилась какая-то трухлявая этажерка. Пахло застоявшимся табачным дымом и спиртным. В конце прихожей висела тусклая электрическая лампочка; подойдя ближе, я обнаружил под ней дверь.

Мой провожатый приложил палец к кнопке рядом с дверью и трижды позвонил.

Чей-то голос пригласил нас войти. Затем мы оказались в комнате, не имевшей ничего общего с тем, что я до того видел в этом доме и возле него. Она была свежеотремонтирована, на паркетном полу лежали два индийских ковра. Кроме того, я разглядел длинный полированный стол красного дерева, несколько массивных кожаных кресел, письменный стол, телевизор, бар - и мужчину в сером костюме.

Прислонившись спиной к одной из двух батарей отопления, он смотрел на меня. Описание внешности, данное Нэнси, было верным, но неполным. Его лицо было бледным, как расплавленный воск, и лишенным всякого выражения. Полные красные губы почти неприлично контрастировали с цветом лица. И живыми на этом мертвом лице были только глаза. Маленькие хитрые глазки.

Левая рука его была опущена в карман пиджака, во рту сигара. Дым вился из угла его рта. Он молчал.

Я тоже закурил, задул спичку и сломал её в пальцах.

Он, наконец, раскрыл рот.

- Вы Дэйл Шэнд, частный сыщик?

- Да, это я.

Он вынул сигару изо рта, внимательно оглядел её влажный конец, а потом взглянул мне прямо в глаза.

- Смышленая девочка на вас работает, мистер Шэнд.

Я покачал головой.

- Никто на меня не работает. Вы, должно быть, неправильно поняли.

- Я не делаю ошибок, Шэнд. Я видел малышку, которая ждала вас в вашей машине.

- Это ничего не меняет. Она на меня не работает, хотя очень хотела бы. Я просто взял её с собой.

Эл Ларгс пожал плечами и моргнул. Глаза у него были темно-карими, с маленькими золотистыми пятнышками.

- Ну, тогда вам следует как можно скорее принять её на работу. От неё мало что ускользнет. Только одному ей ещё нужно научиться - незаметно подслушивать.

- Чего же вы ждали? - развел я руками. - Она же дилетантка.

- Но, пожалуй, это ненадолго. Я предполагал, что она предложит вам проследить за мной. И потому от вас не отрывался.

- Конечно, - язвительно возразил я. - И именно потому спрятали "де сото".

- Ну, если бы я все сделал слишком просто, вы были бы разочарованы. Когда вы сунули свой нос в этот переулок, мне стало ясно, что вы что-то ищете. Не скажете, что именно?

- Почему же нет? У девушки сложилось мнение, что вы были чрезмерно заинтересованы в том, чтобы выяснить, кто собрался навестить Уэйна Кэбота. Вначале я решил, что она фантазирует.

Эл Ларгс швырнул сигару в стеклянную пепельницу и спросил:

- Но теперь вы так уже не думаете, верно?

- Откровенно говоря, я не знаю, что и думать, - признался я - но, полагаю, вы мне расскажете.

- Не собираюсь я вам ничего рассказывать, Шэнд. Все дело лишь в том, что я вас случайно знаю, и знаю, что вы частный детектив. Знаю даже, что вы иногда работаете вместе с полицией, когда это считают нужным такие копы, как Магулис. Но здесь вопросы задаю я, - он улыбнулся. - И большей частью получаю верные ответы.

- Только большей частью? - хмыкнул я. - Или вы оговорились?

- А вы попробуйте проверить, Шэнд.

- Я жду.

Он прошел к бару и вдруг резко обернулся.

- В чем состоит ваш интерес к Уэйну Кэботу?

- У меня нет к нему никакого интереса, мистер Ларгс, спокойно возразил я.

- Не говорите ерунды, Шэнд. Вы были там.

- Верно, у меня был к нему некий интерес, но теперь уже нет.

- Зачем вы к нему приходили?

- Один клиент попросил меня с ним поговорить.

Эл Ларгс ухмыльнулся. Но не слишком дружелюбно.

- Это не ответ, Шэнд. Но я могу его из вас выбить, если вам так больше нравится.

Я обернулся, Малый с гранитной физиономией стоял в дверях, многозначительно потирая кулаки.

- Это Лон Келман. Одно мое слово, и он сломает вам руку - очень медленно, чтобы вы прочувствовали.

- Очень мило с вашей стороны, - кивнул я с самым серьезным видом.

- Не думайте, что я не позволю ему этого сделать, Шэнд! в ярости выкрикнул Ларгс.

- Я не питаю никаких иллюзий, мистер Ларгс. Вы, безусловно, сделали бы это, но не теперь. Не забывайте про девушку в машине. Если я не вернусь, она начнет тревожиться и сообщит в полицию.

Эл Ларгс злым глазом покосился на меня.

- Конечно, Шэнд. На сегодня никакого насилия. Но завтра тоже будет день. Я не спущу с вас глаз, что бы ни случилось.

- Вы меня просто убиваете! Зачем вам, собственно, понадобилось разыгрывать такой спектакль, только чтобы сказать мне, чтобы я держался подальше от Кэбота?

Ларгс сунул руку в бар и вытащил полупустую бутылку "бурбона".

- Вы догадались, о чем речь, Шэнд?

- Это было нетрудно, - кивнул я.

Ларгс смерил меня пронизывающим взглядом.

- Так вот, запомните: вредно совать нос в дела Уэйна Кэбота или любые другие, имеющие отношение к Кэботу.

- Вредно для кого? - как можно безобиднее поинтересовался я.

Ларгс снисходительно прищурился.

- Не стоит задавать такие глупые вопросы, Шэнд.

На губах его застыла хищная ухмылка.

- Кто вас направил к Кэботу?

- Этого я вам не скажу, мистер Ларгс, - покачал я головой. И услышал, как сзади шагнул ко мне Лон Келман.

- Оставь его, Лон! - пролаял Ларгс, - мы и так все выясним.

Он вновь наполнил свой стакан.

- Если вы станете держаться подальше от Уэйна Кэбота, для меня это дело закрыто. Если же нет, могу только надеяться, что больничное питание не доконает вас окончательно.

Я сдвинул шляпу на затылок.

- Вы полагаете, стоит прибавить в голосе металла, и все благоговейно рухнут на колени?

- Большинство людей достаточно благоразумны, чтобы поступить именно так, - невозмутимо заявил Ларгс. - Кроме того, вам не стоит заблуждаться, полагая, что мы только болтаем языком.

- В одном, во всяком случае, могу заверить, мистер Ларгс. У меня с Кэботом больше нет никаких дел.

- Хотите меня провести?

- Зачем мне это?

- Не знаю... Но вполне возможно, Шэнд.

- Вы ведь и сами в это не верите, - возразил я.

- Нет, не думаю. Вы лжете, Шэнд.

- Послушайте, - вздохнул я, - за разговор с Кэботом мне заплатят. Но никто не заплатит мне, если я суну нос в его дела.

- Возможно, я вам заплачу, чтобы вы этого не делали.

- Не могли бы вы сказать мне хотя бы одно, - попросил я. В чем состоит ваш интерес к Кэботу? Или лучше не спрашивать?

Он отхлебнул из стакана и пробурчал, не поднимая глаз:

- Можете спрашивать сколько хотите, Шэнд. Но ответа не дождетесь.

И отвернулся. Аудиенция была окончена.

- Пока, Эл, - сказал я.

- Пока, и не забывайте, что я вам сказал.

Я шагнул к двери, и Лон Келман отступил в сторону. Когда я проходил мимо, он молча вернул мне мой "люгер". Эл Ларгс негромко хмыкнул, дверь за мной закрылась, я миновал прихожую и снова оказался во дворе.

Парень в кожаной куртке все ещё полировал "де сото", как будто важнее ничего на свете не было. Когда я подошел, он поднял голову, не отрываясь от работы. Глаза под кустистыми бровями превратились в узкие щелочки. Глаза, при виде которых на ум приходили все смертные грехи.

Я ухмыльнулся и положил руку ему на плечо.

- Вы всегда носите оружие, когда моете машину?

Он продолжал тереть крышу машины куском замши, не позволяя отвлечь себя от работы.

- При машину мою, может, и нет, но в прочих случаях...он швырнул тряпку в ведро с грязной водой.

- Вы служите у Эла постоянно?

- Конечно!

- Он симпатичный малый, верно?

- Босс в порядке. Только не нужно становиться ему поперек дороги.

- Давно здесь? - осведомился я.

- Нет, недавно, - лицо типичного убийцы оставалось неподвижным.

- Готовите крупное дело, да?

- Понятия не имею, я только мою его машину.

- Как же вы ладите с Лоном Келманом? - поинтересовался я.

Он сплюнул, потом молча повернулся ко мне спиной и продолжил полировать машину.

Я обогнул дом и вернулся в своему автомобилю.

Тот стоял на месте, и все было в порядке, за исключением того, что Нэнси в нем уже не оказалось.

IY.

Боковое стекло оставалось опущенным, и я заглянул внутрь. За рулевой колонкой торчал какой-то старый почтовый конверт. Я вытащил его, расправил и прочел:

"Парень в плаще с капюшоном перед рестораном кажется мне подозрительным. Я иду за ним и встречусь с вами примерно через полчаса в конторе. Нэнси."

Почерк мелкий и аккуратный, буквы чуть завалены вправо. Я никогда раньше не видел почерка Нэнси, но именно таким его и представлял. Последнее время Нэнси часто занимала мои мысли, но должен признаться, к почерку они никакого отношения не имели.

Улица была пуста, начинался дождь. Стало холодно, и я почувствовал, как накатила хандра. И беспокойство. Иногда дела, которыми я занимаюсь, бывают опасными, и здесь, похоже, был как раз тот случай. Я не хотел, чтобы Нэнси рисковала. Парень в плаще с капюшоном наверняка был совершенно безобиден, но...

С Элом Ларгсом она оказалась права...

Теперь мне оставалось только ждать. Я медленно ехал по улицам в сторону конторы и поглядывал на тротуары. Может быть, она только что ушла и я подберу её где-нибудь по пути? Но видно её не было.

Я машинально сунул в рот сигарету. Подъехав к конторе, машину я поставил в переулке, обошел здание и направился к главному входу.

Четыре истертых ступени вели в вестибюль, где на стене красовался указатель с фамилиями и занятиями арендаторов. Рядом с лифтом на старой шаткой табуретке восседал швейцар. Он часто предоставлял постояльцам пользоваться лифтом самостоятельно, но в тот день был на месте и клевал носом. В шестьдесят пять лет он ещё сохранил собственные зубы - три сверху и три снизу. В рту торчала старая трубка из кукурузного початка, от которой уже издали чудовищно воняло.

Заслышав мои шаги, он открыл глаза, поднялся и почесал нос бурыми от никотина пальцами.

- Я отвезу вас наверх, мистер Шэнд. - Мне ещё битый час работать. Сегодня я довольно поздно заступил.

Говорил он тонким голосом и в конце каждой фразы взвизгивал, как кошка, которой наступили на хвост.

Я вошел в кабину.

Старик закрыл за мной решетку и включил подъемник. Потом заметил:

- Я думал, вы сегодня больше не вернетесь.

- Я и не собирался, но пришлось, - вздохнул я.

- И хорошо, - продолжал он, - хотя я из-за этого оказался неправ. Я ведь ему сказал, что ждать бессмысленно, потому что сегодня вы уже не придете.

- Загадками говоришь. старик.

Он вынут трубку изо рта.

- Простите, мистер Шэнд, я забыл вам сказать. В конторе вас ждет клиент.

Я взглянул на свое отражение в подслеповатом зеркале на стене кабины. Кожу избороздили глубокие морщины, я был уверен, что за последние четверть часа их прибавилось.

- Когда вы его подняли наверх? - спросил я швейцара.

Старик неторопливо пыхнул трубкой, потом ответил:

- Минут десять назад. Обратно он не спускался, так что, полагаю, ещё ждет.

- Как он выглядит?

- Раза в два моложе меня, - ухмыльнулся старик, - и куда интереснее. Я тоже выглядел бы моложе, будь у меня карманы полны денег.

Я вопросительно поднял бровь.

- Как ты определил, что он богат?

Мы поднялись на мой этаж, и он открыл дверь кабины.

- Поверьте, он имеет больше, чем может израсходовать, мистер Шэнд.

Я дал ему на чай и вышел.

В моей конторе есть небольшая приемная, которая всегда открыта, и несколько больший по размерам рабочий кабинет, который я всегда запираю, когда ухожу. Это напоминает полицейский участок и придает моей конторе солидный вид, что иногда может пригодиться. Смотря по обстоятельствам.

Если кто-нибудь сумеет разглядеть на нашем ковре узор, значит, зрение у него куда лучше моего. Мебель простая и не слишком комфортабельная. Потертое кожаное кресло для меня и стул с прямой спинкой для клиентов. Они быстрее переходят к делу, если сидят не слишком удобно.

На стене всего одна картина - портрет генерала Гранта в золоченой раме, забытый предыдущим арендатором. Кажется, генерал, постоянно за мной наблюдает и пробуждает во мне чувство вины, когда я расслабляюсь и позволяю себе в рабочее время пропустить стаканчик. Потому я картину и оставил.

Но не успел я ещё дойти до кабинета, как уже на входе в приемную встретился с клиентом. Точнее, столкнулся, так как он собрался выходить. Видимо, ему надоело ждать частного детектива, которого вечно нет на месте.

Парень был на пару дюймов выше меня, - а это уже кое-что значит, - и крепко сложен. Сомневаюсь, что в его примерно ста девяноста фунтах был хотя бы грамм жира. Узкое загорелое лицо оживляли голубые глаза. Перламутрово-серый мохеровый костюм с узкими длинными лацканами, через руку перекинут белый плащ - пыльник, в левой руке шляпа.

Мы столкнулись нос к носу, но парень тут же отскочил назад и замахнулся. Потом опустил руку, прядь густых с легкой проседью волос упала ему на лоб.

- Извините, я не слышал, как вы подошли.

Голос звучал мягко и спокойно, но у меня сложилось впечатление, что он в долю секунды может стать жестким, как сталь, если это понадобится.

- Все в порядке, - отмахнулся я. - Полагаю, вам надоело ждать и вы собрались уходить?

- Вот именно. Я быстро теряю терпение, если приходится ждать.

- Но вот теперь я здесь, - возразил я.

Открыв дверь кабинета, я обошел письменный стол и опустился в кресло.

Мужчина сел на стул напротив и оглядел обстановку. Теперь по его лицу скользнула насмешливая гримаса.

- Хлев, - фыркнул он. - Я тащился в такую даль из Лос-Анжелеса, чтобы посетить частного сыщика в его хлеву...

- Я вас не звал и не принуждаю оставаться, - безмятежно ответил я.

Он ухмыльнулся.

- Не обижайтесь, я просто неудачно выразился. Я только подумал, что опытный детектив в Нью-Йорке должен иметь контору посовременнее.

- Считайте, что я просто старомоден, если вас это утешит. Сейчас мы выпьем, а потом вы мне расскажете, чего хотите.

Я выдвинул нижний ящик, в котором держал бутылку виски, поставил её на стол и снова нагнулся за стаканами. При этом я незаметно сунул в ящик резервный "люгер", чтобы при необходимости быстро его схватить. С таким типом, как сидевший передо мной, эта мера предосторожности казалась мне вполне уместной.

Подняв голову, я понял, насколько был прав. Прямо на меня смотрело черное дуло револьвера с перламутровой рукояткой. Посетитель целился точно мне в лоб. И потребовал:

- Закройте ящик, сыщик, и не вздумайте что-нибудь оттуда выхватить.

Звучало это так, что любые возражения были бы излишни, поэтому я подчинился. Наполнив стаканы, толкнул один из них к нему.

Он сделал небольшой глоток, следя за мной поверх стакана.

- Недурной скотч! У вас в этом хлеву есть недурные вещи!

Я опорожнил свой стакан до половины и с шумом выдохнул через нос.

А гость продолжал:

- Вы Дэйл Шэнд, частный сыщик. Я хочу вас нанять.

- Зачем тогда эта штука? - спросил я. - Я соглашаюсь взять заказ и когда мне не угрожают.

Он ухмыльнулся.

- Я не знаю, как вы будете реагировать, и никому не доверяю, в том числе и вам.

- Случай просто для психиатра, - констатировал я. - Я никогда не стреляю в клиентов, по крайней мере, не при первом разговоре.

- Это всего лишь мера предосторожности, Шэнд, и ничего больше, - он подался вперед. - Вижу, вы носите оружие. Ваш пиджак на боку оттопырился. Но мне не нужно вас разоружать, пока у меня в руке револьвер.

- Чего вы, собственно, хотите? - устало спросил я. - И, прежде чем начнете говорить, кто вы такой?

Он поставил стакан на стол и закурил.

- Кэнлон, Тэл Кэнлон. Я нуждаюсь в некоторой информации и готов за неё платить. Это оружие - только для моей собственной безопасности.

Он перебросил сигарету в другой угол рта и продолжал:

- Я готов заплатить пятьсот долларов. Думаю, это хорошее предложение. Вы можете заработать пять сотен, сидя за этим письменным столом и только открывая рот.

- Звучит заманчиво, - заметил я, - на мой вкус даже слишком. Никто не платит мне за то, что я произношу речи.

- Это зависит от самой речи, Шэнд, - свободной рукой он раскинул на столе пять сотенных банкнот, как карты.

- Очень красиво, - заметил я.

- Они могли бы стать вашими, Шэнд.

Я усомнился:

- Что, если я не смогу их отработать?

- Я бы на вашем месте попытался.

- Ну ладно, - согласился я, - что вы хотите знать?

Он медленно и отчетливо спросил:

- Кто вас послал к Уэйну Кэботу и о чем вы разговаривали?

Я проглотил остатки виски и покрутил стакан в ладонях. Он все ещё держал меня на мушке.

- С чего вы взяли, что я был у Кэбота?

- Я просто знаю это, Шэнд. Такие вещи я узнаю немедленно.

- Да, - ухмыльнулся я, - но другие - ещё раньше. Точно те же вопросы мне сегодня уже задавали, меньше часа назад.

Тэл Кэнлон вскочил и оперся на письменный стол.

- Кто? Подумайте как следует!

- Один несимпатичный тип в сером костюме и с нездоровым цветом лица. Эл Ларгс.

На миг воцарилась тишина. Потом он прошептал:

- Вы хотите меня разыграть?

- Конечно, но не в данный момент, - хмыкнул я.

- Эл Ларгс!

Он произнес это имя без малейшего признака страха, но так, словно никак не ожидал его услышать.

- Вам это имя что-то говорит? - поинтересовался я.

Он не ответил и опустил веки, так что глаза превратились в узкие щелочки. Тем не менее, я был уверен, что гость внимательно за мной наблюдает. И продолжал:

- Эл Ларгс, похоже, был против того, чтобы я имел дело с Кэботом. И посоветовал - любезно, но вполне определенно - не лезть в его дела.

Тэл Кэнлон неожиданно занервничал.

- Почему?

- Этого он мне не сказал. Но интересовался тем же, чем и вы - хотел выяснить, кто поручил мне навестить Кэбота. Я ему ничего не сказал, но он меня заверил, что узнает и так. Впрочем, пригрозил, что прикажет своем человеку, бывшему каторжнику по имени Лон Келман, переломать мне кости, если я...

Кэнлон вздрогнул. Дуло его револьвера опасно приблизилось ко мне, он смотрел на меня пронизывающим ледяным взглядом.

- Хотите кормить меня сказками, Шэнд?

- Только не с этой игрушкой под носом, Кэнлон. Кроме того, откуда бы я мог узнать его имя?

- Вы могли его где-нибудь услышать.

- Не будьте дураком, Кэнлон, - устало отмахнулся я.

- Ну ладно, Шэнд, будем считать, что вы говорите правду, - он нервно прикусил нижнюю губу. - Но...

- Вы, видимо, думали, что он все ещё за решеткой?

Кэнлон откинулся на спинку стула, поигрывая револьвером. Потом негромко произнес, обращаясь больше к самому себе:

- Кто-то вызволил Келмана. Не Ларгс. У него для такого кишка тонка. Хотя теперь, возможно...

Он вскочил на ноги.

- Где они прячутся, Шэнд?

- Некий шофер у дома Кэбота рассказал Ларгсу, что я был у Кэбота в то же самое время, когда Ларгс собрался с ним поговорить. Эту информацию я получил из вторых рук.

- Я про другое спрашиваю. Вы наверняка выследили Ларгса...

- Вы правы, - кивнул я, - но сначала скажите, откуда вы узнали обо всем этом деле.

- От того же самого шофера, что и Ларгс, - ухмыльнулся Кэнлон. - Ведь он работает на меня. Вас он знает в лицо, но вынужден был заговорить с Ларгсом, которого не знает, в надежде что-то выяснить. Понятно?

Я закурил новую сигарету и выдохнул дым на поверхность стола. Закружились потревоженные пылинки.

- Да, когда я вышел, шофер уже исчез. Один приятель, ждавший меня в машине, это заметил. Вероятно, шофер удалился, чтобы известить вас?

- Вот именно, - кивнул он. - Позвонил мне из ближайшей будки и сказал, что разговаривал с неким мужчиной, прибывшим на стоянку, когда вы находились в доме. К сожалению, он не описал его внешность, иначе я бы сразу понял, что речь идет об Эле Ларгсе. - Он нахмурился. - Вы никогда прежде Ларгса не видели. Почему же вы пошли по его следу?

- Мой друг полагал, что он выглядел подозрительно.

- У вашего друга хороший нюх... Итак, дело немного прояснилось. А теперь скажите мне, где скрывается Ларгс и кто послал вас к Кэботу!

Я откинулся в кресле и молчал, стараясь выглядеть невозмутимым. Но чувствовал, как спина покрывается гусиной кожей при виде смотревшего прямо мне в лоб револьверного дула.

Кэнлон перегнулся через письменный стол и помахал оружием.

- Возможно, вы и ловкий парень, Шэнд, но против этой штуки шансов у вас нет.

Он медленно замахнулся свободной рукой и наотмашь хлестнул меня по лицу тыльной стороной ладони. Его перстень разорвал мне нижнюю губу, которая тотчас опухла. Во рту стало солоно от крови.

- Я мог бы часами массировать подобным образом вашу физиономию, Шэнд. Но тогда ваша приятельница вас больше не узнала бы. Зачем же быть таким упрямым? И не забывайте о деньгах - они только и ждут, чтобы вы их взяли.

Я вытер пальцами кровь с губ и посмотрел на испачканную руку.

- Я не продаю своих клиентов, Кэнлон, там более типам вроде вас.

Кэнлон приставил дуло револьвера мне под ложечку и кулаком двинул меня в лицо. Он едва задел кончик моего подбородка, да и удар был не очень сильным, но я прикинулся, что отрубился - упал на спину, опрокинув кресло и задрав ноги на письменный стол.

В следующий миг носком ботинка я выбил из его руки револьвер, так что тот описал в воздухе высокую дугу и отлетел в другой угол комнаты. Громыхнул выстрел, и я услышал, как пуля вонзилась в деревянную дверцу шкафа рядом с мной.

Кэнлон бросился на меня через стол, но я уже снова был на ногах и успел выхватить свой "люгер".

Затормозить Кэнлон уже не мог, а я взмахнул оружием и сильно огрел его по затылку. Он тут же обмяк и сполз с письменного стола на пол. На его волосах выступила кровь, я озабоченно оглядел рану и тут же успокоенно констатировал, что только рассек кожу. Затем снял пистолет с предохранителя и налил себе виски.

Спустя несколько минут Кэнлон пришел в себя, с трудом приподнялся и громко застонал. Потом ощупал рукой затылок и в конце концов снова встал на ноги. Колени его дрожали, и он вынужден был опереться на письменный стол.

- Такова жизнь, Кэнлон - то ты наверху, то внизу, - заметил я.

- Ладно, Шэнд, на этот раз твоя взяла. Но будет и другой раз, не сомневайся.

- Я мог бы сделать дырку в вашем роскошном костюме, фыркнул я, - но не выношу вида крови.

- Я уже слышал, что ты ловкий парень, Шэнд, но не думал, что настолько. Видимо, я тебя недооценил.

Он ещё раз ощупал голову и поморщился.

- Похоже, вам сейчас не повредил бы глоток виски, - сказал я, придвигая к нем бутылку.

Свой стакан он налил до краев. И рука у него не дрогнула.

- Теперь ваша очередь говорить, Кэнлон.

Он вытер губы и огрызнулся:

- Ни слова не добьетесь, Шэнд.

Я положил палец на спусковой крючок "люгера", но страха в его глазах не заметил. Он только ухмыльнулся:

- Вы не нажмете на курок, Шэнд, вы не тот тип. Если бы я на вас набросился, другое дело. Но не так - хладнокровно, без всякого повода.

Я опустил руку.

- Вам нужно ещё выпить. Можете налить и мне.

- Ладно, - ухмыльнулся он, - полагаю, я на вас тоже отметился. Вам повезло, и мне тоже досталось, значит, встреча закончилась вничью и не стоит втирать друг другу очки. Никто из нас не сможет заставить другого говорить. И если я решу утйи отсюда, вам меня не задержать.

Он протянул руку и забрал деньги со стола. Те чудом не слетели на пол во время драки.

- Вы ещё можете их получить, Шэнд. Мое предложение остается в силе.

- Я могу позвонить в полицию и попросить заняться вами.

- Конечно можете, но не позвоните. Частный детектив, который обращается за помощью в полицию, быстро лишится всех клиентов.

- Дело, которое я улаживал с Кэботом, было чисто рутинной работой, и мы управились в одну беседу, - возразил я.

- Может, так это выглядело несколько часов назад, Шэнд, но теперь обстоятельства несколько переменились, вам не кажется?

Я не ответил, и спустя некоторое время он спросил:

- У вас есть что-нибудь определенное, Шэнд?

- Не знаю, - помедлил я с ответом, - но, когда я был у Ларгса, поблизости крутился какой-то молодой парень в плаще с капюшоном.

Тэл Кэнлон удивленно взглянул на меня.

- Такого я не знаю... И на меня он не работает. Почему, что-то не так?

Я указал "люгером" на дверь.

- Я не собираюсь вытирать вам нос, так что исчезните, пока я вас не вышвырнул.

- Могу я получить обратно свой револьвер? - поинтересовался он.

Я поднял его оружие, разрядил и бросил ему. Кэнлон подошел к двери, ещё раз обернулся и дружелюбно заметил:

- Я на вас не сержусь. Будь у нас достаточно времени, мы вполне могли бы стать друзьями. Скажем, года за два.

- Да, - кивнул я, - оставайтесь только какой вы есть, и они могут стать десятью.

Реплика не из самых остроумных, но мне было не до шуток. Я начал всерьез тревожиться за Нэнси. Но ровно через три с половиной минуты она появилась в дверях.

Y.

Она чуть запыхалась, как-будто только что бежала, но казалась столь же сосредоточенной, как обычно.

Я кинулся к ней.

- Нэнси, держитесь подальше от этого дела, вы меня поняли?

Голос мой звучал резко и отчужденно. Она внимательно взглянула на меня.

- Вам снова досталось? Господи, что вы натворили?

Я схватил её за плечи и встряхнул.

- Нэнси, пожалуйста, прекратите совать свой симпатичный носик в мои дела, иначе кто-нибудь его вам может прищемить.

Она спокойно поглядела мне в глаза. Потом решительно ответила:

- Нет... Во всяком случае, не сегодня. Но что произошло?

- Некий тип по имени Тэл Кэнлон, которого я никогда прежде не видел, заявился сюда и попытался сделать из меня отбивную. Я сумел его одолеть и обезвредить. Он только что убрался. А теперь о вас. Где вы, черт возьми, пропадали?

Нэнси стряхнула мои руки и сказала:

- Я бы хотела, чтобы вы впредь не сквернословили, мистер Шэнд. Это не... не симпатично.

- Да будь я проклят! - прорычал я. - Вы суете нос в дела, которые можно назвать как угодно, но только не симпатичными, и при этом упрекаете меня, когда я выражаюсь сообразно обстоятельствам!

Нэнси убрала под крошечную шляпку завиток каштановых волос.

- Не будьте столь эмоциональны, мистер Шэнд, и пожалуйста, уберите со стола спиртное. Виски средь бела дня - вам должно быть стыдно!

- Уже вечер, - с кислым видом возразил я.

- До вечера ещё далеко.

- Не так уж и далеко.

- Но я так считаю.

- А я нет!

Она открыла рот, чтобы добавить ещё что-то, но тут же прикусила губку и покраснела. Я молча убрал бутылку в ящик стола, прошел в маленькую умывальную, ополоснул стаканы и поставил их на место.

- Поймите, Нэнси, я же не хочу. чтобы вы подвергались опасности, примирительно начал я.

- Неужели это так опасно, мистер Шэнд?

- А вам так не кажется? - возразил я, указывая на свою разбитую физиономию.

- О Боже, ваше лицо!

Она помчалась в умывальную и вернулась с намоченным носовым платком. Потом осторожно стерла кровь с моего лица.

- Где у вас аптечка?

- В этом нет необходимости, Нэнси, я уже в полном порядке.

- Ничего не в порядке.

Она ещё продолжала врачевать мою физиономию, когда я напомнил:

- Вы ещё не сказали мне, где были, Нэнси. Я жду.

Она уселась на письменный стол, положив ногу на ногу. Я находил её ножки очень красивыми, но так, пожалуй, пойдут толки, что я все в Нэнси находил весьма красивым.

- После того, как вы исчезли в доме вместе с тем ужасным типом, парень в плаще с капюшоном внезапно потерял всякий интерес к рекламе перед рестораном. Он не спеша направился вдоль по улице, наблюдая за машиной, в которой я сидела, но выглядел встревоженным, затем вдруг повернулся и исчез.

- Может быть, просто любопытный? - вставил я.

- Нет, не думаю, - возразила Нэнси, - мне с самого начала казалось, что с ним что-то не так. В конце концов, реклама перед рестораном не настолько интересна, чтобы часами перед ней торчать. Когда он затем направился в мою сторону, я убедилась в этом окончательно. И потому покинула машину и поспешила за ним.

- Он вас заметил?

- Нет, он даже не оборачивался. Я шла за ним в пределах видимости по Гринвич - авеню и Восьмой улице до Бродвея. Там он спустился в метро и доехал до Мэдисон-сквер. В метро не потерять его из виду было несложно, но когда мы вышли на Мэдисон, стало труднее. Он вдруг ужасно заспешил и припустил так, будто за ним гналась пожарная команда.

Сначала я подумала, что он спешит на Пенсильванский вокзал, но он миновал его и через шесть кварталов повернул...

Я ухмыльнулся.

- Вы хотите сказать, кварталов через шесть...

Нэнси покачала головой.

- Я считала. Их было ровно шесть. Итак, он свернул в какой-то узкий переулок. Не думаю, что он меня заметил, потому что не оборачивался и не смотрел в витрины. Место довольно мрачное, со старыми многоквартирными домами. В одном их них он исчез, - она покосилась на меня.

- И вы последовали за ним.

- Нет, не сразу. Я с минуту выждала, потом поднялась на крыльцо и вошла в вестибюль. Какой-то жирный мерзкий тип в грязной полосатой рубашке и красных подтяжках вышел из маленькой боковой комнатушки и спросил, что мне надо, - Нэнси с отвращением скривила рот. - Мерзкий тип. Я не люблю, когда на меня смотрят таким взглядом... Если вы понимаете, что я имею в виду.

- Да, Нэнси, - кивнул я, - понимаю. И что вы сделали?

- Я сказала, что хочу зайти к одному из жильцов. Он мне, похоже, не поверил и бросил на меня более чем двусмысленный взгляд. Потом спросил, к кому. Ну, я понятно, не знала фамилии, но тут меня внезапно осенило, и я ответила:

- Я называю его моим мужчиной в капюшоне, потому что он свой плащ с капюшоном просто не снимает.

Привратник попался на эту уловку и ответил:

- А, вы имеет в виду Ларри Клея? Он только что поднялся наверх, вы с ним едва не встретились. Собственно говоря, вы должны были видеть его ещё на улице.

Теперь он снова смотрел недоверчиво, и я поспешила спросить номер квартиры. Он мне его назвал, и с любопытством ждал, что же я стану делать. Было ужасно неприятно, кроме того, мне вдруг стало ясно, что я не знаю, что сказать Клею, когда его увижу.

Но выбора у меня не было. Квартира оказалась на четвертом этаже, а так как лифта в доме не было, пришлось карабкаться по лестнице. Почти добравшись до четвертого этажа, я вдруг услышала негромкий разговор. Тогда я тихонько одолела оставшиеся ступеньки и осторожно выглянула из-за угла. Тот тип стоял в коридоре и разговаривал по телефону, который висел там на стене.

Я начал проявлять интерес.

- О чем шла речь, Нэнси?

- Я, к сожалению, не все могла разобрать, но, видимо, он разговаривал с каким-то важным типом, которого именовал мистером Лундом. Речь шла о женщине и мужчине в "бьюике", который стоял перед домом, за которым он наблюдал. И что мужчина вошел в дом.

- Он имел в виду нас, Нэнси. Дальше, дальше, - подогнал я, когда она сделала паузу.

- Это все, мистер Шэнд. Я на цыпочках спустилась по лестнице и поспешила удалиться. И с трудом сдерживалась, чтобы не бежать.

Я задумался.

- Ну? - коварно поинтересовалась Нэнси, - разве не похоже, что у меня были все основания что-то заподозрить?

- Второй раз подряд.

- Это вы сказали, мистер Шэнд.

- Но это действительно так, Нэнси, хотя я понятия не имею, почему множество людей вокруг вдруг стало интересовать, чем мы занимаемся. И мы должны попытаться это выяснить.

- Конечно, - согласилась Нэнси. - Такое любопытство просто непонятно. Но дело с Уэйном Кэботом улажено? Вы сделали все, что хотела миссис Маури, и теперь остается лишь получить ваш гонорар.

- Это я сделаю, Нэнси, но...

- Но вы хотите знать, что затевают все эти странные люди? И я тоже хочу, - решительно заявила она.

- Про Эла Ларгса и Кэнлона я тоже много не узнал, - продолжал я.

Я понимал - иного выбора не остается - и рассказал, чего хотели от меня Кэнлон и Ларгс. Когда я замолчал, Нэнси задумчиво посмотрела на меня и сказала:

- Но ведь тогда мы знаем, что нам делать, верно?

Я улыбнулся и покосился на часы.

- Без двадцати восемь... Вы голодны?

- Очень - но это может подождать.

Я в ней не обманулся.

- Тогда мы можем нанести визит парню в капюшоне, - предложил я.

Нэнси соскочила со стола. Я внезапно ощутил близость её тела, и меня захлестнула волна искренней нежности. Ее волосы сверкали на свету, я уловил слабый аромат сандалового дерева. После такой утомительной и долгой погони она выглядела так, будто только что освежилась под душем и наложила новый макияж.

Я взглянул на её лицо, на теплые полуоткрытые губы, не удержался и поцеловал её.

И это был отнюдь не братский поцелуй, которым мне уже случалось её одаривать.

Она тотчас же вырвалась и отступила на шаг, не глядя на меня и нервно теребя перчатку.

Я открыл дверь. Мы вышли в коридор и зашагали к лифту. Никто из нас не произнес ни слова.

Улица, где жил Клей, действительно выглядела неприветливо. Мало того, начался дождь, да ещё с сильным ветром. Тот дул от реки, с океана, и нес с собой стену воды. Улица была едва освещена и в такую погоду казалась ещё мрачнее.

Пустынные тротуары мокли в полной темноте. Обычно в этом районе по вечерам люди сидели на крылечках, мужчины пили пиво или играли в карты единственная роскошь, которую они могли себе позволить. Из освещенных окон полуподвальных квартир возносились кверху кухонные запахи.

Дом семьдесят девять находился посреди квартала - старое запущенное здание за ржавой железной оградой. Входная дверь была полуоткрыта, вестибюль за ней кое-как освещен. В некоторых окнах тоже горел свет.

Мы вошли.

- Комната того нахального дежурного вон там, - показала Нэнси на узкую дверь в дальнем конце вестибюля.

Худой мужчина лет тридцати с небольшим посасывал сигарету, прислонившись к перилам. Лицо цвета грязного мела несколько дней не знало бритвы. Он закашлялся, вытащил из рукава платок, столь же большой, сколь грязный, и вытер им рот. Потом стал обстоятельно разглядывать проступившее на нем грязное пятно. Он не заговорил и вообще не обратил на нас внимания.

Мы поднялись по лестнице и на четвертом этаже свернули в коридор. За одной из дверей квакал гнусавый женский голос. Потом мужчина проревел:

- Кончай, в конце концов, свои песни! Раздевайся и заткнись!

Я посмотрел на Нэнси.

- Милые люди тут живут!

Нэнси поджала губы, и мы прошли дальше. Перед дверью с номером двадцать пять мы остановились. Итак, здесь должен был жить Ларри Клей, или как его там. Напротив двери, наискось, висел телефон, о котором вспоминала Нэнси.

Из-под двери пробивался свет. Видимо, Клей был дома.

Я достал пистолет и постучал. Не слишком громко, но достаточно, чтобы Клей мог услышать. Но никто не откликнулся.

- Может, ему пришлось снова выйти? - прошептала Нэнси.

Я не ответил. Инстинкт подсказывал, что мы обнаружим в комнате, и не хотелось, чтобы Нэнси это видела.

- Вы останетесь снаружи, Нэнси! - голос мой прозвучал жестко и требовательно, но посмотреть на Нэнси я не отважился.

Повернув ручку, я всей тяжестью ринулся на дверь. Та с треском и скрипом петель распахнулась. Я спиной загородил вход, не давая Нэнси заглянуть внутрь.

Узкая убогая комната с чрезвычайно скудной обстановкой. Дешевая мебель, потертый ковер, железная кровать и треснувшее зеркало на стене. Но ночном столике у кровати полупустая бутылка виски. Безотрадная и холодная лачуга.

Но она была пуста. Никакого трупа с дыркой в черепе, как я опасался. Значит, я заблуждался?

Нэнси сзади положила руку мне на плечо.

- Видимо, он действительно ушел.

Я молча пересек комнату, остановился перед платяным шкафом и приоткрыл его - из соображений безопасности не слишком хорошо.

Ничего!

Два мятых костюма, темнокоричневый дождевик, пара ботинок, нуждавшихся в срочном ремонте, и шляпа с пропотевшей подкладкой.

Я повернулся и увидел это - дверь, скрытую за выступом стены и не замеченную мной раньше. Вероятно, на этом месте в соседней комнате располагался стенной шкаф, отсюда и выступ.

Я осторожно толкнул дверь. За ней оказалась крохотная кухня. Я нашел выключатель и включил свет.

Пол был покрыт линолеумом. У высокого узкого окна стоял кухонный стол, в раковине громоздилась грязная посуда. Рядом - газовая плита и встроенный шкаф.

У стола на одном из двух стульев сидел он. Его голова была откинула далеко назад, и я на миг решил, что у него разбит затылок. Но нет, его затылок был в полном порядке. А вот лицо...

Кто-то выстрелил в него в упор из крупного калибра.

Но, несмотря на это, я его узнал.

Покойник был совсем не парнем в капюшоне. Это был Тэл Кэнлон. И такой мертвый, что мертвее не бывает.

YI.

Лу Магулис облокотился на стол и что-то неразборчиво черкал на клочке зеленой бумаги. К его нижней губе прилипла сигарета - самокрутка, из угла рта струился дым.

Топили в помещении неважно, воняло дезинфекцией и половыми тряпками. Мы находились в главном офисе отдела по расследованию убийств одного из крупнейших полицейских учреждений мира - но выглядела эта контора, в сущности, так же, как любой полицейский участок на свете.

Отведите полиции помещение в любой стране мира, и не успеете оглянуться, как оно будет выглядеть точно так же - безлико и мертво, и будут там нести службу такие же люди, как вы и я, и все же в чем-то не такие.

Я сидел и дымил сигаретой на краю того же стола. Напротив, на стуле Магулиса, расположилась Нэнси. Молодой интеллигентный сотрудник криминальной полиции Шолс, работавший обычно в паре с Магулисом, был в отпуске. Вместо него здесь был Макналти. Он стоял за стулом Нэнси невысокий коренастый крепыш с каштановыми волосами и насупленным лицом.

Макналти был опытным, но грубоватым полицейским, и интеллектом не блистал. В полиции без таких людей не обойтись, но они вечно застревают на нижней половине лестницы. Макналти был достаточно умен, чтобы это понимать, и давно смирился с судьбой. Горечь его вырывалась наружу, только когда он выпивал; правда, случалось это нередко.

Лу Магулис обратился ко мне:

- Мы проверили ваши сведения, что Кэнлон прибыл из Лос-Анжелеса. Вы оказались правы.

- Это нетрудно было отгадать, Лу. Он в разговоре помянул, что специально прибыл из Л ос-Анжелеса. Да и загар говорил в пользу Калифорнии. Кроме того, сам видел, как он был одет.

- Да... - Магулис поднял глаза от бумаги. - Для меня новость, что мисс Нэнси работает на вас.

Это замечание меня почему-то смутило. Нэнси только улыбнулась. Она казалась бледной, но спокойной. Я сумел уберечь её от зрелища в кухне, закрыл кухонную дверь, вышел в коридор и позвонил в отдел по расследованию убийств.

Спустя десять минут появились Магулис с Макналти, а после них полицейский фотограф и эксперты - криминалисты.

- Я нахожу, это великолепная идея - сделать мисс Нэнси вашей секретаршей и ассистенткой, Дэйл.

Нэнси поспешно вставила:

- О-о, мистер Шэнд этого не сделал, мистер Магулис.

- Тогда он должен поскорее это наверстать, - дружелюбно посоветовал Магулис. Видимо, старый холостяк был без ума от Нэнси.

Едва собрался я вмешаться в разговор, как Нэнси проворковала:

- Вы не дали мне договорить, мистер Магулис! Я хотела сказать, пока не сделал.

Магулис сглотнул, потом многозначительно мне ухмыльнулся и раздавил свою сигарету в огромной переполненной пепельнице, стоявшей посреди стола.

- Ладно, - продолжал он, - я хотел бы ещё раз коротко все повторить. Как вы сказали, Дэйл, Кэнлон явился к вам и пытался получить сведения, за которые готов был выложить пятьсот долларов. В целях безопасности он пришел с оружием. Последовало небольшое объяснение, которое он проиграл, что доказывает, что крутые парни из Лос-Анжелеса часто вовсе не так круты, как им того хотелось бы.

- Вы знаете, для этого у меня есть свои маленькие секреты, - поспешно вставил я.

Магулис невозмутимо продолжал:

- До того, как все это случилось, вы имели поручение клиента, имени которого раскрывать не желаете, посетить Уэйна Кэбота. Мисс Нэнси убедила вас последовать за подозрительным мужчиной, о котором стало известно, что зовут его Эл Ларгс и у него телохранителем тип, который только что вышел из заключения.

Потом Нэнси преследует другого, тоже подозрительного мужчину, одетого в плащ с капюшоном, и выясняет, где тот живет. Когда вы вместе прибыли в его квартиру, там оказался труп. Покойный - тот мужчина, который навестил вас за час до этого, а именно Тэл Кэнлон. Теперь я спрашиваю вас, что все это значит.

- Хотел бы я знать, - вздохнул я.

- Пока я не вижу тут никакой взаимосвязи, мне просто не за что зацепиться, Дэйл.

- Это верно, Лу.

- Но верно и то, что вы в этом деле замешаны. Как полагаете, что должен предпринять департамент полиции?

- Я не департамент полиции и понятия не имею, что он должен предпринять, - пожал плечами я.

Настал звездный час Макналти.

- Глупые реплики не принесут вам ничего, Шэнд, кроме приличной оплеухи.

- Но-но, Мак, только не при даме. Она не верит, что полиция на такое способна. По её мнению, репортеры, клеймящие позором подобные явления, просто клевещут. А вы разрушили благополучный образ. Как вам не стыдно!

Кровь бросилась в лицо Макналти, и Магулис решил вмешаться.

- Если вы думаете, что это остроумно, то сильно заблуждаетесь, Дэйл!

Я согласился.

- Знаю, в расследовании убийств остроумного мало. Сожалею - сорвалось с языка.

Магулис кивнул.

- Ну ладно, бывает. Давайте повторим все ещё раз и установим, что мы знаем точно. Быть может...

- Подождите, Лу, возможно, это дело все-таки имеет какой-то смысл, по меньшей мере в одном пункте.

- Выкладывайте.

- Между всеми этими происшествиями должна существовать какая-то связь. Хотя я не знаю, какая именно, и нам неизвестен мотив, но связь должна существовать. Предположим следующее: два гангстера, действующие независимо друг от друга, что-то имеют против моих контактов с Кэботом. Они всеми средствами пытаются помешать мне интересоваться им впредь. Разве это не так?

- Да, продолжайте.

- В это же время некий парень в плаще с капюшоном - как оказалось, Ларри Клей, - открыто интересуется домом, в котором обитает один из гангстеров, Эл Ларгс. Другой, Тэл Кэнлон, который сам хотел бы знать, где прячется Эл Ларгс, узнает адрес Ларри Клея. Он отправляется туда и получает пулю в лоб. Может быть, его прикончил Клей, может, кто-то другой. Обстоятельства позволяют заключить, что преступник - Клей, но это не бесспорно.

- Да, - повторил Магулис, - могло быть и так, но это лишь ваша гипотеза, Дэйл, и ничего больше. Она не приближает нас к разгадке. И это все, что вы надумали?

- Более - менее, не считая одной детали.

- И что же это? - терпеливо поинтересовался Магулис.

- Я не говорил Кэнлону, где живет Клей, да и не мог сказать. В то время я даже не знал, как того зовут, не говоря уже об адресе. Как же тогда Кэнлон его нашел? Когда мы говорили об этом парне, и я сказал Кэнлону, что тот крутился перед домом Ларгса, он утверждал, что его не знает. И мне показалось, что он говорил правду.

- Тогда он, вероятно, следовал за вами, Дэйл.

- Думаю, это исключено, Лу, - возразил я, - не говоря уже о том, что он должен был нас опередить. Ведь мы нашли его мертвым, едва вошли в квартиру.

Магулис сменил позу.

- Может быть, Кэнлон по вашему описанию вначале не понял, о ком идет речь, а потом вдруг сообразил?

- Возможно, - согласился я, - но слишком неправдоподобно.

Нэнси заерзала на стуле.

- Когда я возвращалась в контору мистера Шэнда, на тротуарах перед домом было полно народу. На лица я внимания не обращала, но один из них вполне мог быть Кэнлоном. Нельзя, конечно, утверждать, но предположим, так и было?

Магулис поскреб подбородок.

- Вы полагаете, он мог последовать за вами внутрь и подслушать ваш разговор с мистером Шэндом?

- Вот именно!

- Возможно, вы правы, - протянул Магулис, поигрывая карандашом. - Ведь откуда-то Кэнлон должен был узнать этот адрес? И если он действительно подслушивал, о чем вы говорили, можно предположить, что он решил разобраться, в чем дело, и отправился к Клею.

Лу вздохнул.

- Хотя наш департамент и не станет надрываться, выясняя, кто в этих мерзких трущобах пришил приезжего уголовника, но убийство остается убийством. Это значит, что вы не имеете права утаивать от меня какую-то информацию, какого бы рода она не была, Дэйл.

Он умолк и внимательно посмотрел на меня.

- Я хочу знать фамилию клиента, который послал вас к Кэботу.

- Сожалею, Лу, но назвать я её не могу.

Макналти взорвался.

- Если ты сейчас же не заговоришь, я...

- Я говорю с ним, а не вы, - спокойно осадил его Магулис, почесал нижнюю губу и пригрозил: - Я могу отвести вас вниз и попросить ребят допросить вас как следует. Тогда вам придется развязать язык.

- Неужели вы это сделаете?

- Возможно.

- Это не ответ.

- Я так не считаю, Дэйл.

- Вы мне угрожаете?

- Можете понимать и так.

Я взял со стола свою шляпу и встал.

- Сегодня вы ведь этого не сделаете?

- Нет.

Макналти засопел, но явно понял, что лучше промолчать, и удовольствовался тем, что испепелил меня взглядом.

- Лу, - сказал я, - вы же знаете, что по отношению к вам я всегда был безупречен.

Магулис поднялся.

- Верно, потому я и не веду вас вниз... Пока не веду. Но не заходите слишком далеко.

- Почему? Разве я когда-нибудь это делал?

- Это должно было произойти, - сухо буркнул он.

- Что это значит?

- Иногда, - продолжал Магулис, - мы терпеливо сносим ваши штучки. Проявляем просто ангельское терпение, когда вы суете нос в наши дела и долго морочите нам голову, пока вдруг неожиданно не появитесь и не расскажете то, о чем давным - давно обязаны были сообщить. Но однажды это нам может надоесть. Или наше терпение просто иссякнет...

- Или на такую долгую тираду воздуха не хватит, - перебил я его. - Я поговорю со своим клиентом, а потом зайду снова.

- Сообщить его фамилию?

- Надеюсь, но ничего не могу обещать. Так или иначе, завтра увидимся.

- Ладно, даю вам время до завтра, так как понимаю, что вы влипли в отвратительную ситуацию. Дело все-таки касается убийства, и как мне представляется, ваш клиент не имеет к нему никакого отношения. Я полагаю, мисс Нэнси знает, о ком речь.

Нэнси разглядывала ногти.

- Ладно, не буду даже спрашивать. Дэйл, у вас есть время до завтра. Я не стану устраивать за вами слежку.

- Если вы это сделаете, я от неё избавлюсь, - хмыкнул я.

- Хотите пари? - вопросительно взглянул на меня Магулис.

Я ухмыльнулся.

- Нет, не хочу.

Мы подошли к машине. Уже нырнув в нее, Нэнси неожиданно спросила:

- Интересная у вас жизнь, верно?

Захваченный врасплох, я завел мотор и откинулся назад.

- Нэнси, у меня сложилось впечатление, что вы с моим образом жизни несогласны. Нерегулярный рабочий день, нерегулярные заработок...

Она повернулась ко мне. Это движение нас сблизило, и я почувствовал прикосновение её колена. Я с трудом овладел собой, не желая воспользоваться ситуацией. Нэнси могла бы это неправильно понять. Я подумал...

- Тот факт, что вы ведете увлекательную жизнь, не противоречит моим прежним словам, мистер Шэнд. Интересная жизнь может иметь и неприятные стороны.

- Вам не нужно вступать на этот путь, Нэнси.

- Хотите от меня отделаться?

- Нет, конечно, нет.

- Вы в этом абсолютно уверены, мистер Шэнд?

- Мне только не хотелось бы, чтобы вы подвергали себя опасности. Однажды я вам это уже говорил, Нэнси.

- Но вы же это делаете, мистер Шэнд.

- Да, потому что это моя работа.

- Тем самым вы хотите подчеркнуть, что она не моя? - обиделась она.

- Не переиначивайте мои слова, Нэнси. Но это действительно не ваша работа.

- Да, тут вы правы, мистер Шэнд.

- Впрочем, мне за это платят. Если я рискую. этот риск окупается, - я нажал на газ и тронул машину с места. - И вот еще, Нэнси, не стоит обращаться ко мне так официально.

Она усмехнулась.

- Что же тут смешного? - обиделся я.

- Ничего, только... сейчас ты был как раз ужасно официален... Дэйл.

Она помедлила, прежде чем перейти на "ты", и у меня на душе потеплело. Впервые это слово для меня что-то значило.

Но Нэнси тут же сменила тему.

- Что же мы теперь будем делать?

- Отправимся поесть, - заявил я, - в ресторанчик Марти Элтона в Вилидже.

Нэнси открыла свою черную кожаную сумочку, достала из неё крошечное зеркальце и внимательно рассмотрела свое лицо.

- Может быть, мне заехать домой переодеться?

- Нэнси, каждый раз, когда я тебя вижу, ты выглядишь красивее, чем перед этим. Тебе незачем переодеваться. Кроме того, я страшно голоден.

Она попудрила носик и рассмеялась.

- Я тоже!

Для заведения Марти время было ещё слишком раннее. Музыканты начинали там играть только поздно вечером, но и сейчас Марти кормил тех, кто любил поесть, прежде чем начнутся суета и танцы.

Когда мы вошли, он стоял в элегантном маленьком фойе - белокурый, голубоглазый, крепко сложенный, розовощекий. Ему явно больше подходила площадка для гольфа, чем джаз-клуб. Марти Эльтон был весьма состоятельным тридцатипятилетним холостяком. И держал клуб только потому, что это доставляло ему удовольствие. Самой большой его радостью были хорошая еда и музыка, под которую, если постараться, можно вывихнуть себе суставы.

Он тотчас подошел к нам. Взгляд его был устремлен на Нэнси, на меня он едва обратил внимание. Но ничего удивительного в этом не было - кто мог его за это упрекнуть?

Я взял Нэнси под руку и подтолкнул к нему.

- Дэйл, - улыбнулся он, - спасибо, чтобы вы привели с собой Нэнси.

Девушка приняла протянутую ей навстречу руку и одарила нас обоих очаровательной улыбкой.

- Оригинал намного превосходит описания, хотя я считал это невозможным, - снова улыбнулся Марти. - Я Дэйлу не прощу, что он так долго вас от меня скрывал.

Я постепенно начал киснуть.

- Вам следует знать, что Дэйл мне о вас рассказывал. Поэтому я позволил себе обратиться к вам по имени, давно мне известному. Могу ли я надеяться, что вы и дальнейшем разрешите мне называть вас Нэнси?

- Да, Марти, - проворковала моя коварная спутница.

Марти победно покосился на меня. В этом отношении он был бесподобен.

- Это нужно обмыть, разумеется, за счет заведения, - не унимался он.

Взяв Нэнси под руку, он повел её к небольшому бару рядом со сценой, на которой позже будет играть джаз. Я потрусил следом. Такое случалось нередко.

Нэнси заказала мартини, Марти потребовал скотч со льдом, я тоже выбрал скотч, но чистый.

- Очень милое у вас заведение, Марти, - заметила Нэнси, оглядывая все вокруг блестящими глазами.

- Это закрытый клуб. Сегодня вечером вы - гостья Дэйла или моя - как пожелаете. Но ещё до того, как вы уйдете, мы вас произведем в действительные члены клуба.

Нэнси собралась было возразить, но Марти театральным жестом воздел холеные руки.

- Нэнси, я на этом настаиваю. Иначе Дэйлу может прийти в голову прятать вас и впредь и, возможно, месяцами сюда не приводить. Такая ситуация меня не просто беспокоит, я делаюсь совсем больным.

- Он весьма красноречив, верно? - спросил я Нэнси.

Она расхохоталась и повернулась к Марти.

- В Нью-Йорке множество джаз-клубов, но я мало какие из них знаю. Когда-то давно подруга взяла меня с собой в "Бердленд" послушать Телониуса Монка, и ещё раз в "Сентраль плаза", когда... дайте вспомнить... там играли Тони Паренти и Зутти Синглтон.

- И вам понравилась их музыка?

- О, да... хотя иногда она была слишком громкой, - Нэнси пригубила мартини. - Они мне понравились больше, чем мистер Монк, хотя он тоже большой артист.

- Это верно, но он авангардист. Здесь вы услышите музыку, которая вам определенно понравится. И будет несколько потише, чем в "Сентраль плаза".

- Я уже убеждена, что мне понравится.

- Это меня радует, - он повернулся ко мне. - Как дела, Дэйл?

- Я сейчас работаю над одним делом... или, вернее будет сказать, только что завершил одно дело, - объявил я.

- Замечательно, значит, времени у вас достаточно.

- Нет, к сожалению, нет. Хотя дело завершено, но оно привело к некоторым осложнениям. Причем дело казалось совершенно обычным...

- Ну, Дэйл, такое с вами случалось уже не раз, - возразил Марти.

- Тут ты прав, но на этот раз положение серьезнее, - я коротко изложил ему всю историю.

Когда я умолк, Марти ещё раз заказал выпивку. Нэнси отказалась. Марти задумчиво посмотрел в стакан и спросил:

- Значит, если я правильно понял, вы занимаетесь делом, которое не принесет ни цента?

- Так и есть, - кивнул я, - но что ещё мне делать?

- Не заниматься этим делом, забыть о нем, чтобы исключить неприятную вероятность, что кто-нибудь проделает вам дырку в черепе. Но я достаточно хорошо вас знаю, чтобы понять, что вы не примете мой искренний совет. Надеюсь, по крайней мере, что Нэнси вы из этого дела исключите.

- Насколько это в моей власти, Марти.

- Но мне это нравится, - запротестовала Нэнси.

- Несомненно, - кивнул я, - но ты забываешь одно: с завтрашнего утра ты снова сядешь за свой стол к телефонному коммутатору.

Нэнси вздохнула.

- Разве это не ужасно? Особенно теперь, когда начинается самое интересное.

- Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, - возразил я.

- Но если бы мы постоянно работали вместе...

- По только что названной причине этого не будет, - перебил я.

- Нет, пока нет, - вздохнула Нэнси второй раз за этот день.

- Нэнси, - улыбнулся я, - ты неисправима.

- Но очаровательна, - добавил Марти, положив руку на полированную поверхность стойки. - Надеюсь, вы останетесь поужинать?

- Да, невозможно отказаться от лучшей кухни в Нью-Йорке, даже если вы удвоили цены.

Марти довольно улыбнулся.

- Все за счет заведения... - он бросил восхищенный взгляд на Нэнси и добавил: - Для вас, Нэнси.

Я закусил сигарету.

- Раз вы так здорово друг друга понимаете, то, пожалуй, не будете иметь ничего против, если я на минутку оставлю вас одних. Мне срочно нужно позвонить.

- Вы настоящий друг, Дэйл, - ухмыльнулся Марти. - Знаете, где телефонная кабина?

- Да, а теперь прошу меня простить, я ненадолго.

- Не беспокойтесь, Дэйл, мы не станем считать минуты вашего отсутствия.

Я покинул бар, спустился по лестнице в фойе и подошел к трем телефонным кабинам. Вошел в среднюю, прикрыл за собой дверь и набрал номер миссис Ванессы Маури.

Она ответила, я назвал себя. Голос её звучал настолько сексуально, что я с трудом себя заставил не бросать трубку.

- О, Дэйл, вы где?

- В джаз-клубе.

- У Эдди Кондона?

- Нет, в заведении моего друга Марти Элтона.

- Знаю. Я там однажды ужинала. Изумительная кухня.

- Потому я и здесь, миссис Маури.

- Почему же вы сразу не явились ко мне? Все-таки у нас с вами общие дела.

- Все в порядке, Ванесса. Я побывал у Кэбота.

- И что он вам сказал?

- Дело улажено. Впредь он оставит вас в покое.

- Тогда я спокойна, - облегченно вздохнула она. - Знаете, я не была до конца уверена, верно ли поступила, посылая вас туда. - Она помолчала. Были проблемы?

- Да, к сожалению. Пришлось его немного проучить. Но я уверен, больше никаких неприятностей с его стороны ждать не придется.

- Вы совершенно уверены?

- Абсолютно. Кроме того, я также убежден, что Кэбот и не собирался вас шантажировать.

- О-о?

- Да, ему просто не нравится быть зависимым от женщины. Для него приятнее обратное.

- Что вы ему сказали... О нас, я имею в виду?

Я сунул в рот новую сигарету и свободной рукой прикурил.

- То, что вы предложили, Ванесса, ни больше, ни меньше. Он не слишком обрадовался.

Из трубки донесся холодный язвительный смех.

- Могу себе представить. Вы поставили ему пару фонарей?

- Один, насколько я помню.

- Вижу, вы уладили это дело, как мне и хотелось. Я вам очень... признательна.

- Подождите, пока не получите от меня счет.

- Если вы завтра заглянете, я выпишу вам чек, - предложила она.

- Достаточно будет отправить его по почте.

- Я предпочла бы, чтобы вы получили его лично.

- Почему?

- Я имею право на подробный отчет, верно? А не только на короткий телефонный разговор.

- Мне не кажется, что разговор у нас короткий, - возразил я.

- Как вы упрямы... Вы всегда такой несгибаемый?

- Не знаю, как-то не задумывался.

- Ну, тогда приезжайте завтра ко мне, и мы вместе это выясним.

- Согласен, - прежде чем продолжить разговор, я миг поколебался. - В жизни Кэбота есть несколько странных фигур...

- Вполне возможно. Он много времени проводит на Бродвее и знакомится там со всякими типами. Но почему вы заинтересовались?

- Из любопытства.

Она немного помолчала, потом заметила:

- Не думаю, что вы задаете вопросы из чистого любопытства!

- Нет.

- Вот видите! Вы имеете в виду кого-то конкретно?

- Например, мужчину по имени Эл Ларгс. Вы его знаете?

- Откуда? Нет, не припоминаю. Эл Ларгс... А я должна его знать?

- Понятия не имею. Я всего лишь спросил.

- Я не знаю и половины приятелей Уэйна Кэбота, - заявила она, и голос звучал вполне искренне. - А этот Ларгс имеет какое-то значение?

- Вполне возможно. Во всяком случае, он что-то имел против моего визита к Уэйну и пытался у меня выпытать, по какой причине я туда заявился.

- Но как же он узнал?

- Это долгая история, - вздохнул я. - Он видел, как я входил в дом Кэбота. Я же не знал, что он за мной наблюдает, а даже если бы знал, ничего бы не заподозрил, потому что Ларгса никогда не встречал.

- Вы хотите сказать, Ларгс приходил к вам?

- Нет, я к нему.

- Ничего не понимаю. Вы же только что сказали, что его не знали.

- Да, я так сказал, Ванесса, но ещё я сказал, что это очень длинная история.

- Мне тоже так кажется. Завтра вы мне подробно все расскажете, Дэйл. Но мне имя Эл Ларгс и в самом деле ничего не говорит.

- А как насчет Тэла Кэнлона? Не знаете ли вы такого парня?

- О Боже, нет, а кто это?

- Его больше нет, он мертв!

Я в общих чертах описал ей, что произошло. Когда я умолк, она испуганно воскликнула:

- Я и не думала, что вы впутаетесь в такой ужас!

- Я тоже. Я считал ваше поручение обычным делом.

Она помолчала, потом нерешительно спросила:

- Ну, оно ведь таким и было, верно?

- В самом деле? - резко бросил я.

- Ну, по сравнению с тем, во что вы сейчас вляпались - определенно. Я никогда не слышала об этих ужасных людях.

- У меня нет на этот счет ни малейшего сомнения. Но ведь могла существовать какая-то связь...

- Не понимаю, на что вы намекаете?

- Я говорю, могла существовать какая-то связь, о которой вы ничего не знаете.

- Да, может быть, - протянула она после паузы, - но какая?

- Что-то, имеющее отношение к Уэйну Кэботу.

- Вы правы... Но это совсем не обязательно должно иметь отношение ко мне.

- Не обязательно, - согласился я.

- Надеюсь, - осторожно начала она, - вам удастся не предавать огласке мое имя? В противном случае при сложившихся обстоятельствах это было бы мне очень... неприятно.

- Понимаю, - вздохнул я, - но ребята из отдела по расследованию убийств могут не понять.

- Почему? Они же не думают, что я...

- Они не знают, что и думать, и станут проверять каждую зацепку. А фамилия клиента, который послал меня к Кэботу, безусловно, зацепка. Даже если он не имеет никакого отношения к убийству. Нам нужно обо всем договориться - завтра мне нужно явиться в полицию.

- Поверьте, мне это так же неприятно, как и вам, и не только из-за вас, - продолжал я. - Частный детектив недолго продержится, если пойдут толки, что его клиенты замешаны в делах об убийстве.

- Тут вы правы, Дэйл, - согласилась она.

- Я могу лишь надеяться, что отдел по расследованию убийств не придаст огласке ваше имя, если выяснится, что вы не имеете к убийству отношения.

- Разве такое вообще возможно?

- Ну да; полиции нет никакого интереса разглашать ваше имя, если в том нет необходимости. Если, конечно, Кэбот не втянул вас во что-то, о чем вы даже не подозреваете. Как вы считаете, такое возможно?

- Не знаю. Насколько я могу судить, в наших отношениях с Кэботом не было ничего криминального, - она нервно хмыкнула и спросила: - Что вы собираетесь предпринять?

- Пока не знаю.

- Попытаетесь выяснить, что за этим кроется?

- Пожалуй, придется попробовать.

- Убеждена, вы добьетесь успеха, Дэйл.

- Мне бы ваш оптимизм, - вздохнул я.

- Я ведь вам говорила, что разбираюсь в мужчинах. Так, значит, увидимся завтра?

- Хорошо, - согласился я и повесил трубку. Затем открыл дверь - и тут же столкнулся с высокой рыжеволосой девушкой в красном бархатном плаще. Плащ был распахнут, и под ним я увидел элегантный облегающий костюм джерси. От неожиданности она выпустила из рук сумочку. Та упала на пол и раскрылась.

- Извините, пожалуйста, - я наклонился за сумкой. Пришлось собирать разлетевшиеся по полу типичные женские мелочи: пудреницу, губную помаду, флакончик духов, противозачаточные пилюли в серебристой фольге, золотой портсигар и какую-то фотографию.

Прежде чем сложить вещи в сумочку я почти машинально покосился на фото и пораженно уставился на девушку. Парня на фото я видел дважды: один раз живого, второй - мертвого. Это был Тэл Кэнлон.

Я сунул фотографию к другим вещам и вернул рыжеволосой красотке её сумочку. У неё были зеленые глаза и чувственные ярко-красные губы.

- Большое спасибо, - улыбнулась она. - Я вас не видела и потому не ожидала, что кто-то выйдет из кабины именно в тот момент, когда я буду проходить мимо.

Я услышал, как мой голос произнес:

- Человек на фото... Я его знаю и сегодня видел.

- В самом деле? - равнодушно спросила она. Что-то уж слишком равнодушно, и, если я не ошибался, с оттенком недоверия.

- Я не его приятель, - поспешно продолжал я, - просто он хотел поговорить со мной по одному делу.

- Ага, - она закрыла сумочку, но уходить не собиралась.

- Его фамилия Кэнлон, не так ли?

Она кивнула, и в глазах её проступил вопрос, который она не решилась высказать.

- Вы его ищете? - осведомился я.

- Да.

- Разве у вас нет его адреса?

- Нет.

Она поколебалась, прежде чем продолжить.

- Видите ли, дело это довольно сложное. По некоторым причинам мне нужно его найти. Можете мне сказать, где он?

- Да, могу, - я чувствовал себя не в своей тарелке.

- О, тогда...

- Для вас это очень важно, мисс?..

- Винсент, Лейн Винсент. Я специально приехала из Лос-Анжелеса. Пожалуйста... Если вы можете помочь... Для меня это очень важно.

- Я здесь с друзьями, мисс Винсент. Меня зовут Дэйл Шэнд. Не желаете к нам присоединиться?

- Нет, - покачала она головой, - пожалуйста, не поймите меня неправильно. Это чисто личное дело, и я не хотела бы говорить о нем с другими. Но если вы его друг... О нет, вы же сказали, что вы ему не друг...

- Это верно, мисс Винсент. У меня с ним были чисто деловые отношения, одно довольно неприятное дело.

- Все, что имеет отношение к Кэнлону, приятным не назовешь. Это одна из причин, почему я не хотела говорить о нем с другими, - она скривила рот.

- Почему вы решили, что он может быть здесь?

- Ничего я не решила. Я просто случайно проходила мимо и вдруг решила зайти. Подумала, что он определенно торчит в каком-нибудь баре.

- Гарантирую, что не в этом. Кроме того, это закрытый клуб. Но если вы измените свое решение, я с удовольствием вас приглашу. Я - член этого клуба.

- Нет... Я бы не хотела... - она задумчиво взглянула на меня, потом продолжила: - Знаете, у меня поблизости квартира. Ее снял для меня один... один знакомый. Вы сможете ко мне зайти, когда ваши знакомые уйдут?

- Охотно. Тогда я смогу рассказать вам все, что знаю.

Она выудила из сумочки клочок бумаги, что-то черкнула на нем и сунула мне. Я бросил на него взгляд - там стоял номер телефона и адрес жилого дома совсем недалеко от Сентрал Парк Вест. Высокое здание из стекла и бетона, но далеко не такое высокое, как плата за аренду в нем жилья.

Когда я поднял глаза, она уже выходила на улицу. Я сунул записку с адресом в жилетный карман и вернулся к бару, где меня ждали Нэнси и Марти.

По неизвестной причине меня мучили угрызения совести.

В четверть двенадцатого я доставил Нэнси домой. Я ничего ей не сказал о рыжеволосой красотке, которая ждала моего визита, но совесть моя была нечиста не поэтому. Нэнси я не сказал только потому, чтобы она не увязла в деле ещё глубже. Один человек уже умер - и если она станет на пути убийцы, он не обойдется с ней любезнее лишь потому, что она женщина.

Тем не менее я вел себя непривычно тихо. Наш первый совместный вечер явно не задался.

Небольшой вестибюль был пуст. Горела только одна лампа. Пожилого мужчину, заменявшего Нэнси на выходные, нигде не было видно. Вероятно, он улегся спать, решив, что ночных разговоров уже не будет - а если и будут, так черт с ними.

Нэнси жила на первом этаже. Я это знал, хотя никогда у неё не был. Когда мы остановились у её двери, она внезапно подняла глаза и спросила напрямую:

- Тебя что-то беспокоит, верно?

- Нет, Нэнси, ничего.

- Ты не умеешь лгать, Дэйл.

- Я же сказал, ничего.

Она попыталась улыбнуться.

- Ты просто не хочешь мне сказать.

Я не знал, что ответить.

- Сегодня вечером ты что-то очень тихо себя вел, хотя обычно любишь поговорить, - продолжала она. - Может быть, это из-за меня?

- Да, - кивнул я. - Хотя я не знаю, что за всем этим кроется, но ни в коем случае не хочу, чтобы ты была ним как-то связана. Это чересчур опасно.

Она посмотрела мне в глаза.

- Ты не разбираешься в женщинах, Дэйл.

- Разве есть мужчины, которые на такое способны? - улыбнулся я.

- Это просто отговорка, - спокойно возразила она. - Полагаю, ты разбираешься в женщинах, когда речь идет о том, чтобы с кем-то переспать, она усмехнулась. - Не смотри на меня так шокировано, в твоем возрасте у тебя наверняка хватает подобного опыта. Я не это имела в виду, я хотела сказать, ты не понимаешь, что происходит у женщины в голове.

- Может, ты и права, - неохотно согласился я. - Поэтому я и не позволяю тебе излишне рисковать.

- Почему же?

- Это было бы непорядочно.

- Но я сама могу решить...

- Нет, Нэнси, нет. Я этого не допущу.

Она достала из сумочки ключ и вставила его в замок. Потом повернулась ко мне.

- Очень мило, что ты так считаешь, Дэйл, хотя прошу обратить внимание, что в няньках я не нуждаюсь.

- Сожалею, но я не могу допустить, чтобы ты оказалась в это втянута, я крепко её обнял и поцеловал, прекрасно сознавая, что поцелуй отнюдь не братский.

Я ощутил прикосновение её тела, почувствовал, как она задрожала...

Но Нэнси высвободилась и поспешила открыть дверь.

Может быть, стоило последовать за ней, но я только стоял и смотрел.

- Спокойной ночи, Дэйл, - шепнула она.

Дверь давно тихо закрылась, а я все ещё продолжал стоять, уставившись на неё и затаив дыхание. Потом медленно начал отходить.

Я спрашивал себя, что она могла подумать. Хотя прекрасно знал, что именно. Знал, что хотел её. Хотел до боли. Но не так просто - мимоходом, как-будто ничего и не было. Я знал, что с Нэнси я не смог бы так, не смог её обидеть.

Мысли мельтешили у меня в голове, действуя на нервы.

- Ну-ну, Шэнд, - сказал внутренний голос. - Ты же непременно должен быть свободен, ты этого никак не заслужил. Никаких обязательств, никаких цепей. Уходи и продолжай жить своей никчемной жизнью. Оставайся свободным, приходи и впредь по вечерам домой один, в пустую квартиру, пока кто-нибудь однажды не прихлопнет тебя вместе с твоей проклятой свободой, которую ты тратишь на то, чтобы за жалкую горстку долларов копаться в чужом грязном белье.

Да-да, я все это знал, прекрасно знал, но так я, по крайней мере, сам себе хозяин, и никто мне не указывает, что я должен делать или что могу себе позволить... Вот за это я плачу такую цену.

Втягивать Нэнси в подобную жизнь мне совесть не позволит.

- Но почему же, Шэнд, не будь глупцом! Она ведь хочет быть с тобой. Потому что она удивительная, прекрасная женщина, Шэнд, и потому, что ты влюблен в нее... или даже любишь её, Шэнд.

Мне хотелось вышибить эту дверь и заключить её в объятия, почувствовать губами её губы, шептать ей на ухо все те прекрасные нежные глупости...

И все же я этого не хотел. Я не знал, чего вообще хотел.

Я закурил и медленно побрел наверх, к себе.

YII.

В своей ванной я уставился в зеркало. Оттуда на меня смотрело до смерти усталое лицо. Глаза красные, и мне явно следовало побриться, прежде чем навестить рыжеволосую красотку. Но, в конце концов, мне от неё ничего нужно не было.

Отражение в зеркале мне ухмыльнулось.

Как объяснить Нэнси мой визит среди ночи к роскошной красотке?

В конце концов, я не обязан Нэнси что-то объяснять! Или все же...

Во всяком случае, бриться я не стал, а сунул голову под кран и пустил холодную воду. Потом причесался и направился на кухню, чтобы сварить кофе. Без него я бы не выдержал. Затем позвонил Лейн Винсент.

Она удивилась:

- Какой сюрприз! Я вас уже и не ждала.

Прежде звучавшее в её голосе напряжение, казалось, исчезло.

- Я только что вернулся домой, мисс Винсент.

- Но все ещё хотите заглянуть ко мне?

- Да. Только быстренько сварю себе чашку крепкого кофе и минут через десять выхожу.

- У меня тоже есть кофе, кроме того, могу предложить сэндвичи и бурбон, мистер Шэнд.

- Против этого возразить нечего, - вздохнул я. - Выключаю плиту и немедленно двигаюсь к вам.

- Договорились, - она повесила трубку.

Я решил пойти пешком. Жила она неподалеку, и не хотелось зря выводить машину из гаража. После дождя на улице посвежело. Ночь была ясной, звезды сверкали на небе во всем великолепии.

Дом её находился на Восьмидесятой улице, между Централ Парк вест и Восемьдесят первой. Квартиры на первом этаже имели отдельные входы, как в доме, где жил Уэйн Кэбот. Апартаменты Лейн Винсент располагались именно на первом этаже, а вход в них находился справа от вестибюля.

Я нажал кнопку звонка, выбросил сигарету и начал тихо насвистывать. Как обычно, фальшиво.

Затем открылась дверь, и предо мной предстала Лейн Винсент в зеленом шелковом платье.

Она пригласила меня войти, закрыла за мной дверь и провела в элегантно обставленную гостиную с большим камином. На полированном столе стоял поднос с сэндвичами, охлажденным виски и свежезаваренным кофе.

Я опустился в одно из мягких кресел и посмотрел на хозяйку. Мисс Винсент достала из бара два стакана, подала один мне и поставила на тот же стол лед и имбирный эль.

- Для девушки, которая ищет друга, вы выглядите не слишком обеспокоенной.

- А я должна так выглядеть? - спросила она.

- Несколько часов назад у вас был куда более встревоженный вид.

- В самом деле? Я сама того не сознавала.

- Тогда ваше беспокойство было более неприкрытым.

- Вероятно, вы правы. Пожалуй, я с ним справилась, - кивнула она.

- Но несмотря на это все равно хотите знать, где Тэл Кэнлон?

Она опустилась на диван цвета слоновой кости, закинула ногу на ногу и равнодушно посмотрела на меня.

- Да, хотелось бы.

- Почему?

- Вы задаете слишком много вопросов, мистер Шэнд. Но, вероятно, имеете на это право.

- Не знаю, почему, но меня интересует, какая связь существует между вами и Тэлом Кэнлоном. И буду благодарен, если вы меня на сей счет просветите.

Я подался вперед, вращая стакан между пальцами.

Она задумалась, потом заговорила.

- Я приехала в Нью-Йорк, чтобы с ним встретиться. И обманула вас, когда сказала, что эту квартиру снял для меня один знакомый. Это квартира Тэла Кэнлона.

Она взглянула на меня, чтобы увидеть мою реакцию на её откровенность.

- Тогда вы, стало быть, его любовница, мисс Винсент? холодно поинтересовался я.

- Не торопитесь, мистер Шэнд. Я только хотела ей стать. Собственно говоря, я знаю Кэнлона всего неделю-другую. Я и без того собиралась перебраться в Нью-Йорк и говорила с ним об этом. А он без обидняков спросил меня, не хочу ли я жить вместе с ним. Я подумала и спустя несколько дней согласилась.

- Ну, это ваше дело, мисс Винсент. Вы не обязаны мне это рассказывать.

- Конечно нет, мистер Шэнд. Но вы должны услышать всю историю. Я не люблю недосказанностей. Итак, я согласилась сойтись с Джорджем и стать его любовницей - на какое-то время. Скажем, пока это будет доставлять мне удовольствие.

- Или ему.

- Может быть и так. Я знала, что это ненадолго, не говоря уже о том, чтобы навсегда. Джордж не из тех, кто мечтает о женитьбе.

- Джордж - это его настоящее имя? Я так и думал, что Тэлл - только прозвище. (Тэлл - англ. - высокий, прим. пер.).

- Да, и он очень им гордился.

- Я думаю, не налить ли мне немного вашего кофе. - перебил я.

- Пожалуйста, мистер Шэнд, сколько угодно, - она придвинула мне поднос с сэндвичами и налила кофе в мою чашку.

- За Кэнлоном длинный хвост судимостей и всяких темных дел, не так ли? - спросил я.

- Не знаю, но это бы меня не удивило. У меня было впечатление, что на Западном побережье у него возникли проблемы, просто земля горела под ногами. Когда он мне сказал, что отправляется в Нью-Йорк, то вскользь упомянул, что получил здесь несколько хороших предложений. Понятия не имею, каких. Да я и не спрашивала. Я только собиралась некоторое время с ним пожить - и больше ничего.

- Если вы сознавали возможность того, что Кэнлон преступает закон, то рисковали тоже оказаться в сложном положении.

- Жизнь полна риска, мистер Шэнд.

- Значит, вам это безразлично?

- Да, некоторые готовы рисковать, другие боятся, - она надкусила сэндвич с сыром и майонезом и продолжала: - Но я не знаю, чем занимается Кэнлон, и никоим образом не имею к этому отношения. Хочу, чтобы вы это поняли!

Я пожал плечами.

- А что произошло, когда вы прибыли сюда, мисс Винсент?

- Джордж снял эту квартиру и выехал раньше меня. Я прилетела лишь сегодня утром и его не нашла. Он не приехал за мной в аэропорт, как я ожидала, его не оказалось даже здесь, и никакой записки. Я была вне себя. К счастью, у меня был ключ, и в ожидании Джорджа я тут недурно устроилась.

Дело шло к вечеру, он не появлялся, и я начала скучать. Кроме вас, я не знаю в Нью-Йорке ни единой души. Потом я решила посмотреть город. И забрела в тот ресторанчик в Вилидже, где встретила вас. Тэл Кэнлон до сих пор не объявился, но вы хотели мне сказать, где он находится.

- Да, мисс Винсент. Но прежде ещё один, последний вопрос. Как по вашему, могло быть, что Кэнлон прибыл в Нью-Йорк по делам? Я имею в виду, не работал ли он в Лос-Анжелесе в последнее время с кем-то, кто мог послать его в Нью-Йорк?

- Не думаю... Хотя подождите. Незадолго до отъезда он встречался с одним человеком. Какой-то плейбой, проводивший отпуск на побережье. Кэнлон мне рассказывал, что это рослый привлекательный мужчина. Сама я его никогда не видела, но знаю, как его зовут. Уэйн Кэбот.

У меня отвисла челюсть. Ошеломленный услышанным, я протянул:

- Тогда мне лучше рассказать вам, кто я такой и почему причастен к этому делу. Я частный детектив. Не пугайтесь. Я тут не для того, чтобы отнимать работу у полиции, мисс Винсент. С точки зрения моей профессии вы меня не интересуете.

За следующих пять минут я сообщил ей, что случилось в тот сумасшедший день.

Она выслушала меня с непроницаемым лицом, ни разу не прервав рассказ. Только нервно крутила свое единственное украшение - тонкое кольцо с брильянтом на левом мизинце.

Я рассказал ей все, за исключением того, что нашел Кэнлона мертвым в квартире Клея.

- Не понимаю, мистер Шэнд, зачем вы мне все это рассказали, - она загасила свою сигарету. - Вы можете сказать мне, где Джордж находится сейчас?

- Да, - кивнул я.

- Может быть, у него нелады с законом? - её голос стал холоднее.

- Нет.

Я подошел к бару и смешал нам две порции покрепче. Именно это ей сейчас понадобится.

- Так или иначе, скоро вы об этом все равно узнали бы, мисс Винсент... Но хотелось бы, чтоб сообщить вам довелось не мне. Кэнлон мертв.

Она даже не шелохнулась. Только пристально смотрела на меня, но, казалось, взгляд её пронзал меня насквозь. Лицо её стало мертвенно бледным.

Прошла половина вечности.

- Дайте мне, пожалуйста, сигарету, - наконец попросила она, глубоко затянулась и закашлялась. Потом залпом опорожнила стоявший перед ней стакан.

- Как это случилось?

- Его застрелили.

Я рассказал ей, как нашел тело. Она вздрогнула.

- Убийство? Я не знала...

- Таким людям, как Кэнлон, следует считаться с возможностью подобного исхода, мисс Винсент, - заметил я. - Сожалею, что мне понадобилось столько времени, чтобы сказать вам о его смерти. Я хотел выяснить, какого рода отношения были у вас с Кэнлоном.

- Теперь вы это знаете, - вздохнула она. - Я не сходила по нему с ума, но... Он умел быть весьма... занятным.

Она едва сдерживала слезы.

- А теперь он мертв, а мы даже не были вместе...

- Сожалею, мисс Винсент.

- Не говорите глупости, мистер Шэнд. С какой стати вам об этом сожалеть?

- Я сожалею, что он умер, - вот что я имел в виду.

- За меня не беспокойтесь, я переживу. И, пожалуйста, налейте мне еще.

Я наполнил стаканы. Она отхлебнула из своего и негромко сказала:

- Когда я говорила, что ничего не знаю о делах Кэнлона, я не лгала. Но, похоже, он стал кому-то поперек дороги, верно?

- Верно.

- Кому-то нужно было его убрать, кому-то важна была его смерть... она замолчала.

- Мисс Винсент, - заметил я, - вы можете ничего не знать о его делах, но у вас есть какое-то предположение. Разве не так?

- Я... Я ничего не знаю.

- Думаю, мисс Винсент, кое-что вы знаете, или о чем-то догадываетесь, верно?

- Пожалуйста... Я не хочу...

- Хотя вы не любили Кэнлона, но были готовы с ним жить. Следовательно, он был вам симпатичен.

- Это ещё ничего не значит, - запротестовала она.

- Я ничего не утверждаю. Но вы сами признались, что Кэнлон вам нравился. Этого достаточно, чтобы помочь найти его убийцу?

Какое-то мгновение она молчала, потом решительно кивнула.

- Да!

- Кэнлон связался с кем-то, кто оказался для него слишком крутым, продолжал я. - Подозревать человека в плаще с капюшоном у меня нет никаких оснований. Возможно, Кэнлона убил Эл Ларгс или его телохранитель Лон Келман.

Она внезапно вздрогнула.

- Я их не знаю, но слышала о них не раз, а Келмана однажды видела. Совсем недавно. Какой-то серый тип...

- Правильно, это Келман. Такую внешность он заработал в каторжной тюрьме, - кивнул я. - Кэнлон, видимо, считал, что Келмана оттуда кто-то вытащил, причем кто-то достаточно влиятельный, чтобы провернуть такое дело. Ведь для такого нужна колоссальная организация и большие деньги. Тому, кто вытащил Келмана, он был нужен позарез.

- Мы встретили Келмана в одном клубе на Сансет стрип, монотонно заговорила она. - Я видела его только единственный раз. Но помню, что сказал Кэнлон после того, как он ушел. Он сказал: Келман - неизлечимый случай. И больше ничего говорить не хотел.

- Кэнлон был совершенно прав, - согласился я. - Мне известны люди типа Келмана. Его не нужно заставлять убить кого-то, он это сделает ради удовольствия.

- Разве это не ужасно?

- Такие люди, как Кэнлон, имеют привычку впутываться в ужасные вещи, мисс Винсент.

Она вздрогнула.

- Нет, Джордж никого не убивал!

- Я этого не утверждаю, мисс Винсент, - успокоил я. Только хочу заметить, что он был замешан во множестве темных дел. Кто зарабатывает себе на жизнь преступлениями, рано или поздно обязательно сталкивается с насилием.

- А частные детективы разве нет?

- И мы тоже, как и полиция. Только доходы наши куда ниже. С другой стороны, я могу спать со спокойной совестью, саркастически пояснил я.

- И не боясь, что ночью кто-то постучит, чтобы вас забрать.

- Не всегда... Разница в том, что меня в этом случае вызывают не для того, чтобы отправить за решетку.

- Выпьем ещё немного, - предложила она.

- Благодарю, я выпил уже два стакана, - отказался я.

- Но ведь это для вас не предел, мистер Шэнд? - кокетливо улыбнулась она.

- Нет, - согласился я.

- А мне просто необходимо ещё выпить.

Она встала.

- Не поймите меня неправильно. Смерть Джорджа не разбила мое сердце, но все же очень огорчила.

Она наполнила стакан и снова села.

- Что вы теперь будете делать? - спросил я, просто чтобы хоть что-то сказать.

Откровенно говоря, мне было совершенно безразлично, что она собирается делать.

- Не знаю, я ещё не думала, - отмахнулась она.

- Мисс Винсент, вы не думаете, что вам лучше позаботиться о билете на самолет и улететь обратно в Лос-Анжелес?

Она вынула изо рта сигарету, положив другую руку на колени. От этого движения край её юбки приподнялся, обнажив красивое, хотя несколько костлявое колено.

- Может быть, - протянула она, - не уверена. Эта квартира снята на три месяца и оплачена вперед. У меня есть три сотни долларов в сумочке и три тысячи - в банке. Значит, я могла бы себе позволить на некоторое время задержаться здесь.

Я ухмыльнулся.

- Пока не подберете нового приятеля?

- Может быть, - улыбнулась она. - Люблю жить широко, а для этого нужны деньги или парень, у которого они есть. Разве это так плохо?

- Здесь могут быть разные мнения, - возразил я.

- Вы, вероятно, думаете, что я расчетлива и холодна, как лед? Послушайте, я родилась на темной стороне улицы. Пересечь её - пересечь целой и невредимой - совсем непросто. Но мне это удалось. Тогда я приохотилась к хорошей еде, красивой одежде и большим деньгам.

- Все зависит от того, на что человек ради этого готов, вставил я.

- И на что же именно? - улыбнулась она.

- Например, жить в грехе?

Она рассмеялась.

- Не будьте старомодны, мистер Шэнд. Сегодня это так уже не называют, не те времена. Кроме того, я уже говорила, вы не должны неверно про меня думать.

- То, что вы мне рассказали о себе, не позволяет думать иначе.

- Полагаю, вы в самом деле неверно меня оцениваете, вздохнула она. Мной можно обладать. Но не кому попало.

- Так говорят все женщины.

- И все так делают? - иронически хмыкнула она.

- Видимо, это машинальная защитная реакция, призванная вытеснить комплекс вины, - не унимался я.

- Это из Фрейда?

- Не знаю, но меня не удивило бы. Старик знал, что говорил.

- Не стану спорить, я его никогда не читала. Мне никто не нужен, чтобы объяснить мне мое "Я". Я никогда не страдала комплексом вины. Просто хотела устроить свою жизнь так, как мне нравится. Если я на своем пути наверх раз-другой споткнулась, это был допустимый риск. У меня было достаточно оснований принять предложение Джорджа: я хотела приехать в Нью-Йорк и с удовольствием пожить в такой квартире. Я даже любила Джорджа - совсем немного. Но с кем попало я не лягу. Я делаю свой выбор, и только я. Вот главное.

- Как вам угодно, мисс Винсент.

- О нет, я хочу, чтобы вы это поняли!

- Договорились. Скажите, у вас нет догадок, какого рода дело могло свести Кэнлона с Уэйном Кэботом?

Она откинулась на мягкие подушки.

- Поверьте мне, я в самом деле ничего не знаю. Если бы знала, то сказала бы. Мне терять нечего.

- Я подозреваю небольшой миленький шантаж, - протянул я. Кэбот был подходящим объектом.

- Возможно, - согласилась она, - но почему вас это все ещё интересует?

- Вы хотите сказать, что меня это уже не касается?

- Вот именно. Зачем вам для других таскать каштаны из огня и подставлять свой лоб? Никто вам за это даже спасибо не скажет, не говоря о том, чтобы заплатить.

- Но за этой историей должно скрываться нечто вполне конкретное.

- И вы хотите выяснить, что именно?

- Вот именно!

- Вы странный человек, мистер Шэнд.

- Нет, просто безнадежно любопытный.

- Будьте откровенны, мистер Шэнд. Вы не можете перенести, что что-то случилось, а вы не знаете, в чем тут дело. К сожалению, я вам не слишком помогла.

- Кто знает, - возразил я.

Она не ответила и отвернулась, поигрывая носком туфли в длинном ворсе пушистого ковра.

Затем, не глядя на меня, сказала вдруг осипшим голосом:

- У меня больше нет мужчины. Тогда, быть может, пора поискать нового?

- Зачем?

- Не задавайте глупых вопросов, мистер Шэнд!

- Если вы намерены занести в свой список меня, выбросьте это из головы. Я зарабатываю не больше полусотни долларов в день - когда работаю.

Она взглянула мне в глаза.

- Я могла бы сделать исключение. Когда вы налетели на меня у телефонной будки в заведении Марти Элтона, я сразу на вас глаз положила. Вы тут же стали мне симпатичны. И если вы решите подсесть ко мне, звать на помощь я не стану.

- Большое спасибо за столь любезное приглашение, мисс Винсент.

Она холодно усмехнулась.

- Только не говорите, будто вы застенчивы. У вас вид человека бывалого.

Я пристально посмотрел на неё сверху вниз. Она уже совсем разлеглась на софе, а я в конце концов всего лишь мужчина. Откинув голову и приоткрыв пунцовые губы, она призывно смотрела на меня.

Я подумал о Нэнси. Связаться с этой рыжей нимфой было бы непорядочно по отношению к ней. Но, с другой стороны, не стоит портить игру и упускать такой прекрасный случай.

- Что случилось? Или вы женаты? - нимфа явно начинала терять терпение.

- Нет.

- Есть постоянная подруга?

- Нет...

- Тогда не понимаю... - она медленно расстегнула пуговицы на платье до талии. Под платьем ничего не было.

Я сглотнул, встал и склонился на ней.

- Вы не побрились, - прошептала она.

- Знаю.

- Но это ничего...

Она протянула ко мне длинные узкие ладони. Я взял их, и мои пальцы поползли вверх, к её обнаженным плечам.

Нэнси была забыта. Я чувствовал, как тело Лейн дрожит под моими прикосновениями.

- Это будет прекрасно, - прошептала она едва слышно. - Я люблю мужчин, которые...

Тут она осеклась. Краски сползли с её лица, она смотрела поверх моего плеча.

Я моментально обернулся, но было слишком поздно. Дверь успела бесшумно открыться, и в комнате уже стоял мужчина. В правой руке он сжимал взведенный "кольт". Его серое лицо было непроницаемо. "Кольт" был тот самый, с которым я его уже видел, только теперь на ствол был навернут глушитель.

Свободной рукой он прикрыл за собой дверь.

- Я повсюду искал тебя, детка, - голос его звучал тихо и угрожающе.

Дело оборачивалось скверно...

YIII.

Лейн Винсент вскочила, пытаясь прикрыть обнаженную грудь.

- Келман... - она выговорила его фамилию, как собственный смертный приговор.

Он подошел ближе, ткнул её стволом в живот и повторил:

- Я искал тебя, детка.

- Зачем? - словно выплюнула она ему навстречу. Только что она казалась до смерти напуганной, но теперь все как рукой сняло.

- Есть причины, - буркнул он. - Нам с тобой нужно серьезно побеседовать.

- О чем?

- О многом, - он кивнул на гардероб. - Бери шляпку и плащ. Мы уходим.

- Она только сегодня приехала В Нью-Йорк. Откуда, Келман, вы узнали, где её искать? - спросил я.

Он покосился на меня, и внезапно глаза его беспокойно блеснули.

- Ты умный парень, Шэнд. Слишком умный, чтобы оставаться в живых.

- Это квартира Кэнлона, - невозмутимо продолжал я. - Но вы могли узнать про нее, только если Кэнлон сам вам сказал...

- Заткнись!

- Или если он носил при себе этот адрес. Но я уверен, что вам он его не показывал. Верно?

- Заткни пасть, я сказал!

- У вас была единственная возможность прийти по этому адресу: забрать его у Кэнлона.

Лейн Винсент вздрогнула. Глаза её расширились от ужаса.

- Вы... Вы его убили.

Сальная ухмылка растеклась по уродливой физиономии Келмана.

- Верно, - кивнул он. - И зачем мне это отрицать? Никто из вас не сможет дать показания против меня - ваше время вышло. Да, я выследил Кэнлона в захудалом районе, и подумал сначала, что он заблудился. Не мог поверить, что подобный тип поселится в таких трущобах.

- Так оно и было, Келман, - перебил я. - Кэнлон там не жил.

Ухмылку словно кто-то стер с его лица. Он провел кончиком языка по губам и протянул:

- Но этот адрес я нашел в его бумажнике. Не понимаю... Если то жилье снимал не Кэнлон, то кто же?

Пока он говорил, я медленно отступал назад, пока не уперся бедром в спинку софы. Я выжидал подходящего момента обезоружить Келмана...

Если такой вообще представится.

- Не делайте глупостей, Шэнд! И скажите, кто снял ту квартиру.

- Один парень по имени Ларри Клей, - ответил я.

- Не знаю я никакого Ларри Клея, - возразил Келман. - Но нюхом чую, это не спроста... Я должен знать, в чем дело, Шэнд.

- Я тоже бы не отказался.

Он сдержанно хмыкнул.

- Скоро тебе станет все равно, Шэнд.

- Вам доставило удовольствие прикончить Кэнлона?

На шее Келмана нервно дернулся кадык. Глаза полыхнули огнем. В зрачках застыло холодное бешенство.

Когда он раскрыл рот, голос был едва слышен.

- Не задавай таких вопросов, Шэнд!

Он посмотрел на Лейн Винсент.

- Я сказал, чтобы ты собирала вещи, детка.

- Зачем? - спокойно поинтересовалась она.

- Я хочу с тобой поговорить.

- Я видела вас только раз в жизни, так что не знаю, о чем мы можем разговаривать, - возразила она.

- Я кое-что хочу узнать о Кэнлоне, и ты мне это скажешь!

- Я ничего не знаю о его делах! - Похоже, страх у Лейн Винсет совсем прошел. - Вы зря теряете время.

Он шагнул в её сторону.

- Ты скажешь мне все, что я захочу узнать. Все, поняла?

- Не смогу, даже если бы захотела. Я ничего не знаю.

- Во всяком случае, сейчас ты пойдешь со мной. Мы поищем тихое уютное местечко, где нас никто не услышит. И обещаю, когда я с тобой закончу, я буду знать все, что захочу. Но сначала я покончу с эти шпиком!

Он направил револьвер на меня. Я упал за мгновение до выстрела. Пуля угодила в спинку софы надо мной. Прячась за софой, я достал свой "люгер", выглянул и увидел, что свободной рукой Келман схватил Лейн Винсент и заслонился ею, как щитом.

В тот же миг, когда я снял оружие с предохранителя, погас свет. Я отскочил далеко в сторону, уходя от луча карманного фонарика, и распластался на полу.

Еще раз полыхнуло пламя выстрела.

Мрак разорвал скрипучий хохот, и дверь захлопнулась. Вскочив, я бросился туда. Но в замке уже повернулся ключ.

Я попытался высадить дверь плечом. Она не подалась ни на дюйм. Пришлось прицелиться в замок и жать на спуск. Стрелять понадобилось дважды, прежде чем дверь открылась.

Но Келман уже исчез.

Куда же он девался?

В вестибюле все было тихо, хотя выстрел из моего "люгера" по идее должен был привлечь внимание.

Я остановился, тяжело дыша. На улице взревел мотор машины. Должно быть, Келман. А у меня машины нет. Какого черта я пошел пешком?

Я вернулся в прихожую. Затеплилась слабая надежда. Схватив телефонную трубку, я сунул в рот очередную сигарету. Дым был горяч, и в горле запершило.

Я набрал номер. Ответом были длинные гудки. Может быть, его нет дома?

Холодный пот стекал по позвоночнику. Наконец Эл Ларгс ответил.

Я прохрипел:

- Шэнд говорит.

- Что случилось, сыщик?

- Келман! - заорал я. - Где эта свинья?

- Он ушел... ещё несколько часов назад.

- Где он сейчас, Ларгс?

- Чего психуешь, сыщик?

- Я нахожусь в квартире между Централ Парк Вест и Восемьдесят первой улицей. Келман был здесь и только что ушел.

- Тогда зачем же спрашивать, где он?

- За это время он мог вернуться к вам, или вернется с минуты на минуту.

- Не понимаю, о чем вы.

- В самом деле?

- Точно! - голос его звучал довольно озабоченно. - Скажите толком, Шэнд, что произошло, и на кой черт вам Келман?

- Вы же знаете человека по фамилии Кэнлон, верно?

- Да... да, я его знаю.

- Сегодня вечером Келман его убил. Убил в чужой квартире.

Ларгс молчал.

- Вы меня поняли? - переспросил я.

- Да, - голос его дрогнул, - понял.

- Почему вы велели убить Кэнлона, Ларгс?

- С чего вы взяли, что я замешан в это дело? - взбеленился он.

- А разве нет?

- Нет, Шэнд, ни в коем случае.

- Не порите чушь, Ларгс! Келман работает на вас.

- Черт побери, но я не приказывал Келману его убивать. Должно быть, они где-то встретились, и в Келмане проснулся инстинкт убийцы. Вы же знаете, что он за тип. Но я не хочу иметь с этим ничего общего.

- Этого не избежать, Ларгс. Все знают, что Келман работает на вас.

- Но ведь не киллером... Проклятая свинья! Я плачу ему и возмещаю расходы, когда он выполняет мои поручения...

- Сколько он получит в возмещение расходов на это убийство?

- Черт возьми, Шэнд, я ничего ему не поручал. Никто не сможет это мне навесить. Его гонорар и накладные расходы заносятся в книгу, как положено. И то, что я плачу ему, вовсе не доказывает, что он убил по моему приказу. Боже мой, Шэнд, вы должны мне верить...

- Для вас важнее, чтобы вам поверила полиция.

- Это уже предоставьте мне. Зачем вы мне все это рассказали? Вступили в Армию Спасения?

- Нет, и не собираюсь. Дело в следующем. Квартиру, в которой я нахожусь, снял Кэнлон. Здесь он должен был встретить девушку, которая утром прибыла из Лос-Анжелеса. Не обнаружив Кэнлона, она забеспокоилась. Кстати, зовут её Лейн Винсент. Этакая рыжеволосая штучка... Я с ней чисто случайно познакомился, когда она металась по городу в поисках Кэнлона. Меньше часа назад мы с ней пришли сюда, и тут внезапно появился Кэнлон. Со своей игрушкой в руке...

- И что дальше? - голос Эла Ларгса был сух и резок.

- Он её не застрелил - но похитил.

- О, Господи, не может быть! - простонал Ларгс. - Клянусь, я не имею к этому...

- Келман выключил свет, схватил фонарик и стрелял в меня. Вероятно, он думает, что я мертв, - перебил я. - Я хочу знать, где он!

Ларгс тяжело вздохнул.

- Я уже говорил, что этого не знаю... Но погодите-ка... Вы сказали, он захватил с собой девушку?

- Вот именно. И куда был он с ней не направился, я должен там быть раньше него.

- Келман думает, что она что-то знает, и повезет её в такое место, где сможет без помех развязать ей язык, верно?

- Да, - бросил я, - и вы не хуже меня знаете, что это означает.

- Да, Келмана я знаю. Он станет её пытать, натешится вволю, а потом убьет. Ладно, я помогу вам. Слушайте внимательно. У Келмана в Нью-Йорке нет никаких связей, и существует только одно место, куда он её может привезти: сюда.

- Но Келман знает, что вы дома.

- Я уезжаю, Келман это знает. Они останутся совсем одни. Вероятно, он отведет её в подвал.

- Спасибо, Эл, - перебил я, - я уже еду.

- Ладно, когда вы сюда доберетесь, меня уже не будет, вздохнул он. Вижу, пора мне сматываться. Но я не забуду, что вы для меня сделали, и при случае...

Я его больше не слушал, а бросил трубку и кинулся ловить такси. Когда мы подъехали к дому Ларгса, я зашел в телефонную будку, стоявшую наискосок напротив, и позвонил Магулису. Рассказал в общих чертах, что произошло, затем пересек улицу и углубился в зияющую тьму, окружавшую дом Ларгса.

Я бесшумно пробирался вдоль стены. Ворота на задний двор стояли раскрытыми настежь. Я видел силуэт какого-то автомобиля, но не "де сото". Должно быть, в том укатил Эл Ларгс, поспешивший исчезнуть после моего звонка.

Я миновал задний двор и отыскал ту дверь, в которую меня впустили в прошлый раз.

Дверь оставалась приоткрытой, и я осторожно скользнул внутрь, стараясь не производить ни малейшего шума.

Прихожая была пуста.

Я снял с предохранителя свой "люгер" и наощупь двинулся вперед, стараясь не дышать. Хотя свет в прихожей не горел, я без труда нашел дверь в комнату, где мы беседовали с Ларгсом.

Опустившись на колени, я медленно нажал на дверь. Она бесшумно отворилась, за ней по-прежнему стояла тишина. Хотя я этого и ожидал, но поспешил включить свет и поспешил отскочить в сторону.

Ничего!

Я вошел, держа пистолет наготове. Не отходя от двери, окинул взглядом всю комнату. Она была пуста, никаких следов Келмана.

Пришлось погасить свет и вернуться в прихожую. Воздух был тяжелым и удушливым. Дом был полон звуков, типичных для таких старых развалин звуков, от которых стыла кровь, которые казались почти человеческими, однако к людям отношения не имели.

Я достал свой карманный фонарь. Луч его пошарил по стенам и нащупал широкую дверь в другом конце коридора. Вела она в какую-то кладовку.

Через неё я угодил в другое помещение. То оказалось пустым, если не считать старой мебели. Какой-то дряхлый стол без одной ножки, несколько ветхих стульев с поломанными спинками, и прочий хлам.

В этой комнате кроме той двери, через которую я вошел, были ещё две. Одна стояла приоткрытой, и за ней начинался коридор, точь-в-точь как предыдущий. Другая дверь была закрыта. Я взялся за ручку - дверь оказалась незапертой.

Дюйм за дюймом я медленно её приоткрывал. И впереди открылись каменные ступени, уходящие в темноту.

Откуда-то издалека долетал приглушенный, едва слышный шум. Я остановился, вглядываясь вниз, но не включая фонаря. Потом бесконечно медленно начал спускаться по ступеням.

При каждом шаге я ощупывал руками стены, стараясь не оступиться и не наделать шума. Затем опять донесся тот же шум, на этот раз гораздо громче. Казалось, кто-то совсем близко сделал осторожный шаг в сторону, чтобы скрыться из виду.

Я пытался приучить глаза к темноте, но все равно ничего не видел.

Когда ступеньки кончились, вдруг щелкнул выключатель и позади меня зажегся слабый свет. Из темноты передо мной раздался голос Келмана. Он хрипел и срывался от бешенства.

- Да это опять наш хитрец! Значит, там я тебя не прикончил! Но теперь тебе не уйти. Я отправлю тебя к праотцам...

Голос вдруг сорвался, Келман засопел, на мгновение умолк и затем заговорил спокойнее.

- Справа от тебя есть выключатель. Поверни его, но чтоб без всяких фокусов! Мой "кольт" смотрит тебе точно в лоб.

Я нащупал выключатель. Тот был расположен примерно на высоте плеча. Когда я повернул его, над головой засветилась слабая лампочка, бросавшая довольно скудный свет. Подвал тоже был загроможден старым хламом. В углах валялись груды мусора. Передо мной стоял Лон Келман. Он не соврал, его оружие было направлено мне в лоб.

- Ты очень тихо подобрался, сначала я тебя не слышал, - с язвительной ухмылкой признал он. - Но умирать ты будешь громко... Я оставлю достаточно времени, чтобы мы оба этим насладились...

- Где Лейн Винсент? - поинтересовался я.

Он сделал непристойный жест.

- А у тебя, небось, зуб на неё стоит?

Келман отступил в сторону, опрокинув при этом два мусорных бачка.

Позади него к длинному низкому столу была привязана Лейн Винсент. Концы кляпа, торчавшего у неё во рту, были связаны под крышкой стола, так что голова запрокинулась назад. Юбка была задрана на бедра.

Я непроизвольно сжал кулаки. Келман пронзительно расхохотался.

- Сейчас я привяжу тебя к стулу, и ты будешь смотреть, как я стану развлекаться с этой куколкой. Но сначала я выну кляп у неё изо рта, чтобы ты слышал, как она вопит.

- Я убью тебя за это, Келман, - посулил я.

- Но-но, ты ничего не понял. Не ты меня, а я тебя убью. Но сначала ты услышишь, что расскажет мне эта красотка.

- Она ничего не знает, Келман.

- Это мы ещё увидим, хитрец. Просто удивительно, как много люди вспоминают, если как следует спросить, - он придвинулся ко мне, иронически скривив рот. - Но раз живым тебе отсюда уже не выйти, я расскажу кое-что такое, чего ты не знаешь.

Чтобы его не провоцировать, я стоял и молчал.

- Разве ты не хочешь узнать, в чем тут дело, сыщик? Да, конечно хочешь, и я тебе расскажу. Тогда тебе будет о чем подумать по дороге на тот свет.

В углах его рта выступила пена.

- Ты дурак, Шэнд, ты понятия не имеешь, в чем дело. Но мы знаем, чего хотим... Мы с Ларгсом. Только я хитрее Ларгса. Ларгс слабак. До сих пор я ему подыгрывал... но как только денежки будут наши...

Он усмехнулся и сделал ещё шаг ко мне. Но речь явно не не была закончена. Келман наслаждался своей ролью.

- Есть кое-что, о чем ты никогда бы не узнал, ищейка дешевая. Мы это придумали, когда работали вместе с Кэботом, фамилию он выплюнул, словно кусок дерьма.

- Кэбот - плейбой хренов - пытался и деньгу зашибить, и не рисковать, и не засветиться. Он был наводчиком на тех, кто своим драгоценным фитюлькам и счет потерял. Сходился с ними, пролезал в друзья и выяснял, что имено хранят они по сейфам. Затем докладывал нам, мы забирали безделушки и Кэбот получал свою долю.

Я молчал, осторожно скользя плечом по стене, в надежде, что он этого не заметит. Келман и в самом деле настолько был увлечен собой, что ничего не видел.

- Но я ещё самого главного не рассказал, Шэнд. Драгоценности - для меня мелочь, - он облизал губы, голос его вдруг опять сорвался. - Куш в десять миллионов, понял, хитрец? И скоро они будут наши... Ну, как тебе это нравится?

- Мне понравилось бы мне куда больше, знай я, как вы собираетесь провернуть это дело.

- Вот этого, Шэнд, - прошипел он, - тебе никогда не узнать. Знай только, что я стану богачом, а ты - покойником, он подошел ко мне и поднял револьвер.

Я метнулся в сторону, почувствовав, как поддался под плечом выключатель. Свет погас. В тот же миг я упал. Полыхнуло пламя выстрела, я метнулся вдоль стены и выхватил карманный фонарик.

Луч света упал точно на него и осветил лицо - нет, искаженную бешенством нечеловеческую маску.

Я тут же выстрелил. Пуля попала ему в плечо. Келман пронзительно вскрикнул, но продолжал сжимать оружие.

Новым выстрелом я выбил оружие у него из руки, шагнул назад к стене и включил свет.

Келман валялся на полу, зажав рукой дыру в плече. Сквозь пальцы била кровь.

Я заговорил, и не узнал собственный голос.

- Это за Лейн Винсент, а за Тэла Кэнлона тебя посадят на электрический стул и поджарят до смерти. Жаль, что я этого не увижу.

Келман прополз несколько ярдов по полу, затем с трудом поднялся. Он стоял посреди грязного подвала и пытался удержать равновесие. Потом ноги его подкосились, он рухнул на колени и медленно пополз вперед.

Я без всякого сожаления наблюдал за ним. Думаю, я ничего не чувствовал. Совсем ничего.

Среди мусора я отыскал какой-то ржавый нож и перерезал путы Лейн Винсент, потом вынул кляп из её рта. Ее губы дрогнули, но она не смогла произнести ни слова.

- Не говорите, - прошептал я, - пока не надо.

Я подложил руку ей под плечи и поднял обмякшее тело. Прошли минуты, прежде чем она смогла заговорить.

- О, Дэйл, Дэйл...

- Все уже позади. Ничего больше с вами не случится, - заверил я. Сейчас я отвезу вас в больницу.

- Нет, пожалуйста, не надо. Я хочу домой, туда, в квартиру... Мне уже лучше. Какое счастье, что вы пришли, иначе он бы...

Она, запутавшись, искала слово.

Я наблюдал за Келманом, который все ещё пытался встать. Странные животные звуки вырывались из его глотки. Что там Келман наговорил? Или он все это только выдумал?

Нужно разобраться. Это может стать ключом к разгадке. Десять миллионов долларов... Что все это значит? И есть ли тут связь с другими преступлениями? Похоже, должна быть...

Прервав мои размышления, вошел лейтенант Лу Магулис.

IX.

Покинув управление полиции, я зашагал к каналу, направляясь западнее, в сторону Бродвея.

Я ответил на все вопросы, но не более того. Например, я не обратил их внимания на то, что Уэйн Кэбот был замешан в кражах драгоценностей. Ну, может быть, это вовсе не соответствовало действительности, и Келман всю историю просто выдумал. Кроме того, мне это было совершенно безразлично.

Можно было ещё немного потянуть время, прежде чем решиться назвать имя Ванессы Маури, и время это следовало использовать с толком. Некоторые кусочки мозаики уже начинали подходить друг к другу, и я надеялся, что скоро к ним прибавятся другие.

Ветер стих, но дождь усилился. Я надвинул на лоб шляпу. Капли воды секли лицо и, тем не менее, скорее случайно недалеко от канала я заметил молодого человека без шляпы. Ему не нужна была шляпа - он был в плаще с капюшоном, надвинутым на голову.

Наверняка Ларри Клей был не единственным в Нью-Йорке парнем в плаще с капюшоном, и, кроме того, я его никогда прежде не видел. Но инстинктивно я решил проследить за этим человеком. Он торопливо шагал вдоль канала на север, в сторону Бауэри.

От Норд Ривер слабо долетал вой судовой сирены, из домов слышалась приглушенная музыка. Летом здесь на тротуарах у подъездов спали городские бродяги, но не в такую ночь, как эта. Какая-то машина промелькнула и скрылась в пелене дождя.

Парень в плаще с капюшоном пересек улицу и на миг попал в полосу света, падавшего из открытой двери какого-то кафе. Не оборачиваясь и не останавливаясь, он шагал дальше вдоль по улице. Затем, когда мы, не меняя направления, миновали три квартала, он свернул в узкий грязный переулок.

Весь тамошний квартал всплошную занимали бары, игорные залы и заведения со стриптизом. Перед одним баром - погребком парень остановился, поколебался и вошел. Обе створки входных дверей были распахнуты, и свет изнутри освещал тротуар.

Я подошел поближе.

Мужчина в сером фланелевом костюме и несвежей соломенной шляпе стоял, опершись на перила, на верхней ступеньке лестницы, ведущей в погребок. Похоже, он в любой момент мог умереть от скуки. Парень явно был вдребезги пьян, и только с величайшим трудом держался на ногах, крепко схватившись за перила и одновременно опираясь на створку двери.

Я миновал его, спустился по лестнице и оказался в душном прокуренном зале. Желтый свет, на беленых стенах - черно-белые рисунки, почти все изображали обнаженных женщин. Длинная стойка занимала половину помещения. Перед ней стояли высокие табуреты на хромированных ножках. Напротив бара поместилось несколько столиков. В углу гремел музыкальный автомат.

Зал был почти пуст. За одним из столиков сидел какой-то заурядный малый, апатичный и равнодушный ко всему происходящему. Застиранная коричневая рубаха вылезала из штанов, пиджак валялся на коленях. Подперев обеими руками подбородок, он глядел прямо перед собой. Между локтями растеклась пивная лужица.

Через несколько столиков восседал худой седовласый мужчина. Когда он попытался взять стакан, руки забило мелкой дрожью.

Типичный алкоголик...

Два пьяных молодых оболтуса, покачиваясь, рылись по карманам в поисках завалявшейся мелочи. Видимо, все остальные деньги они уже прокутили.

Человека в плаще с капюшоном видно не было.

Когда пластинка в музыкальном автомате кончилась, внезапно появившаяся девушка выбрала новую. Громкая музыка ударила по ушам.

- Наконец-то что-то приличное, а не осточертевшее старье, - буркнула она себе под нос, направляясь к бару.

При здешнем освещении оценить её возраст было нелегко. Ей могло быть и пятнадцать, и двадцать пять. Лицо покрывал толстый слой пудры, а макияж под ним она наносила не иначе лопатой. На ней были туфли на сверхвысоких каблуках и узкая юбка с разрезами на боках, при каждом шаге обнажавшая бедра.

Она споткнулась, ухватилась за стойку и удержалась на ногах. Потом осторожно выпрямилась и внезапно уставилась на меня. В губах её торчала сигарета.

- Огня... - с трудом выговорила она, но глаза сверкнули стеклянным блеском.

Я подал ей свою зажигалку. Девушка прислонилась к стойке и прикурила, не вынимая сигарету изо рта.

- Вы ищете... - она закашлялась, и я не понял, что она сказала дальше. Зло швырнув сигарету на пол, она растоптала её носком туфли.

Потом открыла было рот, чтобы что-то сказать, когда поднялся из-за кассы и подошел к нам бармен - лысый толстяк с хитрыми колючими глазами.

Девушка повернулась к нему и пробормотала:

- Джин... двойной... милой маленькой Лолли.

Не вынимая изо рта окурок вонючей сигары, он прошипел:

- Больше тебе ничего не видать, Лолли! Исчезни, наконец, пока я тебя не вышвырнул.

- Я за неё плачу, - вмешался я.

Он взял бутылку и налил, не удостоив меня даже взглядом.

- Спасибо, мистер, - шепнула девушка.

- Все в порядке, детка.

Она наклонилась ко мне и прошептала:

- Вы ищете женщину, мистер?

- Нет, одного мужчину, который вошел сюда незадолго до меня. В плаще с капюшоном...

- О-о, - пьяно удивилась она, - вот вы какой...

- Нет, я лишь хочу поговорить с ним, вот и все.

Я показал ей три бумажки по доллару. Бармен за нами наблюдал, и я повернулся к нему.

- Вы видели, как сюда вошел парень в плаще с капюшоном?

Что-то вспыхнуло в его глазах. Он перестал жевать свою вонючую сигару и медленно покачал головой.

- Никого не видел.

Голос звучал твердо, но осторожно.

Девушка рядом со мной усмехнулась, схватила деньги и сунула их в декольте.

- Ты чертов врун, Джо. Я его видела, и только несколько минут назад. Я...

- Последние десять минут сюда никто не заходил, - отрезал бармен, нахально глядя мне в глаза.

- Но эта малышка другого мнения.

- Эта пьяная стерва...

- Она не настолько пьяна, чтобы ничего вокруг не видеть, - возразил я.

Бармен педантично раздавил в стеклянной пепельнице остаток своей сигары, медленно поднял глаза и негромко спросил:

- Вы ищете ссоры, мистер?

Оставив в покое пепельницу, он сунул руку под стойку. Я выхватил "люгер" и приставил дуло к его груди.

- Не знаю, что ты там прячешь, Джо, но советую тебе оставить его там, где есть.

Он положил обе руки на стойку ладонями вверх.

- Выкладывай! - прикрикнул я.

Толстяк вздохнул.

- Ладно, Ларри Клей тут был. Ну и что? Кто вы такой?

- Скажем так - недреманное око закона.

В глазах бармена мелькнул испуг. Он сглотнул и добавил:

- Ларри Клей здесь был, и я вручил ему пакет, который попросили передать. Ничего незаконного тут нет.

- Возможно. Все зависит от того, что было в пакете, - заметил я.

- Понятия не имею, - заверил толстяк. - Я просто должен был ему это передать. Конечно, там могли быть деньги. Понимаете, мне не нужны неприятности с полицией. Я вам скажу, куда он пошел. Он ушел черным ходом, сказал, что отправится прямо на Пенсильванский вокзал, чтобы успеть к экспрессу на Лос-Анжелес.

Я бросил на стойку доллар.

- Сдачи не надо. Кстати, я не из полиции. Я частный детектив, и вы могли мне вообще ничего не рассказывать.

Я помахал ему "люгером" и удалился. Бармен в бешенстве смотрел мне вслед. Лолли едва не лопнула от смеха, пролив при этом джин на свою прозрачную блузку, смутилась и умолкла.

На улице лило вовсю. Я хотел было поймать такси, но не тут-то было. Пришлось дойти почти до самого Бродвея, пока, наконец, не попалась машина.

Водитель сделал все, что мог, но движение было все ещё слишком густым. Когда мы, наконец, добрались до вокзала, я быстро расплатился и помчался на перрон. И ещё успел разглядеть сквозь пелену дождя фонарь хвостового вагона лос-анжелесского экспресса.

Ларри Клей ускользнул.

Х.

На следующее утро я проснулся только в девять. Сквозь шторы пробивались лучи солнца. Я чувствовал себя ужасно и со стоном перевернулся в постели.

Болели все кости, солнце мне было совершенно безразлично, мне требовался отдых...

Когда я в следующий раз взглянул на часы, которые на ночь не снимаю, было почти десять.

Я вскочил с постели, сунул ноги в тапочки и кинулся в ванную. Приняв холодный душ, побрившись и сменив белье, постепенно я почувствовал себя человеком. Потом пошел в кухню, сварил себе кофе, в котором ложка почти стояла, съел тост и два яйца всмятку.

После этого я настолько пришел в себя, что рискнул включить радио и послушать новости. При этом голова моя уже не так трещала.

Затем я накинул плащ, надел шляпу и спустился в лифте на первый этаж.

Нэнси была уже на рабочем месте. Она выглядела на добрых пятьдесят лет моложе, чем я себя ощущал. Когда я вышел из лифта, она послала мне навстречу дежурную улыбку - как-будто в прошедшую ночь ничего необычного не произошло.

- Доброе утро, мистер Шэнд, что-то сегодня вы поздно!

Может быть, между Нэнси и мной ничего и не произошло, разве что в бедном мягком сердце, которое я прячу под твердой скорлупой?

Я подошел к ней, оперся руками о стол, за которым она сидела, и попросил:

- Будь со мной мила и милосердна, Нэнси. Я человек пожилой...

Нэнси встревоженно постучала остро отточенным карандашом по столу. Ее серые глаза озабоченно смотрели на меня.

- Вы выглядите совсем больным, мистер Шэнд... И как будто почти не спали...

- Нэнси, - перебил я, - по-моему, мы перешли на "ты"?

- Нет, на работе, это неприлично.

- А если бы ты работала у меня?

- Тогда совсем другое дело. А это в самом деле будет?

- Мне нужно кое-что ещё обдумать, - устало вздохнул я.

- Договорились, - она отложила карандаш. - Вы выглядите очень усталым. Но ведь вчера вы отправились спать очень рано?

- Нет, спать я не лег.

- О-о? - она вопросительно взглянула на меня.

- Да, после того, как мы вчера расстались, мне пришлось снова выйти в город. Возникли некоторые проблемы. И домой я вернулся очень поздно.

- Какие проблемы?

Я вынул из кармана трубку и сунул её рот. Но меня сразу затошнило, и я поспешил незаметно её убрать.

- Я стрелял в человека.

Она молча смотрела мне в глаза.

- Не волнуйся, я его не убил. Это за меня сделают служители закона, когда посадят его на электрический стул.

Я на мгновение заколебался, прежде чем продолжить.

- Нэнси, ты мне вчера пару раз здорово помогла, и я этого не забыл. И все-таки я не могу позволить, чтобы ты и впредь так рисковала.

- Почему же?

- Я уже объяснял. Это слишком опасно, и я не хочу, чтобы ты ещё больше увязла в этом деле. Вот почему! Я должен это принимать, как есть. В конце концов, это часть моей работы, и мне за это платят...

- Это не так, - спокойно перебила она. - Свою работу вы закончили вчера, когда покинули квартиру Уэйна Кэбота.

- Да, но...

- Дело совсем не в том. Вы этим занимаетесь, потому что тут есть какая-то загадка, и вам не терпится её разгадать.

- Да, Нэнси, мне просто нужно выяснить, что на самом деле происходит.

- Здесь я вас вполне понимаю, хотя бы потому, что со мной то же самое, - рассмеялась она. - Хотя я не всегда согласна с тем, на что вам приходится идти ради куска хлеба...

Я наклонился к ней поближе и решил раз навсегда внести ясность.

- Тогда лучше всего рассказать тебе, что произошло; вижу, этого не избежать.

Когда я кончил свой рассказ, она на миг задумалась, наморщила носик и спросила:

- Десять миллионов долларов одним грабежом или налетом не взять, как крупно не бери. Верно?

- Это почти исключено.

Зазвонил телефон. Нэнси соединила абонента и вновь повернулась ко мне.

- Десять миллионов долларов... Вот где решение загадки.

- Одно из решений, - уточнил я.

Она снова схватилась за карандаш, нервно покрутила его между пальцами и задумалась. Потом подняла на меня глаза и, помедлив, спросила:

- Вы думаете, что найдете его?

- Не уверен, - вздохнул я, - но скоро станет ясно. В одном я совершенно уверен - дело веду я в одиночку.

Она раскрыла было рот, чтобы возразить, но я уже отвернулся и направился к выходу. В дверях я обернулся ещё раз. Нэнси все ещё сидела с раскрытым ртом, сердито глядя на меня.

Я знал, что помириться будет нелегко, если вообще возможно. Но она не оставила другого выбора.

Я поехал в город, оставил машину в переулке недалеко от своей конторы и остаток пути прошел пешком, чтобы немного подышать свежим воздухом.

Приемная была пуста. Я открыл дверь в свой кабинет, достал почту из ящика и отнес её к письменному столу. Никаких заказов - только счета и рекламные проспекты.

Действие холодного душа и кофе уже кончилось. Голова снова разболелась, и я зашел в маленькую умывальную, развел в стакане несколько таблеток и залпом выпил.

Потом вернулся в кабинет, достал из письменного стола бутылку "Канадиен клаб"и налил себе на три пальца. При этом я намеренно избегал смотреть на генерала Гранта. Я точно знал, что он думает...

От виски в желудке занялся большой пожар. Я долил в стакан, завинтил крышку и поставил бутылку на место. Затем опустошил стакан. Огонь занялся ещё круче и наполнил желудок приятным теплом.

Я закурил сигарету, глубоко затянулся ароматным дымом.

И ощутил, что заново родился.

Потом взялся за телефон и набрал номер Уэйна кэбота.

Прошло некоторое время, прежде чем я услышал кислый голос не совсем проснувшегося человека.

- Мистер Лунд? - спросил я.

Внезапно голос стал совершено ясным, хотя и не слишком счастливым.

- Кто? Я полагал, я...

- Это верно, - перебил я его, - вы полагали, и он это сделал.

- Что-что?

- Он удрал вчера вечером лос-анжелесским экспрессом, после того, как зашел за приготовленным ему пакетом.

- Кто, черт возьми...

- Вам следует прибыть ко мне в контору и объясниться, сказал я.

- Теперь я узнаю ваш голос... Проклятье, Шэнд?

- Верно, Кэбот, это я.

- Почему я должен к вам являться?

- Я мог бы вам назвать множество причин, Кэбот, вот только у меня нет времени перечислять их все по телефону. Но я с удовольствием приготовлю нам выпить, пока вы будете в пути.

- Я не привык, чтобы мной командовали, и уж тем более не какой-то дешевый частный шпик, - возмутился он.

Я громко зевнул в трубку.

- Лучше уж дешевый частный шпик, чем лейтенант из управления полиции.

Он в бешенстве ругнулся, хотел что-то сказать, но потом решил лучше этого не делать.

- Я жду, - повторил я и бросил трубку.

Он появился ровно через семнадцать с половиной минут. Я приветливо кивнул и сказал:

- Присаживайтесь и угощайтесь. А потом мы обо всем поговорим.

Он опустился на край стула, взял стакан, который я ему приготовил, и залпом выпил половину.

- О чем пойдет речь?

- О Ларри Клее, например. Я знаю, что он связан с вами, и называет вас по телефону "мистер Лунд". Один мой друг случайно слышал, как Клей звонил вам после того, как нашел в своей квартире убитого Тэла Кэнлона.

- Ларри иногда работает на меня. Ну и что?

- Что это за работа?

- Не ваше дело, Шэнд.

Я вздохнул.

- То, что касается меня, и то, что касается вас, в последние дни, похоже, легко перепутать. Попробуем иначе. Итак, Клей называет вас по телефону "мистер Лунд". Почему?

- Ах, вы об этом? - улыбнулся он. - Это просто такая импровизация, своего рода шутка.

- Для безопасности ваших делишек?

Кэбот резко поставил стакан на пол, поднялся с места и спросил:

- Так что же все-таки все это значит?

- Вы-то должны это знать, Кэбот.

- Я спрашиваю!

- Я имею в виду дела, которые интересуют полицию.

Он не зарычал, не возмутился, а тихо осел на стул, все больше бледнея и нервничая. Схватил бутылку, налил себе ещё и выпил. Потом спросил:

- Я должен испугаться?

- А вас это пугает?

- У вас богатая фантазия, Шэнд. Почему меня должна пугать ваша болтовня?

Я обстоятельно и бесконечно медленно набил трубку, сунул её в рот и выпустил дым в потолок. Кэбот нервничал все больше, нетерпеливо ерзая на стуле.

- Я не обязан сидеть здесь и выслушивать вашу галиматью.

- Вы не обязаны были и приходить сюда. Никто вас не принуждал, но вы, тем не менее, пришли.

Я положил трубку на стол.

- Перестанем морочить друг другу головы. Вы были наводчиком в кражах драгоценностей в Нью-Йорке и его окрестностях. Лично вы никогда в грабежах не участвовали, а лишь снабжали информацией Эла Ларгса и его сообщника Келмана, получая затем свою долю. Это давало вам возможность сохранять репутацию богатого плейбоя. Хотя ваша семья была богата, вы промотали почти все, а вы не тот, кто может отказаться от разгульной жизни.

Когда он доставал из пачки сигарету и закуривал, руки его дрожали.

- Вы всегда выдумываете подобные сказки, Шэнд? - голос звучал хрипловато.

- Вы хотите сказать, что я говорю неправду?

- Это настолько бессмысленно, что я вообще не хочу вдаваться в объяснения.

- В суде у вас не будет другого выбора.

Прикусив губу, он прошипел:

- Никто эту историю у вас не купит, Шэнд.

- Это мы ещё посмотрим, - я взялся за телефон.

Он с ужасом следил за мной. Сигарета тлела между его пальцев, он этого не замечал. Рот его открывался и закрывался, но не доносилось ни звука.

Я поднял трубку и протянул палец к наборному диску, но задержался и заметил:

- Я не слишком к этому стремлюсь, и если вы перестанете нести чушь, я этого не сделаю. Выбор за вами.

Кэбот вскочил, вырвал у меня трубку и бросил её на рычаг.

- Ну ладно, ладно, - прошептал он, - чего вы от меня хотите?

- Обычно я не имею дел с типами вроде вас, но сейчас вынужден сделать исключение. Ведь речь идет о спасении человеческой жизни. Возможно. Но сначала один вопрос совсем на другую тему. Что с Ларри Клеем?

Кэбот хриплым голосом ответил:

- Я не доверял тем... людям, с которым работал... и поручил Ларри за ними приглядывать. Можно сказать, он работал со мной вместе - до определенного предела. Потом он обнаружил у себя дома труп и позвонил мне. Я собрал для него деньги, оставил их в баре и отправил его на западное побережье.

- Следовательно, вы чего-то испугались?

Кэбот растопырил пальцы:

- Мне казалось, я был должен что-то предпринять, чтобы Ларри не вертелся под ногами.

- Если он не имел отношения к убийству, его бегство только усилит подозрения.

Кэбот пожал плечами.

- С другой стороны, я понимаю вашу точку зрения, - добавил я.

- Что вы хотите сказать, Шэнд?

- Я думаю, вы сами знаете. Вы не могли пойти на риск, что Клея станет допрашивать полиция. Хотя он не имел отношения к убийству, зато мог расколоться и рассказать про вас и ваш нечистый бизнес с драгоценностями.

- Да, - кивнул Кэбот, - такая мысль у меня была.

- Вы только выиграли время, Кэбот. Рано или поздно полиция Клея найдет.

- Вы сами сказали, что он не при чем.

- Верно, но он снимал квартиру, где нашли труп, и полиция обязательно захочет с ним поговорить.

- Может быть и нет, если до тех пор найдут убийцу.

- Если вы на это рассчитываете, у меня есть для вас приятная новость: убийца уже арестован.

Кэбот глубоко вздохнул, а затем вдруг недоверчиво покосился на меня.

- Тогда я не понимаю...

- Не волнуйтесь, Кэбот, - перебил я. - Ни кражи драгоценностей, ни Ларри Клей меня не интересуют.

- Хотите сказать, что с полицией вы меня разыграли?

- Верно. Хотя я вам и угрожал, что обращусь в полицию, но если вы готовы говорить со мной откровенно, это останется лишь угрозой.

Он опустошил свой стакан и поспешил заверить:

- Не знаю, чего вы от меня хотите, но попытаюсь вам помочь.

Я рассказал ему обо всем, что случилось в последние дни, не пропустив ничего, даже казавшихся незначительными подробностей. Когда я умолк, Кэбот откинулся назад и посмотрел мне в глаза.

- Единственный, кого я видел - это Ларгс. Келмана я не знаю. Вы должны мне верить, Шэнд. К убийству я отношения не имею.

- Тут я вам верю, но меня интересует другое. Я хочу знать, что за этим кроется. Келман навел меня на эту мысль в подвале дома Ларгса. Он думал, что живым я оттуда не выйду, и проболтался. Сказал, будто нашел нечто такое, что принесет ему огромный куш, куда жирнее, чем какие-то побрякушки. Это вам ни о чем не говорит?

Кэбот снова налил себе виски и медленно покачал головой.

- Я ведь уже сказал, что Келмана не знаю.

- Но ваш Эл Ларгс имел с ним дело, а его вы знаете. Судя по словам Келмана, речь идет о десяти миллионах долларов.

Кэбот едва не лишился дара речи.

- Десять миллионов? А вы знаете, что Келман имел в виду?

- Тогда - нет, но постепенно начинаю понимать.

- Но не уверены?

- Нет, - вздохнул я, - но скоро буду уверен. Я должен выяснить, в чем дело, в чем ключ ко всей загадке. Насколько я могу судить, все остальное относительно неважно.

Кэбот разглядывал свои ногти.

- А с чего вы взяли, что я смогу помочь? - негромко спросил он. - Если бы я нащупал десять миллионов, к чему мне заниматься драгоценностями, разве не так?

- Десять миллионов долларов могут находиться в руках какого-нибудь очень богатого человека, - пояснил я, - но это вовсе не обязательно должно означать, что Ларгс и Келман рассчитывают получить весь куш одним махом. Говоря точнее, это просто неправдоподобно. Но как неиссякаемый источник доходов...

- Да, я понимаю, на что вы намекаете.

- Но Келман с Ларгсом должны были как-то подобраться к такому делу и к конкретной сумме. Вы, случайно, не знаете, как?

- Нет, - устало вздохнул он.

- Неужели даже не догадываетесь? Подумайте как следует.

- Ничего стоющего в голову не приходит. Можете выжать меня, как лимон, но я не имею ни малейшего понятия. Сожалею, но...

- Не могли бы вы откровенно ответить мне на один вопрос?

Он кивнул.

- У меня нет другого выбора, верно?

- Верно, - кивнул я. - Не находится ли в опасности жизнь Ванессы Маури?

Кэбот долго и пристально смотрел на меня. Что происходило в его голове? Его глаза не выдавали ничего... почти ничего.

Потом он медленно заговорил:

- Да, может быть...

Потом внезапно рассмеялся - пронзительно, почти истерически. Казалось, он избавился от колоссального нервного напряжения. Так мне казалось.

- Между Ванессой и мной ничего больше нет. Из-за вас, Шэнд. Следовательно, её мужу уже ничего против меня предпринимать не надо.

Я встал.

- Что заставляет вас думать, что жизнь Ванессы Маури в опасности?

- Зачем вы спрашиваете, Шэнд? Прежде чем услышать мой ответ, вы его уже знали. Или я ошибаюсь?

Он поднялся и молча покинул мою контору. Я не пытался его удерживать, да и не хотел этого. Вместо этого я протянул руку к телефону.

Не успел я взяться за трубку, как он зазвонил. Я медленно снял трубку. Голос был низкий и мягкий. Никогда прежде я его не слышал.

- Говорит Кельвин Конант Маури...

XI.

Он стремительно вошел в мой кабинет. Интеллигентная внешность, лет шестьдесят с небольшим на вид, густые седые волосы и внимательные глаза. Он был в скромном костюме в полоску под черным плащом, держал в руке свой "хомбургер" и оценивающе смотрел на меня. Видимо, так в этой семье было принято. Глаза были расставлены далеко друг от друга, глубокие складки избороздили лицо. С таким человеком я не хотел бы серьезной ссоры.

- Мистер Шэнд? - его голос в действительности был ещё ниже, чем по телефону. - Я - мистер Маури.

Он опустился на стул, положив на колени "хомбургер".

- Я пришел к вам по крайне важному и в высшей степени деликатному делу, мистер Шэнд...

- Вы хотите сказать, что пришли из-за вашей супруги?

Он подался вперед и оперся на письменный стол.

- Откуда... Откуда вы знаете? - спросил он удивленно, и, как мне показалось, слегка раздраженно.

- Ах, знаете, мистер Маури, у меня богатый опыт в таких делах. Все обманутые мужья выражаются одинаково...

Маури холодно взглянул на меня.

- Ваши выводы не только ошибочны, но и оскорбительны, мистер Шэнд.

- Я должен извиниться, мистер Маури. У меня выдалось несколько тяжелых дней, и нервы мои в данный момент не в лучшем состоянии.

Гость внезапно ухмыльнулся.

- Полагаю, ваши нервы в превосходном состоянии. Точнее говоря, мне сказали, что вы лучший частный детектив из всех, работающих в наше время в этом городе.

Я скромно ухмыльнулся.

- Ваша информация верна, мистер Маури.

Он задумчиво прикоснулся указательным пальцем к кончику носа и спросил:

- Как вы пришли к тому, что я здесь из-за своей жены?

- Мужья носят в себе нечто такое... Особенно если они довольно поздно женились на очень молодой женщине... вроде вас, мистер Маури.

- Я уже сказал вам, что вы заблуждаетесь. Я не собираю доказательства для развода, мистер Шэнд, - резко оборвал меня гость.

- Что же тогда вас беспокоит?

Он достал из кармана портсигар крокодиловой кожи, достал из него гаванскую сигару, затем протянул портсигар мне.

- Лучше я закурю трубку, если вам это не помешаете, - отказался я.

- Как хотите, - он обстоятельно раскурил сигару, поднял глаза и произнес медленно и отчетливо: - Боюсь, моя жена в опасности.

- Почему? Кто или что ей угрожает?

- Этого я не знаю, мистер Шэнд.

- Вы хотите сказать, что опасаетесь, что кто-нибудь попытается убить вашу жену?

Немного помолчав, он кивнул:

- Да, думаю, можно так выразиться.

- Почему бы вам не обратиться в полицию?

Он задумчиво проследил за облачком табачного дыма.

- Потому что у меня нет никаких доказательств. Откровенно говоря, я даже не уверен в том, что мои опасения обоснованны. Поэтому что мне сказать вам? Вы знаете, кто я. Я не могу просто прийти в полицию и все им рассказать, рискуя выставить себя на посмешище.

- Но мне же вы решили довериться.

- С вами дело обстоит иначе, - сухо возразил он.

- Вы хотите сказать, что можете купить мое молчание?

- Назовем это корректностью, мистер Шэнд, - предложил он. - Мне известно, что в случае насилия или даже всего лишь опасности насилия следует известить полицию. Однако это не тот случай. Кроме того, я не желаю, чтобы в моем доме появлялись полицейские - и надеюсь, что смогу избежать этого, наняв вас.

- Понимаю... - я пососал свою трубку. - Расскажите, пожалуйста, все. Если я не возьмусь за ваше дело, обещаю немедленно забыть каждое ваше слово.

- Благодарю...

Он задумался, видимо, не зная, с чего именно начать.

- У меня сложилось впечатление, что жена попала в затруднительное положение. Я чувствую, что у неё какая-то проблема, с которой ей самой не справиться, и которой она не хочет или не может поделиться со мной.

Он говорил осторожно, обдумывая каждое слово, прежде чем его произнести.

- Чтобы я имел возможность вам помочь, мистер Маури, вы должны выражаться более конкретно. Скажите мне, пожалуйста, что это за проблема, или что, по вашему мнению, могло её вызвать. Это могут быть две разные вещи, но тут уж мы сумеем разобраться. Если вы собираетесь о чем-то умолчать, лучше нам сразу разойтись и не отнимать понапрасну друг у друга время.

Маури кивнул.

- Вы правы, мистер Шэнд. Но разрешите мне подойти к существу дела по-своему.

Он помедлил, сглотнул и осторожно продолжал:

- Отношения у нас с женой в последние месяцы были не... скажем так, не блестящими, если вы понимаете, что я хочу сказать. Точнее говоря, так продолжается уже последний год. В определенном отношении я не вполне смог соответствовать её запросам, и потому жене приходится искать вне брака то, что... - он умолк и уставился на свои руки.

- То есть жена вас обманывала, мистер Маури?

- Да, вероятно, дело сводится к этому, - его глаза были полны стыда и боли - и уязвленного тщеславия. - Хотя у меня нет никаких доказательств и ни малейшего подозрения, кто моет быть этим мужчиной, но по некоторым мелочам я замечаю...

Голос его подвел и он закашлялся.

- Но какие-то подозрения у вас есть?

Он положил сигару на край пепельницы.

- Я собирался узнать, кто этот человек. Потом случилось нечто, вызвавшее мои сомнения. Нечто весьма странное. Три дня назад я поздно вечером сидел в библиотеке и просматривал деловые бумаги, когда послышался какой-то необычный шум снаружи под окном. Я встал и осторожно выглянул. И обнаружил какую-то тень, падавшую на дорогу под окном соседней комнаты. Тогда я покинул библиотеку, пошел туда и, не включая света, рывком раздвинул шторы.

- И что же вы увидели?

- Чье-то лицо, прижатое к стеклу. В тот самый миг, когда я отодвинул шторы, человек повернулся и убежал.

- Вы его узнали?

- Нет, никогда прежде я его не видел.

- Он вполне мог быть обычным взломщиком.

- Понимаете, мистер Шэнд, дело в том, что ночью в этой комнате спит моя жена. Если она вообще ночует дома, - с горечью добавил он.

- Как этот человек выглядел?

- Его лицо показалось мне широким и бледным, а губы для мужчины необычно пухлыми.

Я едва не поперхнулся, но Маури был настолько занят собой, что не заметил, как я поражен услышанным. Без всякого сомнения, он говорил о Ларгсе.

- Но почему вы решили, что мужчина приходил к вашей жене? Может быть, он действительно собирался что-то украсть?

- Я тоже так подумал, но потом это показалось мне неправдоподобным. Я рассматриваю это происшествие в свете поведения моей жены в последнее...

Он не закончил фразу, взглянул на меня и пояснил:

- Этот мужчина выглядел не так, как я бы представлял любовника жены. Поэтому я подумал о шантаже, причем с угрозой насилия, если оно покажется шантажисту необходимым.

- Шантаж не обязательно должен быть связан с насилием, заметил я. Нет, существует и другая вероятность, мистер Маури. Похищение.

- Боже мой! - гость в ужасе уставился на меня. - Должно быть, так оно и есть.

- Спокойнее, спокойнее, мистер Маури. Не будем делать поспешных выводов. Похищение - это только одна из возможностей, и ничего более. Что я должен предпринять?

Он смял сигару в пепельнице и встал.

- Я хочу, чтобы сегодня вечером вы прибыли к нам на ужин. Я могу вас представить как делового партнера или, ещё лучше, консультанта, проверяющего по моему поручению договор, который хочет заключить одна из моих компаний.

Он бросил на меня несколько удивленный взгляд.

- Вы что-то хотите сказать?

- Нет, ничего, просто я кое-что обдумываю...

На самом деле думал я о том, как будет удивлена Ванесса Маури, когда я внезапно появлюсь в качестве гостя её мужа. Пожалуй, лучше заранее предупредить её по телефону.

Маури успокоился и продолжал:

- Когда вы познакомитесь с моей женой, для вас, возможно, станет проще найти отправную точку. Прежде всего, если сумеете направить вашу беседу в нужное русло. Я оставлю вас на некоторое время наедине. К сожалению, весьма вероятно, что жена скорее доверится постороннему человеку, чем мне.

Я подошел к окну. Вдали темнел силуэт здания управления полиции. Что сказал бы Лу Магулис, преподнеси я ему эту историю?

- Итак, мистер Шэнд? - спросил Маури за моей спиной.

Я обернулся.

- Договорились, мистер Маури. Я буду.

Маури откланялся, а я взялся за телефон. Сначала я намеревался предупредить Ванессу Маури, но передумал, предположив, что это сделает мистер Маури. Вместо этого я набрал номер Магулиса.

- Привет, Лу.

- Привет, Дэйл. Ну, как дела у знаменитого частного детектива?

- Превосходно.

- Новых трупов не нашел, Дэйл?

- Нет, к сожалению, не видно.

- А как дела вашего клиента?

- Тоже прекрасно.

- Зачем же вы мне звоните, Дэйл?

- Потому что вчера, когда я был у вас, вы на этом настаивали.

- Верно. Ах, да - персона вашего клиента... Вы все урегулировали, Дэйл?

- Нет, ещё не совсем.

- Значит, если я верно понимаю, вам нужна новая отсрочка?

- Несколько часов, Лу.

- Согласен, - буркнул Магулис. - Я не хочу вам создавать проблем, особенно после того, как вы задержали убийцу. И вы, и мисс Винсент слышали, как Келман признался в убийстве Кэнлона. Кроме того, я только что получил заключение баллистиков. Пуля, которой был убит Кэнлон, выпущена из "кольта", изъятого у Келмана при его аресте. Весьма возможно, что ему не миновать электрического стула, Дэйл. Нам нужна ясность только в одном пункте. Мотив. Для этого нужна фамилия вашего клиента.

- Между моим клиентом и Келманом нет никакой связи, Лу. Можете в этом не сомневаться.

- В таком случае мы можем сохранить в тайне его имя. И не станем сообщать его прессе. Следовательно, вашему клиенту нечего опасаться. Поговорите с ним, Дэйл. Пока, - и он повесил трубку.

Я уселся поудобнее и почти полчаса размышлял. Потом достал свой "люгер", прочистил, смазал механизм, зарядил его и вложил в наплечную кобуру.

Луч солнца упал на картину на стене. Я покосился на неё и буркнул:

- Пожелайте мне удачи, генерал, она мне может пригодиться.

XII.

Опять шел дождь. Он гулко барабанил по крыше моей машины. Стекла запотели, и даже после того, как я протер их изнутри, видимость не улучшилась.

Было без четверти восемь. Ужин должен был начаться в половине девятого. Ужин у Маури... Лучшие вина в драгоценных хрустальных бокалах, изысканное меню, серебряные подсвечники, кофе по-турецки и крепкий ароматный коньяк под занавес.

Аристократическая невозмутимость и вечный покой смерти совсем, совсем рядом.

Я оставил машину возле дома и нажал кнопку звонка. Дверь открыл стареющий дворецкий. Он взял мою визитную карточку, ничем не обнаружив, что узнал меня, и не произнеся ни слова. Держался он так, словно никогда прежде меня не видел.

- Мистер Шэнд, вас ожидают, сэр.

Голос его отдавал характерной для южанина протяжностью. Я отжал ему свой плащ и шляпу и вошел.

- Коктейли в гостиной, сэр, - дворецкий стоял прямо за моей спиной и говорил почти мне в ухо.

Какой странный тип...

Ванесса Маури меня ждала. Она двинулась мне навстречу с сияющим лицом, протягивая бокал с мартини. Белое вечернее платье открывало плечи и подчеркивало изумительную фигуру. Шею охватывало драгоценное жемчужное ожерелье в три нитки.

- Дэйл, как приятно вас видеть...

Ее волосы блестели в свете люстры. Весело улыбаясь, она спросила:

- Вы ведь хотели прийти ещё раньше... Или забыли?

- Ваш муж был у меня по делу и по такому случаю пригласил на ужин. Я счел за лучшее не приходить раньше.

- Спокойно могли бы это сделать, я весь день так скучала одна... Но, возможно, так было разумнее... Кельвин звонил мне из конторы и предупредил, что сегодня вечером вы будете нашим гостем...

- Вы были удивлены?

- Ну, это ведь просто странная случайность, верно? - она пожала плечами. - Боюсь, меня не слишком интересуют ваши с Кельвином дела. Если не ошибаюсь, он мне что-то говорил о какой-то своей компании. Я не прислушивалась, хотя, собственно, просто поразительно, что он мне вообще хоть что-то рассказал. Но все-таки я нахожу занятным, что мы оба обратились к одному и тому же детективу.

Она закурила и, словно между прочим, заметила:

- Я, конечно, знаю, что могу на вас положиться, и вы ни слова не сказали мужу о наших контактах?

- Если вы это знаете, Ванесса, зачем же спрашиваете?

- Вы очень твердый человек, не так ли?

- Иногда да.

- Сейчас тоже?

- Возможно.

- Я люблю, когда мужчины тверды - тверды во всех отношениях, прошептала она.

Я допил свой бокал и поставил его на большой письменный стол. Вишенку не проглотил - не люблю вишню. Потом через плечо спросил:

- Где ваш муж?

- Пройдет ещё по меньшей мере минут двадцать, пока он спустится, отмахнулась она, - ему всегда нужна целая вечность, чтобы переодеться. Он попросил меня пока занять вас.

Ванесса положила сигарету в пепельницу и улыбнулась.

- Я думаю быстренько сбегать наверх и спросить, как долго он ещё задержится. Или вы считаете, это может броситься в глаза?

Она вопросительно взглянула на меня, я покачал головой, и она исчезла.

Я снова наполнил бокал и поставил бутылку обратно на стол рядом с её сумочкой.

Белая кожаная вечерняя сумочка с золотым, украшенным драгоценными камнями замочком.

Я открыл её и высыпал содержимое. Где-то зазвонил телефон, и я слышал, как Ванесса сняла трубку и тихо с кем-то говорила. О чем, я разобрать не мог, да меня это и не интересовало.

Быстро засунув обратно содержимое, я бросил сумочку на стол. И тут же в комнату вошла Ванесса. Мне показалось, что в её глазах сверкнули насмешливые искорки.

- Вы знаете обо мне довольно много, мистер Шэнд.

- Ну нет, совсем немного, - возразил я.

- Достаточно, чтобы судить о том, что я за женщина на самом деле. Немногие мужчины могут сказать такое о себе, даже мой собственный супруг не может.

- Вы хотите посмеяться надо мной, Ванесса?

- Ни в коем случае, мистер Шэнд. Кельвин видит во мне воплощенную невинность и добродетель.

- Этому нужно только радоваться.

- В самом деле? Я так и делаю. Другие женщины часто рассказывают мне о своих мелких заботах и бедах. Я же всегда успешно сопротивлялась искушению излить душу. В результате все считают меня совершено беззаботной и счастливой. И я этим очень горжусь.

- За исключением моего случая.

- С вами у меня не оставалось другого выбора. Мне нужна была помощь Уэйн становился опасен.

Погрузившись в невеселые мысли, она смотрела в свой бокал.

- С моей стороны было весьма необдуманно связываться с Уэйном Кэботом.

- Что вы хотите сказать?

- Я дала ему повод создавать мне проблемы, - спокойно пояснила она и залпом осушила бокал.

- А всем остальным - нет?

- Это звучит так, словно речь идет о целой армии, - усмехнулась она. Не такая уж я ненасытная, хотя кое-кто и был... Однако все они попадались достаточно скромные и большей частью боязливые - задним числом.

- Я думаю, большинство женатых мужчин быстро становятся боязливыми...

Она саркастически ухмыльнулась.

- Да, потому что могут слишком много потерять, верно? Хотя... Если бы видели их жен, у вас возник бы вопрос, было ли им что терять.

- Вы коварная маленькая бестия, Ванесса.

- Вы находите? Ну... вероятно, вы правы. У двоих действительно были очень красивые жены... Одна гораздо красивее меня.

- Не может быть, - возразил я, улыбаясь.

- Большое спасибо за комплимент. Я люблю комплименты. Но серьезно, вы должны увидеть Фрэнси. Но физическая красота - ещё не все, верно? У некоторых женщин есть некое качество... Нет, это слово не подходит. Не знаю, как это назвать, но, думаю, вы меня понимаете. Мужчины это сразу замечают... - она вызывающе взглянула на меня.

- Жены большей частью тоже, Ванесса, - ухмыльнулся я.

- Нет, если быть достаточно искусной. Те жены, о которых я только что говорила - мои приятельницы. Но с этой стороны они меня не знают.

- Вы можете заблуждаться.

- Возможно, но уверена, что нет. Если жены что-то замечают, им этого никогда не скрыть. Всегда чем-то себя выдадут.

- Тогда, должно быть, я для вас излишне скучен. Ведь я не женат и, следовательно, вы не сможете устраивать свои игры при моей жене.

- Наши с вами отношения были деловыми... Это мне напомнило, что я ещё не оплатила ваш счет.

- Я его ещё не выставил.

- Почему же?

- О, счет будет представлен обязательно, - я положил руку на её обнаженное плечо и ласково погладил шелковистую кожу.

Она молчала. Я убрал руку и посмотрел ей в глаза.

- Я понимаю, - холодно бросила она. - Вы, очевидно, полагаете, что счет может быть оплачен натурой?

- Откровенно говоря, эта мысль приходила мне в голову.

- Я была вынуждена доверить вам некоторые вещи чисто для дела, а теперь вы хотите использовать свою осведомленность - и меня...

- Я не хотел вас обидеть, Ванесса, - успокоил я. - Если я это сделал, позовите вашего дворецкого и велите меня вышвырнуть.

Она вдруг шагнула вперед и прижалась ко мне. Я ощутил прикосновение упругой груди.

- Дэйл, я ведь говорила вам, один мой поцелуй стоит дороже, чем стодолларовая купюра!

- Я не забыл.

- Аванс можете получить прямо сейчас. Если понравится, получите еще. Несколько штук по тысяче.

Она обвила руками мою шею и прижалась к моим губам. Губами теплыми и приоткрытыми...

Моя рука скользнула в вырез платья. Ее забила дрожь, крохотные бисеринки пота выступили на лбу. Тут она вырвалась и, задыхаясь, посулила:

- Сегодня ночью, когда все это кончится...

- Когда что кончится, Ванесса?

- Ужин, что же еще?

- А вы уверены, что нынче вечером не случится чего-то еще?

Она отвернулась, взяла сигару из серебряной шкатулки на столе и закурила. Взгляд её был холоден и спокоен.

- Вы имеете в виду нечто определенное, верно? Вам что-то пришло в голову. Я заметила это, когда вы меня целовали.

- Скажу вам правду, Ванесса. Ваш муж меня нанял, потому что решил, что у вас проблемы.

- Вы хотите сказать, он подозревает Уэйна Кэбота?

- Нет, его он даже не упоминал.

- Тогда что же? Кроме Уэйна в последнее время никого больше не было.

- Он лишь подозревает, что есть один - или несколько - мужчин. Но не знает, кто именно.

- Понимаю. Должно быть, я себя чем-то выдала.

- Успех лишает осторожности, - заметил я.

- Не думала, что Кельвин так внимателен. Но... главное, что он не знает ничего определенного.

- Здесь ещё нечто другое, - сказал я.

- И что же это?

- Он думает, что ваша жизнь в опасности.

Она внезапно побледнела, лицо стало каким-то жестким. Но она заставила себя рассмеяться.

- Значит, у Кельвина слишком буйная фантазия.

- Да, - кивнул я, краем глаза наблюдая за ней. - Он все неверно понял, точно?

- Думаю, вам следует подробнее объяснить ваше последнее замечание, тихо произнесла она.

Я шагнул к ней, но она отступила назад.

- Нет, Дэйл, не приближайтесь, не сейчас. Сначала я хочу услышать, что вы скажете.

- Я буду краток. Когда вы обратились ко мне, я не знал о вас ничего, и мне показалось странным, что вы решились довериться в таком тривиальном деле совершенно незнакомому человеку. Было бы куда правдоподобней и понятнее, если бы по поводу Уэйна Кэбота вы обратились к одному из своих приятелей...

- Дело уже не было бы тривиальным, если бы Кэбот разозлился. Кроме того, я уже говорила, что не могу довериться никому из своих знакомых.

- Знаю, но все же я был удивлен. Затем случилось много всякого. События развивались быстро. Нет, Ванесса, вы не вовлекли бы меня в это дело, но у вас действительно были проблемы из-за Кэбота - только не по той причине, которую вы мне сообщили.

Она провела кончиком языка по чувственным губам, немного подумала и протянула:

- Могу себе представить, что последует... Дэйл, как вы до этого додумались?

- Ну, сначала Ларгс с его непонятным интересом к моей встрече с Кэботом. Потом вдруг появился Кэнлон. И он, и Ларгс хотели, чтобы я оставил Кэбота в покое. Этому не было никакого объяснения, никакой причины и никакой взаимосвязи с делом, ради которого вы меня наняли. Какой-то смысл в начал прорисовываться только после убийства Кэнлона. Я пришел к выводу, что Кэнлон собирался шантажировать своего приятеля Кэбота, так как тот служил Элу Ларгсу наводчиком при кражах драгоценностей.

Она недоверчиво покачала головой. Я согласился:

- Тут я вам верю. В самом деле, ни эти кражи, ни шантаж к вам не имеют никакого отношения. Это всего лишь сопутствующие обстоятельства. Затем появился Келман и помянул про дело, которое должно было принести десять миллионов долларов. Десять миллионов - это размер состояния вашего мужа, не так ли, Ванесса?

Она молча кивнула.

- Я поразмыслил над словами Келмана и пришел к единственно возможному выводу: у Кэбота был разговор с Ларгсом, вероятно, после какой-нибудь разгульной ночи. Это объясняет также, почему ваш муж видел как-то ночью Ларгса, крадущегося здесь возле дома. У меня нет никаких доказательств, и в суде меня бы подняли на смех, но я уверен в своей версии. Все внезапно обрело смысл, все события оказались взаимосвязанными, когда мне стало ясно, что вы решили убить мужа и унаследовать десять миллионов долларов.

Она прижала руку к мерцавшему на шее жемчужному ожерелью.

- Значит, Уэйн Кэбот в самом деле это заметил!

Я кивнул.

- Я задал ему вопрос, не считает ли он, что ваша жизнь в опасности, и он ответил утвердительно. Не сам ответ, а вид, с которым он это говорил, окончательно убедил меня, что он лжет. Он не ожидал, что я спрошу о вашей жизни, Ванесса, а не о жизни вашего мужа.

- Я не была уверена, подозревал ли меня Уэйн, - вздохнула Ванесса Маури, - но опасалась сама его прогнать... на тот случай, если у меня ничего не получится. Потому я и поручила вам помочь мне от него отделаться.

- Ну, во всяком случае, он догадался. Это усложняет дело.

Она с облегчением посмотрела на меня.

- Не обязательно. Ведь мы могли бы справиться с Уэйном. Только...

- Только вам нужно знать, можете ли вы мне доверять, не так ли?

- Верно. Я должна быть абсолютно уверена, прежде чем Кельвина не станет. Но ведь тебе я могу верить, милый?

- Как ты можешь сомневаться? - улыбнулся я.

- Как... как прекрасно. С деньгами Кельвина мы будем свободны и сможем позволить себе все, что душа пожелает... Дэйл, подойди и поцелуй меня ещё раз, прежде чем он сюда спустится. Один тайный греховный поцелуй, пожалуйста...

Я стер улыбку с губ и кивнул.

- Да, один тайный поцелуй, черный, как поцелуй смерти.

Она в ужасе уставилась на меня. Глаза её остекленели, с лица сошли все краски. Потом в её глазах вдруг проступило сомнение, недоверчивое сомнение, которое постепенно переросло в уверенность.

- Ты хочешь сказать, что...

- Ничего не поделаешь, милая. Я на твоей стороне не играю.

Ванесса грязно выругалась и принялась поносить меня последними словами. Я в ответ только ухмылялся. И постепенно она успокоилась.

- Коварный, подлый тип! Ты делал вид, что ко мне неравнодушен, и я на это купилась... ты...

- Не говори глупостей, - перебил я. - Для тебя это была единственная возможность купить мое молчание. При этом весь юмор в том, что у тебя не было никакой нужды бросаться мне на шею. У меня не было ни малейших доказательств моих подозрений - пока ты сама мне их не подтвердила. Держи ты язык за зубам, мне бы ничего не доказать.

- И ты не знаешь, почему я все сказала?

Я кивнул.

Она встала и подошла к столу.

- Проклятая свинья! Ты знаешь, я тебя хотела, и так воспользовался этим, чтобы заставить меня говорить!

- Согласен, с моей стороны это не очень красиво, но то, что ты задумала - тем более. У меня не было другого выбора.

Она удивленно уставилась на меня.

- Но ты мог получить меня и все прочее в придачу! Ты в самом деле идиот!

- Господь свидетель, я хотел бы получить и деньги, и тебя впридачу. Но не такой ценой.

- У тебя все равно ничего не выйдет, - рот её перекосился от ярости. Ты заманил меня в ловушку, ладно, но тебе это ничего не даст. Что будешь делать с этим своим знанием? Свидетелей у тебя нет!

- Я мог бы рассказать всю правду твоему мужу, - заметил я.

Ванесса только рассмеялась.

- Ты не предусмотрел всего. Никто кроме тебя ничего не слышал, а муж не поверит ни единому твоему слову.

Я расстегнул манжету и подтянул рукав. Потом молча показал ей оформленный в виде часов микрофон на запястье.

Глаза её расширились.

Когда же я вынул из кармана соединенный с ним магнитофон, она сломалась.

- Ты все записал на магнитную ленту, вот на это? - выкрикнула она.

- Каждое слово, Ванесса, - кивнул я.

- Ну ладно, у тебя был шанс, но ты им не воспользовался. Другой такой возможности не представится, - она молниеносно выхватила из сумочки маленький пистолет и прицелилась в меня. Лицо её сводило судорогой.

- Все очень просто. Сначала застрелю тебя, потом воспользуюсь твоим оружием, чтобы убить Кельвина. Я знаю, оно у тебя с собой. Почувствовала, когда ты меня целовал. Полиции скажу, что ты застрелил Кельвина, и мне пришлось тебя убить в порядке самозащиты. И ни один эксперт возразить не сможет.

Лицо её пылало, в глазах появилось то же мерцание, которое я наблюдал у Келмана.

- Богач убит, его жена стреляет в убийцу, - какая трогательная история! Газеты, которые это распишут, пойдут нарасхват, - согласился я.

Она нажала на спуск. Послышался щелчок.

- Не я, а ты кое-что не предусмотрела, - цинично хмыкнул я. - Когда ты недавно отлучилась, я разрядил твой пистолет.

Она уставилась на пистолет в своей руке, потом на меня. Я подошел к ней, молча отобрал оружие и сунул его в карман.

- Ты уже не сможешь им воспользоваться, такого шанса больше не будет. Но пленку для надежности я сохраню.

Что-то в ней надломилось, и она начала истерически хохотать. Роскошное тело сотрясалось и вздрагивало, лицо побагровело.

Я схватил её левой рукой за запястье, а правой наотмашь хлестнул по лицу.

- Сожалею, Ванесса, но сейчас ты не можешь позволить себе разыгрывать помешательство. Тебе нужно выпить.

Я налил ей, и себе тоже. Мне это было нужно не меньше, чем ей.

Она залпом опорожнила бокал. Я налил снова. Руки её ещё дрожали, но я знал, что она больше не сорвется.

- Ничего не случилось, Ванесса, - успокоил я. - За намерение убить тебя не сможет осудить ни один суд в мире. Все в прошлом.

Она опять подняла глаза. Лицо вновь стало непроницаемой маской.

- Нет, - мертвым голосом ответила она. - Все только начинается. Ведь мне с ним жить...

Послышались шаги, открылась дверь. Вошел дворецкий и откашлялся.

- Мистер Маури сейчас спустится, мадам. Кушать подано.

XIII.

На следующий день после полудня мне в контору позвонил Уэйн Кэбот. Он хотел встретиться со мной в семь часов в пен-клубе.

Когда я пришел туда, он уже ждал меня у бара. Перед ним стоял стакан с бурбоном.

- Я рад, что вы пришли, Шэнд, - приветствовал он меня. - Хотелось поговорить, но не по телефону.

Похоже, он был слегка смущен и счел нужным добавить:

- Несмотря на неприятные обстоятельства, при которых состоялась наша первая встреча, я начинаю находить вас симпатичным.

Я улыбнулся.

- У вас есть основания меня не любить. Откровенно говоря, я и сам себе тогда не слишком нравился.

Кэбот отпил из своего стакана и с любопытством взглянул на меня.

- Не хотите ли вы сказать, что обычно за подобную работу не беретесь?

- Вот именно, - кивнул я. - Но в данном случае у меня было предчувствие, будто за этим что-то кроется. И оно меня не обмануло.

- Вас сразу что-то насторожило?

- Нет, не сразу. Не так уж это было просто. Только когда появился Эл Ларгс.

- Понимаю, - он посмотрел мне в глаза. - Я вчера вечером звонил Ванессе.

- Около восьми?

Он кивнул.

- Она сказала мне, что вы у них, поэтому я не стал говорить ей о своих истинных намерениях.

- И какие же это намерения? Или мне вы тоже не скажете?

- Думаю, вы сами знаете, - резонно заметил он. - Но я скажу, если вы тоже готовы мне ответить на один вопрос. Кроме того, вы все равно в курсе. Я вам уже однажды говорил.

- Да, но верного ответа я не получил.

- Все-таки вы узнали, что я лгал.

- Да, я был почти уверен. Но теперь задавайте свой вопрос.

Он уставился в полупустой стакан, затем поднял глаза и коротко спросил:

- Вы подозревали, что она хотела убить мужа?

- Да!

- Я сделал вид, что согласен с вашим мнением, будто её жизнь в опасности, и ответил утвердительно. Что, черт побери, мне оставалось делать? У меня не было никаких доказательств, что она хотела убить Кельвина.

Как и вы, я это лишь подозревал. Порой я даже был в этом совершенно уверен. То, что она говорила, когда мы были с ней вдвоем в... - он запнулся и пожал плечами. - Во всяком случае я не хотел позволить ей бросаться в западню и позвонил, чтобы предостеречь. Я полагал, что вы её подозреваете. Думал, если нагоню на неё страху, она откажется от своего плана. Потом она упомянула, что вы у них, мне стало ясно, что вы что-то задумали, и я промолчал. А сейчас меня интересует, что вы сделали.

- Я поговорил с ней, и она призналась.

Глаза Кэбота недоверчиво и удивленно расширились. Затем он рассмеялся.

- Я знаю, она была от вас без ума, физически, я имею в виду. Я это чувствовал, даже когда говорил с ней по телефону. Но так... Полагаю, вы сделали вид, будто с ней заодно, ради этих денег и её самой...

- Да, примерно так оно и было.

- Но без свидетелей её признание ничего не дает, разве только при этом присутствовал старина Маури... Только я в этом я сомневаюсь.

Я заказал ещё две порции.

- Нет, но этого и не требовалось. Я применил старый трюк. Когда я пришел к Ванессе, при мне был миниатюрный магнитофон, и я записал весь наш разговор.

Уэйн внезапно разразился хохотом. Он смеялся так, что содрогалось все тело. Бармен понимающе взглянул в нашу сторону и ухмыльнулся. Вероятно, подумал, что Кэбот только что услышал лучшую шутку года.

Возможно, так оно и было.

- Это было не слишком порядочно с моей стороны, но дело сделано, добавил я.

Кэбот понемногу успокоился.

- Да, - протянул он, - это уж точно. Вы так провернули это дело, что она никогда ничего не сможет с Маури поделать.

- Не думаю, что она станет даже пробовать, - подтвердил я.

- Теперь уже не сможет. Знаете, что вы сделали, Шэнд? Вы осудили Ванессу на всю оставшуюся жизнь, - и он снова расхохотался.

- С десятью миллионами долларов за спиной такой приговор не слишком жесток, - возразил я.

- Верно! Кроме того, она ведь может продолжать прыгать по чужим койкам, когда захочется, а хочется ей слишком часто. Кстати, вы с ней переспали?

- Вы не поверите, Кэбот, но ответ будет отрицательным.

- Тогда вы много потеряли, Шэнд. Я знавал многих женщин, но Ванесса просто бесподобна. Однако, учитывая вашу профессию, конечно, разумнее было с нею не связываться.

Я оглядел бар. Он был почти пуст.

- Я не знал, что вы состоите членом писательского клуба, - заметил я.

- Один приятель пишет сериалы для журналов, и для телевидения тоже. Он меня ввел в здешние круги. А сам я не пишу - разве что подписи на чеках, да и те без покрытия. - Он улыбнулся. - Однако теперь все будет иначе. У меня появились деньги.

- Везет же некоторым, - заметил я.

- Мне определено повезло. Тетка из Чикаго недавно оставила мне миллион долларов и плантацию, которая должна приносить приличный доход. Сегодня утром я получил письмо от адвоката и нынче же лечу туда.

- Тогда вы, пожалуй, снова начнете сорить деньгами?

- Ну уж нет. Плантация в очень хороших руках, и я стану наезжать туда лишь раз-два в месяц, чтобы управляющий не разбаловался. Я за три года промотал все состояние, но ещё раз такое не повторится. Можете мне поверить, я извлек урок из своих ошибок. Нет, я не стану жить, как нищий, но и не роскошнее, чем позволит мой поверенный в делах. Может быть, я даже остепенюсь и женюсь, чем черт не шутит. В нашем возрасте пора обзаводиться семьей.

- Это верно, - рассеянно согласился я.

Мы выпили ещё по одной, потом Кэбот заказал такси, чтобы ехать в аэропорт, и взял свой багаж. Высокий, крепкий симпатичный и не слишком обремененный моральными принципами баловень судьбы. Я как-то даже начинал его любить.

Прежде чем такси отъехало, я крикнул:

- Мне очень жаль, что пришлось поставить вам фонарь.

Он на миг задержался с ответом, а потом откровенно признался:

- Это пошло мне на пользу, и я вам почти благодарен. Благодаря вам я избавился от Ванессы. Я человек неустойчивый, Шэнд, и мог бы угодить в такой переплет, после которого в моей жизни уже не осталось бы радостей.

- Забудьте это, Кэбот.

- С миллионом в кармане мне нетрудно будет это сделать, рассмеялся он.

Дверь мне открыла Лейн Винсент. На ней было узкое зеленое платье и палантин через левое плечо.

- Вы выпили, - сказала она обвиняющим тоном. - Хотите ещё по стаканчику, прежде чем поведете меня ужинать?

- Лучше не нужно, - хмыкнул я.

- Другого вам не остается, потому что себе я налью. Или будете только смотреть, как я пью?

- Вы меня убедили, Лейн.

Я вошел в прихожую и спросил:

- Вам получше?

Дрожь пробежала по её спине.

- Я не хочу об этом говорить, чтобы не вспоминать. Но можете рассказать мне, что произошло.

Она, не перебивая, выслушала мой рассказ, потом заметила:

- Вы дьявольски хитры, Дэйл, - и улыбнулась мне. - Но со мной вы не поступите так же коварно?

- Лейн, не могу себе представить причины это сделать, ответил я.

Она стала серьезней.

- Верно. Я не из тех женщин, которые способны убить своего мужа. Это, должно быть, какая-то ведьма.

- Ей больше никогда такое и в голову не придет, - заверил я. - После того вечера - никогда.

- Ужин с мистером и миссис Маури, должно быть, показался вам самым долгим в жизни.

- Он тянулся целую вечность. Но Ванесса фантастически владела собой. По ней ничего нельзя было заметить. Позже она на некоторое время оставила нас с мужем, и я постарался убедить его, что все в порядке. Сказал, что тот мужчина, которого он видел - то есть Ларгс, - якобы пытался проникнуть в дом с целью грабежа.

- И он вам поверил?

- Я не совсем уверен, но надеюсь. Конечно, Ларгс намеревался шантажировать Ванессу, если бы она действительно избавилась от мужа. Полиция, во всяком случае, готова исключить фамилию Маури из дела об убийстве, так как не видит никакой связи.

- Значит, все удовлетворены.

- За исключением, может быть, Ванессы, - заметил я.

- Ей тоже повезло. Когда-нибудь она это поймет.

Мы оба замолчали, и Лейн Винсент налила нам еще. Протягивая мне стакан, она сказала:

- Когда вы были здесь в последний раз, нас прервал Келман. На чем мы остановились?

- Вы сильно голодны?

- Очень. Но зачем вы спрашиваете?

- Как-будто вы не знаете!

- Ну, рестораны ещё долго не закроются, верно? - заметила она. Шагнув ко мне, она до бедер расстегнула молнию на платье. То соскользнуло к её ногам.

- Как ты прекрасна, Лейн!

- Подожди, Дэйл, тебе ещё рано об этом судить, - возразила она и, сбросив туфли, вдруг показалась маленькой и хрупкой.

Я длинно обнял её всю.

Немного погодя она освободилась из моих объятий и заглянула мне в глаза.

- Какой ты смешной! Все лицо в губной помаде, и вся красивая белая рубашка тоже!

- Кому это мешает? А что касается рубашки, я все равно её сейчас сниму...

Она расхохоталась.

- Дверь заперта?

- Не знаю. Думаю, что нет.

- Тогда возьми ключ и запри. Я не хочу, чтобы нам снова помешали, встревожилась она. - Я иду в спальню. Жди, я позову.

На следующей неделе мы виделись несколько раз, потом реже. Наша связь долго продлиться не могла, мы это знали. Когда истек срок аренды квартиры, она мне позвонила, чтобы сказать, что возвращается в Лос - Анжелес.

Прошло несколько месяцев, прежде чем я снова про неё услышал. Однажды в своем почтовом ящике я обнаружил письмо.

"Милый дорогой Дэйл, я выхожу замуж, и ты никогда не догадаешься, за кого! Он ужасно богат, что я, конечно, не считаю помехой для брака, и живет в Лос-Анжелесе совсем недавно. Мы познакомились на вечеринке и сразу же влюбились. Через три недели мы поженимся. Очень просим тебя приехать на свадьбу. К тому времени у нас будет готова вилла в Бель Эйр - с тремя гаражами, плавательным бассейном и всем прочим. Разве это не странно, что я с ним познакомилась - просто как в сказке? О, я забыла назвать его имя. Я напишу его на обороте, чтобы сильнее удивить тебя. И ты просто обязан приехать на свадьбу. Я, конечно, не выдам нас ни единым тайным взглядом честное слово!

Лейн."

Я перевернул письмо и прочитал:

"Уэйн Честер Кэбот".

Я купил очень дорогой подарок и послал открытку, но сам на свадьбу не поехал.

Нэнси наверняка была бы против...